Жанр: Любовные романы
Бутон страсти
...м, сбегай за доктором Уорреном. И за Джеком, — сказала она.
— Я здесь Ли. — Ее кузен подошел к ней. Он опустился на колени и
стал изучать рану.
— Лучше его не трогать, пока не придет доктор. Нам не разобраться, что
с ним.
— Джек, я так рада, что ты здесь. — Она отвела темную прядь волос
с виска Кэбота, заметив, что рана начинает припухать.
— Ты в порядке? — спросил Джек, трогая ее за руку.
Ли кивнула. Она почувствовала, что не может говорить, осознав вдруг, что
Кэбот спас ее.
— Он закрыл меня собой. — Она нежно дотронулась до его
щеки. — Кэбот, ты слышишь меня? Очнись!
Никакого ответа. Он лежал неподвижно, даже веки не пошевелились ни разу.
— Подожди, дай ему прийти в себя. — Джек осторожно дотронулся до
шишки. — Да, нехорошая шишка. Он, должно быть, ушибся, когда упал. Что
произошло?
— Это моя вина, сэр. — Уотерс вышел из толпы, весь белый от
ужаса. — Он меня предупредил, чтобы я не совал новое бревно, пока не
пройдет предыдущее, а я подумал, что уже можно...
Никто не произнес ни слова, это молчание как будто выражало согласие с его
словами.
— С мистером Монтгомери все будет в порядке? — Уотерс испуганно
посмотрел на Ли.
Она не знала, что ответить, продолжая поглаживать голову Кэбота.
— Надеюсь, что да. Посмотрим, что скажет доктор Уоррен.
— Не обвиняй во всем себя, парень. Эта машина — опасная штука,
независимо от того, насколько ты с ней осторожен. — Джек поднял голову
на парня.
Ли смотрела на Кэбота. Он по-прежнему не двигался Лицо его было белым, как
мука. Кровоподтек на виске резко выделялся. Она почувствовала, как страх
сжимает ей горло, и дотронулась до Джека.
— Его надо чем-то укрыть. Там, в повозке, есть полог. Джек послал кого-
то к повозке, и скоро она укрыла Кэбота меховым пологом. Слезы щекотали в
носу, но Ли не могла плакать. Она должна помочь Кэботу.
О Господи, только
бы с ним все было хорошо, пожалуйста
, — думала она.
Она молилась, чтобы Кэбот открыл глаза. Ее одолевали мрачные мысли, но Ли
старалась не поддаваться им.
— Ты слышишь меня? Очнись, Кэбот, очнись!
— Не кричи мне в ухо, — слабым голосом сказал он и, вздрогнув,
приоткрыл глаза. — Что случилось?
— Несчастный случай, — сказала она с облегчением. — Лежи
спокойно, не двигайся. Скоро придет доктор Уоррен.
— У меня голова раскалывается. — Кэбот попытался поднять руку, но
не смог.
— Эй, приятель, , с возвращением! Тебя здорово ударило в голову, —
пробасил Джек.
— Помоги мне встать, — хриплым, слабым голосом сказал
Кэбот. — Я чувствую, себя, как... — Глаза его снова закрылись.
У Ли забилось сердце. Она с тревогой посмотрела на Джека. Тот покачал
головой.
Она снова прижалась к уху Кэбота, приговаривая, чтобы успокоить:
— Все будет хорошо, Кэбот. Скоро придет доктор Уоррен, все будет
хорошо.
Ли сама себя убеждала в этом, ведь казалось, что Кэбот не слышит ни слова.
Ее мысли прервались шумом колес, и она вздохнула с облегчением, увидев, как
Хайрам вместе с доктором Уорреном вбежали в здание. Мужчины расступились,
давая дорогу доктору.
Он опустился на колени и, приложив пальцы к шее Кэбота, спросил:
— Удар был один?
— Кажется. — Джек крепко обнял Ли за плечи. — Больше мы
ничего не видели.
Доктор Уоррен прощупал спину Кэбота, затем снова шею, затем подвигал ногу
Кэбота.
— Не похоже, что у него поврежден позвоночник.
Он приходил в сознание?
— Да, на минуту, — ответила Ли, сжимая руку Джека.
— Когда это было? — Доктор поднял веко Кэбота.
— Перед тем как вы приехали. — Она беспомощно взглянула на Джека.
Ей казалось, что Кэбот пролежал так несколько часов.
— Минуты две-три назад, — поправил ее Джек.
— Я думаю, можно его перенести. Давайте отнесем его в контору, чтобы я мог лучше его осмотреть.
Несколько минут спустя Кэбот лежал на полу своей конторы, на пологе из
повозки. Доктор Уоррен на коленях внимательно изучал его ушиб и рану на
виске.
— Меня не столько волнует рана, сколько вот этот ушиб, — сказал
доктор.
— Я могу встать? — Кэбот поерзал на покрывале.
— Нет, — Ли и доктор Уоррен ответили одновременно.
Кэбот дотронулся рукой до лба и содрогнулся.
Скривившись от боли, он вздохнул.
— У тебя очень сильный ушиб, сынок. — Доктор Уоррен накладывал
бинт на рану. — Ты меня видишь?
— Да, — с трудом выговорил Кэбот. Ли подалась вперед.
— Сколько пальцев? — спросил доктор, вытягивая вперед два пальца.
— Два..
— Хорошо. Не думаю, что у тебя поражено зрение, а вот речь — невнятная.
Ты знаешь, какой сегодня день?
— Понедельник, канун Рождества. Теперь я могу встать? — Голос
Кэбота звучал увереннее. Меловая бледность проходила, и страх, сковавший Ли,
отступил.
— Мы поможем тебе подняться. Джек, дай мне руку. — Доктор Уоррен
встал на одно колено по правую сторону от Кэбота. Джек зашел слева. —
Давай легонько подниматься. Возможно, у тебя закружится голова.
С помощью Джека и доктора Кэбот сел. Ли внимательно наблюдала за ним. Глаза
его потускнели, и лицо опять побелело.
— Теперь посиди так минутку, — распорядился доктор, поддерживая
Кэбота за спину одной рукой.
Кэбот повиновался, шумно дыша. Он закрывал и открывал глаза, как бы проверяя
себя. Боль исказила его лицо.
— Теперь попробуй встать. — Доктор закинул руку Кэбота себе на
плечо, обхватив его за пояс. Джек сделал то же самое.
Кэбот встал на ноги, его шатало из стороны в сторону, затем он выпрямился и
слабо улыбнулся:
— Смотрите, опять как новый.
— Я в этом не уверен. — Доктор Уоррен внимательно наблюдал за
Кэботом, как будто ожидая чего — то. Затем он осторожно отпустил его руку.
То же самое сделал Джек. Кэбот подвигал одной ногой, стараясь сохранить
равновесие. Он пошатнулся, и в какую-то долю секунду показалось, что у него
подогнутся колени и он упадет на пол. Ли вскрикнула и подбежала к нему, но
Джек опередил ее и подхватил Кэбота.
— Кружится голова? — Доктор Уоррен помог Джеку усадить Кэбота на
край письменного стола.
— Да, — еле выговорил Кэбот.
— Ладно, Ли, заберите его домой и уложите в постель.
— Там, на углу, стоит фургон, можете его взять, — предложил Джек.
— Меня ждет работа, — запротестовал Кэбот.
— Хватит болтать! Сегодня тебе надо лежать, отдыхать, а не то — я сам
тебе вмажу. Понял? — сказал доктор. Кэбот кивнул, и доктор предложил: —
Твой череп мог расколоться надвое, а вместо этого — у тебя всего лишь
головная боль. Не надо испытывать судьбу, лучше полежать денек, и тогда,
действительно, станешь как новый.
— Хорошо, док.
Боль заострила черты лица Кэбота, его бледность бросалась в глаза.
Пошевелившись, он поморщился от боли.
Пытаясь на паниковать, Ли выскочила наружу и подогнала фургон к входу в
контору. Слава Богу, слава Богу! Страх все еще не отпускал ее, и Ли вдруг
осознала, что могла сегодня потерять Кэбота.
Ее раздумья прервались появлением Джека и доктора Уоррена, которые вдвоем
несли Кэбота. Они осторожно положили его в фургон и укрыли пологом. Джек сел
рядом с Кэботом, а доктор Уоррен подошел к Ли:
— Я уже дал Кэботу болеутоляющего, ему это понадобится по дороге домой.
Вы должны будете дать ему еще, когда эта доза перестанет действовать, —
примерно часа через четыре. — Голубые глаза доктора Уоррена смотрели на
Ли серьезно, в них не было обычного благодушия. — И пусть он не встает
до завтрашнего утра. Я заеду проведаю его. Вы все поняли?
Она кивнула:
— Я что-нибудь еще должна знать? Еще какие — нибудь рекомендации?
— Позднее задавайте ему вопросы, чтобы убедиться, что он понимает, что
к чему.
— Хорошо, — сказала Ли и оглянулась на Кэбота и Джека. Джек кивнул
ей, давая понять, что можно ехать, и она стегнула серого.
Каждая секунда поездки была мучительна для Ли. Она все время думала о том,
каково Кэботу. Лишь когда они въехали на холм, за которым был их дом, Ли
перевела дух.
Она остановила фургон возле крыльца и обошла его кругом, чтобы помочь Джеку.
Он уже приподнял Кэбота достаточно высоко, — так, что Ли могла
подсунуть свое плечо под его руку. Опилки летели с его пальто, ей захотелось
чихнуть. Она пошире расставила ноги, чтобы удержать Кэбота. Джек подхватил
его с другой стороны, и они меленно стали подниматься по лестнице. Мэдди
встретила их на пороге.
— Вы приехали пообедать? О-оо! Боже мой. — Она руками прикрыла
рот, увидев Кэбота, неверными шагами двигавшегося в доме. — Что
случилось?
Джек, пока они входили в дом и поднимались по лестнице на второй этаж,
рассказал подробности несчастного случая, заверив Мэдди, что никто больше,
включая и ее мужа, не пострадал.
Мэдди шла за ними следом.
— Нужно что-нибудь сделать? Скажите, чем я могу ему помочь?
— Может быть, принести воды, — сказала Ли. Беспокойство о Кэботе
не давало ей сосредоточиться.
— Доктор Уоррен уже дал ему опиум, и ему, наверняка, захочется пить. Мы
поднимем его наверх и уложим в кровать.
— Принеси немного шерри или виски — что найдешь — для Ли, —
крикнул вдогонку Мэдди Джек.
Кэбот опирался на Ли, и, когда они добрались до спальни, она тяжело дышала.
— Что вы собираетесь делать? — невнятно спросил Кэбот, покосившись
на Ли.
— Собираемся уложить тебя в кровать. — Ли с Джеком осторожно
опустили Кэбота на матрац.
Он лежал, бледный и неподвижный, посередине темно-голубого покрывала, опять
без сознания. Ли вытащила тонкое покрывало из-под него.
— Давай-ка снимем с него одежду. — Джек стянул с него пальто и
бросил на стоящее рядом кресло-качалку. — Сегодня он уж точно никуда не
пойдет.
— Да, — ответила Ли, снимая с Кэбота ботинки. Она стала стягивать
с него носки, захватив одной рукой его ногу, и уже почти сняла один, когда
Джек прокричал:
— Нет, дай мне...
— О-о Господи... — Ли с ужасом уставилась на ступню Кэбота. Уродливые
шрамы на его ступнях выглядели особенно ужасно в беспощадном дневном свете.
Слезы непроизвольно потекли по ее щекам. Она стояла неподвижно, держа в
руках ногу Кэбота и безмолвно уставясь на израненную плоть. Наконец она
встретилась взглядом с Джеком. — Откуда это у него?
— Ему бы не понравилось, если бы я тебе рассказал. — Джек подошел
к изножью кровати, чтобы дотянуться до Кэбота. — Ну все, здесь я сам
закончу.
— Нет. — Ли покачала головой. Боль пронзала ее. Трясущимися руками
она сняла второй носок и увидала то же самое.
— Джек, что произошло? — почти закричала она. Сжав зубы, Ли одним
пальцем тихонько дотронулась до этой болезненной раны. Губы ее дрожали, она
кусала их, чтобы нервы не подвели ее.
— Это было очень давно, Ли. С тех пор у него не было других ран.
— Он трет ноги каждую ночь, лежа в постели. — Она опустила глаза и
взглянула на свои пальцы, лежавшие на его ране, — чистая гладкая кожа
поверх израненной плоти. — Скажи мне, Джек.
— Ты должна сама его об этом спросить. Не мое это дело тебе
рассказывать такое.
— Расскажи мне, — прошептала она, глядя ему прямо в лицо.
— Вот и я. Кажется, я принесла все, что вы просили. — Мэдди вошла
в комнату с подносом в руках, на котором стоял графин с водой и два стакана
с виски.
Она протянула поднос Джеку. Он взял стакан с виски и осушил его одним
глотком. Отвернувшись от Ли, он подошел к Кэботу и стал снимать с него
рубашку.
Ли, подумав, что Кэботу была бы неприятно, если бы кто-нибудь посторонний
увидел его раны, попросила Мэдди поставить поднос на столик рядом с
кроватью. Джек снял с Кэбота брюки и накрыл его тонким одеялом.
Кэбот зашевелился, но не проснулся. Ли убрала волосы с его раны на виске,
затем повернулась к Мэдди, которая стояла у изножья кровати с глазами,
полными слез.
— Все хорошо, Мэдди. Я буду с ним все время, так что ты можешь идти
домой.
— Спасибо, мэм. Я испекла свежий хлеб сегодня утром, есть еще ветчина.
Вы голодной не останетесь. — Мэдди перевела взгляд с Кэбота на Ли: —
Что-то он не очень хорошо выглядит.
— Доктор Уоррен зайдет завтра утром проведать его. Не волнуйся, я
побуду с ним.
— Хорошо, мэм. — Бросив еще один озабоченный взгляд на Кэбота,
Мэдди направилась к двери. — Я уйду через некоторое время. Хочу кое-что
для вас сделать.
— Спасибо, Мэдди. — Ли изо всех сил убеждала себя, что с Кэботом
все будет в порядке. Ведь и докор Уоррен так сказал.
Мэдди ушла, и Ли плотнее укутала Кэбота одеялом.
— Хочешь, чтобы я остался? — Большая ладонь Джека опустилась на ее
плечо и сжала его.
Ли сняла его руку:
— Нет, спасибо. Надо только присматривать за ним, чтобы он не вскочил с
постели. Думаю, что смогу с ним управиться. Тебе, кроме того, надо вернуться
на лесопильню и сообщить остальным, как он себя чувствует.
— Ладно. — Джек подошел к двери и обернулся: — Хочешь, я зайду
вечерком по дороге домой?
— Все будет в порядке, Джек. — Она не сводила глаз с лица Кэбота,
надеясь на то, что он вдруг очнется. — Может быть, лучше утром.
Наверное, я не смогу удержать его в постели.
— Хорошо, тогда до утра. — Джек вышел за дверь, бросив ей через
плечо: — Выпей шерри.
— Хорошо, — ответила она, зная, что не выпьет. Ли стояла около
кровати, всматриваясь в пепельное лицо Кэбота. Она смутно услышала, как
хлопнула входная дверь и отъехал фургон.
Кэбот выглядел совершенно иначе, не таким, как всегда: сейчас он был
абсолютно беззащитен.
Она перевела взгляд ниже, на его ноги, укрытые одеялом.
Что же их так изуродовало? И были ли эти шрамы связаны со шрамом на груди?
Кто сделал с ним такое?
Ли хотелось снова посмотреть на них, но она не была уверена в своих силах.
Она даже вообразить себе не могла боль, которую вызывали эти раны. А ведь
Джек сказал, что они у Кэбота давно. Может быть, в приюте?
Мысли вспыхивали, вызывая сочувствие и жалость. У нее сжимался желудок,
горели ноги, ныло сердце, когда она представляла себе боль, которую ему
пришлось пережить.
Ли погладила Кэбота по щеке, внезапно осознав, что он ей небезразличен.
Означало ли это, что она предает Роберта? Роберт был ее первой любовью, ее
лучшим другом. Ли не думала, что сможет полюбить снова. Она не хотела этого.
Ли вдруг почувствовала безотчетный страх, у нее даже похолодели пальцы.
Кэбот недвусмысленно дал понять, что он не хочет никаких эмоциональных уз.
Поскольку ее чувства к нему становились явными, она все же не могла
примириться с тем, что не была свободна от Роберта.
Стоя возле кровати, Ли призналась себе, что чувствует что-то по отношению к
Кэботу. Но это
что-то
не было любовью.
Глава 8
Кэбот медленно открыл глаза, испытывая острую боль, отдающую в висок. Молочно-
белый свет приникал в комнату, начинало светать. Он моргнул и повернул
голову, пытаясь понять, где находится. Боль пронзила голову. Кэбот закрыл
глаза на секунду, пока острая боль не стала ноющей.
Он был в своей комнате, в своей постели. Что происходит? Как вспышки
пронеслись в его сознании воспоминания о случившемся: он повалил Ли на
землю, ужасный удар бревна ему по голове, док Уоррен. Поднеся руку к виску,
он нащупал повязку и твердую шишку.
Кэбот лежал, не шевелясь, ощущая, как часто бьется у него сердце, вероятно
от резких приступов боли. Он вдруг подумал о Ли. Краешком глаза он увидел,
что она лежит рядом с ним на кровати. Он немного повернул голову в ее
сторону.
Ли лежала на своей половине постели, повернувшись к нему лицом. Ее спутанные
волосы разметались по щекам, шее, губам. Одна рука, сжатая в кулак, была
протянула к нему. Она всю ночь спала рядом?
Да, она была рядом. Кэбот припоминал, что несколько раз просыпался и однажды
проглотил полную ложку какой-то горькой жидкости. Каждый раз, когда он
просыпался, Ли забрасывала его глупыми вопросами: как его зовут, сколько ему
лет, где он живет.
Черные круги обрамляли ее глаза. Несмотря на спокойный сон, она выглядела
уставшей. Ли спала в том же голубом шерстяном платье, в котором приехала
вчера на лесопильню. Нога в чулке высовывалась из-под юбки. Она наблюдала за
ним, пока сама не заснула. Потеряла чувство бдительности.
Пока Кэбот смотрел на нее, незнакомая доселе теплота, как мед, разлилась у
него в груди. Особое, ободряющее чувство. Он потянулся и поправил ее
покрывало.
Вчерашний день помнился какими-то кусками. Ли была на лесопильне? Почему?
Кэбот попытался вспомнить. Усилие стоило ему еще одного приступа боли.
Сказывалось действие лекарства. Он был в сознании, но составить общую
картину случившегося не мог. Он очнулся один раз в конторе, затем здесь. Кто-
то — Джек? — раздел его.
Но Ли была с ним всю ночь, держа его руку, предлагая воды, укрывая его,
когда ему становилось холодно. Опять это странное чувство теплоты охватило
его, растапливая зеледенелые уголки его сердца. Кэбот пытался понять свои
чувства. Благодарность? Покровительство? Любовь?
Любовь?
Он отверг эту мысль. А что вообще он знал о любви? Разве не сказал он ей,
что хочет от нее только ребенка, ничего больше?
А как объяснить ее страстное желание смотреть на него томными глаами,
ласкать, приговаривая сладким голосом? Он жаждал ее, жаждал ее ласк, —
он, который не любил чужих прикосновений, если он сам их не вызывал.
Кэбот недоумевал: уголки души, которые, казалось, навсегда закрытыми в нем,
вдруг открылись снова. Внезапно он вспомнил, почему Ли пришла на лесопильню
вчера. Починить судно для Роберта. Все время — Роберт. Мысль о любовных
отношениях с Ли показалась ему смехотворной.
Потому что она уже любила другого. Мертвого.
Он закрыл глаза. В голове застучало: Кэбот, Роберт, Ли — снова и снова, как
молитва, и Роберт всегда оказывался между ними.
— Кэбот! — Холодная рука дотронулась до его мокрого от пОта плеча.
Он напрягся, пытаясь скрыть дрожь от ее прикосновения. Он не хотел этой
любви так же, как она. Кэбот открыл глаза, посмотрел на Ли и поразился
участливому и нежному выражению её лица.
— Я в порядке, — сказал он, осознавая вдруг, что уже пытается
ободрить ее.
Она приподнялась и прижалась к нему, всматриваясь в повязку на голове.
— Кажется, опухоль немного спала.
— Я хорошо себя чувствую, — коротко отозвался он. Прядь каштановых
волос упала ему на щеку. Он чувствовал запах теплой кожи и лимона. Пульсация
в висках опустилась ниже живота. — Я бы хотел встать.
— О нет, — Ли отодвинулась от него, становясь на колени. —
Доктор Уоррен сказал, что тебе лучше быть в постели, пока он не приедет.
— Я вряд ли смогу лежать в кровати и ждать, когда у него найдется время
заехать. — Кэбот избегал встречаться с ней взглядом, чтобы она не
прочла желания в его глазах.
— Ты сильно пострадал вчера, Кэбот. Пожалуйста, скажи, что будешь в
постели, пока он не приедет, — мягко и терпеливо повторяла она.
Интересно, это Джек снял с меня ботинки и носки
. Кэбот не помнил.
Раздражение вспыхнуло в нем. Кэбот внимательно посмотрел на Ли.
Она видела шрамы
.
Он понял это по мягкости и жалости в ее серых глазах, по тому, как она
отпрянула от него, боясь причинить ему лишнюю боль.
Кэбот был в ярости. Он смотрел на Ли, ожидая, что она откажется от своих
чувств. Этого не происходило, но произойдет. Так было всегда.
— Хорошо, я останусь в кровати, пока доктор Уоррен не придет
сюда, — согласился он скрепя сердце.
Почему она не слезает с кровати, а продолжает смотреть на меня, как на
уродца в цирке-шапито?
— подумал он и согнув ноги, попытался хотя бы сесть.
— Который сейчас час?
Казалось, Ли удивилась его вопросу, потом слезла с кровати и обошла ее с
другой стороны. Одежда Кэбота была перекинута через высокую спинку кресла-
качалки, и она вытянула оттуда его брюки. Сунув руку в карман. Ли достала
часы, взглянула на них и, секунду помедлив, протянула ему:
— Они сломались. Наверное, вчера, когда ты упал. Услышав неподдельное
огорчение в ее голосе, ему захотелось бросить что-нибудь с размаху. Его
подтолкнул немой вопрос в. ее глазах. Она хочет узнать, откуда у него эти
шрамы, но он не скажет. Кэбот провел последние двадцать лет, стараясь забыть
об этом. Он потряс головой:
— Одно с другим не связано.
— Я могу спуститься вниз и посмотреть, , на больших часах.
— Это не так важно, — Кэбот приподнялся, опираясь на локоть.
— Что ты делаешь? — закричала Ли, кидаясь к нему.
— Могу я в конце концов штаны надеть? — — Он скривился от нового
удара боли.
Кэбот опустил ноги на пол, отдавая себе отчет в том, что одеялом он укрыт от
живота до бедер.
Ли скользнула взглядом по его ногам, затем посмотрела в лицо с немым
вопросом в глазах.
— Пожалуйста, Кэбот. Доктор Уоррен не хотел, чтобы ты вставал с
кровати, пока он не осмотрит тебя, — просила она с мольбой в голосе, и
Кэбот почувствовал, что у него нет сил сопротивляться. Он откинулся на
кровать, засунув ноги — под простыню и натянув на себя одеяло. Комната
пошатнулась на секунду, затем снова вернулась на место. Голова кружилась.
— Хочешь поесть что-нибудь? — Ли стояла на достаточном расстоянии
от кровати, как будто знала, что Кэбот не хочет, чтобы она дотрагивалась до
него. Или, возможно, она сама этого не хотела?
— Нет, ничего не надо.
Они услышали, как внизу остановилась повозка, и Ли выглянула в окно.
— Приехал доктор Уоррен. Пойду открою ему. — Она поспешила к
двери, бросив на ходу: — Пожалуйста, не вставай. ,
Кэбот еле заметно кивнул, опасаясь новой вспышки головной боли. Когда Ли
вышла из комнаты, он немного расслабился. Только что она смотрела на него с
любопытством и жалостью, а он не мог выносить ее жалостливого взгляда.
Ничего, скоро все изменится.
У него разболелись ступни, и он подвигал пальцами, чтобы боль утихла. Ему бы
хотелось, чтобы его новые чувства к Ли также утихли.
Через четверть часа доктор Уоррен закончил осмотр.
— Весь день вам надо оставаться дома.
— Как дома? — Кэбот повысил голос и сразу же пожалел об
этом. — Я не могу...
— Я оставлю еще опиума, — продолжал доктор. — Я говорю очень
серьезно. Вы можете передвигаться по дому сколько захотите, но я попрошу Ли
приглядывать за вами.
— Но она не сможет сидеть со мной весь день. У нее дела на работе,
такие же как и у меня, — пробормотал Кэбот. Боль вспыхнула где-то в
середине черепа такая сильная, что ему было больно смотреть.
Ли поднялась с кресла-качалки, на котором она сидела все время осмотра.
— Я побуду с ним, доктор, не волнуйтесь. Что — нибудь еще нужно?
— Если у него начнется головокружение, немедленно уложите его в
постель.
— Я прослежу за этим. — Ли многозначительно посмотрела на Кэбота.
Странное чувство нежности возникло опять. Он вдруг испытал острое желание
подойти к ней, схватить за плечи и засмеяться.
Ли с доктором вышли из комнаты, были слышны их шаги вниз по лестнице. Кэбот
нахмурился. Ему не хотелось лежать весь день в кровати и быть в постоянной
близости к Ли. Если судить по сегодняшнему дню, то новые чувства к ней будут
одолевать его.
На самом деле Кэбот не любил Ли Беккер. Он просто хотел ее с той же силой, с
какой когда-то хотел иметь лесопильню, потом собственный дом. Нет, он не
любил Ли. Ожидая ее в гостиной в рождественское утро, Кэбот повторял себе
это снова и снова. Он стоял между диваном и елью, купаясь в лучах утр
...Закладка в соц.сетях
