Жанр: Любовные романы
Дикие
...австралийских пещерах. И ничего не помогло.
— У меня клаустрофобия, — сказала женщина.
— Сейчас вы не имеете права страдать ею, — резко возразил
Джонатан.
Несмотря на жару, Кэри начала ежиться. Она жалостливо сказала:
— Я знаю.
— Надевайте.
Кэри послушно надела ласты и маску. Они с Пэтти взяли каждая по концу
веревки, поплыли к северной части бассейна и нырнули. Раздался всплеск, и
обе женщины исчезли. Кэри вцепилась в пояс Пэтти, и они устремились вниз.
Слава Богу, все это длилось около минуты. Руки Кэри невыносимо сильно
болели. Факт, что она должна плыть, отвлекал ее, и сначала она не испугалась
обволакивающей черноты, когда следовала за тусклым зеленоватым лучом
фонарика Пэтти. Но когда женщины вынырнули на поверхность, и Пэтти осветила
стены пещеры, Кэри охватил удушающий ужас.
— Не оставляй меня. — Она вцепилась в мокрое тело Пэтти.
— Прекрати, Кэри. Я должна вернуться и помочь остальным доплыть сюда.
Пэтти оттолкнула Кэри и скрылась под водой.
Оставшись одна, Кэри начала дрожать, затем закричала, закрыла глаза. Это не
помогло. Она продолжала кричать.
Пэтти вынырнула на поверхность.
— Теперь Анни, — сказала она. — Следующая Сильвана.
Появившиеся на поверхности воды Пэтти и Анни испугались из-за разносившихся
по пещере криков Кэри. Они Выбрались на сухой пол пещеры и подошли туда, где
с откинутой назад головой сидела и вопила несчастная женщина.
— В чем дело? — спросила Анни.
— Она же говорила, что у нее клаустрофобия, — пояснила Пэтти.
Присмотри за ней. Я поплыву за остальными.
Анни опустилась рядом с Кэри, обняла ее и стала успокаивать, как ребенка,
гладя по волосам и покачивая.
Когда пришла очередь погружаться в воду Сюзи, та тихо произнесла:
— Я не могу. Не могу. — Ее парализовал ужас. — Я не могу
спуститься туда. Я не умею плавать.
— Сюзи, если они найдут вас, вы погибнете, — сказал Джонатан.
Господи, еще одна
, — подумала Пэтти и сняла маску.
— Тебе не нужно плыть, Сюзи. Ты просто должна глубоко вдохнуть и
ухватиться за мой пояс. Я доставлю тебя в пещеру. Тебе не придется ничего
делать.
Через пять минут уговоров и угроз Сюзи все еще отказывалась погружаться в
воду.
— Это инстинктивный страх, Сюзи, — сказала раздраженная
Пэтти. — На самом деле ты же знаешь, что бояться нечего. Ты знаешь, что
нужно уцепиться за мой пояс и на несколько секунд задержать дыхание.
Сюзи взглянула на нее.
— Хватит этой снисходительности. Ты не понимаешь. Я не могу двигаться.
Пэтти посмотрела на Джонатана, который покачал головой. Сбрасывать Сюзи в
воду не имело никакого смысла. Она закричит, наглотается воды или в панике
ухватится за шею Пэтти, отчего обе могут утонуть.
— Вы спасатель? — спросил Джонатан у Пэтти.
— Да.
Он задумался. Итак, женщина знает, как вытаскивать людей из воды. Но ведь
предполагается, что вы держите голову спасаемого над водой, а не топите ее в
течение пятидесяти секунд. Джонатан полез в карман шорт и достал оттуда
коробочку с леденцами.
— Это все, что я могу дать вам, Сюзи. Если вы не поплывете с нами, вам
лучше уйти отсюда. Если они обнаружат вас здесь, то найдут и остальных. Вы
останетесь и создадите для нас тем самым опасную ситуацию. Идите в соседнюю
бухту, хорошо? Я почти уверен, что деревня там.
— Не бросайте меня. Не бросайте, — взмолилась Сюзи.
— Мне нужно думать об остальных. До свидания, Сюзи. Джонатан прыгнул в
воду, подплыл к Пэтти, взял у нее маску и ласты.
— Не бросайте меня.
Направляйтесь к северной части бассейна. Пэтти и Джонатан ни разу не
оглянулись.
— Вернитесь.
Они продолжали плыть.
— Я согласна.
Джонатан развернулся и крикнул:
— У вас один шанс, Сюзи. Если вы передумаете, нам придется оставить
вас. Уже поздно.
Оба пловца вернулись к ежившейся на плоском камне Сюзи.
— Делайте все медленно, — сказал Джонатан. — Мы с Пэтти
возьмем вас за запястья. В воду вы погрузитесь сами. Мы не будем толкать
вас. Глубоко вдохните и закройте глаза, когда я вам скажу, — он
посмотрел в ее перекошенное от ужаса лицо. — И успокойтесь. Это
окончится быстрее, чем посещение зубного врача.
Сюзи протянула пловцам руки.
— Хорошо. Ныряйте сами, — сказал Джонатан. Сжав кулаки и замерев
от страха, Сюзи свалилась в воду. Пэтти и Джонатан, поддерживая ее, поплыли
к месту погружения.
Джонатан выплюнул воду.
— Отлично, Сюзи. Когда я скажу
три
, глубоко вдохните и задержите
дыхание. Медленно считайте до ста двадцати. И мы уже доберемся до места.
Раз... два... три...
Они с Пэтти быстро потащили Сюзи под воду. Легкие и глаза Сюзи горели. Она
никогда еще не испытывала таких физических страданий. Поскольку все ее мышцы
были напряжены — даже зубы сжались — легкие тоже сократились, и в ушах
раздался свист. Сюзи боролась с ужасом в черной воде, но сильная рука Пэтти
влекла ее дальше. Наконец паника одолела женщину. Бедняга открыла рот, чтобы
закричать, и заглотнула воды.
— Помогите ее вытащить, — выдохнула Пэтти, вынырнув в пещере. Ей
пришлось плыть только при помощи ног, держа в одной руке фонарик, а другой
таща за собой сопротивляющуюся Сюзи. Вытолкнуть ее из воды у Пэтти уже не
хватало сил.
Она осветила фонариком фигуры трех женщин, когда они подбежали помочь
кашляющей Сюзи.
Для Пэтти это было уже шестое плавание под водой, и она совсем измоталась,
не могла даже ни о чем думать и боролась с тошнотой. Джонатан показался из
воды позади нее.
— Отлично. Мы сделали это. Здесь они нас не найдут. Теперь только
смотрите не наступите на мачете.
^Каменный пол пещеры был покрыт не только пометом летучих мышей, но и
острыми осколками известняка, отвалившимися от сталактитов. Воздух был
спертым, тяжелым, но ничто не могло помешать всем упасть и мгновенно уснут
Повернувшись во сне, Пэтти вдруг проснулась. Все ее тело страшно ныло.
Вдохнув аммиачный аромат пещеры она вспомнила, где находится. Женщина
осторожно подняла руку и прикоснулась к теплому комку, который равномерно
дышал.
Пэтти взглянула на циферблат часов. Три. Утра или вечера? Она спала три
часа, восемнадцать или тридцать? Женщина поднесла циферблат поближе к
глазам. Нет, еще была среда, 24 ноября. Слава Богу, что часы помимо времени
показывали еще и день. Тело Пэтти болело и не давало больше уснуть. Она
села.
— Кто проснулся? — прошептала Сюзи.
— Пэтти.
— Господи, как ужасно, — послышался голос Кэри. Она держалась за Анни, пока обе не уснули.
— Хватит ныть, — сразу отозвался Джонатан. — Мы живы, здоровы
и в безопасности. Никто не ранен. Просто здесь немного неудобно.
В темноте Сюзи издала тихий смешок.
— А разве может быть более неудобно?
— О да. Еще как.
Джонатан думал не только об убийцах на берегу, но и о природе жестокости и
жестокости природы; о странных болезнях на острове, таких как
смеющаяся
смерть
, слабость и дрожь, от которых ты трясешься, пока не умрешь. От них
не было лекарств. Он подумал об акулах за рифом, двадцатифутовых крокодилах
и о морских змеях, опасных не менее, чем акулы.
— Может быть гораздо хуже, — произнес Джонатан.
— Нам никогда не выбраться отсюда живыми, — безнадежно вздохнула
Кэри.
Анни пыталась говорить бодрым голосом:
— Компания придет и отыщет нас, когда они узнают, что случилось. Это
лишь вопрос времени.
Все почему-то шептали. Шепот гулко звучал в пещере.
— Как в
Нэксусе
узнают? — спросила Пэтти. — Как кто-нибудь
узнает, что с нами произошло?
— Бретта не было на пляже, — произнесла Сюзи. Во время ужасного
ночного перехода она вспоминала, как считала само собой разумеющимися
комфорт, безопасность и любовь, которые давал ей Бретт.
— Его ведь не убили, правда? — пробормотала Сюзи.
Ее слова сразу мысленно вернули женщин к ужасной сцене, о которой все
старались не думать. Сильвана опять увидела кучу окровавленных тел на пляже
перед входом в бар, Артура со связанными руками, насильно поставленного на
колени вымаливать свою жизнь, смущенный взгляд, когда на его сером
тропическом костюме появилась кровь, его роговые очки, соскользнувшие с
носа. А потом он упал на песок.
Пэтти снова услышала, как Чарли пытается поговорить с теми подонками, звучит
выстрел, и ее жизнь превращается в кошмар.
Кэри почувствовала пряный запах олеандров и увидела страшный взгляд Эда, с
залитым кровью лицом кричавшего:
Что мы и наши жены вам сделали?
Даже в такой опасности Эд думал о ней. Он
громко молился, Эд, который использовал любую возможность уклониться от
посещения церкви, — но раздалась автоматная очередь, он подпрыгнул,
тяжело упал и больше не двигался.
В памяти Анни навсегда остался Дюк, стоящий со связанными за спиной руками и
ошеломленно наблюдающий, как расстреливают Артура. Потом он повернул голову
к Эду, Чарли, когда те закричали на офицера, отдававшего приказы. Дюк не
произнес ни слова, он не вел себя, как Джон Уэйн, он просто стоял, и его
застрелили. Только что человек стоял живой, а в следующее мгновение уже
лежал, словно куча старой одежды.
— Ведь Бретта не убили, правда? — повторила Сюзи. Никто не
проронил ни слова. Сюзи слышала вокруг рыдания и всхлипы.
— Простите, но это очень важно, — сказала она. — Кто-нибудь
видел Бретта? Потому что если нет, он мог спастись. А раз это так, он
поймет, что мы где-то прячемся. Бретт знает, что мы пошли на пикник.
После короткого обсуждения женщины решили, что действительно не видели
Бретта на пляже.
Но затем Пэтти воскликнула.
— Мы убили сами себя. Мы взорвались на рыбацкой лодке и оказались в
желудках акул, помните? Вот что услышит Бретт.
— Мы не знаем, что там происходит, — сказал Джонатан, — и не
можем рискнуть пойти и узнать. Поэтому спрячемся здесь, выберемся с острова
позже, — его голос становился все более задумчивым. — Но перед
тем, как обсудить это, я хотел бы узнать, зачем кому-то понадобилось убивать
ваших мужей?
Ответа не последовало.
— Любой соображающий бандит не стал бы убивать американских граждан,
боясь возможных репрессий. Но если у тебя есть причина убить американца...
значит, революция — прекрасное время для сведения счетов. В этой части света
месть считается отличным мотивом для убийства. И на острове в частности.
— К чему вы клоните? — спросила Пэтти.
— Как вы думаете, почему кто-то, связанный с этим островом, мог иметь
на ваших мужей зуб? — спросил Джонатан и извиняющимся тоном добавил: —
Простите, что спрашиваю вас в такое время. Я делаю это только потому, что
информация может помочь нам предугадать дальнейшие действия тех подонков.
Женщины покачали головами и сказали, что ни о чем не имеют понятия.
Только Кэри промолчала. Она вспомнила прошлое Рождество. Даже если бы Эд не
разговаривал во сне, было очевидно, что он что-то скрывал. Когда муж просит
переделать свободную спальню во второй кабинет, устанавливает в ней
бумагорезку, проводит сигнализацию и приглашает экспертов по безопасности,
которые делают второй встроенный в стену сейф, жене не нужно быть чересчур
сообразительной, чтобы понять, что что-то происходит. Значит, в кабинете
будет храниться что-то очень важное.
И еще Кэри вспомнила одно январское утро, когда Эд опаздывал на работу. Он
схватил свой кейс со стола в холле. Что-то случилось с замком, и бумаги
рассыпались по полу. Когда Кэри стала помогать мужу собирать их, он закричал
на нее и вырвал отпечатанные на машинке листы. Однако Кэри заметила одну
строчку:
Район 7. Хромит. Доклады. Стр. 2
.
Кэри знала, что район 7 — это Пауи.
Поколебавшись, она сказала:
— Думаю, компания
Нэксус
нашла где-то на острове залежи хромита.
Большие залежи. Эд позеленел, когда я случайно узнала об этом. Он заставил
меня поклясться никогда никому не говорить об этом. Вот почему мы приехали
сюда.
Никто из жен руководства горнодобывающей компании не нуждался в более
подробном объяснении важности только что услышанного.
— Вчера Артур встречался с президентом, — произнесла
Сильвана, — но мне сказал, что это лишь формальность. Что просто важные
посетители оставляют свои визитные карточки во дворце.
— Несколько месяцев назад я слышала, как Чарли разговаривал по
телефону, — вступила в разговор Пэтти. — Он сказал что-то типа:
Роки тревожится
. И потом:
Роки не может ни навредить, ни помочь нам на
Пауи, зачем же нам платить ему?
— Она поколебалась. — Не могу ручаться
за точность слов. Я только запомнила имя, благодаря фильму с Сильвестром
Сталлоне.
— Вы уверены? — спросил Джонатан.
— Ну, я не уверена, что Чарли говорил именно так, но что он упоминал
кого-то по имени Роки, это точно.
— Не Роки, — сказал Джонатан. — Раки... Генерал Раки.
Помните? Я говорил вам, что это могут быть его войска. До недавнего времени
он командовал армией. Пока националисты были у власти. Ваша информация может
навести на мысль о мести.
— Если мы говорим о мести, — сказала Пэтти, — то давайте как
можно быстрее вернемся в Штаты и сообщим о случившемся в Вашингтон и ООН.
Ведь ООН еще отвечает за эти острова, правда?
— Да, ну и что из этого? — спросил Джонатан.
— Мы свидетели того, как куча ублюдков расстреляла американских граждан, — ответила Пэтти.
В темноте почувствовалось нарастающее волнение. Тревога и ярость добавили
женщинам сил.
— Как мы можем быстро выбраться отсюда? — спросила Пэтти.
— Джонатан не может добраться до Куинстауна? — произнесла
Кэри. — Он мог бы купить для нас лодку.
— Сколько она стоит? — поинтересовалась Сюзи.
— У нас есть обручальные кольца, — заметила Кэри. — За один
изумруд Сильваны можно купить океанский лайнер.
Изумруд Сильваны в двадцать один карат, окруженный гранеными алмазами, был
шедевром Гарри Уинстона. Кольцо Кэри представляло собой вырезанную античную
римскую голову, вмонтированную в тонкую оправу восемнадцатого века. У Сюзи
было кольцо с бриллиантами, расположенными в форме сердечка. На кольце Анни
сверкал окруженный бриллиантами сапфир. Только Пэтти оставила свое кольцо с
бриллиантом дома.
— Если я пойду в Куинстаун, — задумчиво произнес Джонатан, —
меня увидят. Все узнают, что я не взорвался вместе с
Луизой
, не так ли?
Слухи здесь распространяются так же быстро, как в деревне из трех хижин.
— А нельзя купить нам какое-нибудь каноэ в деревне? — настаивала
Кэри. — Если мы предложим им хорошую цену.
— Выдолбить из бревна каноэ — нелегкая работа, — сказал
Джонатан. — Островитянин не станет менять его на кольцо с зеленым
стеклышком. Даже если сказать ему, что оно очень ценное, и даже если он нам
поверит, что ему проку от драгоценностей?
— Продать в Куинстауне, — предложила Пэтти.
— Вот именно. Чтобы власти узнали об этом в течение часа. И помните,
что здесь у власти опять могут быть националисты. Это значит, что Раки
отправится искать нас быстрее, чем мы сможем получить каноэ.
— Что же у нас есть ценного для островитян? — задумчиво произнесла
Анни. — А ваше ружье? За него можно купить каноэ?
Джонатан заколебался.
— Почти все, что мы закопали, ценно для местных жителей. Но эти
отдаленные рыбацкие деревни на южном берегу не всегда дружелюбны, — он
снова сделал паузу. — Зачем им меняться, если они могут отобрать у нас
вещи даром?
— Вы хотите сказать, они украдут наши вещи? — с тревогой спросила
Сюзи.
— Да.
— Тогда почему мы оставили их без охраны, если это наше единственное
богатство? Откуда мы знаем, может, местные растаскивают их в этот самый
момент?
— Нет, они не придут на тот пляж.
— Почему?
— Потому что это для них запрещено.
— И что?
— Ничего не случится с вами, пока вы на запретной территории. Но вы
побеспокоили духов их предков.
— Правда?
— И островитяне убьют вас, как только вы выйдете оттуда.
На завтрак они попили немного воды и медленно пососали по одному леденцу,
стараясь сохранить его во рту как можно дольше.
— Воздух попадает в эту пещеру не под водой, — сказал
Джонатан. — Поэтому он должен проходить сюда с другой стороны. Кэри,
идемте со мной и посмотрим. Возьмем с собой фонарик. Пэтти, смотрите, чтобы
никто никуда не уходил, пока мы не вернемся. Если не двигаться, то в темноте
не сломаешь ногу.
— Почему я? — Кэри начало трясти.
— Я считаю, что вы меньше всех устали, а нам, возможно, придется
пробыть там некоторое время.
— Я не очень хорошо себя чувствую, — сказала Кэри.
— Никто не чувствует себя хорошо. Вставайте. В тусклом свете фонарика
Джонатан и Кэри осторожно двинулись вдоль туннеля. Джонатан шел. впереди,
проверяя пол ногой, затем остановился и осветил бледные, прекрасные
образования по обеим сторонам.
— Они внушают страх, — Кэри поежилась. — Правда?
— Ага. Видимо, поэтому местные жители не смеют ходить сюда. Пещеры обладают таинственной силой.
Женщина почувствовала слабость. Она боялась с тех самых пор, как вошла сюда,
и теперь ужас окончательно одолел ее. И этот шум не помогал.
Продолжительный, мучительный звук, состоящий из тысяч гудков, смешанных с
писком летучих мышей под потолком. Он напоминал азбуку Морзе. Он сводил Кэри
с ума. Она хотела закричать.
Каждые несколько шагов Джонатан вынужден был останавливаться и прочищать
фонарик, потому что маленькие летающие существа летели на свет.
— В основном мотыльки, — пояснил он и быстро повернулся на
сдавленный вскрик Кэри.
— Что-то оцарапало меня, — вскрикнула она. Джонатан осветил ее
голову. Маленький летучий мышонок вцепился лапками в волосы женщины. Его
тельце было покрыто коричневатым пушком. К несчастью для Кэри, мышонок еще
не умел как следует летать и инстинктивно вцепился во что-то мягкое, поэтому
его лапки постоянно дергали волосы. Он испуганно бил крылышками, ища
крошечной мордочкой сосок матери. Кэри в ужасе закричала.
— Закройте глаза руками и не открывайте, — сказал Джонатан. —
Не двигайтесь.
Левой рукой он попытался снять мышонка, но тот еще сильнее забил крылышками.
Услышав писк своего детеныша, мать стала кружить над головой Кэри и попала в
луч света. Поняв, что пытаться отцепить испуганного мышонка бесполезно,
Джонатан ударил его фонариком. Тот стал царапаться еще сильнее. При каждом
рывке волос Кэри взвизгивала, и Джонатан ударил еще раз.
Наконец мышонок затих. Теплое тельце прокатилось по рукам Кэри, которые она
по-прежнему не отнимала от глаз.
Джонатан достал свой швейцарский нож, зажал фонарик под подбородком и
отрезал вместе с мышонком клочок светлых волос Кэри.
Женщина, дрожа и рыдая, прижалась к груди Джонатана. Он слегка оттолкнул ее
от себя.
— Ну, ну, дорогая, это был всего лишь мышонок. И даже небольшой.
Снимите вашу блузку, завяжите ею волосы, чтобы этого не повторилось, и
предупредите остальных. Я не думал, что такое может случиться. Я считал, что
у летучих мышей есть орган, позволяющий им ориентироваться в темноте.
Ежась от страха, Кэри завязала голову голубой блузкой, и они с Джонатаном
осторожно двинулись дальше, петляя между прекрасными сталагмитами и поднимая
высоко ноги, чтобы не споткнуться о рассыпанные по полу обломки.
Кэри должна была считать шаги, но после битвы с летучей мышью забыла об
этом. Она брела за Джонатаном, держа руку впереди, перед глазами, словно
защищаясь от солнечного света. Ужас измучил ее, но сейчас она оцепенела и
ничего не ощущала.
Джонатан резко остановился.
— Я вижу свет.
Он выключил фонарик. Когда их глаза привыкли к темноте, Джонатан и Кэри
пошли дальше. Впереди показался свет. Джонатан снова зажег фонарик.
— Это настоящая дымовая труба, — сказал он, добравшись до
источника света.
Джонатан осветил потолок и увидел в скале цилиндрическое отверстие примерно
в два фута диаметром.
— Наверху она, видимо, заросла.
Кэри опять вскрикнула и вцепилась в его плечо.
— В чем дело? Опять мышь?
— Нет. Посмотрите.
Джонатан повернулся, посветил фонариком туда, куда указывала женщина, и
сказал:
— О, мы не первые посетители.
В ярде от них, прислонившись к стене пещеры, посреди мышиного помета,
пауков, осколков камней сидел скорчившийся серый скелет человека.
Джонатан наклонился поближе и навел луч фонарика на то, что когда-то было
руками.
— Фотоаппарат, — сказал он.
Это был старый
Пентакс К2
с двадцативосьмимиллиметровой линзой.
— Смотрите, — воскликнула Кэри. Что-то блеснуло на ключице
скелета.
Джонатан разглядел покрытый пылью диск, висевший на цепочке, и протер его.
— Золотой, — сказал он. — Орден Святого Кристофера. Джонатан
перевернул диск.
— Здесь что-то написано.
Нэнси от Майкла
.
— Так это была женщина, — сказала Кэри. — Какой ужас.
10
Гарри Скотт услышал об этом в самом конце утренней сводки новостей. Он резко
перестал бриться и увеличил громкость транзисторного радиоприемника. Все еще
пытаясь рассмотреть собственный подбородок в зеркале ванной комнаты, он
слушал быстрый, с типично австралийским акцентом голос ведущего,
бормотавшего новости.
Прошлой ночью на острове Пауи начались бои. Поводом
послужила атака военных с моря. Вся связь с островом прервана, однако из
надежных источников нам стало известно, что на острове произошел военный
переворот. Лидер демократической партии, президент Обе, смещен со своего
поста. А теперь новости спорта...
Гарри выключил радио. Так вот почему сегодня утром ему так и не удалось
дозвониться до Артура. Нижними зубами он прикусил верхнюю губу — так
случалось всякий раз, когда он напряженно думал о чем-нибудь. Широкоплечий,
но стройный, совсем обнаженный, он стоял перед зеркалом своей ванной
комнаты, глядя перед собой широко открытыми глазами, но не видя отражения
своих серых глаз над узкими и высокими скулами.
— Взяв со стены телефон, он набрал номер американского дипломата, с
которым ему несколько раз случалось играть в теннис.
— Ричард? На Пауи произошел военный переворот — идут бои, и по радио
нет связи. У меня там в настоящее время пять человек из совета
Нэксуса
,
вместе с женами, все они граждане Соединенных Штатов... Конечно, я
постараюсь добраться туда, как только смогу... Да, конечно, но, как вы
знаете, первые сутки после государственного переворота имеют решающее
значение, и в неразберихе все может случиться... Я бы хотел держать с вами
связь, Ричард, на случай, если мне понадобится помощь со стороны
правительства, чтобы вывезти их... Конечно, я свяжусь с вашим консульством в
Морсби, но я бы попросил вас немедленно сообщить в государственный
департамент, что люди могут быть в опасности.
Следующий звонок был главному пилоту из
Нэксуса
.
— Доброе утро, Пэт. Помнишь ту группу, что ты доставил в Куинстаун на
той неделе в субботу? Ну, так нам надо вывезти их оттуда, и поскорее. На
острове восстание, идут бои... Нет, это не враждующие племена, на этот раз,
похоже, что-то серьезное... Так что, когда мы вылетаем и на чем?
На другом конце провода главный пилот, протирая глаза, старался справиться
со сном.
— Хорошенькие новости с утра пораньше, Гарри, — подавить зевоту
ему не удалось. — Очень даже может быть, что мы не сможем приземлиться
в Куинстауне, потому что, если там идут бои, они непременно докатились и до
аэропорта. На посадочной полосе могут быть повреждения.
— Но ты бы смог посадить
Лира
, если бы полоса был
...Закладка в соц.сетях
