Жанр: Любовные романы
Мелодия страсти
...ротив нее.
Она потеряет этого ребенка, как потеряла первого, и неважно, что, по словам
врача, у нее все в порядке. Ей было так же плохо, как много лет назад. Все
повторялось. А теперь, встретив призрак на болоте, Кейт окончательно
убедилась — они прокляты.
Чейз будет раздавлен. Кейт знала — она должна ответить за то, что скрывала
правду. Она не заслуживает счастья, но и Чейз не заслуживает такой боли.
Кейт ломала голову, ища способ заставить Чейза уйти. Спасти его. Возможно,
уйти придется ей. Как-нибудь исчезнуть из его жизни.
— Кейт, Шелби сказала мне, ты видела цыганку на болоте. Мне очень жаль, что ты так испугалась.
— Я не... не была...
Чейз взял ее руку и нежно поцеловал ладонь.
— У меня есть для тебя свадебный подарок.
И он вложил счастливое золотое яйцо в ее руку.
— Но оно же твое, — запротестовала Кейт. — Это твое
наследство.
— А теперь я хочу, чтобы оно стало твоим. Оно принесет тебе удачу.
Защитит от проклятия. — Он сомкнул пальцы Кейт вокруг подарка. —
Чувствуешь, какое оно теплое? Это удача начинает вливаться в твою душу.
— Мне оно не кажется теплым, — возразила Кейт, но ей стало
любопытно. Она принялась разглядывать узор и камни. — Забавно. Ты
раньше не говорил мне, что оно открывается. Что внутри?
На лице Чейза отразилось недоумение.
— Не знаю. Я вообще не догадывался, что оно открывается.
Чувствуя холодок предвкушения, Кейт повернула крышку яйца, и оно открылось.
И тут же зазвучала нежная музыка.
— Музыкальная шкатулка, — объявила Кейт, хотя это и так было
очевидно.
Н лицо Чейза набежала тень, и Кейт вдруг поняла, что уже слышала эту музыку
раньше. Мелодия была похожа на колыбельную и проникала в самое сердце. Какие-
то неясные воспоминания начали подниматься в душе. На глаза навернулись
слезы, и комок встал в горле.
И словно чей-то голос едва слышно прошептал, что час настал. Кейт, пусть ей
и было не по себе, даже была этому рада.
— Мне надо кое-что сказать тебе, Чейз, — начала она. —
Помнишь, я говорила, что мой отец узнал про нас и мы ужасно поссорились той
ночью?
Чейз кивнул, не отводя глаз от яйца.
— Так вот, это была я, — призналась Кейт. — Это я сказала
ему. Я.. — я тогда только что сделала тест на беременность и знала, что
у нас будет ребенок.
Чейз поднял глаза и впился взглядом в ее лицо.
— Той ночью я собиралась сообщить тебе о ребенке. Правда-правда. Но не
успела.
Боль пронзила сердце Чейза, в голове все закружилось, и стало тяжело дышать.
В голове всплыла картина: Кейт лежит, смотрит на него снизу вверх и говорит:
Я должна кое-что сказать тебе
.
Дьявол! Он-то всегда думал, что она собиралась признаться ему в любви. Но
все было иначе.
Чейзу захотелось что-нибудь разбить, сломать, дать выход буре эмоций.
— Но почему ты сначала выложила все отцу, а не мне?
— Чейз, я уже объясняла. Мне пришлось бы уйти из школы, а ты ее только
что закончил. На что бы мы жили сами да еще растили ребенка? Я думала, что
отец поможет нам. Даст тебе работу. Заплатит врачам. — Кейт опустила
голову, так что Чейз не видел выражения ее глаз. — Как я не поняла. Не
догадалась, — прошептала она. — А он потребовал, чтобы я сделала
аборт. Сказал, что такому отродью не место на земле.
Ослепленный яростью Чейз схватил ее за плечи.
— Так где ребенок? Мой ребенок. Ты что, отдала его?
Кейт вскочила и мгновение стояла к Чейзу спиной, по всей видимости,
собираясь с духом. Когда же она обернулась, вид у нее был совершенно
измученный и больной. Чейзу захотелось помочь ей. Поддержать. Но он не мог.
Он себе-то самому помочь не мог.
— Когда ты уехал из города, я плакала дни напролет. Потом меня начало
тошнить по утрам, и я запаниковала. Мне нужно было найти тебя, —
грустно продолжала она. — Рассказать тебе. Добиться... чтобы ты помог
нам. Я заняла денег у Роберта Гудри и села на автобус.
— Гудри одолжил тебе денег? Кейт кивнула.
— Пятьсот долларов. Я выплачивала их ему почти восемь лет. Но он был
единственным, кому я могла доверять. И он не стал бы выспрашивать, зачем мне
необходимо разыскать тебя.
Что-то внутри Чейза рушилось. У него возникло чувство, будто он
разламывается на две половинки и катится к пропасти. Он не хотел слушать
дальше. У него не было на это сил. Но он словно примерз к месту. А пропасть
была все ближе.
— Я повсюду искала тебя, — говорила Кейт. — почти три месяца.
Я... была в отчаянии. Иногда я забывала есть, иногда голодала по несколько
дней подряд. А когда ела, то всякую дешевку, потому что у меня было очень
мало денег. Иногда мне приходилось спать на скамейке в парке. Но я нигде не
могла найти тебя.
Чейз не мог больше этого выносить. При мысли о Кейт, такой одинокой,
измученной и несчастной, ему жег душу адский огонь. Он вскочил на ноги и
отошел в другой угол комнаты.
— Так что случилось с ребенком, Кейт? — Он должен выслушать все до
конца, может, тогда он снова будет в силах хотя бы вздохнуть.
— Чейз... прости... наш ребенок... наша девочка умерла. Это все моя
вина. Мне надо было лучше заботиться о себе.
Скорая
в Новом Орлеане
пыталась спасти ее, но она родилась слишком рано. — Кейт закрыла лицо
руками и заплакала. — Это все из-за меня. Все по моей вине.
Сердце Чейза разрывалось от боли.
— О господи, — только и смог выговорить он между приступами
ослепляющей ярости и страдания. Он не мог поверить в услышанное, но знал,
что Кейт говорит правду.
Кто-нибудь, помогите, у меня нет больше сил, безмолвно молил он. Нет, вдруг
пронзила его безумная мысль, пусть лучше будет еще больнее. Так больно,
чтобы он смог забыть обо всем на свете.
Чейз подошел к окну и стукнул кулаком прямо по стеклу, дробя его на
сверкающие осколки. Каким же он был идиотом. Напыщенным, самодовольным
скотом. Гореть ему в аду!
— Чейз! Что?.. — К нему подбежала Кейт и взяла его окровавленную
руку. — Ты порезался, давай я помогу.
Не обращая внимания на ее слова, Чейз рухнул на колени, обнял ее за талию и
зарылся лицом в живот.
— Я оставил тебя, — срывающимся голосом простонал он. —
Просто ушел. Я был так уязвлен, что даже не подумал о тебе. Просто поверить
не могу. Желание провалиться сквозь землю становилось все
нестерпимее. — Я должен был остаться с тобой. А я бросил тебя наедине с
отцом. Наедине с твоей болью. Прости меня.
— Это... я... — Кейт едва могла говорить от нахлынувших чувств.
Внезапно еще более ужасная мысль пришла Чейзу в голову.
— Но после... ты вернулась сюда. Зачем, Кейт? — Он в ужасе ждал
ответа.
— Я, наверно, поступила глупо, — невесело усмехнулась Кейт, —
но я подумала, что ты, может статься, вернешься за мной. И я хотела быть
там, где ты легко сможешь меня найти.
Чейз открыл рот, но не вымолвил ни слова.
— Мне потребовалось два года, чтобы понять — ты не вернешься, —
продолжала Кейт. — Но к тому времени также стало ясно, что я нужна
городу, как единственный вменяемый представитель семьи Белтрейнов, который
будет служить буфером между горожанами и моим отцом.
Десять долгих лет она мучилась с этим ублюдком Белтрейном. Его любимая вела
жалкое, унизительное, мучительное существование, в то время как он сам
упивался своим гневом и растравлял несуществующие обиды и раны.
Чейзу стало так плохо, что хотелось умереть. Но он не мог так поступить. Не
мог снова оставить Кейт одну. Ни за что на свете.
Он поднялся на ноги и заглянул ей в лицо.
— Я не заслуживаю тебя, любовь моя. Я могу только умолять тебя не
бросать меня. — Он провел тыльной стороной порезанной руки, чтобы
смахнуть навернувшиеся слезы. — И если ты не любишь меня... или не
хочешь выйти за меня замуж... я пойму. Но дай мне еще один шанс все
исправить.
Кейт взглянула на его израненную руку, а потом посмотрела в глаза.
— Я люблю тебя, Чейз. И всегда любила. Я сказала, что не выйду за тебя,
потому что была напугана. Я боялась за нашего малыша. Боялась проклятия.
Она любит его. Чейзу потребовалась целая минута, чтобы осознать сей факт. А
когда это произошло, он привлек Кейт к себе.
— Нет никакого проклятия, chere, — прошептал он. — Клянусь
тебе. И на этот раз с вами обоими ничего не случится. У нас будет малыш... и
не один. Конечно, нам не вернуть нашу девочку, но мы станем настоящей
семьей.
Кейт робко прикоснулась к его лицу и прошептала в ответ:
— Но я видела призрак цыганки.
— Да нет же, — возразил Чейз и вытащил шарф из кармана. — Это
настоящий шарф. Потрогай его. Ты видела живого человека, а не призрак. Если
когда-то и существовало проклятие, то теперь оно снято.
Кейт взяла у него шарф, погладила — и внезапно силы изменили ей. Она заплакала и прильнула к Чейзу.
А он прижал ее покрепче и старался удержать слезы радости. Произошло чудо.
Волшебство. Все его мечты сбылись.
Цыганка. Он не знал как, но эта женщина спасла ему жизнь. И он поклялся когда-
нибудь выяснить причину.
— Chere, скажи это еще раз, — прошептал он, касаясь губами волос
Кейт.
Она слегка отодвинулась от него, и хоть глаза у нее еще были влажными, в них сверкал особый огонек.
— Я люблю тебя, Чейз Северин. Всегда любила. И всегда буду любить.
ЭПИЛОГ
Пассионата Чагари стояла в густой тени деревьев и наблюдала, как наследник
цыганского дара женится на женщине своей мечты.
Ну наконец-то, облегченно подумала она, Чейз Северин получил то, чего желал.
Теперь он заслуживает любви.
Однако оставалось сделать еще одну вещь, прежде чем ее миссия будет
завершена. Так что, когда гости собрались на веранде за праздничным обедом,
Пассионата решила дать знать Чейзу о своем присутствии. Он получит ответы на
свои вопросы.
Чейз уловил яркое пятно, вспыхнувшее как неоновая вывеска среди болотных
зарослей. Убедившись, что с Кейт все в порядке и она занята беседой, он
украдкой покинул веранду и направился на болото.
Долго искать не пришлось — под раскидистой ивой стояла старая цыганка,
которая подарила ему яйцо.
— Зачем ты пришла? — требовательно спросил Чейз. Ему самому
становилось не по себе, и он надеялся, что Кейт ничего не заметит.
Пассионата раздвинула губы в беззубой усмешке.
— Хочешь выслушать еще одну историю, Северин? Ну так я тебе ее
расскажу.
Чейз сложил руки на груди.
— Приступай. Только я не верю в цыганские проклятия.
— Но теперь ты веришь в магию, не так ли?
Чейз не мог не признать, что подарок и вправду оказался волшебным. Но черт
его побери, если он скажет об этом!
— Просто выкладывай свою историю. Что сделала моя бабка, чтобы
заслужить такое наследство?
Пассионата не заставила упрашивать себя дважды.
— В стародавние времена, когда на цыганские таборы смотрели с опаской и
недоверием... а кое-кто до сих пор так к нам относится, — добавила
она, — когда я была молода и носила первое дитя, что-то пошло не так.
Мой отец тогда еще не владел магией и мудро рассудил, что моему ребенку и
мне нужна медицинская помощь, раз уж ничего не помогает. Но никто не хотел
лечить меня, — сокрушенно покачала она головой. — Я и мое
нерожденное дитя уже готовились отправиться на небеса, когда меня нашла
Люсиль, сама тогда еще совсем юная девушка. Она тайком провела меня в свое
поместье и упросила их личного доктора помочь.
Чейз слушал как зачарованный. Но эта история уж очень сильно походила на
историю их с Кейт потерянного ребенка. Он потер руки, чтобы прогнать
неожиданно напавший озноб.
— Я и мой ребенок выжили только благодаря доброте Люсиль. —
Цыганка вздохнула от собственных воспоминаний. — Мой отец много лет
искал способ отплатить ей. Но у Люсиль было все. Однако незадолго до своей
смерти отец наконец-то познал магию...
— Подожди минутку, — прервал ее Чейз. — Как у тебя это
получается?
Пассионата махнула рукой, давая понять, что не ответит.
— Эта тайна только для цыганских ушей, Северин. Так что не спрашивай.
Чего хотела Люсиль, — продолжала цыганка, — так это снова быть
вместе со своей дочерью. Но мой отец был не в силах исполнить желание. Ее
дочь — твоя мать — умерла много лет назад. — Глаза цыганки заблестели
от набежавших слез. — Мой отец уже был на смертном одре, когда узнал,
что дни Люсиль тоже подходят к концу. Тогда он создал это наследство и взял
с меня клятву, что я исполню его волю. Я с радостью согласилась, потому что
тоже была в огромном долгу, — торжественно продолжала она. —
Молодые мужчины из семьи Стил должны были получить волшебные подарки,
созданные специально для них. Предназначение даров — приносить своим
владельцам любовь, которой им всем так не хватало и которой они желали
превыше всего на свете. — Пассионата качнулась на каблуках и сложила
руки на груди, подражая Чейзу. — И цель в конце концов была достигнута.
Как ни странно звучала эта история, Чейз верил каждому слову. Он
собственными глазами видел, что волшебство действительно работает.
— Я искал тебя не для того, чтобы выслушать эту историю, — наконец
сказал он. — Но я рад, что ты мне ее рассказала.
Пассионата наклонила голову набок, безмолвно спрашивая об истинной причине.
Чейз улыбнулся ей. Его жизнь была настолько полна счастьем и любовью, что
ему казалось — он теперь до конца своих дней будет улыбаться всему миру.
— Я пришел, чтобы поблагодарить тебя, признался он. — Ты спасла
мою жизнь своей магией, цыганка. Считай, что твой долг выплачен сполна.
И Чейз поторопился вернуться к своей молодой жене. На всю жизнь он сохранит
в душе благодарность бабушке, которую ни разу не видел. И цыганскому барону,
сумевшему овладеть магией.
Наконец-то жизнь его была полна и прекрасна. А самое главное волшебство
будет жить в его сердце.
И имя этом волшебству — любовь.
Закладка в соц.сетях
