Жанр: Любовные романы
Стерва
... пудреницу. — Меня зовут Линн. — Она протянула
руку. — А вас?
— Нико Константин.
— У вас греческое имя, но вы говорите, как американец.
— Да, я прожил в Эл-Эй последние десять лет. Куда вас отвезти?
Линн кокетливо поджала губки.
— Вы уже пытаетесь избавиться от меня... Нико рассмеялся.
— Вовсе нет.
— Я слышала, что вы попросили водителя доставить вас в
Ламонт
, верно?
— Я там остановился.
— В этой гостинице яичницу готовят лучше, чем где-либо в Лондоне.
— Правда?
— Вам следует в этом убедиться.
— Ресторан уже закрыт...
— А бюро обслуживания работает... Мы попросим, чтобы яичницу принесли в
номер...
Ванесса, Леонард и еще несколько человек приехали в
Хобо
в качестве гостей
Фонтэн.
Она наблюдала за тем, как женщины реагируют на Стива. Ничего особенного.
— Он тебе нравится? — шепотом спросила хозяйка заведения Ванессу.
— Он — не Тони.
— А пошел этот Тони... Меня тошнит от одного его имени. Он — не единственный жеребец на свете.
Фонтэн осушила бокал шампанского и жестом приказала подать новый.
— Он хорош собой... — сказала Ванесса.
— Хорош собой! Господи! Это вовсе не то, что мне требуется.
Вечер плыл сквозь пары шампанского. Фонтэн позволила себе отдаться во власть
приятного опьянения.
Граф Паоло сжимал ее в своих объятиях на площадке для танцев и говорил о
своей вечной любви и страсти.
— Мы должны как можно скорее лечь в постель, — выдохнул он. — Мое тело требует тебя.
Он неприлично терся о нее, и ей захотелось, чтобы он увез свое юношеское
итальянское возбуждение назад в Италию.
Она потанцевала с Леонардом.
— Как насчет того, чтобы встретиться со мной за ленчем? — спросил
он.
Упаси ее Господь от женатых мужчин среднего возраста, считавших, что она —
легкая добыча.
Они попрощались под утро на тротуаре возле
Хобо
.
Рикки услужливо распахнул дверь
Роллс-Ройса
. Фонтэн, Полли и граф Паоло
забрались в автомобиль.
— Прежде всего подбрось до дома мисс Брэнд, — приказала
Фонтэн. — Потом графа Рисполло.
— Хорошо, миссис Халед.
Выходя из машины, Полли успела тайком подмигнуть водителю.
— Позже? — шепнула она.
— Как скажешь, — еле слышно ответил Рикки. Граф Паоло громко
возмутился тем, что его везут в отель.
— Я думал, что сегодня мы будем спать вместе, — с обидой в голосе
произнес он. — Я проделал такой путь, чтобы встретиться с тобой... а ты
обращаешься со мной... как с грязью.
— Я устала, — сухо отозвалась Фонтэн. — Может быть, завтра.
Позвони мне.
— Разочарованного графа Паоло высадили возле его отеля.
— Домой, Рикки, — распорядилась Фонтэн.
Он посмотрел на часы. Черт возьми, четыре утра. Он надеялся, она не
рассчитывает, что он явится к десяти утра бодрым и свежим. Когда он,
вернувшись к Полли, хорошо позаботится о ней, будет уже... Черт возьми, он
тоже нуждается в сне, разве нет?
Они подъехали к дому Фонтэн на Пелхэм-Кресент. Рикки выскочил из
Роллс-
Ройса
и распахнул дверь.
Она зевнула, не прикрыв рот рукой, потом вздохнула. Уже светало. Фонтэн
оценивающе посмотрела на Рикки.
— Заглянешь на утреннюю чашку чаю, Рикки?
Нико и Линн занимались любовью в гостиничном
люксе
. Сотрудник бюро
обслуживания вкатил в номер сервировочный столик с двумя яичницами и
остановился на середине гостиной.
Линн оказалась опытной, восхитительной.
Секс был превосходным.
Нико пожалел о случившемся.
Она была просто еще одной женщиной. Незнакомкой с красивым телом. Почему-то
секс со случайными партнершами перестал привлекать его. Он слишком стар для
интрижек, длившихся одну ночь. И слишком умен. Он предпочел бы лежать сейчас
с Фонтэн на черных шелковых простынях и обмениваться с ней воспоминаниями.
— Это было здорово, — сказала Линн, поднимаясь с кровати.
— Да, — согласился Нико, надеясь, что она оденется и уйдет.
Обнаженная Линн потянулась, словно большая сытая кошка.
— Ты не мазохист?
— Что?
— Ловишь кайф, когда тебя привязывают к койке и хлещут плетью? Все
арабы от этого балдеют.
— Я же сказал тебе, что я — не араб.
— Знаю. — Она прогнула спину, потом коснулась своих ступней. У нее
было сильное тело. — Ты грек, говорящий с американским акцентом. —
Она подняла платье с пола и стала натягивать его на себя. — А еще ты
глупый сукин сын, которому следует вернуть Фоницетти долг. В противном
случае ты не узнаешь самого себя. Я выразилась достаточно ясно?
— Что ты сказала? — потрясенный Нико сел в кровати.
Линн поиграла
молнией
платья. Ее грудной голос был очень чувственным.
— Ты все слышал. Я — гонец, поэтому слушай меня внимательно. — Она
поискала свои туфли на шпильках и надела их. — У тебя есть в запасе
неделя, семь дней. Понял? — Она взяла сумочку и направилась к двери.
Остановилась возле нее и улыбнулась. — Все до последнего цента, Нико...
Иначе тебе отрежут яйца. Это будет обидно, верно?
Она вышла, тихо закрыв за собой дверь.
— Забавная мысль, правда? — Прищурившись, Фонтэн наблюдала за Рикки, который разливал чай.
Он не знал, следует ему отвечать ей или нет. Не знал, как вести себя.
— Знаешь, — задумчиво пробормотала Фонтэн, — ты выглядишь
очень сексуально. Почему мне сразу не пришло в голову, что тебя можно
использовать в клубе?
— Сахар, миссис Халед?
— Нет, спасибо. — Она повернулась к нему спиной. — Принеси
чай в спальню, Рикки. И твой тоже.
Стоя на кухне, он проводил Фонтэн взглядом. Потом поспешно взял поднос и поставил на него две чашки.
— Рикки, дружище, — пробормотал он, обращаясь к самому
себе, — кажется, тебе чертовски повезло.
— Рикки, — донесся с верхней площадки лестницы слегка хмельной
голос Фонтэн, — ты идешь?
Конечно. На этот раз Полли придется немного подождать.
Глава 16
Берни, Сюзанна и Шерри молча сидели в личном самолете Карлоса Брента. Каждый
из них был погружен в глубокие раздумья.
Сюзанна слегка улыбалась. Дерьмо обрушилось с небес — любимое выражение
Берни, — но оно упало не на нее.
Шерри тихо всхлипывала, периодически протирая свои голубые глаза шелковым
носовым платком с монограммой, который она взяла из шкафа Дино.
Берни держался стоически. Мистер Козел отпущения. Мудак. Слава Богу, что он
был связан с Карлосом Брентом — пусть даже весьма тонкой ниточкой. Если бы
не это обстоятельство...
Если бы Сюзанна не заступилась за него...
Ему не хотелось думать о том, что могло бы произойти.
Берни размышлял о событиях предыдущего вечера. Они казались дурным сном.
И надо же было Джозефу Фоницетти устроить обед! Да еще пригласить на него
Нико. А Шерри и Дино — тайком пожениться.
Что за глупая шутка!
Все это, к несчастью, наложилось друг на друга.
Джозеф Фоницетти был слишком хитрым лисом, чтобы упустить что-то из виду.
Отсутствие должника за столом очень насторожило итальянца.
Конечно, настоящая заваруха началась, когда Шерри объявила о том, что они с
Дино поженились.
Джозеф Фоницетти не любил сюрпризы — особенно такие. Он поднялся со стула.
Его маленькие злые глаза буквально горели на смуглом лице.
— Это правда, черт возьми? — крикнул он Дино через весь
стол. — Ты собираешься сказать мне, что действительно женился на этой
безмозглой шлюхе?
В перепалку вмешалась Шерри. В голубых глазах девушки заблестели слезы, но
ее голос прозвучал решительно:
— Как вы смеете так меня называть — как вы смеете!
Она посмотрела на Дино, рассчитывая на его поддержку.
Дино сжался на своем стуле. Мог ли он спорить с отцом? Открыв рот, Шерри
продемонстрировала, что она действительно была безмозглой.
— Найдите Нико Константина и приведите ко мне, — потребовал
Джозеф.
Берни заметно побледнел. Он не знал, что сказать. Джозеф тотчас почувствовал
это.
— Он по-прежнему здесь, да, Берни? В голосе итальянца звучала угроза.
— Конечно здесь, дядя Джо, — поспешила вмешаться Сюзанна.
Джозеф не обратил на нее внимания.
— Разберись, Дэвид. Я хочу увидеть этого сукина сына Нико.
Немедленно. — Он указал на захныкавшую Шерри. — Эта кукла Барби —
его девка... Он может избавить нас от нее.
— Мистер Фоницетти! — выпалила Шерри. — Мы с Дино поженились.
— Выясни, где твой тупой братец сделал это, и исправь ситуацию,
Дэвид, — приказал Джозеф. — Доставь ко мне Нико. Срочно. Он
задолжал нам. Об этом должен был позаботиться Дино, но он позаботился только
о своем члене. — Джозеф разразился потоком итальянских ругательств — он
не забыл свой родной язык.
Карлос Брент поднялся из-за стола, подошел к Джозефу и обнял его.
Обед закончился.
Как и брак Шерри и Дино.
Берни тоже придет конец, когда они обнаружат, что он помогал Нико.
Он быстро обнял Сюзанну.
— Давай снова поженимся, — предложил Берни. — Мы так чудесно
провели последние два дня.
— Ты готов на все, чтобы спасти свою задницу, да, Берни?
Однако она произнесла это с улыбкой.
Конечно, потребовалось немного времени, чтобы выяснить, что Нико исчез.
Берни притащили на допрос в пентхаус Фоницетти. Сюзанна настояла на том,
чтобы ей позволили сопровождать его.
Ради спасения собственной задницы ему пришлось сказать, где находится Нико.
— Мы позаботимся о нем, — зловещим тоном пробормотал Джозеф.
— Он уехал лишь для того, чтобы собрать деньги и расплатиться с
вами, — заявил Берни. — Возможно, он уже возвращается сюда.
— Конечно, конечно. — Джозеф уставился на него своими злыми
маленькими глазами. — Запомни кое-что, Берни. Самое главное в жизни —
верность. Умение правильно выбирать друзей. Когда ты узнал, что Нико не
может расплатиться, тебе следовало без промедления прийти ко мне. Не
колеблясь ни минуты. Ты понял?
Берни энергично кивнул.
— Но ты... еще молод... тебе предстоит многому научиться. И я многим
обязан Карлосу Бренту. Считай, что тебе повезло. Ты понял?
— Он понял, дядя Джо. — Сюзанна поцеловала пожилого итальянца в
щеку. — Больше такое не повторится. Спасибо вам.
Яйца Берни уцелели. Только теперь они принадлежали Сюзанне.
Шерри делила свою голливудскую квартиру с двумя другими девушками. Сейчас
обе соседки отсутствовали. Одна отправилась ловить рыбу с актером-порно-
звездой. Другая уехала на натуру в Орегон.
Шерри растерянно походила по пустой квартире. Все произошло так быстро. Еще
недавно она была миссис Дино Фоницетти. А в следующее мгновение снова
превратилась в неудачливую актрису Шерри.
Это казалось несправедливым. В чем ее вина? Почему ее сочли недостойной быть
женой Дино? Почему его отец сразу возненавидел свою невестку?
Она посмотрела в зеркало на свое восхитительное отражение. Светлые волосы.
Голубые глаза. Безупречные черты лица. Какие очаровательные дети могли быть
у нее и красивого смуглого Дино!
Дино. Он повел себя не очень-то достойно. Позволил своему отцу обрушить на
нее отвратительные ругательства.
Она тяжело вздохнула, прошла в крохотную ванную, сняла с веревки сохнущее
белье, выбрала свою любимую пену и пустила воду.
Потом разделась и шагнула в ванну.
— Оператор, попробуйте, пожалуйста, еще раз набрать этот номер. —
Берни качал на колене свою дочь Старр и в пятый раз пытался связаться с
Нико.
Сюзанна разбирала его вещи. Она настояла на том, чтобы по дороге из
аэропорта они забрали их из арендованного Нико дома.
— Мы можем сделать это завтра, — проскулил Берни.
— Нет, сейчас. Я хочу ощущать, что ты действительно вернулся. А не
просто проводишь ночь в моей постели.
Раскладывая одежду, она упрекала его:
— Посмотри на эти рубашки! Господи, в какую прачечную ты их отдавал?
— Берни, эти носки следовало выбросить, они порвались!
— Господи! Это мой любимый свитер. Ты прожег в нем дырку! Как ты
умудрился это сделать?
Берни отключился, сосредоточив свои усилия на попытках дозвониться до Нико.
Все, что он мог сделать — это предупредить друга. , — Думаю, нам надо
устроить маленькую свадьбу. Скромную, со вкусом. Старр будет подружкой
невесты. Что скажешь, Берни?
— Хорошая идея.
— Папа предложил воспользоваться его домом в. Палм-Спрингсе. Мы можем
доставить всех гостей самолетом. Будет забавно, правда?
— Конечно. — Опять проклятый папочка.
— Я появлюсь в синем платье. Ты можешь надеть синий костюм, чтобы мы
хорошо смотрелись рядом. А Старр будет в голубых кружевах. Берни, это будет
здорово!
Больше всего на свете Сюзанна любила готовиться к приемам или к свадьбам.
Берни со страхом вспоминал их знаменитые субботние обеды в узком кругу из
пятидесяти или шестидесяти гостей. Проклятие. На этот раз ему придется
смириться.
— Я звоню в номер мистера Константина, — произнесла телефонистка в
гостинице.
После трех гудков Нико поднял трубку.
— Я уже не один день пытаюсь дозвониться до тебя, — выпалил
Берни. — Дерьмо...
— Обрушилось с небес. Я уже знаю, — отозвался Нико.
— Откуда это тебе известно? Что случилось? — пробормотал Берни.
— Они щедро дали мне семь дней, чтобы я собрал деньги.
— А кольцо?
— Стекляшка, мой друг.
— Что ты будешь делать?
— Что-нибудь придумаю.
— Послушай, Нико; Я не виноват в том, что они все узнали. Я пытался
скрывать правду в течение нескольких дней. То, что произошло, — длинная
история.
— Не рассказывай ее. Я выслушаю, когда вернусь. Надеюсь, живым и
невредимым.
— Я рад, что ты воспринимаешь все с таким спокойствием.
— Что еще мне остается?
— Если я понадоблюсь тебе, ты найдешь меня у Сюзанны.
— Вы помирились?
— Я все объясню.
— Береги свои яйца.
— Ты тоже.
Нико положил трубку. Он на самом деле был спокоен. Он не должен поддаваться
панике. После ухода Линн он сел и стал думать.
Нико располагал двумя возможностями. Одна заключалась в том, чтобы взять
выигранные пятьдесят тысяч фунтов и удрать куда-нибудь. В Южную Америку,
Афины... Изменить фамилию, начать новую жизнь. От этого шага его удерживало
то, что у него не было желания менять фамилию и жизнь.
Вторая возможность — вернуть долг. Если бы ему удалось каким-то образом
достать деньги.
Конечно, всерьез он воспринимал только вторую возможность. Но как ее
осуществить?
Заснул Нико с этой мыслью.
Фонтэн проснулась от неприятного вкуса во рту и запаха похмелья, а также от
стука в запертую дверь спальни.
Господи! Чувствовала она себя кошмарно.
— Миссис Халед, — раздался знакомый голос экономки, — уже
первый час, я принесла вам завтрак.
— Оставьте его у двери, миссис Уолтере.
Боже мой! Голова раскалывалась от боли. Фонтэн попыталась восстановить в
памяти обрывки вчерашнего вечера. Ей удалось это сделать.
Черт возьми! Рикки. Он еще спал в ее постели. Она села и обвела взглядом
комнату, имевшую такой вид, словно в ней проходила вечеринка.
Да, так оно и было. Вечеринка вдвоем. В духе
Любовника леди Чаттерлей
.
Фонтэн выскользнула из постели в шелковом кимоно и лихорадочно стала
соображать, как ей избавиться от Рикки.
Миссис Уолтере не испытала бы шока, узнав, что миссис Халед провела ночь с
мужчиной. К этому экономка успела привыкнуть. Но с личным шофером! Господи!
— Рикки. — Она резко толкнула его. — Будь добр, встань и
исчезни.
— Что? Что? — Он открыл глаза. — Где я? — Потом
вспомнил. — О, да, конечно. Иди сюда, дорогая, я сделаю с тобой то, что
тебе так понравилось ночью.
Он сжался под ее презрительным взглядом.
— Забудь об этой ночи, Рикки. И я тебе не дорогая, а миссис Халед.
Запомни это. А теперь сделай мне одолжение — оденься и исчезни.
Он сел в кровати.
— Ты отправляешь меня в отставку?
— Если ты спрашиваешь, увольняю ли я тебя, отвечаю — нет. Но помни —
истекшая ночь была плодом твоей фантазии.
Черт возьми! Неплохой плод фантазии. Он отлично помнил, как миссис Халед
сидела на нем верхом в надетой на голое тело норковой шубке и шоферской
фуражке и кричала:
Победителем станет тот, кто закончит дистанцию первым!
Фонтэн отправилась в ванную, и Рикки быстро оделся. Он вышел из спальни,
едва не перелетел через оставленный поднос и шмыгнул по лестнице вниз.
Миссис Уолтере вытирала пыль. Бросив на Рикки презрительный взгляд, она
фыркнула.
— Доброе утро, миссис Уолтере.
Экономка повернулась к шоферу спиной.
Нико всегда превосходно играл в триктрак. Он приехал в лондонский клуб и
принялся демонстрировать свое искусство. В городе хватало своих мастеров
триктрака, но Нико был способен утереть им нос.
После полудня он сел за игральный стол и вышел из-за него к вечеру, став
богаче на несколько тысяч фунтов.
Неплохо, но явно недостаточно. Нико нуждался в совете. Он позвонил Хэлу. Они
встретились в
Трейдер Вике
, чтобы пропустить по бокалу. Хэл выглядел
бесподобно в своем новом белом костюме.
Нико прикоснулся к отвороту.
— Вы недурно смотритесь.
— Я всегда должен выглядеть наилучшим образом ради моих дам. Они уже
здесь. Если я грамотно разыграю свои карты, то, возможно, к завтрашнему утру
буду владеть половиной Детройта! Вы уверены, что не хотите составить нам
компанию за обедом?
— Если они готовы подарить мне пятьсот тысяч долларов...
Хэл улыбнулся.
— Вероятно, пять лет безостановочного траханья принесут вам такую сумму. Нико скорчил гримасу.
— Мне нужно раздобыть их гораздо раньше. — Он пристально посмотрел
на Хэла своими темными гипнотизирующими глазами. — Мне действительно
позарез нужны деньги, Хэл. Я удрал из Лас-Вегаса, не оплатив долг. Думал,
что кольцо покроет его. Теперь, — он беспомощно развел руками, —
они нашли меня. Прислали девушку-гонца. Я решил, что эта красотка просто
хочет провести со мной время. Что она и сделала, а потом передала мне
предупреждение. Семь дней. Они настроены серьезно — мы с вами знаем это. У
вас есть какие-то идеи?
Хэл подозвал хорошенькую официантку-китаянку и заказал очередную порцию
Нэви грог
. Он сочувствовал Нико, который нравился ему. Однако, если сюда
приближается беда, лучше поскорей смотаться куда-нибудь подальше.
— Расскажите мне все подробнее, — попросил Хэл, выигрывая время на
обдумывание предлога для внезапного исчезновения. — Кому вы задолжали?
Какую сумму?
— Я не шутил с вами. Я должен семье Фоницетти пятьсот пятьдесят штук.
Хэл испустил тихий и долгий свист.
— Господи! Я знаю старого Джо Фоницетти. Вы хотите сказать, что они
позволили вам убежать с таким долгом? Это невозможно.
— Возможно, если сначала вы проиграли собственные шестьсот тысяч. Хэл
снова свистнул.
— Вы угодили в беду, мой друг. В большую беду. Китаянка принесла бокал
и загадочно улыбнулась им обоим.
— Никогда не трахал китаянок, — рассеянно сказал Хэл, когда
девушка ушла. — А теперь скажите мне, Нико, кто была девушка-гонец? Ее
прислали из-за океана?
Нико покачал головой.
— Это была англичанка. Она сказала, что ее зовут Линн.
— Высокая? С хорошим телом? Нико кивнул.
— Вы ее знаете?
— Она танцевала на телевидении. Ей никак не удавалось перебраться в
первый ряд, пока она не познакомилась с самим боссом.
— Кто он?
— Федерс. Линн — его правая рука. Крутая дамочка — мастер по дзю-до.
Вам повезло, что она только трахалась с вами!
— Чудесно!
— Я бы хотел потолковать с Федерсом, — задумчиво произнес
Хэл. — Возможно, мы бы что-то узнали...
— Что вам мешает это сделать? — спросил Нико.
— Сейчас наши отношения оставляют желать лучшего. На мне висит долг.
— Какой?
— Пять тысяч фунтов. Я возвращаю его по частям, чтобы не злить Федерса.
Но он предпочел бы получить все сразу.
— Отдайте ему все. У меня есть такие деньги. Будем считать, что это
гонорар за вашу помощь.
— Эй, Нико. Вы не обязаны так поступать.
— Знаю. Но если вы способны заключить какую-то сделку с Федерсом,
попросить его договориться с Фоницетти... Может быть, они разрешат
возвращать долг по частям... как это делаете вы... Что скажете?
Хэл медленно кивнул.
— Я сделаю все, что в моих силах. Нико похлопал его по плечу.
— Спасибо. Я буду благодарен вам за любую помощь.
Эффектные манекенщицы в потрясающем нижнем белье, покачивая бедрами,
выходили на подиум.
Фонтэн демонстративно зевнула, сидя за столиком у сцены.
— Тебе не нравится? — обеспокоенно спросила Ванесса. Показ мод
проводился ради сбора средств на благотворительные нужды, и женщина отчаянно
хотела, чтобы он прошел успешно.
— Я никогда не завожусь, глядя на женские тела, — ответила
Фонтэн. — Почему здесь нет ни одного мужчины-манекенщика? Ты только
представь себе улыбающихся похотливых девятнадцатилетних юнцов в трусах!
— О, Фонтэн! Такая одежда пришлась бы тебе по вкусу.
— Хм... — Фонтэн обвела взглядом ресторан, где проходил показ. За
столиками сидели скучающие женщины в дорогих модных нарядах. Такие же как и
она сама.
Господи! Неужели в ее жизни будет только это? Шмотки и траханье. Она начала
терять интерес и к тому и к другому.
— Я скоро должна уйти, — прошептала она Ванессе. — Мне надо
встретиться с моим адвокатом. Старый зануда Арнольд грозит, что меня
отправят на исправительные работы, если я в ближайшее время не раздобуду
денег. Алименты этого скряги Бенджамина едва покрывают мои еженедельные
расходы. Я просто должна поставить
Хобо
на ноги.
— Ты это сделаешь, — ответила Ванесса. — Когда ты стремишься
к чему-то, то сметаешь все преграды.
— Знаю, знаю. Я всегда получаю то, чего хочу. Но неужели ты не видишь,
что это — лишь видимость, которую я создаю?
Ванесса изумленно поглядела на подругу. Она завидовала той жизни, которую
вела Фонтэн; ей и в голову не приходило, что эту женщину гложет чувство
неудовлетворенности. Все завидовали Фонтэн — даже те, кто скрывал это. Она
была красивой, свободной, расточительной; всем казалось, что она купается в
деньгах.
Ванесса имела богатого мужа, четырех детей, избыточный вес и не могла
потратить на себя ни единой минуты.
Фонтэн не знала отбоя от эффектных молодых людей.
Ванессе за долгие двадцать лет брака удалось завести лишь два романа.
— Мне так скучно! — призналась Фонтэн. — Хочешь, я поделюсь с
тобой секретом, Ванесса? Пусть он останется между нами. Не вздумай
поделиться им с кем-то.
Ванесса кивнула, ее глаза заблестели.
— Скажи мне! Скажи! — взмолилась она.
— Вчера ночью мне вдруг стало так скучно, что я трахнула моего шофера.
— Правда?
— Да, я сделала это. Признаюсь тебе — от этого моя скука только
усилилась!
— Почему? — Ванесса нахмурилась. — Он оказался плох?
— У него есть все, что требуется, моя дорогая. Большой член, упругие
яйца, красивое тело. Но какая это была СКУКА!
Ванесса поморгала. Фонтэн была самой бесстыдной женщиной, которую она знала.
— Дело в том, — продолжила Фонтэн, — что когда я была замужем
за Бенджамином, все эти маленькие приключения возбуждали меня сильнее. А
сейчас... все так чертовски предсказуемо.
— Я встретила одного человека... — начала Ванесса. Фонтэн, не слушая
подругу, продолжала:
— Теперь появился этот человек из самолета — Нико. Он совсем не в
...Закладка в соц.сетях
