Жанр: Любовные романы
Безумство страсти
...ело.
Регулярная еда и сон сделали ее фигуру еще привлекательнее. Но не увольнять
же ее за это! Девушка оказалась умной и работящей, общительной и
дружелюбной. Кристиан старался держаться от нее подальше, поскольку понимал,
что со сближением приходит постепенное доверие друг к другу и
взаимопонимание, а это может привести к самым нежелательным последствиям.
Он был достаточно честен с собой, чтобы признавать: Эйвери его привлекает.
Но при этом Кристиан понимал, что их разделяет непреодолимая пропасть.
Денис еще раз окинул девушку взглядом и с невинным видом посмотрел на брата.
— О чем ты?
— Эйви, оставь это, пожалуйста, — велел ей Кристиан, видя, что она
собирается продолжить работу.
— Но...
— Я сказал, оставь!
Эйвери выпрямилась и одернула бледно-розовую униформу, которая стала тесна
ей в груди, забрала тряпку и спросила:
— Поиграем в перерыв?
— Во что поиграем? — Глаза Дениса чуть не вылезли из орбит от
удивления.
— Только не сегодня, — ответил Кристиан. — Послушай, не могла
бы ты уйти? Прямо сейчас. Мне нужно поговорить с братом наедине.
Впоследствии он понял, что, велев Денису не приставать к хорошенькой
уборщице, сделал только хуже. Ничто не влекло брата так сильно, как
запретный плод.
Конечно, Кристиану и в голову не приходило, что Эйвери может быть
девственницей, и все же в ней была какая-то чистота, незапятнанность. Именно
поэтому ночами он не мог заснуть, думая о ней и одновременно стараясь
прогнать неуместные мысли.
Эйвери видела, как сильно различаются братья. Кристиан был действительно
старшим — серьезным и ответственным, взявшим на себя труд управлять семейным
бизнесом. Денис же относился к прожигателям жизни. И в отличие от брата
стремился узнать про девушку все и еще чуть-чуть, компенсируя расспросы
ответной откровенностью. Именно от него Эйвери услышала про их детство, про
красивую и легкомысленную мать, про серьезного, вечно занятого отца.
Откровенность порой переходила разумные границы. Однажды Денис рассказал ей
про постоянные ссоры в семье, про то, как мать изменяла отцу, а тот так
любил ее, что прощал и даже помыслить не мог о разводе. Были и другие вещи,
которые не следовало бы рассказывать чужому человеку. Возможно именно
поэтому Эйвери однажды, поддавшись порыву, поведала ему о своей матери.
Денис отнюдь не был потрясен, просто еще раз оглядел ее с ног до головы и
заметил, что, если у матери была такая же красивая фигура, как у дочери, ее
профессия не удивляет. Девушка тут же горько пожалела о своей
несдержанности, но было поздно.
— Только не говори Крису, — попросила она.
— Почему? — поддразнил ее Денис.
— Ну пожалуйста!
— Хорошо, — легко согласился он. — Не хочешь шокировать моего
брата? Ты, конечно, заметила, что нравишься ему.
— Ерунда! Он ценит меня как партнера по игре в карты.
— Вот уж не думаю, — фыркнул Денис. — Раньше он часто играл в
бридж с приятелями, но никогда не смотрел на них так, как на тебя.
Эйвери и сама догадывалась, что Кристиан к ней неравнодушен. Порой даже
удивлялась, почему он не обнимет ее и не поцелует. Но в глубине души знала
ответ: они не ровня. Он хозяин магазина, а она уборщица. И не следует об
этом забывать, поскольку Кристиан не забывает.
С каждым днем магазин становился все популярнее. Покупатели приезжали даже
из других городов, особенно когда появилась возможность заказывать редкие
книги.
Однажды их посетил репортер одной из центральных газет Миннеаполиса. В тот
день все трудились как проклятые — магазин сиял чистотой, продавцы любезно
улыбались, заказы доставлялись в срок...
В статье
Харлоу Букс
был назван лучшим книжным магазином штата. По этому
случаю Кристиан решил устроить банкет для сотрудников, чтобы поблагодарить
их за отличную работу, и снял зал в
Олд Тауне
.
Для вечеринки Эйвери специально купила в магазине подержанной одежды темно-
синее бархатное платье. Оно было, естественно, не новым, но смотрелась в нем
девушка великолепно. Последним штрихом послужила нитка крупного жемчуга.
Она тщательно вымыла и расчесала волосы, и они рассыпались по плечам
светлыми локонами. В ресторане она веселилась вовсю — пила шампанское,
танцевала, зная, что хозяин магазина не сводит с нее глаз. А Эйвери была
дочерью своей матери — двигалась просто божественно.
Кристиан никогда ни одну женщину не хотел так сильно, как ее. И когда подали
кофе, он перестал бороться с собой и подсел к ней.
— Привет, Эйви.
— Привет.
— Тебе весело?
— Еще бы!
Он коснулся жемчуга на ее шее.
— Красивые. Кто их тебе подарил?
— Мама.
— У нее отличный вкус.
— Собственно говоря, она думала, что они ненастоящие, поэтому и отдала
их мне. А оказалось, что это было ее единственное стоящее украшение.
— А где теперь твоя мама? Играет Шекспира в каком-нибудь провинциальном
театре?
Эйвери поморщилась. Ей не хотелось говорить неправду, но выбора не было.
— Да нет, она бросила сцену и держит небольшую забегаловку на Восточном
побережье.
— Где именно?
— Ты там не окажешься.
Кристиану представился совсем другой мир: пластиковые столики, покрытые
грязными скатертями, бутерброды с жирным мясом и запах жареной картошки.
Если бы только он не хотел ее так сильно...
— Ты выглядишь просто...
— Как? — кокетливо спросила Эйвери.
— Просто потрясающе, глаз не отвести, — честно признался Кристиан.
Эйвери понимала, что другого раза может и не быть, поэтому наклонилась и
слегка коснулась его губ. Он едва не сжал ее в объятиях прямо там, но
вовремя вспомнил, где они находятся и что их окружают сотрудники.
— Оставим это на потом, — прошептал Кристиан хрипло.
— Что — это? — продолжала кокетничать Эйвери, искоса поглядывая на
него.
У Кристиана кружилась голова, и он с трудом держал себя в руках.
— Как насчет поцелуя? А там посмотрим...
— Ну ладно, — улыбнулась девушка.
— Вот и замечательно, — сказал он. — Еще немного подождем и
пойдем.
Кристиан не собирался нарушать никакие законы. Оба они совершеннолетние,
нравятся друг другу и даже доверяют. Так почему бы не провести приятно
время?
Эйвери, извинившись, направилась в дамскую комнату. Там она посмотрела в
зеркало и увидела, что щеки ее окрасил лихорадочный румянец, а глаза
блестели как сапфиры. Она умылась, пригладила волосы и отправилась обратно.
Но в полутемном коридоре ее окликнули:
— Эйви!
Она резко остановилась. Первая мысль была: это Кристиан. Но мужчина оказался
меньше ростом, более хрупкого сложения и блондин.
— Денис! — воскликнула она, прижимая руку к сердцу. — Как ты
меня напугал!
— Что-то ты сегодня нервная, — заявил тот. — Это потому, что
мой братец весь вечер глаз с тебя не спускает?
— Ты что, пьян? — спросила девушка.
— Слегка. Но недостаточно. Собираюсь продолжить, однако не здесь. Одолжи-
ка мне денег, подружка!
— Вот еще! Ты не вернул мне последний долг!
Она хотела пройти мимо, но Денис схватил ее за руку.
— Как думаешь, твои грандиозные планы не сорвутся, если Крис узнает про
тебя всю правду?
— Не понимаю, о чем ты, — произнесла Эйвери, но не очень уверенно.
— Ну, например, что ты не знаешь, кто твой отец. Что твоя мать работала
стриптизершей. Что ты ездишь по всей стране, спасаясь от кредиторов. Крис —
сноб, на него это подействует отрезвляюще. Мне продолжить?
— Ты пытаешься меня шантажировать?
— Да брось ты все драматизировать! Я просто прошу тебя об одолжении,
ничего сверхъестественного. А в обмен обещаю не болтать лишнего. Все по-
честному.
— Сколько тебе нужно? — быстро спросила Эйвери, с ужасом понимая,
что Денис действительно может осложнить ей жизнь.
— Баксов двадцать.
— Жди здесь, — сказала она, догадываясь, что обратно свои денежки
скорее всего не получит. — Я сбегаю за кошельком.
Но, едва войдя в зал, она увидела Кристиана. Позабыв обо всем, девушка
бросилась к нему. Если хозяина магазина и мучили сомнения, то теперь
оставили его окончательно.
Кристиан и Эйвери незаметно вышли из ресторана. Они направились к дому, в
котором девушка снимала комнату. По дороге Кристиана снова посетило странное
ощущение недозволенности происходящего, но желание оказалось сильнее. А
увидев обнаженную Эйвери, он совсем потерял голову.
Однако в постели у них ничего не вышло — все произошло слишком быстро. Ей
было больно, ему стыдно.
Кристиан лежал, глядя в потолок, понимая, что Эйвери только притворяется
спящей, но не мог с ней заговорить. Впервые в жизни его постигла неудача, но
пытаться все исправить и попробовать еще раз он не хотел. Ведь предполагался
короткий роман, ничего серьезного. Кто же мог подумать, что она окажется
девственницей? Если бы он знал, то и близко к ней не подошел бы.
Кристиан поднялся, оделся и отправился домой. Зайдя в кухню за стаканом
молока, он обнаружил там Дениса, который потягивал пиво из бутылки.
— Так, значит, добрался-таки до нее?
— До кого?
— До Эйви. А ведь ей только-только исполнилось восемнадцать.
— Да ты что, ей двадцать!
— Ошибаешься, — усмехнулся младший брат. — Оказывается, ты о
ней маловато знаешь. А тебе известно, что ее мать работала стриптизершей?
Это было последней каплей и тем предлогом, который он искал.
На следующий день Эйвери была уволена.
Она оглянулась, стоя на пороге своего магазина.
Харлоу Букс
был прекрасно
виден отсюда, и выглядел он даже лучше, чем девять лет назад, когда Эйвери
впервые взялась за ручку его двери.
Если бы Кристиану пришла в голову мысль подойти к окну офиса, они могли бы
помахать друг другу...
Впрочем, вряд ли это произойдет когда-либо.
И хотя идея магазина-библиотеки казалась по-прежнему многообещающей, Эйвери
всерьез задумалась, такой ли уж хорошей мыслью было обосноваться в Мэйтауне.
Ей представлялось, что за долгий срок ее чувства к Кристиану должны были бы
исчезнуть. И взаимное притяжение тоже. Но, похоже, тут она просчиталась.
Серьезно просчиталась.
Вопрос в том, как ей теперь поступать. Не обращать на него внимания? Делать
вид, что его нет на свете? Вряд ли удастся...
Солнце окончательно скрылось за тучами, и зарядил мелкий осенний дождик. Вот
и все, кончилось короткое лето, скоро зима.
4
Всю следующую неделю Эйвери была так занята подготовкой магазина к открытию,
что сумела выкинуть из головы Кристиана. Забот и в самом деле было
невпроворот — заказать цветы, которые создадут уют в читальном зале,
позвонить в газеты и журналы... Молодой женщине начинало казаться, что ей
уже не суждено положить трубку телефона.
Она сидела в крохотном кабинете и просматривала список неотложных дел, когда
в дверь заглянула симпатичная рыжеволосая девушка.
— Эйвери...
— Да-да, заходи, Черил. Не могу поверить, что завтра открытие. Все
кажется, что я сплю. Ущипни-ка меня.
— Щипать начальницу? Вот уж ни за что! — рассмеялась
девушка. — Звонила миссис Денли...
— Кто?
— Жена мэра. Сказала, что они с мужем непременно придут на открытие.
Еще бы — первая такая большая библиотека в городе!
— Главное, чтобы все разместились. Интересно, хватит ли у нас чашек?
Кажется, на презентации будет больше гостей, чем мы планировали.
— Это точно. Еще звонили из кондитерской, сообщили, что заказ привезут
в девять утра. — Черил помолчала. — А еще пришел какой-то человек,
который хочет с тобой встретиться.
— Должно быть, фотограф из
Вечернего Мэйтауна
, — рассеянно
сказала Эйвери, с удовольствием глядя на сотрудницу в красивой зеленой
униформе.
Черил Рэнкс отчаянно нуждалась в работе, прямо как Эйвери девять лет назад.
Памятуя о днях своей юности, молодая женщина специально дала объявления о
найме сотрудников в бесплатные газеты, потому что именно так можно найти
тех, у кого речь идет о выживании, а такие лучше всего работают, она знала
по себе.
Эйвери взглянула на часы и недовольно нахмурилась.
— Что за мода — приходить раньше назначенного времени.
— Это не фотограф, — негромко сказала Черил.
— Кто же тогда?
— Крис... — Девушка напряженно пыталась вспомнить. — Ах да,
Кристиан Харлоу!
— Скажи, что я занята, — заявила Эйвери. — Завтра у нас
презентация. Он поймет.
— Именно так я ему и сказала. Но он говорит, что не уйдет, не поговорив
с тобой.
— Даже так?
Эйвери встала. В ней боролись возмущение и волнение, вызванное ожидаемым
появлением Кристиана. Она думала об этом всю неделю — подсознательно боялась
и одновременно желала этого.
Молодая женщина бросила взгляд в зеркало, поправила прическу и отправилась в
торговый зал. Кристиан ждал ее, сидя в кресле и листая журнал. Услышав звук
шагов, он оторвал взгляд от страницы и спокойно смотрел, как она подходит,
скрестив руки на груди, словно отгораживаясь от него.
Кристиан сам не мог понять, что же заставило его прийти сюда. Любопытство?
Или что-то другое? Что-то другое, осознал он. глядя на женщину,
остановившуюся перед ним. Как же она очаровательна, как сексуальна! А ведь
на ней строгое закрытое черное платье, из украшений только нитка жемчуга, и
волосы аккуратно зачесаны назад.
Впрочем, она умудрялась привлекать его, даже когда мыла пол, не расчесав
волосы как следует и не накрасившись.
— Здравствуй, Крис, — спокойно поздоровалась Эйвери, хотя это
спокойствие далось ей очень нелегко. — Какой приятный сюрприз!
— А теперь повтори то же самое, только чуть искренне, — не без
ехидства попросил гость.
Она одарила его лучезарной, совершенно неискренней улыбкой.
— И все же я вынуждена сказать, что в настоящий момент у меня нет
времени.
Кристиан поднялся. И Эйвери снова заметила, что, несмотря на ее каблуки,
этот человек намного выше ее.
— А ты найди его, — тихо произнес он.
— А если не найду?
— Тогда я буду отвлекать тебя от работы целый день.
— Я не стану обращать на тебя внимания.
— Не сумеешь. Но можешь попробовать.
К сожалению, он был прав. Такого человека игнорировать очень трудно.
Сегодня на нем были черные джинсы и шелковая рубашка того же цвета. Куртку
он бросил на спинку кресла. Большинство мужчин за тридцать смотрелись бы в
такой молодежной одежде нелепо, но Кристиан не относился к большинству...
— Да ладно тебе, Эйви, считай это просто профессиональным интересом.
Мне хочется посмотреть, чем ты собираешься привлекать людей.
Ну почему все, что он говорит, имеет сексуальный подтекст? Молодая женщина
старательно избегала его взгляда, зная, как тот действует на нее.
— Завтра открытие, так что я действительно занята, — пробормотала
Эйвери. — И я послала тебе приглашение. Ты его получил?
— Получил, два дня назад.
Открыв конверт, Кристиан увидел знакомый, не сильно изменившийся за девять
лет почерк. Прочитав послание, он был, с одной стороны, удивлен, а с другой
— почувствовал жгучее любопытство и желание посмотреть, что же она задумала.
— Не ожидал, что тебя пригласят?
— Да, я не думал, что окажусь первым в списке гостей...
— Скорее уж сто первым.
— Зачем ты меня вообще пригласила?
— Потому что подозревала, что ты все равно явишься. Или вытерпишь один
день, а потом постараешься прийти под видом обыкновенного покупателя. В
общем, решила облегчить тебе жизнь.
— Очень мило с твоей стороны.
— Я тоже так думаю.
— А может, ты просто хотела похвастаться своими успехами? —
предположил он. — Чтобы утереть мне, так сказать, нос и
продемонстрировать, как я ошибся в тебе?
— Отчасти ты прав, — согласилась Эйвери. — Но разве можно
меня в этом винить?
— Пожалуй, нет, — медленно произнес Кристиан.
— И ты придешь на открытие?
— Я подумаю.
— Это даст тебе великолепную возможность все осмотреть как следует.
— Ничего подобного, — возразил Кристиан. Последние несколько дней
он плохо спал, и ему это не нравилось. А теперь виновница его бессонницы
стояла перед ним, и он не собирался ей уступать. — Масса приглашенных,
ты будешь улыбаться всем и никому, произнося ничего не значащие фразы. И
разумеется, никто не сможет рассчитывать на твое полное внимание. —
Кристиан помолчал. — А мне нужно твое полное внимание, Эйви.
— Даже так? И ты всегда получаешь то, что хочешь?
— Обычно. Но, разумеется, не всегда. Например, очень трудно добиться
честности, особенно от сотрудников, которых нанимаешь.
— Ах! — саркастически воскликнула Эйвери. — Уж не в мой ли
огород камень?
— Можешь считать и так, — пожал плечами Кристиан. — Мне было
бы непросто дать тебе хорошую рекомендацию.
— Тогда большая удача, что она мне не потребовалась. — Похоже, он
действительно собирается торчать здесь целый день. Почему бы не уступить
ему? — Ну ладно, Крис, — вздохнула она, — пойдем, я покажу
тебе магазин. Что бы ты хотел увидеть в первую очередь?
— Мне все равно. Так что распоряжайся сама, ты хозяйка.
— Почему бы не начать со склада...
Эйвери казалось, что сердце того и гляди выпрыгнет из груди, пока они с Кристианом шли по коридору.
— Отлично, — заметил он, оглядывая складское помещение. —
Похоже, здесь не придется часами рыться в поисках нужной книги.
— Да уж. Я специально нанимала профессионалов по организации рабочего
пространства.
— Неплохо, неплохо, — пробормотал Кристиан. — Надеюсь, ты не
одна собираешься здесь работать?
— И продавать книги, и общаться с покупателями, и заказывать новинки?
Неужели ты считаешь меня настолько глупой? Разумеется, я наняла людей.
— Скольких?
— Двоих. Естественно, будут и временные работники... Книги там
разгрузить, и все в таком духе. А из постоянных сотрудников ты уже одну
видел. Мерил, она встретила тебя у входа. Запомнил ее?
— Довольно смутно.
— Так я и думала. И еще Джуди Фенри, она постарше Черил.
— Хорошо. А не покажешь ли ты мне торговый и читальный залы?
— С удовольствием, — искренне ответила Эйвери.
Кристиан одобрительно кивнул, увидев удобные столы, комнату, украшенную
живыми цветами, но все же заметил:
— Мне кажется, тебе не хватит рабочих рук. Иногда бывает очень много
клиентов.
— Я же уже объяснила, — с раздражением сказала Эйвери, хотя
прекрасно знала, что он прав, — когда будет наплыв покупателей, я найму
еще кого-нибудь. Вокруг полно людей, которым срочно нужна работа. А теперь
пойдем, я покажу тебе торговый зал.
— Ты все продумала, — удивился Кристиан, входя в просторную и
светлую комнату. — У тебя есть каталог книг?
— Разумеется, — буркнула Эйвери.
Кристиан Харлоу — очень опытный и уважаемый человек в области книготорговли,
тут же напомнила она себе, поэтому его советы и замечания многого стоят. Не
стоит смешивать личные отношения и бизнес.
— А в целом довольно неплохо, — похвалил ее наконец Кристиан, явно
пораженный тем, чего достигла его бывшая уборщица. — Только не чересчур
ли старомодно оформлен читальный зал?
— Старомодно? По-моему, просто уютно. Люди, которые будут приходить
туда, должны чувствовать себя как дома.
— У тебя дома было именно так? — жестко усмехнувшись, спросил
Кристиан.
Эйвери вспыхнула, ненавидя себя за то, что так остро реагирует на его слова.
Впрочем, будь она на его месте, непременно напомнила бы еще и про ее мать.
— Ты прекрасно знаешь, что нет.
— А вот тут ты ошибаешься, — покачал головой он. — Я ничего о
тебе не знаю. Я искренне считал, что твоя мать актриса, оставившая сцену.
Ведь именно так ты мне сказала, а я поверил как последний дурак.
— У меня были причины так поступить. Встречают, как известно, по
одежке. Ты бы меня на порог не пустил, если бы знал правду.
— Признаюсь честно, я был в шоке, когда узнал, что твоя мать каждый
день раздевалась перед десятками мужчин, бесстыдно вертя полуобнаженным
задом!
— И т-ты ещ-ще удивляешься, что я скрыла от тебя мое
происхождение, — дрожащим голосом произнесла Эйвери. — Да таким,
как ты, даже не приходит в голову подумать: а был ли у нее выбор? У матери-
одиночки!
— В мире тысячи матерей-одиночек, но далеко не все они работают
стриптизершами. В наши дни женщина может найти более достойное занятие.
— Я не стыжусь моей матери и того, как она зарабатывала на жизнь! И что
бы ты ни говорил, мое мнение останется неизменно. Я знаю правду: мама была
слабой, но не испорченной женщиной! — Эйвери перевела дух. — А
мужчины ее не волновали. Ей было слишком больно, когда ее бросил отец. Не
думай, что я выросла в окружении постоянно сменяющихся
дядей
. Мама была
достаточно нравственным человеком, не транжирила деньги, как большинство ее
коллег, откладывала каждый доллар и в конце концов смогла купить небольшое
кафе...
— Ту самую забегаловку, о которой ты говорила с таким пренебрежением
девять лет назад, да?
— Именно! А все потому, что я была в том возрасте, когда не умеешь
ценить чужой труд и принесенные ради тебя жертвы. Конечно же я воротила
нос! — И еще старалась скрыть от тебя правду обо мне любыми способами,
мысленно добавила Эйвери. — Но мама нашла силы с честью выйти из
сложной жизненной ситуации.
Она нервно закусила губу, и Кристиан почувствовал укол совести. Больше всего
ему хотелось привлечь ее к себе и погладить по волосам цвета меда. Вместо
этого он сосредоточенно изучал собственные ботинки.
— И что твоя мама делает теперь?
— Она умерла. Три года назад. Деньги, полученные от продажи кафе,
помогли мне начать собственное дело.
— Мне очень...
— Ничего подобного! — яростно воскликнула Эйвери. — Незачем
говорить, что тебе жаль, потому что это не...
— Послушай меня, — перебил ее Кристиан. — Конечно же мне
жаль, что она умерла. Я потерял мать, когда был совсем ребенком, поэтому
знаю, как это больно. Больно в любом возрасте.
Эйверй внезапно поняла, что, когда этот человек говорит так искренне, так
нежно, он еще опаснее для нее. Потому что ей начинает казаться, что он
воспринимает ее как равную. А это не так.
— Спасибо за сочувствие, — немного скованно ответила она.
— Удивлена, что я не такой черствый, как ты думала?
— Ты очень хорошо притворялся.
Кристиан рассмеялся, с трудом подавляя желание поцеловать ее. Он очень давно не испытывал подобного.
Эйверй бросила на него взгляд, поражаясь той власти, которую он до сих пор
имеет над ней. Интересно, он учился соблазнять женщин или его талант
врожденный?
Кристиан небрежно прислонился к одной из книжных полок и смотрел на женщину,
не отрываясь. Как она изменилась! Девчонка превратилась в спокойную,
уравновешенную женщину, которая явно чувствует себя хозяйкой положения.
— Меня удивляет, — прервал он молчание, — что ты до сих пор
ничего не спросила про моего брата. А я-то считал, что вы с Денисом друзья-
приятели.
— Если хочешь сказать, что он находил время поговорить со мной, то да,
мы были приятелями. И как он поживает?
Проигнорировав ее вопрос, Кристиан снова спросил:
— Почему же вы перестали общаться? Ведь Денис, похоже, знал про тебя
все. Такая близкая дружба, я бы сказал почти интимные отношения...
— У меня никогда не было интимных отношений с твоим братом!
— Ну не интимные, — фыркнул он, — так весьма доверительные.
Вы секретничали, спле
...Закладка в соц.сетях
