Жанр: Любовные романы
Любимый обманщик
...огда Мелисса
просила отвезти ее в амбулаторию при конторе компании, то он старательно
причесывался, надевал выходной костюм и черный цилиндр. На руках у него были черные
кожаные перчатки. Изящным стеком он только иногда легко взмахивал. И Портер
понимал его практически с полужеста.
Народу было довольно много. Большинство пациентов - с производственными
травмами, ранениями, вывихами и растяжениями сухожилий.
Почти три часа Мелисса накладывала повязки, вскрывала гнойники и фурункулы,
вынимала соринки из глаз, закапывала в воспаленные глаза капли, накладывала
стерильные и фиксирующие повязки. Помогала ей медицинская сестра мисс Шарлотта
Рэмзак. Это была чопорная старая дева, в свое время безумно влюбленная в доктора
Бенджамина Коуплендла. Ее любовь, как ни странно и как это нечасто бывает, не стала
причиной неприязни, а тем паче ненависти к Мелиссе. К молодой коллеге и сопернице
мисс Рэмзак относилась с нежной, почти материнской привязанностью. Внимательно
выслушав и записав все назначения, она принималась выполнять их беспрекословно и со
скрупулезной точностью. Мелиссе иногда казалось, что медсестра с почтением относится
ко всему и всем, к чему и с кем соприкасался при жизни доктор.
По воскресеньям мисс Рэмзак посещала могилу доктора Коуплендла. Когда Мелисса
заставала ее на кладбище, медсестра деликатно удалялась, предварительно поправив
идеально завязанную ленточку на букетике или венке. В изготовлении этого
кладбищенского реквизита она была непревзойденной мастерицей, способной
соперничать со служителями похоронного бюро. Из нескольких цветков, можжевеловых
веток, зелени аспарагуса и папоротника она могла соорудить истинное чудо - от
крохотной бутоньерки до корзинки средних размеров. И в свое время Мелисса не
удивилась, узнав, что у мисс Рэмзак всегда достаточно заказов для изготовления
атрибутов и не столь печального назначения. Точно с таким же мастерством она умело
сооружала из печений и сливочного крема композиции свадебные и юбилейные.
Мелисса думала, что в медсестре погиб талантливый кондитер-декоратор, и высказала
свое мнение по этому поводу. Но пожилая девица не разделила ее сожаления, заявив, что
это увлечение помогает ей разнообразить монотонность провинциальной жизни и, кроме
того, иметь небольшую прибавку к жалованью, которую она откладывает на время, когда
не сможет больше заниматься медицинской практикой.
На службу она приходила всегда в платье делового покроя, блекло-голубом со строгим
воротничком, безо всяких излишеств вроде оборок или турнюра, старательно
отглаженном и свежевыстиранном. Поверх него надевала белоснежный передник, а
голову повязывала косынкой с синим кантом, отчего была похожа на монашенку ордена
милосердия.
Мисс Рэмзак не любила Чарльза Гриффина. Неприязни своей не скрывала, хотя
держалась при встречах с ним предельно корректно. Мелисса уже заканчивала прием,
когда медсестра вышла в приемную посмотреть, сколько осталось ожидающих больных. И
тут же вернулась с брезгливым выражением лица.
- Мэм, вас ожидает мистер Гриффин! Он интересуется, скоро ли вы освободитесь! -
пожилая дама направилась в процедурный кабинет. И Мелисса поняла, что сегодня
Чарльз чем-то особенно неприятен мисс Рэмзак. В такие минуты ее лучше было не
трогать и не приглашать в кабинет, куда, с присущим ему отсутствием деликатности, мог
в любое время войти управляющий.
- Спасибо, Лотти! - Мелисса постаралась вложить в выражение благодарности
возможно больше сердечности и доброжелательности, чтобы немного смягчить суровость
сердца мисс Шарлотты. Ей хотелось все-таки однажды выяснить причину неприязни, но
Чарльз всегда словно чувствовал это и не давал женщинам возможности остаться наедине
после окончания приема.
Отправив последнего пострадавшего в процедурный кабинет, Мелисса вышла в
приемную. Чарльз Гриффин поднялся ей навстречу.
- Добрый вечер, дорогая Мелисса! - казалось, управляющий и в самом деле был чем-то
раздражен. - Ты сегодня собираешься обедать?
- Да, конечно! Сейчас вымою руки и переоденусь! Вы подождете немного? - Мелисса
вернулась в кабинет, сняла фартук и сложила его в дорожную сумку. Помыв руки,
приоткрыла дверь процедурной и попрощалась с медсестрой:
Мисс Рэмзак, вы сегодня собираетесь со мной на обход? Мы с мистером Гриффином
отправляемся на обед. За вами подъехать?
- До первого дома я сумею добраться самостоятельно! - сухо ответила Шарлотта.
Медсестра, не отвлекаясь на долгие разговоры, продолжала бинтовать ногу мальчика,
упавшего с крыши.
- Хорошо! - спокойно согласилась Мелисса и обратилась к ожидающему сына шахтеру:
- Мистер Уоткинс, надеюсь, в течение ближайших лет вашему сыну не придется
выслушивать нотации на тему, почему нельзя забираться на крышу после дождя!
- К сожалению, мэм, не уверен! - сокрушенно пробормотал Раймонд Уоткинс, который
приводил своего отпрыска на прием в амбулаторию чаще других. - На упрямого
мальчишку так и валятся несчастья! То ожоги, то порезы, то еще какая напасть!
- Ничего страшного пока не произошло, редкий мальчик вырастает без отметин! -
засмеялась Мелисса. И попрощалась: - До свидания! Приводите Рэнди на следующий
прием!
- Всего доброго, миссис Коуплендл! - Раймонд Уоткинс приподнялся, прощаясь.
Мелисса вышла на крыльцо, возле которого в нетерпении прохаживался Чарльз
Гриффин. Филиппа и коляски нигде не было видно.
- Я отпустил твоего конюха домой, Мелисса! Пускай немного отдохнет от службы. Нам
предстоит очень важный разговор.
- Но, мистер Гриффин! - Мелисса была возмущена. - Мне сегодня необходимо провести
обход по домам. Филипп должен был посоветоваться со мной!
Чарльз Гриффин раздраженно ударил по ладони тонкими кожаными перчатками.
- Дорогая Мелисса, я управляющий, и мне решать, какие мероприятия можно
игнорировать. Ты слишком много времени возишься с больными людьми. Пусть работают
аккуратнее! Освобождения по поводу производственных травм разоряют компанию!
Мелисса растерянно смотрела на недовольного Чарльза. Ее шокировало подобное
заявление. От негодования она покраснела и тяжело задышала.
- Вы, господин управляющий, считаете, что они слишком много зарабатывают?
Возможно, стоит и меня уволить?
- Я рад, что не сегодня-завтра на шахту приедет новый доктор! Так что тебе, дорогая
Мелисса, следовало бы попробовать себя в роли домохозяйки! - он распалялся все больше
и больше. И Мелисса не узнавала прежнего мягкого и сдержанного Чарльза Гриффина.
Таким она еще его ни разу не видела.
- Я не вижу в этом необходимости! - вспылила Мелисса. - Я не собираюсь замуж!
Потому что, во-первых, не закончился траур по Бенджамину, а во-вторых, не вижу
кандидата в мужья! И потом, что за странный тон, мистер Гриффин?
- Извини, Мелисса, дорогая! - управляющий несколько смягчился, понимая, что
слишком поспешил. Но за его мягкостью таился подвох. Как же ему не терпелось
поставить эту дамочку на свое место! Он знал, знал о ней нечто такое, что развязывало
ему руки, давало право при первой возможности пойти на риск! Не оставлять ей никакого
выбора!
Нравится ему эта женщина или нет - для него не имело никакого значения. Он считал,
что пришла пора делать карьеру в политике. И готов был пойти на все ради того, чтобы
забраться повыше. А для этого хороши все средства, вплоть до шантажа и устранения
соперников! Мелисса, как никто другой подходила на роль жены политика. Она хороша
собой, образованна, начитанна, неплохо играет на пианино. Умеет держаться в обществе,
экономная хозяйка. Вместе с тем все считали, что у нее мягкий характер. И плюс ко всем
положительным качествам идеальной жены у нее имелось состояние около двухсот тысяч.
- Мелисса, я хочу только одного - сделать тебя счастливой женщиной!
- И потому позволяете себе говорить со мной на повышенных тонах? - Мелисса быстро
шагала в сторону столовой. Надо было перекусить перед тем, как отправиться на обход.
Она знала, что всегда в этот вечер ее ждут почти в каждом доме, лачуге, хижине! Она не
может обмануть этих людей, живущих и так в нечеловеческих условиях! Она обязана
сделать для них все, что в ее силах. Начинается лето - время всяческих инфекций. Стоит
вспыхнуть заразной болезни в одном месте, и, точно пожар, она начнет косить людей в
каждом доме.
Свой медицинский чемоданчик она несла в руке. А этот "устроитель" ее жизни шагал
рядом и в ус не дул! Мало того, он посмел отдавать приказы Филиппу! Сколько раз она
говорила слуге, что распоряжаться его временем может только она! А старику все
невдомек!
И тут же она вздохнула с облегчением и мысленно извинилась перед Филом! По улице
катила коляска, запряженная Портером. На козлах важно восседал Филипп. Он натянул
поводья, коляска остановилась.
- Добрый вечер, мистер Гриффин! - поздоровался Филипп. - Миссис Коуплендл! -
Старик спустился, взял у Мелиссы чемоданчик, положил в коляску. - Куда едем? -
поинтересовался он, помогая хозяйке подняться в экипаж.
- Я отпустил тебя домой, Филипп! Почему ты крутишься здесь! Ты можешь
отправляться домой! Миссис Коуплендл я доставлю в своем экипаже! Слышал?!
- Нет! - Филипп вежливо приподнял шляпу. - Извините, мистер Гриффин, но моя
хозяйка - миссис Коуплендл! И только ее распоряжения должен я исполнять
беспрекословно! И никогда миссис Коуплендл не позволяет себе разговаривать таким
тоном с кем бы то ни было! Простите, сэр!
- Сейчас мы пообедаем, Филипп, а потом вернемся за мисс Рэмзак!
- И отправимся на обход! - старик был доволен, что этот холеный тип, кажется, вот-вот
получит отставку. Он, как и медсестра, недолюбливал Чарльза Гриффина. Коляска быстро
покатилась в сторону конторы "Западной". Столовая располагалась в том же здании.
Когда Мелисса сняла пальто, вымыла руки и вошла в помещение, мистер Гриффин уже
ожидал ее появления. Ей не хотелось привлекать внимания присутствующих, поэтому она
через силу улыбнулась и присела за столик. Чарльз Гриффин прямо-таки вцепился в нее,
и она решила сегодня расставить все точки. Ей начала надоедать его опека.
- Мистер Гриффин, вы хотели о чем-то со мной поговорить! Я слушаю! - она
внимательно смотрела на него. - Возможно, другого времени не будет!
- Ну, почему же! - усмехаясь, управляющий многозначительно смотрел на нее. - Мне
кажется, ты слишком спешишь, Мелисса. И я предлагаю тебе подумать хорошенько над
сложившейся ситуацией. Ты недооцениваешь всей сложности положения! Я в этом
уверен!
- Не понимаю, о чем вы говорите, мистер Гриффин! Этот странный тон, какие-то
таинственные намеки! - разговор ей совершенно не нравился. Они неожиданно начали
браниться, точно супруги, прожившие вместе много лет. И Мелиссу подобное раздражало.
Что он знает о ней, чтобы вести себя так? Неужели ему стало известно о фотографиях?
Этого просто не может быть! Ведь Джон Паркер, ее сводный брат, дал слово Бенджамину!
А негативы и фотографии обошлись доктору в целое состояние. И Мелисса только
случайно много лет спустя узнала о его благородном поступке.
- Я хочу, чтобы этот, как его, Кристиан Бентон покинул Туин-Фолс! И учти: я ни перед
чем не остановлюсь, чтобы выжить его из города! Ему здесь не место! - Чарльз старался
не смотреть на свою спутницу. Только раз взглянул мельком и снова опустил взгляд себе в
тарелку. Он жадно ел отбивную телятину, отрезая большими ломтями. И Мелисса впервые
отметила, как неопрятно он ведет себя за столом. Выбирает из большого блюда куски
повкуснее, роется в гарнире, выковыривая для себя фасоль и рис, оставляя брокколи и
зелень. Подливка разбрызгивается по сторонам, пачкает столешницу, попадает в солонку.
Аппетит у нее тотчас пропал. И снова ощущение страха, надвигающейся опасности
заползало в душу холодком.
Почему? По какой причине вы хотите этого, мистер Гриффин? И почему вы считаете,
что мистер Бентон послушает моего совета? - все в ней дрожало от негодования, но
Мелисса изо всех сил сдерживалась, чтобы не показать Чарльзу свое беспокойство. Он
действительно подлый человек или ей только кажется?
Она положила себе немного овощей, отрезала маленький кусочек телятины,
поковырялась вилкой в своей тарелке. В столовой поварами, подавальщиками и
уборщиками работали китайцы. Пища всегда была аппетитной и ароматной. Но сегодня
жаркое и салат показались ей пресными.
Чарльз Гриффин молчал, теперь уже пристально глядя ей в глаза, При этом он
пережевывал очередной кусок. Прожевав, громко проглотил, положил со звоном вилку на
край тарелки. Отодвинув блюдо, облокотился на стол и склонился к Мелиссе.
- Дорогая Мелисса, - медленно и раздельно проговорил он, так тихо, чтобы расслышала
только она, - думаю, что ты давно догадываешься о моих намерениях! Ты должна стать
моей женой тотчас же после окончания траура. У меня нет времени и желания
растягивать период ухаживания до бесконечности. И я далеко не романтик. Ухаживания и
прочие выверты вроде ремонта твоего дома не для меня. Но если ты мне откажешь, то
Кристиан Бентон, так милый твоему сердцу обманщик и картежник, узнает, что,
женившись на тебе, доктор Бенджамин Коуплендл сделал большое одолжение.
Мелисса похолодела. Руки у нее затряслись. Лицо побледнело. Перед глазами все
поплыло. Вот оно - это ощущение, это предчувствие не просто приблизившегося ужаса.
Это сам ужас! Ужас в облике мистера Гриффина! Ужас позора! Что будет с ее любимой
работой! Ее не возьмут ни в одну клинику даже медсестрой. Никто не примет ее в
медицинскую ассоциацию! Ей не дадут диплома и лицензии. Но она не хочет иметь
такого мужа! Никто, никогда не заставит ее выйти замуж за этого человека! Никто и
никогда!
Она держалась из последних сил. Выпила кофе со сливками и крохотными китайскими
пирожными с орешками. Промокнула салфеткой губы. Поднялась. Склонила голову.
- Всего доброго, мистер Гриффин! Желаю удачи! В вашем предприятии особенно!
Возможно, моего мужа устранили по вашему желанию?! - неожиданная догадка обожгла
сердце. Горькая усмешка скривила губы. - Интересно только одно, господин
управляющий, давно ли вы нашли общий язык с Джоном Паркером? Приятного аппетита,
мистер Гриффин!
Придерживая шляпку, она быстро пересекла зал, взяла в гардеробе свое легкое пальто,
набросила его на плечи и покинула столовую. Кто-то из посетителей здоровался и
раскланивался с ней, она машинально отвечала и раскланивалась. Выйдя на улицу,
вдохнула вечерний воздух, пахнущий свежей зеленью, распускающимися цветами, весной.
Еще недавно она ощущала это обновление жизни, свежесть и новизну чувств, ее
переполняло желание стать счастливой. Чарльз Гриффин убил в ней все, что мог -
ощущение грядущего счастья, нарождающейся любви, радость жизни.
Теперь все вокруг расцветало и зеленело не для нее. Ее репутация рухнула в одночасье
на самом взлете. И ничего, ничего невозможно изменить, исправить.
Мелисса опомнилась, когда дорогу ей преградила мисс Рэмзак. Медсестра была
встревожена и испуганна.
- Что с вами, миссис Коуплендл? Филипп несколько раз окликал, но вы не отозвались!
Вы не больны? - она махнула рукой, коляска подкатила и остановилась вплотную.
Филипп, спустившись, помог Мелиссе устроиться на мягком сиденье. Шарлотта
Рэмзак присела рядом.
- Гони домой, Филипп! - голоса людей звучали где-то рядом, однако не достигали
сознания молодой женщины. Портер рванул с места, замелькали по сторонам: сквер у
конторы, корпус обогатительной фабрики, амбулатория, любопытствующие лица
прохожих, знакомые и незнакомые.
Мелисса ловила себя на мысли, что ей нельзя больше жить. Чарльз Гриффин такой
человек, который попусту не будет угрожать. Да и Джон, Джонни, ее непутевый сводный
брат, второй раз продал ее. Он заверил Бенджамина, что никогда не появится на ее пути.
Что вынудило его поступить иначе? Наверное, как всегда, он проиграл все деньги,
полученные от Бенджамина.
Мысли путались и перескакивали с одного на другое. Она должна завещать все
имеющиеся у нее средства Кристиану Бентону, чтобы он смог расследовать
обстоятельства гибели Бенджамина, а то, что останется, вложил в разработку участка
Йортома Шенли и купил несколько акций в пользу малюток - Мелиссы и Кристиана
Фосдик. Возможно, это просто романтические фантазии, но она не может бездействовать.
Да, все правильно! Но прежде, прежде всего она должна сама выяснить правду о смерти
мужа.
Мелисса пришла в себя, когда коляска свернула на аллею, ведущую к ее дому.
- Почему вы привезли меня домой, мисс Рэмзак?
Со мной все в порядке! Я совершенно здорова! - настаивала она. - Ведь люди ждут
меня! Они ни в чем не виноваты!
- Успокойтесь, миссис Коуплендл! В поселке шахтеров все идет своим чередом. -
Медсестра была неумолима. - Вы переутомились, и вам необходимо хорошенько
отдохнуть. Ничего страшного с рабочими не случится. А если что и произойдет, то я
постараюсь оказать незамедлительную помощь! - Мисс Рэмзак говорила и говорила своим
мелодичным голосом, звук которого успокаивал, действовал умиротворяюще. На Мелиссу
навалилась сонливость. Она чувствовала, как цепенеет, тело перестает подчиняться ей, а
руки и ноги делаются словно ватные.
Мисс Рэмзак и Филипп отвели ее в спальню. Филипп удалился, а медсестра бережно
переодела молодую женщину в ночную сорочку, напоила успокаивающими каплями,
уложила в постель, накрыла теплым одеялом. Дождавшись, когда Мелисса согрелась,
перестала дрожать всем телом и задышала ровно и спокойно, старая дева сокрушенно
вздохнула, погасила лампу и осторожно вышла из дома.
Филипп отвез ее в город, высадил возле дома и вернулся назад.
Тем временем Кристиан с чувством удовлетворения от выполненного в доме Мелиссы
ремонта принялся за другие дела, без которых, как он полагал, ему не видать денег, как
своих ушей. Для начала он отправился в адвокатскую контору Джозефа Балларда.
Предстояло решить множество вопросов, связанных с освоением золотоносной жилы на
Поляне Мертвого Койота: написать представление для получения лицензии, встретиться
со Сьюзан, которая снова куда-то подевалась. Весь вечер накануне он проторчал в баре
"Тиары", но девушка там так и не появилась.
Мистер Джозеф Баллард встретил Кристиана настороженно. Однако пообещал
оказывать любое содействие, предупредив напоследок:
- Надеюсь, мистер Бентон, вы понимаете, какую ответственность взваливаете на себя.
Хватит ли у вас на такое предприятие средств? Или вы, молодой человек, собираетесь
ввязаться в какую-то авантюру - обыграть кого-либо в карты, облапошить? - взгляд
адвоката был серьезен. Кристиану казалось, что мистер Баллард читает его мысли.
Молодой человек покраснел и хотел возмутиться, но вспомнил, где находится, и
сдержался.
- Мистер Баллард! - начал он свою, как ему показалось, коронную речь. - Господин
адвокат! Я пришел в вашу контору не для того, чтобы отвечать за свои прошлые грехи. В
них я раскаялся и за них расплатился. Но кое-какие долги остались. Много лет назад я
пообещал мистеру Йортому Шенли и его дочери Сьюзан вернуться, чтобы помочь
разработать жилу, которая досталась им от жены Йортома и матери Сьюзан в наследство.
Я должен выполнить данное обещание. И тогда с чистой совестью покину Туин-Фолс!
Ни один мускул не дрогнул на лице мистера Балларда. Он выслушал Кристиана молча,
в величественной позе восседая в своем кресле с высокой спинкой. Когда молодой
человек закончил короткую, но содержательную речь, адвокат заявил:
- Я согласен начать составление и оформление необходимых документов, мистер
Бентон. Надеюсь, мне не придется пожалеть о том, что взялся вам помогать.
Рукопожатием они скрепили джентльменское соглашение. И Кристиан вышел на
Мидоуз-стрит. Остановившись на перекрестке, долго раздумывал, что делать дальше и где
занять денег. Ничего подходящего не придумал и отправился в "Тиару".
В баре, явно кого-то дожидаясь, сидела Сью, повернувшись лицом к входной двери.
Увидев Кристиана, рванулась к нему навстречу.
- Привет, Крис! Как поживаешь? - она словно позабыла о своих недавних угрозах. -
Зайди-ка в гости! - Девушка так радостно улыбалась, что молодому человеку показалось:
недавний скандал - всего лишь плод его разыгравшегося воображения.
- Подожди, крошка Сью! Дай же мне хотя бы промочить горло! - уперся Кристиан,
разглядывая неожиданно подобревшую Сьюзан. Она была одета в мужскую рубашку,
завязанную узлом на животе, в индейские замшевые штаны с бахромой. Прямые черные
волосы были заплетены в две косы и тугими жгутами падали на спину.
- Ты получишь все, что захочешь! - и она приказала ему подняться на второй этаж в
один из номеров. Кристиан удивился, но подчинился распоряжениям девушки. На его
стук в дверь знакомый голос разразился тирадой:
- Какого черта! Не заперто! Входите! Сью, это ты опять шутишь, детка! - дверь
распахнулась, на пороге стоял немного растерянный, но довольный и улыбающийся Марк.
- Крис, входи! - Он посторонился, пропуская в комнату друга.
Кристиан и Сьюзан вошли. Девушка заботливо поправила на диване шерстяное
индейское покрывало, усадила гостя и умчалась в бар за пивом. А Марк молчал, загадочно
улыбаясь.
- Судя по вашему таинственному виду, вы решили пожениться! - Кристиан позавидовал
другу, понимая, что тому серьезно бояться нечего и некого. - А как же твоя мама, Марк?
- Мама? - Марк снова улыбнулся. - Сказала, что в этом гнезде разврата, то есть в
"Тиаре", ее ноги не будет!
- Тогда вы вдвоем сходите к ней в гости! - Кристиан представил Ханну Фишер в то
мгновение, когда Марк приведет домой Сьюзан.
- А мы вчера так и сделали! - Марк сокрушенно вздохнул. - Хотя я очень боялся!
- Чего? - Крис радовался и недоумевал одновременно. Странные эти люди - женщины!
- Что она будет плакать, упадет в обморок! Что у нее разорвется сердце!
- Ну, и? - в эту минуту Кристиан готов был сам разорвать Марка за его медлительность.
- Она, конечно, расплакалась. Потом поцеловала Сью и назвала дочкой. А в конце
вечера подарила ей кольцо с бриллиантом. И сказала, что кольцо я должен был подарить
невесте давным-давно и по собственной воле. А не ждать материнского согласия.
Ну, вот видишь! - Кристиан хотел разразиться тирадой по поводу того, что не так
страшен черт. Но решил: это будет перебор. И какой бы ни была Ханна Фишер, она всетаки
женщина и мать его друга! Внезапно стало грустно. И он понял, что завидует Марку.
Захотелось поскорее поздравить молодых и отправиться восвояси, чтобы хорошенько
подумать о своих дальнейших действиях. Нужно предусмотреть все, чтобы неосторожным
поступком или словом не спугнуть Мелиссу. Но тут с пивом и бутербродами примчалась
Сьюзан, затормошила Марка.
- Ты ему все сказал? Все?! - все-таки она очень любила Марка. Несмотря ни на что.
Она простила ему даже то, что он однажды так легкомысленно променял ее на мамину
конюшню.
- Подожди, детка! - Марк отмахнулся от своей невесты, как от назойливой мухи. Но
девушка не обиделась, а только счастливо рассмеялась. - Мистер Кристиан Бентон, прошу
тебя быть моим шафером на венчании! Ты мой лучший друг и, надеюсь, не откажешь в
просьбе!
- Что?! - Кристиан, буквально, задохнулся от неожиданности.
- Мы просим тебя быть шафером Марка на венчании!
- Я уже пообещал Гарольду и Саре Фосдик быть крестным их близнецов. Так
случилось, что я помогал вдове доктора принимать роды. Ну, не совсем помогал - грел
воду, подавал пеленки, - бессвязно забормотал Кристиан. - Гарольд испугался и сбежал
так далеко, что потом я его еле отыскал.
Марк и Сьюзан уставились на молодого человека, словно ой сморозил сущую ерунду. А
потом начали дружно хохотать.
- Вот молодец! И ты не растерялся? - Сью схватила его за руки и закружила по
комнате. - Не ревнуй, Марк, дорогой! Я просто в восторге от твоего друга! Никогда не
знаешь, куда его занесет!
Я побывал у твоего отца, Сью! И он меня не пристрелил! И мы обо всем договорились!
- не удержался и похвастался Крис. - Но пока не решили, что делать со змеями. А
начинать надо именно с них! Говорят, они до смерти закусали одного парня? - Он
пристально посмотрел на молодых, ожидая, как они отреагируют на его слова.
- Так и было! - подтвердила Сьюзи. - Его вытащили почти к Рождеству. А умер он на
следующий день после гибели доктора. Напарник того подонка хотел сбежать, но
управляющий с шерифом засадили его в кутузку.
- А при чем здесь управляющий? - не понял Крис.
- Мы этого не знаем! - Сьюзан села на диван. Она не сводила восторженных глаз с
Марка. И Крис понял, что теперь он здесь лишний! Молодые люди наконец-то счастливы!
Они обрели друг друга, наслаждаются общением и покоем. Нельзя не заметить, какой
счастливой стала Сью, как она преобразила гостиничную комнату для своего любимого!
Вымыла потолок, переклеила обои, застелила кровать и диван новыми цветными
одеялами, а стол - клетчатой скатертью. Женщины любят наводить порядок везде. И у них
это отлично получается!
Кристиан встал. Он понимал, что пора уходить, Сьюзан и Марку хорошо и без его
компании. Попрощавшись, он поплелся в свой номер. Вслед ему послышался счастливый
смех Сьюзан и довольное бормотание Марка. Молодому человеку стало грустно, был не
мил-весь белый свет.
Комната, которую он снимал в "Тиаре" почти даром, показалась ему сегодня самым
тоскливым местом на земле. И было отчего прийти в уныние: потрепанная грязная штора
на окне, ветхие обои с выцветшим рисунком, скрипучая кровать, осклизлый умывальник.
Кристиан плюхнулся на кровать, не запирая дверь на ключ и не зажигая света. Он был
совершенно опустошен и обессилен. Через минуту послышалось осторожное царапанье в
дверь. Шагов он не слышал, да и, проходя по коридору, никого не заметил. Неожиданно в
сердце закралась тревога. Он быстро вскочил и включил свет.
Тусклая лампочка осветила комнату. В этом полумраке Крис увидел, как осторожно
открывалась дверь.
- Кто?! Отвечай, не то стреляю! Второй раз спрашивать не буду! - он щелкнул курком
кольта.
- Тише! Это Джимми Янь Фу! Я пришел с предложением к Патрону Ти! - китаец
прямо-таки просочился в номер. Ни одна половица не скрипнула. - Патрону Ти нужны
деньги? Джимми Янь выручит!
- Почему ты зовешь меня Патроном, Джимми? Раньше звал просто Т
...Закладка в соц.сетях
