Жанр: Любовные романы
В мечтах о тебе
...ь молодыми. Не устоит сам дьявол... —
Джойс, — раздался спокойный голос Лили Рейфорд.
Сара встала, благодарная Лили за помощь.
— Я уверена, что мисс Филдинг признательна тебе за оказанное
внимание, — холодно продолжала Лили, — но она довольно застенчива.
Не стоит смущать ее — не люблю, когда мои гости чувствуют себя неловко.
— Ах, как ты изменилась, Лили! — воскликнула Джойс, с неприязнью
глядя на хозяйку. — И не подумаешь, что за спиной у тебя такая богатая
приключениями жизнь. Ты умело скрываешь свое прошлое. Но ведь всего-то не
спрячешь, не так ли?
— О чем ты? — удивилась леди Рейфорд.
— Ну как же! Ты прекрасно понимаешь! Я имею в виду прелестную Николь,
которая всегда будет напоминать тебе о Дереке Кравене. — Джойс резко
повернулась к Саре и, мило улыбаясь, добавила:
— Похоже, дорогая, вы удивлены? А я-то думала, всем известно, что
Николь — незаконнорожденная дочь Кравена.
Глава 9
Сара понимала, каких усилий стоило Лили держать себя в руках. Пытаясь
разрядить обстановку, девушка подошла к Лили и взяла ее под руку.
— Я еще не освоилась в доме. Ты не поможешь мне найти свою комнату?
Бледная как полотно, Лили молча кивнула, и женщины покинули гостиную,
представив леди Эшби возможность в одиночестве наслаждаться своим триумфом.
Лишь поднявшись на один пролет парадной лестницы, Лили смогла заговорить:
— Николь — действительно незаконнорожденный ребенок, но ее отец не
Дерек.
Сара неопределенно махнула рукой.
— Лили, тебе не нужно ничего объяснять.
— За несколько лет до замужества я совершила ошибку. Алексу все
известно, но и родную дочь он не мог бы любить больше... Меня не волнует,
что говорят обо мне, но Николь — моя любимая, ни в чем не повинная девочка.
Я не переживу, если она будет вынуждена расплачиваться за грехи своей
матери. Слава Богу, немногие осмелятся бросать камни... У леди Маунтбейн
почти все дети от разных отцов, недаром ее семейство называют смесью
Маунтбейнов. А из бывших любовников Джойс Эшби можно было бы сформировать
целый полк! Чертова женщина! Я не хотела говорить тебе, но теперь уж скажу:
это Джойс наняла тех бандитов, что напали на Дерека в трущобах.
Возмущению Сары не было предела. Но не поступок Джойс был тому причиной.
Девушку возмутило то, что такой умный человек, как Дерек, имел дело с
женщиной, способной на подлость! Значит, они все таки стоят друг друга!
Боже мой! — думала девушка. — У меня больше нет сил слышать о его
прежних похождениях!.. И вообще, на что я надеюсь? Сара вдруг посмотрела на
себя со стороны — зачем она здесь, почему?
— ... держись подальше от Джойс Эшби, — говорила Лили. Если она
заподозрит, что между тобой и Дереком что-то есть, то обязательно
постарается навредить вам, можешь мне поверить!.. — Тут Лили заметила,
что Сара в задумчивости плетется где-то позади нее.
— Сара! — громко позвала она, и девушка вздрогнула. — Пойдем,
я хочу кое-что показать тебе!
Женщины поднялись на третий этаж, и, минуя комнату для занятий, спальни
горничных и няньки, оказались в детской. В дальнем углу комнаты Сара увидела
двух чудесных детишек — девочку лет восьми-девяти и мальчика лет трех. Дети
сидели на полу в окружении целой горы из кукол, кубиков и книг.
— Вот они — мои сокровища! — с гордостью проговорила Лили Рейфорд.
Услышав ее голос, дети с криком Мама! бросились к дверям.
Обнимая своих детей, Лили представила им Сару.
— Николь, Джемми, перед вами — мисс Филдинг. Это моя добрая подруга.
Она, кстати, умеет писать книжки.
— Я люблю читать, — сказала девочка.
— И я тоже! — крикнул Джемми, прячась за юбками сестры.
— Джемми еще не умеет читать! — с серьезным видом сообщила Николь.
— Умею, умею! — перебил ее Джемми. — Я вам покажу, как я
умею!
Мальчик кинулся за своей книжкой, но Лили остановила его:
— Дети! Сегодня чудесная погода. Давайте поиграем в снежки!
Няня неодобрительно нахмурилась:
— Мадам, от такого мороза они превратятся в ледышки!
— Мы ненадолго, — весело рассмеявшись, возразила Лили.
— Но у вас не будет времени переодеться к балу... — Ну что же теперь
делать? — улыбаясь детям, воскликнула леди Рейфорд. — Ведь играть
в снежки куда веселее, чем проводить время на этом скучном балу.
Недовольно фыркнув, няня отправилась за одеждой своих подопечных.
— Мама, можно я возьму с собой куклу? — спросила девочка.
— Конечно, дорогая.
Сара с интересом наблюдала, как дочь Лили роется в игрушечном шкафчике в
поисках подходящей куклы. Совсем еще ребенок, она уже во всем походила на
маленькую женщину. Лили доверительно наклонилась к Саре и прошептала:
— Мне бы очень хотелось, чтобы она была... понахальнее, что ли. Но
ничего не выходит. Николь — сущий ангел. Совершенно на меня не
похожа. — Лили усмехнулась. — Вот погоди, Сара, будут у тебя дети,
узнаешь, что такое озорники!
— Пока я и представить себе этого не могу, — медленно проговорила
девушка. — Не знаю даже, будут ли у меня дети. Не всем дано такое
счастье.
— Тебе дано, — твердо произнесла Лили.
— Откуда такая уверенность?
— С твоим-то терпением и добротой, любовью, которую ты можешь дать...
Господи, да ты будешь самой лучшей в мире матерью!
Сара смущенно улыбнулась.
— Что ж, раз уж мы решили, то дело за малым — найти ребенку отца.
— На сегодняшний бал приедут много холостяков. За ужином у тебя будут
два отличных кавалера. Я уже распределила места. Думаю, ты сможешь выбрать
любого, кто придется тебе по нраву.
— Я приехала сюда не для охоты на мужей, — возмутилась Сара.
— Да, но это вовсе не означает, что на мужчин не надо обращать
внимания.
— Наверное, ты права, — пробормотала Сара, решив про себя пойти на
бал. — Уж раз я здесь, то почему бы немного не развлечься.
Когда блестящее общество наконец все же собралось в огромной гостиной,
гостей пригласили в роскошную столовую — гигантское помещение с потолками
высотой пятьдесят футов. Дамы, взяв кавалеров под руки (пары были подобраны
с учетом знатности и возраста), направились к двум обеденным столам, каждый
из которых был сервирован на сто человек. На столах сверкали хрустальные
бокалы, сиял бесценный фамильный фарфор и тускло мерцало столовое серебро.
Во время обеда Сара, оказавшаяся, как и обещала Лили, между двумя
очаровательными молодыми людьми, чувствовала себя прекрасно. За столом
царила непринужденная обстановка: поэты читали стихи, послы рассказывали
занимательные истории, весельчаки сыпали анекдотами, а дамы обменивались
любезностями, то и дело поднимались бокалы за здоровье хозяйки и хозяина, за
короля, за отличный стол... словом, за все, что может прийти в голову.
Лакеи в ливреях и белых перчатках лавировали между столами, предлагая гостям
все новые угощения; огромные серебряные супницы с черепаховым супом и блюда
из лосося чередовались с изысканно приготовленной говядиной, птицей и дичью.
Завершали обед замороженное шампанское, пирожные, торты, конфеты и
разнообразные фрукты.
Затем мужчины, мирно потягивая кто херес, кто портвейн, закурили сигареты и,
откинувшись на спинки кресел, заговорили о политике. Дамы же с намерением
выпить чаю и посплетничать об обеде направились в другие комнаты. Через час-
другой все они соберутся в бальном зале.
Сидя рядом с Алексом, Дерек лениво потягивал портвейн. Он никогда не
принимал участия в послеобеденных разговорах, как бы они интересны ни были.
Впрочем, гости, знакомые с ним, и не делали попыток втянуть Кравена в обдую
беседу. Как заметил один из присутствующих, в высшей степени
неосмотрительно досаждать человеку, который знает, чего каждый из нас
стоит. И речь в данном случае шла не только о размерах годового дохода и
предполагаемого наследства... Плавно текла беседа, бокалы пустели и
наполнялись снова... Заговорили об одном из отмененных недавно парламентом
проектов. Проект должен был запретить применение детского труда при очистке
печных труб.
Дело удалось провалить лорду Лодерсону — грузному, задыхающемуся от
собственного жира графу, который умел любое дело превратить в идиотскую
шутку. Вот и в этот раз, выступая в Палате Лордов, он свел подготовленный
проект к пустой болтовне. А рассказывая о своем выступлении за обедом у
Рейфордов, лорд просто покатывался со смеху. Гости были в неописуемом
восторге от его истории.
— Да... — самодовольно говорил толстяк, щуря крошечные глазки. — В
тот день я был в форме! Впрочем, я всегда готов развлечь присутствующих...
всегда... Глядя на эту мерзкую рожу, Дерек едва сдерживался, чтобы не
запустить ему в голову бокал. Он использовал все свое влияние, потратил кучу
денег, заручился поддержкой многих вельмож, чтобы протолкнуть проект через
Палату Лордов. Но тут вмешался Лодерсон. И теперь у него хватает наглости
хвастать своей речью.
— Я слышал, милорд, вы с легкостью добились своего, — с трудом
держа себя в руках, заговорил Дерек. — Вряд ли мальчишки-трубочисты
будут вам благодарны.
За столом воцарилась тишина. Все с изумлением и даже с испугом посмотрели на
Кравена. Если мистер Кравен, изменив своим привычкам, вмешивается в
разговор, то добром это точно не кончится.
— Ясно, ваши симпатии — на стороне малолетних трубочистов, —
Лодерсон явно струхнул. — Мне и самому жаль этих бедняг, но их работа —
зло, с которым надо мириться.
— Работа, которая калечит детей, вполне может делаться щетками на
длинных ручках, — спокойно возразил Дерек.
— Но мальчики все же предпочтительнее, ведь плохо почищенные трубы это
опасно! Чуть что — и пожар. Так неужели мы должны ставить под угрозу свою
жизнь, свою собственность ради каких-то маленьких голодранцев?!
Дерек уперся взглядом в стол.
— Браво, милорд! Вы, как всегда, красноречивы. Что ж, придется
мальчикам пережить кое-что пострашнее смерти.
— Помилуйте, мистер Кравен, это же дети рабочих, а не знатных людей! Им
все равно ничего не светит. Так почему бы их не использовать во благо
общества?
— Кравен! — шепотом одернул Дерека Алекс, пытаясь предотвратить
надвигающийся скандал.
Но Дерек спокойно поднял глаза и посмотрел на его сиятельство холодным, чуть
ли не почтительным взглядом.
— У меня большое желание, лорд Лодерсон, вытрясти сало из вашей жирной
задницы.
— Что это означает? — с глуповатой усмешечкой спросил лорд, будто
не понимая грубого кокни.
— А это означает, скотина, что в следующий раз, когда сэр задумает
встать на моем пути, я впихну его жирный зад в дымовую трубу. Понял? И если
ты там встрянешь, я подпалю тебя споднизу горящей соломой или воткну в твои
копыта булавки — штоб ты скоренько выскочил наверх. А если тебе, свинья,
станет нечем дышать, я заклею твою слюнявый рот куском кожи!.. И тогда,
милорд, вы поймете, коково приходится этим мальчишкам и что должен был
запретить проваленный вами проект.
Взглянув на Лодерсона так, что у того мурашки поползли по спине, Дерек резко
встал из-за стола и вышел из комнаты.
Побагровевший Лодерсон, пытаясь как-то сгладить неловкость, торопливо
забормотал:
— Только Кравена с его идеями в Палате Лордов и не хватает... Человек
без роду, без племени! Даже самый богатый простолюдин в Европе не имеет
права разговаривать со мной таким тоном! — воодушевленный собственным
красноречием, лорд с негодованием взглянул на Рейфорда. — Не мешало бы
извиниться, сэр! Вам не следовало приглашать человека, от которого нам всем
надо держаться подальше!
Все замерли, не было слышно и вздоха.
Когда Алекс посмотрел в глаза Лодерсону, его лицо казалось высеченным из
мрамора.
— Прошу прощения, господа, — наконец, произнес он. — Здесь
дурно пахнет!
С этими словами лорд Рейфорд покинул гостиную.
До начала танцев Алексу не удалось найти Дерека, и в бальный зал ему
пришлось идти одному. Свет хрустальных люстр, каждая из которых весила
тысячи фунтов, отражался на блестящем паркете и на огромных мраморных
колоннах. Лили с присущим ей тактом радушно приветствовала гостей, стараясь
каждому уделить как можно больше внимания.
Наконец, заметив Дерека, Алекс подошел к нему.
— Кравен, сцена в гостиной... — Ненавижу всю эту знать! —
пробормотал Дерек.
— Ты прекрасно знаешь, что не все из нас такие, как Лодерсон.
— Ты прав. Некоторые — еще хуже.
Взгляд Дерека остановился на группе гостей, окружавших лорда Эшби. Шумный и
вспыльчивый, человек старой закалки, лорд Эшби обожал произносить речи,
свято веря в бесценность каждого своего слова. Он считал себя по меньшей
мере Цицероном, этаким образцом ораторского искусства. А толпе господ,
внимающих ему с раскрытыми ртами, и в голову не приходило сомневаться в
откровениях Эшби — ведь старик так влиятелен, так богат... — Джойс уже
приставала к тебе? — спросил Алекс.
— Она не осмелится, — покачал головой Дерек.
— Откуда такая уверенность?
— Да потому что в последний раз, когда мы с ней виделись, я ей чуть шею
не свернул.
Алекс саркастически хмыкнул.
— Я бы не осудил, если бы ты это сделал.
Дерек по-прежнему не сводил глаз с лорда Эшби.
— Джойс было пятнадцать, когда ее выдали за этого старпера. Я понимаю,
почему Джойс стала такой. Да любая девчонка, окажись она замужем за этаким
ублюдком, превратилась бы либо в трясущегося от страха кролика, либо в
настоящую гадину!
— Ты испытываешь к ней симпатию?
— Нет. Но я ее понимаю. Жизнь заставляет людей становиться такими,
какие они есть. — Дерек нахмурился. — Если бы любой из этих
графьев или виконтов родился, как я, в трущобах, он бы не стал лучше меня.
Благородная кровь не имеет никакого значения.
Тут Алекс заметил группу молодых людей, толпящихся возле Сары Филдинг. На
ней было надето бархатное голубое платье — чуть потемнее, чем ее глаза.
Каштановые кудри девушки были уложены в затейливую прическу. Она была
необыкновенно хороша этим вечером — хороша той красотой, которая особенно
пленяет мужчин. Алекс понимающе посмотрел на Дерека.
— Но если все сказанное тобою — правда, то почему ты позволяешь этим
виконтам флиртовать с мисс Филдинг?
Дерек, казалось, не обратил внимания на замечание друга, но Алекс настаивал:
— Неужели они будут обращаться с ней лучше, чем ты? Смогут лучше о ней
позаботиться или лучшей поймут ее?
— Ты прекрасно знаешь меня, Алекс... — Мне известно, кем ты был, —
возразил Рейфорд. — Еще каких-нибудь пять лет назад я твердо сказал,
что ты не заслуживаешь внимания порядочной женщины. Но ты изменился, Кравен.
Сильно изменился. И если только мисс Филдинг находит тебя хоть в чем-то для
себя привлекательным, ради Бога, не отказывайся от этого подарка судьбы!
— Как у тебя все просто получается, — усмехнулся Дерек. —
Значит, человек с выдуманным именем, хорошей одеждой и нарочито правильным
произношением — это все, что она заслуживает? Неважно, что у меня нет ни
семьи, ни религии! Неважно, что я не верю в порядочность, и в любовь!.. Я не
могу ей подойти, Алекс, уж слишком порочен. Впрочем, пустое все это... —
Кравен горько усмехнулся. — Наш возможный союз, дружище, — не
подарок судьбы; скорее дьявольская шутка!
— Разумеется, тебе лучше знать, — немедленно ответил
Рейфорд. — Извини, но мне надо найти жену, которая, возможно, сейчас
кокетничает с каким-нибудь типом. Не в пример тебе я ревнив, как Отелло.
— Хуже, чем Отелло, — пробормотал Кравен, глядя вслед своему
другу.
Дерек хотел было уйти к себе в комнаты, но не смог. Мысль о том, что Сара
останется один на один в компании ухлестывающих за ней щелкоперов,
разрывала ему душу. Ревнивец Алекс даже не представлял себе, что
испытывает Кравен. О, как он ненавидел всех этих молодцов! С каким
наслаждением он разорвал бы их на куски!
Подойти к ней, взять ее за руку, увести подальше от посторонних глаз... А
что потом? Ничего! Он не способен сделать ее счастливой, от только
обесчестит ее... Единственным выходом было уехать. Но где найти в себе силы
сделать это? Мучившее Дерека физическое влечение к Саре было все же
несравнимо с тем чувством, которое он испытывал, находясь рядом с ней. Дерек
даже не знал, как назвать это чувство, но порою казалось, что имя ему —
Любовь...* * *
Дерека нигде не было видно, но Сара знала, знала сердцем — он рядом. Еще в
начале вечера она видела его — как всегда, красив, как всегда, неотразим.
Дамы так и вились вокруг него, томно вздыхая, кокетливо помахивая веерами,
многообещающе улыбаясь... Какая-то особа настолько осмелела, что как бы
невзначай прижалась своей полуобнаженной грудью к руке Дерека. Женщин всегда
прельщали его сила и элегантность. Все, без исключения, полагали, что под
ледяной маской равнодушия скрывается пламенная натура.
— Мисс Филдинг, — прервал размышления Сары виконт Тавишам. Он
подошел к девушке очень близко и смотрел ей прямо в глаза. — Не будете
ли вы столь любезны станцевать со мной еще один вальс?
Сара вежливо улыбнулась виконту, ища предлог отказать. Она уже два раза
танцевала с Тавишамом, и делать это в третий раз было бы просто неприлично.
Ей нравился этот молодой человек, но поощрять его ухаживания она не хотела.
— Боюсь, я уже устала от танцев, — решив не лукавить, искренне
призналась Сара: несколько вальсов и головокружительных кадрилей утомили ее
безмерно.
— Что ж, — дружелюбно улыбнулся виконт, — тогда давайте
найдем местечко поспокойнее и поболтаем. — Тавишам любезно предложил
девушке руку.
Сара согласно кивнула, и они направились к расположенной в самом конце
галереи скамье с резной спинкой.
— Хотите пунша? — предложил виконт.
— Не откажусь, — усаживаясь на скамью, ответила Сара.
— Только никуда не уходите, — попросил Тавишам. — Вы и
моргнуть не успеете, как я вернусь. И каждому, кто подойдет, непременно
говорите, что у вас уже есть кавалер.
Девушка шутливо отсалютовала виконту, и тот торопливо ушел. Оставшись одна,
она стала разглядывать то и дело проходившие мимо нее пары, задумчиво теребя
пояс своего платья. Сара вдруг отчетливо вспомнила тот вечер, когда она в
последний раз разговаривала с Дереком.
Он носил ее очки возле сердца. Ни один мужчина не сделает этого, если...
Сара нервно вздрогнула. Она встала и подошла к французскому окну. Сквозь
покрытые инеем стекла был виден засыпанный снегом сад. После шумного бала
так и хотелось шагнуть в торжественную тишину этой прекрасной зимней сказки.
Повинуясь внезапному порыву, девушка повернула золоченную ручку двери,
распахнула ее и, ежась от холода, вышла на мороз.
Сад напоминал снежный дворец. Сара осторожно прошла по посыпанной гравием
дорожке, полной грудью вдыхая свежий, холодный воздух. Она была совершенна
одна... Но что это? Девушке показалось, будто кто-то окликнул ее. Странно...
Она резко обернулась — так и есть! В нескольких ярдах от нее стоял Кравен.
— Господи... Это ты... — чуть слышно прошептала Сара.
Как она смотрела на него! Дерек дрожал, словно в лихорадке. Боже правый! У
него не было сил противиться ее ясному взгляду. Ах, какой это был взгляд —
умный, добрый, невероятно искренний и... Молодой человек не заметил, как
оказался рядом с Сарой. Он обнял ее — ответом был тихий и радостный смех.
Позабыв обо все на свете, Дерек нежно и вместе с тем страстно поцеловал свою
возлюбленную в губы.
— Я хочу быть с тобой, — прошептала Сара. — Большего мне и не
надо.
Никогда никто не говорил ему таких слов. Он хотел было возразить ей, но Сара
в порыве страсти приникла к его губам, и вся прежняя жизнь Кравена в одно
мгновение потеряла смысл. Слезы радости брызнули из прежде не знавших слез
глаз! Большего мне и не надо, — пронеслось у него в голове...* * *
... Леди Рейфорд стучала зубами от холода, прячась за занесенным снегом
кустарником. Увидев обнимающихся Сару и Дерека, она радостно улыбнулась. Ей
захотелось танцевать — это была победа. Она стала потирать руки, чтобы хоть
немного согреть их, как вдруг услыхала громкий шепот своего супруга.
— Лили! — Алекс обнял ее за плечи. Какого черта ты здесь делаешь?
— Ты следил за мной! — с негодованием воскликнула Лили.
— Да, а ты следила за Дереком и мисс Филдинг!
— Я должна была, дорогой, — сменив гнев на милость, объяснила
она. — Я же помогала им.
— Да ну?! — Алекс иронически хмыкнул. — А мне почему-то
показалось, что ты выслеживаешь их. — И не обращая внимания на протесты
жены, он потащил ее за собой в дом. — Сердце мое, думаю, ты им уже
достаточно помогла.
— Не лишай меня удовольствия, — Лили попыталась вырваться из его
рук. — Я хочу еще хоть немного... — Оставь их в покое!
Лили так упорно сопротивлялась мужу, что чуть не упала.
— Осторожнее! — Алекс ловко схватил Лили за руку.
— Да ты... ты... настоящий тиран! — возмущенно воскликнула она.
Рейфорд, усмехнувшись, протянул к себе головку жены и прильнул к ее губам.
Он отпустил ее только тогда, когда Лили уже готова была задохнуться.
— Поверь, радость моя, сейчас Дереку не нужна твоя помощь. — Он
стал покрывать горячими поцелуями плечи Лили. А вот у меня возникла одна
проблема, требующая немедленного разрешения... — Да? И что же это за
проблема, милорд?
Он провел языком по изгибу ее шеи.
— Когда мы будем одни, ты все узнаешь.
— Прямо сейчас? — шокированная, спросила она. — Алекс, не
хочешь же ты... — Именно сейчас, — твердо сказал Рейфорд.
Лили покорно шла вслед за мужем и уже было собиралась сказать ему, что,
несмотря на несносный характер, он — самый лучший муж на свете, как вдруг
они чуть не споткнулись еще об одну женщину.
Это был леди Эшби. Подобно леди Рейфорд, она притаилась за кустами и
наблюдала за Сарой и Дереком.
— Что это ты здесь делаешь? — спросили Лили, изображая из себя
заботливую хозяйку. — Вечер холодноват для прогулок на свежем воздухе.
— Решила отдохнуть в тишине, — скромно потупив глазки, отвечала
Джойс. — После этого безобразного, шумного сборища.
Лили, вкус которой никогда никто не подвергал сомнению, была, конечно же,
оскорблена тем, что бал, который она готовила с таким усердием, назвали
безобразным, шумным сборищем.
— Знаешь что, дорогая... — заговорила было леди Рейфорд, но Алекс с
силой сжал руку жены, заставляя ее замолчать.
— Спрячьте ваши когти, леди, — заговорил он. — Мы с женой,
милая Джойс, с радостью проводим вас в дом.
— Но я не хочу... — попыталась возразить Джойс.
Но Алекс твердо взял ее под руку.
— И все же, — настаивал он, не обращая внимания на укоризненные
взгляды жены.
Понимающему было ясно: Рейфорд не позволит шпионить за Дереком и Сарой. Ни
Лили, ни Джойс, ни кому бы то еще.
Дерек и Сара были слишком заняты друг другом, чтобы заметить кипевшие вокруг
них страсти. Молодой человек взял девушку на руки и уткнулся лицом ей в
грудь. Сара застонала в ответ.
Вдруг, словно обессилев, Кравен пошатнулся и сильно побледнел.
— Нет! — тяжело дыша, прошептал он.
Казалось, Сара пытается убедить его в чем-то таком, во что он наотрез
отказывается верить.
Прямолинейность и честность были частью ее натуры, поэтому девушка и не
пыталась скрывать свои чувства. И хоть это могло привести к настоящей
ка
...Закладка в соц.сетях
