Жанр: Любовные романы
Потаенные узы любви
...в сторону, дав ему войти.
— Не бойся, — нетерпеливо сказал он, окидывая ее подчеркнуто
равнодушным взглядом, который сам по себе был оскорбительным. — Я не
собираюсь посягать на твое тело, Лия.
К своей досаде, она почувствовала, что краснеет.
— Ты хочешь сказать мне что-то?
— Да. Я прошу не затевать ссоры в присутствии моей матери. Они
расстраивают ее. Если у тебя есть... критические замечания по поводу того,
как я исполняю свой долг в отношении Ники, высказывай их, когда мы останемся
наедине.
— Не я нашла повод для ссоры, — возразила Лия. — Это ты
обрушился на меня с обвинениями. Ты думал, что я паду перед тобой ниц и буду
безропотно принимать их?
Его глаза потемнели, а губы дрогнули, как будто он пытался сдержать смех.
Лия заметила, что Зандро бросил взгляд на большую кровать, и чем-то
неуловимым, волнующим и тревожным повеяло в воздухе.
По меньшей мере метр отделял их друг от друга, но она могла бы поклясться,
что чувствует жар его тела. Внезапно ей бросилось в глаза, какой Зандро
высокий и широкоплечий. В открытом вороте виднелась смуглая кожа, и в
рисунке четко очерченных губ удивительно сочетались жесткость и мягкость.
Его глаза были бездонными; казалось, они затягивают ее в свои непостижимые
глубины.
Зандро моргнул, и наваждение исчезло, оставив Лию в странном ошеломленном
состоянии.
— Нет, — сказал он, и она не сразу поняла, что Зандро отвечает на
ее слова. — Приходится признаться, что я был виноват. В будущем,
наверное, нам придется быть осторожнее.
— Это зависит от тебя.
Возможно, дерзость поможет рассеять затянувшуюся напряженную атмосферу, от
которой ее бросает в жар и перехватывает дыхание. Наверное, он подавляет ее
своим ростом, от которого большая комната кажется меньше.
Решив не уступать своих позиций, Лия сказала:
— Если это все...
Окинув ее проницательным взглядом, Зандро повернулся, открыл дверь и молча
вышел.
Когда Ники проснулся, Лия провела некоторое время с ним и Барбарой.
Чувствуя, что ее постоянное присутствие может показаться няне навязчивым,
она решила прогуляться по пляжу.
Едва ворота открылись при ее приближении, Лия поняла, что, как только они
закроются за ней, она не сможет войти, потому что не знает кода. Ей придется
воспользоваться микрофоном на входе и вызвать кого-нибудь, чтобы ее
впустили. Пока она раздумывала об этом, сзади послышались шаги. Обернувшись,
она увидела, что к ней приближается Зандро. На нем были плавки и сандалии,
на шее болталось полотенце. И выглядел он просто великолепно. Мужчина, у
которого есть все: привлекательная внешность, изумительная фигура и
уверенность в себе, которая сопутствует всем этим достоинствам. И деньги у
него тоже есть. Немалые деньги.
— Ждешь кого-нибудь? — спросил Зандро, подойдя ближе и кивая на
открытые ворота.
— Нет.
— Тогда не стой здесь, приглашая всех кому не лень войти сюда.
— Я хотела пойти на пляж.
— Тогда пойдем. — Зандро положил руку ей на талию и вывел на
тротуар. Ворота закрылись за ними. — Ты боялась, что застрянешь в
воротах? — спросил он. — Если есть какое-нибудь препятствие, они
не закрываются. Эти ворота совершенно безопасны.
— Мне пришло в голову, — сказала Лия, когда они начали переходить
через дорогу, — что я не знаю кода, чтобы войти.
Зандро молчал, пока они не ступили на траву на другой стороне. Убрав руку с
талии Лии, он пояснил:
— Кроме микрофона там установлена видеокамера. Тебе нет необходимости
знать код.
Лия остановилась, и он посмотрел на нее.
— Ты не доверяешь мне, — усмехнулась она.
— Чем меньше людей знают код, тем меньше вероятность, что он попадет в
руки взломщиков или... других нежелательных лиц.
— У меня нет обыкновения общаться со взломщиками или другими
нежелательными лицами!
У него вырвался короткий презрительный смешок.
— Насколько я помню, у вас с Рико были весьма сомнительные друзья.
— Возможно, они сомнительные по твоим стандартам...
— Наркоманы и еще того хуже! Втянули моего брата в сточную канаву!
— Рико не был ни в какой сточной канаве!
— Он был на пути к ней — так же, как и ты.
— Нет!
Зандро сжал губы.
— Первый шаг преодолеть наркотическую зависимость — это признать ее.
— Я говорила тебе, что никогда не была наркоманкой. Просто у меня
была... проблема с лекарствами — транквилизаторами, снотворными. Теми,
которые продаются по рецепту. Я думаю, ты не понимаешь, как легко привыкнуть
к ним. — Она не станет упоминать о попытке самоубийства, потому что это
может дать ему преимущество, если дело дойдет до судебного решения об опеке.
Но неприятное воспоминание пробудило в ней враждебность — ведь он отчасти
виноват в этом.
Зандро с сомнением посмотрел на нее.
— Когда я нашел вас в той маленькой убогой квартире, там разило
марихуаной.
Черт! Отрицать бесполезно. Лия равнодушно, как ей казалось, пожала плечами.
— Многие курят, когда собираются вместе... У нас была вечеринка.
Зандро застал их в самый неподходящий момент — наутро после бурно
проведенной ночи. По всей квартире, в которой, надо признаться, царил
ужасный беспорядок, валялись спящие люди. Никто еще не пришел в себя.
Вытащив Рико из постели, несмотря на протестующие крики Лии, Зандро
безжалостно растряс спящих и выволок их на улицу, а затем пригвоздил Рико к
месту негодующим взглядом и поинтересовался, какого черта тот делает и когда
собирается вернуться домой.
— Ты утверждаешь, что вы с Рико не... употребляли?..
Лия неловко пробормотала:
— Иногда. Время от времени. Но не героин или что-нибудь в этом
роде. — Лия даже не знала, какой наркотик был тогда в моде. Более
уверенно она добавила: — Как бы там ни было, теперь я стараюсь не принимать
даже аспирин.
В пристальном взгляде Зандро сквозило недоверие.
— Ты можешь поклясться в этом, положа руку на сердце?
— Да! — горячо ответила Лия. — У меня есть, ребенок, о
котором надо заботиться.
— Ты не задумывалась об этом, когда после смерти Рико я нашел тебя в
том сыром клоповнике.
Лия спокойно сказала:
— То было неподходящее место для ребенка. Если бы я не понимала этого,
то не позволила бы тебе забрать у меня сына.
— Я не забирал его! Я привез вас обоих в дом Рико. Ты могла бы
остаться, если бы...
Несколько подростков на велосипедах съехали с дороги и понеслись прямо на
них. Зандро быстро притянул Лию к себе, когда один из мальчишек едва не
врезался в нее.
— Смотри, куда едешь! — сердито крикнул он, хотя маневр был,
вероятно, намеренным — подросток хотел порисоваться.
Не обратив на окрик никакого внимания, мальчишка нажал на педали и
устремился за своими товарищами к пляжу, где все они, гикая и улюлюкая,
свалились на песок, когда колеса велосипедов застряли на небольшом песчаном
подъеме.
Зандро хмуро посмотрел им вслед и отпустил Лию.
— Все в порядке?
— Да, не волнуйся.
Она все еще ощущала тепло его пальцев. Бросив на нее быстрый взгляд, Зандро
коротко сказал:
— Пойду поплаваю.
Круто повернувшись, он пошел по траве к пляжу.
Лия медленно побрела по белому песку. Полотенце Зандро валялось на берегу.
Он уже по талию вошел в воду и, когда она остановилась, поднырнул под
большую волну с белым пенящимся гребнем.
Прошло не менее минуты, прежде чем Лия увидела, что его голова появилась на
другой стороне буруна. С силой выбрасывая руки из воды, он поплыл быстрым
кролем.
Скинув парусиновые туфли без каблуков, Лия пошла по плотному песку в
направлении противоположном тому, где резвились юные велосипедисты.
Пляж был длинным, широким и удивительно безлюдным. В сезон отдыха, подумала
она, он будет заполнен отдыхающими.
Подняв разбитую ракушку, Лия бросила ее в воду, потом остановилась, чтобы
полюбоваться кружевным обрывком розовых водорослей, подтолкнула ногой
кусочек дерева, прибитого к берегу, и поспешно отпрянула от прыгающих
насекомых, которых она побеспокоила.
Пройдя довольно далеко, Лия повернула назад и увидела, что Зандро вышел из
воды и, подтянув колени, сидит на полотенце, глядя в ее сторону, прикрыв
рукой глаза от солнца.
Это смутило ее, потому что поднялся порывистый ветерок и юбка облепила ей
бедра.
Когда Лия приблизилась, Зандро поднялся и обернул полотенце вокруг талии.
— Нагулялась? — поинтересовался он.
— Да. Ты ждал меня? В этом не было необходимости.
Он повернулся в сторону подростков. Бросив велосипеды на песок, они сидели и
курили, хотя еще явно не достигли возраста, позволяющего легально покупать
сигареты. Вероятно, в этом отношении австралийское законодательство весьма
схоже с новозеландским.
— Я бы не оставил тебя на пляже, пока они здесь.
— Но ведь это дети.
Лия надела туфли, и он заметил:
— Здесь не всегда безопасно ходить босиком. Летом появляются жалящие
медузы. И не исключено, что за линией прилива в песке есть ядовитая
разновидность морских ершей.
В Новой Зеландии они с Ники смогут спокойно ходить по песку. Надо
признаться, что там медузы тоже встречаются, попадаются даже акулы, которые
иногда заставляют купальщиков спешно бросаться на берег, но они редко
причиняют беспокойство. А уж ядовитых морских ершей там не увидишь.
Они перешли через дорогу, и Лия подумала, не намеренно ли Зандро
загораживает от нее панель, набирая код, чтобы открыть ворота.
Его недоверие вызвало у нее раздражение. Мелкий укол среди других досадных
неприятностей, которые ей приходится выносить с тех пор, как она вошла в дом
Брунеллески.
Но ради Ники ей придется смириться с ними.
Войдя в дом, она прошла в свою ванную, чтобы смыть песок с ног и расчесать
спутанные волосы. Прогулка освежила ее, и она с удовольствием вспоминала
прохладный ветерок, который должен был помочь ей освободиться от сомнений,
но, как ни странно, Лия чувствовала себя в большем замешательстве, чем
прежде.
Одевая перед ужином Ники, Барбара спросила, не хочет ли он поцеловать маму,
и на этот раз мальчик охотно подставил Лии щечку, похожую на лепесток
цветка, — гладкую и душистую.
За ужином Доменико был холодно вежлив. Он даже спросил, понравилась ли ей утренняя прогулка в парке.
— Да, — ответила Лия. — Жаль, что вас там не было.
Почтенный джентльмен бросил на нее пронзительный взгляд и нахмурил седые
брови.
— Я должен был заняться другими делами, — сказал он. Затем,
взглянув на жену, неохотно добавил: — Может быть, завтра.
Миссис Брунеллески одобрительно улыбнулась. Очевидно, она знает путь к
сердцу мужа — если оно есть у него.
Если бы старших Брунеллески удалось убедить отпустить внука, они смогли бы
уговорить Зандро. Доменико уже не молод, но он мужчина и по отношению к
Барбаре ведет себя так, как многие пожилые джентльмены — с вежливым
признанием ее женственности. Несмотря на отталкивающий характер, он,
возможно, все еще не равнодушен к привлекательным женщинам.
Любые средства хороши...
— Буду с нетерпением ждать, когда вы присоединитесь к нам. Я уверена,
что Ники скучает без вас, — улыбнулась она.
На его лице отразилось удивление, возможно, некоторое подозрение. Не
переборщила ли она? У Зандро тоже скептический вид, он смотрит на нее с
неприязненным блеском в глазах.
Поддавшись озорному порыву, она улыбнулась и ему — намеренно ослепительной
улыбкой.
Но эффект был совсем не такой, как она ожидала. Он прищурил глаза, и его
лицо приобрело холодное непроницаемое выражение.
Ну и пусть, всех не очаруешь. Лия отвернулась от него и
принялась есть.
На следующий день, когда они с Барбарой повели Ники в парк, Доменико
присоединился к ним. Он наблюдал, как она качает малыша на качелях, ловит
его у подножья горки и помогает Барбаре учить его строить замок из песка. В
детском лепете Ники иногда слышалось узнаваемое слово.
Время от времени слабая улыбка смягчала суровое лицо Доменико. По пути домой Лия пошла рядом с ним.
— Спасибо, — тихо сказала она, — что вы так хорошо заботитесь
о Ники.
Доменико не смог скрыть удивления.
— Он мой внук.
— Я думала, что вы не захотите признать его, так как он... родился вне
брака.
— В нем течет кровь моего сына. И моя.
— Но если у вас появятся законнорожденные внуки...
Доменико стукнул тростью об землю. Его глаза под густыми бровями негодующе
сверкнули.
— Ты думаешь, что мы отречемся от ребенка Рико?
— Зандро — старший...
— Когда Зандро женится, он усыновит Ники. Так он сказал.
ГЛАВА ПЯТАЯ
Лия в изумлении открыла рот. Затем закрыла его, подавив целую бурю чувств — возмущение, страх, шок.
— Он не может сделать это! — воскликнула Лия. — Ему... ему
потребуется разрешение матери Ники. А я никогда не дам его!
Ее повышенный голос привлек внимание Барбары и Ники, на круглом личике
которого появилось неуверенное выражение. В смятении Лия улыбнулась ему, и
малыш ответил ей улыбкой, продемонстрировав несколько маленьких белых зубов.
Всю оставшуюся часть дня Лия кипела возмущением, и, несмотря на то, что
манеры Доменико заметно смягчились, когда он присоединился к ней и миссис
Брунеллески за ужином, ей было трудно поддерживать вежливый разговор.
В конце концов, она скрылась в своей комнате, легла на кровать и сделала
несколько расслабляющих упражнений.
Они не помогли. Мысли вертелись у нее в голове, как маленькое животное,
загнанное в клетку. Она чувствовала пожатие холодеющей безжизненной руки,
видела умоляющие зеленые глаза, в которых отражалась ее собственная
мучительная любовь.
— Я клянусь тебе... Да, да, конечно, я воспитаю его так, как ты хочешь.
Я не позволю, чтобы они погубили жизнь и твоего сына.
Когда Лия услышала, что машина Зандро въезжает в гараж, она поднялась и
посмотрелась в зеркало на туалетном столике. Увидев бледное лицо и
растрепанные волосы, она быстро причесалась и в качестве оборонительного
средства мазнула по губам помадой. Если у нее будет вид женщины, только что
вставшей с постели, это не придаст ей уверенности, когда она остановит
Зандро, чтобы поговорить с ним.
Но он не появился, и, проведя несколько минут в пустом холле, она вышла из
дома через заднюю дверь, где не было кодового замка, и некоторое время
слонялась по саду, не испытывая желания искать Зандро и расспрашивать кого-
нибудь, где его можно найти. Вероятно, он пошел в свою комнату, чтобы
переодеться, и она не услышала его шагов.
Может быть, он снова пойдет плавать. Лия повернула к дому и направилась на
пляж.
Зандро не было видно, хотя она, защитив рукой глаза от солнца, напряженно
всматривалась в море.
Порывы ветра поднимали в воздух песчинки и несли по небу темные облака,
непрерывно наползавшие на солнце. Потирая руки, покрывшиеся гусиной кожей,
Лия пожалела, что не взяла с собой легкий свитер. Лето еще не наступило, и
хотя в Квинсленде было теплее, чем в Окленде, небольшие похолодания не были
здесь редкостью.
Поросший травой берег нависал над песком, образуя небольшое углубление,
закрытое от ветра, и она устроилась в нем, съежившись и обхватив руками
поднятые колени. Дома море всегда действовало на нее успокаивающе.
Бесконечные волны, накатываясь на берег, разбивались о прибрежные скалы и,
прежде чем отхлынуть назад, чтобы набрать силу в глубинах океана и снова
устремиться вперед, дюйм за дюймом точили камни, превращая их в песчинки.
Выполнить обещание, данное умирающему человеку, — священная
обязанность. Лия упрямо сжала губы и собралась с духом, чтобы преодолеть
возникшие колебания.
Рико, конечно, знал свою семью и то, на что она способна. Лия должна забрать
Ники, прежде чем Брунеллески погубят жизнь ребенка так, как они погубили
жизнь его отца.
И не только его. Охваченная невыразимой печалью, она опустила голову на
руки. Жгучие слезы выступили у нее на глазах.
Она не стала сдерживать их. Здесь ее никто не видит, никому нет дела до нее,
а она подавляет свои чувства с тех пор, как приехала. И даже задолго до
этого.
Все исчезло в нахлынувших на нее воспоминаниях — счастливых и горьких,
полных печали и гнева, вызванного бессмысленно растраченной молодой жизнью,
трагедией ребенка, лишившегося отца и матери, слепой непреклонностью его
семьи.
Когда слезы, наконец, иссякли, она еще долго сидела, чувствуя себя
опустошенной и вялой.
— Лия! — раздался вдруг резкий возглас Зандро рядом с ней.
Она бросила на него быстрый взгляд — мокрые плавки, обтягивающие узкие
бедра, мокрая от соленой морской воды грудь — и отвела покрасневшие от слез
глаза, наклонив голову.
Слишком поздно. Зандро опустился на одно колено, толстое белое полотенце
упало на песок. Он протянул руку и, взяв Лию за подбородок, заставил
посмотреть на себя.
— Ты плачешь, — растерянно вырвалось у него.
— Нет! — Она резко дернула подбородком и упрямым немигающим
взглядом уставилась на море у него за спиной.
Большим пальцем он провел по ее щеке, где еще не успел высохнуть след,
оставленный слезой.
— Плакала.
На этот раз она не стала отрицать.
— По Рико? — с удивлением спросил Зандро.
— Ты не веришь, что я могла любить твоего брата? Он был очень
милый. — В отличие от тебя, добавила она про себя и поняла, что от
Зандро не ускользнула ее невысказанная мысль. В ней снова вспыхнул гнев,
усилившийся от чувства унижения. Он застал ее в слезах и увидел проявление
слабости, которую она упорно старалась скрыть от него.
— Я знаю, — резко произнес Зандро, и Лия заметила, что в его
глазах промелькнуло выражение боли.
Зандро, должно быть, все-таки любил брата. Он разыскал его в Сиднее и
попытался, как казалось семье, направить на путь истины.
— Ты просто не понимал его, — сказала она.
Зандро враждебно посмотрел на нее.
— Хочешь сказать, что ты его понимала?
Лия не смогла сдержать горячности.
— Неужели ты не видел, что своими требованиями вы с отцом еще больше
отдаляли его от себя? Что он не был создан для деловой жизни?
— Он не подходил ни для какой жизни, — отрубил Зандро. — Моя
мать баловала его, и отец не останавливал ее. Рико так и не научился брать
на себя ответственность — ни за себя, ни за кого-либо другого. Возможно, для
Ники даже лучше, что его отца больше нет.
Ее возмущенный возглас заставил Зандро замолчать.
— Как ты можешь говорить это о своем собственном брате! —
вскричала Лия. — Неужели ты рад, что он умер?
Несомненно, сейчас Зандро проявил свою подлинную сущность — ту, о которой
говорил когда-то Рико. Нельзя, чтобы ее одурачила другая, более гуманная
сторона его характера.
Зандро побледнел и резко сказал:
— Нет, конечно. Но, если бы Рико продолжал свой образ жизни, его сыну
пришлось бы хуже, чем сейчас.
— Деньги — это не все.
Зандро сделал нетерпеливый жест.
— Не о деньгах речь. Я знаю, что для ребенка есть другие, более важные
вещи.
— Такие, как его мать! — Напоминание о том, что он сделал с ней,
помогло ее гневу перерасти в ярость.
Казалось, эти слова заставили Зандро сдержаться.
— Это зависит от того, — медленно сказал он, испытующе и даже
озадаченно глядя на нее, — какая она мать.
— Которая любила — любит его! — вызывающе сказала Лия. —
Которая даже отдала его
тебе, когда ей казалось, что
это единственный способ обеспечить ему приличное будущее. Которая ради него
вырвала бы из груди свое сердце. И она
сделала это.
Ей показалось, что Зандро колеблется. Внезапно Лия осознала, как близко он
находится от нее: она могла различить даже небольшой оттенок в черных как
смоль глазах там, где радужная оболочка сливается со зрачком. Зандро
моргнул, и длинные густые ресницы на мгновение скрыли его глаза. Затем он
снова бросил на нее пронизывающий насквозь взгляд.
— В то время ты не произвела на меня такого впечатления. — Не
отводя глаз от ее лица, он склонил голову набок, как будто воссоздавая в
памяти картины прошлого.
Ощущая неловкость, Лия убрала руки с коленей и поменяла положение.
Набравшись смелости, она агрессивно заявила:
— Твой отец сказал, что ты намереваешься усыновить Ники.
Зандро снова моргнул и пожал плечами, на которых еще не просохла морская
вода.
— Предположим, что я женюсь. Усыновление охранит его интересы, если у
меня будут другие дети. Оно даст ему равные с ними права.
— На твое состояние? — презрительно осведомилась Лия.
Зандро снова пожал плечами.
— На него тоже. И на все, что связано с тем, что он член семьи.
Он нахмурил черные брови и с раздражением произнес:
— Никто не будет принуждать его. Конечно, у него будет шанс участвовать
в деле, если он захочет.
— Но с Рико так не было.
Зандро нахмурился сильнее.
— Рико получал все, что хотел. Ему требовалась самодисциплина, но к ней-
то его как раз и не приучили. С Ники все будет по-другому.
Похолодев, Лия сказала:
— Ты хочешь сказать, что будешь бить его, чтобы добиться
повиновения? — И добавила яростно: — Через мой труп!
Эти слова напомнили ей трагические обстоятельства, которые привели к данной
ситуации. Ненавидя себя за то, что не может сдержать слез, она начала
подниматься на ноги. Ей нужно уйти отсюда, чтобы не видеть Зандро. В
одиночестве предаться горю, которое охватило ее с новой силой.
Сыпучий песок не давал девушке встать, и Зандро потянулся к ней. Его темные
волосы были гладко приглажены, и резкие черты лица казались высеченными из
камня. Широкая грудная клетка мерно поднималась и опускалась. В нем было
мощное мужское начало, вызвавшее у нее противоположные чувства —
пробудившееся желание, которое ужаснуло ее, гнев на себя и на Зандро, стыд и
панику.
Лия попыталась кулаками оттолкнуть его, но неподвижная грудь поддалась ей не
больше, чем стена. Ярость возобладала над всеми другими чувствами; глядя в
его мрачное, суровое лицо и настороженные глаза, Лия попыталась ударить его,
но он быстро увернулся. Зандро железной хваткой схватил ее за запястье и,
несмотря на отчаянное сопротивление, опрокинул Лию на спину и, перебросив
ногу через ее колени, прижал спиной к песку.
— Я ни разу пальцем не тронул Ники, — угрожающим тоном заявил
Зандро. — И никогда не трону. Есть другие способы приучить ребенка к
дисциплине. Я не верю в физическое воздействие. Ты удовлетворена?
— Очевидно, твои принципы не распространяются на женщин! — гневно
воскликнула Лия, возмущенно глядя на него.
Она с удовлетворением заметила, как у него на лице появилось виноватое
выражение, словно он только что понял, что опрокинул ее на песок. Отпустив
Лию, Зандро сел на корточки и запустил руку в свои влажные волосы.
— Я погорячился, — признался он.
— И я должна поверить, что подобное не произойдет с Ники?
— Но я же не причинил тебе боли, так ведь? — возразил
Зандро. — Это ты пыталась ударить меня.
— То была самозащита! Ты не имел права хватать меня.
— Мне не нравится, что ты изображаешь меня истязателем детей. —
Выражение его лица снова изменилось, и он пронзил ее взглядом. —
Неужели ты вообразила, что я наброшусь на тебя?
Лия не знала, какие намерения были у него, и понимала только то, что он
сильно напугал ее.
— Это общественное место, — возразила она, не желая, чтобы он
почувствовал удовлетворение от мысли, что ему не составило бы труда одолеть
ее.
— И ты считаешь, что кто-нибудь спас бы тебя? — презрительно
осведомился Зандро. — С такими наивными взглядами недалеко до беды.
— Ты думаешь, что у тебя есть Богом данное право физически удерживать
женщину, которая хочет уйти от тебя?
— Нет, — отрубил он. — Прежде в этом не было необходимости.
От его самонадеянности и высокомерия у нее на мгновение перехватило дыхание.
— Какой ты
...Закладка в соц.сетях
