Жанр: Любовные романы
Обожженная
...о будущего броска, и
с поразившей его самого яростью обрушил рукоятку меча на голову Другого.
Его двойник тяжело рухнул на колени. Жадно хватая ртом воздух, он с трудом
удерживал в дрожащих руках свой меч.
— Ну что ж, теперь ты убьешь меня, пройдешь в Потусторонний мир и доберешься
до девушки.
— Нет. Теперь я приму тебя, потому что, каким бы хорошим и мудрым мне ни
удалось стать, ты все равно будешь жить во мне.
Красные глаза встретились с карими. Отбросив свое оружие, Другой вдруг
бросился вперед, вырвал меч из рук Старка и по рукоятку вонзил его себе в
грудь. Он был так близко, что когда захрипел, Старк невольно вдохнул его
последнее дыхание.
У Старка похолодело в животе. Он убил самого себя! Не помня себя от ужаса,
он затряс головой и закричал:
— Нет! Я... — но красноглазый Старк лишь понимающе улыбнулся ему и прошептал
окровавленными губами: — Мы еще увидимся, Воин, и гораздо раньше, чем ты
думаешь.
Старк опустил его на колени и вырвал меч из груди.
И тут время для него остановилось.
Божественный свет царства Никс вспыхнул на его мече, пробежал по всей длине
его окровавленного, но прекрасного лезвия, ослепляя Старка с не меньшей
силой, чем последний порез, нанесенный Шорасом. На какой-то миг Старку
показалось, будто древний Хранитель стоит рядом с ним и Другим, и они все
трое не могут отвести глаз от меча.
А потом Шорас заговорил, по-прежнему глядя на рукоятку меча:
— Свершилось то, что должно было свершиться. Отныне это будет твой клеймор,
старинный шотландский меч, закаленный в свежей теплой крови. Сей меч должен
использоваться только для защиты чести, рукой человека, решившего охранять
свою асу, свою банн ри, свою королеву. Лезвие этого клеймора заточено до
идеальной остроты, поэтому режет, не причиняя боли, и Хранитель будет без
жалости, страха и милости разить им всех, кто порочит наше благородное
призвание!
Словно зачарованный, Старк не мог отвести глаз от сверкающей рукоятки
клеймора, а Шорас продолжал:
— Пять кристаллов украшают рукоятку этого меча — четыре расположены по
углам, а пятый помещен посередине, и все они будут пульсировать в одном
ритме с сердцем своего Хранителя до тех пор, пока он будет истинным Воином,
для которого честь дороже жизни, — Шорас помолчал и впервые посмотрел на
Старка. — Ты такой воин, мой мальчик? Ты готов стать настоящим Хранителем?
— Я хочу им быть, — ответил Старк, страстно желая, чтобы этот прекрасный меч
забился в такт с его сердцем.
— В таком случае, ты должен всегда следовать дорогой чести и никогда не
подпускать к себе того, кого только что победил. Если ты сможешь сделать
это, как Хранитель, а не как мальчишка... если твоя кровь чиста, а дух
силен, тогда, сынок, только что пережитый ужас укрепит твою волю и поможет
принять и исполнить этот вечный долг. Но знай, что пути назад уже не будет,
ибо таков закон. И еще знай, что наградой за свою чистую службу, не
запятнанную себялюбием, злобой, предубеждением и мстительностью, будет лишь
неколебимая вера в путь чести. Но этот путь не гарантирует ни любви, ни
счастья, ни выгоды. Ибо для Хранителя этого всего не существует. — В глазах
Шораса Старк прочел отражение древней мудрости. — Ты будешь нести это бремя
до конца дней своих, ибо кто хранит Хранителя, кроме него самого? Теперь ты
знаешь все. Решай, сынок.
Образ Шораса исчез, и время вновь пошло своим чередом. Другой стоял на
коленях перед Старком, глядя на него со страхом и покорностью.
Смерть и честь. Стоило Старку мысленно произнести эти слова, как рукоятка
клеймора в его руке согрелась и запульсировала в такт ударам его сердца.
Старк накрыл меч второй рукой, наслаждаясь этим прикосновением.
Внезапно вес меча превратился в источник жизненной силы, наполнившей Старка
совершенно чудовищным, немыслимым могуществом и мудростью. Не думая и не
рассуждая, без малейших эмоций, он занес меч над головой и обрушил его на
Другого, одним ударом рассекая его от темени до поясницы. Раздался глубокий
вздох, и тело исчезло.
И тут Старк осознал полную меру своей жестокости. Опустив клеймор, он рухнул
на колени.
— Богиня! Как я мог сделать это, оставаясь благородным?
Тяжело дыша, он стоял на коленях, и мысли его путались. Рассеянным взглядом
Старк осмотрел свое тело, ожидая увидеть зияющие раны и кровь — очень много
крови.
Но он ошибся. На теле не было ни царапинки. Единственная кровь, которую он
видел, быстро впитывалась в землю, на которой он стоял. Единственной раной,
терзавшей его, было воспоминание о только что содеянном.
Почти против воли пальцы его вновь нащупали рукоятку тяжелого меча.
Рука Старка задрожала при воспоминании о последнем ударе, но при этом он
крепко вцепился в рукоять, наслаждаясь ее теплом и эхом грохота собственного
сердца.
— Я — Хранитель, — прошептал он, и вместе с этими словами к нему пришло
долгожданное понимание. Он не убил все дурное в себе — этого ему никогда не
удастся сделать. Он должен будет всю жизнь бороться со своим злом и
контролировать его. Но он сделал то, что должен был сделать Хранитель. Ибо
Хранитель не отвергает жестокость, а лишь использует ее с честью.
Старк уронил голову на рукоятку клеймора.
— Зои, моя аса, моя банн ри, моя королева! Я принимаю путь Хранителя и
добровольно избираю путь чести. Только так я смогу стать Воином, который
тебе нужен. Я клянусь в этом!
Клятва все ещё звучала в воздухе вокруг него, когда арка, обозначавшая
границу Потустороннего царства Никс, вдруг растворилась, а клеймор исчез из
рук Старка.
Безоружный и коленопреклоненный, он стоял перед чудесной рощей, среди
которой возвышалось сказочно прекрасное древо желаний.
С трудом поднявшись на ноги, Старк побрел в сторону деревьев. Все его мысли
были заняты только одним — он должен найти ее, свою королеву, свою Зои.
Но, войдя в рощу, Старк невольно замедлил шаг, а потом и вовсе остановился.
Нет. Он все делает неправильно. Снова.
Он должен искать не Зои, а Хита. Какой бы язвой ни была Афродита, Старк
твердо знал, что она — истинная Пророчица Никс. Так, что она ему сказала?
Что-то насчет того, что если Хит не уйдет, Зои никогда не вернется.
Старк задумался. Все его существо протестовало против этой мысли, однако он
должен был признать правоту Афродиты. Зои росла с Хитом. Они с детства были
вместе. Его смерть причинила ей такую боль, что у нее разбилась душа. Если
она соберет свою душу воедино, а Хит останется здесь, то она выберет его...
Старк огляделся по сторонам, и вновь, как в тот момент, когда установил
связь с клеймором, вдруг обрел способность видеть по-настоящему.
Царство Никс было невероятным. Роща начиналась прямо перед ним, и хотя Старк
чувствовал ее необъятность, он понимал, что владения Никс намного больше
этого сказочного места. Но, честно говоря, Старку было вполне достаточно и
этого уголка.
Зеленая и приветливая, роща казалась ему идеальным прибежищем для духа. Даже
после всего, через что ему пришлось пройти, даже сознавая всю
ответственность Хранителя Зои и понимая, что его поиск близится к
завершению, Старку все равно хотелось хоть на минуточку войти под ее зеленые
своды, вдохнуть полной грудью ее воздух и почувствовать умиротворяющий
покой. А уж если добавить сюда присутствие Зои, то он с радостью согласился
бы прожить здесь хотя бы кусочек вечности.
Только теперь он до конца понял смысл пророчества Афродиты. Если Хит
останется здесь, то Зои никогда его не покинет.
Старк провел дрожащей рукой по лицу. При одной мысли об этом сердце его
разрывалось от боли, но он не мог и дальше скрывать от себя правду. А правда
заключалась в том, что Зои любила Хита. Возможно, гораздо больше, чем его,
Старка.
Он заставил себя встряхнуться. Любовь Зои к Хиту не имела никакого значения!
Она должна вернуться обратно — видение Афродиты ясно говорило об этом. Но
Зои никогда не покинет Хита. Выходит, Хит должен сам с ней расстаться.
Значит, Старку предстоит разыскать его и уговорить отказаться от своей единственной любви. Навсегда.
Вот черт!
Это невозможно.
Но совсем недавно ему казалось невозможным победить самого себя и принять
все последствия этой победы.
Значит, нужно думать, а не сопли жевать! Думать и действовать, как
Хранитель, а не как глупый ребенок
.
Он может найти Зои. Он уже делал это раньше. А там, где Зои — там и Хит.
Старк снова посмотрел на древо желаний. Оно было больше, чем на острове
Скай, и разноцветные ленточки, привязанные к могучему зонту его ветвей,
тихонько покачивались под теплым ветерком.
Древо желаний — дерево мечтаний, надежд и любви.
Старк любил Зои.
Он закрыл глаза и стал думать о ней, о том, как сильно он ее любит, и как
страшно без нее скучает.
Время шло. Минуты, возможно, часы. Ничего. Ровным счетом ничего. Черт бы
побрал все эти загадки! Ни малейшей подсказки насчет того, где она может
быть. Он больше не чувствовал ее. Вообще.
Но он не должен сдаваться. Он Хранитель.
Значит, не любовь приведет его к Зои. Что еще у него остается? Что сильнее
любви?
Старк изумленно вытаращил глаза. Он знал ответ! Он знал его с самого начала,
еще до того, как попал сюда! Ответ был дан ему вместе со званием Хранителя и
мистическим клеймором.
— Для Хранителя честь сильнее любви, — вслух произнес он.
Старк еще не успел договорить, как тонкая золотая лента, висевшая на древе
желаний, вдруг сама собой поднялась в воздух. Ее металлический блеск
напомнил ему крученый золотой браслет на запястье Шораса.
Отвязавшись от ветки, лента соскользнула в дерева и поплыла по воздуху в
глубь рощи. Старк ни секунды не колебался. Повинуясь инстинкту и этому
сверкающему напоминанию о чести, он зашагал следом.
Глава 27
Хит Зои становилось все хуже. Это было нечестно! Неужели мало ей всего того
дерьма, которое сыпалось на нее в последнее время! И вот теперь у нее
раскололась душа, и она с каждой минутой ускользает от него — от него и от
всего на свете.
Сначала это было почти незаметно. Но постепенно превратилось в неостановимую
лавину, в катастрофическое исчезновение. Зои уходила — часть за частью. Чем
глубже они забирались в рощу, держась подальше от полян и вездесущих крыльев
Калоны, тем быстрее она менялась. И Хит ничего не мог с этим поделать. Она
его больше не слушала.
Он не мог до нее достучаться. Она даже не могла удержаться на месте.
Буквально.
Хит вприпрыжку несся по мшистому берегу звонкого маленького ручейка, но
никак не мог ее догнать. Зои бежала впереди, иногда принимаясь что-то
шептать себе под нос, иногда разражаясь слезами, но при этом постоянно
перемещаясь и ни на миг не зная покоя.
Порой ему казалось, что она тает у него на глазах.
Хит знал, что должен что-то сделать. Он уже давно понял, что всему виной ее
разбитая душа. Это было ясно. Он пытался поговорить с ней об этом, пытался
убедить собрать кусочки ее души воедино и вернуться обратно в свое тело.
Вся беда в том, что Хит сам не до конца понимал, как все устроено в
Потустороннем мире, поскольку, чем дольше он тут находился, тем чаще
получалось так, что он просто знал какие-то вещи, и все. Без объяснений.
Наверное, это потому, что он мертвый.
Черт, до чего же странно думать о себе, как о мертвеце! Причем не жутко, а
именно странно, потому что Хит совсем не чувствовал себя мертвым. Он
чувствовал себя совершенно нормально — просто находился в другом месте.
Хит с досадой поскреб затылок. Черт, так сразу и не сообразишь, что тут к
чему, однако одно он понимал абсолютно ясно — Зои не мертва, и ей здесь не
место.
Он вздохнул. Иногда Хиту казалось, что и ему здесь тоже не место. Нет, тут
конечно расчудесно и все такое. Ручеек, травка, деревья. Правда, с Зои
творится что-то жуткое, и нельзя шагу ступить из рощи, не опасаясь, как бы
Калона или еще какая-нибудь мерзость не спикировала им на головы, чтобы
прикончить к чертовой бабушке. Если это, конечно, возможно. Но если убрать
бы весь этот геморрой, то тут было неплохо.
Всего лишь неплохо.
Почему ему кажется, будто его душа ищет чего-то другого — того, чего никогда не сможет здесь найти?
— Просто ты умер слишком рано. В этом все дело.
Хит даже подскочил от неожиданности. Зои стояла перед ним, раскачиваясь из
стороны в сторону, переминаясь с ноги на ногу, и смотрела в его в лицо
совершенно погасшими от горя глазами.
— Зо, малыш, ты такая страшная, когда выскакиваешь из ниоткуда! —
принужденно засмеялся Хит. — Как будто это ты призрак, а не я.
— Прости... прости меня... — забормотала она, напряженно кружа вокруг него.
— Именно об этом они мне и говорили. Ты не можешь быть здесь счастлив,
потому что умер слишком рано.
Хит не трогался с места, и только поворачивался следом за ней.
— Кто говорил?
— Эти, — Зои неопределенно махнула рукой в сторону рощи, — те, которые типа
я.
Хит сделал шаг и пошел рядом, сопровождая ее в этом безостановочном
кружении.
— Малыш, ты разве не помнишь, мы уже говорили об этом? Они — частички тебя.
Ты потеряла их, поэтому так ужасно себя чувствуешь. В следующий раз, когда
они придут поговорить с тобой, спроси, что нужно сделать, чтобы их вернуть.
Вот увидишь, как только они вернутся, тебе сразу станет лучше.
Она посмотрела на него огромными затравленными глазами.
— Нет. Я не могу.
— Почему, Зо?
Она снова расплакалась.
— Я не могу, Хит! Все зашло слишком далеко. Я уже не могу собрать свою душу.
Я ничего не помню, не могу сосредоточиться. Я знаю только одно — так мне и
надо. Я это заслужила.
— Не заслужила ты этого! — воскликнул Хит.
Он шагнул к ней и поднял руки, чтобы опустить их на ее плечи, остановить и
заставить выслушать себя, но вдруг заметил летящую по воздуху золотую ленту
и отвлекся.
Этого мгновения оказалось достаточно, чтобы Зои вновь охватило беспокойство.
Сорвавшись с места, она возобновила свою беготню, со слезами крикнув ему на
ходу:
— Я должна ходить! Мне все время нужно ходить, Хит! Кажется, это все, что я
сейчас могу делать.
И прежде чем он успел ее удержать, Зои ускользнула от него каким-то
странным, почти летящим движением, словно порыв ветра подхватил ее
прозрачное невесомое тело и понес в глубь рощи.
— Вот черт! У меня совершенно ничего не получается, — пробормотал Хит,
бросаясь за ней. Нужно заставить ее выслушать его. Он должен ей помочь!
Он запнулся и вдруг резко остановился. Вся беда была в том, что он
совершенно не знал, как ей помочь!
— Я не знаю, что делать! — проорал Хит, изо всех сил врезав кулаком по
поросшему мхом стволу дерева. — Я не знаю, что делать! — Не обращая внимания
на боль, он принялся молотить по дереву. — Я. Не. Знаю. Что. Мне. На хрен.
Делать! — кричал он, сопровождая каждое слово новым ударом, пока не содрал
кожу на костяшках пальцев и не почувствовал запах собственной крови.
А потом тень скрыла солнце. Вытерев разбитую в кровь руку о мох, Хит
посмотрел в небо.
Тьма. Крылья. Они скрывают божественный свет.
С бешено колотящимся сердцем Хит встал в стойку, выставив вперед кулаки, но на него никто не напал.
Он просто услышал в голове странный шепот, который просачивался откуда-то из
теней над его головой и вместе с запахом крови вливался в его жилы.
Она останется здесь с тобой, навсегда, но для этого ей нужно быть
целой
. — Чего? — захлопал глазами Хит. — Кто тут?
Пошевели мозгами, жалкий
смертный!
— И чего? — повторил Хит, изо всех сил вглядываясь в скопившиеся наверху
тени. Кто это? Калона? Он никак не мог разглядеть своего собеседника.
Ты должен заставить её собрать свою душу воедино, только тогда
она обретет покой и сможет навсегда остаться с тобой в этой священной
зеленой роще
. — Без тебя знаю! Я не знаю, как заставить ее это сделать. Если это возможно.
Твоя связь с ней подскажет тебе ответ
. — Моя связь с Зои? Но я не знаю... — пробормотал Хит, и вдруг все понял. Он
знал, как использовать эту связь! Он должен был всего лишь заставить Зои
выслушать себя, а этого он всегда мог от нее добиться, даже тогда, когда вел
себя, как полный придурок — пил, прогуливал школу, а Зои хотела его бросить.
Но даже тогда он знал, что всегда может ее вернуть, чтобы снова быть вместе
— всегда вместе.
Хит широко улыбнулся. Ну конечно! Забыв о крылатой Тьме, он бросился следом
за Зои, не замечая, как божественный Свет вновь засиял над верхушками
деревьев.
Их связь была ключом и ответом! Им суждено было быть вместе, вдвоем, и они
всегда были вместе — что бы ни происходило в их жизни. И Хит знал, что эта
связь никуда не делась. Это она привела Зои к нему даже после его смерти. Он
должен ее использовать!
Как только Зои поймет, что они еще могут быть вместе; и как хорошо им здесь
будет, она быстренько соберет себя воедино! И что бы ни ждало их потом, что
бы им ни пришлось еще пережить, они будут встречать это вместе — всегда.
Черт, это будет совсем несложно. Его Зо кому угодно надерет задницу!
Охваченный решимостью, Хит помчался догонять Зои, но вдруг чей-то шепот
снова заставил его остановиться.
— Хит!
— Какого черта?
— Вернись!
Повернувшись, Хит сначала увидел золотую ленту, запутавшуюся в ветвях
рябины, а потом изумленно вытаращил глаза, заметив вышедшего из ветвей
парня.
— Старк? Что за...
— Шшшш! Зои не должна знать, что я здесь. Хит подошел к дереву.
— Какого черта ты тут делаешь? — спросил он, но не дал Старку возможности
ответить. — О, черт! Ты что, тоже умер? Зои вообще этого не перенесет!
— Да тише ты, не ори! Нет, я не умер. Я пришел сюда защищать Зои, чтобы она
могла вернуться в свое тело и туда, где ей место. — Старк помолчал и
спросил: — Ты ведь знаешь, что умер, да?
— Да что ты говоришь? Правда? — хмыкнул Хит. — Какое счастье, что ты взял на
себя труд меня просветить! Короче, без тебя знаю.
— Ладно, проехали. А ты знаешь, что у Зои разбита душа?
Прежде чем Хит успел ответить, они увидели Зои, и Старк поспешно юркнул за
дерево, притаившись в тени.
Хит сделал шаг в сторону, закрыв его от Зои.
— Почему ты не пошел за мной? Ты ведь всегда идешь за мной. Я не могу без
тебя, Хит! — пробормотала Зои, раскачиваясь, как неваляшка.
Хит видел, каких усилий ей стоит устоять на месте.
— Я уже иду, Зо. Ты же знаешь, я никогда тебя не оставлю. Просто ты теперь
бегаешь быстрее меня.
— Ты ведь не покинешь меня?
Хит ласково дотронулся до ее щеки. Сердце его разрывалось от боли. Она была
такой слабой и робкой, совсем не похожей на его Зои.
— Нет, малыш. Я никогда тебя не покину. Иди вперед, а я тебя догоню.
Видя, что она заколебалась и хочет начать свои хождения прямо здесь, в
опасной близости от убежища Старка, Хит поспешно добавил:
— Мне кажется, тебе станет получше, если ты будешь бегать в полную силу.
Может, побегаешь или полетаешь немножко, а потом вернешься за мной? А я пока
передохну тут недолго, ладно?
— Прости... прости... Я забыла, что тебе нужно отдохнуть... я опять
забыла...
Когда Зои начала отплывать в сторону, Хит крикнул ей вслед:
— Только не заходи далеко! И не забудь вернуться!
— Я никогда не забуду... Я не смогу забыть тебя... Никогда, никогда, —
забормотала Зои и, не обернувшись на Хита, исчезала в тени.
Старк вышел из-за дерева. Когда он заговорил, голос его срывался от
волнения:
— Вот черт! Все гораздо хуже, чем я думал.
— Угу, — угрюмо кивнул Хит. — Знаю. Расколотая душа ее убивает. Она не знает
покоя, не может думать, все забывает, и из-за этого с ней что-то
происходит... Что-то ужасное.
Не сводя глаз с удаляющейся Зои, Старк ответил:
— Высший совет сказал, что так оно и будет. Она превращается в койник-ши.
Она не живая, и не мертвая, потому что очутилась в Царстве духов, потеряв
душу. И дальше все будет только хуже. Ей больше никогда не будет покоя.
— Тогда нужно помочь ей собрать душу. Я думаю, она сумеет. И знаешь, я не
хочу тебя обидеть, но в этом ты ничем не сможешь ей помочь. Если хочешь
сделать что-нибудь полезное, возвращайся назад и отделай хорошенько ту
тварь, которая заперла нас в этой роще. Займись этим. А я займусь Зои.
Сказав это, Хит повернулся спиной к дереву и собрался вдогонку за Зои, но
тут ему в спину ударил голос Старка:
— Да, ты можешь заставить ее собрать ее душу, пообещав, что после этого ты
навсегда останешься с ней здесь. Но если ты это сделаешь, то погубишь всех,
кого Зои любит в нашем мире.
Хит резко развернулся и посмотрел на Старка.
— Знаешь, на твоем месте не очень здорово припираться сюда и вешать мне
всякое дерьмо на уши. Оставь Зои в покое, приятель. Я знаю, что ты ее
любишь, но не обижайся, ты знаешь ее совсем недолго. А я был с ней много
лет. Я понимаю, что ты скучаешь по ней, но ей будет хорошо здесь, со мной.
Она будет счастлива, как бы тебя не бесила мысль об этом.
— Дело не в любви. Дело в том, чтобы поступить правильно. Я даю тебе слово
Хранителя, что сказал тебе правду. Если Зои не вернется в свое тело, наш мир
— тот мир, который она знала, будет разрушен.
— Что еще за Хранитель такой? И при чем тут это?
— Понимаешь, это дело чести, — вздохнул Старк.
Что-то в его голосе заставило Хита внимательно посмотреть Старку в глаза.
Глядите-ка, а ведь он изменился! Как будто стал выше ростом, старше и
умнее. Куда только подевалась его обычная насмешливая самоуверенность? И
выглядел он теперь грустным. Очень грустным
.
— Ты сказал мне правду. Я верю.
— У Афродиты было видение, — кивнул Старк. — Она увидела, что случится, если
ты заставишь Зои собрать свою душу. Ты сделаешь это, пообещав остаться с
ней. Она не превратится в койник-ши. Она снова станет собой. И она останется
с тобой. Навсегда. Но без Зои некому будет остановить Неферет и Калону.
— И они захватят власть над миром, — закончил Хит.
— И они захватят власть над миром, — подтвердил Старк.
Хит посмотрел ему прямо в глаза.
— Я должен расстаться с Зои.
— Я не оставлю ее одну! — пообещал Старк. — Ведь я ее Воин, ее Хранитель.
Клянусь тебе, что она всегда будет под моей защитой.
Хит кивнул, не глядя на Старка. Он пытался справиться со своими чувствами.
Ему хотелось бежать — найти Зои, уговорить ее остаться с ним, здесь,
навсегда. Но когда он взглянул на Волшебного Лучника, то понял, что этот
парень сказал ему правду. Зои возненавидит всю эту вечность, если узнает,
что она куплена гибелью ее друзей. И возненавидит гораздо сильнее, чем любит
его. Значит, если он действительно ее любит, ему придется с ней расстаться.
Хиту хотелось выть и кричать, но он был рад, что голос его прозвучал
спокойно и твердо.
— Как ты заставишь ее собрать свою душу, если я уйду?
— Я не знаю. Слушай, а ты не можешь пообещать ей, что останешься дождаться,
пока она все сделает, а потом уйти?
— Ну ты и болван! — фыркнул Хит. — Впрочем, что с тебя взять, ведь ты не
мертвый и не можешь понимать, как тут все устроено, в Царстве духов. Короче,
я никак не смогу использовать свою связь с Зои, чтобы обмануть ее.
Понимаешь, это абсолютно бесполезно. Не сработает.
— Понял. Наверное, ты прав, — пробормотал Старк, проводя рукой по волосам. —
Значит, что-нибудь придумаю. Я пока не знаю, что именно, но я это сделаю.
Если у тебя хватает мужества на то, чтобы расстаться с Зои, то у меня должно
хватить мужества на то, чтобы ее спасти.
— Дам тебе один совет, на будущее, — снисходительно улыбнулся Хит. — Зои
терпеть не может, чтобы ее спасали. Она любит сама о себе заботиться. Так
что по большей части тебе придется стоять в сторонке, позволяя ей делать это
лично.
— Я запомню, — торжественно кивнул Старк.
— Ладно. Проехали. Идем за ней.
Они пошли в ту часть рощи, где мелькала фигурка Зои.
— Я постою в сторонке, пока ты будешь прощаться. Не хочу, чтобы она заметила
меня до того, как ты уйдешь, — сказал Старк.
Хит понял, что больше не может полагаться на твердость своего голоса,
поэтому просто кивнул.
— Расскажи мне о том, о чем ты упомянул в самом начале. О той фигне, которая
не выпускает вас из этой рощи, — нахмурился Старк.
Хит откашлялся и глухо ответил:
— Сначала я решил, будто это Калона, но после одного странного происшествия,
которое случилось сегодня, уже не знаю, что думать. Понимаешь, совсем
недавно кто-то пытался подсказать мне, как спасти Зои.
— Но при этом остаться здесь, с ней?
— Ага. В этом-то и был весь смысл.
— Значит, это был Калона. Он хочет добиться того, чтобы Зои никогда не
покинула Потустороннего мира, никогда не вернулась в свое тело, — объяснил
Старк. — Его для
...Закладка в соц.сетях
