Жанр: Любовные романы
Приключения в берлине
...скрикнула от ужаса.
- Вы.., не хотите сказать.., что мне придется, может быть.., вернуться назад?
- Нет, конечно, нет, - уверил ее лорд Брэйдон, - но я должен предупредить вас о возможном визите барона фон
Крозингена, который принимал меня прошлым вечером, поэтому нам следует подготовить историю случившегося.
Лоилия крепко сжала руки.
- Вы не станете упоминать о папе или говорить барону, кто я на самом деле?
- Я не настолько глуп, - ответил лорд Брэйдон. - Думаю, поскольку вы сказали мне в поезде, что ваша фамилия Джонсон, у
вас есть паспорт, выписанный на эту фамилию?
Лоилия кивнула.
- Он принадлежит папиной секретарше. Я взяла его из ее стола.., не сказав ей, куда.., направляюсь.
- Это было разумно с вашей стороны.
Совершенно не обязательно германским властям знать, что дочь Тарстона Стэндиша находится в Берлине.
Он задумался на миг, как бы взвешивая то, что должен сказать.
- Я продумал, что нам лучше всего говорить, и чтобы вы поскорее узнали об этом - поскольку у меня предчувствие, что
баром прибудет с минуты на минуту, - хочу предложить вам и Уоткинсу слушать внимательно, что я ему скажу.
- Но как мы сможем сделать это? - спросила Лоилия.
- Моя спальня выходит в эту комнату, - объяснил лорд Брэйдон, - и Уоткинс уже смазал замок двери.
В это время Уоткинс, прислушиваясь к звукам в коридоре, сообщил:
- Кто-то есть, милорд!
Лорд Брэйдон молча пересек комнату и открыл вторую дверь рядом с книжным шкафом.
Выполняя инструкцию, Лоилия быстро прошла в спальню и встала за дверью.
Она ни на минуту не забывала об осторожности, а потому сняла комнатные туфли, которые принес ей Уоткинс, и
положила их на ковер.
До нее донесся громкий голос Уоткинса:
- Барон фон Крозинген к вашей светлости, милорд!
Лорд Брэйдон поднялся из-за стола так, словно оторвался от неотложных дел.
Протянув руку вошедшему, он сказал удивленно:
- Мой дорогой барон, как приятно видеть вас в столь раннее время!
Барон принял его руку.
Однако в его глазах читались настороженность и обида.
- Хотя время еще раннее, - продолжал лорд Брэйдон, - я все-таки думаю, что мы могли бы позволить себе по бокалу такого
же превосходного французского шампанского, каким я имел удовольствие наслаждаться у вас.
- Это неплохая идея, - надменно ответил барон.
Во время их разговора в комнату вошел Уоткинс с подносом в руках, на котором стояли бутылка шампанского "Поп
Роджер" и два бокала.
Бутылка была открыта, и лорд Брэйдон наполнил бокал барона и свой.
Затем они сели в уютные кресла, и барон, выпив полбокала, сказал:
- Боюсь, милорд, мне придется высказать вам упрек из-за ваших действий прошлой ночью!
- Мое поведение, безусловно, требует объяснений. - Лорд Брэйдон поставил свой бокал.
Некоторое время он задумчиво смотрел в пространство.
- Вы должны понимать, - вставил барон, - что это непристойно - увозить из... "Дома наслаждений" его обитательницу.
Когда вы уехали, мадам была в неистовстве и грозилась послать за полицией.
- Я все это предвидел, - сказал лорд Брэйдон, - и потому, будучи обязан принести вам извинения и, разумеется,
объяснения, я готов доверить вам информацию, которая должна оставаться абсолютно конфиденциальной.
- Сомневаюсь, что это будет возможно, - агрессивно произнес барон.
- Мне кажется, когда вы услышите мое сообщение, то как опытный человек и важный государственный деятель поймете,
что оно не может подлежать разглашению.
Интерес барона был явно подогрет.
Лорд Брэйдон, прежде чем начать, поднялся, чтобы долить его бокал.
- Накануне моего отъезда из Англии мне сообщили, что ее величество королева и моя бабушка, вдовствующая герцогиня
Эксмутская, дают свое согласие на брак моей подопечной, проживающей с моей бабушкой, и одного из кандидатов в лорды,
приближенного ее величества.
Барон смотрел на него с нескрываемым удивлением: было очевидно, что он не может понять, какое отношение все это
имеет к происшедшему прошлой ночью.
- К сожалению, - продолжал лорд Брэйдон, - этот кандидат в лорды, имя которого нет необходимости упоминать, намного
старше моей подопечной. Хотя ом - известный человек с немалыми достоинствами, много пет прослуживший короне, он
вряд ли является романтическим героем, способным поразить воображение очень молодой девушки.
Он отвлекся на миг, чтобы пригубить шампанского.
- Подобно многим молодым людям, моя подопечная увлекается вольнолюбивыми идеями, кажущимися пожилым людям
даже революционными. И она объясняет свое нежелание выходить за него отсутствием любви. Она хочет быть влюбленной в
того, за кого выйдет замуж.
Барон кивнул, похоже, с пониманием, и лорд Брэйдон продолжал:
- Именно поэтому она неистово противится всяческим планам замужества, и когда моя бабушка сказала ей, что отказаться
от решения ее величества невозможно, девушка прибегла к моей поддержке.
В выпуклых глазах барона мелькнуло несколько иное выражение, и это была признаком того, что барон начинает
понимать, куда ведет повествование.
- Узнав, что я уже отправился в Берлин, - развивал свою версию лорд Брэйдон, - эта глупая девочка бросилась на вокзал,
чтобы успеть на поезд в Дувр, а затем - на пароход, пересекающий Канал по пути в Антверпен. Я же пересек Канал на своей
яхте.
Он сделал многозначительную паузу.
- По случайному совпадению моя подопечная села на континенте в тот же поезд, в котором ехал и я.
Лорд Брэйдон вновь наполнил бокал барона.
- Когда моя подопечная прибыла в Берлин, не зная, что я был в том же поезде, она собрала свой багаж и попросила
носильщика порекомендовать ей спокойный отель. У нее было достаточно времени поразмыслить над своим опрометчивым
поступком. Она поняла, что я буду крайне недоволен ею - не только за попытку следовать за мной, но и за то, что она
путешествовала без сопровождения служанки.
- Что совершенно недопустимо для молодой леди! - пробормотал барон.
Лорд Брэйдон пропустил это замечание мимо ушей.
- Она подумала, - продолжал он, - что я остановлюсь в британском посольстве, и опасалась, что посол и я настоим на ее
немедленном возвращении в Лондон.
Поэтому она решила подстеречь меня возле посольства, переговорить со мной наедине, чтобы убедить меня помочь ей, то
есть упросить ее величество изменить свое решение.
- Очень трудная задача, - прокомментировал барон.
- Невыполнимая! - согласился лорд Брэйдон. - Но я еще не закончил рассказ.
- Могу предположить дальнейшее, - проворчал барон.
- Мадам предложила подвезти ее, и нам с вами как людям искушенным нетрудно догадаться, что произошло далее.
Лорд Брэйдон встал с кресла и подошел к камину.
- Вообразите только, что случилось бы с этим бедным, обманутым ребенком, если бы по воле причудливой судьбы ее
привели прошлой ночью не ко мне, а к кому-то другому!
Это было произнесено с некоторым пафосом.
- Вы можете, однако, мой дорогой барон, представить, какие ужасные последствия возымеет эта история, если она когдалибо
попадет в прессу, - сказал он, жестикулируя. - Не только репутация моей подопечной будет изорвана в клочья, но вы и
я, люди довольно известные каждый в своей стране, будем пригвождены к позорному столбу за потворство своим плотским
страстям.
Теперь голос лорда Брэйдона звучал как предупреждающий набат.
- Мы оба знаем, как определенные газеты в наших странах, стремящиеся лишь к тому, чтобы дискредитировать и
монархию, и основы государственности вообще, стали бы подавать подобный эпизод.
- Ja, ja, я понимаю, - поспешил согласиться барон. - Как вы верно заметили, милорд, это было бы полной катастрофой,
если бы стало известно широкой публике.
- Я беспокоюсь более о вас, нежели о себе, - заверил его лорд Брэйдон. - В конце концов меня спасет положение при дворе
и честь и меть такого друга, как принц Уэльский. - Он посмотрел в упор на барона. - Вы же особенно уязвимы, поскольку
облечены доверием Администрации морского флота.
Понизив голос, он добавил:
- Может быть, мне не следовало говорить это вам, но еще в Англии до меня дошел слух, будто русские подозревают, что у
вас есть новое секретное оружие, которое они не прочь присовокупить к своему вооружению, и поэтому они, очевидно,
охотятся за вами.
- Охотятся за мной? Русские?! - в ужасе воскликнул барон.
- Это может оказаться всего лишь слухом, - успокоил его лорд Брэйдон, - но они верят, что у вас появился новый вид
мины или орудия - я не представляю, что именно, - и, конечно, жаждут приобрести это для своего флота.
- В таком случае они заблуждаются, совершенно заблуждаются! - решительно возразил барон. - Я не имею никакого
отношения к новому орудию - никакого!
- Русские как всегда что-то напутали, - вежливо согласился лорд Брэйдон, услышав от барона то, что хотел узнать. -
Важно лишь то, что я вынужден просить вас, мой дорогой барон, обеспечить - как ради вашего, так и моего спокойствия, -
чтобы вокруг случившегося прошлой ночью было как можно меньше разговоров. Я уверен, что могу положиться на ваши
способности и опыт.
Барон кивнул.
- Я прослежу, чтобы мадам не болтала, хотя это потребует расходов.
Он взглянул выжидательно на лорда Брэйдона.
- Я предвидел это и приготовил чек; думаю, он компенсирует затраты, на которые вам придется в связи с этим пойти.
Лорд Брэйдон взял со стола чек и вручил его барону.
- Щедро, очень щедро! - сказал барон, взглянув на него. - Могу обещать вам, милорд, что неприятностей не будет.
- Мне бы хотелось быть уверенным, что никто не знает о приезде моей подопечной сюда, в Берлин, и я постараюсь как
можно быстрее отправить ее обратно в Англию.
- Очень разумно, - согласился барон и добавил:
- Прошу извинить меня, но весьма любопытно узнать, зачем вы приехали в Берлин?
Лорд Брэйдон улыбнулся.
- Я предвидел, что вы можете спросить меня об этом, и мне вновь приходится просить вас о сохранении
конфиденциальности того, что я скажу вам.
- Безусловно, безусловно, - кивнул барон.
- Хотя для нас это дело кажется не столь важным, - сделал вступление лорд Брэйдон, - для принца Уэльского оно имеет
большое значение.
Барон вопросительно глядел на него, не говоря ни слова, и лорд Брэйдон продолжал:
- Я уверен, вы знаете о неприятностях в Коусе в прошлом году, когда кайзер снял свою яхту "Метеор I" с гонок
Королевского Кубка, утверждая, что гандикап "Гандикап (англ.) - условия соревнования, выравнивающие шансы яхт разного
класса (или лошадей разного возраста) путем создания дополнительных препятствий для более сильных участников (или
форы для более слабых)." слишком невыгоден для него.
- Я помню, что он говорил об этом, - ответил барон.
- Принц Уэльский узнал, что, прежде чем покинуть Коус, кайзер заказал Джорджу Пенноксу Уотсону, конструировавшему
"Британию", постройку для него яхты, еще более быстрой, чем "Метеор I".
Барон вновь кивнул, и лорд Брэйдон понял, что тот знает обо всем этом благодаря своей осведомленности в делах
морского флота Германии.
- Принц Уэльский просил меня узнать, строится ли эта яхта и намеревается ли кайзер участвовать на ней в регате в
следующем году.
Барон рассмеялся.
- Ив этом - вся ваша миссия, милорд?
- Он хотел, чтобы я разузнал об этом, не привлекая внимание к моему любопытству таких влиятельных людей, как вы.
Барон расхохотался.
- Я могу дать вам совершенно достоверный и искренний ответ: его величество несомненно примет участие в гонках в
Коусе на "Метеоре II", но я сомневаюсь, что эта яхта будет готова по крайней мере в ближайшие два года.
Лорд Брэйдон изобразил вздох облегчения.
- Вы избавили меня от множества забот, барон, мне остается лишь еще раз выразить мое глубочайшее сожаление, что я
стал причиной ваших треволнений прошлой ночью. По у меня не было возможности предупредить вас о том, что вас
ожидало после моего отъезда оттуда.
- Nein, nein! "Нет, нет! (нем.)" Я понимаю, - сказал барон. - В тех обстоятельствах ничего нельзя было сделать.
- Я знал, что вы поймете меня, - тепло ответил лорд Брэйдон. - Хочу также поблагодарить вас за прекрасный обед и буду с
нетерпением ожидать случая ответить вам таким же гостеприимством, пригласив вас и вашу очаровательную супругу к себе
в Брэй-Хаус, когда вы в следующий раз посетите Англию.
- Мы будем рады этому. - Барон поднялся, с сожалением поставив на стол свой бокал. - Могу чем-либо еще быть полезен
вам?
- В данный момент нет, - ответил лорд Брэйдон, - но спасибо за предложение, а также за облегчение моей задачи с
"Метеором II".
Довольно посмеиваясь, барон заметил:
- Я думаю, "Британия" принца Уэльского не имеет ни малейших шансов победить эту будущую яхту!
Лорд Брэйдон устремился к двери, но, остановившись в двух шагах от нее, сказал:
- Будьте осторожны, мой дорогой барон. Я знаю, насколько незаменимы вы для кайзера, и не доверяю русским.
- Не могу понять, почему они решили, что я связан с этим новым изобретением, на котором так сосредоточился кайзер? - с
раздражением сказал барон. - Это работа Эдерснаера, и я лишь надеюсь, что он не провалит ее.
Почувствовав, что проявил неосторожность, он добавил:
- Надеюсь, все, что мы сказали друг другу, останется в этих стенах?
Это был вопрос, и лорд Брэйдон торопливо ответил:
- Я целиком полагаюсь на вас, барон, надеюсь, вы защитите имя моей подопечной и сохраните в тайне то, что ее
величество косвенно оказалась причастной ко всей этой истории.
- Можете положиться на меня, - пообещал барон.
Мужчины прошли в коридор.
Лорд Брэйдон провел своего гостя в лифт, спустился вместе с ним на первый этаж и проводил его до экипажа, стоявшего у
подъезда.
Когда он вернулся, Лоилия ждала его с сияющими глазами.
Увидев его, входящего в гостиную, она подбежала к нему, возбужденно приговаривая:
- Это было.., блестяще! Вы такой... мудрый! Если бы папа мог слышать, как вы выудили у него.., имя человека, который
наверняка держит у себя папу!
- Откуда у вас такая уверенность в этом? - мягко спросил лорд Брэйдон.
На секунду задумавшись, Лоилия ответила:
- Когда он говорил об орудии, я сконцентрировалась на мыслях барона, и мне кажется, я знаю, как выглядит этот
Эдерснаера.
- Вы знаете? - воскликнул лорд Брэйдон. - Скажите же мне!
- Он старше барона, - сказала Лоилия тихим голосом, - и у него усы, загнутые кончиками вверх, как у кайзера, и они
белые, как и его волосы.
Лорд Брэйдон в изумлении посмотрел на нее.
- Каким же образом вы могли все это узнать?
- Я понимаю, что вы не верите мне и считаете все это ерундой, но папа учил меня читать мысли людей, как умеет это он;
когда вы говорили об орудии, барон думал о человеке, занимающемся им, и я узнала, как он выглядит.
- Если это действительно так, то определенно может нам помочь, - промолвил лорд Брэйдон.
Он прошел через комнату и толкнул дверь в свою спальню.
Как и следовало ожидать, она свободно открылась: это Уоткинс чуть-чуть приоткрыл ее, чтобы он и Лоилия могли
слышать все, что говорилось в гостиной.
Уоткинс разбирал в шкафу одежду лорда Брэйдона.
- Как вы думаете, где можно найти фотографию человека, о котором упомянул барон?
- Это не составит труда, милорд, - ответил Уоткинс. - Я также куплю что-нибудь на ленч для мисс Лоилии, если она будет
завтракать здесь.
- Она будет завтракать здесь, - подтвердил лорд Брэйдон, - и, как вы знаете, Уоткинс, я приглашен на ленч.
- Разве вам обязательно ехать? - выразила тихий протест Лоилия. - Я думала, мы должны.., предпринять что-то для...
спасения моего папы.., поскорее.
Увидев выражение лица лорда Брэйдона она быстро добавила:
- Я не придумала все это. Я чувствую, как он страдает и, возможно, испытывает боль.
- Вы хотите сказать, что они пытают его?
- Я.., я стараюсь не.., думать об этом, но я уверена, что они.., не остановятся и перед этим.
Лорд Брэйдон сурово сжал губы, ибо не сомневался, что Лоилия, по сути дела, права.
- Мне кажется, отменить мою договоренность о ленче было бы ошибкой, - сказал он задумчиво. - Я приглашен к капитану
корабля "Вайсенбург" и надеюсь узнать что-либо ценное. А вы тем временем, попытайтесь еще раз по-своему связаться с
вашим отцом, и, быть может, нам обоим удастся обнаружить нечто полезное.
- Я уверена, вы.., спасете папу, я... уверена в этом! - твердила Лоилия. - Мне так повезло, что вы здесь. Я знаю теперь...
одна я вряд ли.., смогла бы что-то сделать.
Лорд Брэйдон не отвечал, но она знала, о чем он думает.
- Вы совершенно правы. Очень глупо было приезжать мне сюда, к тому же без сопровождения служанки.., но я так
стремилась.., добраться до папы. - Она вздохнула. - У нас дома тоща не было никого, кто мог бы помочь мне, а довериться
постороннему я не могла.
- Вы никогда больше не должны так поступать, - сказал лорд Брэйдон. - Нам остается лишь надеяться, что барон сохранит
в тайне события прошлой ночи и заставит молчать хозяйку того заведения, где я нашел вас.
- Я думаю, за деньги она согласится на все, - тихо молвила Лоилия. - Я только беспокоюсь.., что вам приходится.., тратить
столько.., на меня.
Она была трогательна в своей застенчивости и в самом деле смущена его непредвиденными расходами.
Лорд Брэйдон ответил ей той самой улыбкой, которую большинство женщин находили неотразимой.
- Забудьте об этом, - сказал он. - А когда мы найдем вашего отца, я велю ему в будущем получше присматривать за вами.
- Когда вы найдете его, то можете сказать ему все что хотите! - воскликнула Лоилия. - Но только сделайте это скорее, как
можно скорее, потому что меня гнетет ужасное предчувствие, что мы можем... опоздать!
Последнее ее слово прервалось рыданием, которое она превозмогла огромным усилием воли.
Она подошла к окну, задумчиво глядя на улицу. Лорд Брэйдон понял, что она борется со слезами.
Он вспомнил, как, спасенная им, она плакала у него на плече прошлой ночью и все ее тело сотрясала дрожь.
- За вами надо еще хорошенько присматривать! - сказал он угрюмо.
Солнечный свет золотил ее волосы.
Он думал о том, что она еще слишком молода и слишком по-детски мила, чтобы участвовать в столь опасных
предприятиях, какими занимался ее отец.
- Я должен незамедлительно обнаружить, где он находится! - неслышно прошептал лорд Брэйдон.
И тогда твердым голосом, совершенно непохожим на ее обычную манеру говорить, Лоилия произнесла:
- Он находится в.., высоком здании... с тротуаром перед ним... Там.., два часовых возле дома...
Лорд Брэйдон в изумлении смотрел на нее, но она не отвернулась от окна.
- Папа находится.., внизу, ниже первого этажа.., может быть, в подвале.., в комнате с длинным столом посередине, и на
стопе бумаги... И я.., уверена, что папе приказали.., записывать что-то на них... или.., начертить какую-то схему.
- Вы можете видеть вашего отца? - негромко поинтересовался лорд Брэйдон.
- Нет.., но я уверена, что он - там...
Я.., ощущаю его вибрации, направленные ко мне, и.., он думает обо мне.., говорит мне, что.., произошло с ним и.., где он
находится.
Она умолкла, и наступило молчание.
Затем повернулась к нему.
- Это поможет нам?
- Я думаю, поможет, - кивнул лорд Брэйдон, - но, к сожалению, в этой стране очень много начальства, перед дверьми
которого поставлены часовые.
- Если бы вы могли.., назвать мне имена некоторых людей, владеющих такими домами, как этот...
- Мы не можем знать этого наверняка, - ответил лорд Брэйдон. - Это может быть конструктор орудия или даже человек,
занимающийся его изготовлением, но ни у кого из них не может быть власти и полномочий, достаточных, чтобы держать в
заключении вашего отца.
Лоилия тяжело вздохнула.
- Пожалуйста.., позвольте мне попытаться.., самой... Вы не уверены в успехе... ведь так?
Лорд Брэйдон не мог дать ей ответ, которого она желала.
- Это невозможно, - промолвил он, - но если мы будем действовать вместе, я уверен, мы сможем спасти вашего отца.
Он старался казаться ей более оптимистичным, чем был на самом деле.
Он хорошо понимал: если Тарстон Стэндиш схвачен, то власти сумели позаботиться о прочности запоров.
Желая отвлечь Лоилию от предмета разговора, он попросил ее:
- Расскажите мне хотя бы вкратце о вашей семье. Я слышал о вашем отце и его блестящих способностях, но в
действительности ничего не знаю о нем, и хотел бы услышать, например, почему вы предоставлены самой себе в его
отсутствие.
Лоилия улыбнулась.
- Мы с папой всегда были белыми воронами в нашей семье. - Заметив удивление на лице лорда Брэйдона, она объяснила:
- Мой дедушка хотел, чтобы папа, его единственный сын, вступил в его полк.
- А кто ваш дед?
- Он - генерал сэр Мортимер Стэндиш-Дрю!
- Боже всемилостивейший! - воскликнул лорд Брэйдон. - А я и не догадался! Я же знаю вашего деда - конечно, знаю! Он
был героем к тому времени, как вышел в отставку, и все восхищались его блистательным участием в кампаниях, проводимых
в Индии и Африке.
- Я знаю, - согласилась Лоилия, - но папа не хотел слепо идти по стопам своего отца и выполнять его волю.
Она говорила медленно, желая, очевидно, быть понятой правильно.
- Поэтому еще в юности он решил для себя, что будет путешествовать где пожелает, постигать языки, а со временем
писать книги о людях, которые встретятся на его пути.
- И эти книги будут написаны для всех, кто захочет их прочесть?
- Да, когда он опубликует их.
- Вы хотите сказать, что он уже написал их?
- Две из них уже написаны, - сообщила Лоилия, - и я помогала ему, поэтому знаю, какие они увлекательные, - самые
интересные из всего, что я когда-либо читала.
Увидев настороженный взгляд лорда Брэйдона, она объяснила:
- В них нет никаких секретов. Все секреты заперты у папы до той поры, пока они не устареют и станут безобидными; я
только боюсь, что он.., не будет.., вместе с нами радоваться успеху, который он.., заслужит как автор.
- Бы еще не сказали мне, есть ли у вас другие родственники, которые могли бы воспитывать вас и приглядывать за вами.
Лоилия улыбнулась, и он обнаружил не замеченную ранее ямочку на ее щеке.
- Дело в том, что я очень счастлива с папой, а потому отказалась жить с моими тетями и кузинами, предлагавшими мне
свой дом.
Ей показалось, что лорд Брэйдон не одобряет такого поведения, и поспешно добавила:
- Перед смертью мама взяла с меня обещание ухаживать за папой. Как все неординарные личности, он никогда не думает
о себе.
Ее голос как бы излучал тепло и заботу об отце.
- Каждый раз после завершения "миссий", как он называет свои поездки, он возвращается истощенный, так как много
времени проводит без должного питания, а иногда и вовсе без еды; к тому же порой ему приходится жертвовать ночным
сном ради достижения цели.
- Но тем не менее, - мягко сказал лорд Брэйдон, - я думаю, и вы нуждаетесь в заботе о вас.
Лоилия рассмеялась.
- Вы только подумайте, как невыносимо было бы мне жить с тетушками, вечно повторяющими: "Делай это, делай то", -
или поучающими, как, например, одна из них: "Ты должна стараться, Лоилия, дорогая, вести себя как леди!"
Она так уморительно изобразила тетю, что лорд Брэйдон, сам того не желая, рассмеялся, но, спохватившись, спросил:
- Разве это так трудно - следовать ее совету?
- Для меня - да. Я не хочу быть леди из общества - посещать балы и приемы и слушать глупые беседы молодых людей, для
которых самое интересное занятие - пытаться определить победителя в Дерби "Дерби - ипподромные состязания трехлетних
скаковых чистокровных лошадей, впервые организованные лордом Дерби в 1778 году."!
В глазах лорда Брэйдона промелькнули насмешливые искорки.
- А вы довольно беспощадный критик.
- Я лишь утверждаю истину! - сказала Лоилия с вызовом. - Общаясь с папой, я нахожу молодых людей крайне глупыми и
невероятно скучными. Вот почему я никогда не выйду замуж!
- Вы намерены никогда не выходить замуж? - недоверчиво спросил лорд Брэйдон.
- Как я могу привязаться к какому-то мужчине, который не знал ничего более опасного, чем падение со своей лошади?
Лорд Брэйдон не удостоил ее ответом, и она продолжала:
- К мужчине, который не прочел ни одной книги после окончания школы и считает, что любая девушка должна
преисполниться благодарностью за то, что он снизошел до разговора с нею!
Лорд Брэйдон от души рассмеялся.
- Вы можете смеяться сколько угодно, - не сдавалась Лоилия. - Все равно вы знаете, что это - истина!
Она немного помолчала.
- Вы знаете, когда вы рассказывали барону эту волшебную сказку о кандидате в лорды, желавшему жениться на мне, я не
могла не подумать, что он по крайней мере мог оказаться более интересным, чем любой из молодых людей, которых мне
доводилось встречать!
- Мне, как молодому человеку, довольно обидно слушать такую характеристику, - заметил лорд Брэйдон.
Лоилия взглянула на него, и он поймал себя на мысли, как бы это ни было невероятно, что она до настоящего момента не
видела в нем молодого человека.
В поезде она обратилась к нему первому за защитой.
Он был англичанином, и она знала его по имени.
Когда он вызволил ее из "Дома наслаждений", она вновь видела в нем лишь ангела-спасителя.
Он не был для нее живым, реальным мужчиной.
Лорд Брэйдон понял это так ясно, без каких-либо объяснений с ее стороны, что сам удивился своей обидчивости.
Ведь это была истина, и он знал ее.
Он увидел, как ее бледные щеки начинают окрашиваться румянцем смущения оттого, что она невзначай обидела его
своими словами.
Торопясь успокоить ее, он добавил:
- Я лишь дразню вас и совсем не оскорблен вашими нападками.
- Н-но.., я не считала вас таким, - оправдывалась Лоилия. - Я знаю, что вы... очень.., очень способный и умный, и вы вели
себя так же, как - я уверена - папа действовал бы в подобных обстоятельствах.
Несомненно, это была самая высокая оценка, которую она могла дать ему, учитывая ее чувства к отцу.
И он ответил ей, на этот раз совершенно серьезно:
- Благодарю вас, Лоилия! Я лишь надеюсь, что в будущем смогу соответствовать вашему мнению обо мне.
Глава 4
Званый ленч не оправдал ожиданий лорда Брэйдона и оказался даже более скучным, чем обед, на котором он был
прошлым вечером.
Его забросали вопросами относительно поведения принца Уэльског
...Закладка в соц.сетях
