Жанр: Любовные романы
Лиса в ловушке
...го
удовлетворительного объяснения. И, конечно же, извинений. Что он возомнил о
себе, похищая среди бела дня иностранку,
наследницу одного из самых богатых людей Америки?
Она прошла по коридору в салон.
Ей почему-то казалось, что хозяин судна должен быть на палубе, но он сидел
в салоне за столом и что-то писал.
Тайрон Штром поднял глаза от своих бумаг, когда она вошла, но в них не
отразилось удивления. Она еще не видела у него
такого серьезного выражения.
Невада вплотную подошла к нему и, хотя она не сомневалась в собственной
привлекательности, почему-то не заметила в
его глазах восхищения, которое она привыкла видеть у всех мужчин.
- Так вы проснулись! - вместо приветствия сказал Тайрон.
- Да, проснулась и желаю знать, где я и почему вы опоили меня каким-то
зельем, - высокомерно вскинув рыжеволосую
головку, заявила Невада.
- Чтобы избежать лишних споров, - спокойно ответил он.
- Споров о чем?
- Вы могли бы отказаться покинуть Канн, оказать сопротивление, а мне бы не
хотелось проходить через все это. Не
переношу скандалов и женских упреков.
- Куда вы увозите меня? Что вы себе позволяете? Это в высшей степени
странное поведение...
- Чрезвычайные ситуации обычно требуют чрезвычайных мер, - бесстрастно
ответил Тайрон Штром. Они оба стояли
лицом к лицу, но когда яхту покачнуло, Невада опустилась в кресло с высокой
спинкой у стола.
Тайрон Штром видел, что она старается держать себя в руках, но в глазах у
нее вспыхнул гнев.
- Скажите мне лучше, мистер Штром, - начала она холодно, - что это вы такое
затеваете, прежде чем я прикажу вам
повернуть и доставить меня обратно в Канн.
Тайрон Штром тоске сел, непринужденно откинувшись в кресле.
- Я везу вас в Африку, мисс Невада! - сказал он. - Эта поездка может
оказаться очень важной для вашего образования и
воспитания.
- Куда? В Африку? - воскликнула в изумлении Невада.
Ей почему-то представлялось, что они пересекают Средиземное море в
направлении Мальты или Балеарских островов.
- Что за вздор! - сердито сказала она. - Вы же отлично знаете, что не
можете увезти меня куда-то на другой континент, не
объяснив, почему я покинула дом вашей сестры, у которой я в гостях.
- Если вы позволите мне быть откровенным, - заметил Тайрон Штром все тем же
бесстрастным тоном, - моя сестра была
очень рада от вас избавиться, мисс Невада.
- Вы хотите сказать, что леди Меррил.., принимала участие в этом..,
похищении?
- Если вам угодно так это выразить, то - да, - кивнул он.
- В жизни не слышала ничего более возмутительного! Она была подругой моей
матери, я думала, что могу доверять ей,
что она не обойдется со мной дурно, - вспылила Невада, с трудом веря в его
слова. - Я представить себе не могу, что скажет
мой отец, когда узнает о вашем поведении!
- В ближайшие месяца два он вряд ли что узнает, - возразил Тайрон Штром. -
А что касается участия в этом заговоре моей
сестры, вы должны понимать, что, как тигрица борется за своих детенышей, так и
любая мать станет бороться за своего сына.
- Так значит, вся эта идиотская затея объясняется вашим беспокойством за
Дэвида! - наконец догадалась девушка.
- Вот именно, - согласился Тайрон, - серьезной тревогой за моего
племянника.
- И вы думаете, что он допустит, чтобы я исчезла таким невероятным образом,
не подумав даже, что со мной случилось?
Да он поставит на ноги полицию, только чтобы разыскать меня!
- Дэвид сейчас тоже находится на пути в Африку, и ваши пути не пересекутся.
В душе Невады затеплилась надежда.
- Вы заставили его уехать, после того как он пообещал остаться со мной? -
не поверила она.
- Он уехал с большой готовностью, после того как прочел ваше письмо.
На голову девушки обрушивались объяснения - одно невероятнее другого.
- Какое письмо?
- То, что вы ему написали; очень милое письмо, где вы сообщаете ему, что
после того, как он отправился играть в теннис,
вы получили срочное известие от вашего отца, требующего вашего немедленного
возвращения в Америку.
Невада смотрела на него широко раскрытыми глазами, все еще не веря, что он
говорит все это серьезно.
- Вы также написали ему, что, хотя навсегда останетесь благодарны ему за
его дружеские чувства, вы решили, что ваше
сердце принадлежит стране, где вы родились и где намерены остаться на всю жизнь.
Тайрон Штром сделал паузу, не сводя с нее глаз, и затем продолжил:
- Это было хорошее письмо, поверьте, мисс Невада. Оно не сделает человека
несчастным и не доведет его до отчаяния, не
подтолкнет к самоубийству.
- Вы написали это письмо и подписали его моим именем? - прошипела Невада.
- Ваш почерк очень легко подделать. В нем нет ничего необычного или
оригинального.
- Значит, среди ваших прочих преступлений есть еще и подделка чужого
почерка.
- Это искусство не раз сослужило мне службу.
- Как вы смеете так поступать со мной?
- Вы сами меня к этому вынудили.
- Вы поверили этим дурацким угрозам Дэвида покончить с собой? - воскликнула
Невада, которой под тяжестью
обрушивавшихся на нее новостей все труднее было контролировать себя.
- Не только верю, я спас его от одной такой попытки, - в голосе Тайрона
зазвучал металл.
- Я вам не верю. Люди, угрожающие самоубийством из-за неразделенной любви,
только разыгрывают спектакль, пытаясь
вызвать к себе сочувствие, - не сдавалась Невада.
- В отношении мужчин у вас нет такого опыта, как у меня.
Это было неоспоримо, и Невада с нарастающим гневом резко сказала:
- Но это все равно не оправдывает вашего поведения, мистер Штром, того, что
вы привезли меня на борт своего судна,
опоили каким-то мерзким зельем и написали от моего имени письма. Я настаиваю,
чтобы вы сейчас же изменили курс и
доставили меня обратно во Францию.
Она прочла на его лице отказ еще до того, как он заговорил, и несколько
смягчила свои требования:
- Если вы слишком боитесь за своего драгоценного племянника, чтобы дать мне
возможность вернуться в Канн, оставьте
меня в Марселе. С меня довольно вас и вашей семейки, мистер Штром. Я возвращаюсь
в Англию.
- Это было бы возможно, - сказал Тайрон, - если бы не одно обстоятельство,
мисс Невада.
- Какое еще обстоятельство?
- Я решил, что вас следует проучить как следует, чтобы вы не могли
причинить вреда другим молодым людям, как вы
пытались это сделать с моим племянником. Дэвид спасся из ваших коготков -
другим, может быть, так не повезет.
- Какой вздор! Что за нелепость! - гневно воскликнула Невада. - Мужчины
вполне в состоянии о себе позаботиться, а если
нет, пусть не называют себя мужчинами.
- Все это справедливо, когда речь идет об обычных женщинах. Но вы не
относитесь к их числу, мисс Невада. Вы жестоки,
бессердечны, и я почти склонен думать, что вы - олицетворение зла!
Невада вскочила.
- Как вы смеете говорить мне такие вещи! Вы меня оскорбляете, и ваше
поведение, как вам самому это известно,
преступно. Вы попадете за это в тюрьму, мистер Штром!
- Такую возможность я не исключал, - спокойно ответил он, не реагируя на ее
гнев. - Но где вы в настоящий момент
найдете полицейского, неважно, какой национальности - француза, англичанина или
американца? В моей команде таких
обычно не имеется.
Она стояла, трепеща от ярости, пристально глядя на него. В гневе она была
необыкновенно хороша. Он знал, что Невада
обдумывает свой следующий шаг, но затрудняется прийти к какому-либо
определенному решению Девушка подошла к
иллюминатору.
- Где мы? Сколько времени я провела без сознания? - неожиданно
успокоившись, спросила она.
- Мы в двадцати милях от Гибралтара, - ответил Тайрон Штром, - и идем вдоль
атлантического побережья Марокко. Вы
были без сознания примерно двое суток.
- Так долго?
- Это очень эффективное снотворное. Оно действует почти мгновенно. Но
можете не опасаться за свое здоровье, мисс
Невада, оно совершенно безвредно.
В этих прямолинейных словах, произнесенных лишенным выражения голосом, было
что-то внушающее невольный страх.
- Поскольку я двое суток ничего не ела, я, естественно, очень голодна. -
капризно заметила Невада.
- Вполне вас понимаю, - отвечал Тайрон Штром. - Но я должен вам кое-что
объяснить, прежде чем вы приметесь за еду.
- Что такое?
- Я увез вас не только затем, чтобы спасти моего племянника, да, кстати, и
молодого Дандональда тоже, но и для того,
чтобы убедиться, можно ли превратить бессердечную хищницу в обыкновенную
женщину.
- Я.., я не понимаю, что вы хотите этим сказать.
- Я думаю, прекрасно понимаете, - покачал головой Тайрон Штром. - До сих
пор всю вашу жизнь вы только и делали, что
распоряжались людьми, которые были вынуждены вам повиноваться, потому что вы им
платили. Я намерен выяснить,
способны ли вы дать кому-либо что-нибудь, кроме денег.
Неваде показалось, что она уже где-то слышала эти слова раньше. И тут она
вспомнила, что сама сказала Дэвиду в парке в
тот вечер, когда приехал Тайрон.
- Вы подслушивали! - сказала она негодующим тоном. - Мне следовало бы
догадаться, что произошло. Вы слышали наш
разговор с Дэвидом из вашей комнаты. Значит, это еще один запрещенный способ
действия из вашего богатого арсенала?
- Да, - легко согласился Тайрон Штром, - И мне еще никогда в жизни не
приходилось слышать, чтобы женщина была так
холодна, так жестока и равнодушна по отношению к человеку, чья вина заключается
только в том, что он был настолько
глуп, чтобы полюбить ее.
Каждое его слово было похоже на удар хлыстом. Невада не могла поверить
своим ушам. Никто и никогда раньше не
позволял себе говорить подобные вещи.
- Теперь я понимаю, почему вы так разъярились, - сказала она, - но ведь это
просто смешно! В конце концов, я не просила
Дэвида в меня влюбляться, да и Чарльза тоже.
- Нет, не просили, но вы все для этого сделали, и более того, мисс Невада,
вы были готовы попробовать ваши уловки на
мне. Видимо, вам нужна власть над всеми окружающими вас мужчинами.
Он засмеялся.
- К сожалению, в моем случае вам это не удалось. В сущности, для женщины
даже с вашим ограниченным опытом это
была весьма жалкая попытка.
Сквозившее в его тоне презрение показалось Нева-де еще более
оскорбительным, чем его неприкрытая ярость.
- Я хочу есть, - сказала она сердито. - Прикажите подать мне сытный
завтрак.
- Не сомневаюсь, что у нас на борту много запасов, - ответил Тайрон Штром.
- Но если вы голодны, вы должны сами о
себе позаботиться. Я полагаю, вам известно, где находится камбуз?
Она бросила на него неуверенный взгляд.
- А разве стюард не может.., принести мне что-нибудь?
- Нет, потому что я нахожу, что вам полезнее самой побеспокоиться о себе.
Пора убедиться впервые в жизни, мисс
Невада, что деньги не могут купить всего, что вы только пожелаете.
- Что за глупости!
- Вы можете думать как вам угодно, но я хотел бы напомнить вам, что это моя
яхта и здесь распоряжаюсь я. Если вы
голодны, приготовьте себе что-нибудь или обойдитесь без пищи. Между прочим, вам
никто не будет прислуживать в вашей
каюте.
- Как вы смеете со мной так обращаться!
- Очень просто, - возразил Тайрон Штром. - Быть может, это научит вас не
пускаться в другой раз путешествовать по
свету, не позаботившись о надежной компаньонке. Не терплю женщин, воображающих
себя независимыми и считающих, что
они настолько самостоятельны, что не нуждаются в чьей-либо опеке.
- В вашей опеке я, во всяком случае, не нуждаюсь! - резко ответила Невада.
Она тут же поняла, что допустила ошибку. На его лице мелькнула усмешка, как
у человека, имеющего дело с капризным
ребенком или упрямым животным.
Девушка встала.
- Где этот ваш камбуз?
- Как обычно на судах, на корме. Поскольку приближается время завтрака, вы
застанете там повара. Он китаец, так что
вам вряд ли удастся с ним пообщаться. Если, конечно, вы не владеете его родным
языком, - с иронией добавил Тайрон.
Понимая, что, споря с ним, она ничего не добьется, Невада вышла из салона,
хлопнув дверью.
Камбуз, который она нашла без труда, оказался очень современным и прекрасно
оборудованным, намного лучше, чем
любой другой, какой ей случалось видеть.
Повар-китаец с помощником в белоснежной одежде готовили завтрак, и
заманчивые ароматы, наполнявшие небольшое
помещение камбуза, вновь заставили ее ощутить приступ голода.
Понимая, что она не сможет объясниться с поваром, Невада знаками дала ему
понять, что голодна, и он жестом указал ей
на стул по другую сторону узкого стола, на котором он что-то готовил.
Позади него была печь, где Невада увидела жарившийся бифштекс. Рот ее
моментально наполнился слюной, а желудок
свели спазмы.
Хотя море было спокойным, было легче сидеть, чем стоять, поэтому Невада
села, наблюдая за тем, как повар готовит
гарнир к мясу - из свежих грибов, баклажанов и мельчайшего зеленого горошка.
Невада заметила, что на печи готовилась также и спаржа. Это было ее любимое
блюдо. Пока она гостила на вилле, спаржу
каждый день доставляли из Ниццы.
Бифштекс был готов. Повар переложил его на блюдо и добавил туда гарнир. В
этот момент, словно по вызову, явился
стюард в безупречной белизны пиджаке с золочеными пуговицами.
Он явился с подносом, где было аккуратно разложено сверкающее столовое
серебро.
Стюард поставил поднос на стол, и юный помощник повара разместил на нем
блюдо спаржи, заранее приготовленный
салат и два наполненных соусника. Повар накрыл бифштекс серебряной крышкой.
Затем, к изумлению и ужасу Невады,
стюард взял поднос и вышел из камбуза.
Только тогда она поняла, что все это предназначалось для одного Тайрона
Штрома, и до нее дошло, что на подносе был
только один прибор.
- А мне? - закричала она, показывая на себя пальцем.
В ответ повар молча положил перед ней кусок сырого мяса, потом указал на
миску с остатками грибов, баклажанов и
горошка, и вышел вместе с помощником.
Какое-то время Невада сидела неподвижно, не в силах поверить в
происходящее. Потом она догадалась, что члены
команды повиновались приказу хозяина, и вспомнила, как Тайрон Штром сказал, что
ей придется позаботиться о себе.
Она в бешенстве сжала кулаки. Ей хотелось швырнуть мясо на пол и растоптать
его.
Но мучительная пустота в желудке напомнила ей о голоде. Девушка повяла, что
гнев ни к чему не приведет.
Она неуверенно поднялась и, обойдя стол, с брезгливой гримасой взяла двумя
пальцами бифштекс и опустила его на
решетку гриля.
Тайрон Штром спустился с мостика, где он обсуждал с капитаном пройденный за
день курс, и вошел в салон.
Яхта, безусловно, оправдывала свою репутацию самого быстроходного судна
своего класса.
Он спроектировал ее сам, потому что в жизни у него случались моменты, когда
ему хотелось как можно скорее выбраться
из становившейся взрывоопасной ситуации.
"Мулай" еще никогда не подводил его. Команда служила у него давно, и Тайрон
хорошо знал своих людей, не сомневался,
что они всегда будут безоговорочно ему повиноваться.
Направляясь в салон, он подумал, понравилось ли Неваде впервые
приготовленное ею самостоятельно блюдо.
Ему было доложено о случившемся во всех подробностях. "Лучший способ
научиться готовить, - подумал он, - это
сначала немного поголодать".
Его позабавила мысль о том, как она обойдется без горничных? Тайрон был
уверен, что эта избалованная дочка
миллиардера никогда и ничем не утруждала себя, не считая нужным даже поднять с
полу уроненную ею вещь.
Она принадлежала к самому отвратительному для него типу тунеядцев.
Он уважал людей, составлявших себе состояния собственными силами. Им
приходилось для этого немало потрудиться,
проявить смекалку и деловые качества. Но их избалованные, изнеженные жены и
дочери, воображавшие, что за деньги
можно все купить, неизменно вызывали у него презрение.
Жизнь на борту "Мулай" окажется для нее разительно непохожей на ту, что она
вела в доме отца на Пятой авеню или в его
владениях, разбросанных по всей Америке.
Тайрон Штром вошел в салон с намерением заняться делом. Едва он только
уселся за стол и начал перебирать бумаги,
когда открылась дверь и вошла Невада. Она была все в том же белом платье и
выглядела, казалось бы, как обычно, но в
глазах у нее появился незамеченный им прежде блеск. Он догадался, что девушка
что-то замышляет.
- В чем дело, мисс Невада? - холодно осведомился Тайрон. - Вы видите, я
занят.
- Я думаю, у вас найдется время выслушать меня, - ответила Невада.
Он не сделал даже попытки встать при ее появлении и теперь с нетерпением
заметил:
- Дело в том, что у меня много работы, Невада, поэтому я просил бы вас
избавить меня от дальнейших споров.
Постарайтесь лучше суметь с достоинством переносить свое положение, тогда оно не
покажется вам столь ужасающим.
- Предлагаю вам убедиться на себе, что я умею неплохо стрелять! -
неожиданно сказала Невада.
С этими словами она подняла из пышных складок платья руку с револьвером и
направила его на Тайрона Штрома.
Он не шевельнулся и продолжал смотреть на нее, как будто ожидая последующих
объяснений.
- Сейчас вы пошлете за капитаном, - с угрозой в голосе произнесла Невада, -
прикажете ему развернуть яхту и доставить
меня в ближайший порт.
- А если я откажусь?
- Тогда вам придется испытать сильную боль. Поверьте, мистер Штром, я не
промахнусь.
С ноткой торжества в голосе она продолжала:
- Я не стану вас убивать, поскольку я не желаю быть осужденной за убийство.
К тому же, как вам отлично известно, я не
могу отдавать приказания вашей команде. Но я прострелю вам руку, что будет очень
болезненно, а если вы все-таки не
послушаете меня, я прострелю вам и ногу.
- Вы все это очень тщательно продумали, - заметил Тайрон Штром.
- Как видите, я вполне способна о себе позаботиться, - ответила Невада. -
Можете не сомневаться в моем владении
оружием, я практиковалась в стрельбе на нашем ранчо в Колорадо.
Тайрон Штром ничего не сказал на это, и девушка с нескрываемым торжеством
добавила:
- Вы потерпели поражение, и должны это признать, мистер Штром. Немедленно
пошлите за капитаном и выполните мои
условия, или я приведу свою угрозу в исполнение.
- Я не хочу, чтобы он покидал мостик, - сказал Тайрон Штром, - поэтому я
напишу лучше ему записку.
Левой рукой он подвинул к себе лист бумаги и взял перо, чтобы обмакнуть его
в массивную чернильницу.
Невада наблюдала за ним с улыбкой.
Внезапно его державшая перо рука двинула чернильницу с такой силой, что та
слетела со стола прямо в сторону Невады.
Инстинктивно, как это сделала бы любая женщина, она отступила, чтобы
избежать попадания чернил на свое платье.
В это время Тайрон Штром с невероятной быстротой и ловкостью хорошо
натренированного спортсмена перепрыгнул
через стол, схватил ее за руку и вскинул ее кверху.
Невада издала яростный вопль. Но прежде чем он стих, прежде чем она успела
спустить курок, Тайрон уже отнял у нее
револьвер и опустил его себе в карман.
Невада стояла, дрожа от гнева и глядя на него с ненавистью. Между ними
растекалась по полу чернильная лужа.
Затем, как будто его поступок лишил ее остатка самообладания, она кинулась
на него, готовая вцепиться ногтями ему в
лицо.
Удержав ее на расстоянии одной рукой, Тайрон другой сильно ударил ее по
щеке.
Прозвучавшая как револьверный выстрел пощечина не только остановила ее
нападение, но не оставила и следа от ее
исступленной ярости. Девушка изумленно глядела на него, ее пальцы потянулись к
лицу.
- Вы меня ударили!
В ее голосе не было гнева, только удивление.
- Да, ударил, - отвечал Тайрон Штром, - и снова ударю, если вы будете вести
себя как базарная торговка. Вы же
достаточно разумны, мисс Невада, чтобы понимать, что физически вам меня не
одолеть.
Она не сводила с него глаз, приложив руку к пылающей щеке.
Потом с каким-то странным звуком, похожим на рыдание, девушка резко
повернулась и выбежала из салона.
Всю оставшуюся часть дня Невада пролежала у себя в каюте, вынашивая планы
мести своему обидчику.
Когда она вспомнила про лежавший у нее в чемодане револьвер, то была
совершенно уверена, что сможет заставить его
высадить ее в ближайшем порту.
У нее было много денег, не говоря уже о драгоценностях, стоивших целое
состояние, и Невада не сомневалась, что
окажись она на берегу, то без труда смогла бы вернуться в Лондон, а оттуда
отплыть в Америку.
Но Тайрон Штром опять взял над ней верх. Не только легко разрушил ее план,
казавшийся Неваде вполне реальным, но
посмел и ударить, оскорбить ее.
Ненавидя его за это, девушка невольно подумала, что мало кто из знакомых ей
мужчин мог сравниться с ним в силе и
ловкости.
"Я ненавижу его! - сказала она вслух. - Я не позволю ему так обходиться со
мной! Я убью его, но ему меня не одолеть!"
Легко было сказать, но что можно было сделать без оружия?
Маленький револьвер, который она всегда возила с собой и который придавал
ей чувство безопасности, был теперь у
Тайрона, и Неваде было больше нечем ему угрожать.
"Не броситься ли мне в море, просто назло ему?" - подумала она. Но ей сразу
же пришла на ум неприятная мысль, что он
может счесть это хорошим способом избавиться от нее и не поспешит к ней на
помощь. От такого человека можно было
ожидать чего угодно.
Она не верила всерьез, что он дал бы ей погибнуть. Но в то же время Невада
начала ощущать в нем жестокость, с какой ей
никогда не приходилось прежде сталкиваться.
"Я должна его одолеть.., должна!" - эта мысль не давала ей покоя всю ночь.
Но когда настало утро, она больше не могла голодать в своей каюте.
Придя наконец в камбуз, Невада увидела, что все успели позавтракать, и ни
повара, ни его помощника уже нет.
На столе Невада увидела несколько яиц и бекон, явно предназначавшихся для
нее. С величайшим трудом она ухитрилась
сделать себе яичницу.
Весь ее кулинарный опыт сводился к участию в пикниках, где она с друзьями
забавлялась приготовлением на открытом
огне шашлыков и сосисок, но ее участие сводилось главным образом к кокетству с
наиболее симпатичными из мужчин.
Невада обожгла себе пальцы, и приготовленная ею яичница была почти
несъедобна. Но она настолько проголодалась, что
все съела, хотя большая часть ее завтрака состояла из хлеба с маслом.
Ни джема, ни меда она найти не могла, а так как спросить было не у кого, ей
пришлось довольствоваться тем, что ей
удалось обнаружить в шкафах.
Когда Невада вернулась к себе в каюту, там все было так, как она оставила.
Постель была не убрана, одежда и обувь
разбросаны по полу.
В раздражении девушка отшвырнула ногой платье, мешавшее ей пройти, но так
как оно было у нее одно из самых
нарядных, она подняла его и повесила в гардероб. Потом Невада с отвращением
обвела взглядом захламленную каюту и
уставилась на гору чемоданов.
Как она справится с этим багажом? И после того, как она распакует свои
вещи, как их снова уложит?
Девушка села на койку и задумалась о том, что ей делать и как убедить
Тайрона Штрома, если не силой, то какими-нибудь
другими средствами, прекратить это нелепое унизительное наказание.
"Это не что иное, как наказание, - подумала она, - и все из-за того, что я
"сурово обошлась с его сентиментальным
надоедливым племянником".
"Я всегда знала, что мужчины поддерживают друг друга, - сказала она себе, -
но это уже слишком!"
Она ненавидела не только Тайрона, но и Дэвида и ему подобных. Вообще
говоря, она ненавидела всех мужчин, и Невада
поклялась себе, что в будущем постарается досадить им как можно больше и
заставить их страдать.
Но в настоящий момент в ее положении от всех этих соображений ей было мало
толку. Она находилась во власти Тайрона
Штрома и не видела никакого выхода.
Довольно долго просидев погруженной в раздумья, девушка решила использовать
другую тактику.
Вытащив все вещи из одного из чемоданов, она нашла скромное простое платье,
в котором, как ей казалось, она
выглядела романтически-печальной.
Невада надела его, гладко причесала волосы, собрав их в узел, и направилась
в салон.
Как она и ожидала, Тайрон Штром сидел за столом и что-то писал.
- Вы.., очень заняты, мистер Штром? - спросила она неуверенным голосом. -
Если вы заняты.., я могу прийти попозже,
когда вы освободитесь.
- Что вам нужно? - спросил он без особой учтивости.
- Я хочу.., поговорить с вами.
- Нам нечего обсуждать.
- Было бы очень любезно с вашей стороны и.., по-моему, справедливо, если бы
вы выслушали меня.
Со вздохом, в котором ей послышалось нетерпение, он отложил бумаги и
сказал:
- Ну хорошо! Если вы намерены бросить в меня бомбу или у вас в юбках
спрятано копье, приступайте к делу и покончим с
этим, Я очень занят!
- У меня нет.., подобных намерений.
Невада подошла к письменному столу и опустилась на краешек стула напротив
Тайрона.
Ее зеленые глаза никогда не казались раньше такими огромными, искусно
причесанные рыжие волосы окружали ореолом
ее прекрасное лицо.
- То, что я хочу сказать вам.., мистер Штром, - произнесла она, - это
просто то, что я искренне сожалею о случившемся.
Тайрон Штром смотрел на нее не отрываясь, удивленный происшедшей в ней
переменой.
Она продолжала:
- Я думала.., над тем, что вы сказали мне, и я понимаю, что я была не
права, что я поступила с Дэвидом.., дурно. Я не
знала.., что он всерьез помышляет о.., самоубийстве. Я могу только сказать,
что.., будучи единственным ребенком у своих
родителей, я.., очень мало думаю о других.
Она потупилась, темные ресницы легли на белоснежную кожу. Невада продолжила
едва слышным голосом:
- Я очень сожалею, что я была.., так жестока. Она смолкла в ожидании
ответа. Тайрон Штром рассмеялся:
- Великолепная игра, мисс Невада! Жаль, что вы так богаты. На сцене вы бы
заработали себе состояние!
- Я.., я не играю, - возразила она, но уже совершенно другим тоном.
- Вам только не хватает восприимчивой восторженной публики, - сказал он. -
Я уверен, что будь здесь женщины, они бы
все как одна прослезились. Но что касается меня, я склонен скептически
относиться к кающимся грешникам, отступающим
при виде орудий пытки.
Невада на мгновение сжала губы. Ей стоило большого труда сдержать себя.
- Вы должны мне поверить.., мистер Штром, - сказала она. - Я правда
очень.., сожалею.
- Я рад это слышать, но это
...Закладка в соц.сетях
