Жанр: Любовные романы
Бескорыстная любовь
...льмены при" соединились к дамам. Лаэла заметила, что ее кузина, окруженная толпой
поклонников, взяла на себя роль хозяйки, гостеприимно потчуя собравшихся. Звучали тосты в
ее честь мужчины без устали сыпали комплиментами. Лаэла поняла, что это ее единственный
шанс уйти отсюда незамеченной. Она тихонько выскользнула из комнаты, и как раз вовремя.
Потому что в этот момент дверь распахнулась и на пороге показался сэр Перси. Девушка
быстро поднялась по лестнице к себе наверх. И только когда она закрыла за собой дверь
спальни, то почувствовала себя в безопасности.
"Если бы я только могла переговорить с Джоном Лайоном, - подумала она в
отчаянии. - Он научил бы меня, что делать".
И Дентон-Паркер, и ее кузина будут настаивать на том, чтобы она сказала "да", и
бороться с ними ей будет очень трудно.
Ужин для слуг подали поздно. Все время прибывали новые гости, и у слуг было много
работы. Наконец поздно вечером, когда дворецкий освободился, все сели за стол. Порядок за
столом и процедура рассаживания были те же, что и вчера.
- Два бала подряд - это уже чересчур, доложу я вам! - сказал дворецкий, обращаясь к
маркизу.
Маркиз согласился с ним, признав, что за эти два дня слуги совершенно сбились с ног.
- Мои девчонки работали сегодня почти до утра, пока все прибрали в доме после
вчерашнего приема, - сказал управляющий. - А сегодня, наверное, и до восхода солнца не
управимся.
- Да, досталось вам, - сочувственно произнес маркиз.
- Вы вот все понимаете, мистер Лайон, - продолжил ободренный его вниманием
управляющий. - А ведь раньше, при старом хозяине, здесь все было иначе.
- Наверное, вы все жалеете его и часто вспоминаете?
- Более чем... должен заметить. Хотя грех жаловаться, сэр Перси совсем не скупой
хозяин. Не жадный. И все ж при покойном его сиятельстве все было совершенно по-другому. -
Он тяжело вздохнул.
Маркиз подумал, что старый слуга мог бы еще многое рассказать, если бы захотел. Затем
за столом начались обычные сплетни. Маркиз не принимал участия в общем разговоре,
заметив, впрочем, для себя, что и на нижних этажах общества так же безжалостно
третировалось женское легкомыслие и ветреность. И еще - теперь он вполне убедился в
правильности слов: никто не герой в глазах своего лакея!
На мгновение ему страстно захотелось в Уайт-клуб. Хорошо было бы сейчас сидеть с
лордом Чарльзом в уютном зале за бокалом дорогого вина и вести неторопливый и умный
разговор.
Наконец долгожданный ужин закончился. Маркиз попрощался с присутствующими,
сказав, что хочет еще раз перед сном прогуляться в парке, пока туда не устремились любовные
парочки в поисках уединения после танцев.
- Будьте осторожны, мистер Лайон! - сказала одна из служанок. - Я слышала, вчера
какой-то разбойник напал на бедного мистера Мортимера и бросил в фонтан. Он вернулся в
дом мокрым до нитки!
- Да! Я насилу привел в порядок его одежду, - подтвердил слуга Мортимера. -
Сегодня утром я потратил несколько часов, пока высушил и выутюжил ее.
- Буду осторожен, - пообещал маркиз, направляясь к двери.
На ходу он подумал, выполнила ли Лаэла его наказ. Если да, то сегодня вечером ее никто
даже силком не затащит на прогулку в сад. Проходя мимо столовой, он услышал громкий шум.
Без сомнения, еще задолго до того, как дамы встанут из-за стола, их кавалеры будут, что
называется, сильно навеселе. "Пьяны в стельку" - сказал бы его слуга.
"Слава Богу! Пьянство не числится среди моих пороков", - подумал маркиз. Надо
сказать, что привычка спортсмена держать себя в форме сделала маркиза умеренным во всем. К
тому же он справедливо рискует попасть в дурацкое положение. В буфетной маркиз заметил
несколько слуг. Он обратил на них особого внимания, но вдруг услышал, как кто-то из них
сказал:
- Этот денежный мешок обещал мне две гинеи!
- Ты имеешь в виду мистера Дентон-Паркера?
- Да, его! И что, ты думаешь, он хочет?
Маркиз, продолжая свой путь, невольно прислушался к их разговору.
До него долетел ответ:
- Ключ от ее комнаты! Вот что!
Маркиз остановился как вкопанный. Его, словно молния, пронзила мысль, что
единственное, о чем он забыл предупредить Лаэлу, чтобы она заперла свою дверь на ночь.
Теперь, если он понял все правильно, она не сможет сделать этого. Он оглянулся и увидел, что
молодой слуга держит в руках ключ.
- Тебе надо было просить больше, - сказал второй слуга. - Она лакомый кусочек, а у
него денег - куры не клюют!
- Две гинеи - тоже неплохо! - примирительно сказал слуга с ключом в руках.
Маркиз, стоя в тени, размышлял, что делать. Наконец он решился и, войдя в комнату,
сказал как можно более безразличным тоном:
- Вы бы лучше разошлись. Ужин у мистера Филда уже закончен.
Слуги замерли при звуке его голоса, а потом поняли, что он их предупреждает. Ведь если
ужин у управляющего уже завершен, значит, дворецкий вот-вот будет здесь. И им изрядно
влетит, если их застанут не на своих местах.
Двое слуг, которые должны были дежурить в холле, немедленно удалились. Двое других,
прислуживавших гостям в столовой, склонились над раковиной и стали перемывать серебряные
блюда. Слуга с ключом тоже намеревался уйти из комнаты, но маркиз остановил его:
- Даю три соверена за этот ключ!
- Мистер Дентон-Паркер приказал мне принести ключ ему.
- Я знаю, - ответил маркиз, - Но мое предложение более выгодное, поэтому делай
свой выбор!
Слуга нерешительно повертел ключ в руках:
- Давай четыре соверена - и ключ твой! А ему скажу что ключа не было на месте.
Маркиз достал из кармана четыре соверена.
- Недурная сделка, - сказал он саркастически. - Далеко пойдешь, как и твой хозяин!
Слуга протянул руку и спрятал деньги в карман.
- Ты, видно, парень не промах! Ну что ж, развлекайся на здоровье.
У маркиза появилось непреодолимое желание ударить по его наглой физиономии, но он
сдержался.
- Если только проболтаешься, - сказал он угрюмо, - башку снесу!
Выражение его глаз и интонация напугали слугу, который на вид был и сильнее и крепче
маркиза.
- Что вы, мистер Лайон! - пробормотал он быстро. - Клянусь, я ничего не скажу.
- Так, безусловно, будет лучше для тебя! - произнес маркиз с угрозой и стал
подниматься наверх. В коридоре второго этажа он увидел служанку, выходящую из комнаты.
- А, мистер Лайон! - воскликнула она. - Что вы здесь делаете?
- Меня послала ее сиятельство с запиской для мисс Хорн. Будь ангелом, покажи ее
комнату.
- Для такого красавчика, как вы, всегда рада быть ангелом, - хихикнула горничная. На
вид ей было лет сорок, но она была еще очень аппетитна и мила.
- Я уже вижу крылья у тебя за плечами! Женщина опять весело рассмеялась.
- Если я не ошибаюсь, последняя дверь в конце по коридору, - сказала она, показывая
рукой. - Мисс Хорн у себя. Я видела, как она возвращалась некоторое время назад.
- В следующий раз при нашей встрече я увижу уже нимб вокруг твоей прелестной
головки!
Она со смехом побежала вниз.
Маркиз подошел к двери Лаэлы и тихо постучал. Последовала короткая пауза, а затем
девичий голос сказал:
- Войдите!
Он открыл дверь, и Лаэла удивленно уставилась на него.
Ее серебристые волосы были распущены по плечам, скромный, но очень милый халатик
наглухо застегнут до самой шеи. В этом наряде она казалась очень юной, почти ребенком. Сидя
за столом, девушка зашивала платье леди Хорн-клиф, которое та порвала вчера во время
танцев.
Маркиз вошел в комнату. Девушка, никак не ожидавшая увидеть его у себя, да еще в
столь позднее время, с изумлением спросила:
- В чем дело? Что случилось?
Он закрыл за собой дверь. Лаэла отложила шитье и встала.
- Вот в чем! - он достал ключ из кармана.
- Что это?
- Это ключ от вашей двери.
У нее перехватило дыхание.
- Как он у вас очутился? Кто его вытащил из двери?
- В этом-то все и дело! Думаю, вы понимаете, что в таком доме, как этот, лучше всего
запираться на ночь.
Лаэла широко раскрыла глаза:
- Я... я как-то не подумала об этом.
- Впредь, Лаэла, вы должны думать об этом, - сказал маркиз строго.
- Но я не понимаю!
- Дентон-Паркер предложил одному из слуг две гинеи за то, чтобы тот принес ему ключ
от вашей комнаты.
Лицо Лаэлы стало белым.
- Мистер Дентон-Паркер? - прошептала она. - Вы хотите сказать, что?..
- Я хочу сказать, что он намеревался нанести вам визит сегодня ночью.
- О нет! Боже мой! Как он мог подумать... Это нечто ужасное!
- Для него это совсем не ужасно, а скорее наоборот. Ему нетрудно было бы осуществить
свою затею, так как вам нечем было бы запереть дверь. Впрочем, судя по всему, подобная
мысль и не приходила вам в голову.
- Да, конечно... нет! Я и представить себе не могла... Как я могла подумать, что
кто-нибудь решится на такое?
- Подумайте теперь! И в будущем будьте очень-очень осторожны... И не забывайте
запираться на ночь. А если ключ от комнаты исчезнет, как вот этот, то отправляйтесь
немедленно к управляющему и просите другую комнату.
Лаэла крепко сцепила руки:
- Не понимаю, как мужчина... джентльмен может вести себя так низко? А он еще
заставил кузину Эйврил сообщить мне, что он намеревается... предложить, и кузина
настоятельно требует, чтобы... я приняла... его предложение.
Лаэла роняла слова одно за одним. Казалось, ей трудно произносить их, и оттого речь
была бессвязна, прерываемая восклицаниями и паузами.
- Предложение вам? И что же он вам предлагает?
- Дом на мое имя... и десять тысяч фунтов... в банке.
- Очень щедро! - заметил маркиз с сарказмом. - Впрочем, в вашем возрасте девушка
мечтает прежде всего об обручальном кольце.
На лице Лаэлы появилось озадаченное выражение.
- Но он просил меня... выйти замуж за него.
- Однако он уже женат. Я разговаривал с его лакеем сегодня вечером, и он сказал, что
хозяин женат уже более десяти лет и имеет троих детей.
Лаэла прижала руки к лицу:
- Как? Я не... понимаю. Но кузина... Эйврил говорила, что... Как она могла... как она
только могла подумать, что я способна на такой низменный... поступок?
- Одним словом, вы и понятия не имели, что вам предлагали место любовницы?
- Нет! Нет! Я никогда не думала, что джентльмен... может предложить такое...
порядочной девушке! - Голос ее прервался. - Боже мой! Он порочный и развратный человек.
Я знала, что он такой... знала! И теперь...
- А теперь, - ответил маркиз твердо, - вы закроетесь да ключ, а завтра утром скажете
мистеру Дентон-Паркеру все, что вы думаете о нем...
Лаэла была совершенно сбита с толку. Еще никогда маркиз не видел женщину в такой
растерянности. В ее глазах застыл немой ужас и отчаяние. Пора было уходить. Он вставил ключ
в замок и приготовился открыть дверь, как вдруг услышал шаги на лестнице. Было бы ошибкой
выходить сейчас - его могли заметить. Маркиз прижал палец к губам, призывая девушку
замолчать, и повернул ключ в замке. Раздался стук в дверь. Они оба замерли. Девушка не
сдвинулась с места, и через некоторое время стук повторился с удвоенной силой.
Маркиз взглянул на Лаэлу и кивнул ей. Та заговорила тихим, испуганным голосом:
- К-кто там?
Ответа не последовало. Кто-то пытался открыть дверь. Убедившись, что дверь заперта
изнутри, Дентон-Паркер, а это был он, произнес:
- Лаэла, открой дверь! Я хочу сказать тебе что-то важное!
Девушка придвинулась ближе к маркизу, словно ища его защиты.
- Уже... очень поздно... Я собираюсь спать.
- Я не задержу тебя долго. У меня к тебе записка от твоей кузины.
- Записка?.. Какая?
- Я не могу разговаривать, стоя в коридоре. Впусти меня. - Он снова пытался открыть
дверь, бормоча ругательства.
-Я... ложусь спать. Скажите... кузине... Эйврил, что завтра утром... я первым делом...
приду к ней.
- Я хочу тебя видеть сейчас! - закричал Дентон-Паркер.
По его тону было понятно, что Дентон-Паркер вот-вот предпримет штурм и вышибет
дверь. Маркиз быстро повернулся и подпер ее плечами. Он знал, что сдвинуть его с места будет
непросто. Догадка маркиза оказалась верной. Дентон-Паркер отошел назад, а затем яростно
обрушился на дверь. Если бы не маркиз, он бы вышиб ее вон. Ключ звякнул в замке, но маркиз,
прижавшись к двери, не дал ей распахнуться. Теперь Дентон-Паркер ругался громко, и его
проклятая были слышны в комнате. Он разбежался и снова навалился на дверь. Но вторая
попытка оказалась слабее первой, и дверь устояла. Наступила тишина.
Маркиз прислушался: шаги удалялись и наконец затихли. Лаэла тоже молча слушала,
затем издала звук, словно зверек, пойманный в капкан. Она бросилась к маркизу и обвила его
руками.
- Вы спасли... вы спасли меня! Как вы... угадали? Вы пришли как раз вовремя!
Она прижалась к нему, и он обнял ее. Девушка вся дрожала, затем произнесла голосом,
исполненным ужаса:
- Но он ведь может попытаться... еще раз? Как... мне быть? Я должна уехать сейчас же!
Она смотрела на маркиза глазами полными слез, губы дрожали, и все тело содрогалось от
страха. Но маркиз подумал, глядя на нее, что даже в страхе она осталась прекрасной; и он
никогда не видел, чтобы женщина была так хороша собой в подобной ситуации.
Впрочем, сейчас было очевидно, что Лаэле нужны защита и помощь.
- Успокойтесь, прошу вас, - сказал он как можно мягче. - Все хорошо! Не бойтесь. Он
больше не придет сегодня.
- А... завтра? Что случится завтра, когда кузина Эйврил... станет принуждать меня к
этой мерзости?
Только теперь до нее дошел весь ужас предложения леди Уорнклиф, скрытый смысл
которого она не поняла сразу.
- Что мне делать! Скажите, что делать, молю вас!
Охваченный внезапным порывом нежности к этому беззащитному существу, которое он
держал в своих объятиях, не отдавая себе отчета в том, что делает, маркиз нагнулся и поцеловал
ее, еще теснее прижав к себе. Вначале Лаэла замерла от изумления, а затем, ощутив вкус его
губ на своих губах, подалась ему навстречу и, казалось, растворилась в его объятиях. У нее
было такое чувство, словно он отворил перед ней райские врата и ввел ее за ограду. Теперь,
когда он целовал ее, она понимала, что полюбила его с той самой минуты, как увидела. Хотел
он этого или нет, а она уже принадлежала ему и стала частью его существа. Казалось, он
доставал с неба звезды и клал ей на грудь, и их свет, пронзая все ее естество, разжигал в груди
пламя, которое постепенно охватывало тело. Все вокруг озарилось каким-то неземным светом и
стало совершенным и божественно прекрасным.
Эти поцелуи и у маркиза разбудили ощущения, которых он прежде не испытывал.
Скольких женщин он перецеловал на своем веку! Но тогда его чувства были совсем иными.
Нет, никогда не испытывал он такого душевного трепета и восторга! И это странное состояние
необъяснимо волновало и умиляло его, словно тот экстаз, который вызвали его поцелуи у
Лаэлы, передался и ему. Они чувствовали одинаково! Он подсознательно уловил это и
удивился, потому что ни с одной женщиной у него не было ничего подобного.
Казалось, прошла целая вечность. Или всего лишь несколько мгновений. Он оторвался от
Лаэлы и взглянул ей в лицо. Оно было озарено каким-то необыкновенным светом и больше
походило на лицо ангела, чем земного существа. Слезы высохли. Из глаз исчезло выражение
страха. Теперь в них светилась одна любовь, словно вся ее душа распахнулась навстречу этому
неведомому ей ранее чувству. Некоторое время они молча смотрели друг на друга. А затем,
словно слова были вовсе не нужны им, он снова начал целовать ее. И снова прошла целая
вечность, и земля поплыла у них под ногами, и они поднимались все выше и выше в небеса и
мир уже принадлежал только им, им одним...
Наконец он поднял голову и сказал каким-то чужим голосом:
- Дорогая моя! Что ты сделала со мной? Как тебе это удалось?
- Я... я люблю тебя! - прошептала Лаэла. - Но я и подумать не могла, что ты захочешь
поцеловать меня!
- Не понимаю, почему я так долго ждал! - ответил маркиз и поцеловал ее снова. -
Тебе больше нельзя оставаться в этом доме.
Последовало короткое молчание, словно Лаэла приходила в себя. Наконец она вспомнила
все, что с ней случилось, и произнесла дрожащим голосом:
- Ты тоже понимаешь, что мне нужно отсюда бежать, да?
- Разумеется! Собирай свои вещи, и мы немедленно уедем.
Она широко раскрыла глаза:
- Уедем? Но я не должна доставлять тебе таких хлопот. И потом, ты... можешь потерять
из-за меня работу! Маркиз улыбнулся:
- Ты действительно волнуешься за меня?
- Конечно! Я должна заботиться о тебе! Ты бы мог просто рассказать мне, куда ехать. Я
готова бежать... хоть на край света, только бы этот человек не нашел меня!
- Обещаю тебе, он никогда не сможет отыскать тебя. А теперь делай, что я говорю, -
укладывай свои вещи! - Маркиз замолчал, а потом добавил: - У тебя хватит сил снести их
вниз?
- Да, конечно, я... справлюсь.
- Тогда быстренько одевайся, а я пойду на конюшню. Я буду ждать тебя там. И будет
лучше, если никто в доме не будет знать до утра, что мы уехали.
- А кузина Эйврил?
- Если она хватится тебя и начнет волноваться, так поделом ей! Она не имела права
предлагать тебе такое!
Он хотел добавить еще что-то, но передумал из опасения, что Лаэла снова расстроится.
Вместо этого он нежно поцеловал девушку и сказал:
- Иди собирайся. Все остальное предоставь мне. Обещаю тебе, все будет хорошо.
Глаза Лаэлы светились, словно две звездочки. Она прижалась к нему и тихо прошептала:
- Но ты уверен, что это не навредит... тебе? Ведь ты никогда не получишь...
рекомендации от кузины Эйврил!
- Обойдусь как-нибудь и без нее. Ни о чем не волнуйся. Сейчас главное уехать
отсюда! - Он еще крепче обнял ее. - Я люблю тебя, Лаэла!
Маркиз подошел к двери и открыл ее:
- Закройся, пока будешь собираться, - так, на всякий случай.
В глазах Лаэлы он снова увидел страх.
- Я быстро! Я мигом буду готова, - ответила она и улыбнулась ему.
Выйдя в коридор, маркиз почти бегом направился в свою комнату. За несколько секунд он
уложил свой небольшой багаж и достал деньги из тайника, быстро спустился по лестнице и
направился к конюшне. Маркиз был почти уверен, что Уэйнрайт уже спит. Но к его
величайшей радости, он застал управляющего конюшнями за его любимым занятием - тот
сидел в комнате, где хранилась упряжь, и изучал объявления в спортивных газетах.
- Привет, Лайон! - воскликнул он, увидев входящего маркиза. - Не ожидал увидеть
тебя здесь так поздно.
- Я надеялся застать вас здесь. - Маркиз подошел к Уэйнрайту и положил перед ним
две банкноты по десять фунтов. - Мне нужна ваша помощь. - сказал он. Затем достал еще
пять бумажек такого же достоинства и положил их отдельной стопкой: - Вот гарантия того,
что я верну вам в целости и сохранности то, что я собираюсь попросить у вас на время.
Уэйнрайт с изумлением взирал на него.
- И что же вы хотите? - произнес он наконец.
- Мне нужна дорожная коляска и две лошади, лучшие из тех, что у вас есть.
- Вы с ума сошли! Как я могу отдать их вам?
- Я считал, что вы доверяете мне! И клянусь честью они вернутся к вам в том же
состоянии, в каком я забрал их. Да, еще! Нежелательно, чтобы сэр Перси узнал об их
временном отсутствии.
Последовало долгое молчание. Маркиз в упор смотрел на управляющего, вложив всю
силу воли и решимость в этот взгляд, - так, как он когда-то делал это на войне.
Наконец Уэйнрайт сдался.
- Хорошо, Лайон. Может быть, я и последний дурак, что доверяюсь вам, но не
сомневаюсь - вы не подведете меня.
- Я обещаю вам это! - ответил маркиз. - Я дам вам сейчас чек на полную сумму
стоимости лошадей и коляски. Правда, там будет стоять другая фамилия, не Лайон. И все же,
случись что-нибудь, будет лучше, если вы будете знать обо мне как можно меньше.
Неожиданно Уэйнрайт рассмеялся:
- Я всегда подозревал, Лайон, что вокруг вас есть какая-то тайна. Но вижу, теперь вам
недосуг беседовать со мной!
Он собрал деньги со стола и положил их в карман. Затем громко подозвал дежуривших
конюхов. Когда Лаэла прибежала на конюшню, коляска была уже готова. Две лучшие лошади
сэра Перси были впряжены в нее. Коляска была совсем новой - ее купили всего три месяца
назад. Увидев девушку, маркиз заторопился навстречу и забрал у нее вещи. Она улыбнулась
ему, и он подумал, что никогда еще не видел более красивой и более счастливой женщины.
- Ты и вправду забираешь меня отсюда? - спросила она тихо.
- Да! И немедленно! Все готово. - Он усадил ее в коляску спереди, где было два
свободных места. Ночь была теплой, и верх коляски был откинут. Усадив Лаэлу, он укрыл ее
пледом, а сам уселся рядом на место кучера. Фонари по обе стороны коляски решили не
зажигать. Маркиз знал, что луда лучше всяких свечей осветит им встречный путь.
Он протянул руку Уэйнрайту.
- Спасибо за все! Я никогда не забуду того, что вы сделали для меня. И в ближайшем
будущем я напишу вам, но уже в другом качестве.
- В добрый путь! И храни вас Бог! - ответил Уэйнрайт с приветливой улыбкой.
Они проехали сквозь массивные чугунные ворота и выехали на дорогу. Лаэла теснее
прижалась к нему.
- Я словно во сне! - прошептала она. - И боюсь, что проснусь... и ничего этого нет!
- Мы оба словно во сне, - ответил ей маркиз. - Но этот сон, мое счастье, никогда не
кончится!
Он знал, что говорит истинную правду.
Он нашел то, о чем даже и не мечтал, то, на что больше и не надеялся. И имя этому было
простое - любовь!
Глава VII
Они ехали около получаса. Дорога стала узкой и извилистой, и маркиз решил оставшуюся
часть ночи отдохнуть где-нибудь. Был уже второй час, когда они въехали в небольшую
деревушку. На лужайке, недалеко от дороги, стоял небольшой, но очень привлекательный
трактир с постоялым двором, а рядом виднелся пруд, весь заросший кувшинками и желтыми
лилиями. Маркиз остановил лошадей. Лаэла спросила:
- Почему мы остановились?
- Я хочу, чтобы ты отдохнула, - ответил маркиз с нежностью, - ведь завтра утром нам
предстоит еще неблизкий путь. - Он передал ей поводья: - Подержи лошадей! А я пойду
загляну в трактир и узнаю, можно ли там устроиться на ночлег.
Он подошел к дому - дверь была закрыта. Маркиз обошел вокруг дома и постучал в
окно, где, по его предположению, должен был спать хозяин постоялого двора, и не ошибся
- Какого черта! Кто здесь шляется? - Раздался свирепый голос. Но, увидев в лунном
свете фигуру маркиза, хозяин переменил тон: - Что вам угодно, сэр?
- Простите, что побеспокоил вас. Но ночь застала нас с сестрой в дороге. Ехать дальше
трудно. Нельзя ли нам остановиться у вас до утра? Я хорошо заплачу.
Хозяин не стал слушать дальше, а быстро оделся и заторопился к выходу. Тем временем
маркиз осмотрел конюшню. Он нашел два чистых стойла, где вполне можно было разместить
лошадей. Наполнил чистой водой поилки и насыпал в кормушку желудей, мешок с которыми
заботливый Уэйнрайт предусмотрительно положил в коляску. Управившись со всем этим,
маркиз вышел на улицу. Хозяин уже ждал его.
- Мне жаль, сэр. Но у меня свободна только одна комната для постояльцев. Правда, там
помимо кровати есть еще и кушетка.
- Хорошо. Я беру ее. Я могу поставить своих лошадей в конюшню?
- Конечно, - сказал хозяин. Он уже видел коляску и лошадей, и они произвели на него
должное впечатление.
Хозяин помог маркизу заехать во двор, они вместе стали распрягать лошадей. Хозяйка
тоже встала и теперь хлопотала вокруг Лаэлы. Она отвела ее в свободную комнату, довольно
уютную и чистую, с деревянным потолком. Два окна, одно на улицу, а второе во двор, делали
ее светлой даже теперь, - при свете луны и звезд. В комнате стояла одна большая кровать и
кушетка.
- Я слышала, этот джентльмен сказал, что вы его сестра, - обратилась жена
трактирщика к Лаэле. - А поскольку у нас только одна свободная комната, вам придется
ночевать вместе. Ваш брат может устроиться на кушетке, а вы ляжете на кровать. Сейчас
принесу еще одну подушку и одеяло.
Через некоторое время она вернулась с постельными принадлежностями.
- Что-нибудь еще, мисс?
- Нет, благодарю вас. Нам будет очень удобно, не беспокойтесь.
Когда хозяйка ушла, Лаэла отодвинула кушетку как можно дальше от кровати и стала
поспешно раздеваться. Через окно было видно, как маркиз вместе с хозяином управляются с
лошадьми. Они зажгли фонарь, и в его колеблющемся свете она видела склоненную голову
Лайона, который чистил лошадей.
"Он такой замечательный! - подумала девушка. - Хвала Господу! Боже праведный,
спасибо тебе за то, что я нашла его. За то, что ты помог мне найти его".
Окончив работу, хозяин предложил маркизу что-нибудь выпить. Маркиза давно мучила
жажда, и он с удовольствием выпил большую кружку сидра.
- Пожалуй, я отнесу немного сидра сестре. Мы давно в дороге, думаю, ей тоже хочется
пить.
- Да, пожалуйста! К сожалению, ничего не могу предложить вам из еды - только
окорок, если угодно, и хлеб.
- Нет, спасибо! Мы не голодны. Но мне понравился ваш сидр, и я не против повторить.
Хозяин налил две полные кружки, и маркиз стал с ними подниматься наверх по
деревянной лестнице. Осторожно, чтобы не расплескать напиток, он приоткрыл дверь и вошел
в комнату. Возле кровати горели две свечи, но сама она была пуста. Маркиз догадался, что
Лаэла устроилась в противоположном конце комнаты, на кушетке. Он уже приготовился
заговорить с ней, когда вдруг внезапно вспыхнувшее пламя свечи выхватило из темноты ее
лицо и он увидел, что глаза ее закрыты. Девушка крепко спала! Он поставил кружки возле
кровати и подошел к кушетке, чтобы взглянуть на Лаэлу. Нет, решительно он не знал ни одной
женщины, которая уступила бы кровать и перебралась на кушетку вовсе не для того, чтобы
присоединиться к нему - такая мысль просто не пришла бы в голову Лаэле, - а для того,
чтобы он удобнее устроился и лучше отдохнул на кровати. Он смотрел на спящую девушку.
Светлые, пушистые волосы разметались по подушке, обрамляя серебристым ореолом ее юное
личико. Руки лежали поверх одеяла. Черты лица размягчились, страх и ужас пережитого
отступили. Она была сама безмятежность и спокойствие. У маркиза появилось непреодолимое
желание опуститься перед ней на колени а целовать, целовать ее, пока она не проснется. Он
знал, что его прикосновения дарят Лаэле то же наслаждение, которое испытывал он сам, целуя
ее. Н
...Закладка в соц.сетях
