Жанр: Любовные романы
Добродетельная женщина
...ленд. И она меня вполне
устраивает.
- Моя дорогая, - ласково проговорил Эдмунд, - простите, если я вас ненароком
обидел. Я хотел бы стать вашим
другом.
- Моим другом? - с подозрением повторила Сесилия.
- Конечно. - Они подошли к парковой скамье. Она нехотя села. К ее облегчению,
Роуленд сел на приличном
расстоянии от нее. - Как восторженный поклонник вашей красоты, - продолжил он, -
и близкий родственник - кузен
Коула, - я рад возможности побеседовать с вами наедине... - Внезапно он умолк, и
выражение его лица вдруг сделалось
нерешительным.
- Я вас слушаю, - поощрила его Сесилия. Эдмунд недоверчиво улыбнулся и
покачал головой.
- О нет, моя милая! - Он воздел глаза к небесам. - Меня следует высечь за
такие низменные предположения. Давайте
лучше поговорим о более насущных вещах. Скажите, вы пойдете в пятницу к леди
Киртон на чай? Мы с Энн имели честь
быть приглашенными. И на бал тоже. Очевидно, это дань благодарности за наш взнос
в благородное дело миссии.
Сесилия оставила вопрос о приглашении без ответа.
- О каких низменных предположениях вы говорили? - осторожно спросила она.
Эдмунд пренебрежительно отмахнулся.
- Леди Уолрафен, добродетельная женщина не должна обращать внимание на разные
намеки и слухи.
- И все же я настаиваю, мистер Роуленд. Эдмунд выглядел крайне удрученным.
- Ну, хорошо, - прошептал он, покосившись на Джеда, который стоял неподалеку.
- Я уверен, что Коул просто в силу
собственной беззаботности не подумал о том, как это выглядит со стороны... - Он
опять замолчал и отвел глаза.
- Что именно выглядит со стороны? - продолжала допытываться Сесилия, с каждой
минутой чувствуя себя все более
неуютно.
Эдмунд посмотрел на нее.
- Ваша работа под началом этого подлеца Делакорта. И о чем только думал мой
кузен? Все знают, что вы отказали
этому человеку, и отказали за дело. В конце концов, вы были совершенно невинны,
а он... в общем, он уже был отпетым
негодяем. Кроме того, Делакорт - человек мстительный. Но теперь об этом уже
пишут! Какой ужас!
Сесилии стало совсем плохо.
- Пишут?
Эдмунд казался искренне встревоженным.
- В книге записей пари, в "Бруксе". И ставят против вас, моя милочка. А
предмет спора очень неблаговидный.
Было совершенно ясно, что имел в виду Эдмунд. Если бы Сесилия Маркем-Сэндс
услышала такую новость шесть лет
назад, ее тут же стошнило бы в траву. Но графиня Уолрафен скорее умрет, чем
поддастся слабости. К тому же графиня еще
не успела позавтракать.
Сесилия царственно расправила плечи.
- Мистер Роуленд, не сомневаюсь, что вы желаете мне добра, - серьезно сказала
она, - но у нас с лордом Делакортом
нет никаких разногласий. Я могу с полным правом заявить, что мы с ним... мы с
ним теперь друзья. Если людям хочется
думать, что в наших отношениях есть что-то большее, пусть думают. Но боюсь, что
из-за этого им придется облегчить свои
карманы.
Эдмунд нагнулся к ней и ласково положил руку на ее плечо.
- Признаться, милочка, вы сняли тяжкий груз с моей души. Сам не знаю почему -
наверное, из-за преданности семье,
- я опасаюсь, что мой дорогой кузен обвинит во всем меня, если в его отсутствие
с вами что-то случится.
Сесилия выдавила слабую улыбку. Она никогда не думала, что Коул настолько
близок с Эдмундом. По правде, говоря, это
ее насторожило.
- Можете не беспокоиться. Вы выполнили свой семейный долг, - ответила она и
сменила тему. - Скажите,
пожалуйста... кто был тот высокий джентльмен, с которым вы разговаривали? Он
показался мне знакомым.
Эдмунд нахмурился:
- Я сильно сомневаюсь, что вы можете быть знакомы с этим человеком.
Тут перед глазами Сесилии появилась инкрустированная серебром трость.
- Я вспомнила! Он был гостем на вашем званом вечере.
- Нет, моя милочка, вы ошибаетесь.
- Нет-нет, я совершенно уверена, что видела его у вас дома.
Эдмунд тихо засмеялся.
- Вы могли его видеть, но разве что в вестибюле. Он не был в числе гостей.
Это мой брокер с Леденхолл-стрит. - Он
сморщил нос. - К тому же он еврей. Таких людей на званые вечера не приглашают.
Его слова показались Сесилии довольно жестокими.
- Вот как? Это, должно быть, очень досадно - отвлекаться на дела посреди
всеобщего веселья, - холодно произнесла
она.
- Конечно, - ответил Эдмунд, не обратив особого внимания на ее тон. - Но мне
надо было срочно подписать кое-какие
бумаги. Кстати, надеюсь, Уолрафен оставил ваши дела в полном порядке? Мне не
хотелось бы совать свой нос в чужие
проблемы, дорогая, но я неплохо подкован в вопросах бизнеса. Если у вас
возникнут трудности, смело обращайтесь ко мне.
- Спасибо, но обычно мне помогает Джайлз. Он огорчается, что я с ним редко
советуюсь. - У Сесилии не было желания
обсуждать эти вопросы, тем более с Роулендом. Впрочем, и с Джайлзом тоже. Она
исправно, в рамках закона вела свои дела
и не нуждалась в лишних советчиках.
С башни Сент-Джеймсского дворца донесся бой часов.
- О Боже! - воскликнула Сесилия, мигом вскочив со скамейки и радуясь
возможности наконец завершить разговор. -
Уже час дня? Как быстро летит время! Мистер Роуленд, к сожалению, я должна вас
покинуть.
Эдмунд встал, собираясь подсадить ее на лошадь, но Джед поспешно вышел вперед
и сделал это сам. Они поскакали по
Парк-лейн в направлении дома. Немного отъехав, Сесилия обернулась. Роуленд шагал
к поджидавшему его на дороге ландо.
Лорд Делакорт и инспектор де Рохан провели безрезультатно еще один час на
берегу Темзы, разговаривая с мистером
Праттом и Нелли, служанкой таверны. Потом де Рохан и Дэвид в сопровождении
Люцифера (эта мрачного вида собака
получила свою кличку явно недаром) бродили по улицам, стуча в двери каждого
магазинчика и каждого трактира в пределах
пятиста ярдов от "Проспекта". Скрытные обитатели Ист-Энда в ответ на вопросы
инспектора боязливо отмалчивались.
Впрочем, Дэвид понимал, что им действительно нечего сказать. Наивно было
надеяться, что кто-то из них видел, как двое
бандитов приметной внешности тащили из наемного экипажа номер такой-то мертвую
женщину в красном платье.
Как еще вчера предположил де Рохан, убийца мог спокойно привезти труп на
лодке откуда угодно - к югу от Уайтчепелроуд
почти каждый умеет вязать морские узлы. Вспомнив все эти обстоятельства,
Делакорт в очередной раз с уважением
взглянул на инспектора. С каждой минутой он все больше восхищался его упорством
и сообразительностью.
В полдень де Рохан сообщил, что ему надо отлучиться по другому делу. Вчера
поймали двух португальцевконтрабандистов,
и на судебном заседании, назначенном на два часа дня,
требовалось его присутствие. Дэвид вкратце
изложил де Рохану свои планы насчет Китти, высадил его и собаку возле Уэппинга и
велел кучеру ехать домой. Продрогнув
до костей, плохо соображая после бессонной ночи, он был не в силах делать какиелибо
выводы из услышанного сегодня
утром.
Приехав на Керзон-стрит и нигде не найдя Кембла, Дэвид принял ванну,
спустился на первый этаж и машинально сел за
стол в свое кресло, чтобы вкусить, наконец, долгожданный ленч. Мысли его
разбегались, и он не сразу заметил, что тарелки с
бифштексом перед ним не оказалось.
Стоявший в дверях лакей осторожно кашлянул, и только тут Делакорт
почувствовал странное напряжение, повисшее в
воздухе. Он перевел взгляд с лакея на стол и в немом изумлении обнаружил жуткую
статуэтку со зловеще блестящими
черными глазами.
На том самом месте, где должен был, источая восхитительный аромат, дожидаться
жареный бифштекс, стояла
фарфоровая фигурка, изображающая мальчика с надутыми щеками, выкрашенными в
яркий травянисто-зеленый цвет. На
мальчике не было ничего, кроме желтой полосы ткани, обмотанной вокруг бедер.
Дэвид медленно повернул голову и увидел
на буфете целый ряд подобных - только чуть менее устрашающих - фарфоровых
предметов.
Моментально вспомнив утренний разговор с камердинером, он взревел, призывая
того к себе.
Вскоре в столовой появился виновник произошедшего.
- Что это такое, черт возьми? - спросил Делакорт, указывая на непрошеного
фарфорового гостя. Кембл гордо
выпрямился.
- Чудесная вещица, не правда ли? - Камердинер самодовольно улыбнулся. - Я
знал, что она вам понравится.
- Скорее лишит разума, - пробормотал Делакорт. Он раздраженно потянулся к
кофе и бифштексу, отпихнув статуэтку
подальше. - Послушайте, Кембл, я в жизни не видывал таких уродливых предметов.
Надеюсь, вы отдали не слишком
большую сумму за этих колченогих, зеленых, полуголых...
Возмущенно фыркнув, Кембл нагнулся к столу и схватил статуэтку со скатерти.
- Я не виноват! - пылко начал он. - Я же говорил вам, что предпочитаю Цин.
Так нет, вам захотелось Мин, да еще
зеленый. - Он осторожно поставил странно искривленное основание статуэтки себе
на локоть и сунул ее Делакорту под нос.
- Так получите свой зеленый Мин!
- О Боже, вы сведете меня с ума своими минами и цинами! - проговорил Дэвид,
потирая виски кончиками пальцев. -
Что это вообще такое?
- Черепица для крыши.
- Черепица? - взвился Делакорт, отодвигая тарелку. - Я велел вам купить
китайские фарфоровые статуэтки -
маленьких танцовщиц, вазочки, кубки и прочее, - а вы принесли мне черепицу, на
которой стоит гадкий восточный гном?
- Там есть несколько ваз, - с достоинством возразил Кембл, кивнув на буфет,-
и два кубка. А про китайскую
танцовщицу вы мне ничего не говорили! Кроме того, эта черепица сейчас в моде...
- В моде! - вскричал Делакорт, разводя руками. - Как и те проклятые мрачные
жилеты, которые вы заставляете меня
носить!
Кембл любовно погладил зеленого человечка по блестящей макушке.
- Редкая вещь, - заявил он. - Если повесить ее над дверью, она будет отгонять
злых духов.
- О да, разумеется. - Делакорт попробовал кофе. - Даже в пьяном угаре я
близко не подойду к этой штуковине!
- Послушайте, как вам только не совестно! - С крайне оскорбленным видом Кембл
прижал к груди фарфорового
мальчика. - Ради вас я мотался с утра пораньше по туману в Сент-Джайлс! Вы хоть
представляете, как это опасно? Я
рисковал жизнью и здоровьем только ради того, что вам хочется произвести
впечатление и забраться в постель к какой-то
женщине! И даже не пытайтесь это отрицать! А теперь вы разыгрываете из себя
знатока и ценителя искусств. Как будто вы
способны отличить Мин от Мейсена!
- Проклятие! - перебил его Делакорт, с громким стуком ставя чашку с кофе на
стол. - Упакуйте все это в коробку и
велите подать карету.
Глава 10
В которой леди Уолрафен получает в дар троянского коня
Слуги леди Уолрафен хорошо знали свою госпожу, поэтому расценили ее
беспокойство и односложные фразы как
признак душевного волнения. Обычно в леди Уолрафен не было ничего загадочного.
Она говорила то, что думала, думала то,
что говорила, и, как правило, вела себя немного беспечно.
Однако сегодня в ее поведении не было ни тени беспечности. Большую часть дня
она мерила шагами гостиную, до хруста
ломая пальцы и что-то бормоча себе под нос. В конце концов, она распорядилась,
чтобы ее горничная и карета были готовы к
отъезду в течение часа.
Поэтому, когда лорд Делакорт постучал в дверь дома под номером три на ПаркКресент,
Шоу встретил его с некоторой
растерянностью. Все еще простуженный дворецкий уставился за его плечо, на
украшенный лентами деревянный ящик,
который два лакея отвязывали от экипажа Дэвида.
- Может быть, сэр, я сначала посмотрю, дома ли она? - вежливо предложил Шоу.
- Будьте так любезны, - отозвался Дэвид. - Но если леди Уолрафен нет,
передайте, что это для нее.
В глубине души он надеялся, что Сесилии дома не окажется, - он до сих пор не
придумал, что же ей сказать. Наверное,
разумнее всего оставить подарок на ступеньках крыльца и уехать.
Но Сесилия была дома и приняла его, хоть и немного сдержанно. Или неуверенно?
Делакорт не мог определить: он не
привык иметь дело с женщинами, которых можно было назвать сдержанными и
неуверенными. Слуги поставили ящик на пол
перед диваном и удалились, плотно закрыв за собой дверь.
- Это подарок, - пробормотал Дэвид, смущенно кивнув на ящик. - Я хочу
извиниться.
Тонкие брови Сесилии поползли кверху.
- Извиниться? - удивленно спросила она. - Я не знала, что в подобной ситуации
принято извиняться.
Глядя на него, она слабо усмехнулась. Делакорт заставил себя улыбнуться в
ответ. Сегодня Сесилия казалась еще краше,
чем позавчера. На ней было открытое платье из плотного голубого шелка - глубокое
декольте, корсаж, скроенный по
последней моде, подчеркивал манящую округлость бедер.
Опустив руку на спинку кресла, Сесилия перевела взгляд на ящик. Дома она не
носила перчаток, и белая кружевная
оборка манжеты упала на кисть. Делакорт представил себе, как было бы приятно
растянуться на ее кровати и наблюдать, как
эти тонкие изящные пальцы ласкают его...
- Дэвид. - Она смотрела на него с нескрываемым любопытством. - За что ты
хочешь передо мной извиниться?
Дэвид почувствовал, как лицо его запылало. О Боже, он никогда в жизни не
краснел!
Смущенно шагнув ей навстречу, он неловко взмахнул рукой.
- Надеюсь, этот подарок возместит тебе разбитую мной танцовщицу, - объяснил
он и, понизив голос до хриплого
шепота, продолжил: - Послушай, Сесилия... я не представляю, что на меня нашло
вчера.
Она прищурилась.
- Ты жалеешь о том, что случилось? Он горько усмехнулся.
- Я жалею лишь, милая, что не смог сдержать раздражение. По правде сказать,
со мной такого раньше не бывало.
Взгляд Сесилии скользнул по его лицу и остановился на губах.
- Признаюсь, я, и сама была очень удивлена.
Услышав это, Дэвиду захотелось обнять ее, но он не мог на это решиться, не
находя слов для дальнейшего разговора и
сомневаясь, что она захочет его слушать.
Подняв руку, Дэвид нежно провел тыльной стороной ладони по щеке Сесилии.
- Мне кажется, Сесилия, нам с тобой надо многое обсудить. Вчерашняя ночь...
была сказочной.
Как будто прочитав его мысли, Сесилия обхватила его руками за талию.
- Похоже, мы сумели преодолеть неприязнь друг к другу.
- Милая моя, - ласково сказал он, - никакой неприязни я к тебе не испытываю.
- А что ты испытываешь ко мне, Дэвид?- тихо спросила она, прильнув щекой к
лацкану его сюртука. - Я хочу, чтобы
ты был со мной откровенным.
Дэвид молчал. Ему казалось, что он стоит на скользкой ледяной горе, а внизу
зияет бездонная пропасть.
- Я тебя уважаю, - наконец отозвался он, - и боюсь сказать или сделать что-то
не то.
- Уважаешь? - Сесилия, прикрыв глаза, подалась назад. - Это вселяет надежду.
Внезапно Дэвид больно схватил ее за плечи.
- Скажи мне, Сесилия, - хрипло произнес он, - что ты хочешь от меня? Я сделаю
все, что пожелаешь.
Сесилия поняла: он пытается выяснить, будет ли она настаивать на женитьбе.
Она не сделала этого вчера и не собирается
делать сейчас. Дэвид не должен чувствовать себя обязанным, ведь она отдалась ему
по доброй воле. Даже если он предложит
ей выйти за него замуж, следует еще подумать над этим предложением.
Да, она его любит, но в их отношениях нет самого главного - душевной
близости.
- Ты заблуждаешься. Мне ничего от тебя не нужно. Дэвид отпустил ее. Пальцы
его чуть заметно дрожали.
- Прости меня, - сказал он, нагнув голову и коснувшись лбом ее лба. - Я не
так выразился. Я хотел сказать...
Его неизменное нахальство явно его покинуло.
- Черт возьми, Сесилия, у меня все мысли перепутались! Но ты сегодня
великолепна! Может, все-таки посмотришь, что
я тебе подарил?
Несмотря на досаду, Сесилия нашла в себе силы усмехнуться. Ладно, пусть
молчит и дарит подарки. Ради любви к нему
она согласна потерпеть. Пока.
- Хорошо, если только это не дрессированная обезьянка с колокольчиками на
шее!
- Дрессированная обезьянка? - переспросил Дэвид. - Какой болван станет дарить
женщине такие нелепые подарки?
Послушай, неужели тебе не хочется заглянуть в этот ящик?
Опасаясь, что она откажется, Дэвид внимательно следил за ее лицом. Ему было
легче засыпать ее подарками, чем
подыскать нужные слова. Раньше, с другими женщинами, он никогда не испытывал
подобных затруднений. Господи, он
боялся ее потерять!
Вместе с ним Сесилия подошла к дивану. В считанные секунды Дэвид развязал
ленточки, открыл ящик и заставил ее
развернуть вазы и кубки.
Изумленно восклицая, она осторожно подносила к свету каждый предмет. Дэвид,
сидя рядом, смотрел на нее с некоторым
подозрением. Не померещилась ли ему эта улыбка, притаившаяся в уголках ее губ? А
вдруг она обиделась? Вообще-то
говоря, она имела на это полное право. Вчера он вел себя отвратительно и вот
сегодня, вместо того чтобы ее утешить,
мямлит что-то невнятное. Впрочем, похоже, Сесилия немного смягчилась...
Увидев, что она потянулась к дну ящика, Дэвид попытался остановить ее руку.
Их головы почти соприкоснулись и его
дыхание всколыхнуло мягкий локон у нее на виске. Дэвид резко отпрянул.
- Это последняя, - поспешно сказал он. - Так, ничего особенного. Просто
безделушка. Боюсь, она тебе не понравится.
- Обязательно понравится, - вежливо возразила Сесилия. - Я вижу, ты хорошо
разбираешься в восточном фарфоре. -
Очень осторожно она развернула бумагу. Наступило долгое молчание.
- О Боже! - произнесла она, наконец, и в ее голосе послышалось веселое
удивление. Делакорт встревожился.
- Я же говорил: тебе не понравится.
- Ох, Дэвид! - Не глядя на него, Сесилия подняла статуэтку, поставила ее себе
на колени и медленно провела
кончиками пальцев по желтой ткани, которой были обмотаны бедра зеленого
человечка. - Впервые в жизни вижу такого
уродца!
Делакорт глубоко вздохнул, почувствовав острое разочарование. Внезапно
Сесилия подняла голову, и он с удивлением
увидел, что ее чудесные глаза увлажнились.
- Сначала я думала, что ты хочешь меня задобрить, - прошептала она, - но ведь
тебе пришлось потратить немало сил
на поиски этих вещей. Как тебе удалось так быстро их найти?
Дэвид смущенно развел руками.
- Кажется, я совершенно не разбираюсь ни в фарфоре, ни в женщинах.
Сесилия, усмехнувшись, быстро вскочила на ноги.
- Давай отнесем его наверх. Интересно, как он будет смотреться.
Она потащила все еще немного растерянного Дэвида вверх по лестнице, к
спальне. В коридоре первого этажа им
встретился Шоу, который не преминул неодобрительно взглянуть на них, а на
лестничной площадке горничная, открыв рот,
чуть не выронила веник.
Но Сесилия ни на кого не обращала внимания. Решительно стиснув руку Дэвида,
прижимая к груди статуэтку, она прошла
в другое крыло. Там, сразу за ее спальней, в глубокой нише в форме морской
раковины, располагался ряд полок, на которых
стояло около дюжины необычных маленьких статуэток на странно выгнутых
основаниях. Вчера ночью, ослепленный
страстью, Дэвид в тускло освещенном коридоре не заметил этой коллекции. Но
сейчас вспомнил слова Кембла, что это
черепица для крыши. По правде, говоря, он никогда не интересовался подобными
вещами. Теперь ему стало ясно, почему
Сесилия сочла его таким внимательным. Судьба наконец-то улыбнулась ему, и он не
собирался упускать такой шанс.
Но Дэвида радовала не столько собственная удачливость, сколько откровенное
ликование Сесилии. Она осторожно
поставила зеленого человечка рядом с таким же, только красным, удовлетворенно
вздохнула и начала любовно перебирать
всю коллекцию, что-то, тихонько говоря себе под нос. Глаза ее сияли восхищением,
щеки пылали. Надо будет попросить
Кембла, чтобы он как можно скорее приволок еще дюжину таких уродцев. И плевать
на деньги!
Дэвид осторожно кашлянул.
- Сесилия, я слышал, что эти ребята отгоняют злых духов. Может, поставишь
статуэтку над дверью?
- Нет, ни за что! - Сесилия повернула зеленого человечка к свету. - А вдруг
какой-нибудь прохожий залезет и
украдет?
Дэвид внезапно порывисто обнял ее за талию и прижал спиной к своей груди.
- Я имел в виду... - прошептал он, коснувшись губами ее шеи, - дверь твоей
спальни.
Сесилию бросило в жар. Она подняла глаза и увидела, что он показывает на
притолоку.
- Может быть... - растерянно выговорила она и вдруг усмехнулась. - А как ты
думаешь, будет ли толк от этого
человечка, если я поставлю его на столик у кровати?
Делакорт прижал ее к себе крепче.
- Сомневаюсь, - прошептал он и провел кончиком языка по ее ушку. - Я уже
чувствую, как злые духи наступают.
Может, попробуем их отогнать?
Внезапно на лестнице послышались тяжелые шаги. Застигнутые врасплох, они
испуганно отпрянули друг от друга, как
юные любовники, и в то же мгновение на верхней ступеньке появился Шоу.
- Прошу прощения, миледи. - Дворецкий покосился на Дэвида. - Так вам подавать
карету? Дэвид перевел взгляд с
Шоу на Сесилию.
- Ты куда-то собралась?- спросил он, пытаясь скрыть разочарование.
Сесилия слегка виновато потупилась.
- Да. Я хотела прокатиться по Блэк-Хорс-лейн. Все амурные намерения Дэвида
мигом испарились. Он вымученно
улыбнулся.
- Шоу, пожалуйста, оставьте нас на минутку. Дворецкий удивился, но все же
ушел. Дэвид, обернувшись к Сесилии,
сказал, тщательно подбирая слова:
- Пожалуйста, поклянись мне, что не поедешь в публичный дом миссис Дербин.
Сесилия сделала невинное лицо, но Дэвида было не провести.
- Я просто прогуляюсь, и все. И со мной поедет Этта.
Дэвид не знал, как поступить. Заставить ее остаться? Но он не имеет права
приказывать ей. Придется поехать вместе с
ней. Они до сих пор не выяснили, кто и за что убил тех двоих женщин. Вполне
возможно, это как-то связано с заведением
мамаши Дербин, но в любом случае Сесилия затеяла весьма рискованное предприятие.
- С Эттой ты никуда не поедешь, - раздраженно сказал он. - Она не сумеет
защитить тебя!
Если тебе непременно нужно совершить эту глупость, ты поедешь со мной.
- С тобой? - Сесилия удивленно подняла брови.
- Да, - твердо произнес Дэвид, - в моей карете, с закрытыми гербами. - Он
оглядел ее огненно-рыжие волосы и
большие голубые глаза. Во всем Лондоне не найдется другой, похожей на нее
женщины. - И ради Бога, Сесилия, прикрой
лицо вуалью. Черной и густой. А лучше двумя. Иначе тебя узнают, когда ты
раздвинешь занавески - а я уверен, что ты
обязательно это сделаешь.
Когда они добрались до места, сумерки уже сгущались. Вечер обещал быть
необычно ясным. В темно-синем небе уже
мерцала серебристая луна. Переулки и улицы, примыкающие к Блэк-Хорс-лейн, были
окутаны мраком, но фонари еще не
зажглись.
Район Блэк-Хорс-лейн располагался неподалеку от доков, и поэтому, несмотря на
позднее время, там было весьма
оживленно. Мостовая кишела ростовщиками, торговцами и таможенниками, которые
обслуживали моряков и бизнесменов.
Дэвид молча смотрел на противоположную стенку кареты. Сесилия, чувствуя его
напряжение, понимала, что тревожится
он не за себя.
Интересно, зачем ему понадобилось являться к ней сегодня? Только ли для того,
чтобы извиниться? Может быть, он
хотел сказать ей что-нибудь еще? Скорее всего, не одни угрызения совести были
причиной его визита. А вдруг он
раскаивается в том, что не смог вчера устоять? Не поднимет ли он ее на смех,
узнав, как она боится потерять его?
Впрочем, несмотря на сплетни, которые ходили в свете о Делакорте, Сесилия
чувствовала, что жестокость ему
несвойственна. Кроме того, мужчина не станет дарить дорогие подарки женщине, с
которой намерен расстаться. Другая на ее
месте заподозрила бы, что Дэвид соблазнил ее из чистой мести или для того, чтобы
выиграть это гнусное пари в "Бруксе", но
Сесилия так не думала.
Странно, что теперь она нисколько не сомневалась в его порядочности, а ведь
всего несколько дней назад у нее было
совсем иное мнение о нем. Как же сильно она ошибалась!
Она вспомнила свои ощущения, которые охватили ее, когда Дэвид наконец
перестал ухаживать за ней в свете. Нет, это
было не одно лишь облегчение. Она со стыдом признавалась самой себе, что играла
с огнем, а когда огонь догорел,
превратившись в холодную золу презрения, в душе ее родились обида и злость.
Только сегодня она поняла: лорд Делакорт - не тот человек, с которым можно
шутить. Не в силах удержаться, она
взглянула на него из-под опущенных ресниц. Какое у него серьезное лицо! Как
решительно сдвинуты брови!
Наверное, ей придется дорого заплатить за то, что она так обращалась с ним
все эти годы. Он по-прежнему желал ее и мог
на время сделать своей любовницей. Но позволит ли ему гордость открыто ухаживать
за ней? Едва ли он захочет выйти за
рамки тайной любовной связи. Наверное, с ее стороны было глупо питать надежды на
нечто большее, но ей так этого
хотелось!
Внезапно карета сбавила ход. Дэвид молча указал Сесилии на ближайшее здание.
Это и было заведение мамаши Дербин
- неплохой особняк с красивым фасадом и плотно зашторенными окнами. Странно, но
дом этот, притулившийся на углу,
между залитой ярким светом кофейней и табачной лавкой, выглядел совсем не таким
пугающим, как представляла себе
Сесилия. Человек непосвященный мог принять его за частное жилище, хоть и
расположенное в не слишком благопристойном
районе.
Дэвид, подняв трость, три раза стукнул в крышу кареты.
- Ну что ж, - заговорил он, наконец, - мы приехали. Только с улицы ничего не
видно.
Карета медленно остановилась у тротуара напротив переулка. С другой стороны
подъехало очень элегантное ландо и
встало перед табачной лавкой.
Экипаж показался Сесилии смутно знакомым, но она не могла вспомнить, где
видела его.
Внезапно дверь кофейни распахнулась, и на мостовую упало пятно света. Хорошо
одетый мужчина в пальто и шляпе
поспешно вышел из ландо и, не спуская лесенки, помог сойти стройной элегантной
даме. Лицо ее было прикрыто густой
вуалью. Выйдя из экипажа, она весело засмеялась, положив руки на грудь мужчины.
Он махнул рукой, отпуская кучера, и повел даму в заведение мадам Дербин.
Сесилия была потрясена. Судя по манерам,
эта дама - явно не проститутка. Может быть, она дорогая куртизанка? Но зачем
мужчине, тоже на вид джентльмену,
понадобилось вести ее в публичный дом?
Сидевший рядом Дэвид брезгливо передернул плечами. Сесилия обернулась к нему.
- Зачем они туда пошли?
Он, казалось, ждал этого вопроса.
- Скорее всего, они любовники, - объяснил он. - И дама наверняка замужем.
Среди женщин высшего света есть
...Закладка в соц.сетях
