Жанр: Любовные романы
Больше не влюбляйся!
Героини английской писательницы Дороти Иден (1912-1982) — молодые женщины,
которые живут во внешне вполне благополучном мире, однако им часто
приходится встречаться с бандитами и преступниками. Вера в любовь и
справедливость помогает им обрести счастье.
ISBN 5-275-00417-6
© Л. Зданович, перевод, 2001
©ТЕРРА-Книжный клуб, 2001
Ивон Хензавей разбудили упавшие прямо на лицо лучи солнца. Вздохнув, она
перевернулась на другой бок. В туманный, дождливый день ее настроение было
бы намного лучше. Теперь, когда солнечный свет наполнил ее квартиру, Ивон
смогла ясно различить слой пыли на мебели н общий беспорядок. По правде
говоря, она даже не могла припомнить дней чем-то похожих на эти.
За окном, с восточной стороны, Ивон различала озеро Мичиган, голубое и
искрящееся на утреннем солнце. Внизу, под окном, тянулись машины, с трудом
справляясь с перевозкой пассажиров к местам их работы. За прошедшие три
недели Ивон Хензавей не ходила дальше своей студии в пригороде, не смешала
ни одной краски и не притронулась к кисти. А ведь у нее были долги, причем
некоторые из них — просроченные. Последние дни в квартире Ивон беспрерывно
звонил телефон, девушка с таким же постоянством затыкала уши, натягивала на
лицо маску и проглатывала очередную таблетку снотворного. Забвение. Вот что
ей нужно. Сладкое, погруженное в темноту, блаженное состояние.
Раздался звонок в дверь. Ивон сделала вид, что не слышит. Позвонили еще раз.
После третьей попытки дозвониться, которую она опять проигнорировала,
девушка услышала тяжелые удары по деревянной панели и сердитый голос:
— Ив, Ив! Ты же дома! Ради Бога, может, откроешь, а?
Она приподнялась на локте и что-то прокричала в ответ. Затем, тяжко вздыхая,
Ив стала искать тапочки и одежду. Сорвав с лица маску и прикидывая, в какую
развалину она теперь превратилась, Ивон открыла дверь.
Боб, ее брат, стоял хмурый и сердитый, стараясь не показать, как он ошарашен
ее видом.
— Где ты была? — спросил он. — На днях я напрасно пытался
дозвониться. В студии тебя не было. Кэрол тебя тоже не видела, и я уже начал
волноваться.
Боб, по-братски непринужденно, ввалился в квартиру. Несмотря ни на что Ивон
была приятна его забота. Брат огляделся но сторонам и, оценив бардак,
царивший в квартире, скорчил гримасу.
— Скажи, только честно, как ты можешь так жить?
Осторожно сняв со стула что-то розовое и шелковистое, он сел.
Боб был высокого роста, довольно-таки приятной наружности мужчина со слегка
поседевшими висками. Он в точности походил на того, кем был — преуспевающий
бизнесмен с женой, двумя детьми и домом в предместье. Боб приезжал в город
исключительно по делам, либо чтобы повидаться с пей, что происходило все
чаще и чаще.
— Ну, что на этот раз? — спросил он. — Еще один контракт
полетел к черту?
— Не все так просто, — уклонилась от прямого ответа Ив. — Ты,
должно быть, уже давно позавтракал и хочешь есть?
— Я бы выпил чашечку кофе. Думаю, ты составишь мне компанию.
Ивон отбросила с лица свои длинные шелковистые волосы и вздохнула.
Во рту у нее появился какой-то странный привкус. Она не помнила, что и где в
последний раз ела. Однако войдя в свою крошечную кухоньку, она вдруг
заметила, что когда-то все-таки пообедала спагетти, в другой раз тупцом и
совсем недавно плотно перекусила, быть может, даже вчера. Смахнув со стола,
Ивон стала рыскать вокруг, пока не нашла кофейник, похороненный в раковине
под грудой грязных тарелок. Боб стоял в дверях; на лбу у него появилась
глубокая складка. Ивон всегда хотелось провалиться, когда Боб заставал ее в
таком положении.
— Кажется, у меня нет ни кусочка хлеба, даже булочки или чего-нибудь в
этом роде... Постой, есть немного пшенки, и потом, можно развести
порошкового молока!
Лицо Боба выразило смятение.
— Господи! Мне только кофе, пожалуйста. Послушай, сестричка, —
сказал он помолчав, — то, как ты живешь, — это кошмар, который ты
стараешься сделать реальностью. Когда ты в последний раз садилась за стол и
ела мало-мальски нормальную пищу?
Ивон улыбнулась и обвила его руками свою шею. Нежно поцеловав Боба в полные
губы, она слегка похлопала брата по мощным плечам.
— У меня все в порядке, Боб. В самом деле. С голоду я не умираю. Вообще-
то я не такая уж безалаберная. Просто ты попал как раз в такой момент, когда
у меня все кувырком.
— Именно поэтому я и здесь, сестра. Чем ты питаешься? Почему не
заходишь к нам? Кэрол и дети скучают по тебе.
— Я тоже скучаю но ним. Но сейчас я не в форме...
Боб вытащил табуретку из-под кухонного стола и уселся. Ивон знала, что Боб —
очень занятой человек. А ему приходится вот так сидеть и слушать о ее
невзгодах, качая головой. Но ведь она сама уже взрослая женщина. Господи!
Она все такая же, как в восемнадцать. Самое худшее то, что Боб уже не в
первый раз вытаскивал ее из депрессии и снова ставил на ноги.
— Ну, что стряслось в этот раз? Похоже, ты и не собираешься обходиться
без меня, хоть и обещала, — сказал он.
Боб всегда был упрямым и настойчивым, как сейчас. Даже чересчур. С тех пор
как она его помнила, она знала, что может взвалить на него все что угодно.
Ивон так всегда и поступала, даже после того, как поклялась не делать этого.
Кофе начал закипать, и божественный запах напитка разнесся по кухне. Ив была
удивлена, обнаружив, что и сама слегка проголодалась.
— Ну, я жду. — Боб говорил с расстановкой. Он отодвинулся, когда
она доставала из шкафчика чашки с блюдцами.
— Роберт, я хочу, чтобы ты прямо ответил мне на один вопрос. Не как
брат. А как мужчина.
Боб причудливо изогнул свои густые брови, глядя на нее, и Ивон
почувствовала, что вот-вот разрыдается.
— Хорошо, — сказал Роберт. — Буду с тобой откровенен,
насколько смогу.
— О'кей. Скажи мне, я плохо выгляжу?
Боб фыркнул:
— Боже мой! Я пришел сюда не затем, чтобы приукрашивать твою внешность!
— А я хочу знать! — резко ответила Ив. Он посмотрел на нее и
кивнул:
— Ладно. Ты прекрасно знаешь, что если тебя привести в порядок, ты довольно-
таки красивая женщина... Ну, конечно, не сногсшибательная красотка, но
весьма привлекательная.
Ивон потянулась к нему и хлопнула по руке.
— А ты добренький, братец.
— Это правда!
— Ты думаешь, что я дурочка?
Боб улыбнулся:
— Временами ты как маленькая.
Человек, интересующийся только
собой
, — так, если мне не изменяет память, называют таких, как ты. Ты
во все суешь свой длинный нос, не прощаешь ни одной мелочи. Я не знаю
мужчины, которому бы ты вольно или невольно не испортила жизнь.
— Итак, я очень-очень привлекательная и очень хорошая подружка. Но
скажи, я — глупенькая?
— Чего ты добилась в этой жизни?
Ивон помахала левой рукой у него перед носом, затем грубо ухватила брата за
нос.
— Мужчины! — Она произнесла это слово с отвращением. — Да ты
слеп! Хватит разговоров, все пропало.
Он сильно сжал ее руку и уставился на пальцы. Тонкая белая полоса четко
выделялась как раз на том месте, где раньше было кольцо.
— Понятно, — пробурчал Боб, отпустив ее руку.
— Что со мной, Боб? Почему я не могу влюбиться, любить и потом выйти
замуж, как все нормальные люди?
— Что случилось?
— Точно не могу сказать, — вздохнула Ив. — Знаю лишь, что у
меня с Филом, в общем, все как-то само собой закончилось. Мы действуем друг
другу на нервы.
— А кто начал? — задал вопрос Роберт, при этом его брови снова
выгнулись.
Сердце Ив екнуло, и, вздохнув, она села в кресло напротив брата.
— Он.
Некоторое время в кухне царила тишина, прерываемая лишь бульканьем кофе в
кофейнике. Боб не знал, что и сказать. Да и что говорить? Особенно, когда
это уже случилось дважды.
— Кофе, наверно, уже готов, — мягко сказал он ей. Ивон палила
чашки, и Боб стал потягивать кофе, погрузившись в мысли.
— Почему бы тебе не съехать отсюда и не пожить у нас некоторое время?
Дети будут очень рады, и потом, у нас есть свободная комната для гостей.
— Я не хочу быть кому-нибудь в тягость, тем более сейчас. — Ив
покачала головой.
— Хорошо, тогда отправляйся в студию и оставайся там.
Студией
назывался большой гараж на заднем дворе дома Роберта. Гараж
находился на самом краю пригорода, откуда открывался отличный вид на
новостройки, заправочные станции и деловые кварталы. Здесь Ив могла
послушать песню залетного жаворонка и поймать чистый, отфильтрованный
дневной свет, нужный ей для работы.
— Одно и то же, Боб. Двое твоих чертят будут колотить в дверь ровно в
пять, как того требуют приличия, а они слишком милые, чтобы терпеть такую
старую сливу, как я.
Боб прыснул:
— Слива!
Его голубые глаза тепло взглянули на нее, и Ив, конечно же, ответила Бобу
тем же. Она всегда так делала. Во время депрессии только Боб мог пробиться к
пей сквозь черный туман.
— Есть только один способ, сестра. Тебе нужно уехать отсюда. Здесь
любой сойдет с ума. Если не хочешь к нам, то поезжай куда-нибудь еще. Чем в
ближайшее время занимается Максин Дил?
Максин Дил — еще один
старый
друг. Лучшей подруги нe найти. Макси была
словно легкий свежий ветерок в жаркий летний день. Ив не видела ее уже около
двух месяцев.
— Почему бы вам не отправиться куда-нибудь вместе? Хорошо провести
время. Познакомиться с новыми людьми. Сменить обстановку.
— Бежать? — спросила Ив. — Что хорошего из этого выйдет?
Когда я вернусь, Фила все равно не будет. Все останется на своих местах.
— За исключением тебя. Куда бы ты ни поехала, ты найдешь кого-нибудь
или что-нибудь интересное. Почему бы тебе не съездить на твой любимый
остров? Этот странный старый отель... Как он там называется? Ах, да, отель
Вайндворд
на Уайт Бич Айленд. Солнце, ветер и старина. Я провернул в тех
местах одно чудесное дельце.
— О, да! Это ведь там ты познакомился с Хосе? (Хосе был пройдохой номер
один.) За всю свою жизнь я никогда и ни откуда так не смывалась! Я драпала
оттуда так, словно кто-то гнался за мной, даже бросила там мольберт и
картины. Потом я написала в отель, чтобы их сохранили, пока я за ними не
заеду.
Боб хмыкнул:
— Тогда почему бы тебе не съездить за ними? Прямо сейчас. Позвони Макси
и договорись с пей. Вы обе неплохо провели бы там время.
Ив представила себе этот маленький, спокойный островок в Атлантике с его
белыми берегами и жарким солнцем, прибой, ласкавший ее йоги. Должно быть,
сейчас не сезон. Скорее всего, там не слишком много народу. И она была бы
вдали от всего, что напоминает ей о Филе. Макси любит играть в бридж. Она
просто фанатка этой игры. Куда бы ее ни занесло, она кого хочешь уломает
поиграть с ней в бридж. Макси будет играть, а Ив попробует поработать. Если
бы она могла снова начать работать...
— Ну, что? — спросил Боб, — позволишь мне отослать телеграмму
и забронировать для вас места?
— Я подумаю, — сказала Ивон, все еще не решаясь. Боб допил кофе и
встал.
— Либо ты поедешь на остров, либо я насильно увезу тебя отсюда и
оставлю с Кэрол. Выбирай. Моя сестра не будет так жить.
Его голубые глаза вновь с отвращением осмотрели неопрятную квартиру.
— Глас мужчины и господина, — съязвила Ив.
Боб нахмурился.
— Именно так, сестра. Продолжай в том же духе и...
— Что
и
?
— За тобой придут мужчины в белых халатах.
Доля правды в его словах напугала ее. Нервы Ивон были натянуты до предела, и
то, чем она занималась последние три недели, не пошло им на пользу. С Филом
когда-то давно произошло то же самое. И она, зная об этом, не смогла
облегчить ему жизнь. Наоборот, спровоцировала его на ссору, а затем,
нарочно, дала ему повод бросить себя.
Боб выжидал с решительным видом.
— Хорошо, я позвоню Макси. Постараюсь увидеться с ней, если поймаю ее.
Быть может, съездим на остров на несколько недель...
Боб усмехнулся:
— Вот это девушка! Договорились. Я позвоню позже. Сказав это, он резким
движением открыл дверь и поспешил прочь. Ив услышала его шаги внизу, в
холле.
Закрыв дверь на засов, она постояла у входа, едва сдерживая жгучие слезы. Но
ее удивило, что на сердце у нее при этом не было особой тяжести. Не
раздумывая, она направилась к телефону, нашла детройтский номер Макси и
набрала его. Телефон прозвонил с дюжину раз, и Ивон уже собиралась дать
отбой, когда вдруг услышала в трубке щелчок:
— Кто бы ты ни был, я ненавижу тебя!
Ив улыбнулась. Голос Макси был тихим и хриплым, явно спросонья.
— Привет, старуха, — сказала Ив. — Вы как всегда очень
любезны.
— Кто это?
— Твоя крестная матушка, — засмеялась Ив.
— Это ты, Ив? — спросила Макси, совсем проснувшись. — Где ты
была? Я пыталась тебя застать...
— Зачем?
— Да я со скуки дохну, вот зачем. Что делается в Чикаго?
— Солнечное сияние. Послушай, Макси, ты помнишь Уайт Бич Айленд, где я
была несколько лет назад? Я рассказывала тебе о нем.
— Ах да, конечно, помню. Ты говорила, что на всем острове лишь один
красивый мужчина и зовут его Хосе.
— Я позвонила не за тем, чтобы обсуждать Хосе, — резко ответила
Ив.
Макси хихикнула.
— А тогда зачем?
— Я хочу, чтобы ты поехала со мной. На остров. В отпуск.
— В это время года! Ты сошла с ума. Да там жарища неимоверная и
скучища, как в Рождество без рождественского пирога!
— Выслушай меня, Макси. Если я не поеду, Боб лишит меня наследства. Или
за мной придут люди в белых халатах. В общем, я в отчаянии.
Макси помедлила перед тем, как ответить. Ив услышала в трубке щелчок
зажигалки.
— Дела плохи, малыш?
— Хуже, — вздохнула Ив.
— Фил?
— Это слово — самое непристойное в моем лексиконе.
— О, понимаю.
— Ты поедешь, Макси?
— Я должна совсем выжить из ума, чтобы даже подумать об этом. Я одурею
на этом острове, помру от тоски!
— Так ты не поедешь? — спросила Ив, почувствовав нечто большее,
чем разочарование.
— Никогда не была так взволнована. Начну собираться.
— Благодарю тебя, Макси!
В целом предложение поехать на Уайт Бич Айленд было смешным. Ив все время
думала об этом, но, несмотря ни на что, стала собираться в дорогу. В это
время года никто туда не ездил, и Макси нрава, что на острове будет душно и
жарко. Зато ночи, в этом можно не сомневаться, будут прохладными и
приятными, с лунным светом и музыкой океана.
Сердце Ив бешено колотилось при воспоминании о Филе, эти мысли следует
отбрасывать всякий раз, когда они приходят в голову. Хватит! Пора забыть о
нем!
— Итак, действуй, девчонка, — сказала она себе. — Хватай
шмотки, и в путь.
Но сказать легче, чем сделать. Пересиливая себя, Ивон позвонила на почту и
отправила телеграмму в отель
Вайндворд
с просьбой зарезервировать места и
прислать уведомление с подтверждением заказа. Затем она поговорила со своим
агентом в Нью-Йорке Ларри Вудом. Ивон потратила пять минут, выслушивая то,
что ее агент напрасно выкрикивал в трубку.
— Полегче, Ларри, — сказала Ив успокаивающим тоном. — Я
собираюсь в отпуск, но работу беру с собой. Я выполню все. Слово бойскаута.
Ларри еще слегка побушевал, но в конце концов остыл и пожелал приятного
путешествия.
— Да, и еще. Если ты захочешь сделать несколько зарисовок с натуры, то
я, наверное, смогу их пристроить.
— Отлично. Храни тебя Бог, Ларри.
— Езжай, проветрись, — сухо сказал Ларри и положил трубку.
Ив улыбнулась. Уже пять лет Ларри был поверенным в ее делах. Их отношения
никогда не были гладкими, но зато очень прочными. Почему-то дела у Ларри шли
прекрасно только в ее отсутствие.
Квартиру нельзя было оставлять в таком состоянии. Сказано — сделано. Как
одержимая она принялась чистить, подбирать, причесывать, откладывать и
сортировать. Как можно за три недели устроить такой бардак? Было уже за
полдень, когда Ивон решила передохнуть. Пошарив в шкафчике, она нашла
ореховое масло и крекеры. Ну, ладно, лучше это, чем ничего. Подкрепившись
чашкой кофе, девушка уселась в кресло напротив телевизора. Ив его просто
обожала. До нее долетели последние известия:
Герберт Матеус, служащий федерального правительства, по слухам, работающий
над новым проектом в области обороны, сегодня днем найден застреленным в
своей шикарной квартире в Нью-Йорке. Нe было проведено ни одного задержания
и не сделано никаких заключений, чтобы обнаружить убийцу. Как бы там ни
было, этим делом заинтересовалось ФБР. Начато предварительное расследование.
Оставайтесь на канале для дальнейших сообщений
.
Хорошенькое дело, кровавое начало отпуска
, — подумала Ив и
переключила телевизор.
Мировые страсти кипели на всех каналах — сплошные беспорядки и волнения, а
по местному каналу сообщили, что какая-то женщина отравила мужа и шестерых
детей: Ив содрогнулась и выключила телевизор. Для нее это было слишком.
Пришла телеграмма, в которой сообщалось, что места в гостинице на острове
забронированы, и что катер отеля
Вайндворд
совершает рейс дважды в неделю,
каждые вторник и субботу, от пристани номер 13 в Майами. Сегодня был
понедельник. Если она пропустит завтрашний рейс, ей придется ждать субботы.
И теперь, обдумав все хорошенько, она захотела ехать завтра.
Снова заболела голова, в глазах стоял туман, но добралась до телефона,
заказала два билета на утренний рейс в Майами, а потом позвонила в Детройт.
— Но я не могу так быстро! — запротестовала Макси.
— Уверена, что можешь. Зачем ждать еще три или четыре дня? Я еду
завтра, слышишь?
— Я не могу!
— Буду ждать тебя в О'Хара. Я заказала билеты на рейс из Чикаго.
Долетишь, как ветерок.
— Из всех моих... друзей, хуже тебя нет, Ив Хензавей!
— Я тоже люблю тебя, Макси. Пока.
Вечером Ив уже более или менее пришла в себя и отправилась на машине в
пригород, окруженный со всех сторон розово-малиновыми сумерками. Она
подъехала к дому Боба и заглушила мотор. Сейчас же навстречу Ив из дома
выбежали двое ребятишек. Она подбежала к ним, прижав к себе обоих разом,
чмокнула каждого в мягкие щечки. Бадди и Тереза обняли Ив и
поинтересовались, что она им привезла.
— На этот раз ничего, баловники. Только себя. Вот из Уайт Бич Айленд я
вернусь с горой подарков. О'кей?
— Так вы уезжаете, тетя Ив?
— Да, — кивнула Ивон.
Она увидела в дверях Боба. По ухмылке на его лице Ив поняла, что он все
слышал. Боб подмигнул ей и сделал знак пройти в студию, захватив ребятишек с
собой.
— Может, поиграем, тетя Ив? — спросил Бадди. Она взъерошила
белокурые кудри мальчугана и улыбнулась:
— В другой раз. Извини.
— У-у, так мы никогда не поиграем, — зазвенел, как колокольчик, обиженный голосок Терезы.
— Обязательно поиграем. А теперь вы поможете мне уложить вещи.
Дети любили бывать в студии. Они населили ее своими любимыми героями и
уверяли всех, что там бывает привидение. Визит туда казался им приключением.
Как хорошо быть маленьким!
Пока Ив собирала нужные вещи и укладывала в чемоданы, на улице потемнело,
откуда-то набежали тучи, закрыв небо, словно черное покрывало. Собиралась
гроза. Раскаты грома напугали Терезу, и она с плачем уцепилась за Ив.
Ручонка Бадди также потянулась к руке тети.
— Это только тучи собираются, малыши. Идемте-ка лучше домой. Нам
придется бежать, а то намокнем.
С усталой улыбкой Ив подтолкнула детей к выходу, закрыв за собой дверь на
замок, и все вместе они бросились к дому.
Боб и Кэрол хотели, чтобы она осталась в студии и переждала, пока пройдет
ливень. Качнув головой, Ив дала понять, что не может этого сделать.
— Мы вылетаем завтра, иначе не сможем добраться до острова. А мне еще
столько нужно сделать.
— Хорошо. Только осторожнее веди машину, — сказал Боб. —
Держи нас в курсе дел.
— У меня прекрасная мысль, — сказала Ив. — А что, если нам
поехать туда всем вместе? Дети будут довольны. Цены в это время года низкие,
и вы всей семьей могли бы провести там отпуск.
Бадди и Тереза запрыгали и принялись неистово визжать, уговаривать и
умолять, но Боб покачал головой.
— Ничего подобного, Ив! И не выдумывай. Ты поедешь одна, приведешь себя
в порядок и, что бы там ни приключилось с тобой, — больше не влюбляйся.
Ив усмехнулась про себя. Ну, вот еще. Она поцеловала всех на прощание и под
дождем побежала к машине, волоча за собой вещи. Возвращаясь в город, Ив
включила приемник. Передавали сообщение об убийстве Герберта Матеуса. Теперь
уже появились предположения относительно оружия, разработкой которого
занимался он, а также был сделан намек на акт шпионажа. Вся дрожа, Ив
щелкнула выключателем, оборвав диктора на середине фразы. В такую мрачную,
дождливую ночь не очень-то приятно узнать, что кого-то убивают, а по стране
шныряют иностранные агенты. Захотелось очутиться в своей квартирке и никуда
не ездить.
Достав газету перед входом в квартиру и сразу же развернув ее, Ив увидела
фотографии убитого мужчины и краткие сведения о случившемся. Важные и
основные сведения о разработке нового оружия, конечно, были опушены.
Газетчики больше размышляли о том, как Матеус работал на два фронта, долгое
время поставляя информацию иностранным агентам.
Она плохо спала. Гроза превратилась в настоящее ночное представление с
раскатами грома и сверканием молнии, что не могло не повлиять на уже
расшатанные нервы Ив.
Утром появился Боб, чтобы пожелать счастливого пути, потом Ларри подкинул
пару идей насчет зарисовок. И наконец, она уже в пути. Уличное движение было
очень оживленным, но Ивон специально выехала пораньше. Она подъехала, имея в
запасе тридцать пять минут. Стремительно войдя внутрь аэровокзала, Ив взяла
билет, подтвердив свой заказ, и сдала вещи на контроль. Конечно же, вес
превышал норму. Взяв с собой кошелек и дорожную сумку, набитую доверху
всякой всячиной, попавшейся под руку в последнюю минуту, так, что ее нельзя
было закрыть, Ив поспешила навстречу Макси. Только что объявили о посадке
самолета.
Аэропорт О'Хара был полон народу. Ив не помнила ни одного случая, когда бы
он не был перегружен. Они чуть не разминулись с Макси в толпе. Макси шла
быстро, постукивая каблуками; ее черные волосы развевались. На ней было
дорогое летнее платье. Макси выглядела свежей, как огурчик с грядки.
— Макси! — позвала Ив, помахав ей. — Макси!
Макси подошла к ней и, упершись рукой в бок, укоризненно посмотрела на
подругу.
— Ты хочешь знать, что ты наделала?!
— Что?
— Твой каприз стоил мне лучшего повара в мире! Из-за тебя я поссорилась
с Эммой!
— Но это же смешно.
— Попробуй скажи это Эмме! Две недели назад ее сестра уезжала в
Калифорнию. А у меня как раз намечалась вечеринка, и я не могла ее
отпустить. Вчера я сказала ей, что уезжаю на несколько недель, и у нее есть
свободное время. Эмма закатила истерику и собралась уходить! Кем я ее теперь
заменю?
Ив рассмеялась. У Макси постоянно возникали подобные проблемы.
Они обнялись и расцеловались.
— Макси, я так рада увидеть тебя. Ты, как всегда, чудесно выглядишь.
Макси покопалась в сумочке, достала сигарету, закурила и сквозь дым стала
разглядывать Ив.
— А ты выглядишь ужасно. Эти темные круги под глазами тебе очень идут.
— Спасибо, Макси, ты всегда была очень тактичной.
Макси хихикнула и взяла подругу за руку.
— К тому же ты еще и худа, как палка. Я же говорила, эти мужики доведут
тебя до ручки. Что, Фил давно уже не водит тебя по ресторанам?
— Да, уже недели три.
— Что случилось?
— Что обычно случается? — ответила Ив. — Я потом тебе все
расскажу. А сейчас сдай вещи в багаж. Мы вылетаем через несколько минут. Так
что давай, шевелись.
Их ж
...Закладка в соц.сетях
