Жанр: Любовные романы
Шепот дьявола
...ругие ощущения. Мне пришлось прорываться
туда, использовать мою энергию иначе. И очень трудно возвращаться.
— Похоже, ты попала прямиком в воспоминания Итана? — предположил
Макс.
Итан выругался.
— Слушайте, мне от всей этой чертовщины не по себе. Даже если бы это
было возможно, во что я не верю.
Нелл вспомнила потрясение во взгляде сестры, и ей захотелось объяснить
обоим, насколько это видение отличалось от других. Но голова болела, она
устала, и оставалась еще одна вещь, которую непременно следовало сделать
сегодня.
Она поднялась на ноги, не возразив против помощи Макса, и оперлась на его
руку. Когда голова перестала кружиться, она сказала:
— Итан, тебе придется избавиться от помощника. Мне надо кое-что тебе
показать. — Она повернулась к Максу. — Мне надо вам обоим кое-что
показать.
16
Дом, когда-то принадлежавший Перл Галлахер, не представлял собой ничего
особенного, простой домишко на четыре комнаты с цинковой крышей. Хозяйка
упорно отказывалась что-либо изменять, утверждая, что любит все простое.
Единственное, на что она согласилась, так это на канализацию, и то только
потому, что Адам Галлахер настаивал, что все другие варианты — сплошная
антисанитария.
Дом исправно служил Перл убежищем, и, наверное, не было ничего странного в
том, что он ненадолго пережил хозяйку.
Почти все сгорело. Остался только фундамент в окружении обгорелых столбов,
провалившиеся перекрытия, покореженные цинковые листы и разные мелочи,
которые сохранились на удивление хорошо. Например, кухонная раковина,
которая осталась в обгоревшей столешнице и даже не покрылась сажей. Еще
старая спинка кровати, засыпанная вокруг обугленными остатками провалившейся
крыши.
— Зачем ты меня сюда привела? — спросил Итан, обозревая руины. Ни
он, ни Макс не обратили внимания, что здесь недавно кто-то копался. А если и
заметили, то решили, что это мародеры.
— Я расскажу об этом только один раз. — Нелл натянуто улыбнулась,
отняла у Макса свою руку и повернулась к ним лицом. — В тот вечер,
когда должен был состояться бал, я прибежала сюда, чтобы показать бабушке
мое платье. Когда я постучала, она не отозвалась, поэтому я вошла. Я слышала
шум душа и решила подождать несколько минут, уж очень мне хотелось
похвастаться своим платьем. Нелл замолчала. И хотя ей казалось, что ее лицо
ничего не выражает, было в нем, видно, что-то такое, что заставило Макса
сделать шаг к ней.
— Нелл? — Голос был низким, обеспокоенным.
Она заставила себя продолжить.
— У меня и раньше бывали видения, но они были быстрыми, мимолетными.
Легкоузнаваемые сцены, и я привыкла считать эти видения частью своей жизни.
Частью проклятия Галлахеров. Ничего особо драматического или трагичного,
просто слегка тревожные. Но этой ночью... я увидела нечто, чего мне никогда
не приходилось видеть раньше.
— Что? — поторопил ее Итан, заинтригованный помимо своей воли.
— Я увидела сцену убийства. — Голосом, который ей с великим трудом
удалось заставить звучать спокойно, она описала, что видела кровь и следы
дикой борьбы, тело, изогнутое так, что не было видно лица.
— Значит, ты не знаешь, кто это был? — спросил Итан.
— Нет, нет, я знаю. Я и тогда знала.
— Каким образом, если ты не видела лица? — удивился Макс.
— Там лежал кулон. Серебряный кулон, и я его узнала. — Нелл
повернулась и пошла через руины к тому месту, где много лет назад в
нескольких футах от дома был вырыт погреб для овощей. — Я знала, что
тело должно было быть спрятано или похоронено где-то поблизости Я не знала,
где начать искать, к тому же столько лет прошло. Да еще это видение, которое
я видела в лесу. — Она взглянула на Макса, и он кивнул.
— Ты видела человека, несущего тело женщины. Вот почему ты не
беспокоилась, что может произойти убийство. Ты уже знала, что это случилось.
— Я была практически в этом уверена. Но в том видении тело несли к
этому дому, шел сильный дождь, и я знала, что она... она была убита здесь.
Мне кажется, что он собирался зарыть тело где-то в лесу, но не смог из-за
грозы. Поэтому принес ее назад.
Итан посмотрел на обгоревшую дверь погреба.
— Ты хочешь сказать, что тело там, внизу?
— Я была здесь утром. О погребе я забыла. Когда я была маленькая, он
был не виден из-за старого сарая с садовыми инструментами, им никто не
пользовался. Но после того как я немного поискала в доме, я вспомнила и
нашла его. Дверь была заперта, но я сняла замок.
Макс и Итан обменялись взглядами и дружно нажали на дверь, за которой
оказались ведущие вниз, в темноту, каменные ступени. Сразу же запахло
сыростью и затхлостью.
— Я там оставила пару фонарей, — сообщила Нелл и стала спускаться
по ступенькам. Мужчины последовали за ней. Внизу она взяла небольшие фонари
с шаткой полки, зажгла их и пошла дальше. Через несколько шагов в свете
фонарей стала видна продолговатая яма примерно восемь футов длиной и не
более шести футов глубиной.
Итан немного опередил Макса и спросил:
— И где же?.. — он не закончил вопрос.
Прямо у ног Нелл была открытая могила. По бокам — насыпь из свежевыкопанной
земли. В могиле лежал скелет, частично присыпанный землей.
Нелл поставила один из фонарей в ногах могилы, обошла холмик земли и
поставила другой фонарь в головах, над тускло блестевшим черепом.
— Боже милостивый, — пробормотал Итан. — И кто же это?
— Моя мать. — Нелл опустилась на колени и показала на потемневший
серебряный медальон с цепочкой, лежащий между костей в грязи. — В этом
медальоне наша с Хейли фотография. Она его никогда не снимала.
Макс втянул воздух и с шумом выдохнул:
— Значит, она никуда не уезжала.
— Она никуда не уезжала. Лежала здесь все эти годы, куда ближе, чем я
могла представить... — Нелл покачала головой. В свете фонаря ее лицо
казалось прозрачным. — Она не бросала мужа. И не оставляла детей. Она
лежала здесь. Все это время она была здесь.
— Кто ее убил? — спросил Итан.
— Ее убила любовь, — пробормотала Нелл. — Ее убил отец.
Обед подходил к концу, а Шелби и Джастин так и не догадались, что же могло
так заинтересовать Джорджа Колдуэлла в старых свидетельствах о рождении.
Однако расставаться они не собирались. Похоже, им просто нравилось общество
друг друга.
Джастин боялся признаться себе, что дела обстоят именно так.
Когда они закончили, обедающих в кафе практически не осталось. Джастин все
же беспокоился по поводу того, что несколько освободившихся с работы
полицейских и несколько любопытных граждан в очередной раз проявили явный
интерес к нему и его спутнице. Похоже, завтра об этом будет знать весь
город.
Одно не ясно: представляет ли это опасность для Шелби.
— Думаю, ты напрасно так переживаешь, — сказала она, когда они
садились в машину. — Так или иначе, но ты нуждаешься в моей помощи.
Он сунул ключ в зажигание и помолчал, глядя на нее.
— Разве?
— Точно. Две головы лучше, чем одна.
— Ну, если это единственная причина...
— Да будет тебе, кому еще ты можешь доверять? Разве в конторе шерифа
есть хоть один человек, кому ты безоговорочно веришь?
— Нет, но, Шелби, если мы правы, то Джордж Колдуэлл был убит, потому
что знал что-то, представляющее угрозу для убийцы. Никакой другой причины
нет. Никаких высоких мотивов вроде поисков правды, справедливости,
беспорочности. Он умер, потому что знал что-то, чего ему знать не
полагалось. Он стал мешать убийце. Верно?
— Верно.
— Так неужели он станет колебаться, если почувствует в ком-то еще такую
же потенциальную угрозу? Даже если это любопытная рыжеволосая красотка,
которая пару раз направила объектив своей камеры не туда, куда нужно?
— Если бы я представляла для него угрозу, он бы давно от меня
избавился.
— Он не сразу сообразил. А теперь он, возможно, увидел тебя со мной и
заметил, что ты показываешь мне пачку фотографий.
— Я делаю это постоянно. Даже если у него и возникли подозрения, он
должен знать, что я веду себя так всегда, так что нечего и беспокоиться.
— Насколько нам известно, Джордж Колдуэлл всего-навсего порылся в
старых бумагах.
Шелби нахмурилась.
— А знаешь, это мысль. Откуда убийце знать, что Джордж для него опасен?
Даже если он торчал в библиотеке и видел, как Джордж копается в бумагах, что
в этом подозрительного? Джордж часто это делал. Так где же угроза?
Джастин задумался.
— Я об этом думал. Что бы он там ни нашел... он обязательно должен был
об этом кому-то сказать. Может быть, даже самому убийце.
— Потому что не видел в этом ничего особенного?
— Возможно. Для Джорджа это могла быть просто любопытная информация. Но
для убийцы...
— ...она представляла реальную опасность. — Шелби покачала
головой. — Свидетельства о рождении. Ты же не думаешь, что кто-то из
лучших и порядочных людей в городе оказался незаконнорожденным или что-
нибудь в этом роде? Полагаю, в наше время это не имеет никакого значения. И
уж точно не может служить поводом для убийства.
Джастин минуту размышлял, рассеянно повернув ключ в зажигании.
— Если это не юридический вопрос. Какое-то наследство, получение
которого зависит от того, законнорожденный наследник или нет.
— И опять же — в наше-то время?
— Существует еще много очень старых законов, некоторые совсем
допотопные. Речь может идти не столько о рождении вне брака, сколько о чем-
то другом, скажем, семейном бизнесе и так далее. Во всяком случае, такое
возможно. Или все может быть еще проще — о какой-то семейной тайне. Убийце
не хотелось, чтобы о ней узнали другие.
— Еще одна загадка, — вздохнула Шелби. — Полагаю, у нас нет
никакой надежды узнать, с кем он мог поделиться своим открытием по поводу
свидетельств о рождении.
— Этот парень был банкиром. Он с людьми общался целый день напролет. И,
насколько я могу судить, он был весьма общительным и за стенами банка.
— Значит, надо начинать со всего города, а потом сужать поиски?
Пришла очередь Джастину вздыхать.
— Теперь ты видишь, почему мы никак не можем раскрыть эти убийства.
Они вздрогнули, услышав стук в стекло. Взглянули в окно машины и увидели
несколько ухмыляющихся полицейских. Джастин опустил стекло.
— Парковка на Главной улице запрещена, — сказал Стив Критчер
строгим голосом.
— Да нет, разрешена, — возразила Шелби весело, наклоняясь, чтобы
увидеть Стива, из-за слины Джастина.
— Я имею в виду особую парковку, — заметил полицейский. —
Причем при ярком дневном свете.
Джастин пропустил шутку мимо ушей и сказал:
— Ребята, что у вас, дел нет поважнее, чем приставать к коллегам,
которые не на дежурстве?
— Вроде нет, — улыбнулась Лорен Шампейн.
— Во всяком случае, в данный момент, — поддержал ее напарник Кайл
Венебл. — В основном субботнее затишье. И мы только что пообедали.
— Вот Мы тут гуляли, то есть патрулировали главные улицы, чтобы не дать
воли злу. — Стив внезапно стал серьезным. — Прошел слух, что шериф
хочет попросить о помощи федеральных агентов. Вообще-то у него нет выбора.
— У шерифа Коула всегда есть выбор, — сухо возразил Джастин.
— Может быть, до последнего времени и был, но сейчас городской совет
проявляет шумное недовольство. Сам знаешь, вчера они провели экстренное
заседание.
— Нет, — ответил Джастин, — я не знал. Выходит, они
настаивают, чтобы Коул пригласил людей извне?
— Похоже на то, — улыбнулся Стив. — Хотя сам я думаю, что он
ищет помощи поближе к дому. Помощи экстрасенсов. — Он промурлыкал
первые ноты мелодии из фильма
Сумеречная зона
.
— Откуда ты можешь это знать, Стив? — мягко возразила Лорен.
— Нет, знать мне неоткуда. Но я не могу придумать другой причины для
поездки шерифа вместе с Нелл Галлахер к дому Линча. Кстати, Терри Линч дома
не было.
— Уж не думаешь ли ты, что шериф верит в эту ерунду? — удивилась
Лорен.
— Скорее всего, нет. Но, с другой стороны, куда не бросишься от
отчаянья.
— Может быть, — предположил Джастин, — он просто хочет
использовать все имеющиеся возможности? Ведь говорят, что она очень
одаренная дама, так?
— Говорят, — лаконично подтвердил Кайл.
— Все это мура, — настаивал Стив. — Уж если опытные
полицейские не могут обнаружить, кто виновен во всех этих убийствах, никакой
самый сильный экстрасенс не справится. Я считаю, шериф все-таки позовет
федеральных агентов, и чем раньше он это сделает, тем лучше.
— Тут есть о чем поспорить, — заметил Кайл, — относительно
того, что через неделю мы будем по уши в снисходительных федеральных
агентах.
— Вот радость-то, — пробормотала Лорен.
Стив театрально пожал плечами.
— Черт, а может, следует признать, что мы не способны сами справиться с
этим делом, и раскатить красную дорожку? Во всяком случае, они возьмут на
себя часть жалобщиков.
— А уже есть жалобщики? — поинтересовалась Шелби.
Он поморщился.
— Давай скажем так: меня уже не раз спрашивали, как вышло, что мы
позволяем убивать почтенных граждан этого города.
— Почтенных граждан с садомазохистскими наклонностями и педофилов? — сухо спросила Шелби.
— Об этом, когда удобно, начисто забывают, равно как и про азартные
игры, воровство и страсть к коллекционированию порнографической продукции.
— Почему бы тебе не сказать это немного громче, Стив, — предложил
Кайл, — чтобы вся Главная улица могла слышать? Может, там и найдутся
один-два человека, кому еще не все факты известны?
Стив не обиделся и ответил:
— Если ты думаешь, что во всем этом приходе есть хоть один человек
старше четырнадцати, кому не известны абсолютно все факты, то ты полный
дурак.
— Я думаю, что шериф нас всех посадит в кутузку, если узнает, что мы
болтаем об этом так, будто это меню нашего обеда. Пошевели мозгами, Стив.
Стиву не удалось достойно ответить, потому что одновременно заверещали все
рации, прикрепленные к поясам полицейских, плюс та, что находилась у
Джастина в машине.
Макс хмуро взглянул на Нелл, но ничего не сказал.
Итан наклонился и мрачно уставился на скелет.
— Ее убил Адам? Ты уверена?
— А кто еще? Ведь это он утверждал, что она уехала, сбежала. Он имел
доступ к ее вещам, мог упаковать часть из них и где-то спрятать, чтобы
создалось впечатление, что она забрала эти вещи с собой. Никто другой не мог
этого сделать. И он так гневался по поводу ее бегства, что никто даже не
заподозрил, что дело обстоит иначе.
Итан вздохнул, все еще глядя на останки Грейс Галлахер.
— Наверное, трудно будет определить, как она была убита, столько лет
прошло.
— Я мысленно видела и помню, что это были колотые раны. Много ран. Но
не думаю, что они были смертельными. Может, он выронил нож во время борьбы,
не знаю. Я знаю, что она сопротивлялась, все в комнате было
перевернуто. — Нелл говорила ровно и спокойно. — Но я уверена, что
у нее сломана шея. Патологоанатом сможет это подтвердить.
Итан удивленно поднял брови.
— Почему ты так думаешь?
— Тело долгое время лежало неприкрытым, потом его закопали в неглубокую
могилу. Ты же видишь, от одежды остались одни клочки, она скорее разорвана,
чем сгнила. На костях есть следы зубов. Наверное, крысы поработали. —
Нелл продолжала говорить спокойно, даже по-деловому. — Полагаю, у него
не было времени сразу закопать ее, вот он и оставил ее здесь, прикрыв старым
брезентом или еще чем-то. Крысы быстро добрались до нее, может, и другие
животные. Когда он смог ее похоронить, от нее уже мало что осталось.
— Ты так думаешь?
— Да, я так думаю.
Итан нахмурился и заметил:
— Почему-то мне кажется, что ты знаешь, о чем говоришь.
Нелл сунула руку в карман, достала кожаный футляр с удостоверением и
протянула его Итану.
— Потому что я действительно знаю.
Итан открыл футляр и даже присел на корточки, уставившись на бляху ФБР и
удостоверение.
— Вот это да!
Нелл слегка улыбнулась, видя его недоумение.
— Никогда не знаешь, что из людей получится, верно?
— Ты хочешь сказать, что работаешь в полиции? Что ты — федеральный
полицейский?
— Именно.
Итан взглянул на Макса.
— Ты об этом знал?
— Узнал пару дней назад.
Итан медленно поднялся на ноги, все еще хмуро разглядывая удостоверение
Нелл. Потом закрыл его и протянул ей.
— Теперь скажи мне, что это совпадение, что ты заявилась устраивать
свои наследственные дела как раз тогда, когда мы по уши погрязли в
расследовании убийств.
— Боюсь, что нет.
Он сжал зубы.
— Значит, ты здесь с заданием. А со мной не посоветовались и даже не
сообщили об этом. Не скажешь ли, почему?
Нелл осторожно подбирала слова.
— Поступил запрос по официальным каналам. Требовалось дать примерную
характеристику убийцы, действующего в Безмолвии. Выяснилось, что имеется
большая вероятность, что этот убийца полицейский.
Итан круто повернулся и вышел из погреба.
— Думаешь, он расстроился? — пробормотала Нелл.
— А ты в этом сомневалась?
Нелл вздохнула и встала на ноги.
— Нет. Только надеялась, что не полетят предохранители.
— Мы оба научились несколько сдерживать свой норов за эти годы.
— Я заметила.
Макс улыбнулся и сказал:
— Нелл... Мне очень жаль. Но теперь ты хотя бы знаешь, что мать не
бросила тебя на произвол судьбы.
— Да. Странно так говорить, но насколько мне было бы легче, если бы я
знала об этом раньше. — Она явно не хотела больше говорить на эту тему,
только добавила: — Оставим фонари здесь. Надеюсь, Итан не станет возражать,
чтобы останки отправили в ФБР на анализ.
— А если станет?
— Не думаю Как бы он ни относился к предположению, что кто-то из его
людей убийца, он не станет направо и налево рассказывать о том, что мы
обнаружили. Это сейчас не в его интересах. Городу совсем не следует знать
еще об одном убийстве, даже если оно произошло двадцать лет назад. Особенно
если оно произошло двадцать лет назад.
— А как же ты?
— Что я?
— Как тебе с этим примириться?
— Я уже примирилась — Нелл обошла могилу, даже не взглянув на нее,
поднялась по ступенькам и выбралась из погреба.
Насупившийся Макс последовал за ней.
Они увидели Итана, снова осматривавшего остатки сгоревшего дома. Лицо его
было мрачнее тучи. Когда они подошли к нему, он прямо спросил:
— Насколько вы уверены, что это полицейский?
— На девяносто девять и девять десятых процента. Во всяком случае, были
уверены, когда я сюда направлялась.
Итан резко повернул голову и взглянул на нее.
— А сейчас?
— И сейчас уверены. Но у меня были некоторые сомнения. — Нелл
пожала плечами — Я не занимаюсь составлением таких характеристик, хотя и
знакома с поведенческой наукой. Но я легко могу ошибиться.
— Но?
— Но.. еще есть Хейли.
— Ты же не можешь всерьез думать, что Хейли хладнокровно убила четверых
мужчин?
— Я только знаю, что пока мы не нашли никакой другой связи между ними.
У всех были тайны, довольно безобразные, но общей их тайной оказалось то,
что все они в какой-то период имели сексуальные отношения с Хейли.
— Я уже говорил, я не верю, что Джордж Колдуэлл был как-то связан с
Хейли.
— Тогда возможно, — вмешался Макс, — его убили по другой
причине Например, он что-то знал, что-то обнаружил. Стал представлять
угрозу. Может, твои люди не нашли у него никаких секретов просто потому, что
их у него и не было.
— Хочешь верь, хочешь нет, но и мне это приходило в голову, —
огрызнулся Итан. — Я свою работу знаю, Макс.
— Я никогда не утверждал обратного.
— Странно, но именно это я слышал.
— У тебя богатое воображение.
Нелл сразу почувствовала, как растет напряжение между мужчинами. Макс
расстроился, потому что она совершенно спокойно восприняла правду о смерти
своей матери, а Итан бесился, потому что агенты ФБР действовали прямо под
его носом без его согласия. Он даже не знал об этом. Оба хотели выпустить
пар.
У Нелл так болела голова, что она боялась, если они переругаются, она их
пристрелит.
— Дело в том, — вмешалась она, прежде чем спор разгорелся, —
что в трех случаях из четырех мы можем связать жертвы с Хейли. Каждый из них
имел с ней тайную сексуальную связь. И каждый из них был убит в наказание за
свои грехи. Убиты потому, что убийца не мог с ними поквитаться легальными
способами.
— Ты хочешь сказать, что Хейли могла убить их за то, что они причинили
ей боль? — спросил Итан.
— Я говорю, что это возможно.
— Да? Тогда объясни мне, почему Паттерсона убили почти через двадцать
лет после того, как он занимался своими садистскими играми с Хейли в
подвале? Если, конечно, ты права насчет того, когда это происходило.
— Может быть, потому, что он был первым, кто причинил ей боль, и она
тогда была очень молодой. — Нелл вспомнила видение, в котором она
видела, как Хейли ребенком наблюдала за изнасилованием собственной матери
собственным отцом, и добавила: — Ее обиды могли накапливаться. Ей причиняли
боль не один раз, а снова и снова. Шли годы, обид становилось все больше, и
в конечном итоге чаша переполнилась.
— Она уехала, — напомнил Итан. — Может, она действительно не
могла больше, но ее реакцией было бегство из Безмолвия. Ты же не думаешь,
что она прячется где-то поблизости последние восемь месяцев, постепенно
убивая мужчин, которые обращались с ней как с дерьмом? И никто ее не видел,
даже мельком?
Нелл не ответила на этот вопрос, но сказала:
— Есть еще одно обстоятельство, которое заставляет меня думать, что
Хейли тут замешана.
— И какое же?
— Первым, кто умер, был наш отец.
— Подожди. Ты считаешь, что Адам был тоже убит?
— Да, я думаю...
Нелл
.
Нелл на несколько секунд замерла, потом подняла руку и осторожно потерла
висок. Это все головная боль, ничего больше. Лишь странная, тупая боль.
Никакого шепота в воздухе.
Никого нет.
— Все в порядке? — забеспокоился Макс.
— Да-да. Итан, я знаю, что считается, будто он умер от сердечного
приступа. Но я думаю, вполне вероятно, что...
Ты ошибаешься. Ты во всем
ошибаешься
.
— Нелл?
Она мгновение смотрела на Итана, затем тряхнула головой.
— Прости, я... извини. Мне что-то трудно сосредоточиться.
— Тебе нужно отдохнуть, — весьма решительно заявил Макс. — Если ты ждешь обморока...
— Да нет. По крайней мере, я так не думаю. Просто жутко болит
голова. — Нелл вздохнула. — Но отдохнуть мне все же стоит. Итан,
если ты не возражаешь, я могу договориться, чтобы останки забрали в
лабораторию ФБР. Так будет быстрее, и никто в городе ничего не узнает до той
поры, пока ты не сочтешь нужным сообщить всем.
Итан вполголоса выругался, потом сказал:
— Если тут виновата Хейли, а не какой-то вымышленный полицейский, нет
смысла держать все в секрете. Но на всякий случай, если ваши предположения
верны, мне думается, не следует пока делать это достоянием общественности.
— Тогда я договорюсь.
Он кивнул.
— Насколько мне известно, агенты ФБР редко работают в одиночку. У тебя
ведь есть здесь напарник?
Нелл ответила быстро:
— Как ты сказал, мы редко работаем по одному. Но иногда нам приходится
действовать очень тихо, не высовываясь даже под прикрытием.
— Догадываюс
...Закладка в соц.сетях
