Жанр: Любовные романы
Шепот дьявола
...брала, но ни одна не подходит. Тень не
была видна глазу, только объективу камеры. И она там есть, вне всяких
сомнений. Так что, если ты не веришь в привидения... Кстати, ты веришь или
нет?
Нелл слегка улыбнулась, но головы не подняла.
— Между прочим, верю. Но если судить по тому, что я слышала и читала по
этому поводу, практически невозможно снять привидение на камеру в открытом
месте. Такие случаи чрезвычайно редки.
— Тут и масштаб странный, — заметила Шелби. — Мы ведь считаем
привидение похожим на обычного человека. А в этой тени не менее семи футов
роста. Или длины. Как хочешь.
Нелл обвела пугающую тень пальцем, затем вздохнула и откинулась на стуле,
стараясь не показать, как озноб расползается по всему телу. Теперь тревога
вряд ли покинет ее в ближайшее время, если вообще покинет.
— На негативе тоже есть?
— Угу. — Шелби отпила глоток кофе, поглядывая на Нелл ясными,
оценивающими глазами. — За вчерашний день я сделала только один твой
снимок, так что не знаю, следовала ли эта тень за тобой. Как Макс, например.
— С Максом я справлюсь, — уверенно сказала Нелл.
— Да ну?
— А ты сомневаешься?
Шелби сказала, стараясь, чтобы это прозвучало очень серьезно:
— Я считаю, что вас с Максом многое связывает. У вас за плечами целая
история и, скорее всего, много недосказанного. Но послушай, Нелл, то, что
можно было простить семнадцатилетней девушке, не так-то легко вытерпеть в
женщине, которой скоро тридцать. И Максу уже не двадцать два, когда он был
вынужден благодаря своей очень юной подружке... и ее необычной семье
держаться, на расстоянии и не задавать слишком много вопросов.
И более резко добавила:
— Разумеется, когда ты сбежала, ему пришлось кое-чем поинтересоваться.
И поскольку тебя под рукой не было, насколько мне известно, он в ту ночь
пошел к твоему отцу. Ты об этом знала?
— Нет.
Нелл не хотела ничего больше об этом знать и надеялась, что Шелби оставит
конец истории при себе. Но не тут-то было.
— Макс не имел привычки жаловаться или рассказывать другим про свои
дела, мы с тобой это знаем. Так что все, что я слышала, дошло до меня через
вторые или третьи руки. Но мой собственный отец рассказывал моей матери, что
Адам Галлахер хвастался, как он спустил Макса Тэннера с лестницы. В
буквальном смысле.
Нелл поморщилась.
Шелби, наблюдавшая за ней, добавила:
— Лично я считаю, что Макс просто не захотел дать ему сдачи, потому что
он твой отец. К тому же он не знал, что заставило тебя убежать. Верно,
характер у него взрывной, но он не бьет вслепую. Кто знает, вдруг он решил,
что это его вина, что он сделал что-то, заставившее тебя убежать. Одно
очевидно: твой папаша всегда утверждал, что не знает, почему ты сбежала, и
обвинял в этом Макса.
— Макс тут ни при чем.
— Конечно. Я никогда так и не думала. Но некоторые верили, Нелл.
Разводили всякие теории, все, что угодно, начиная с изнасилования на
свидании до неожиданной беременности. Еще говорили, что ты оказалась между
двумя властными мужчинами и не смогла этого вынести.
Нелл не стала отвечать на подразумевающийся вопрос — что же случилось на
самом деле? — только сказала:
— Похоже, у Макса есть все основания сердиться на меня.
— Разумеется. Тем не менее вот он. — Шелби постучала пальцем по
фотографии и улыбнулась. — Ты всего пару дней назад приехала, а он уже
следит за тобой, возможно, охраняет тебя. Полагаю, он из тех, кто умеет
прощать.
И снова Нелл не ответила на незаданный вопрос: почему Макс считает, что ей
может грозить опасность? — а произнесла совсем другие слова:
— Наверное. Или он все же хочет получить некоторые ответы.
— Возможно. Я думаю, ты действительно в состоянии управиться с ним на
этот раз. Но на твоем месте я была бы поосторожнее, Нелл. Как я уже сказала,
ему не двадцать два. И каким бы он ни был двенадцать лет назад, сегодня он
уже не тот, кого можно просто так бросить и уехать.
— Он никогда и не был таким, — пробормотала Нелл. — Некоторые
вещи остаются с тобой, как бы далеко ты ни убежала. — Прежде чем Шелби
смогла зацепиться за эту фразу, она продолжила: — Так что, возможно, эта
тень преследует именно меня, но также возможно, что я просто вчера случайно
проходила мимо. Такой старый дом, как здание суда, вполне может иметь в
качестве жильцов парочку привидений.
— У них еще тюрьма была в подвале, — напомнила ей Шелби,
смирившись с переменой темы. — Мне помнится по крайней мере одна
история о невиновном человеке, который там покончил жизнь самоубийством.
Разве неправедная смерть не приводит к неуспокоению души и появлению
призраков?
Нелл покопалась в обрывках знаний, приобретенных ею за последние годы.
— Неправедная смерть. Внезапная смерть или насильственная смерть. Или
люди, оставившие здесь незаконченное дело, которое они страстно хотят
завершить. По крайней мере, мне кажется, что это наиболее подходящие
кандидаты в привидения, то есть они остаются и появляются на людях, а не
уходят.
Шелби задумчиво пожевала губами.
— Значит, это всего лишь привидение, поселившееся в здании суда, ты это
хочешь сказать?
— Очень может быть.
— Гм. А разве у таких привидений имеется привычка нависать над
прохожими с угрожающим видом?
— Я тут не специалист, Шелби.
— Разве?
— Представь себе.
— И у тебя нет хрустального шара?
— Боюсь, что нет.
— И карт Таро?
Нелл усмехнулась.
— Нет, — ответила она.
— Ну, — с наигранным отвращением заявила Шелби, — очередное
разочарование. А я-то ждала всяких диких и таинственных вещей от нашей
вернувшейся ведьмы.
— Ну да. Макс рассказывал, что все так меня называют.
Шелби покачала головой.
— Только не уверяй меня, будто ты думала, что этот город изменится. Ну
уж нет. Такой же ограниченный и так же пугается всего, что хоть чуть
отличается от привычного. Вот тебе Безмолвие. Или большинство его жителей.
— Я удивилась, что ты решила здесь остаться, — заметила Нелл.
— Да? Ничего тут нет удивительного. Меня, конечно, считают несколько
другой, но не слишком другой, чтобы представлять угрозу. Мне здесь нравится,
учитывая обстоятельства. — Она склонила голову набок, как любопытная
птичка. — А ты? Не хочется остаться, раз уж вернулась?
— Думала об этом пару раз, — пожала Нелл плечами. — Но мне не
по душе знать, что люди меня боятся. Пусть даже невежественные люди, которые
думают, что я могу наслать на них заклятие или что-то в этом роде.
— Но ты же экстрасенс, — спокойно заметила Шелби.
— Среди людей много экстрасенсов, — тем же безразличным тоном
ответила ей Нелл.
— Только не я.
Нелл тихонько рассмеялась.
— А тебе не приходило в голову, что появление этой тени может не иметь
никакого отношения ко мне? Вдруг она появилась из-за тебя?
Шелби слегка нахмурилась.
— Нет, потому что в этом случае я давно заметила бы нечто подобное на
своих снимках.
— Возможно. Но чтоб ты знала, паранормальные способности не всегда
проявляются с детства. Иногда они расцветают буйным цветом уже в зрелом
возрасте.
— Правда?
— Так говорят.
— Появляются из ниоткуда?
Нелл, подумав, сказала:
— Ну, обычно что-то приводит их в действие, вроде спускового крючка.
Шок или какая-нибудь травма.
— Со мной ничего подобного не случалось, — сказала Шелби, причем в
голосе ее слышалось больше разочарования, чем облегчения. — Я живу
довольно скучно и неинтересно. И поскольку ничего подобного раньше не
происходило, мы можем с уверенностью утверждать, что эта тень появилась на
снимке из-за тебя, а не потому, что аппарат был в моих руках.
Сдаваясь, Нелл заметила:
— Ладно, если мы так решим, то возникает вопрос: почему? Почему именно
эта тень появилась именно в этот момент именно в этом месте и в этот день?
Неужели она действительно меня преследует? Раньше я такого не замечала. Да и
ты бы обнаружила эту тень раньше на других снимках. Ты ведь не первый раз
фотографируешь здание суда?
— Конечно, я много раз его снимала. С людьми и без людей. Но я никогда
не замечала никакой тени.
Нелл всмотрелась в фотографию, стараясь разглядеть в тени какие-нибудь
определенные очертания, не те, которые ей подсказывало обеспокоенное
воображение. Тень слегка напоминала силуэт мужчины, но была вытянута,
искажена. И Шелби права, она действительно нависала над ней.
Какая-нибудь добрая душа могла сказать, что тень обвивалась вокруг нее, как
будто защищая.
Но Нелл видела, она не защищает, она угрожает.
— У меня от нее какое-то скверное чувство, — призналась Шелби.
Нелл уловила тревогу в голосе и, хотя она разделяла это чувство, все же
сказала:
— Тень не может навредить мне.
— Если это тень. Но ведь там нет ничего, что могло бы такую тень
отбросить, Нелл. Тогда, может, это что-то другое? И мне кажется, что она
может навредить тебе. — Шелби нахмурилась. — Я не хотела ничего
говорить, но мне стало страшно. Ты, кстати, не выглядишь такой уж уверенной,
что все в порядке.
— Я плохо спала, вот и все.
— Только эту ночь или с тех пор, как вернулась домой?
Нелл пожала плечами. Ответ содержался в самом движении.
— Так ты, значит, веришь в привидения? — мрачно спросила
Шелби. — Ну, в таком случае имей в виду, что у меня в доме имеется
очень удобная гостевая спальня, которой ты можешь в любой момент
воспользоваться.
— Нет, в доме нет привидений, — немного поморщилась Нелл. —
Никаких шагов по лестнице, ни звона цепей ночью, ни странных пятен. Я не
слышала и не видела ничего необычного.
Она не собиралась рассказывать о явлении своего отца или о том, что могла
поклясться, будто кто-то несколько раз прошептал ее имя. Но привидений в
доме не было, в этом она была уверена.
Кроме того, несмотря на то, что Шелби в детстве была ей ближе всех, хотя ее
и нельзя было назвать подругой, собственная скрытность всегда мешала Нелл
рассказывать о своих необычных способностях. Она не собиралась начинать
исповедоваться сейчас.
Но Шелби все еще мрачно хмурилась.
— Может, тебе мешают спать слишком натянутые нервы. Нелегко вернуться домой после стольких лет.
Нелл не купилась на робкое приглашение поговорить о своих проблемах, только
тоскливо подумала, что же ей мешает — необходимость поменьше болтать на
задании или привычное нежелание открыться.
Как бы то ни было, она лишь сказала:
— Я всегда сплю плохо первые несколько ночей на новом месте. Пройдет. И
знаешь, это место для меня теперь совсем чужое. Насколько я могу судить,
Хейли сменила здесь все, от ковров до обоев. Я не узнаю половину мебели.
— Ей нравилось ходить по магазинам, — усмехаясь, заметила Шелби.
— Это точно.
— В городе поговаривали, что, оставшись с одной только дочкой, ваш
папаша расстарался, чтобы удержать ее здесь. Не отказывал ей ни в чем.
Нелл могла бы добавить, что ее сестренка всегда умела оборачивать
обстоятельства себе на пользу, но ограничилась лишь тем, что не выразила
удивления по этому поводу.
— Похоже, это срабатывало. Я хочу сказать, она выглядела вполне
счастливой. Пока не начали перешептываться насчет Глена Сабеллы. И не успели
мы оглянуться, как этой парочки и след простыл.
— Наш отец никогда не умел прощать. Если она его чем-то огорчила, он ни
на секунду не задержится, тут же выскажется, да еще как!
— И он лишил ее наследства? — Шелби покачала головой. — По-
моему, это чересчур. Не лишил же он наследства тебя.
— Я не сбежала с другим... я не сбежала с мужчиной. — Нелл
заметила, как сузились глаза Шелби, поэтому она быстро добавила: — Короче,
как я уже сказала, я не чувствую себя здесь дома. К тому же у меня столько
забот в голове, что в бессоннице нет ничего удивительного.
Шелби несколько секунд смотрела на нее, потом постучала пальцем по
фотографии, все еще лежащей между ними на столе.
— И что насчет этого?
— Я не знаю, как это объяснить, — призналась Нелл. —
Возможно, мы обе придаем этому слишком большое значение. Мы не можем это
объяснить, но не исключено же, что это просто тень.
— А если что-то большее?
— Тогда я понятия не имею, что это такое. Но я знаю одного человека,
который сможет помочь. Ты не возражаешь, если я оставлю фото у себя?
— Нет, конечно. Я сделала себе отпечаток, чтобы подумать, а этот можешь
взять. — Шелби порылась в сумке и достала конверт. — Я даже
захватила негатив. Слушай, а ты мне расскажешь, что выяснит этот твой
эксперт?
— Разумеется. — Нелл вложила снимок в конверт с негативом и
взглянула на Шелби. Она очень сомневалась, но все же решила довериться
инстинкту, поскольку начала об этом думать еще во время первого своего
разговора с Шелби.
— Шелби... эти убийства. Они ведь тебя интересуют, верно?
— Меня всегда завораживали тайны, — усмехнулась Шелби. — Чем
запутаннее, тем интереснее. А уж тут все так перепуталось, хуже не
придумаешь. А почему ты спрашиваешь?
Нелл набрала полную грудь воздуха и медленно выдохнула.
— Потому что я хочу попросить тебя об одолжении. И кое-что рассказать.
Дела в пятницу шли ни шатко ни валко, поэтому Нейт Маккарри оставил офис на
секретаршу, а сам уехал в город, сказав, что ему надо навестить некоторых
клиентов. На самом же деле он собирался выпить кофе и узнать последние
новости насчет расследования.
И он был такой не один. В кафе оказалось на редкость много посетителей, хотя
время было совсем неподходящее — где-то после завтрака, но еще очень рано
для ленча. Поэтому большинство посетителей пили кофе, как Нейт, хотя
некоторые заказали и легкую закуску, делая вид, что явились сюда на второй
завтрак.
Но в общем и целом никто даже и не думал притворяться.
— Я слышал, копы нашли у Джорджа Колдуэлла кучу всякого припрятанного
дерьма, — заявил один, сидевший У стойки спиной к ней, чтобы можно было
видеть присутствующих.
— Какого дерьма? — спросил другой.
— Я слышал, порнуху. Очень крутую к тому же.
— Не-а, а мне сказали, он прятал брюлики.
Кто-то рассмеялся, а еще один мужчина, постарше и потяжелее, спросил
недоверчиво:
— Уж не хочешь ли ты сказать, что старина Колдуэлл крал драгоценности?
Не говоря уже о том, что он был крайне медлителен. В нашем городке вряд ли
отыщется что-нибудь интересное для любителя драгоценностей.
— Многие люди хранят свои сбережения в золоте или камнях, Бен. Ты
удивишься, насколько их много.
Бен Хэнкок покачал головой и сказал:
— Это не драгоценности. И не порнуха. Я удивлюсь, если они вообще что-
нибудь найдут. Пока, во всяком случае.
— Ладно, тогда чем он занимался, как ты думаешь? Он же должен был во
что-то вляпаться, Бен, иначе бы ему башку не прострелили.
Бен пожал плечами и ответил:
— Если хотите знать мое мнение, то я считаю, что самым большим
недостатком Джорджа было его неуемное любопытство. Вечно совал свой нос в
дела, которые его не касаются. Что-то постоянно записывал, составлял какие-
то списки.
— Но за что же его убили?
— Он мог узнать что-то такое, чего узнавать не следовало, вот и все.
Ведь это дело крутится вокруг тайн, так? Стало быть, Джорджа могли убить не
за свою тайну, которую он хотел скрыть, а за чужой секрет, который кто-то
другой хотел удержать в тайне.
— Кто другой?
— Черт, откуда мне знать? Убийца, наверное.
Кто-то еще вмешался в разговор, проговорив с надеждой в голосе:
— Может, это не насчет тайн. Может, тут обычные дела. Деньги, например.
Нейт Маккарри внес свою лепту в разговор, стараясь, чтобы его голос не
звучал слишком заинтересованно.
— Если верить газетам, людей каждый день убивают из-за денег. Но бывают
и иные мотивы. Если вы вспомните трех других покойников, то вспомните, что у
двух были тайны, никакого отношения к деньгам не имеющие.
— И то правда, — согласился Бен. — К тому же Джордж давно
разошелся со Сью, так что все знают, по какой-то причине брак не задался.
Может, это кризис среднего возраста, как она не устает повторять, а может,
что-то совсем другое.
Теперь выступила одна из немногих женщин, присутствующих в кафе:
— Я слышала, была еще какая-то женщина, но если так, то он уж точно
никому ее не показывал.
— Наверное, замужняя, — догадался Бен. — Или он просто не
хотел давать Сью в руки оружия для суда.
Другой мужчина, явно на основе собственного горького опыта, заметил:
— Судья обычно назначает жене большие алименты, если муж гуляет,
особенно если все про это знают.
Нейт терпеливо возразил:
— Все так, но разве измена жене, с которой он давно расстался и не
живет уже больше двух лет, может сделать Джорджа мишенью для убийцы? Разве
это такая уж серьезная тайна или такой великой грех, чтобы за него убивать?
Бен поморщился.
— Господи, да есть ли среди нас такие, кто может сказать, что не имеет
за душой хоть маленького секретика или грешка? Если этот тип пользуется
таким мерилом, тогда мы все в опасности.
Нейт, стараясь не выказать своего отчаяния, сказал:
— Единственная связь между убитыми, которую полиция обнаружила, это их тайные грехи. Ведь так?
— Они еще ничего не знают про Джорджа, — напомнил Бен.
— Да, но насчет остальных?
— Газеты пишут, что иной связи не обнаружено. Разумеется, неизвестно,
всю ли информацию полиция выкладывает прессе. Может, у Итана и его компании
есть что-то, о чем они помалкивают.
— Да ни фига они не знают, — заявил кто-то во всеуслышание. —
Бегают, свой собственный хвост поймать пытаются, больше ничего. Я так думаю.
Они все еще препирались, когда из кабинки в тени вышел высокий мужчина и
направился платить по счету. Он перекинулся парой любезных слов с
Эмили^которая вышла из кухни, чтобы взять деньги, затем приветственно махнул
рукой остальным и проговорил:
— Приятного дня, ребята. — И вышел из кафе.
Колокольчик на двери блямкнул, официантка вернулась на кухню, а посетители
остались сидеть, таращась друг на друга.
— Он был тут все время? — испуганно спросил кто-то.
— Все время, — подтвердил Бен. — Ты что, его не видел там,
сзади?
— Нет, Бен, я его там сзади не видел. Господи.
Кто-то пробормотал:
— Надо их всех заставить носить форму, даже детективов.
— Что, совесть беспокоит?
— Черт, да нет. Но он не должен был подслушивать.
— Это часть его работы, — возразил Бен, явно получая удовольствие
от всеобщего смятения.
— Чтоб они все сдохли.
Нейт Маккарри выглянул в окно и увидел шагающего прочь детектива Джастина
Байерса.
Нейт перепугался.
Он чуть с ума не сошел от страха.
8
— Мне думается, я справлюсь, — сказала Шелби.
— Я за тебя уверена. Но будь осторожна, ладно?
— Буду, но и ты тоже.
Нелл улыбнулась:
— Я буду очень осторожна.
— Рада слышать. И кстати, мое приглашение перебраться ко мне остается в
силе. В любое время, даже не сомневайся. Кроме всего прочего, вдруг тебе
захочется с кем-нибудь поговорить.
Не успела она произнести эти слова, как они обе услышали через открытое окно
кухни резкий свист и затем голос Макса, звавший Нелл.
— Хотя, возможно, с этим у тебя проблем не будет, — пробормотала
Шелби, усмехаясь.
Нелл бросила взгляд на конверт, который держала в руке, где, кроме грозной
тени, имелось изображение Макса, внимательно наблюдавшего за ней, и сказала:
— Полагаю, бесполезно делать вид, что это случайный визит соседа,
зашедшего поздороваться.
— Совершенно бесполезно, — ответила Шелби с ухмылкой, поднимаясь
на ноги. — Если у меня что-то будет, я с тобой свяжусь. А пока я
удаляюсь. Не провожай меня, просто передай привет Максу, ладно?
Нелл действительно не пошла за Шелби к входной двери. Вместо этого она
спрятала конверт в ящик стола и накинула легкую куртку, висевшую рядом с
черным ходом. Выйдя из дома, она, как и ожидала, легко обнаружила Макса,
который сидел на своей гнедой и держал на поводу оседланную пегую лошадь.
— Я решил, что мы вполне можем выехать пораньше, — заявил он,
вместо того чтобы поздороваться.
— Шелби привет передавала, — сухо сообщила Нелл.
Они оба услышали звук мотора маленькой машины Шелби, затем прощальный гудок.
Шелби направилась в город.
Макс поморщился.
— Надо мне было сначала позвонить.
Нелл заметила с наигранным равнодушием:
— Как справедливо заметила мэр, если люди увидят нас вместе, то скорее
припомнят старую историю, чем подумают об убийствах Шелби, например, решила,
что у нас свидание. Я могу с этим смириться, если ты не возражаешь.
Он передал ей поводья от пегой лошади.
— Я на все согласен, если это поможет поймать того, кто убил этих
парней.
Нелл решила не слишком задумываться над этим замечанием. Она похлопала
лошадь по холке и слегка помедлила, прежде чем сесть в седло.
— А вдруг я двенадцать лет и близко не подходила к лошади?
— Ничего, все мгновенно вспомнишь. Хорошие всадники никогда не теряют
своих способностей.
Нелл легко вскочила в седло и разобрала поводья.
— Ладно, признаюсь, я использовала каждый шанс поездить верхом.
— А в Вашингтоне много таких шансов?
— Достаточно К тому же работаю я в пригороде. — Она выдержала
короткую паузу. — Как я понимаю, ты все же решил помочь, и к месту
некоторых убийств удобнее подъехать верхом.
— Разве я еще не говорил?
Интересно, как долго он будет дуться
, — подумала Нелл. Вряд ли
характер у него изменился, тем более что она продолжала держать его на
расстоянии. Ну, значит, так тому и быть.
Но легче от этого не становилось.
Она улыбнулась и сказала.
— Наверное, это хорошая мысль в случае первых двух убийств. Тот залив,
где утонул Люк Ферье, совсем близко отсюда, так?
— Да.
— Тогда показывай дорогу.
Он молча повернул лошадь и поехал через лес.
Нелл последовала за ним, стараясь приспособиться к легкому шагу пегой лошади
и наслаждаясь ровным теплом весеннего утра и чистыми запахами весны. Ей
хотелось, чтобы мозг ее был занят пустяками, чтобы он не был открыт и готов
к приему всплесков скопившейся энергии. Она плохо спала ночью, чувствовала
себя беспокойно, а странная фотография, принесенная Шелби, только усилила ее
нервозность. Макс, с молчаливой настойчивостью ждущий ответов, которые она
не готова была дать, тоже не улучшал ее настроения.
Вряд ли в таком издерганном состоянии имело смысл ехать на поиски улик,
любых — реальных или не совсем. Больше того, это было наихудшее состояние
для такой задачи. Уже не в первый раз она засомневалась, права ли была,
скрыв от Бишопа, что она слишком увязла в этой ситуации, чтобы успешно
справиться с заданием. Но каждый раз она давала себе один и тот же ответ:
поступи она так, она только доказала бы, что столь сильно боится своего
прошлого, что готова позволить этому прошлому разрушить свое настоящее и
будущее.
Она ведь не могла этого позволить, правильно?
Правильно!
Она должна выстоять, чего бы это ей ни стоило. Немыслимо двигаться вперед,
пока она не перестанет оглядываться назад, это она знала точно. А ей надо
было двигаться вперед. Ради себя, да и ради Макса тоже.
Она уставилась взглядом в его широкую спину и подавила вздох, который
расслышало только чуткое ухо пегой лошадки.
Почему все должно быть так дьявольски сложно?
Макс остановился на развилке, повернулся в седле, чтобы взглянуть на нее, и
коротко бросил:
— Наверное, они рассказали тебе про дом твоей бабушки?
— Да, рассказали. — Нелл остановила свою лошадь и посмотрела на
тропинку, бегущую на
...Закладка в соц.сетях
