Жанр: Любовные романы
Свидание на елисейских полях
...умал о Джорджии. Одетый в пижамные брюки,
в которых он обычно спал - конечно, когда спал один! - мужчина сидел на кровати,
покрытой легким шелковым пледом, пытаясь побороть страсть, снедавшую его. Больше
всего на свете он хотел бы сейчас быть рядом с Джорджией.
Несомненно, Жан-Клоду приходило в голову попытаться осуществить свои фантазии.
Тогда, в гостиной, он страстно хотел привлечь девушку к себе и поцеловать, явно
чувствуя, что она вряд ли скажет "нет". Затем, уже около двери, когда Жан-Клод желал
Джорджии спокойной ночи, ему стоило невероятных усилий отказаться от соблазна
обнять ее.
Но тем не менее он устоял, хотя и не из самых благородных побуждений. По правде
говоря, все мысли о благородстве исчезли, стоило Лассалю взглянуть на девушку, когда он
вновь приехал в Бат. Когда она шла ему навстречу через калитку, Жан-Клод понял, что
ему не удастся осуществить свое решение.
Это решение он принял по дороге из Парижа, днем позже того знаменательного ужина
в "Рэф-ферти". Тогда его внезапно осенило, что будет абсолютно несправедливо завести
интрижку с Джорджией.
Она была чудесной девушкой, такой живой и яркой, хотя в то же время в ней
ощущались нежность, и чувственность, и ранимость. Признавая ее крайне
привлекательной внешне, Лассаль чувствовал, что Джорджия начинает ему безумно
нравиться и как человек. Поэтому Жан-Клод посчитал, что будет нечестно заводить с ней
простую интрижку, хотя его такое положение вещей, возможно, и удовлетворило бы.
Тогда Лассаль твердо решил, что между ними не будет никаких интимных отношений.
В конце концов, кроме нее в мире существует еще масса женщин. Но в этот вечер в
Париже Жан-Клод внезапно понял, что с его стороны было нелепо давать себе подобные
обещания. Ни одна женщина его более не устроит. В данный момент ему нужна только
Джорджия.
Жан-Клод нырнул в постель. Он страстно желал ее, но решил в этот вечер ничего не
предпринимать из чисто практических соображений: уже поздно и она, вероятно, устала.
Но завтра все будет иначе. Он скоро будет любить Джорджию так, как никто прежде ее не
любил.
Собираясь выключить свет, Жан-Клод внезапно ощутил острое чувство вины и
взглянул на телефон у кровати. Черт! Он забыл позвонить и оставить свое обычное
сообщение на автоответчике. Лассаль потянулся к трубке, но в последнюю минуту
передумал. Позвоню утром, решил он. И выключив свет, откинулся на подушки, понимая,
что мысли о Джорджии будут тревожить его всю ночь.
- Я здесь. Входите и присоединяйтесь. Я как раз собираюсь выпить кофе.
Джорджия буквально застыла на месте при звуке его голоса. Она спешила в гостиную в
поисках Жан-Клода и пролетела мимо его кабинета, не заметив приоткрытой двери.
Сконфузившись, девушка вернулась и наконец увидела Лассаля, сидящего за столом,
заваленным кипой папок и бумаг. Очевидно, тот уже давно встал и работал. Джорджия
виновато улыбнулась.
- Мне очень стыдно. Проспала.
Было почти половина девятого, а девушка проснулась около пятнадцати минут назад.
Увидев, сколько времени, она тотчас соскочила с кровати, приняла душ, быстро натянула
одежду - тот же самый зеленый костюм, но на сей раз с алой блузкой. Затем, слегка
причесавшись и наспех накрасив ресницы, выскочила из комнаты, торопясь принести
свои извинения Жан-Клоду.
- Вы, должно быть, стучали, чтобы разбудить меня, - виновато сказала девушка,
предполагая, что Лассаль, возможно, недоволен. - Но я ничего не слышала. Спала как
убитая.
- Все в порядке. - К облегчению Джорджии, Лассаль вовсе не выглядел сердитым.
Напротив, он, улыбаясь, шагнул ей навстречу. - В любом случае, я был занят все это время.
Да, кстати... - Он указал на женщину, стоявшую у книжного шкафа в дальнем углу
комнаты. - Познакомьтесь, это мадам Жу, мой секретарь.
Еще вчера Джорджия удивилась бы при виде женщины средних лет, шагнувшей ей
навстречу с приветливой улыбкой. Она ожидала бы увидеть перед собой эффектную
блондинку, но сегодня, узнав Жан-Клода немного лучше, решила, что именно такой
должна быть его секретарша.
- Мадам Жу уже уходит, - сказал Лассаль. - И мы, пожалуй, начнем, как только вы
позавтракаете.
Жан-Клод кивком указал на поднос с кофейником, стоявший у него на столе.
- Немного кофе здесь есть, но, если вы хотите чего-либо посущественней, боюсь, вам
придется самой похозяйничать на кухне.
Джорджия колебалась. Она и так уже заставила Лассаля ждать ее, но, с другой
стороны, ей не хотелось умирать с голода, ее желудок привык получать каждое утро хотя
бы порцию хлопьев с молоком!
Мадам Жу окончательно развеяла ее сомнения.
- Пойдемте, на кухне есть круассаны. Я вас провожу. - И с доброй, почти материнской
улыбкой женщина двинулась к двери.
- Благодарю вас, - произнесла Джорджия и обернулась к Лассалю. - Я скоро. Вернусь
буквально через пару минут.
И уже догоняя мадам Жу, услышала:
- Не торопитесь. В вашем распоряжении сколько угодно времени.
В бело-голубой кухне, которая, казалось, блистала всеми мыслимыми техническими
приспособлениями, мадам Жу поставила перед девушкой корзиночку со свежими
круассанами и достала из холодильника большой кувшин свежего апельсинового сока.
- Месье Лассалю нужно сделать еще пару важных звонков, так что вы действительно
можете не спешить. - Затем женщина попрощалась и оставила Джорджию одну.
Несмотря на то что ей не надо было торопиться, девушка проглотила свой завтрак в
один присест. И через десять минут она уже мыла за собой посуду - несомненно, в
великолепной кухне где-то крылась посудомоечная машина, но Джорджии показалось
неудобным проявлять излишнее любопытство, - после чего поспешила вдоль по коридору
к заветному кабинету.
Войдя, она застала Жан-Клода за телефонным разговором; он сидел слегка
отвернувшись, так что не заметил прихода гостьи. Джорджия задержалась, чтобы
полюбоваться Лассалем: он выглядел особенно привлекательно в темно-синем шерстяном
костюме и белоснежной рубашке. Девушка не прислушивалась к его разговору. Но ЖанКлод,
похоже, думал по-другому, когда повернулся в ее сторону с крайне недовольным
выражением лица.
- Я перезвоню, - сказал он по-французски и положил трубку.
Джорджия уже хотела было просить прощения за свое невольное присутствие, хотя ей
в принципе было не за что извиняться, но гнев с лица Лассаля неожиданно испарился.
Он улыбнулся девушке.
- Ну что, вы позавтракали? - Да, спасибо.
А может, ей следовало извиниться? Или по крайней мере убедить Жан-Клода, что она
не слышала его разговора. Но он вел себя, словно ничего не случилось, так что с ее
стороны, возможно, было бы более дипломатично поступить так же.
Внезапно Джорджия обнаружила еще одну деталь. Все ранее лежавшие на столе
бумаги и документы исчезли. Странно. Неужели он принимает ее за шпиона? В любом
случае ясно, что Лассаль держит свои дела от нее в секрете. Непонятно, но, в конце
концов, это его личное дело.
- Проходите и присаживайтесь. Разрешите предложить вам чашечку кофе. Хотя я уже
пил, думаю, все равно составлю вам компанию. - И пока девушка усаживалась в одно из
кресел, стоявших полукругом у стола, Жан-Клод добавил: - Мне всегда работается легче с
чашкой кофе под рукой.
Джорджия улыбнулась.
- Вы говорите так же, как моя тетя Беатрис. Она вечно заявляет, что ни на что не
способна, пока не заварит свежего чая.
Вместе с тем ей в голову пришла мысль: а ведь Лассаль пришелся бы по душе тете
Беатрис. "Люблю загадочных мужчин", - часто восклицала жизнерадостная
семидесятилетняя особа. А Лассаль явно преуспел в загадочности! Джорджия улыбнулась
про себя. Хотя она и не задумывалась об этом раньше, возможно, именно эта черта влекла
ее к этому мужчине. Уж он-то точно не принадлежит к скучным и предсказуемым людям!
- Ну, с чего начнем? - Жан-Клод налил им обоим кофе и подвинул чашку девушке через
стол. - Думаю, прежде всего следует кое-куда позвонить.
- Я принесла все бумаги, - с этими словами Джорджия полезла в свою сумку и извлекла
пачку документов и других бумаг, за которыми они заезжали в архив ее магазина перед
отлетом в Париж. Девушка положила все это на стол. - Пожалуй, приступим.
Джорджия ожидала, что в деловых вопросах Лассаль окажется спокойным и,
возможно, даже слегка ленивым, но последующие два часа стали для девушки открытием.
На самом деле Жан-Клод производил впечатление человека, обладающего деловой
хваткой.
Он то и дело кому-то звонил, иногда разговаривал долго, иногда коротко, обращаясь
время от времени к документам или уточняя у девушки какую-либо деталь. Говорил он
довольно быстро, так что Джорджия понимала не все, но чувствовала влияние, которое
оказывал Лассаль на тех, с кем общался.
Это было вовсе не игрой, и Лассаль действительно занимался ее вопросом. Хотя,
возможно, лишь частично ее. А в этом было что-то очаровывающее.
Словно загипнотизированная, девушка следила за ним. Ей впервые привелось
встретить такого мужчину. Более того, Джорджия даже не предполагала, что бывают
подобные. Если, конечно, те "грехи", в которых она его подозревает, не окажутся
правдой.
Мысли девушки тотчас перескочили на эти подозрения. Возможно, никаких "грехов" и
нет. Не обязательно Лассалю быть волокитой, может быть, у него и постоянной девушкито
вовсе нет. А что касается женского участия в отделке квартиры, тут, скорее всего,
существует другое объяснение. Жан-Клод мог просто нанять женщину - специалиста по
интерьеру!
В конце концов, многие, подобно Лассалю, поступают именно так. Такую работу они
предоставляют профессионалам, а не своим подружкам. Джорджия улыбнулась про себя.
И почему она до этого раньше не додумалась? Ведь такой вариант ее вполне устраивает.
Уже миновал полдень, когда Жан-Клод налил им еще по чашке кофе и сказал:
- Думаю, мы кое-чего уже достигли. Мне не удалось точно установить, что именно
случилось с вашим товаром, но похоже на то, что Дюваль приложил руку к этому делу. -
Он посмотрел на часы. - Позвольте мне еще кое-куда позвонить, а после этого мы
сможем, пожалуй, где-нибудь перекусить. Но очень быстро. В полтретьего у нас встреча с
одним моим другом, который, вероятно, сможет нам помочь.
Джорджия кивнула в ответ и улыбнулась.
- У меня сложилось впечатление, что вам все это нравится. - Девушка буквально
чувствовала охотничий азарт, излучаемый мужчиной, сидевшим напротив. - Похоже, вы
наслаждаетесь игрой в сыщика.
Жан-Клод усмехнулся.
- Возможно, вы правы. Я обожаю брать верх над своими противниками. Не буду
отрицать.
- Я хотела сказать, что вы получаете удовольствие от самого процесса борьбы, а не от
победы.
- Скорее, я люблю словесные баталии. - В глазах Лассаля промелькнула улыбка. -
Когда я был маленьким, мать часто говорила, что я испытывал настоящее счастье, если
возникала возможность с кем-нибудь поспорить.
- Почему-то я вам верю. - Поразительно. - Жан-Клод впервые добровольно сказал чтото
о себе. Внезапно Джорджия испытала непреодолимое желание узнать как можно
больше о его жизни.
Но Лассаль уже сменил тему разговора.
- Хочу сказать, что вы по натуре тоже боец. Взять хотя бы то, как вы смело
противостояли Дювалю.
Джорджия пожала плечами.
- Я сражалась лишь по необходимости. Не люблю проигрывать. - Это подтвердили бы
все, кто знал девушку, начиная с ее школьного учителя математики и кончая
многострадальным банковским управляющим! - Но не думаю, что сама борьба меня
привлекает столь же сильно, как вас. По крайней мере сражение с Дювалем меня вовсе не
радовало. - Она взглянула Жан-Клоду в лицо. - Но я не пойму одного... Почему бы вам
лично не встретиться с Дювалем? Я об этом как раз думала, когда потеряла надежду
связаться с вами.
Когда я была в ужасе, думая, что вы покинули меня в беде, - так было бы точнее
сказать, но в данный момент упоминание об этом казалось неуместным, так что девушка
заставила себя промолчать.
- Противоборство, так сказать, лицом к лицу, - продолжила она, улыбнувшись. - Ведь
это по-вашему, если я не ошибаюсь?
- Возможно, но не в данном случае. - Лассаль уже не улыбался. Выражение его лица
стало мрачным, и он резко, даже грубо добавил: - И упаси вас Бог поступать таким
образом. Дюваль не тот тип, с которым можно вести себя легкомысленно.
- Хорошо. Я ведь лишь предложила. Нет нужды казнить меня за это. - Джорджия
интуитивно откинулась назад, словно защищаясь. Она вдруг почувствовала себя неуютно,
испытывая легкую обиду.
Лассаль тотчас смягчился.
- Я не хотел грубить вам. Прошу вас мне доверять. Мы приближаемся к цели, и у меня
есть все основания полагать, что вскоре ваша пропажа обнаружится.
Он вздохнул и, немало удивив девушку, протянул ей руку, словно заключая перемирие.
- Простите, что был резок, но вы взволновали меня своими словами. С таким
человеком, как Дюваль, не стоит лезть на рожон.
- Понимаю. Не волнуйтесь. На самом деле я бы так и не поступила.
Джорджия не протянула своей руки в ответ, даже отвела взгляд. Она чувствовала себя
неловко из-за своей обиды, вернее, из-за того, что показала ее, и была сердита на ЖанКлода,
поскольку он заметил ее обиду.
Лассаль довольно долго смотрел на нее.
- О'кей. Не будем больше об этом. - И словно признав поражение, убрал свою руку. - А
сейчас я все же позвоню в одно место, а потом нам, наверное, не помешает перекусить.
Лассаль повез Джорджию в небольшое бистро рядом с авеню де Ош, шикарное
местечко, где его, похоже, хорошо знали.
- Советую попробовать мидии, - сказал он. - Лучше, чем здесь, вы не найдете.
Девушка последовала его совету и была вынуждена согласиться, что Лассаль прав.
- Восхитительно, - сказала она. - Это действительно самые лучшие мидии, которые я
когда-либо пробовала.
Джорджия уже давно пришла в себя после той небольшой утренней размолвки. Как он
сказал, его грубость была вызвана лишь беспокойством, поэтому девушка признала свою
неправоту. Кроме того, было бы нелепо продолжать дуться на Жан-Клода! Когда они
сейчас, расслабившись, сидели вдвоем, Джорджии казалось, что ничего более приятного
нельзя было и пожелать.
- У меня появилась идея, - сообщил Лассаль, попросив счет. - Давайте вечером
придумаем что-нибудь особенное. Например, поедем в какой-нибудь клуб. - Он взглянул
на Джорджию и улыбнулся. - Как вам такая мысль?
- Звучит неплохо.
А ведь сейчас она только что согласилась остаться еще на одну ночь. Во время обеда
Жан-Клод объяснил ситуацию с пропавшей коллекцией, которая в двух словах сводилась
к тому, что потребуется еще некоторое время, а присутствие девушки не помешало бы
благоприятному развитию событий.
- О'кей, - согласилась Джорджия, изо всех сил стараясь не выдать голосом своего
радостного возбуждения. На самом деле она очень надеялась, что он попросит ее
остаться.
- Если пожелаете, мы можем отправиться в мой любимый джаз-клуб, - предложил он. -
При условии, что вам нравится эта музыка.
- Вообще я люблю джаз, хотя это и недавнее мое увлечение. Телони Монк и Оскар
Питерсон сейчас меня очень интересуют. - Как раз за день до того, как Джорджия
впервые встретила Лассаля, она приобрела пару дисков.
- Тогда так и сделаем. Сегодня вечером там как раз играет пианист, который обычно
исполняет репертуар Оскара Питерсона. - Он наклонился вперед и взял девушку за руку,
переплетя ее пальцы со своими. - Видите, какие мы хорошие партнеры? У нас сходятся
даже музыкальные вкусы.
Именно об этом Джорджия как раз и думала, хотя и пыталась подавить в себе эти
мысли. Она также тщетно пыталась высвободить свою руку. В любом случае она уже
сдалась.
- Ну, значит, договорились. Тогда пойдемте. У нас еще есть дела. - И, не выпуская ее
руки, Лассаль повел девушку между столов, мимо бара к выходу.
Мысли Джорджии путались. События сменяли друг друга с молниеносной быстротой.
Обед. Затем джаз-клуб. А что потом? Ясно одно - все закончится иначе, нежели прошлой
ночью, когда они оба отправились спать даже без прощального поцелуя!
Ну а сейчас насколько далеко она позволит себе зайти? Разрешит ему любить себя?
Отбросит ли все сомнения, дав событиям развиваться своим чередом? Девушку охватило
волнение. Больше всего на свете она желала именно этого.
Поглощенная собственными мыслями, Джорджия очнулась, когда была практически
вытолкнута за дверь. Но что-то заставило ее обернуться на Жан-Клода, и девушка
поразилась мрачному выражению его лица.
- Что случи?.. - начала было она, но остановилась на полуслове, потому что за секунду
до того, как закрылась дверь, через плечо Лассаля сама увидела, в чем дело.
За столиком у входа сидела женщина. Весьма привлекательная блондинка, одетая в
элегантный красный костюм в клетку. Но трепетать Джорджию заставило другое - ее
взгляд.
Подобно взгляду горгоны Медузы, ее взгляд словно хотел превратить их в камни.
ГЛАВА ПЯТАЯ
- Кто была эта женщина?
Не прошло и двух минут, а Джорджия уже сидела на заднем сиденье такси. Она до сих
пор не могла отдышаться.
Жан-Клод встретил вопрос девушки озадаченным взглядом.
- Какая еще женщина? - спросил он.
Джорджия почувствовала, что ее буквально захлестывает гнев. Неужели он думает, что
Джорджия ослепла? О Господи, за кого он ее принимает?
Девушка повернулась к Лассалю, обличающе пронзая его взглядом.
- Не пытайтесь притворяться, что не понимаете, о чем я говорю. Я прекрасно ее видела
за столиком у входа в ресторан. Довольно привлекательная светловолосая особа в красном
клетчатом костюме.
- Не видел я никакой женщины в красном костюме. - Жан-Клод смотрел на девушку
так, словно действительно не имел ни малейшего представления о предмете разговора.
Великолепно сыграно, Лассаль, но боюсь, это не сработает, подумала Джорджия.
- Зачем же вы тогда от нее убегали, если даже в глаза не видели этой женщины? В
таком случае побег выглядит очень странным.
- Вы правы, выглядел бы. - К досаде девушки, Лассаль улыбнулся. - Но бежал я не от
этой дамы, кем бы она ни являлась. Я лишь пытался скрыться до того, как один
джентльмен в баре повернется и узнает меня.
- Ага. Значит, вы спасались бегством от джентльмена? - Всем своим тоном она давала
понять, что не поверила ни единому его слову. Улыбка не сходила с лица Жан-Клода.
- Термин "джентльмен" я употребил весьма условно. Человек, о котором я говорю,
является коллегой Дюваля. И я не хотел, чтобы он увидел нас вместе и сообщил Дювалю о
том, что мы объединились. Хотя он, возможно, и не догадался бы, кто вы такая, но в
данных обстоятельствах я решил, что рисковать не следует.
Джорджия притихла на время. Либо она поняла все абсолютно превратно, либо же
Лассаль оказался на поверку исключительно умным и изобретательным лжецом. Девушка
пребывала в растерянности. Что же в таком случае правда?
Немного смягчив тон, она спросила:
- А женщина тогда кто? Она сидела, злобно глядя на нас. Я не знаю, что и вообразить.
Жан-Клод пожал плечами.
- Боюсь, я тоже не имею ни малейшего представления. - Он замолчал и окинул девушку
веселым взглядом. - А как вы думаете, кто она? У меня сложилось впечатление, что
какие-то предположения у вас все же есть.
Вот она и попалась! Ведь то, о чем она подумала, было очевидным. Джорджия
предположила, что дама была разъяренной, ревнивой подругой Лассаля, - а ведь девушка
и сама себя вела почти так же, учитывая, как она набросилась на него!
Скорее умру, чем признаюсь в этом! - подумала Джорджия. Она повернулась к ЖанКлоду
с каменным выражением.
- Насколько я понимаю, вы должны ей деньги.
Такой вариант весьма позабавил Лассаля.
- Возможно, вы правы. - Выражение его лица тоже оставалось непроницаемым, но в
глазах стоял смех. - Или, может быть, она моя бывшая любовница?
- Думаю, такая вероятность тоже есть. - Джорджия изо всех сил старалась не
измениться в лице, словно ей не было дела до того, какое объяснение окажется верным. -
Мне кажется, у вас повсюду есть бывшие подружки, склонные посылать вам подобные
взгляды.
- Ваша правда.
- Вы по крайней мере не отрекаетесь.
- Конечно, нет. Признаю, что брать в долг - один из моих грехов. - Жан-Клод
улыбнулся. - Ведь говорят, что признание грехов - уже искупление вины.
Можно подумать, он заботится об искуплении! Это же смешно! Ни малейшей, хотя бы
мимолетной тени раскаяния не коснулось его совершенного лица. Скорее наоборот. Его
явно позабавили обвинения Джорджии. Она сильно ошиблась, решив утром, что Лассаль,
возможно, вовсе не волокита. Он типичный донжуан.
Теперь, когда девушка ясно это поняла, о глупых мечтах насчет возможного
романтического вечера не могло быть и речи. Ничего не получится. Ничего. Она вернется
к своей прежней политике сохранения дистанции между ними. Единственно возможными
отношениями с Жан-Клодом могут быть только чисто деловые.
Именно о деле Джорджия должна думать в данный момент. Она бросила на спутника
мимолетный взгляд и круто изменила тему разговора:
- Итак, коллега Дюваля... тот, в ресторане... Как вы думаете, он заметил нас?
- Не могу ничего утверждать. Но в любом случае не стоит придавать этому слишком
большое значение. Как я уже говорил, он, возможно, не поймет, кто вы. Нам остается
лишь скрестить пальцы, надеясь, что ничего не случится.
Джорджия кивнула. Она до сих пор пребывала в смятении, не поверив полностью в
версию Лассаля. Хотя, если предположить, что он не соврал, ясно одно - Жан-Клод
воспринимает Дюваля крайне серьезно. Одно это давало девушке надежду на то, что он не
подведет ее.
Джорджия отвернулась и смотрела в окно, пока машина пробиралась по забитым
улицам, что было обычно для времени ланча. Конечно, она надеялась, что Лассаль
окажется на высоте и кое в чем другом, но девушка пыталась не задерживаться на
подобных мыслях. Ей было ненавистно само предположение о том, что Жан-Клод - один
из тех мужчин, которые позорно сбегают от бывших любовниц. С другой стороны, почему
ее это должно волновать? Разве что-то можно изменить? Похоже, Джорджия начала
забывать, что Лассаль должен интересовать ее из чисто деловых побуждений!
Как бы не так! Мысли девушки снова вернулись к женщине из ресторана. На самом ли
деле она бывшая любовница Жан-Клода, как он намекал? Это в корне меняло
первоначальное впечатление, сложившееся у нее.
Ведь это она предположила существование подружки. Но нынешней, а не бывшей.
Если "бывшая", это полностью меняет всю ситуацию.
Впрочем, это касается ее меньше всего. Все равно, Лассаль бесстыдно использует
женщин, и она ничего не сможет изменить.
Ничего.
Абсолютно ничего.
Запомни это, Джорджия.
- Ну, как ты справляешься? Надеюсь, проблем не возникает?
- Не волнуйся. Все в порядке. Дела идут как часы. - Голос Кэй звучал ясно и уверенно,
впрочем, как всегда. - А у тебя как? Выяснилось что нибудь насчет пропажи?
В Париже было полседьмого, и Джорджия только что вернулась в квартиру Лассаля.
Он оставил ее в такси, сказав, что ему нужно еще кое-куда заскочить, но пообещал
вернуться около восьми, как раз к назначенному ужину.
Это вполне устроило девушку, которая хотела связаться с Кэй до закрытия магазина, а
уж вернется ли Жан-Клод вовремя или нет, ее не волновало. Его планы на вечер больше
не казались Джорджии столь привлекательными. Между прочим, по возвращении Лассаля
она сможет сказать, что не хочет никуда выходить.
Но об этом она еще успеет подумать. А пока девушка отвечала на вопрос Кэй.
- У нас есть доказательства, что Дюваль, по видимому, вступал в контакт с
грузоотправителями. - Об этом они узнали днем на встрече с другом Лассаля. - Похоже,
что куча денег переходила из рук в руки, чтобы груз исчез, но это пока все, что удалось
выяснить.
- Тем не менее он намерен найти пропажу? Я чувствую это интуитивно. Ты знаешь, я
сразу поняла, что этот парень - то, что надо.
- Ну, я думаю, ты абсолютно права. Я уверена, что Лассаль найдет исчезнувший товар. -
В этом вопросе Джорджия ему полностью доверяла. Если уж кто-нибудь ей и поможет,
так это он. - Но тем не менее я не согласна, что Жан-Клод то, что надо.
- Почему? Ради Бога, что он тебе сделал? Ну же! Мне-то ты можешь рассказать.
Джорджия рассмеялась.
- Он не сделал мне ничего плохого и не собирается делать. Просто Лассаль - донжуан.
И я не намерена поддаваться его чарам.
На другом конце линии раздалось оханье.
- Какая жуткая потеря! Ему следовало пригласить в Париж меня. И уж поверь мне, я не
теряла бы время даром.
- Как тебе не стыдно! - Джорджия развеселилась. - Я передам твои слова Эдди. - Она,
конечно, понимала, что Кэй шутила. Уж как для кого, а для Кэй существовал лишь одинединственный
мужчина. - Тем не менее, - продолжала Джорджия, - я не задержусь.
Позвоню, когда буду выезжать. Думаю, это случится скоро. Ты же знаешь, я не люблю
бросать тебя одну.
- Не сходи с ума, я прекрасно справляюсь, тем более завтра придет Дора. - Дора была
субботней сменщицей, и в магазине ее ценили на вес золота. - Так что, ради Бога,
расслабься, - буквально приказала Кэй, - и наслаждайся свободой. Ты же в Париже вместе
с божественно-сексуальным французом.
Положив трубку, Джорджия улыбнулась. В общем-то она и не сомневалась, что Кэй
справится, та всегда прекрасно обходилась одна во время частых поездок Джорджии,
связанных с закупкой товара. Но все же слова Кэй принесли огромное облегчение.
А может быть, она и впрямь чересчур серьезно отнеслась ко всему, что касалось
Лассаля? "Расслабься и наслаждайся свободой" вдруг показалось отличным советом. Кэй
права. Она находилась в Париже с самым сексуальным французом. Почему, в конце
концов, она такая недотрога? Расслабиться и отдохнуть с ним - это вовсе не
сумасшествие, ведь она не собирается прыгнуть в постель к первому встречному мужчине!
Разве она не может немного развлечься с Жан-Клодом?
Лассаль вернулся раньше, чем ожидала Джорджия. Вскоре после того, как часы
пробили полвосьмого, в дверь ее спальни постучали.
- Все в порядке? - раздался голос из коридора. - За полчаса вы будете готовы?
Девушка только что вышла из-под душа, обернув мокрые волосы полотенцем.
- Все отлично, - ответила она. - Полчаса мне хватит.
Открывая гардероб, Джорджия улыбалась во весь рот. К собственному удивлению,
девушка ждала этог
...Закладка в соц.сетях
