Жанр: Любовные романы
Звездное качество
...з его жизни. Тогда они с Питером смогут
начать новую жизнь. Быть с Питером стоило больше, чем сто тысяч долларов.
Джейм укладывал свои вещи, как и обещал Дэниэлу. У него не было причин не
делать этого. Он знал, что Дэниэл ему заплатит. Но Дэниэл думает, что больше
его не увидит. Он ошибается. Увидит. Пока колодец Дэниэла будет полным, он
будет возвращаться снова и снова. До тех пор, пока колодец не иссякнет. А
затем Джейм обдумает свою месть.
— Удивляешься, почему я захотела увидеть тебя? — спросила
Габриэль, холодно глядя на мужчину, который пытался убить ее.- Позволь мне
вытащить тебя из твоего несчастья. Я не злопамятна, к счастью для тебя. Мои
требования просты. Дай мне то, что я хочу, и у нас не будет проблем. Иначе
ты окажешься за решеткой.
Марк Бауэр покрылся холодным потом. Страх на его лице проступал все
отчетливее с каждым словом, произнесенным Габриэль, в его памяти
воспроизводилась ночь, когда он пытался задушить ее.
...Этого Марку было больше, чем достаточно. Последний разговор с Габриэль
переполнил чашу его терпения. Его тошнило от этих Фонтано и их требований.
Пол Фонтано держал его за ребра, а теперь Габриэль вцепилась, словно клещ.
Его мутило от мысли плясать под их дудку.
При первой же возможности он стремительно понесся в дамскую комнату, где,
как он заметил, исчезла Габриэль после столкновения с Хизер. Он обнаружил ее
кашляющей и растирающей горло. Она бросила на него сердитый, мрачный взгляд.
— Похоже, в этот вечер у меня одни неприятности. Чего ты хочешь?
— Что ты сказала Хизер? — он услышал только две убийственные
фразы, которыми они обменялись, и мог представить, что ей наговорила
Габриэль, чтобы привести Хизер в ярость.- Если ты что-нибудь сделала, чтобы
подвергнуть опасности мой фильм... — Ты, наверное, имеешь в виду наш
фильм? — Ты никогда с этим не примиришься? — закричал он,
расходясь не на шутку.- Выбрось это из своей дубиноголовой башки! Ты не
будешь сниматься в "Долгой дороге домой"! — Тогда и тебя там не будет.
После того, как я сообщу отцу ход событий в моей интерпретации о том, что
было между нами, ты не только не будешь работать над этим фильмом, но и
покинешь этот город. — Ты не посмеешь этого сделать! — Хочешь
поспорить?
Марк понял, что Габриэль говорила серьезно. По ее словам было видно, что она
не шутит. — Может быть, я где-то был неправ,- поспешно начал он.-
Возможно, я найду для тебя небольшую роль. — Я хочу роль Оливии.
— Габриэль, поверь мне,- умолял он.- Оливия не твоя роль, по крайней
мере сейчас. Тебе необходимо... Она перебила его. — Я хочу роль
Оливии. — Габриэль, пожалуйста,- он в отчаянии схватился за голову.-
Будь благоразумна. — Я хочу роль! — Ты не можешь ее иметь!
— закричал он, его терпение кончилось.- Я никак не могу позволить,
чтобы такая бездарная актриса, как ты, погубила мою картину! — В таком
случае, распрощайся со своей карьерой в кино,- прошипела она, и в ее глазах
промелькнул садистский блеск.- Сегодня твой последний вечер в Тинзельтауне.
Я бы на твоем месте выбралась отсюда и наслаждалась, пока еще есть такая
возможность.
Марк схватил ее, когда она собралась уходить. — Ты не можешь так
поступить со мной!
Все годы тяжелой работы были напрасны. Как только Габриэль выйдет из этой
комнаты, все будет кончено. Он знал, что она выполнит свое обещание. И не
мог представить, что больше никогда не поставит ни одного фильма, не будет
заниматься любимой работой, тем, чем он только и жил. — Убери от меня
руки,- приказала она. — Нет, Габриэль, ты должна выслушать меня.
— У тебя был шанс, но ты упустил его,- она освободилась. — Нет.
Я не позволю этого тебе! Не позволю! — закричал он, набрасываясь на
нее сзади. Схватив ее за горло, он сжал его изо всех сил...
Губы Марка нервно подергивались. — Габриэль, поверь, я не собирался
задушить тебя. Ты просто зашла слишком далеко. — Все, что бы ты ни
говорил, тебе не поможет,- за это сажают за решетку. — Да,- честно
признал он. Он знал, что его слова звучали глупо, но правдиво. Но он не был
насильником и не собирался задушить Габриэль. Воспоминания о лежащей у его
ног Габриэль заставляли Марка мучиться неделями. Его совесть не позволяла
забыть содеянное им. Он перестал спать ночами. Только съемки "Долгой дороги
домой" на время дали ему возможность отойти от адских пыток, вытеснить
Габриэль из головы. — Прибереги свои речи, давай перейдем к делу.
У Марка сжались кулаки. Он старался подавить нарастающую вспышку гнева. Она
начинала все сначала! Единственное, что облегчало его совесть, это то, что
вина в случившемся была не только на нем. Габриэль вызвала это насилие своим
поведением. Было похоже, что все проигрывается снова. Он не должен потерять
над собой контроль. Слишком большой была ставка. — Во что мне
обойдется это? — Не будь таким подозрительным,- бранилась она.- Все,
что мне нужно,это карьера в кино. — Ты получишь главную роль в моем
следующем фильме. Она твоя,- сказал он не колеблясь. Конечно, он не ожидал,
что она справится со своим первым фильмом. В печати будет едкая критика.
Может, это ее немножко остановит.Что еще? — С этим все ясно,-
промурлыкала она,- но мне нужна твоя помощь, чтобы свести старые счеты.
— С кем? — С Хизер Маккол,- произнесла она, и ее темные глаза
наполнились гневом.- И ты сделаешь все в точности, что я тебе скажу.
Глава ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ
Должно быть, она сошла с ума.
Лаура не могла поверить в то, что ушла от Дрю из-за Нико. Когда это все
кончится? Когда ее жизнь вернется в нормальное русло?
Совсем ненадолго, когда ей было так хорошо, она уже почти обрела эту жизнь.
Почти. А затем выбросила все напрочь, думая, что легко начнет все сначала.
Но это оказалось не так-то просто.
Она вернулась в Нью-Йорк, но забыть Дрю не могла. Сердце ее все еще болело
при каждом воспоминании о нем, когда она уходила. Она не могла забыть, что
чувствовала, когда была рядом с ним: для него она была особенной, любимой.
Рядом с ним она чувствовала себя в безопасности.
Сколько раз ей хотелось взять трубку и позвонить ему, только чтобы услышать
звук его голоса, только узнать, все ли у него в порядке.
Но звонка будет недостаточно. Ей захочется поговорить с ним, а затем и
увидеть его, прикоснуться к нему и снова заниматься с ним любовью; чтобы
было еще одно воспоминание, которое она всегда будет лелеять.
Все дело заключалось именно в этом, как только она начинала думать о нем.
Но это, в свою очередь, кое-что значило. Она колебалась, сомневалась,
правильно ли поступит, если позвонит. Разум подсказывал ей, что не надо
пытаться, предостерегал не звонить, говорил ей снова и снова, что она
правильно поступила, бросив Дрю. Но сердце не соглашалось с ним. Говорило
ей, чтобы она позвонила. Одобряло ее желание сделать это. Сеяло в душе
надежду. Убеждало, чтобы она верила в любовь Дрю. Бели она будет верить, это
поможет ей справиться с любыми невзгодами.
Выхода не было. Она пыталась примириться со своей нынешней жизнью... Все
начать сначала без Дрю. Но была не в состоянии это сделать. Она не могла без
него жить. И только надеялась, что еще не слишком поздно.
Лаура подошла к авиа-кассе, поставив свои чемоданы. — Будьте добры,
один билет до Лос-Анджелеса.
Нико ногой открыл дверь квартиры Лауры в Нью-Йорке и стремительно вошел
внутрь.
Его глаза шарили везде. Он искал Лауру, заходя во все комнаты, надеясь найти
хотя бы малейший признак ее присутствия. Ему хотелось застать ее прячущейся
в кладовке или забившейся в угол, старающейся, чтобы ее не заметили. Ему
хотелось найти ее и посмотреть, как она будет дрожать от страха, прежде чем
получит наказание, которое заслужила. Так, как было раньше.
Но все вокруг дышало спокойствием и тишиной.
Ее здесь не было. Похоже, что она и не собиралась сюда возвращаться,нигде
никаких признаков: ни ее одежды, ни туалетных принадлежностей, ничего, что
бы ей принадлежало, ни в ванной, ни в спальне.
Нико издал гортанный крик: неудовлетворенная ярость клокотала в нем. Где
могла быть эта негодяйка? Она всегда ускользала от него на один шаг. На один
шаг! Все равно, он найдет ее. У него уйма времени.
Когда Габриэль пришла в себя, она сказала отцу, что ей не нужен
телохранитель. По приказу Пола его освободили вместе с другим
телохранителем, который спал в ту ночь, когда был отключен аппарат, и Нико
пошел своей дорогой.
Свою работу Нико выполнял четко и аккуратно, подслушивал разговоры, прячась
на заднем сидении машины одного молодого парня.
Осматривая прежнюю квартиру Лауры, он заметил записную книжку у телефона.
Пролистав ее, он схватил карандаш и что-то написал на чистом листке. Это
была ценная находка.
По его лицу расплылась улыбка. Ура! Он знал, куда она отправилась.
Пора было возвращаться в Тинзельтаун.
Келли находилась в своей костюмерной, заставляя себя сконцентрировать
внимание на сценарии. Ей и раньше было нелегко запоминать свои слова. Но
теперь она пропускала реплики. Приходилось все переделывать. То, что раньше
так хорошо шло, теперь становилось особенно трудным. Она не только делала
ошибки, но и часто становилась причиной задержек в съемках, к большому
неудовольствию продюсеров и режиссера.
Келли знала, почему у нее возникли эти трудности. Ответ был очевиден: из-за
Дианы.
С того самого дня, как ее мать сделала все, что было в ее власти, чтобы
получить главную роль в "Вспышках страсти", все, кто оказался задействован с
ней, должны были выпрыгивать из себя, чтобы доставить ей удовольствие! Келли
оставалось только беспомощно наблюдать за всем этим, как это всегда и было.
Она уже не чувствовала себя полноправной актрисой. Она снова оказалась в
тени своей матери, теряя внимание, которое раньше доставалось ей.
С самого начала она знала, что так и будет, но старалась не обращать
внимания. В конце концов, она и так жила в тени всю свою жизнь. Ее, отнюдь,
не привел в восторг тот факт, что мать включили в актерский состав шоу.
Келли ничего не могла поделать, ну, если только уволиться. Но она не сделает
этого. Она полюбила свою работу к этому времени и думала, что сможет
противостоять Диане шесть месяцев, пока шоу будет сниматься.
Но затем объявили о продолжении сценария.
Тот покой, который наступил после окончания съемок "Долгой дороги домой",
закончился. Бульварные газеты снова начали печатать подробности их жизни.
Каждую неделю появлялась новая статья о ней, Грэхэме и ее матери. И,
конечно, это сказывалось на ее игре в шоу.
В результате, из-за присутствия Дианы в мыльной опере, в отношениях Келли и
Грэхэма появилась напряженность.
Келли отложила сценарий, решив немного отвлечься, и включила телевизор. К ее
удивлению, на экране она увидела лицо матери, принимавшей участие в дневном
шоу.
Ее удивление взяло верх над гневом, и она включила звук.
Келли выскочила из своей костюмерной и стремительно побежала к Диане. Даже
не постучав, она ворвалась к ней, напугав парикмахера, делавшего Диане
прическу. — Мама, мне нужно поговорить с тобой,- требовательно сказала
она. — Я слушаю.- Диана продолжала смотреть журнал "Вог", который она
регулярно читала. — Нам надо поговорить наедине. Парикмахер быстро
исчез, но Диана продолжала читать. — Давай по быстрому, Келли. Нам
нужно быть на съемках через двадцать минут. — Посмотри на меня, мама.
— Дорогая, я не могу делать два дела одновременно. — Посмотри на
меня! — закричала Келли. Диана медленно закрыла журнал, повернувшись к
Келли с коварной улыбкой. — Что-нибудь произошло? — Ты сама это
знаешь, мама. Я хочу, чтобы это прекратилось. Меня уже от этого тошнит,
тошнит! Я знаю, что ты любишь популярность, но мне она не нужна. Я хочу,
чтобы ты прекратила эти игры! — О чем ты? — невинно спросила
Диана. — Я только что посмотрела дневное шоу, мама. И, как обычно, ты
рекламируешь свои отношения с Грэхэмом. — И из-за этого ты так
кричишь? — Не надо играть со мной в эти игры, мама! — ругалась
Келли.- Мы с Грэхэмом хотим, чтобы это все закончилось. Мы по горло сыты
твоими двусмысленными намеками и хотим, чтобы ты прекратила свои игры!
— Я играю только со средствами информации. — Ты разрушаешь наши
жизни! — Не надо мелодрамы, мой ангел. Мы не на съемках.
Келли задыхалась от возмущения. — Прекрати это, мама, прекрати!
— Не диктуй, что мне делать, Келли,- приказала Диана. Ее голос стал
жестким. У нее не было настроения заигрывать больше с Келли.- Если вы с
Грэхэмом не хотите, чтобы распространялись слухи, ради бога, я приглашаю вас
высказать свою точку зрения. — Ты знаешь, что мы не можем этого
сделать. Не имеет и не будет иметь значения, что мы скажем. Средства массой
информации безумствуют по этому поводу. — Тогда мой совет —
подождите, пока все само собой не затихнет. — Ты знаешь, что этого не
будет. Мама, ты должна сделать что-нибудь! — Что бы ты хотела от меня,
Келли? — спросила Диана хрипло.- Загнать мою карьеру в тупик, потому
что не можешь переносить внешнего давления? Это часть нашего бизнеса,
дорогая, и лучше к этому привыкнуть. Неужели ты не можешь отбросить это? А я
могу. Я актриса. Часть моей работы заключается в том, чтобы быть все время
на виду, чтобы меня не забыла публика. И позволь напомнить тебе, Келли, у
меня был роман с твоим мужем.
Келли вспыхнула. — Позволь и мне напомнить, что твой роман с моим
мужем закончился. — Да, но публика так заинтригована фактом, что у нас
был один мужчина. Поэтому им хочется знать все. Ты знаешь, что один ведущий
спросил меня на телешоу,- кого Грэхэм предпочитает в постели? Скажи мне,
родная, он тебе это говорил?
Келли не отреагировала на эти слова, будучи больше не в состоянии слушать
эту чепуху. — Хватит, мама,- предупредила она,- хватит. — Когда
возникает эта тема, едва ли я могу уклоняться от нее,- сказала Диана,
поднимаясь со стула и взбивая волосы, она разглядывала себя в зеркале.- Ну,
в любом случае, хватит об этом. Мне нужно сыграть сцену. Мы с твоим мужем
сегодня в постели,- глаза Дианы мстительно блеснули, встретившись с глазами
Келли.- Меня это очень развлекает. Забавно, не так ли, когда искусство
имитирует жизнь?
Габриэль обдумывала свой следующий шаг, уединившись в отеле на Беверли Хиллз
в двуспальном номере и отпустив своего телохранителя, несмотря на то, что
отец настаивал, чтобы он всегда был при ней. Но она самостоятельный и
взрослый человек и может прекрасно позаботиться о себе сама. На самом деле,
ее жизни ничего не угрожало. Хотя и не так уж плохо, что отец постоянно
трясся над ней. Кроме того, ей вовсе не хотелось, чтобы кто-нибудь
докладывал отцу о ее жизни.
Надев цельный красный купальный костюм и стянув темные волосы в узел,
Габриэль шла к бассейну позагорать, потягивая из бокала колу. Она удобно
устроилась в шезлонге и раскрыла сценарий, который принесла Грейс.
Перевернув последнюю страницу, она закончила читать и на некоторое время
застыла в шезлонге, крепко вцепившись в сценарий. Ее охватило волнение. Это
было именно то, что ей нужно. Этот сценарий сделает ее звездой.
Она немедленно позвонила Грейс.
Грейс приехала ровно через час. — Сценарий баснословный,- заявила ей
Габриэль. Довольная улыбка заиграла на губах Грейс. — Я так и думала,
что он тебе понравится. — Понравится? Да я влюблена в него!
Грейс уселась на стул напротив шезлонга Габриэль. — Ты будешь любить
еще больше, если я скажу, кто написал его. — Кто же? — Харрисон.
Габриэль удивленно заморгала ресницами. — Ты шутишь? — Нет. По
крайней мере, в Голливуде считают, что Харрисон Моор является единственным
автором "Опасных людей".
Габриэль, уловив горечь в словах Грейс, изменила позу, подавшись из шезлонга
навстречу Грейс. — О, ты меня интригуешь. Продолжай дальше,- торопила
она. — Не собираюсь утомлять тебя долгим рассказом. Единственное, чего
я хочу,- как следует прижать Харрирона. Этот негодяй думает, что достиг
вершин. Мне хочется увидеть его на коленях, и я подумала, что такой вариант
заинтересует тебя. — Еще как, Грейс! Ты правильно рассуждаешь. И даже
больше, мне очень нравится идея прижать Харрисона. Как ты относишься к тому,
чтобы вернуться ко мне на работу? Первое, что ты сделаешь,- расскажешь мне
все, что знаешь о сценарии "Опасные люди". Слишком много времени я была
оторвана от происходивших событий, но теперь снова готова взяться за дело.-
Габриэль взяла сценарий.- Это мое ружье, и я собираюсь убить им много
зайцев.
— Питер, помоги! — завопила Хизер, вбежав в бар на Ники Блейер.
— Что случилось на этот раз? — вздохнул он. — Я так
запуталась. Просто не знаю, что делать,- она глотнула шабли, которое ей
заказал Питер, и в возбуждении покачала головой: — Нет, что ни
говори, но это сумасшедший город. "Плейбой" хочет, чтобы я заключила с ними
контракт и предлагает пятьсот тысяч долларов. — Неплохо дня начала,-
присвистнул Питер. — Да я и сама это знаю, Питер! Что мне делать?
Подскажи. — А ты сама чего хочешь? Решение зависит от тебя, как ты
сама к этому отнесешься. — О, я не против! — поспешно сообщила
Хизер.- Господи, такие деньги! Пятьсот тысяч долларов! И все это мне одной,
я могу в них купаться.- Но она тут же засомневалась.- А что будет с моей
карьерой? Вдруг помешает? — Ким Бэсинжер не помешало. — Хороший
ответ, Питер,- вдохновилась Хизер.- Очень хороший. Но я все же не совсем
уверена. — Послушай, все, что делает "Плейбой",- всегда на хорошем
уровне. Ты будешь работать с известной компанией. Джеки Коллинз, Шерелин
Фен и Джоан Северанс — все они позировали. И потом, почему бы тебе
немножко не подразнить компанию? Скажи, что пока еще не — нашла такой
возможности и имеешь кое-какие сомнения. У тебя есть гарантия, что их
предложение будет оставаться открытым. Они даже могут увеличить сумму
гонорара. — Ты прав. Я пока воздержусь. Ну, а теперь хватит слушать
мою болтовню. Ты что-то хотел обсудить со мной?
Питер глубоко вздохнул. — Дэниэл хочет, чтобы мы с ним съехались.
— Ну, и что ты ему сказал? — Что мне нужно немного времени.
Хизер задумчиво крутила свой бокал с шабли. — Питер, я хочу задать
тебе такой же вопрос, какой ты задал мне: чего ты хочешь? — Я хочу
съехаться с ним. Мы будем всем говорить, что я его новый ассистент, Хизер. Я
волнуюсь за него и хочу быть с ним. Ты даже не представляешь, как я этого
хочу, но боюсь.
Хизер уверенно сказала: — Не бойся. Ради хороших вещей стоит
рисковать. На лице Питера выражение надежды и уверенности сменялось
нерешительностью. — У меня такое чувство, что я меняю один мир на
другой, и не знаю, готов ли я совершить это. — Ты ничем не жертвуешь,-
твердо сказала Хизер.- Помни, у вас всегда есть, что сказать по этому
поводу. Ты можешь этим пользоваться. А я всегда буду рядом, Питер. Даже не
знаю, что бы я делала без тебя. Ты стал моим лучшим другом.
Питер поцеловал Хизер в щеку. — А ты моим. Благодарю за то, что
выслушала меня.
Глава ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ
Лаура устала. Она отправилась из аэропорта прямо домой к Дрю, где прождала
его шесть часов. Убедившись, что он не вернется вечером домой, она оставила
записку в его почтовом ящике и поймала такси, чтобы снова вернуться в дом,
который снимала до своего отъезда.
Когда такси подвезло ее к дому, она с трудом вытащила свои чемоданы и стала
искать ключи. Ей хотелось как можно скорее упасть в постель и крепко уснуть,
чтобы когда она открыла глаза, уже наступило завтра. Она не могла дождаться,
когда снова увидит Дрю.
Уронив тяжелые чемоданы, Лаура вставила ключ и открыла дверь. Втащив свой
багаж, она захлопнула дверь. Пробираясь в темноте, прошла к спальне, ругая
себя, что не включила свет. Зайдя в спальню, она повернула выключатель и,
потрясенная, застыла на месте — на нее смотрел Нико Росси.
С закатанными рукавами рубашки, играя мускулами, он поднимался с кровати с
жестокой, неприятной улыбкой на лице. В его правой руке блеснул тяжелый
кастет. — Лаура, бейби,- с ухмылкой сказал он.- Почему ты стоишь?
Неужели не можешь хоть как-то поприветствовать своего любимого мужа?
— Эсмеральда! — кричала Диана.- Эсмеральда, иди сюда сию же
минуту!
Служанка-мексиканка поднималась по лестнице, чтобы ответить своей хозяйке.
— Да, миссис Хэллоуэй?
Диана показала на пыльные коробки, в беспорядке сваленные в ее безупречно
чистой спальне. — Что они здесь делают? — Экстерминатор
обрабатывал от насекомых кладовку и передвинул сюда эти коробки. Я забыла
перенести их в одну из свободных комнат. — Но теперь уже поздно делать
это! — ругалась Диана.- Приготовь для меня одну из комнат для гостей.
Я не могу спать среди такой пыли. Побеспокойся, чтобы к утру моя спальня
была готова. — Да, миссис Хэллоуэй,- с готовностью ответила служанка,
с облегчением подумав, что хорошо отделалась.
Идя следом за служанкой, Диана нечаянно зацепила ногой одну из пыльных
коробок. Скотч, которым была скреплена коробка, порвался, и содержимое
высыпалось на ковер. — Проклятье! — Диана согнулась, становясь
на колени. Эсмеральда присоединилась к ней. Когда Диана увидела, что
вывалилось, она оттолкнула женщину. — Я справлюсь с этим сама, Эсмеральда,-
приказала она осевшим голосом.А ты приготовь мне комнату.
Когда Эсмеральда ушла, Диана погладила пальцами предметы, которые не видела
много лет... Она забыла о них, задвинув свои воспоминания в отдаленные
уголки памяти, и теперь с любовью прикасалась к крошечным платьицам,
отороченным рюшами и кружевом, мягким одеяльцем, обшитым лентами, пинеткам и
погремушкам, серебряной расческе, щетке для волос, которую купила, когда
узнала, что беременна.
Слезы застилали ей глаза, когда она дотрагивалась до них и держала в руках,
перед тем как положить в ящик.
Поверх одеяльца лежала фотография Эдама, обрамленная в рамку, на которой он
держал маленькую Келли. Диана взяла ее и стала рассматривать лицо мужчины,
которого любила всем сердцем. До тех пор, пока он не предал ее. —
Почему, Эдам? Почему все так случилось? — и тут же нашла ответ в
вырезке из газет, выпавшей из коробки и валявшейся на полу,- подробности
гибели Айрис Ларсон, утонувшей в своем бассейне. Боль Дианы перешла в
яростный гнев при виде пожелтевшего клочка газеты.- Сука! Думала, что все
получишь, но у тебя ничего не вышло! Ты пыталась забрать то, что было моим
по праву, но я не позволила этого тебе. Я забрала все назад! И заставила
тебя заплатить. Так же, как и Эдама!
Диана с ненавистью смотрела на фотографию в рамке, которую держала в руках,
затем с силой швырнула ее об стену, разбив ее вдребезги, на мелкие кусочки.
— Так же я заставлю заплатить и Келли.
— В чем дело, Лаура? Ты, что, потеряла дар речи,- издевался Нико.
— Что ты тут делаешь? — прошептала она, парализованная страхом.
Он хмыкнул. — Что за вопрос? Я пришел повидать тебя.
Лаура давно уже не испытывала подобного страха. Ни разу после того, как
последний раз видела Нико. Ноги ее не слушались. Она не могла дышать. Не
могла ни о чем думать. Единственное, на что она была способна
сейчас,подумать, как перенести приближающуюся боль: ее глаза смотрели на
кастет в руке подходившего Нико.
Он поднес кастет к ее щеке. Она вся сжалась и закрыла глаза. — Не бей
меня,- прошептала она.- Пожалуйста, не бей меня. — Но, Лаура, ты была
такой плохой девочкой,- с упреком сказал он и стал медленно водить кастетом
вверх и вниз по ее щеке.- Отказалась дать мне алиби, когда полиция
допрашивала тебя о том, где я был в ночь угона машины, затем подала на
развод, когда я оказался за решеткой. Это очень плохо. Ты все еще
принадлежишь мне. — Я не принадлежу тебе! — вырвалось у нее
решительно, и она, сама удивилась своей смелости. — Нет! — Нико
схватил ее спереди за блузку.- Кому же ты тогда принадлежишь? — он
тряхнул ее мстительно.- С какой кинозвездой ты трахалась?
У Лауры расширились глаза, а Нико злорадно расхохотался. — Я знаю о
нем все. Я многое узнал, идя за тобой по следу.
Она вновь набралась смелости. — Я не принадлежу тебе, Нико. Я не
принадлежу никому,- она глубоко вздохнула.- И никого не люблю,- поспешно
заявила она. — Но было время, ты любила, не так ли, Лаура? — его
губы касались ее шеи.- Ведь это было? Ты обещала любить, уважать и
повиноваться мне.
Ее раздражали его прикосновения, но она старалась не показать этого, чтобы
не разозлить его. — Когда-то, да,- честно призналась она, вспоминая
время,
...Закладка в соц.сетях
