Жанр: Любовные романы

Преступный викинг

сторінка №21

азать Эйрику, чтобы убедить его, она просто протянула ему брошь.
Он жестом пригласил Рейн занять единственный в комнате стул, а сам сел на постель и вытянул длинные ноги. Сняв с
плеча свою брошь, отчего с него упала отороченная мехом накидка, он долго сравнивал обе броши. Рейн показалось, что она
увидела глубоко запрятанное страдание в его светлых голубых глазах.
Наконец он посмотрел на нее.
- Рассказывай, - хрипло потребовал он.
. Когда она закончила свою неправдоподобную историю, он сказал:
- Я не верил Руби, когда она говорила о своей жизни в будущем, и не верю тебе.
Рейн отмахнулась.
- Руби - моя мать. А что ты думаешь о другом времени или о другой стране - это сейчас не важно. Сейчас важно
освободить Селика. Ты мне поможешь? Ты видел его?
- Только что,- сказал он, устало потерев затылок. - И, увы, я не могу ему помочь. Я уже пробовал. Селик слишком
сильно разозлил Ательстана. Король не пойдет на попятную.
Рейн не смогла сдержать глухой стон. Она задрожала от охватившего ее ужаса, и ей захотелось забраться под меха на
постели Эйрика и долго-долго спать. А потом проснуться в объятиях Селика, словно все это лишь кошмарный сон.
- Возможно, если я поговорю с королем, то смогу убедить его.
Эйрик с недоверием поглядел на нее.
- Нет.
- Но я слышала, Ательстану нужны хорошие лекари. А я хирург, Эйрик, и хороший. Я умею творить такие чудеса, о
которых он и не мечтал. Если ему рассказать о них и кое-что показать, может быть...
- Ты лекарь? Правда? - Эйрик от изумления открыл рот.
Рейн кивнула.
- Я закончила колледж, когда мне было двадцать лет, и четыре года училась в медицинской школе. У меня довольно
высокий коэффициент умственного развития,- сказала она, смущенно пожав плечами.- Потом я два года прослужила в
армейском госпитале, чтобы заплатить за обучение в колледже, прежде чем стала хирургом. Я помогала в больнице в
Йорвике, но, поверь мне, я знаю намного больше тамошних лекарей.
- Хвастаешь? - ухмыльнулся Эйрик.
- Нет, храбрюсь от отчаяния.
- Может быть, ты привираешь от отчаяния?
- Я не лгу,- простонала она.- Ну что мне сказать, чтобы ты мне поверил? Дай подумать. В моем времени мы
можем искусственно оплодотворить женщину, которая сама неспособна к зачатию. Мы можем заново пришить конечность,
которая была полностью оторвана. Можем сделать пересадку сердца или почки. Всем детям делают прививки против оспы
и...
- Довольно!- сказал он, поднимая обе руки.- Король может заинтересоваться твоими рассказами о чудесной
стране, даже если в них нет ни слова правды. Другое дело - отменит ли он свой приговор. Не стоит слишком надеяться.
- Отведи меня к королю, - попросила она. - Об остальном я сама позабочусь.
Эйрик кивнул и недоуменно покачал головой.
- Сестра? Мне еще надо к этому привыкнуть.
Он встал и, поколебавшись, раскрыл ей объятия.
- Попозже ты мне расскажешь про этого Эдди, моего близнеца. Не сомневаюсь, он был ослепительно красив и очень
отважен.- И он надулся как индюк.
Рейн шмыгнула носом.
- Да. И очень самонадеян.
Внезапно она переменила тему и спросила дрогнувшим голосом:
- Могу я повидать Селика?
Эйрик неопределенно пожал плечами.
- Я посмотрю, что могу сделать. Но, Рейн... Я не уверен, что Селик захочет тебя видеть.
- Почему?
Он скривился, но сделал попытку отшутиться.
- Он сейчас не так красив.
Она прижала руку к груди и на мгновение закрыла глаза, чтобы собраться с силами. Потом она посмотрела прямо в
глаза Эйрику.
- Ради Бога, Эйрик, я врач. Он сильно изувечен?
- Смертельных ран нет, насколько я понял. Но... В общем, на нем нет живого места. Избит он и переломан страшно.
- Переломан? - ужаснулась Рейн.
Он кивнул.
- Рука, ребра... О Рейн, не знаю. Я только сегодня вернулся из Нормандии и видел его совсем недолго.
Рейн подняла голову. Кто-то должен заплатить за муки Селика. Только теперь она начинала понимать, что нет ничего
опаснее, как быть формальным пацифистом. Но сейчас главное - освободить Селика.
- Сейчас ты должен договориться об аудиенции. У нас нет времени. И посмотри, может быть, ты найдешь что-нибудь
- бинты, мази, короче говоря, бери все.
- Сначала тебе надо вымыться и сменить наряд. Король не захочет принять тебя в таком виде.
Он усмехнулся, когда она пихнула его с притворной досадой.
Немного позже, когда Рейн уже вымылась и переоделась в принесенную Эйриком прекрасную шелковую тунику с
поясом цвета темного янтаря, она сидела на стуле и, сжав руки, внимательно слушала рассказ Эйрика о его встрече с королем
Ательстаном.
- Король удостоит тебя аудиенцией завтра, но она будет короткой. Имей в виду, Ательстан в ярости из-за множества
убитых Селиком саксов, и он счастлив, что наконец схватил Изгоя. Почти невозможно смягчить его.
Рейн с трудом проглотила слюну. Я еще поговорю с Тобой об этом, Господи. Не сомневайся.
- И я могу увидеть Селика?
Эйрик кивнул.
- Когда?
Он протянул ей руку.
- Сейчас.

Они вышли из замка, пересекли двор и оказались в подземелье. Наверху располагался военный гарнизон, а внизу была
тюрьма. Рейн поняла, что это та же самая сырая темница, в которой она провела почти целые сутки. Ночью в свете факелов
она выглядела ничуть не лучше, чем днем. И вонь стояла такая же. А вопли и стоны, казалось, даже стали громче.
Несмотря на предупреждения Эйрика, несмотря на свою медицинскую практику в городской больнице, Рейн была не
готова к тому, что ей пришлось увидеть.
Селик лежал на жесткой скамье, закрыв рукой лицо. Его одежда была изорвана в клочья, и он дрожал от холода и
сырости. Рейн посмотрела на подбитую мехом накидку Эйрика, обещая себе, что укроет ею Селика перед уходом.
- Селик,- тихо позвала она и увидела, как он напрягся.
Он медленно убрал руку, как бы боясь того, что может увидеть.
- Рейн! - Он сел, застонав от боли. Потом бросил гневный взгляд на Эйрика.- Как ты посмел привести ее сюда, в
эту чертову дыру?
- Всего несколько часов назад я была в точно такой же тюрьме,- заметила она и услышала, как Селик бормочет чтото
об упрямстве женщин.
Поднеся поближе факел, она вскрикнула, рассмотрев его лицо. Оба глаза были сине-черные, распухшие и почти
совсем заплывшие. Нос ему как будто, опять сломали. И его волосы - Господи Иисусе! - его прекрасные белокурые
волосы были обрезаны, обрублены так близко к голове, что в нескольких местах она увидела кровавые следы топора.
- Твои волосы,- простонала она.- Ах, Селик, они обрезали твои прекрасные волосы.
Селик попытался рассмеяться, но у него не получилось.
- Господи, у меня все тело как отбивная, а женщина плачет о волосах.
Рейн опустилась на колени на камышовую подстилку возле тюфяка и обняла его. Слезы градом катились по ее лицу.
Он погладил ее по голове.
- Тише, милая, тише. Тебе не надо было приходить.
Рейн знала, что ее свидание с Селиком не будет длиться вечно, поэтому она поторопилась взять себя в руки. Она
заставила его лечь и осмотрела его раны. Плача и причитая, она промыла и перевязала многочисленные порезы и синяки на
его избитом теле.
Потом она послала Эйрика за палкой, которую использовала как шину для сломанной руки Селика. Она зашила
глубокие раны у него на бедре, предплечье и на животе, хотя Селик едва ли не с испугом глядел на ее иглу. Разорванной
простыней она крепко перетянула ему грудь и опухшее колено. Ей привилось дважды просить Эйрика менять воду в бадье,
пока она не промыла все раны.
Наконец, одетый в чистые штаны и тунику, принесенные для него Эйриком, он стал выглядеть намного лучше. Они
положили еду и немного денег в корзину у него в ногах.
Селик сел и здоровой рукой прижал к себе Рейн, нежно целуя ее в волосы.
Он потрогал ее подбородок и печально покачал головой. Потом заставил себя приободриться.
- Итак, Эйрик, что ты думаешь о моем ангеле?
Эйрик вопросительно поднял брови.
- Ангел? Об этом я ничего не знаю. По-моему, она ласкова, как бодающийся баран.
Рейн подняла ногу, чтобы пнуть Эйрика, но он вовремя отскочил. И уже совершенно серьезно сказал:
- Я смотрел, как она управляется с тобой, и поверил, что она в самом деле лекарь.
Селик улыбнулся разбитыми губами.
- Ты бы посмотрел, как она в Йорвике вытаскивала младенца из чрева матери. Да ни один монах в больнице не
сравнится с ней в умении и знаниях. Поверь, твоя сестра хороший лекарь. Это она спасла Тайкиру ногу.
Рейн с удивлением посмотрела на Селика. Она и не предполагала, что он так ею гордится. Когда же он подмигнул ей,
ее сердце и вовсе зашлось от любви к нему.
Эйрик спросил Рейн о брате и поблагодарил ее за него.
- Где Убби? - спросил Селик.
- В усадьбе с детьми. Он хотел ехать с нами, но его ужасно мучает артрит.
- Рейн, я хочу, чтобы ты вернулась в Нортумбрию. Тебе нельзя здесь быть,- попробовал убедить ее Селик.
- Я говорила, что пойду за тобой, - поддразнила она его, тычась носом в его шею и причитая над его обрезанными
волосами.
- Не нахожу ничего смешного в твоих словах. И хватит о моих волосах. Они еще отрастут,- сказал он, потершись
подбородком о ее макушку.- Важно то, что ты должна вернуться в Йорвик.
- Не могу, Селик. Завтра я должна увидеться с королем.
Он повернул ее к себе, чтобы видеть ее лицо.
- Зачем? - холодно спросил он.
Рейн почувствовала, как у нее вспыхнули щеки.
- Просто хочу с ним встретиться,- совершенно неубедительно соврала она.
- Не смей даже пытаться выкупить меня ценой своего рабства,- сказал он.- Поняла?
- Ну, конечно же, поняла. Я и не думала. Знаешь, Селик, не дави на меня сейчас. Мне казалось, если предложить
королю парочку медицинских чудес, то, может быть, он за это освободит тебя.
- Это должны быть настоящие чудеса, - прокомментировал ее слова Эйрик.
- И что, скажи на милость, ты собиралась ему предложить? - насмешливо спросил Селик.
- Не знаю,- простонала Рейн.- Еще не думала. Но есть много, очень много чудес, из которых я могу выбирать.-
Она улыбнулась.- Я помню, мама говорила, что король Ательстан бездетен, что он сознательно удерживается от... Ты
знаешь, от чего, чтобы случайно не заиметь ребенка. Он хочет, чтобы трон перешел к его юным племянникам, в жилах
которых течет королевская кровь.
- И что же? - спросили Селик с Эйриком с сомнением.
- Я могу сделать королю вазэктомию.
Селик фыркнул и зашелся в хохоте, очевидно вспомнив, как Рейн рассказывала ему и Убби об этой процедуре.
- Господи, хотел бы я стать мухой и посмотреть, как ты будешь втыкать иголку в петушок этого ублюдка. Да я бы
всю жизнь вспоминал об этом с удовольствием.
- Иголку? В петушок? Вы шутите? - с раздражением спросил Эйрик.
Рейн объяснила, и Эйрик болезненно скривился.
- Мы-то все смеемся над ним, но это действительно может его заинтересовать. Возможно, обет безбрачия дается ему
нелегко, - усмехнулся он.
Селик сердито посмотрел на Эйрика и вновь повернулся к Рейн.

- Я серьезно, Рейн. Ты должна покинуть Винчестер.
К счастью, у нее не было возможности ответить ему, потому что постучал стражник и приказал им уходить.
Скрипя от боли зубами, Селик встал и взял лицо Рейн в ладони. Он нежно поцеловал ее в губы и прошептал:
- Я тебя люблю.
- Я тоже люблю тебя, Селик. Я даже не думала, что такое возможно.
Селик подтолкнул ее к двери.
- Когда в следующий раз будешь говорить со своим Богом, передай ему, чтобы он убрался из моей головы.
Рейн, уже было направившаяся к двери, круто развернулась.
- Бог разговаривает с тобой?
- Как болтливый недоумок. Днем и ночью. Он дает мне больше советов, чем иная сварливая женщина.
"Спасибо тебе, Господи", - мысленно прошептала Рейн.
Она знала, если Бог говорит с Селиком, то не все потеряно.
Еще есть надежда.

ГЛАВА 19


Рейн не беседовала с королем Ательстаном ни на другой день, ни на третий. Каждый раз назначенная аудиенция
отменялась. У короля внезапно появлялись более важные дела - встреча с послом французского короля, шахматный турнир.
Рейн была благодарна Эйрику за свое освобождение, но каждая бесполезно потраченная минута заставляла ее все
сильнее мучиться из-за Селика. Смотритель винчестерского замка не разрешил ни ей, ни Эйрику еще раз повидать Селика.
Ходили слухи, что его ждет казнь в ближайшие дни.
В три часа дня Рейн сидела в залитой солнцем дворцовой зале беспокойно ерзая и стараясь справиться со своей
нервозностью в скучном обществе придворных дам, которые сплетничали и вышивали одновременно.
Вышивание! Ха! Рейн бы с удовольствием зашила сейчас накрепко два-три рта.
Леди Эльгива, ослепительно красивая вдова из Мерсии, с черными, как вороново крыло волосами и великолепной
фигурой, прогуливаясь по комнате, приблизилась к Рейн. Пожалуй, она одна заботилась о развлечении Рейн, может быть, из
деликатности, а может быть, потому, что у обеих было весьма шаткое положение при дворе. Поговаривали, что Эльгива
безнадежно влюблена в давшего обет безбрачия короля.
Эльгива вежливо спросила:
- Можно мне сесть рядом?
Рейн кивнула, указав на место у окна.
- Ты все еще не получила аудиенцию? - поинтересовалась она.
- Нет,- вздохнула Рейн.- Если бы я могла поговорить с королем Ательстаном, то, наверное, убедила бы его
освободить Селика. Ты слушаешь, меня, Господи? - Я слышала, он справедливый человек.
Эльгива изогнула совершенную бровь.
- Верно, он справедливый, но король, к тому же, не глуп. Он не доверяет Селику. Изгой может ударить его в спину
или убить еще сотню воинов.
Рейн почувствовала, как краснеет от гнева.
- Слово Селика - золото. Если он даст клятву, даже королю саксов, то не изменит себе.
Эльгива задумчиво коснулась щеки прелестным пальчиком. Рейн еще никогда не приходилось видеть такого
прекрасного лица, и она не понимала, как у короля хватало сил сопротивляться этой женщине.
- Ты любишь Ательстана? - внезапно спросила она, не сумев справиться со своим любопытством.
Эльгива устремила взгляд на Рейн, как будто взвешивая в уме слова, которые собиралась произнести. Наконец она
гордо вскинула голову и тихо призналась:
- Да. Люблю.
- И он действительно дал обет безбрачия, чтобы сохранить чистоту королевской крови и передать трон племяннику?
Слезы заволокли карие глаза Эльгивы, и она утвердительно кивнула.
- Он любит тебя?
- Да. Мы знаем друг друга еще с тех пор, когда он жил при дворе своей тети королевы Ательфлейд. Но для нас нет
надежды, - сказала она, и голос у нее дрогнул от едва сдерживаемых слез.
Рейн ласково взяла ее за руку.
- Я отлично понимаю, каково любить и знать, что у твоей любви нет будущего.
Некоторое время они просидели молча, потом Рейн позволила себе улыбнуться.
- Жаль, я не могу принести тебе пилюли из бу... из моей страны.
Эльгива сразу насторожилась.
- Какие пилюли?
Рейн рассказала о пилюлях и не только о них. Эльгива очень заинтересовалась.
- Ты говоришь, что кусочек, зашитый под кожей, предохраняет от зачатия?
- Да. Это пока только испытания, но предположительно, средство действует около пяти лет.
- Ой! - слетело с восторженных сочных губ Эльгивы.- Можешь дать мне?
Рейн улыбнулась.
- Нет. К сожалению, я не знаю, как это делается.
- Тогда дай свое, - потребовала Эльгива.
- Нет, это опасно.
Плечи Эльгивы поникли.
- Значит, у меня нет будущего. Вернусь в Мерсию. Это пытка- быть рядом с Ательстаном и не быть с ним.
- Забавно, но когда я на днях говорила с Селиком и Эйриком, то в шутку сказала о вазэктомии.
- Ваз... вазэктомии?
Хотя Эльгива заметно побледнела, когда Рейн рассказала ей о подробностях операции, она все же спросила:
- И мужчина после этого может... ты знаешь... совершать?..
Рейн кивнула.
- И удовольствие такое же? - удивилась она.
Рейн еще раз кивнула.
- А ты можешь это сделать Ательстану?
- О нет! Это была шутка. Я ничего не могу сделать без обезболивающих лекарств.
Рейн внезапно вспомнила о том, что лечила Тайкира без обезболивающих.
- Ты можешь! Я вижу это по твоему лицу. Я слышала, что ты лекарь, но такое... О, ты станешь известна за пределами
страны.

- Нет, нет! - воскликнула Рейн, так как не хотела ни славы, ни изменения истории.- Я не могу...
- Ты когда-нибудь делала ваз... вазэктомию?
- Делала, но...
Рейн не могла объяснить средневековой леди, чем отличается медицина двадцатого века, тем более что Эйрик строгонастрого
запретил ей говорить о будущем или о путешествии во времени, ведь она была в стране, где верили в ведьм.
- Ты уверена, что король, да любой здешний мужчина, позволит мне прикоснуться к его мужскому органу? Мужчины
очень чувствительны к этому даже в моей стране.
- Ательстан позволит, если я попрошу, - стояла на своем Эльгива, но легкий смешок выдал ее сомнения.
- Это болезненно и неудобно в течение нескольких дней после операции. Король решит, что я его искалечила.
- Ты ему объяснишь.
- Эльгива, не будем больше об этом.
- Если ты так считаешь, - торопливо согласилась с ней Эльгива.
- У нас есть кое-что другое. Пусть Селик расскажет королю, как найти твою точку "Г",- сухо сказала Рейн и
шлепнула себя по губам за болтливость.
- Что за точка "Г"? - заинтересовалась Эльгива.
Рейн застонала, но все-таки объяснила, хотя Эльгива все время перебивала ее вопросами:
- Что, ты сказала, значит извержение?.. А оргазм?.. Скажи, женщины в вашей стране так же требуют для себя
удовольствия, как мужчины?
Замолчав, Рейн оглянулась и с ужасом обнаружила, что некоторые знатные дамы с жадным интересом
прислушиваются к их разговору.
- Гм... Мужчины не очень-то разговорчивы на этот счет,- недовольно проговорила Эльгива.- Мой муж считает
себя опытным любовником, но он никогда не говорил ни о какой точке "Г". Не сомневаюсь, он берег это для своей
любовницы.
Эльгива таинственно улыбнулась, и Рейн ощутила в себе новые силы для борьбы.

- Я до смерти устала от двора короля Ательстана,- пожаловалась Рейн, встретившись с Эйриком в конце дня.- Мне
просто отвратительны все эти бесполезные люди, которые только и ждут от него милостей.
Эйрик покровительственно улыбнулся своей сестре. Он достаточно наслушался ее жалоб за последние два дня и
сердечно сочувствовал ей.
Они сидели вместе с сотней других людей за одним из многочисленных столов в большой зале дворца,
предназначенной для торжественных обедов. Их места были довольно далеко, так что они не видели ни короля, ни его
ближайших советников. Мешал и дым от очагов.
Даже по представлениям будущего еда поражала обилием и роскошью - печеные миноги, телятина и говядина с
молочно-яичным кремом, фаршированная шейка лебедя, чечевица с бараниной, голуби в виноградном соусе, перепел с
начинкой, целые бока говядины и оленины. И это только главные блюда. Слуги разносили на огромных блюдах капусту,
кабачки, ботву свеклы, вареный пастернак, маринованные грибы, овощное рагу, артишоки с рисом и черникой, даже подобие
салата из репы, капусты, сушеных фруктов с горчицей, жженым сахаром и медом. На десерт был пудинг с левкоем,
прекрасно приготовленный миндальный крем, заварной крем, тушеные фрукты и медовые пряники. И много бочек с вином и
медом.
Рейн, правда, предпочла бы пиццу с перцем и грибами и диетическую колу.
Король и его близкие друзья встали и перешли на помост для вечерних развлечений, то бишь музицирования,
болтовни, игры в кости и других игр. Рейн думала о том, что прошел еще один день, а Селик все еще в своей проклятой
подземной темнице. И она ничего не может сделать. Сегодня ей тоже не удастся поговорить с королем.
- Э-э-э-й!
Рейн осмотрелась.
- Э-э-э-й! - услышала она снова и, взглянув в другую сторону, заметила в коридоре бледно-лиловое платье.
Она встала и, сказав Эйрику, что ей надо выйти, направилась к Эльгиве, которая приложила палец к губам, призывая
ее к молчанию. Затем она поманила Рейн за собой. Как только они отошли на безопасное расстояние, Эльгива остановилась и
шепнула:
- Через несколько минут ты увидишь короля.
Рейн схватила Эльгиву за обе руки и крепко сжала их.
- О, спасибо тебе, спасибо! Как же ты сумела убедить его встретиться со мной?
- Это не совсем аудиенция,- сказала Эльгива, пряча лукавые глаза.
- Тогда что же ты устроила? - подозрительно спросила Рейн.
- Я сказала ему сегодня о вазэктомии, но не очень-то убедила его. Он заявил: "В тот день, когда я позволю женщине
Изгоя содрать семь шкур с моего петушка, я объявлю себя помешанным и отрекусь от престола". Ну, все в таком роде.
Думаю, мне нужно еще время, чтобы убедить его.
Рейн застонала, понимая, что ускользает возможность освободить Селика.
- Эльгива, ближе к делу. Ты сказала, что я смогу поговорить с королем.
- Да. Ательстан собирается зайти в комнату, где переписывают рукописи. Он хочет взглянуть на рукописи,
переписанные сегодня. Если мы случайно будем здесь прогуливаться, не сможет же он нас выгнать. Правильно?
Рейн закрыла глаза и стиснула зубы, набираясь смелости, чтобы использовать такую удачную возможность поговорить
с королем Ательстаном.
Ты здесь, Господи? Помоги мне.
Но вредный голос молчал.

Король Ательстан, стоя, просматривал украшенные рисунками рукописи, а рослый монах давал ему объяснения.
Дюжина свечей освещала просторную комнату. Высокие стулья стояли перед высокими столами, на которых были
разложены необходимые принадлежности переписчиков.
- Эльгива! - радостно воскликнул король, заметив ее возле двери.- Я думал, ты удалилась к себе.
- Нет, мне было неважно, и я решила немного пройтись.
Она протянула руки к королю, и Рейн увидела, как много любви было в этом простом движении.
Ательстан был привлекательным мужчиной среднего роста, лет сорока на вид. Его льняные волосы поблескивали
золотом в ярком свете свечей. Рейн любовалась великолепной парой, которую составляли два красивых человека.
Глаза короля были полны любви, когда он наклонился к Эльгиве и коснулся губами ее губ. Он, казалось, не обращал
внимания на священника, который стоял неподалеку. Рейн же держалась в тени.

Она отвернулась от целовавшейся пары и стала ходить от стола к столу, любуясь прелестными рисунками, из которых
одни были копиями, а другие - оригинальными работами. Ей стало грустно оттого, что большинство бесценных книг не
доживет до ее времени.
- Дорогой, я хочу познакомить тебя с моей новой подругой Рейн,- сказала Эльгива, показывая королю на Рейн. - Я
уже говорила тебе о ней сегодня.
Наморщив лоб и не выпуская руки Эльгивы, король подошел к Рейн.
- А, это та, что объявила себя лекаркой?
Его губы дрогнули в улыбке, и Рейн поняла, что он вспомнил о вазэктомии.
- Я не просто объявила,- возразила она.- У меня многолетнее образование, и я работала в лучших больницах моей
страны.
- В больницах?
Рейн пожала плечами.
- Ну да. В больницах.
- И эти больницы в твоей стране позволяют учиться женщинам?
- Да. Мы довольно... просвещенные.
- Г-м-м...
Он внимательно смотрел на нее, и Рейн видела, что он очень умен.
- У меня есть медицинский манускрипт, который только что переписан,- сказал он, взяв в руки большой том.- Это
на латыни.
Рейн просмотрела несколько страниц.
- Это прекрасно, но я не читаю по латыни.
- А-а-а,- сказал он, отступая и бросая взгляд "я говорил тебе" на Эльгиву.
Вероятно, здесь считалось, что все лекари должны знать латынь.
Рейн рассердилась.
- Здесь несколько неправильных рисунков. И немедленно пожалела о своих словах.
Монах едва не задохнулся от оскорбления, а король выпрямился, возмущенный ее самоуверенностью.
- Покажи,- потребовал он.
Рейн взглянула на Эльгиву, взывая о помощи, но Эльгива предоставила разбираться ей самой.
- Я не хочу портить эти прекрасные рисунки. Дайте мне кусок пергамента и перо, и я покажу.
Несколькими быстрыми взмахами пера Рейн очертила внутренние органы, показывая, где находятся легкие, сердце,
печень, желудок, поджелудочная железа, толстая и тонкая кишка.
- Видишь,- показала она,- на твоем рисунке печень и желудок расположены неправильно. Кроме того, - добавила
она, рисуя сердце, - теперь сердце видят, когда анатомируют. Оно состоит из четырех секций - две верхние - мы
называем их артериальными, и два нижних венозных желудочка, качающих кровь туда и обратно через вены и артерии...
Она остановилась, внезапно ощутив зловещую тишину в комнате. Священник выглядывал из-за плеча короля, и двое
мужчин смотрели на нее так, будто над ее головой возникло сияние. Она получила, что хотела. Еще бы пару крыльев в
придачу, и тогда... Господи! Когда же она научится держать язык за зубами?
- Отец Эгберт, может быть так, что эта женщина говорит правду? - спросил король.
- Нет. Конечно, нет.
Однако его голосу не хватало уверенности.
- Может быть, ты придешь утром и мы с тобой поговорим,- предложил отец Эгберт.- Твой рисунок, конечно,
неверен, но мне будет интересно услышать больше о ваших теориях. Где ты училась?
Но король остановил его. Сощурившись, он прямо спросил Рейн:
- Ты упомянула вскрытие. Но ты ведь не резала человеческие тела, чтобы изучать их?
Ох-ох! Рейн почувствовала, что затронула самое святое.
- Я сказала "вскрытие"? - переспросила она, надеясь, что вспыхнувшее лицо не выдаст ее.- Я, должно быть, имела
в виду осмотр.
Король внимательно посмотрел на нее.
- Собственно, кто ты такая?
- Рейн. Торейн Джордан. Думаю, ты встречал мою мать - Руби Джордан.
Ательстан сосредоточенно наморщил лоб.
- Леди, которая заявляла, что пришла из будущего? С вызывающим нижним бельем?
- Неужели и тебе моя мать показывала свое белье?
Король усмехнулся.
- Нет. Но слава о нем дошла до меня.
Он сказал священнику, что завтра обсудит с ним манускрипт. Потом снова вернулся к Рейн, очевидно,
заинтересовавшись ее происхождением.
- А кто твой отец?
- Торк. Торк Харалдсон.
Рейн скрестила за спиной пальцы, но, скорее, по привычке. Она уже начала верить нелепым заявлениям ее матери,
будто была зачата в прошлом, а родилась в будущем.
- А-а-а... Значит, Эйрик в самом деле твой брат, как он говорит?
- Да.
- Теперь мне понятно его беспокойство о тебе. А Изгой? Что тебя связывает с этим язычником?
Рейн сжала пальцы в кулаки, чтобы сдержаться и продолжать вежливую беседу. Глядя прямо в глаза королю, она
сказала:
- Я его люб

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.