Жанр: Любовные романы
Вдова поневоле
...остоянно нет поблизости. Как жестоко с его стороны так себя
вести! Его возмутительное поведение переходит всякие границы!
Доктор изумленно посмотрел вслед мистеру Чевиоту, потом перевел
вопросительный взгляд на Ники.
— Да, из-за этого типа вам и пришлось выйти из дому и приехать в
Хайнунс, — откровенно признался юноша.
В этот момент в их разговор вмешался Эдуард Карлион.
— Вы приехали очень вовремя, Гринло, — спокойно сказал его
светлость. — Миссис Чевиот упала и сильно ударилась головой. Сделайте,
я вас прошу, все, чтобы облегчить ее страдания! Я на время оставлю вас,
мадам.
Услышав эти слова, Элинор открыла глаза.
— Лорд Карлион, если вы уедете из Хайнунса, прежде чем у меня появится
возможность поговорить с вами, то совершите самый чудовищный поступок,
который только можно придумать. Даже вы не можете не понимать этого! —
сердито заявила девушка.
— Я не намереваюсь уезжать из Хайнунса, миссис Чевиот. Я вернусь в
библиотеку после того, как Гринло осмотрит вас и сделает все, что может.
Пошли, Ники!
Николас послушно вышел из комнаты. Юношу так и распирало от желания сообщить
брату что-то очень интересное. Он затащил Эдуарда в гостиную, плотно закрыл
дверь и воскликнул:
— Нед, я все понял! Ты был прав!
— Вот как? И в чем же я был прав?
— Ты был прав, когда сказал, будто Фрэнсис Чевиот опасный человек! Нет
ничего проще и яснее! Сначала я никак не мог понять, зачем кузену Фрэнсису
понадобилось нападать на миссис Чевиот, но как только узнал о списке, до
меня сразу дошло! Господи, ты в самый последний момент остановил меня... я
уже собирался выболтать свои подозрения! Меня страшно поразило это открытие,
и я не очень понимал в тот момент, что делаю! Но мне кажется, раз я
промолчал, то, значит, все в порядке!
— Все в порядке. Даже... Но продолжай, Ники, прошу тебя!
— Я совершенно уверен в том, что кузину Элинор ударил Фрэнсис. Не знаю,
как этому сморчку удалось нанести такой сильный удар, но...
— Чевиот мог использовать пресс-папье, которое лежало на столе.
— Что? Так ты тоже догадался?
— Нет, но я не мог найти никакого другого подходящего предмета, который
оказался бы у него под рукой, когда он вошел в библиотеку.
— Боже милостивый! Значит, ты догадался посмотреть на стол? Мне даже в
голову не могло прийти, что он ударил кузину Элинор пресс-папье, но полагаю,
со временем и я бы догадался... Но ты только послушай, Нед! Ты еще не знаешь
всего!
— Слушаю. Конечно, я уже знаю, как от тебя избавились, послав за
доктором.
— Да, так оно и было... только я сам вызвался ехать за, Гринло. Однако
не сомневаюсь, что Чевиот придумал бы какой-нибудь другой способ избавиться
от меня, если бы я послал конюха. Скорее всего, он попросил послать за
доктором в надежде, что поеду я сам. Дело в том, Нед, что Фрэнсис
притворялся, что сильно болен и не может выйти из своей комнаты. Кузен
Фрэнсис попросил миссис Барроу сделать ему джем из аррорута и согласился
съесть на завтрак только овсяной каши... А потом, не успел я уехать за
Гринло, а Баунсер убежать из дома... хотя сейчас, когда я поразмыслил над
этим, то вижу, что с Баунсером ему просто здорово подфартило... женщины
скорее всего занимались по хозяйству, как всегда в такой час (ума не
приложу, как им удается постоянно находить себе занятие в доме)... так вот в
этот момент вниз спускается мистер Фрэнсис в надежде, что никто не попадется
ему на пути. Он потихоньку направляется в библиотеку, и что он там видит?
— Миссис Чевиот, которая держит в руках бумаги, очень похожие на те,
какие он ищет.
— Совершенно верно! Кузен Фрэнсис, наверное, подумал, что она
совершенно неожиданно нашла их где-нибудь, например, в потайном ящике стола,
который, по моему мнению, там обязательно должен быть. Он решает любой ценой
завладеть документом и бьет ее по голове! Клянусь Юпитером, я бы многое
отдал, чтобы посмотреть на его лицо, когда он увидел, что это всего лишь
список с простынями и полотенцами. Уверен, все произошло как раз в тот
момент, Нед, когда я вошел в холл и начал звать кузину Элинор. Фрэнсис,
похоже, догадался, что первым же делом я загляну в библиотеку, так что
бежать у него не было времени. Он успел только распахнуть окно и создать
маленький беспорядок, чтобы заставить нас поверить, будто кто-то выскочил в
сад через окно. Забросал кузину Элинор подснежниками и...
— Чевиот забросал ее цветами? По-моему, он слишком поторопился, —
сухо произнес Эдуард Карлион.
— Что? Ах да, понимаю, — рассмеялся Ники. — Нет, он просто
выбросил подснежники из вазы и побрызгал водой ей в лицо, чтобы я подумал,
будто он пытается привести ее в чувство. Но я же не такой дурак! Но ты
можешь себе представить, что было бы, если бы это был тот самый секретный
документ, Нед, и я не помешал ему, вернувшись так не вовремя... для него,
конечно.
— Думаю, он вновь поднялся бы к себе и лег в постель, — ответил
лорд Карлион.
— Пожалуй, ты прав, — задумчиво согласился Ники. — И полагаю,
нам бы не удалось доказать, что это он напал на кузину Элинор. Однако кузен
Фрэнсис напрасно старался, поскольку он абсолютно ничего не добился и сейчас
его положение ничуть не лучше того, каким было до нападения! Но что он
предпримет дальше?
— Действительно, что он предпримет дальше?
— Нед, я вижу, у тебя в голове есть какие-то мысли по этому
поводу, — подозрительно заметил Ники.
— У меня в голове много разных мыслей.
— Нед, я не позволю тебе водить меня за нос! Вопрос слишком серьезен,
чтобы шутить.
— Ты прав... А вот, по-моему, и Гринло выходит из библиотеки. Лучше
проводи его в комнату Фрэнсиса, — попросил лорд Карлион, направляясь к
библиотеке.
— Нед, если ты мне сейчас ничего не расскажешь, тебе потом будет очень
стыдно! Ты ведь всегда все знаешь!
— Да, Ники, но ты думаешь, будто я все знаю, поскольку я никогда тебе
не говорю того, в чем не уверен, — ответил его светлость, оглядываясь
на младшего брата со слабой улыбкой. — Какой бы печальный удар получил
мой авторитет, если бы ты обнаружил, что я могу так же легко ошибаться, как
и все остальные люди! Ты должен разрешить мне держать мои мысли при себе до
тех пор, пока я не буду в них полностью уверен! А сейчас извини, я должен
вернуться к миссис Чевиот.
Глава 17
Лорд Карлион с удовлетворением увидел, что миссис Чевиот уже сидит, а
значит, чувствует себя гораздо лучше. На голове у нее была повязка,
наложенная опытной рукой.
Элинор с отвращением пила маленькими глотками какую-то жидкость. При виде
лорда Карлиона ей удалось изобразить на своем лице слабую улыбку, но она
оставалась еще очень бледной и, очевидно, никак не могла прийти в себя.
Правда, характер ее не изменился. Не успел его светлость сделать и двух
шагов, как девушка хладнокровно проговорила:
— Помнится, вы мне как-то сказали, будто брак с вашим кузеном не
приведет к каким-то неприятным для меня последствиям. Мне бы очень хотелось
знать, милорд, что вы считаете неприятными последствиями?
Эдуард Карлион улыбнулся.
— Неужели я говорил вам такое?
— Да, вы говорили это и некоторые другие вещи, такие же лживые. Вы даже
сказали, будто спасаете меня ото всех ужасов дома миссис Макклсфилд, будто
благодаря вам я проведу остаток своих дней в покое и достатке. Меня еще
никогда в жизни так подло не обманывали!
— Интересно, почему ваши мысли постоянно возвращаются к миссис
Макклсфилд? — поинтересовался его светлость.
— О!.. Люди, знаете ли, любят думать о том, что могло быть, если бы
жизнь сложилась иначе.
— Любовь моя! — встревоженно прервала ее мисс Бекклс. —
Может, ты пойдешь к себе и ляжешь в постель, как советовал доктор Гринло?
Знаю, у тебя болит голова. Ты, надеюсь, не забыла, что он приготовил тебе
эту настойку, чтобы ты заснула?
— Да, дорогая Беки, я пойду к себе, но никакие настойки на земле не
смогут заставить меня заснуть до тех пор, пока я не поговорю с его
светлостью. Ты иди и попроси Мэри положить мне в постель горячий кирпич, а я
поднимусь чуть позже.
На лице мисс Бекклс появилось выражение нерешительности, но в этот момент
лорд Карлион вмешался в разговор и заверил маленькую компаньонку, что миссис
поднимется наверх буквально через несколько минут. Это решило дело. Беки
поставила флакончик с нюхательными солями недалеко от Элинор, чтобы та могла
взять его, и с просьбой, чтобы Элинор не забыла допить настойку, вышла из
библиотеки.
— Ну, миссис Чевиот? — неторопливо произнес лорд Карлион, подходя
к огню и наклоняясь, чтобы согреть руки. — Боюсь, с вами приключилось
довольно неприятное происшествие, и я уверен, что вы вините во всем меня.
— И что могло заставить вас так думать? — полюбопытствовала
вдова. — Ведь вы, насколько я поняла, еще вчера уехали в Лондон!
— Ого! Значит, вот в чем дело? Но я решил, что эта поездка очень важна.
Вы не можете не похвалить меня за то, что я вернулся в Хайнунс очень и очень
быстро.
— Я не собираюсь вас ни за что хвалить! Полагаю, вы ездили в Лондон,
чтобы снять мерки для новых сапог.
— Нет, я ездил в Лондон не для этого. Боюсь, если бы я рассказал вам о
цели моей поездки, вам бы она показалась пустячной. — Эдуард Карлион
выпрямился и улыбнулся. — Вы очень сердитесь на меня за то, что я
оставил вас, мадам?
Миссис Чевиот почувствовала, что краснеет, и торопливо ответила:
— Сержусь? Нет, конечно! Как я могу на вас сердиться, когда вы проявили
такую большую заботу обо мне и сообщили Ники, что считаете мистера Фрэнсиса
Чевиота очень опасным человеком. Напротив, я должна быть очень вам
благодарна за это предупреждение. Выходит, если я могу кого-то винить за то,
что у меня сейчас на голове шишка размером с куриное яйцо, так это только
себя саму.
— Жалко, что Ники никак не научится держать язык за зубами! —
заметил Карлион. — Честно говоря, я не думал, что Чевиот представляет
для вас какую-то опасность, мадам!
Элинор подкрепила свои силы очередным глотком горькой настойки.
— Конечно, мне все приснилось, — язвительно произнесла
девушка. — Меня никто не бил по голове!
Его светлость рассмеялся.
— Вы уделяете слишком много внимания этому происшествию, миссис Чевиот.
Уверен, оно сильно вас напугало, но особого вреда не причинило. И я считаю
очень маловероятным, что вы в дальнейшем испытаете какие-нибудь неудобства.
— О! — открыла от возмущения рот Элинор. — Какой же вы все-
таки ужасный человек! Не причинило особого вреда! Не испытаете каких-нибудь
неудобств в дальнейшем! Интересно, а чем бы вы назвали мое убийство?
Лорд Карлион ответил не сразу.
— Мы не говорим об убийстве, мадам, — кратко ответил его светлость
после непродолжительной паузы.
— Вам придется говорить об убийстве, если вы будете продолжать
удерживать меня в этом ужасном доме!
— Ерунда! Если вас ударил Фрэнсис Чевиот, как я думаю, то в его планы
совсем не входило нападение на вас.
— Как вы меня успокоили! Но почему Фрэнсис Чевиот вообще должен был
нападать на меня?
После некоторых колебаний Карлион ответил: — Вы держали в руке сложенные
листы со списком белья. Они могли показаться ему как раз теми бумагами, за
которыми он приехал.
Элинор пораженно уставилась на собеседника, прижав одну руку к виску.
— Выходит, мне теперь следует позаботиться, чтобы у меня в руках
никогда не было бумаг, если я не хочу, чтобы меня снова ударили? Милорд, но
это же чудовищно! Полагаю, мистер Чевиот видел меня с полдюжины раз с
разными бумагами в руках.
— Да, возможно, но...
— Но что? — требовательным тоном осведомилась миссис Чевиот после
того, как его светлость замолчал и отвернулся, чтобы разворошить огонь.
— Может, на этот раз он испугался, мадам, и пришел к неправильным
выводам. Каким бы ни был ответ, клянусь своей честью, вам больше ничего не
угрожает! — Последовала пауза, во время которой Элинор не сводила
неуверенного взгляда с лица своего собеседника. Наконец Эдуард Карлион
перестал хмуриться и сказал: — Да, бедное дитя, в Хайнунсе вам пришлось
провести несколько неспокойных дней, и я и есть тот самый злодей, который
удерживает вас здесь. Отвезти вас с мисс Бекклс в Холл?
Этот вопрос заставил щеки миссис Чевиот запылать, и у нее появилось
необъяснимое желание расплакаться и найти утешение в одной из своих
насмешливых реплик.
— Что? И позволить этому отвратительному созданию беспрепятственно
обыскать Хайнунс? Нет, ни за что на свете! Я не такая трусиха, чтобы
обратиться в бегство, сэр! Если мне суждено стать мученицей, значит, так
предопределено судьбой. Остается только надеяться, что вы поставите красивый
надгробный камень мне на могилу.
— В этом можете не сомневаться! — с улыбкой заверил лорд Карлион и
протянул руку. — Значит, заключаем договор, и вы остаетесь в Хайнунсе.
Элинор положила свою руку в его ладонь.
— Договорились. Но сколько мне еще придется терпеть это отвратительное
создание, которое сейчас находится наверху?
— Я не удивлюсь, если вы избавитесь от мистера Чевиота скорее, чем
ожидаете. Умоляю вас, не надо сейчас думать о нем.
Миссис Чевиот вопросительно взглянула на Эдуарда Карлиона.
— Но уедет мистер Чевиот без того, зачем приехал, сэр?
— Надеюсь, ему придется уехать с пустыми руками.
— Вы заставите его уехать с пустыми руками? — поинтересовалась
девушка.
— Возможно. По крайней мере, я сделаю для этого все, что в моих силах.
Фрэнсис Чевиот уже и так слишком долго досаждает вам.
Элинор согласилась со словами его светлости, но добавила после недолгих
раздумий:
— Однако, если мистеру Чевиоту придется уехать с пустыми руками, кто
может сказать, какие опасности будут подстерегать меня в будущем?
— Вам нечего бояться, клянусь.
— Очень мило, милорд, с вашей стороны горячо успокаивать меня, но мне
часто приходилось обращать внимание на замечательное несоответствие между
моими понятиями об опасностях и вашими. Вам хоть раз в жизни доводилось
испытывать растерянность?
— Доводилось, и очень часто.
Элинор улыбнулась немного хитрой улыбкой.
— Только не считайте меня дерзкой, милорд, если я скажу, что это
признание дает мне представление о том, как вы живете в Холле. Ведь вы вели
себя так, будто все потрясающие события, которые произошли в течение
последней недели, начиная от смерти вашего кузена и кончая открытием
опасного заговора против Англии, на самом деле не что иное, как пустяки. Они
настолько пустячны по вашим масштабам, что не могут поколебать вашего
спокойствия. Я вам завидую!
— Наверное, — задумчиво произнес Карлион. — Две мои сестры и
брат Гарри так часто выкидывали самые возмутительные и вызывающие фокусы,
что я разучился чему-нибудь удивляться.
Элинор рассмеялась и довольно нетвердо встала. Лорд Карлион предложил ей
руку и повел к двери. В холле миссис Чевиот отказалась от помощи его
светлости и решила сама подниматься наверх.
— Сейчас я чувствую себя значительно лучше! Надеюсь, вы не отправитесь
снова в Лондон?
— Нет, полагаю, я некоторое время проведу в Сассексе. Вам нужно будет
только послать в Холл записку, если захотите поговорить со мной. Могу я
опять попытаться убедить вас, что больше нет причин для беспокойств?
Элинор собиралась ответить шуткой, но когда увидела, что по лестнице начал
спускаться доктор Гринло, решила промолчать и пошла наверх, опираясь на
перила.
— Вы, наверное, хотите отругать меня, доктор Гринло, — сказала
миссис Чевиот, — но я отправляюсь к себе в комнату. И я выпила всю вашу
противную настойку!
— Рад слышать это, мадам. Могу вас уверить, вы скоро почувствуете себя
лучше. Я заеду, чтобы посмотреть, как у вас дела.
Девушка поблагодарила седого доктора, который дождался, когда она пройдет
мимо, и спустился в холл к лорду Карлиону.
— Надеюсь, вы извините старика, который знал вас с колыбели, милорд, за
откровенные слова, — напрямик заявил Гринло, — но я не понимаю,
как эта леди поставила себе на голову такую шишку. Однако могу поклясться,
что в этом доме происходят какие-то темные дела.
— Я с готовностью извиню вас, доктор, но если ваши слова имеют своей
целью упрекнуть меня, то пуля пролетит далеко от цели. Хочу вас заверить,
что я не ставил миссис Чевиот эту шишку.
Доктор Гринло угрюмо улыбнулся.
— Очень хорошо, милорд. Надеюсь, я умею держать язык за зубами.
— Что вы скажете о состоянии миссис Чевиот?
— О, у нее все в порядке! Кто-то нанес ей сильный удар... однако можно
сказать, что она упала и ударилась головой, милорд.
— А ваш второй пациент?
Доктор фыркнул.
— По-моему, мистер Чевиот абсолютно здоров, если не считать резко
выраженного нервного напряжения, и я прописал ему несколько капель
лауданума. Что же касается его больного горла, то я решительно не вижу в нем
никакого воспаления! — Гринло посмотрел на Карлиона из-под седых бровей
и добавил: — Мистер Ник хочет, чтобы я напугал Фрэнсиса Чевиота эпидемией
оспы, которая якобы вспыхнула в деревне, но можете успокоить юношу, милорд.
Не знаю, что тут произошло в Хайнунсе, только эти происшествия вызвали у
мистера Чевиота чуть ли не отвращение к этому дому. Так что считаю, он
недолго будет досаждать миссис Чевиот... Теперь о самом мистере Нике.
Несомненно, вашей светлости будет интересно узнать, что я заставил его
показать раненое плечо, когда мы с ним сегодня встретились, и обнаружил, что
выздоровление идет своим чередом.
— Благодарю вас! На Нике все болячки всегда заживали очень быстро.
— К счастью для мистера Ника! — язвительным тоном заявил
Гринло. — Он рассказывал мне, что у вас останавливались на ночь леди и
лорд Флинты. Надеюсь, ее светлость пребывает в своем обычном добром здравии?
Доктор Гринло еще несколько минут расспрашивал об остальных членах семьи
Карлионов, потом надел пальто и ушел. Эдуард Карлион вернулся в библиотеку.
Там его нашел Ники через пятнадцать минут. Юный мистер Карлион вошел в
комнату, тревожно хмурясь. Он заявил, что прошел по всем лесам имения и как
ни свистел, так и не смог найти Баунсера. Юноша боялся, что пес убежал на
территорию заповедника сэра Мэттью.
— Тогда тебе лучше побыстрее найти Баунсера. Нельзя терять ни
минуты, — ответил лорд Карлион.
— Знаю. Я очень беспокоюсь, что Баунсер попал в капкан или его
застрелил какой-нибудь из жестоких егерей Кендала. Сэр Мэттью приказал им
стрелять в Баунсера, если тот потревожит его птиц, и...
— Думаю, сэр Мэттью не прибегнет к столь решительным мерам. Однако, ты
несомненно должен отправляться на поиски Баунсера, иначе в противном случае
обнаружишь, что попал в большую немилость у сэра Мэттью.
— Мне наплевать на его милость или немилость, лишь бы со стариной
Баунсером не случилось ничего плохого. Знаешь, однажды он застрял в лисьей
норе, Нед, и мне пришлось его откапывать. Должен признаться, я бы очень
хотел немедленно отправиться на его поиски, только вот не знаю, как, по-
твоему, идти искать или остаться?
— Я бы посоветовал тебе идти искать Баунсера.
— Да, но в конце концов нельзя забывать и о Фрэнсисе Чевиоте! —
напомнил Ники брату.
— Я уверен, Баунсер намного важнее Фрэнсиса Чевиота.
— Я подумал то же самое! Да, Баунсер стоит дороже дюжины Фрэнсисов!
Только представь себе, Нед, Баунсер лает на Фрэнсиса всякий раз, как увидит
его. И я не натравливал его на Чевиота. Баунсер очень умная собака! Я все же
решил не позволять ему кусать Фрэнсиса, поскольку, когда имеешь дело с таким
противным и злым типом, как Фрэнсис Чевиот, никогда не знаешь, чем это может
закончиться. Как мне хочется, чтобы Баунсер сейчас вернулся домой!
— Насколько я его знаю, он едва ли вернется до темноты.
— Нед, я не могу напрасно тратить здесь время, пока Баунсер бьется в
каком-нибудь капкане.
— Мой дорогой, я не пойму, с какой стати ты вообще должен сидеть в
Хайнунсе.
— Тогда я отправлюсь на поиски. Только предупреждаю тебя, Нед, едва ли
я быстро найду старину Баунсера. На поиски могут уйти несколько часов. Как
бы в мое отсутствие Фрэнсис не выкинул очередной фокус.
— Очень маловероятно, по-моему.
— Конечно, если не хочешь делиться своими мыслями, не надо, —
хрипло заметил Ники, — но, по-моему, это будет довольно некрасиво с
твоей стороны.
Не получив на это заявление никакого другого ответа, кроме удивленного
взгляда, юноша вышел из библиотеки с гордо поднятой головой и двинулся в
направлении земель сэра Мэттью Кендала.
Лорд Карлион тоже вышел из библиотеки и попросил Барроу послать за его
экипажем, который стоял в конюшне. Когда мисс Бекклс спустилась в холл, его
светлость натягивал перчатки. Беки почтительно и немного озабоченно
поинтересовалась:
— Вы покидаете нас, милорд?
Эдуард Карлион кивнул и улыбнулся.
— Полагаю, вам незачем оставаться в Хайнунсе, сэр? — отважилась на
следующий вопрос маленькая компаньонка миссис Чевиот.
— Думаю, незачем. Я уже уговорил миссис Чевиот больше не беспокоиться о
том, что случилось сегодня.
— Если вы думаете, что ей безопасно оставаться здесь, милорд, значит
так оно и есть на самом деле, — просто заметила пожилая гувернантка.
В глазах его светлости заплясали веселые огоньки, но он ничего не ответил на
последнее замечание мисс Бекклс. Лорд Карлион просто поклонился и серьезно
сказал:
— Вы очень добры, мисс Бекклс.
— О нет! Ведь это именно вы, милорд, сделали... Я так вам благодарна!
Такая похвала! Уверена, мы можем всецело положиться на суждение вашей
светлости. Что же касается... Осмелюсь вам сказать, что когда у миссис
Чевиот было плохое настроение, я говорила ей не меньше дюжины раз:
Можешь
не сомневаться, любовь моя, когда приедет его светлость, все уладится
.
Эдуард Карлион бросил на свою собеседницу немного печальный взгляд.
— И что миссис Чевиот отвечала на эти слова, мадам?
Бедная мисс Бекклс покраснела и полностью увязла в бессвязных коротких
предложениях, из которых лорду Карлиону стало ясно, что хотя умственные
способности миссис Чевиот были выше, чем у большинства женщин, неловкость
положения, в котором она очутилась, заставила ее в последнее время часто
пребывать в дурном расположении духа.
— Боюсь, миссис Чевиот невысокого мнения о моих советах и
решениях, — заметил Эдуард Карлион.
— О милорд, я уверена... у Элинор слегка игривый характер и... Но ваша
светлость так превосходно умеет понимать тонкости! Надеюсь, мне не следует
извиняться за проскальзывающие у миссис Чевиот время от времени резкие
слова!
— Конечно, не следует, — согласился лорд Карлион. — Миссис Чевиот часто ругает меня?
— Знаете ли, милорд, у Элинор такой характер, что она часто
сердится, — горячо объяснила мисс Бекклс. — К тому же в последние
дни ей почти все время приходится находиться в сильном нервном напряжении!
Так что ее упреки неудивительны. Но не нужно забывать, Элинор полагает, что
может со всем справиться без чьей-либо поддержки, и с некоторым отвращением
относится к чьим-либо попыткам обуздать ее нрав. Поэтому, вне всяких
сомнений, она должна чувствовать только благодарность, когда ваша светлость
любезно советует ей, как поступать.
Лорд Карлион протянул руку.
— Благодарю. Я надеюсь на вас, мисс Бекклс. До свидания! Завтра я опять
приеду в Хайнунс!
Эдуард Карлион вышел из холла, а изумленная Беки смотрела ему вслед.
Примерно через час мисс Бекклс убедилась, что Элинор крепко и мирно спит.
Сама Беки тоже очень устала от волнительных утренних событий и отправилась
вниз попросить миссис Барроу прислать на подносе в гостиную чай с
бутербродами. И тут она замерла как вкопанная, увидев в холле мистера
Фрэнсиса Чевиота в
...Закладка в соц.сетях
