Жанр: Любовные романы
Очаровательная авантюристка
...не произошло. Это
просто шутка. Ты такие шутки любишь, Кит! Дело в том, что Равенскар - кузен лорда
Мейблторпа и категорически против моего брака с ним. Ты себе не представляешь, каких
оскорблений он мне наговорил! Но это уже не важно - я ему знатно отомстила! Он каким-то
образом перекупил долговые расписки тети Лиззи и пытался меня ими шантажировать.
Тогда я послала Люция и Сайласа его похитить и заперла у нас в подвале. Там он и будет
сидеть связанный, пока не отдаст расписки. И у тебя нет никаких причин волноваться.
- Никаких причин волноваться? - ошеломленно проговорил Кит. - Да ты понимаешь,
что ты натворила? Я же хочу жениться на Арабелле Равенскар!
Дебора какое-то мгновение глядела на брата, опешив, но потом, когда до нее дошел
весь смысл этого открытия, не только не проявила ни малейшего раскаяния, но весело
расхохоталась:
- Да что ты, Кит! Мне очень жаль, но у тебя нет ни малейшей надежды на ней
жениться! Равенскар этого ни за что не допустит!
- Еще бы - после твоих безумных выходок! Ты, видно, и впрямь сошла с ума! Где ключ
от подвала?
- У меня в кармане - и там он и останется!
- Дай мне его сию минуту! Не знаю, что я ему скажу! Придется, наверно, сказать, что
ты не отвечаешь за свои поступки. Как все нескладно вышло, черт побери!
Дебора перестала смеяться. Она взяла Кита за руку и серьезно сказала:
- Неужели ты способен так со мной поступить, Кит?
- А как я должен поступить? Помочь тебе загреметь в тюрьму? А этим дело
обязательно кончится, если мне не удастся умаслить Равенскара. А ты как со мной
поступила? Сделала врагом человека, с которым мне до зарезу надо было подружиться!
Отдай ключ!
- Не отдам! - сказала Дебора, отступая от него на шаг. - Что ты за человек, Кит?
Неужели Арабелла для тебя важнее благополучия тети Лиззи? Да у нее наверняка и в мыслях
нет выходить за тебя замуж!
- Откуда тебе это знать? Так отдашь ключ или нет?
- Не отдам!
- Тогда я отниму его у тебя силой!
Дебора отчаянно сопротивлялась, но Кит был гораздо сильнее и скоро с ней справился.
Вытащив ключ у нее из кармана и торопливо проговорив: "Извини, если я сделал тебе
больно, но ты сама в этом виновата!", - он бросился вниз по лестнице.
Дебора хотела было побежать за ним и крикнуть Сайласу, чтобы тот его задержал, но
из прихожей донеслись голоса вновь прибывших гостей. Как ни была она сердита, она
понимала, что негоже устраивать скандал при посторонних, и ей ничего не оставалось, как
вернуться в игорную залу и постараться принять беспечный вид.
Кит тоже услышал, что в дверь заходят посетители, и решил спуститься в подвал по
задней лестнице. В подвале он наткнулся на судомойку, которая с изумлением на него
воззрилась. Пробурчав, что он хочет найти бутылку старого вина, Кит прошел мимо нее,
подобрал стоявший на полу зажженный фонарь и стал открывать одну дверь за другой.
Обследовав разнообразные кладовки, он обнаружил наконец в конце каменного коридора
запертую дверь. Дрожащими руками он вставил ключ в скважину, повернул его и
переступил порог, высоко подняв фонарь.
В его свете он увидел Равенскара, который по-прежнему сидел в кресле, вытянув перед
собой ноги. Руки у него были связаны за спиной.
- Сэр! - проблеял Кит. - Мистер Равенскар!
- А вы еще кто такой? - спросил Равенскар. Кит поставил фонарь на сундук:
- О сэр, не представляю, что вы о нас думаете! Не знаю даже, что вам сказать. Я -
Грен-тем, брат Деборы. Я поспешил сюда, как только узнал... я был совершенно потрясен...
- А, вы ее брат? Припоминаю, что она что-то говорила о брате. Вы что, тоже пришли
меня уговаривать? Ничего не выйдет.
- Что вы, что вы! Я понятия не имел... я бы никогда не позволил... прошу вас меня
извинить... Я пришел вас освободить! Я возмущен Деборой! Пожалуйста, простите ее! Она
всегда была такой: если уж заартачится - ничего с ней не поделаешь! Но хоть она и
вспыльчива, душа у нее добрая!
Равенскар, который хмуро слушал все это, вдруг перебил Кита:
- А вам известно, каким образом я угодил в этот чертовски холодный подвал?
- Известно... то есть в общих чертах. Мне просто некогда было ее выслушать. Но это
не суть важно. Дебора не имела права так поступать с вами! Не иначе как она совсем
рехнулась!
- Нет, давайте все-таки выясним, понимаем ли мы друг друга. Ваша сестра, наверно,
сказала вам, что я ее всячески оскорбил?
- Сказала, но я знаю, что она легко выходит из себя, и я не придал ее словам особого
значения.
- Ну так я ее и в самом деле оскорбил, - сказал Равенскар.
Это признание ошеломило Кита, и он в недоумении поглядел на Равенскара. Что на это
можно сказать? Наконец он проговорил:
- Наверно, она вас сильно рассердила. Мне непонятно чем, но одно ясно - вам нельзя
здесь оставаться! Господи, да вы к тому же и связаны! Я вас сейчас освобожу!
- Не смейте! - крикнул Равенскар, подняв ногу в изящном сапоге. - С какой стати вам
меня освобождать? Если бы вы пришли, чтобы выбить из меня согласие побоями, мне это
было бы понятнее.
- Неужели я позволю сестре... связывать людей и запирать их в подвале? Это же
неслыханно! Да к тому же, когда я узнал, что она так поступила с вами, - я должен вам
сказать, сэр, что я... имею честь быть знакомым с вашей сестрой... мисс Арабеллой
Равенскар!
- Да? - отозвался Равенскар. - Значит, вы знакомы с моей сестрой? А ваш полк,
случайно, не расквартирован в Танбридж-Уэлсе?
- Да! - радостно воскликнул Кит. - Там я с ней и познакомился, сэр! И я надеялся
нанести вам визит в Лондоне. Я хотел...
- Надо полагать, вы хотели попросить разрешения сделать предложение моей сестре?
Кит покраснел и смущенно проговорил:
- Да, сэр. Именно так. Знаете, я...
- Я ничего не хочу об этом знать! - резко перебил его Равенскар. - Я никогда в жизни
не дам вам такого разрешения, а если вы посмеете прийти ко мне домой, я велю слугам
спустить вас с лестницы!
Кит побелел, услышав этот приговор:
- Но я же не виноват, что Дебора вас похитила, сэр! Поверьте: я не имел к этому ни
малейшего отношения! Я только что об этом узнал! Неужели вы будете срывать гнев на мне
и Арабелле? Как же...
- Да будет вам известно, мистер Грентем, что у вас было бы больше надежды
заручиться моим согласием, если бы вы пришли сюда ссориться со мной, - язвительно
ответил Равенскар. - Я отдам сестру только за решительного человека, а не за такую тряпку!
Да если бы в вас была хоть искра гордости и мужества, вы бы вызвали меня на дуэль, а не
лебезили бы передо мной! Ваша сестра стоит десятка таких, как вы! Хоть она и стерва!
Кит сглотнул и постарался ответить с достоинством:
- Вы сами понимаете, сэр, что я не могу ударить связанного человека. Если бы Дебора
пожаловалась мне на вас, я бы сумел ее защитить. Но похищение - это выходит за все рамки!
Я не удивляюсь, что вы разгневаны, но...
- Идите к черту!
- Но... но я же хотел вас развязать! - растерянно сказал Кит. - Не собираетесь же вы
провести здесь всю ночь!
- Вас совершенно не касается, что я собираюсь делать! Где вы взяли ключ?
- От-тобрал у Деборы, - заикаясь, проговорил Кит.
- Вот и отнесите его ей назад - и передайте от меня поклон. Да не забудьте запереть
дверь!
Кит ошарашенно поглядел на него, но, поскольку лицо мистера Равенскара было
чернее тучи, он взял фонарь и задом вышел из комнаты, послушно заперев за собой дверь и
вынув ключ из замка. Судя по всему, Равенскар тоже сошел с ума, и Кит понятия не имел,
что ему теперь делать. Он медленно поднялся по лестнице и, поскольку не было никакого
смысла держать у себя ключ от темницы, которую заключенный наотрез отказывался
покидать, подошел к Деборе и легонько дернул ее за рукав.
Она бросила на брата испепеляющий взгляд и отвернулась, но он резко сказал:
- На, возьми!
Дебора с удивлением посмотрела на ключ:
- В чем дело? Ты передумал? Он все еще там?
- По-моему, он не в своем уме, - обиженно сказал Кит. - Я хотел его освободить, но он
мне не позволил. Сказал, чтобы я катился к черту, и велел отдать тебе этот ключ и передать
поклон. Не знаю, что теперь делать. Ты меня погубила!
Дебора взяла ключ. Она была почти так же ошеломлена, как ее брат.
- Он велел вернуть ключ мне? - повторила она. - И не позволил себя освободить?
- Говорю, не позволил! Не знаю, что с ним. Можно подумать, что он пьян, но на это не
похоже.
- Он хочет, чтобы на попятный пошла я, - догадалась Дебора, сверкнув глазами. - Не
дождется!
Она тут же направилась в подвал, на этот раз захватив одну из свечей, стоявших на
столике у основания лестницы и предназначенных для спален. Прикрывая рукой ее
трепещущее от сквозняков пламя, она дошла до конца коридора и отперла дверь темницы.
При виде ее заключенный мимолетно улыбнулся и встал с кресла.
- Ну, мисс Грентем, что еще придумали?
Дебора закрыла дверь и стала спиной к ней.
- Почему вы не позволили брату освободить вас?
- Потому что я не хочу быть обязанным бесхарактерному человеку!
Дебора вздохнула и покачала головой:
- Это верно. Тетя его страшно избаловала. А теперь ему нелегко.
- Ему хочется дать пинка в зад. И он его получит, если явится петь серенады моей
сестре!
- Не думаю, чтобы она всерьез собиралась за него замуж, - задумчиво сказала Дебора.
- А вы-то откуда знаете?
- Адриан мне кое-что о ней рассказывал. Но я пришла сюда вовсе не затем, чтобы
обсуждать вашу сестру или Кита. Вы не передумали, сэр?
- То есть не собираюсь ли я вам вернуть долговые расписки? Нет, не собираюсь!
- Только не воображайте, что я вас отпущу, потому что вы не захотели, чтобы вас
освободил Кит! - сварливым голосом сказала Дебора.
- Кажется, вы сказали, что не хотите обсуждать своего брата. Давайте забудем про
него.
Дебора беспомощно посмотрела на него:
- Вы сегодня должны были обедать с мистером Круе. К завтрашнему дню весь город
будет толковать о вашем исчезновении. Сэр Джеймс Файли уже намекает, что вы сбежали,
опасаясь проигрыша. Он сейчас наверху.
- Пусть намекает, - безразлично ответил Равенскар.
- Если вы завтра не явитесь на состязание, какие вы сможете привести оправдания?
- Понятия не имею. Может, вы подскажете?
- Нет, не подскажу, - отрезала Дебора. - Вы думаете, что я пойду на попятный и
выпущу вас, а я этого ни за что не сделаю.
- Да нет, я только надеюсь, что вы принесете мне подушку.
- Не принесу. Зачем это я буду создавать вам удобства? Моя бы воля, я вас здесь
уморила бы голодом!
- Неужели не осмелитесь? А я думал, у вас на что угодно хватит смелости... и
наглости.
- Пожалуй, я пришлю сюда Сайласа, чтобы он вас немного образумил, - пригрозила
Дебора.
- Присылайте - если, по-вашему, это поможет.
- Даю вам полчаса, чтобы принять окончательное решение, - ожесточив сердце,
объявила Дебора. - Если и дальше будете упрямствовать, то вы об этом пожалеете!
- А это мы посмотрим. Может быть, я и пожалею, но вы-то, любезная, не получите
своих расписок, уж это я вам обещаю.
- Сами будете виноваты, если простудитесь. В таком сыром месте простудиться проще
простого.
- У меня крепкое здоровье. Но если вы уходите, у меня к вам просьба - не оставите ли
мне свечу?
- Зачем вам свеча? - подозрительно спросила Дебора.
- Отпугивать крыс.
Дебора окинула комнату нервным взглядом:
- Разве здесь есть крысы?
- Конечно есть - целые стаи бегают!
Дебора содрогнулась:
- Какой ужас! Свечу я вам оставлю, только не воображайте, что вы меня разжалобили!
- Не буду, - пообещал Равенскар.
Поднявшись наверх, Дебора не увидела в игорных залах лорда Мейблторпа и решила,
что он сбежал развлекать Фебу. Люций Кеннет вполголоса осведомился, как поживает
заключенный. Она прошептала, что тот отказывается отдавать расписки. Кеннет криво
улыбнулся:
- Может, мне пойти его поуговаривать, дорогуша?
- Нет уж, не надо. Ты и так мне много напортил. Как ты посмел заманивать его в
западню от моего имени? Я тебе сказала, чтобы ты не смел этого делать!
- Чего там, Дебора, не надо быть чересчур щепетильной! Как же иначе я его похитил
бы?
Дебора круто повернулась и стала наблюдать за игрой в фаро, упорно не замечая
вопросительных взглядов, которые бросала на нее тетка.
Прошли полчаса, которые она дала Равенскару на размышление, а она все еще не
решила, как поступить, если он будет продолжать упорствовать. Леди Беллингем пошла с
гостями вниз, ужинать. Дебора отправилась в подвал в третий раз, невольно думая, что ее
пленник, наверно, и продрог и проголодался.
Войдя в комнату, она закрыла дверь за собой. Равенскар стоял, прислонившись к стене.
- Ну? - спросила Дебора, стараясь придать своему голосу железную твердость.
- Жаль, что вы не прислали ко мне своего приспешника, - сказал Равенскар. - Или
вашего изобретательного приятеля мистера Кеннета. По правде говоря, я надеялся увидеть
хотя бы одного из этих джентльменов, а еще лучше бы обоих. Хотел запереть их здесь на
ночь. С вами я, к сожалению, так поступить не могу, хотя вы этого вполне заслуживаете!
С этими словами он выпрямился и шагнул вперед. Не успела Дебора ахнуть, как он
схватил ее за правую руку и спокойно отобрал у нее ключ.
- Кто вас освободил? - спросила она, дрожа от ярости. - Как вы развязали руки?
- Никто меня не освобождал. Или скажем так - это сделали вы, оставив мне свечу.
Дебора взглянула на его запястья.
- Что вы с собой сделали? - в ужасе воскликнула она. - Вы же страшно обожглись!
- Это верно. Зато я завтра смогу явиться на состязание, а вы не получите своих
расписок.
Дебора не обратила внимания на его последние слова - она могла думать только об его
ожогах.
- Вам же, наверно, страшно больно! Если бы я знала, что вы намерены сделать, я
никогда не оставила бы вам свечу!
- Без сомнения. Только не надо меня жалеть! Все это заживет. А теперь давайте
поднимемся наверх и успокоим сэра Файли. Или вы предпочтете остаться здесь?
- Ой, только не запирайте меня здесь с крысами! - испуганно вскричала Дебора. - Но
вам нельзя появляться в залах в таком виде! Если ваши ожоги не перевязать, вы умрете от
заражения крови! Пойдемте ко мне! Я наложу на них мазь и забинтую. Найду у Кита
кружевные манжеты, и мы прикроем ими повязки. Господи, надо же так себя изуродовать!
Вы не сможете завтра править лошадьми!
- Не советую вам ставить против меня, - сказал Равенскар, с улыбкой глядя на Дебору,
склонившуюся к его рукам. - Вы и вправду намерены перевязать мои раны?
- Конечно! Не хватало только, чтобы вы из-за меня проиграли гонку!
- У меня возникло впечатление, что именно этого вы и хотите.
- Ошибаетесь! Мне просто не приходило в голову, что вы проявите такое нелепое
упрямство!
- Значит, вы собирались меня освободить?
- Да... нет! Не знаю! Давайте поднимемся по задней лестнице. Вы почистите костюм в
комнате брата, а я принесу мазь и бинты. Глаза бы мои вас не видели! Как же вы действуете
мне на нервы!
- Я мог бы сказать вам то же самое, - ответил Равенскар, следуя за ней по коридору.
- Еще пожалеете, что скрестили со мной шпаги! - бросила Дебора через плечо. -
Обязательно выйду замуж за вашего кузена и разорю его!
- Назло мне? - с иронией спросил он.
- Тише! Вы же не хотите, чтобы сюда сбежались слуги!
- Мне это совершенно безразлично.
- Ну а мне нет!
Равенскар засмеялся и больше не сказал ни слова, пока они не оказались в комнате
Кита на третьем этаже. Дебора оставила его там со свечой, а сама пошла искать мазь и
полотняные бинты. Когда она вернулась, Равенскар уже снял камзол и оборвал обгорелые
остатки кружевных манжет. Кроме того, он поправил сбитый набок шейный платок и
причесал волосы. Он очень сильно обжег запястья и морщился, когда Дебора накладывала на
них мазь.
- Так вам и надо, - сказала она. - Вам, наверно, больно, но мне вас нисколько не жалко!
- Само собой, - согласился Равенскар.
Дебора принялась бинтовать правую руку.
- Так легче?
- Значительно.
- Если бы я была мужчиной, вам не удалось бы так легко бежать!
- Наверно, нет. Или если бы у вас был порядочный защитник.
- Не надо насмехаться над Китом. Конечно, это дикая глупость с его стороны -
влюбиться в вашу сестру, но он же в этом не виноват! Давайте другую руку!
Равенскар протянул другую руку.
- Вы - необыкновенная женщина, мисс Грентем.
- Благодарю вас. Чего только я про себя от вас не слышала!
- Вымогательница, стерва, подлая баба, - с ухмылкой сказал он.
- Шлюха, - добавила Дебора.
- Вот за это я извиняюсь.
- Не утруждайтесь! Мне совершенно безразлично, что вы обо мне думаете.
Дебора выдвинула ящик стола, нашла кружевные манжеты и быстро приметала их к
рукавам его камзола.
- Ну вот! Если их опустить пониже, повязок почти не видно. А пальцы у вас свободны.
- Спасибо, - сказал Равенскар, надевая камзол.
- А сейчас советую вам пойти домой и лечь в постель.
- И не подумаю. Я сейчас пойду играть в фаро.
- Я не хочу, чтобы вы оставались в моем доме.
- Это не ваш дом. А ваша тетка наверняка мечтает видеть меня за игорным столом. Вот
я и удовлетворю ее желание.
- Я не могу запретить вам совершать глупости, даже если бы хотела, а я и не хочу. Если
вы решили провести здесь вечер, то шли бы сначала ужинать. Вы, наверно, ужасно голодны.
- Тронут вашей заботой, - ответил Равенскар. - Честно говоря, я предполагал, что в
моем застенке мне дадут хотя бы кувшин с водой и кусок хлеба. Но вы, оказывается, хотели
уморить меня голодом.
Дебора прикусила губу.
- Я бы с огромным удовольствием уморила вас голодом, - с вызовом заявила она. - И
должна вас предупредить, мистер Равенскар, что Люций Кеннет в зале, и, если вам
вздумается учинить у меня в доме драку, я велю вышвырнуть вас на улицу. У нас, в конце
концов, есть Сайлас и два официанта, дворецкий и мой брат, так что у нас хватит сил с вами
справиться.
- Весьма польщен, - ответил Равенскар, - но боюсь, что не такой уж я лихой боец, как
меня изображают. Шесть человек, чтобы вышвырнуть меня из дома, - это уж слишком!
- И во всяком случае, - продолжала Дебора, игнорируя его слова, - Люций тут ни при
чем. Он просто выполнил мою просьбу. - Она подошла к двери. - Если вы готовы, я покажу
вам, как спуститься в залы по задней лестнице. Тогда никто не узнает, что вы были здесь.
- Как вы предусмотрительны, мисс Грентем! Лучше я выйду из дома через заднюю
дверь, а потом зайду через парадную. По дороге заберу шляпу и трость, которые мы забыли в
застенке.
Против этого Дебора не возражала и повела его вниз по задней лестнице. Вдруг ей
пришла в голову мысль, и она резко спросила Равенскара:
- Откуда вы узнали, что у Ормскерка наши долговые расписки и закладная?
- Он сам мне сказал, - невозмутимо ответил Равенскар.
- Он вам сам сказал? Какой негодяй! Он всегда был мне противен, но все-таки я не
думала, что он способен на такую подлость!
- Он всегда был вам противен? - переспросил Равенскар, как-то странно глядя на нее.
Дебора сверкнула глазами:
- Да, но поверьте, мистер Равенскар, не так противен, как вы!
Глава 13
Пять минут спустя мистер Равенскар постучался в парадную дверь и вошел в дом со
своим обычным видом спокойной уверенности в себе.
Вэнтедж при виде его выпучил глаза и издал такой звук, будто внезапно подавился.
Равенскар ответил ироничным взглядом, но больше ничем не выдал, что узнает человека,
набросившегося на него в парке, и молча протянул Сайласу шляпу и трость.
- Чертовщина, да и только! - пробормотал мистер Вэнтедж, когда к нему вернулся дар
речи.
- Очень может быть, - ответил Равенскар. - Будьте любезны, возьмите мою шляпу и
трость.
Вэнтедж выполнил его просьбу, потом проговорил с ошалелым видом:
- Не знаю, как вам удалось такое, сэр, но не могу сказать, что я так уж недоволен. Мне
было не по нутру связывать молодца, который сумел залепить мне такой знатный хук.
Равенскар не обратил внимания на его признание, посмотрелся в зеркало, поправил
булавку в шейном платке, поддернул манжеты на забинтованных запястьях и направился в
столовую.
Его появление произвело фурор. Хозяйка дома, которая, пытаясь успокоить
расшатанные нервы, маленькими глотками пила кларет, закашлялась, и ее лицо посинело;
мистер Люций Кеннет, стоявший возле буфета с тарелкой лососины в руках, ошарашенно
проговорил: "Дела!" - и уронил вилку; мистер Беркли Круе громко закричал: "Ты почему не
пришел со мной обедать?"; сэр Джеймс шепотом выругался, что было услышано теми, кто
находился с ним рядом; и несколько человек хором спросили Равенскара, где он пропадал.
Только мисс Грентем спокойно поздоровалась с опоздавшим.
Равенскар поцеловал ей руку, с усмешкой в глазах поглядел на леди Беллингем,
которая все еще кашляла, и сказал:
- Извини, Круе, но я никак не мог прийти.
- Но что тебе помешало? - настаивал Круе. - Я думал, что ты забыл про наш уговор, и
послал слугу к тебе домой, но там мне сказали, что ты ушел, когда стало темнеть.
- По правде сказать, со мной случилась небольшая неприятность, - сказал Равенскар,
беря бокал с бургундским с подноса, с которым к нему подошел официант. Когда он поднес
его ко рту, кружевные манжеты опали, и все увидели его забинтованные запястья.
- Батюшки, что это у тебя с руками, Макс? - испуганно спросил лорд Мейблторп.
- Ничего особенного, - ответил Равенскар. - Я же говорю, что со мной случилась
неприятность.
- На тебя напали грабители? - спросил Круе.
- Да.
- Надеюсь, это не помешает вам править лошадьми? - спросил Файли.
- Нисколько, - ответил Равенскар, бросив на него саркастический взгляд.
- Слушай, Равенскар, а может, кто-то пытался помешать тебе участвовать завтра в
гонке? - воскликнул джентльмен в старомодном парике.
- Похоже на то, - отозвался Равенскар и невольно взглянул на мисс Грентем.
- Что вы этим хотите сказать, Хорли? - угрожающе прорычал Файли.
Джентльмен в парике посмотрел на него с недоумением:
- Ничего особенного. Просто на эту гонку поставлено много денег, и такое вполне
возможно. А в чем дело?
Файли остыл, пробурчал что-то - дескать, он его, видимо, не так понял - и направился
к выходу из столовой, заявив, что хочет попытать счастья в кости.
- Какая муха укусила Файли? - спросил Круе. - Что-то он стал ужасно
раздражительным.
- А ты разве не знаешь? - спросил джентльмен в полосатом жилете. - Он хотел
жениться на дочке Лакстонов - такой миленькой дебютантке, совсем девочке. Ну так вот,
Лакстоны стараются это скрыть, но мне ее брат Арнольд сказал, что она сбежала из дому.
- Сбежала? - непонимающе повторил Круе.
- Исчезла! Ее нигде не могут найти. Неудивительно, что наш друг рвет и мечет.
- Я ее вполне понимаю, - сказал Круе. - Угодить со школьной скамьи в лапы Файли!
Это немногим лучше, чем подвергнуться изнасилованию! Но где же она скрывается?
- Никто не знает. Исчезла, и все! Самое смешное, что Лакстоны не смеют заявить в
полицию, потому что не хотят огласки этой истории. Не больно-то красиво они будут
выглядеть: принуждать молоденькую девочку к браку с человеком, известным своей
распущенностью!
- Неужели они ее принуждали? - воскликнул Хорли.
- Еще как! Вы не знаете леди Лакстон, она не задумается продать дочь хоть в гарем -
лишь бы цена была хорошая! - усмехнулся джентльмен в полосатом жилете.
Леди Беллингем, которая слушала этот разговор, замерев от ужаса, и никак не могла
проглотить кусок жареной куропатки, бросила отчаянный взгляд на племянницу.
- Не могу себе представить, - проговорил лорд Мейблторп, - чтобы Файли захотел
жениться на девушке, которой он явно противен.
- Плохо ты знаешь Файли! - воскликнул Круе. - Для него в этом-то и есть главная
пикантность.
Под прикрытием общего разговора Люций Кеннет подошел к мисс Грентем и сказал ей
на ухо:
- Неужели ты его убедила отдать расписки, дорогуша? Я чуть не упал, когда он вошел
в столовую.
- Нет, расписок он не отдал, - ответила Дебора.
- Нет? Зачем же ты его тогда выпустила?
- Я не выпускала. Он сбежал.
- Как он мог сбежать? - подозрительно спросил Кеннет. - Я сам связал ему руки.
Врешь ты, Дебора, ты сама его развязала.
- Не развязывала я его! Но он попросил, чтобы я оставила ему свечку. Я и оставила.
Мне и в голову не пришло, для чего она ему нужна. А он пережег на запястьях веревки и,
когда я к нему вошла, был свободен. Что мне оставалось делать?
Кеннет присвистнул:
- Ну орел! Так вот почему у него перевязаны кисти рук. А лошадьми он править
сможет?
- Говорит, сможет. Мне-то все равно!
Деборе не хотелось обсуждать эту тему, и она отошла в сторону. Но тут ее перехватил
лорд Мейблторп, отозвал ее в угол и спросил, слышала ли она разговор об исчезновении
Фебы Лакстон. Дебора нетерпеливо бросила, что это не имеет ни малейшего значения, но от
Адриана не так легко было отделаться.
- Меня очень беспокоит будущее Фебы, - сказал он.
Дебора была рада это слышать, но после всех событий вечера ей меньше всего хотелось
в полной людей столовой обсуждать будущее Фебы. Поэтому она только сказала:
"Поговорим потом", чем за все время их знакомства впервые вызвала неудовольствие его
светлости.
- Но не может же она оставаться у вас в доме всю жизнь! Ты к этому как-то
легкомысленно относишься, Дебора! - укоризненно сказал он.
- Мне сейчас не до нее.
- Конечно, у тебя много других дел, но о ней, кроме тебя, позаботиться некому.
Адриан сказал это с мягким достоинством, которого Дебора раньше не замечала в
своем юном поклоннике. Она подумала, что с тех пор, как Адриан близко познакомился с
Фебой, он изменился в лучшую сторону: у него появилось чувство ответственности.
- Я просто не знаю, что предпринять, - сказала она. - Я была уверена, что ее родители
дадут объявление. Может быть, это в конце концов и случится.
Адриан нахмурился.
- Даже если это случится... - Он помедлил, потом продолжал: - Дебора, она мне
кое-что рассказала. Возможно, что тебе она рассказала больше. Но и того, что я знаю,
достаточно: мне ясно, что дома ей очень плохо. Эти ее родители... Если бы им не попался
Файли, они нашли бы кого-нибудь другого, ничуть не лучше. Леди Лакстон думает только о
деньгах. Если мы позволим Фебе вернуться домой, у меня будет чувство, что мы ее предали.
Она не похожа на тебя - ей нужен человек, на которог
...Закладка в соц.сетях
