Талисман

Аннотация

Прекрасная шотландка Джейн Лесли с детства лелеяла в душе два чувства —
ненависть к захватчикам-англичанам и надежду на встречу с таинственным,
магически притягательным воином, явившимся ей в видении. И однажды видение
обрело плоть и имя, но судьба уготовила девушке серьезное испытание. Ибо
Линкс де Уорен, полюбить которого Джейн было предначертано свыше, оказался
одним из проклятых кельтами английских рыцарей. Однако ненависть и вражда
бессильны перед лицом истинной любви, страстной и обжигающей, превосходящей
волю и разум...

Глава 1

Внезапно Джейн подняла голову. Ее огненно-рыжие волосы встали на затылке
дыбом — так поднимается шерсть на загривке у животных в минуты близкой
опасности. Она обвела взглядом ажурную завесу листьев, пытаясь определить,
что нарушило спокойствие этого райского уголка.
Ничего не заметив, Джейн все же была абсолютно уверена, что кто-то притаился
за деревьями. Обратившись в слух, она старалась уловить хотя бы слабый
шелест или шорох, но, не услышав ни звука, поняла, что этот кто-то мастер
прятаться. Сделав глубокий вдох, девушка ощутила запах воды, леса, аромат
первых диких ирисов. Вдруг ноздри ее затрепетали: она почувствовала резкий
запах. Нет, ошибки не было — за ее купанием наблюдали!
Сквозь завесу листьев зеленые глаза внимательно смотрели на купальщицу. Он
явился издалека, был устал и грязен и подошел к лесному пруду, чтобы
напиться. Теперь зверь смотрел на нее не мигая, как загипнотизированный, и
облизнулся, взирая на хрупкое женское тело, способное утолить внезапно
проснувшийся голод. Не отрывая взгляда от девушки, животное равномерно
распределило вес тела, пригнулось и стало ждать, когда она выйдет из воды.
Стараясь не выдать своего волнения и делая вид, что не догадывается о его
присутствии, Джейн окунула ладони в воду, а затем подняла руки вверх, чтобы
струйки стекли по шее и плечам. Удастся ли ей выманить его из укрытия? Она
обладала властью, недоступной другим людям. Джейн стала тихо и успокаивающе
напевать, постепенно приближаясь к берегу.
Привлеченный ее пением, как песней сирены, он тоже двинулся вперед. Его
немигающий взгляд жадно ловил каждое движение хрупкой девушки. Зверь считал
Джейн своей добычей и знал, что она уже не ускользнет. Она была его добычей.
Сдерживая нетерпение, хищник застыл в ожидании.
Джейн была изумлена: таких свирепых зеленых глаз ей еще не приходилось
видеть. Она предполагала, что непрошеным гостем может быть лис или даже
олень, но и подумать не могла, что повстречается с рысью!
Она пришла в ужас, испугалась и за себя, и за уснувшую выдру, с которой
только что играла. Рысь сожрет маленького зверька, прежде чем тот успеет
пошевелиться. Девушка отважно выпрыгнула из воды и попыталась спугнуть
хищника, но огромная рысь ничуть не испугалась. Не обращая внимания на
выдру, зверь сосредоточился на Джейн и стал мягко подбираться к ней, как
будто преследовал добычу.
Джейн вскрикнула и бросилась бежать. Выручить теперь мог только ее особый
дар. На бегу девушка сжала пальцами висевший на шее кельтский талисман и в
отчаянии призвала на помощь богиню Бригантию.
Оглянувшись, она поняла, что надеяться на божественное вмешательство поздно:
рысь почти настигла ее. Джейн зацепилась за побег дикого горлеца и,
приглушенно вскрикнув, упала. Могучий зверь одним движением лапы перевернул
ее на спину.
Джейн вскрикнула и зажмурилась, чтобы не видеть грозного хищника. Страх ее
был таким сильным, что удары сердца громом отдавались в ушах, а руки и ноги
сотрясала непроизвольная дрожь. Почувствовав, что рысь обнюхивает ее волосы,
девушка судорожно втянула в себя воздух и вдруг с изумлением почувствовала,
как шершавый язык лизнул ее щеку. Боже, неужели рысь, подобно всем кошкам,
решила поиграть с жертвой, прежде чем съесть ее?
Она с тревогой вглядывалась в свирепые зеленые глаза зверя. Рысь снова
высунула язык, лизнула ее в ухо, и девушка, почувствовав в движениях
животного ласку, с огромным облегчением поняла, что рысь не причинит ей
вреда.
Сердце по-прежнему бешено колотилось. С благоговейным трепетом она
рассматривала великолепного зверя, Шкура его была рыжевато-желтой, шерсть
вокруг морды и за ушами топорщилась, обрамляя голову серебристой гривой.
Джейн понимала, что не может управлять поведением хищника. Главным здесь был
он, свирепый и бесстрашный, необузданный и гордый, дикий и свободный.
Язык рыси скользнул по ее шее и ключице. Зверь стал лизать ей грудь, и Джейн
остро почувствовала свою наготу. Шершавый язык коснулся ее соска, вызвав
необыкновенно сильные ощущения, горячими волнами спускавшиеся к животу.

Теперь страх девушки смешивался с наслаждением и странным волнением. Такого
она никогда прежде не испытывала.
Рысь лизала и лизала ее плечи, грудь, живот. Джейн закрыла глаза, и с ее губ
сорвался легкий стон.
Внезапно послышался шорох сухих листьев, и между деревьями мелькнула серая
шкурка зайца. Рысь тотчас прыгнула за ним, исчезнув так же быстро, как
появилась. Джейн с трудом перевела дух, подняла висевший на кожаном ремешке
талисман, чтобы взглянуть в лицо Бригантин, и подумала, что богиня,
наверное, вмешалась и послала зайца, который считался известным обманщиком,
обладающим способностью к превращениям и властью над судьбой.
Джейн решила, что это может быть каким-то предзнаменованием, но понятия не
имела каким. Сбитая с толку странной встречей, она неуверенной походкой
вернулась на берег, где лежала се одежда. Дрожащими руками Джейн натянула
шерстяное платье и чулки. Птицы и стрекозы вновь заскользили над самой
водой, рыжие белки рискнули спуститься по стволам дубов на землю. Черепаха
высунула голову из воды и медленно подплыла к ногам Джейн.
Девушка поспешила в одну из больших пограничных крепостей Шотландии — замок
Дамфрис, управляющим которого был ее отец Джок Лесли.
Джейн была десятым ребенком в семье. Мать умерла при ее рождении, и девочку
воспитывала бабушка Меготта, чрезвычайно гордившаяся своим происхождением.
Когда ее дочь вышла замуж за Джока Лесли, Меготта пришла в ярость оттого,
что та отдала себя мужчине, в жилах которого текла не только кельтская
кровь. А потому с удвоенной энергией следила за тем, чтобы ее внуки
воспитывались по древним законам.
Джейн была любимицей Меготты. Девушка обладала врожденным даром
целительницы, которым ее наделили — по твердому убеждению бабушки — древние
кельтские богини. Меготта также надеялась, что у внучки удастся развить и
способность к ясновидению, признаки которого уже были заметны.
Дверь их каменного дома была распахнута настежь, и Джейн услышала голоса
двух своих замужних сестер, о чем-то споривших с бабушкой. Щеки девушки
залились румянцем, когда она поняла, что предметом разговора на повышенных
тонах является она сама.
У сестер были причины сердиться на нее: отец и бабушка всегда относились к
ней по-особенному, разрешая свободно гулять по лесам и общаться с животными.
Но она не догадывалась о том, как сильно завидовали сестры ее красоте: огненно-
рыжим волосам и роскошному гибкому телу.
— Не лезьте не в свое дело! Джейн предназначена для более возвышенного,
чем заурядное замужество. К тому же она еще слишком молода, — твердо
заявила Меготта.
— Слишком молода?! — воскликнула Мэри, ожидавшая шестого
ребенка. — В ее возрасте у меня было уже трое детей.
— Дикость Джейн неестественна, и она должна попытаться побороть
ее, — заявила Кейт. — Люди уже шепчутся о том, что за нашей
маленькой скромницей никто еще не ухаживал. Мужчины считают Джейн скорее
ведьмой, чем женщиной, и в этом твоя вина. Ты забила ей голову глупыми
суевериями кельтов.
— Вы должны гордиться своим кельтским происхождением! Нет ничего важнее
крови!
— За исключением помолвки и замужества, — возразила Мэри. —
Отцу придется заплатить немало денег, чтобы кто-то согласился взглянуть на
нее.
Джейн чувствовала себя свободной и раскрепощенной в лесу среди животных, но
была скованна и замкнута в общении с людьми и совершенно не интересовалась
тем, что занимало остальных девушек: поисками мужа и устройством
собственного дома. Она понимала, что необычные способности делают ее
непохожей на других, и старалась не показывать своих чувств, опасаясь
насмешек.
Но сегодня девушка не смогла сдержаться и, едва переступив порог, вмешалась
в спор:
— Мне не нужен никакой муж! Я предпочитаю жить с отцом и бабушкой.
Сестры были замужем за пастухами и имели за пределами замка собственные
каменные дома.
— Она и не представляет, чего хочет себя лишить! — расхохоталась
Кейт.
— Думаю, нужно просветить ее по поводу того, что происходит между
мужчиной и женщиной, — ответила Мэри.
— Бесстыжие! — закричала на них Меготта. Джейн вспыхнула, но
сдержала гнев.
— Все в порядке, Меготта. Я прекрасно знаю, что бывает между мужчиной и
женщиной; просто мне это не интересно. Мужчины мне кажутся... — она хотела
сказать страшными, но вовремя спохватилась, подумав, что сестры еще больше
будут смеяться, и закончила: — ...грубыми.
Джейн никогда никому не рассказывала, что однажды на нее набросился
прятавшийся в лесу человек — он скрывался там, чтобы не идти в солдаты. Ей
удалось отбиться при помощи ножа для срезания целебных трав, но это
нападение вселило в нее страх перед незнакомыми мужчинами.

— Грубыми могут быть и женщины, — заявила бабушка. — Отправляйтесь-
ка по домам, пока ваши прекрасные мужья не задали вам трепку за то, что вы
опоздали с обедом.
Сестры пожали плечами: побои были неотъемлемой частью замужества.
Джейн мечтала о другом. Меготта научила ее тому, что знали в древности
кельтские жрицы, и девушка хотела посвятить свою жизнь приготовлению
целебных снадобий из растений и лечению людей и животных Дамфриса.
В дверях показался младший из братьев, Кейси. Он был самым молодым мужчиной
в клане Лесли, неженатым, поэтому еще жил дома и выполнял обязанности
конюха. Он очень любил лошадей и умел обращаться с ними.
— У меня кобыла ожеребилась двойней. Один здоров, но без твоей помощи,
Джейн, второго я потеряю.
Не говоря ни слова, Джейн последовала за любимым братом в обширные конюшни
замка. Седьмой сын Джока Лесли тоже обладал необычными способностями. Между
двумя младшими детьми в семье существовало особое взаимопонимание.
Жеребенок одиноко лежал на соломе. Джейн опустилась рядом с ним на колени и
увидела, как по маленькому телу пробегает легкая дрожь. Девушка знала, что
умелые прикосновения важны для жизни не меньше, чем еда. Она положила ладони
на шею жеребенка и принялась гладить ее плавными и медленными движениями,
сопровождая их ласковой речью. Пройдясь по спине и животу новорожденного,
она вернулась к его морде и шее. Постепенно массаж становился энергичнее, а
пальцы вдавливались в шкуру и захватывали ее, как это делал бы шершавый язык
матери, если бы жеребенок подавал больше признаков жизни.
— Сегодня около пруда я повстречалась с рысью. Кейси уловил волнение в
голосе сестры.
— Ты не испугалась?
— Я была в ужасе... сначала. Подумала, что рысь собирается убить выдру,
с которой я играла, и попыталась спугнуть зверя, но обнаружила, что совсем
не могу управлять его поведением. Рысь стала подкрадываться ко мне, и я
испугалась, что она нападет на меня. — Джейн не хотела пока
рассказывать Кейси о странном поведении хищника. — Наверное, меня спас
талисман с изображением Бригантин.
Кейси нахмурился:
— В нашем лесу не водятся рыси. Они обитают в скалистых горах за лесом. Ты скажешь Симу и Бену?
Джейн покачала головой. Их братья Сим и Бен были пастухами и отвечали за
принадлежавшие замку большие стада овец.
— Я знаю, что должна сказать им, но мне жаль, если они убьют такое
прекрасное животное.
Она хотела бы понаблюдать за рысью, попытаться проникнуть в ее душу, но
поскольку ситуацию контролировал хищник, Джейн была встревожена и сбита с
толку.
— Думаешь, это предзнаменование? — спросила она, не переставая ласково гладить жеребенка.
Обычно озорное веснушчатое лицо Кейси стало серьезным, его рыжие волосы,
после того как он провел по ним рукой, встали дыбом. Все дети в семье Лесли,
кроме младшего сына и Джейн, были черноволосыми.
— Да, боюсь, нас ждут большие перемены. Издалека придут могущественные
люди. Шотландия будет разодрана на части.
Джейн поняла, что рысь — это символ, зверь пришел с дальних гор. Он
разрывает добычу своими могучими лапами.
— Ты рассказал отцу о своих предчувствиях?
Кейси кивнул:
— В жилах отца течет норманнская кровь, он предан своим хозяевам.
Говорит, что Дамфрис является владением короля, поэтому замок на протяжении
столетий много раз переходил из рук в руки. Весь Каррик и Аннандейл
находились во владении Брюсов, пока королем не стал Балиоль. Затем эти земли
были конфискованы Комином, коннетаблем Шотландии. Отец считает, что мы
хранители замка, а не солдаты и перемены нас не коснутся. Но никакие
изменения не проходят бесследно, Джейн.
Сестры и жены братьев проводили много времени в замке, прислуживая за столом
и убирая комнаты, однако сама Джейн чаще бывала на конюшне и в кладовой. Она
редко осмеливалась появляться в замке, где размещались всадники тяжелой
конницы Комина. И хотя солдаты жили тут уже больше трех лет, их присутствие
по-прежнему беспокоило девушку. Неожиданно мысль о заполнивших Дамфрис чужих
людях очень встревожила ее.
Маленький жеребенок, уже делал неловкие попытки встать, и Джейн помогла ему
подняться. Вместе с Кейси она подвела малыша к матери, и кобыла приняла его.
Девушка смочила палец молоком кобылы и сунула его в рот жеребенка. Она
проделала это еще несколько раз, пока малыш не стал сосать самостоятельно.
Размышляя над своим странным столкновением с рысью и пророчеством брата,
Джейн подумала, что лучше тысячу раз встретить дикую рысь, чем мужчину.

Закладка в соц.сетях