Жанр: Любовные романы
Желанная
...обоим.
- Ваше Величество, ваше высочество.
Молодые люди, не таясь, рассматривали друг друга. Оба были сложены почти
одинаково - тот же рост, длинные ноги и
руки, превосходно развитая мускулатура. Между ними сразу же возникло нечто,
похожее на взаимную приязнь.
- Что у вас за новость, граф? - спросил король.
- Не у меня, у сына, сир. Он только что прибыл из Франции.
- Филиппу удалось собрать огромный флот из ста пятидесяти больших кораблей и
множество маленьких судов из
герцогств Нормандия и Бретань.
Глаза короля свирепо-воинственно блеснули.
- Вы сами это видели? И знаете, где они находятся? Хоксблад кивнул.
- Недалеко от порта Слейс.
- Проклятый Валуа! Использует берег Фландрии для своих подлых целей!
-Давайте вышибем их из воды на сушу! - нетерпеливо вскричал принц Уэльский. -
Ты сказал, что Уолтер Мэнни
посылает семьдесят судов! Разобьем французишек!
- Флот на Темзе насчитывает всего двадцать пять кораблей, - заметил Уоррик.
- Адмирал Морли посылает еще два десятка из Пяти Портов. Значит, в общей
сложности - сто пятнадцать, -
подсчитал король.
- Они уже захватили три наших лучших корабля - "Эдуарда", "Розу" и "Кэтрин".
Нужно сделать так, чтобы суда
оказались последними пленными! - воскликнул принц. Ему никогда еще не доводилось
участвовать в кампании, хотя,
кажется, всю жизнь он готовился воевать с французами.
Взгляды Уоррика и Кристиана встретились.
Никаких слов не потребовалось. Оба подумали, что война будет идеальной
проверкой мужества, чести, таланта и
нравственности каждого из них.
Король заразительно рассмеялся.
- Клянусь Богом, ты прав! Турнир подождет до нашего возвращения: проклятый
Валуа не дал нам поразвлечься!
- До меня дошли слухи, что Филипп нанял генуэзских лучников, которые будут
сидеть у бойниц кораблей и стрелять
прямо с бортов, - предупредил Хоксблад. - Генуэзцы - лучшие арбалетчики в мире.
Я сражался против них.
Принц Эдуард, король и Уоррик, переглянувшись, захохотали. Хоксблад
недоуменно нахмурился. Король сделал
небрежный жест рукой.
- Покажи ему наших! А мы с Уорриком отправимся в кабинет, где хранятся карты,
и выберем порты отплытия. Дувр и
Сендвич не годятся. Филипп тут же узнает обо всем от своих шпионов. Нужно место
с множеством морских рукавов, чтобы
можно было спрятать большую часть кораблей по мере их подхода.
Хоксблад окинул Эдуарда III проницательным взглядом. Расточительный, немного
хвастливый и, вполне вероятно,
тщеславный, но храбрый и решительный. Да, это не король-марионетка! Настоящий
завоеватель!
Принц Эдуард привел Кристиана на луг, где тренировались две сотни человек.
Сначала луки показались Хоксбладу
примитивными. Неужели англичане надеются выстоять против генуэзцев, с детства
приученных попадать птице в глаз?
- У вас нет арбалетов? - спросил он Эдуарда.
- Есть. Но мы считаем, что большие луки гораздо лучше.
Кристиан поднял оружие. Легкое, хотя длиной больше шести футов . Стрелы со
стальными наконечниками оперены
обычными гусиными перьями.
Принц поговорил с двумя молодыми людьми, те выбрали оружие из груды, лежавшей
на телеге. Один поднял арбалет,
другой - большой лук.
- Теперь смотрите, - велел Эдуард.
Лучники встали в позицию. Арбалетчик опустился на одно колено, чтобы удержать
на весу тяжелый самострел, вставил
стрелу и спустил курок. Второй, стоя во весь рост, успел за это время выпустить
три стрелы.
Эдуард и Кристиан пересекли поле. Все стрелы попали в цель, но те, что были
выпущены из большого лука, вонзились в
мишень глубже, чем на половину древка.
- Иисусе! Да эти луки просто сеют смерть! Я хочу научиться стрелять!
- Это оружие пехоты, - ухмыльнулся Эдуард. - Обыкновенных валлийских йоменов
. Благородный рыцарь умрет от
стыда, если его увидят с луком в руках!
Взгляды аквамариновых и синих глаз скрестились и застыли.
- Но ведь вы умеете обращаться с этим оружием.
- Верно, - признался Эдуард.
Эти двое были так похожи. Сердца обоих горели желанием превзойти остальных.
Во всем. Следующие три часа
пролетели незаметно - Кристиан пытался овладеть новым для себя искусством.
Наставником его стал сам принц Уэльский,
увлеченный не меньше ученика. Скоро они велели установить мишень на другом лугу,
на противоположном берегу Темзы, и
решили попробовать поразить цель через широкую реку.
К этому времени Али и Пэдди ухитрились отыскать Кристиана. Они поставили
коней рядом с лошадьми Бошемов, но не
знали, где будет жить хозяин - в том крыле замка, где покои Уоррика, или велит
раскинуть шатер.
- Рядом с моими покоями есть свободные комнаты, - вмешался принц Эдуард. -
Мой кузен Эдмунд Кент купил себе
дом в Лондоне. Пойдем, я покажу.
В этот момент его внимание привлекла маленькая фигурка, взбиравшаяся на
телегу с оружием. Принц в два прыжка
добрался до незваного гостя.
- Это еще что?! Какого черта ты здесь делаешь? Он тряхнул за плечи пажа с
озорной физиономией, вцепившегося в
большой лук, и отвесил ему подзатыльник.
- Неужели не понимаешь, что тебя могли убить?!
Лицо мальчишки засветилось от радости, когда он увидел принца.
- Ваше высочество, я принес записку от принцессы.
Сунув замурзанную ручонку в карман ливреи, он вытащил клочок смятого
пергамента.
Эдуард застонал, заранее зная содержание письма.
- Совсем забыл, что обещал сестре устроить соколиную охоту. Не понимаю, что
это тогда на меня нашло!
Он взглянул на малыша сверху вниз.
- Скажи, что у меня слишком много срочных дел. Но в этот момент перед глазами
встал образ Джоан, и принц
неожиданно осознал, почему пообещал Изабел это изысканное развлечение.
- Погоди немного, - бросил он пажу, задумчиво глядя на Кристиана. - До
нашего... "урока французского" остается
несколько дней подготовки. Не можем ли мы уделить одно утро соколиной охоте?
Кристиан усмехнулся про себя. Эти Плантагенеты просто одержимы желанием
смешивать дело с развлечениями!
- Передай Изабел, что завтра с утра пораньше едем в лес. И учти, я не привык
ждать, так что пусть поторопится. Ну, а
теперь убирайся-ка отсюда и держись подальше от лучников. - Подняв стальной шлем
со сломанным забралом, принц
швырнул его мальчишке.
- А если не можешь удержаться, носи вот это! Чертенок стащил с головы шапку,
нахлобучил шлем на рыжие кудри и
расплылся в счастливой улыбке. Принц Эдуард был его идолом. Покои были
обставлены гораздо лучше, чем Хоксблад
ожидал увидеть в замке, населенном смешанной публикой: знатными дворянами,
воинами, священниками и слугами. Велев
оруженосцам распаковать вещи, он отправился в покои принца, а потом оба они
присоединились к королю и Уоррику.
- Мы решили отплыть из Ипсвича. Я послал гонцов к адмиралу Морли и Уолтеру
Мэнни с сообщением, что операцией
будет командовать граф Уоррик. Сколько, по-вашему, потребуется солдат, граф?
- Скажем, по пятьдесят человек на каждом судне, не считая команды для высадки
на берег, - решил Уоррик.
- И не забывайте моих валлийских лучников, - вмешался принц Эдуард. - Нужно
же им расправиться с этими
генуэзцами.
Все мужчины разом взглянули на Хоксблада. Тот, смеясь, покачал головой.
- Не думаю, что у генуэзских арбалетчиков есть хоть малейший шанс.
- Если собираешься отправиться с нами, должен принести клятву верности, -
заявил король.
- Опоздал, отец, - улыбнулся Эдуард, - он уже поклялся мне в верности.
Хоксблад теперь мой человек, хотя не буду
возражать, если он пообещает честно служить и тебе.
Вот уже второй раз за последний час Кристиан протянул сложенные вместе ладони
навстречу рукам Плантагенета. Он
воспользовался именем отца раньше, чем рассчитывал.
- Я, Кристиан Хоксблад де Бошем, клянусь своей честью повиноваться, защищать
и служить тебе, как моему суверену,
преданно и верно, без лжи и обмана.
Хотя Кристиан не так-то легко давал клятвы, все же был достаточно искушен в
житейских делах, чтобы знать:
большинство вассалов, так или иначе обманывали своего повелителя. Есть разница
между тем, что человек говорил другим,
внушал самому себе и истинными мотивами его поступков.
- Новости распространяются, как лесной пожар. К тому времени, как мы
спустимся в Трапезный зал, весь замок загудит,
как осиное гнездо. Эдуард, тебя начнут осаждать молодые люди, жаждущие поскорее
получить рыцарские шпоры.
Постарайся выбирать осмотрительно, - посоветовал король.
- Наверное, многие уже узнали о том, что мой сын нашелся. Будут удивляться,
перешептываться, сплетничать. Мне
лучше было бы отыскать Роберта и все объяснить самому, прежде чем пойдут слухи.
Но было слишком поздно. Роберт де Бошем уже узнал о появлении в Виндзоре
побочного сына графа Уоррика, да к тому
же чужеземца! Едва ли не дюжина приятелей прожужжали Роберту все уши разговорами
об арабском принце. Правда, никто
на говорил о нем иначе, как с благоговейным восхищением. Оказалось, что
неизвестно откуда явившийся брат старше,
опытнее в воинском деле и уже посвящен в рыцари. Роберт, опасаясь, что этот
образец добродетелей затмит его, даже еще не
видя ни разу нежеланного пришельца, почувствовал к нему острую неприязнь. Если
чужеземный ублюдок стремится
заполучить титул или хотя бы акр земли Уорриков, пусть лучше поостережется.
Глава 7
Для получения верных сведений в Виндзоре существовало два надежных источника
- один у мужчин, другой - у
женщин. Если в первом случае новость исходила от короля и постепенно
передавалась вниз по иерархической лестнице,
распространяясь от дворян к оруженосцам, слугам, и доходила, наконец до пажей,
то у женщин все было наоборот. Пажи
шептали новость на ухо служанкам, те - замужним женщинам, и затем ее узнавали
камеристки, спешившие все рассказать
хозяйкам. В результате женщины узнавали о том, что творится в Виндзоре, гораздо
позже мужчин и к тому же в весьма
искаженном виде.
Языки служанок мололи без устали. Девушки и пожилые женщины ни о чем другом
не могли говорить, кроме как о
смуглом рыцаре, переплетая свои рассказы все новыми пикантными подробностями:
- Слышали? Он арабский рыцарь, шпион, присланный с секретной миссией.
- Нет, он наемник, убийца-фанатик, член секты, ставящей целью уничтожать
христиан.
- Знаете, арабы - известные развратники, им даже разрешается иметь четырех
жен, не говоря уже о гаремах с
десятками наложниц. Видите, как красив этот араб, так что женщины, конечно, не
обходят его вниманием.
- Говорят, он оставил десятки разбитых сердец на всех трех континентах.
На этом месте голоса девушек понижались до шепота. Служанки в бане видели его
обнаженным. Его мужское естество -
совсем черное и непристойно огромное! Большинство дам брезгливо морщились,
некоторые были заинтригованы, но все
сгорали от любопытства.
Говоря по справедливости, у Кристиана были преимущества при встрече со
сводным братом - он знал заранее, что у
Уоррика есть сын, а Роберт ничего не подозревал до сегодняшнего дня. Но даже при
этих обстоятельствах светловолосый
молодой великан достаточно любезно приветствовал брата.
Уоррик, с бесстрастным, словно высеченным из гранита лицом, в нескольких
словах сообщил Роберту:
- Это мой сын Кристиан, рожденный в Аравии, прежде чем я женился на твоей
матери.
Роберт, приветливо улыбнувшись, протянул руку, и Кристиан понял, что его волю
ждет испытание. Конечно, Роберт
внешне казался приветливым, добродушным и жизнерадостным. Но за этим
спокойствием крылись бездонные глубины и
подводные течения. Сжав руку брата, Роберт понял, что тот гораздо сильнее, и это
потрясло его. Улыбка чуть потускнела, но
маска вежливости осталась.
Кристиан знал, что прочитать мысли брата хотя и трудно, но возможно. Однако
сущность Роберта Бошема была скорее
загадочной. Кристиан уже сообразил, что Роберт успел узнать о его существовании,
потому что все мысли брата, дурные или
хорошие, были тщательно скрыты. Заметив позолоченную эмблему на рукаве Роберта,
Кристиан спросил:
- Ты служишь герцогу Кларенсу? Я еще не знаком с принцем Лайонелом.
- Он будет сегодня в Трапезном зале. У нас с Лайонелом много общего - рост,
фигура, отцы - правоверные воины,
чья репутация безупречна, а теперь... теперь еще и старшие братья, которые
совсем нас затмили.
Он широко улыбнулся, показывая, что не испытывает обиды.
- Ну, это еще время покажет, - ответил Кристиан с такой же улыбкой.
- Думаю, это будет по-братски - предложить тебе одну из моих комнат.
- Благодарю, но это не обязательно. Я уже нашел жилье.
И, кивнув обоим мужчинам, добавил:
- Встретимся в зале.
Роберт сузившимися глазами смотрел вслед Кристиану. Теперь, когда он
столкнулся лицом к лицу с тем, кого считал
узурпатором, и увидел уважение к нему в глазах отца, он понял, что сила
побочного брата превосходила его собственную. И
черная ненависть пустила корни в душе Роберта.
- Возможно, сегодня вечером мы увидим его в зале,- сказала Джоан подруге. -
Интересно, кто он? Имя Хоксблад мне
незнакомо.
- Но звучит довольно зловеще, - предостерегла Брайенна, зная страсть Джоан ко
всяческим проделкам.
- О Боже, ты права, - вздрогнула девушка. Брайенна тоже поежилась.
Сегодня она выбрала бирюзовую тунику, надела ее поверх нижнего платья из
тонкой шелковой тафты нефритового цвета
с прозрачными рукавами. На бедрах лежал все тот же золотой, усыпанный изумрудами
пояс.
- Как, по-твоему, Роберт не посчитает такой наряд слишком ярким? - с тревогой
спросила она Джоан.
- Ты выглядишь просто великолепно. Никогда не думала, что сочетание двух
оттенков зеленого так прекрасно. Он тебя
уже поцеловал? - нетерпеливо поинтересовалась Джоан.
- Конечно, нет, - возмущенно воскликнула Брайенна.
- Значит, сегодня поцелует! Увидишь, изумруды принесут тебе удачу!
- Джоан, ты ужасно порочна! - покачала головой Брайенна, но тут же лукаво
засмеялась. Глаза девушки сверкали ярче
драгоценных камней.
Подруги спустились в зал, и принцесса Изабел надменным жестом подозвала их.
- Эдуард берет меня завтра на соколиную охоту. Вам придется встать на час
раньше.
Джоан за весь день ни разу не удалось увидеть принца, хотя она повсюду
высматривала его. Она давно изучила привычки
Изабел и знала, что та, если бы могла, ни за что не разрешила бы ей и Брайенне
ехать на охоту.
Королева Филиппа спустилась в Трапезный зал, и король не отходил от жены. Они
ели из одной серебряной мисочки,
смеялись и разговаривали только друг с другом.
Уголки рта принцессы Изабел были капризно опущены, поскольку не она сегодня
была центром всеобщего внимания. Ни
Эдуард, ни Лайонел не поднялись на возвышение, предпочитая ужинать со своими
людьми. Принц Джон Гентский, как
обычно, совершенно игнорировал сестру, и та, в свою очередь, не удостаивала его
разговором. Хотя Джон был еще совсем
молод, умом он значительно превосходил Изабел.
Джоан почувствовала укол разочарования оттого, что не сможет сегодня
пофлиртовать с Эдуардом, но вскоре отвлеклась,
заметив Роберта Бошема, сидевшего рядом с принцем Лайонелом. Девушка подтолкнула
локтем Брайенну.
- Послушай, он смотрит на тебя.
- Сомневаюсь, - прошептала та. - Он глядит на кого-то за нашими спинами.
Джоан, сообразив, что подруга права, обвела присутствующих пристальным
взором.
- А знаешь, верно, все уставились куда-то в одну точку. Интересно, неужели на
этого араба, как ты думаешь?
Но Брайенна, почти не слушая ее, наблюдала за Робертом. Глаза нареченного
почему-то зловеще сужены. Он пьет чашу за
чашей наравне с Лайонелом. Роберт, обычно всегда веселый, сегодня мрачен и
угрюм.
За ужином менестрель королевы Филиппы Годенал пел прекрасные любовные баллады
на фламандском языке. Поскольку
королева была еще слаба после родов, она рано удалилась в свои покои и увела
короля.
Брайенна и Джоан встали из-за стола, наконец, получив возможность оглянуться.
Вокруг принца собралась толпа мужчин,
обсуждавших, по всей видимости, что-то важное. Поняв, что разговор затянется
надолго, девушки прошли на галерею. Но, к
их удивлению, Роберт де Бошем вскоре отыскал их.
- Добрый вечер, милорд, - застенчиво пролепетала Брайенна.
Джоан решила помочь влюбленным.
- Брайенна как раз собиралась показать мне свой пергамент, который королева
велела отнести в галерею.
- Пожалуйста, не надо, - неожиданно обрела голос Брайенна.
- К чему излишняя скромность? Уверена, Роберту будет приятно увидеть, как ты
талантлива.
Брайенна даже немного позавидовала самообладанию подруги. Сама она с трудом
заставляла себя называть жениха по
имени. Рукопись, переплетенную в кожу, положили на книжный пюпитр, установленный
под огромным витражом эркера.
Брайенна перенесла на пергамент легенду о короле Артуре и рыцарях Круглого
стола, вывела заглавные буквы золотом и
сопроводила текст изящными иллюстрациями, изобразив волшебный меч короля Артура
Эскалибор, волшебника Мерлина и
жену Артура - королеву Гиневру.
Роберт де Бошем, нахмурившись, переворачивал листы толстой книги.
- Вы умеете писать? - спросил он Брайенну. Тон был явно осуждающим.
Джоан сразу поняла свою ошибку.
- А вы, насколько я понимаю, не умеете?
- Настоящему мужчине не к лицу заниматься всякой чепухой! Такое занятие
больше пристало писцам да священникам,
- с иронией заметил Роберт.
Брайенна почувствовала острый укол разочарования, которое не смогла скрыть.
Заметив расстроенное лицо девушки,
Роберт поспешно заверил:
- Конечно, если это вас забавляет, ничего не имею против такого
времяпрепровождения.
Брайенна прикусила язык. Она не должна ссориться с будущим мужем, иначе может
навеки остаться старой девой.
Подняв голову, она была встревожена ненавистью, которую увидела в глазах
Роберта. Но выражение было столь
мимолетным, что девушка подумала, что это ей только показалось. Однако Брайенна
все же обернулась, желая понять, кто
вызвал столь сильное чувство. Но в этот момент в галерее наступила мертвая
тишина. Время, казалось, замедлило бег, и все
происходило, словно во сне.
К ним подходили двое мужчин, но Брайенна даже не посмотрела на принца
Эдуарда: взгляд ее был прикован к его
смуглому темноволосому спутнику. Как девушка ни старалась, она не смогла отвести
от него глаз. На незнакомце был камзол
из алого шелка, на котором распростер черные крылья летящий сокол. С темного
мужественного лица смотрели неотразимо
притягательные аквамариновые глаза.
Все чувства Брайенны были невероятно обострены.
Она ощущала аромат собственных духов из лепестков фрезии, смешанный с запахом
сандалового дерева, исходящим от
мужчин. Наряд девушки, камни на поясе, волосы - все неожиданно засверкало,
словно переливаясь в солнечных лучах.
Кристиан остановился, будто пораженный громом. Это была она.
Расширенными в неверящими изумлении глазами он любовался несравненной,
ошеломляющей, убийственной красотой и
не мог наглядеться. Он жадно впитывал возбуждающий запах женщины, тело его
напряглось и горело при воспоминании об
обнаженной плоти, укутанной покрывалом золотистых, доходивших до щиколоток
волос. Едва не шатаясь от
головокружения, Кристиан понял, что эта встреча была предопределена судьбой.
Мужчина и женщина замерли, потрясенные, глядя друг на друга так, словно кроме
них никого не было в этой галерее.
Зрачки его глаз расширились настолько, что казались большими черными озерами,
манящими в неизведанную глубину.
Брайенна не понимала, что с ней. Сердце билось все медленнее, кровь,
казалось, сгустилась, отказываясь течь по жилам.
Она забыла, что нужно вдохнуть воздух, отвернуться, отойти. Рука взлетела к
горлу трогательно-умоляющим жестом.
Голос Роберта де Бошема ворвался в зачарованную тишину.
- Это мой брат, Кристиан Хоксблад... леди Брайенна Бедфорд.
- Моя госпожа, - сказал смуглый воин так властно, так пристально глядя на
нее, что девушка невольно отступила
поближе к Роберту.
Он явно подчеркнул слово "моя". Почему? И что хотел этим сказать?
Брайанне, наконец удалось опустить ресницы, и теперь она не смела снова
взглянуть на Кристиана. Девушка нервно
осмотрелась. Все, кажется, вели себя, как обычно, ничем не выказывая
беспокойства и удивления. Но Брайенна знала: только
что между ней и смуглым незнакомцем произошло нечто необычное.
Принц Эдуард представил Кристиана своей кузине, Джоан Кент, и только тогда
тот отвел свой обжигающий взгляд от
Брайенны. Девушка вновь задышала свободно.
Джоан, которая, никогда не лезла за словом в карман, воскликнула:
- Значит, вы и есть тот Арабский Рыцарь, из-за которого весь Виндзор пришел в
волнение. А я и представления не
имела, что у лорда Уоррика есть еще один сын.
- Да и он сам об этом не подозревал, моя госпожа,- последовал остроумный
ответ. Все рассмеялись.
Голос незнакомца оказался низким, очень красивым, но говорил он со слабым
акцентом. Все же Брайенна заметила, что
на этот раз он не выделил особо слово "моя".
Кристиан Хоксблад осторожно открыл лежащую на пюпитре книгу.
- Как прекрасно! Напоминает о бесценных рукописях, виденных мной в Багдаде.
- Багдад! - пренебрежительно бросил Роберт.
- Багдад был крупным центром культуры и науки еще в то время, когда мы,
европейцы, не умели даже написать
собственного имени! Это ваша работа, леди Бедфорд?
- Да, - смутилась Брайенна.
Иисусе, почему они опять заговорили об этом, ведь Роберт с презрением
относится к искусству письма.
Но Джоан было нелегко смутить. Она просто не могла устоять против искушения и
поинтересовалась:
- Вы тоже разделяете мнение брата о том, что настоящему мужчине не пристало
заниматься такой чепухой, как письмо и
чтение?
Хоксблад весело поднял брови:
- Ни в коем случае. Я сам переводил стихи с фарси и санскрита на арабский.
- Возможно, из тебя вышел бы неплохой священник,- полушутя заметил Роберт.
- А мне кажется, он великолепен во всем, за что бы ни взялся! Никому его не
превзойти! - заключил принц Эдуард, не
скрывая восхищения своим новым другом.
- Тогда посмотрим, насколько вы искусны в танцах, милорд, - мило улыбнулась
Джоан, взяв за руку Кристиана.
Роберт де Бошем, кипевший от возмущения и зависти, не нашел ничего лучшего,
как сорвать гнев на ни в чем не
повинной девушке.
- Ваша подруга Джоан Кент просто маленькая шлюшка, - пробормотал он, как
только его братец исчез из виду. При
этих словах глаза принца яростно блеснули. По натуре вспыльчивый, он и теперь не
сдержался, и его рука неожиданно
взметнулась. Раздался оглушительный звук пощечины. Роберт де Бошем пошатнулся и
отступил.
- У тебя такой же грязный язык, как у моего брата Лайонела, - бросил Эдуард и
взял Брайенну за руку.
- Пойдемте, леди Бедфорд.
Брайенна была совершенно убита. Она попала между молотом и наковальней и чью
бы сторону ни приняла, окажется
виноватой. У девушки не было выбора, кроме как повиноваться принцу Уэльскому, но
ее долг - оставаться верной и
преданной нареченному! Почему мужчины так себя ведут?.. И все же, по правде
говоря, она не чувствовала сострадания к
Роберту де Бошему, особенно после того, что он сказал о Джоан. Настоящий рыцарь
не может так вести себя. Сегодня
Роберт зол, и все из-за Кристиана Хоксблада. Тут крошечный росток жалости пустил
корни в ее сердце: бедный Роберт
невыдерживает никакого сравнения со своим неотразимым братом!
Как только принц и Брайенна вошли в зал, Кристиан Хоксблад и Джоан, не
прекращая танца, приблизились к ним.
Кристиан догадывался, что Эдуарду и Джоан не терпится оказаться в объятиях друг
друга.
Принц благодарно улыбнулся, протянул руки, и Джоан порхнула к нему. Все
произошло быстро и незаметно для
окружающих.
Брайенна оказалась лицом к лицу с темнокожим арабом, чья гордая голова слегка
склонилась.
- Моя госпожа...
Сердце девушки, казалось, готово было выпрыгнуть из груди, щеки вспыхнули
ярким пламенем. Несомненно, он был
настоящим мужчиной, сильным, грозным, неотразимым... и самым высокомерным из
всех, кого она встречала.
- Я не ваша госпожа, - бросила она, вызывающе подняв подбородок.
Но внутренний голос настойчиво говорил: - Это и есть тот самый рыцарь твоих
грез, которому ты не в силах
сопротивляться.
Но Брайенна решительно заглушила неотвязный голос, отказываясь верить ему.
Кристиан почти терял сознание от вожделения. Образ девушки, являвшийся в
видениях, всегда ошеломляюще действовал
на него, а встреча с ней наяву, почти лишила разума. Пришлось сжать кулаки,
чтобы не позволить пальцам потянуться к
крошечной ямочке на ее подбородке. Голова девушки была высоко поднята, локоны
бежали по плечам и спине золотым
водопадом. Никогда еще он не встречал такого великолепного цвета волос - женщины
Аравии, Греции и Византии были
темноволосыми. На миг Кристиан представил, как лежит в постели обнаженный,
укрытый лишь этими сверкающими
прядями, заглушая губами крики страсти, рвущиеся из ее груди.
Вновь видение, видение из будущего...
- Мы встречались много раз, мадемуазель.
- Где? - изумилась она с насмешкой.
- В моих грезах.
Брайенна, в отличие от других девушек, была равнодушна к мужской лести.
- Ну, конечно же, в грезах! Как необычно!
- В видениях и грезах, - добавил Кристиан. - И я знаю, что у вас "ведьмина
метка" на...
Он заметил, как девушка замерла.
"Иисусе, как это может быть? Неужели мы видели один и тот же сон?"
Розы на щеках Брайенны расцвели еще ярче, когда она вспомнила, что рыцарь
хотел притронуться губами к крошечной
родинке на ягодице.
- Как вы смеете? - прошептала она.
- Будем танцевать, - объявил он.
- Ни за что.
- Почему нет? - допытывался Кристиан, пожирая ее глазами.
- Я... я собираюсь выйти замуж за вашего брата Роберта.
- Сомневаюсь в этом, - уверенно заявил он.
- Если он увидит меня с вами, то очень рассердится.
- Значит, ему и вам заодно лучше бы привыкнуть к этому, моя госпожа.
Сердце девушки сжалось от страха. Изумруды не принесли ей сегодня удачи! Она
чувствовала любопытные взгляды
придворных, устремленные на арабского принца и, следовательно, на нее. Брайенна
не желала ни сплетен, ни слухов о том,
что она - последнее завоевание этого человека.
- Спокойной ночи, сэр!
Брайенна едва не бросилась бежать, но, не желая привлекать лишнего внимания
окружающих, повернулась и спокойно
направилась на галерею.
Брайенна с облегче
...Закладка в соц.сетях
