Жанр: Любовные романы
Возвращение в рай
...мыть ее
немного пониже? Он уже и сейчас явственно ощущала, что. Бенджамин держится из
последних сил.
И вдруг до Бенджамина дошло, что эта девчонка все прекрасно понимает. Он резко
развернул ее и принялся намыливать ее мягкие и круглые ягодицы. Рани возбужденно
вздрагивала и хотела только одного - чтобы это никогда не кончалось.
- Подними ногу и не опускай, - скомандовал он, снова разворачивая ее и обнимая
одной рукой за плечи.
Рани подняла одну ногу над водой и положила ее ему на руку. Бенджамин невольно
залюбовался стройной, изящной ножкой.
После мытья ног оставалось только одно место на теле Рани, которого еще не касался
Бенджамин. Глубоко вздохнув, он решил начать с талии, но его руки непроизвольно
опустились ниже, и он почувствовал в своей ладони мягкие короткие шелковистые
волосы. Рани откинула голову назад и позволила ему прикоснуться к самому
сокровенному. Бенджамин забыл о том, что он, собственно, всего лишь моет девушку. Он
откровенно ласкал ее, и при этом больше возбуждался не от ласки, а от того, как Рани на
нее реагировала. Ее тело плавно и ритмично двигалось в каком-то странном танце,
который еще более странно выглядел среди водной глади.
- Теперь твоя очередь мыть меня, - сказал Бенджамин, почувствовав, что еще немного,
и он не сможет сдержаться. - Мне кажется удалось доказать, что мытье не такая уж
неприятная вещь?
И он сунул ей в руку кусок мыла и начал ее рукой тереть свою грудь. Девушка радостно
приняла правила новой игры. Широко распахнув свои золотистые глаза, Рани очень
старательно намыливала его тело, одновременно изучая его во всех подробностях. Ее
легкие руки порхали вокруг его груди, плеч, спины и ягодиц. Как и он, она оставила самое
интересное напоследок. Когда же девушка наконец добралась до этого самого
интересного, у Бенджамина перехватило дыхание. Он отобрал у нее мыло, выбросив его
на берег, привлек к себе девушку и крепко обнял ее.
- Обхвати меня покрепче и не отпускай. Сейчас мы с тобой немного поплаваем.
"Может быть, это меня немного охладит, а то я натворю Бог знает чего!"
Рани молча подчинилась, не испытывая больше страха перед водой и чувствуя себя
удивительно спокойно в его руках. "Я принадлежу тебе, Бенджамин Торрес. Ты можешь
делать со мной все, что захочешь".
Выбравшись на берег, он положил девушку на шерстяной плащ, расстеленный около
костра, и внимательно посмотрел на нее.
-Ты прекрасна, - прошептал он, легонько касаясь кончиками пальцев ее груди.
.Она протянула к нему руки, и он опустился на нее, покрывая своим телом хрупкую
маленькую фигуру. Когда его язык проник вглубь ее рта, она захотела большего.
- Какие у тебя красивые, густые и вьющиеся волосы, - прошептал он.
Ее руки путешествовали по его спине, изучая на ней каждый мускул. Затем она взяла
его за голову и легким движением заставила его губы опуститься к груди, потом еще
ниже. Она страстно водила бедрами, танцуя свой странный цыганский танец, и была
сполна вознаграждена за это громким стоном желания, который издал Бенджамин. Но,
когда он снова приник ртом к ее груди, она непроизвольно отстранилась. Рани много раз
видела, как цыганки кормили грудью своих младенцев, но не могла представить, что этим
могут заниматься взрослые люди. Она запустила руки в его густую шевелюру,
увернувшись от поцелуев.
Бенджамин не обратил внимания на ее реакцию и продолжал ласкать ее шелковистое
тело.
- А сейчас полежи спокойно, - скомандовал он и, не давая ей опомниться, внезапно
просунул свою руку между ее ног. Первое, что он почувствовал, лаская ее, это влажное
доказательство страсти. Непроизвольный сладостный крик сорвался с губ Рани.
Девушке показалось, что земля уплывает из-под нее и небо падает. Она полностью
раскрылась навстречу рукам Бенджамина и прошептала:
- Пожалуйста... пожалуйста... - А чего она, собственно, у него просит?
Бенджамин понял ее по-своему. Он прижался к ней своими бедрами и начал ласкать ее
влажное, жаждущее лоно своей возбужденной до предела плотью. Сначала он только
слегка касался ее сверху, но вскоре, не в силах больше сдерживаться, решил войти в этот
запретный рай.
- Нет, - скорее для порядка, чем искренне простонала Рани.
Но Бенджамина уже невозможно было остановить.
- Да, дорогая, да! - И он резко вошел в нее, чувствуя, как сокрушается легкая преграда,
преграждавшая путь.
Сладостный стон девушки перешел в стон боли. Она попыталась выскользнуть из-под
него, но он не собирался никуда ее отпускать.
- Нет, малышка, не бойся. Просто лежи спокойно. Тебе больше не будет больно, я
обещаю, - прошептал он, прекратив двигаться и лаская губами ее маленькое, изящное ухо
до того момента, пока девушка не успокоилась.
"Я тебе обещаю". Он сделал ей больно. Рани часто слышала от замужних женщин, что
первый раз всегда бывает больно. Она всегда так верила Бенджамину, что ей казалось, их
любовь никогда не доставит ей ни малейшей боли.
Чувствуя сомнения, обуревавшие девушку, Бенджамин продолжал нежно ласкать ее
своими
губами. Он целовал Рани и ждал сигнала к продолжению: "Она еще такая маленькая и
глупая. Надеюсь, я не причинил ей слишком сильной боли"
Рани все еще ощущала боль, но, как это ни странно, эта боль была ей приятна. Ей было
приятно, что Бенджамин находился внутри нее, ей было приятно ощущение
наполненности. Постепенно она начала двигать бедрами, повторяя движения
традиционных цыганских танцев, в которых участвовали только замужние женщины.
Только сейчас она поняла истинный смысл этих движений.
Бенджамин наконец дождался сигнала и понял, что ему позволяют закончить то, что
он начал.
- Не так, быстро, моя маленькая девочка, - прошептал он, опять осторожно двигаясь
внутри нее. Ее лоно было таким маленьким, мягким и шелковистым, словно оно было
создано специально только для этого. Прошептав ей по-испански все слова любви,
которые знал, Бенджамин отдался во власть ее страстного тела.
Рани была на верху блаженства. Она двигала бедрами навстречу ему, вскрикивая и
руками заставляя его двигаться быстрее, глубже и глубже. Когда она почувствовала
приближение оргазма, ей показалось, что ради этого она жила всю свою жизнь. Рани с
уверенностью подумала, что ждала именно Бенджамуна и его нежных и страстных ласк.
Вдруг она ощутила, что он добрался до самой глубокой и сокровенной точки внутри
нее, и одновременно она почувствовала, как волны экстаза захватывают ее, унося
сознание и чувство реальности. Блаженство, которого она не испытывала никогда в
жизни, разлилось по всему телу.
Одновременно с ее оргазмом упругая струя семени Бенджамина ударила внутри нее,
добавляя к ее чувствам новые, еще более приятные ощущения. Через некоторое время
Бенджамин осторожно приподнялся на локтях, давая Рани возможность отдышаться, лег
на спину и прижал ее к себе.
- Моя маленькая сирена, извини, что я сделал тебе больно. Я просто не мог
представить, что ты никогда не занималась любовью.
Рани резко села и попробовала вскочить на ноги, но Бенджамин крепко схватил ее за
запястья. Она вдруг прикрыла руками грудь, осознав, что сидит перед ним абсолютно
обнаженной. Он тоже сел, взяв в свои руки маленькое лицо.
- Прости меня. Рани. Больше никогда я не сделаю тебе ничего плохого. - Мягкая
улыбка коснулась его губ. - Но ты зря на меня обиделась. Я нисколько не сожалею о том,
что я у тебя первый.
Она посмотрела на него, погладив по щеке:
- Ты у меня первый... и последний. - Она замолчала в ожидании того, что он скажет ей
о любви и предложит выйти за него замуж.
- Я позабочусь о тебе, Рани, - пообещал он. Это были не те слова, которых она ждала, и
не то, что предсказывала Агата. Но начало новым отношениям было положено!
Глава 20
Эспаньола. Апрель 1525 года
Магдалена и Мириам сидели под изящным каменным портиком своего дома. Мириам
умиротворенно смотрела на играющих вместе маленькую Виоланту и Риго. Даже
удивительно, как быстро ее муж завоевал сердца окружающих. Двадцатилетний
Бартоломео и четырнадцатилетний Кристобальд во всем ему подражали. Даже Серафина,
замужняя женщина и мать троих детей, не могла скрыть своего восхищения Риго. А о
Лани просто и говорить нечего.
Увидев, как этот неисправимый отшельник сошелся с детьми, Мириам сначала
надеялась, что они повлияют на его решение отправиться в Мексику. Но очень скоро
поняла, что это лишь фантазия. Риго, конечно, любил ее и детей, но не настолько, чтобы
изменить планы относительно своего будущего.
У нее оставалась только одна зацепка: может быть, он повременит с отъездом до
рождения их ребенка. Еще есть слабая надежда на то, что любовь к ребенку привяжет его
к дому.
Если бы семья не была большой обузой, то эта жизнь вполне подошла бы Риго. Его
солдатский темперамент очень помогал в управлении хозяйством. Аарон был восхищен,
как он преобразил плантацию.
Магдалена, однако, не испытывала теплых чувств в Риго. Во-первых, потому что он как
бы занял место Бенджамина в их доме, а во-вторых, явился причиной разлуки сына с
Мириам. Краем глаза Магдалена наблюдала за Мириам. которая смотрела на Риго не
отрывая глаз.
- Тебе не хочется видеть на месте Риго Бенджамина? Почему, Мириам, я задала такой
неприличный вопрос? Прости меня, я не должна была... Я плохо соображаю из-за жары и
усталости. - Магдалена внимательно оглядела высокую. элегантную женщину, сидящую
рядом. - Интересно, долго мы еще будем ходить вокруг да около этого дела? Много раз, с
момента твоего приезда, я хотела поговорить начистоту, но... - Она осторожно подбирала
слова. - Но я боялась, что мы наговорим друг другу гадостей, и от этого станет только
хуже. Аарон так мучительно ждал воссоединения семьи, что я не хотела лишних дрязг.
- А вы так долго ждали возвращения Бенджамина, а получили... Риго, да еще и с женой
- невестой сына.
- Бенджамин писал мне о вашем союзе. Но если говорить честно, то я, конечно, скучаю
по сыну,- сказала Магдалена с горькой улыбкой. - Я не виню тебя ни в чем. Любви, трудно
противостоять. Я любила Аарона Торреса в возрасте Виоланты.
.- Риго является причиной всех несчастий Аарона. Он тяжелый человек, я знаю. Он не
умеет любить и никому не доверяет.
- Я уже успела это заметить. Но я боюсь не за Аарона. Медленно, "но верно он одержит
верх над Риго. Меня больше беспокоит то, как Риго обращается со своей женой.
Мириам полностью сконцентрировалась на бокале с лимонадом. Потом медленно
подняла глаза на Магдалену.
- Вина перед Бенджамином не дает ему покоя. Магдалена грустно покачала головой.
- Аарон говорил мне, что Бенджамин никогда не стоит на месте. Он найдет свою
дорогу в жизни. А ты оказалась полнейшей дурой, выйдя замуж за человека, который
обращается с тобой, как с посторонней.
Мириам залилась краской. Если бы Магдалена знала, как Риго вел себя с ней в
постели!
- В каком-то смысле мы чужие друг другу. Он испанец, христианин, уличный
мальчишка, которому приходилось большой ценой добывать то немногое, что у него было.
Я иудейка, любимая .дочь своего отца, никогда не знавшая никаких забот.
- И ты пожертвовала всем ради такого человека, а он оставил то малое, что имел, и
приехал сюда, чтобы стать сыном своего отца. Но он никогда им не станет!
- Риго женился на мне не из чувства долга. Что касается его сыновних чувств, то я не
думаю, что он жаждет видеть в Аароне отца.
- Если он не хочет стать членом семьи, значит, он никогда не ответит на твою любовь.
- Я не говорила, что люблю его! - слишком быстро ответила Мириам.
Магдалена улыбнулась.
- А тебе и не надо говорить о том, что очевидно и без слов.
Мириам пожала плечами.
- Интересно, откуда это видно? Я ведь, собственно, делаю все ему наперекор. Ему не
нравится, когда мы ходим лечить людей. Ему не нравится почти все, что я делаю. Ему
нужна мебель вместо жены.
- А может быть, он просто не знает, что ему нужно?
- Может быть.
- Так, может, он когда-нибудь вернется назад в Италию?
- Если не в Италию, то в Мексику. - Мириам заговорила шепотом. - Я случайно
слышала, что он собирается продать свой меч, чтобы выручить деньги на дорогу. Так что
рождение ребенка скорее всего его не остановит.
- После того как мужчина первый раз возьмет на руки своего собственного ребенка,
ему трудно с ним расставаться. Пример тому Аарон: у него просто разбилось сердце,
когда Риго пропал.
-Я не хочу, чтобы невинное дитя играло роль приманки для отца.
- Ну что ж, посмотрим. Только, пожалуйста, Мириам, будь самой собой. Он ведь
выбрал тебя, а не кого-то другого. Если он вдруг увидит в тебе перемену - его точно уже
ничто не удержит.
- Это незаслуженный упрек. Ты помнишь, сколько раз мы ссорились с Бенджамином?
Именно потому, что я никогда не изменяла своим принципам. Я рада, что мы с тобой
наконец-то поговорили об этом, - прошептала Мириам со слезами на глазах.
Магдалена в ответ подумала: "Может быть, мне следует показать наконец дневники..."
Индейцы тайно жили на дальнем краю плантации, недалеко от бесчисленных
источников, которыми славилась земля Торресов. Индейцы возделывали картофельные,
бобовые, арахисовые и маисовые поля.
Аарон и его старый друг сидели в тени шелковичного дерева, наблюдая за работниками
в поле.
- Очень хорошо все взошло в этом сезоне, - сказал индеец на своем мелодичном
наречии. Несмотря на свои годы, он сохранил стройную фигуру. Его смуглая кожа не
имела никакого намека на морщины, так же как его исси-ня-черные волосы - на седину.
Аарон внимательно посмотрел на своего друга.
- Ты позвал меня сюда не для того, чтобы обсуждать урожай.
Легкая улыбка коснулась губ индейца.
- Ты всегда был неглупым малым. Я позвал тебя для того, чтобы поговорить о Наваро.
Аарон задумался. Отношение Риго к индейцам было не однозначно, дистанция между
ним и этими открытыми, бесхитростными людьми все больше увеличивалась.
- Он предпочитает имя, которое ему дал твой народ. Я тоже стараюсь называть его так.
Наваро был великим полководцем, а Риго предпочитает спокойную жизнь
землевладельца.
- РИГО воевал, как и я, далеко за морем, а здесь он неплохо справляется с заботами
землевладельца.
- Он смелый малый. Я недавно видел, как он отлавливает диких коров. Но он почемуто
не верит в народ своей матери.
- Мой сын ошибается. И не только в этом, - спокойно ответил Аарон.
- Я говорю не о том, что он ошибается, он стыдится нас. Скоро не останется никого из
тайно. Только те, кто связал свою жизнь с твоим народом, смогут продолжать наш род. И
один из них - Риго. Он не умрет от болезней белых людей, потому что сам наполовину
белый. Он и такие, как он, - наша надежда на будущее.
Аарон почувствовал боль в словах друга.
- Если бы я только мог убедить его в этом, - сказал он мрачно.
- Я тоже думал об этом. Ты помнишь ту великую битву, когда наши воины и солдаты
Адмирала объединились для защиты Каонабо. Теперь у нас есть новый враг. Тот, кто
охотится за нашим скотом, урожаем и даже нашими жизнями.
- Разбойники.
- Только в прошлом месяце они украли у тебя несколько прекрасных лошадей.
- Нам удалось вернуть всех лошадей, но сами они скрылись. Твои люди еще не
выяснили, откуда эти разбойники пришли?
- Нет, но мы узнали, что они прячутся в потайной пещере недалеко от нашей старой
деревни. Там они поджидают корабль, который их забирает.
- Наконец-то! Надо их ловить именно там.
- Да. А мои воины будут рядом с твоими, как это было всегда.
Аарон опять вспомнил их совместную битву за Каонабо.
- Риго посмотрит, как сражаются воины народа его матери.
- Осталось только дождаться появления разбойников в пещере.
Риго наблюдал за тем, как Мириам, склонившись над маленьким мальчиком тайно,
проверяла повязку на его ноге. Она была невероятно грациозна, даже на седьмом месяце
беременности. Он молча ждал, не желая разговаривать с индейцем.
Чувствуя пристальный взгляд мужа на своей спине, Мириам быстро закончила свое
дело и поднялась. Риго отвел ее в сторону.
- Я тебе уже говорил, что это дело Магдалены, и запретил тебе ходить одной к
индейцам. - Его рука крепко сжимала ее кисть.
- Я врач. Магдалена занимается самыми сложными случаями, а я делаю перевязки и
выполняю другую подсобную работу.
- Прежде всего ты моя жена, а потом - врач. И я запрещаю тебе ходить к тайно.
Мириам внимательно всмотрелась в грубые черты лица своего мужа.
- Ты не хочешь, чтобы я лечила этих людей, и не желаешь даже разговаривать с ними.
Почему ты стыдишься их и брезгуешь ими? - Я научилась любить это место и этих людей.
Я научилась любить твою семью. Почему жу ты, член этой семьи, ничего не делаешь для
сближения? - Она резко повернулась и пошла от него прочь.
Риго молча смотрел ей вслед, едва сдерживая гнев. Он любил свою семью. Во всяком
случае, он любил своих братьев и сестер. Но жизнь научила его скрывать чувства. Он до
сих пор не доверял своей мачехе и отвергал все ее попытки наладить дружеские
отношения. Он не забыл ее холодность при первой их встрече. Что же касается отца... Они
хорошо работали вместе на благо плантации. Не более.
"Естественно, отец, Магдалена и все тайно любят Мириам. Как же им ее не любить?
Она же прекрасный врач", - подумал Риго.
Мысли Риго были прерваны появлением Гуаканагари, его дяди и старого друга Аарона.
Старик прекрасно говорил по-испански и вообще имел много тех достоинств, которых не
имели люди его племени. К тому же он был братом Алии.
Гуаканагари, приближаясь к своему племяннику, ждал, что тот заговорит первым.
Почувствовав, что этого не произойдет, он начал разговор сам.
- Ты вооружен. Это хорошо. Нам предстоит долгий путь к морю.
- Нам? - Риго посмотрел на копье и нож, которыми вооружился старик. "Надеюсь, ты
не собираешься втянуть меня в какую-нибудь междоусобную племенную войну".
- Твой отец и его люди уже ждут нас. Пошли, - коротко приказал Гуаканагари.
Риго и Аарон ехали рядом в окружении вооруженных воинов. Горные тропы, по
которым пролегал их путь, иногда обрывались прямо в пропасть. Воздух был по-горному
чист и свеж. Риго подумал о пеших воинах тайно, которым приходилось пробираться по
джунглям внизу, на равнине.
- Индейцам, вероятно, приходится двигаться очень быстро, чтобы встретить нас на
побережье, - спросил он отца.
Аарон придержал своего гнедого жеребца и окинул взглядом зеленую долину внизу.
- Они прибудут туда раньше нас, при этом не сильно торопясь. В то время, как мы
кружим по горам, они идут прямой дорогой.
- Даже их старый вождь не отстанет от них? Аарон заметил, как Риго старается не
называть Гуакана-гари дядей, но в ответ засмеялся.
- Не беспокойся о нем. Он моложе меня на целый год. А тайно всегда славились своей
выносливостью.
В это время Эстебан Эльзоро, спрятавшись за деревьями, считал воинов Аарона.
- Двадцать. И все вооружены до зубов. Быстро беги к капитану Бриенну и передай ему
это, - обратился он к одному из своих черных рабов, протягивая сверток с большой
сургучной печатью. Раб почтительно поклонился. Кривая усмешка коснулась губ
Эстебана.
- Ну вот, Торрес. Теперь ты в моих руках. Наконец-то мы с Бриенном отплатим тебе за
все.
Риго уже несколько раз чудом избегал смерти, но на этот раз Этьен Рейнард,
скрывавшийся под именем испанского плантатора Эстебана Эльзоро, наконец-то получит
возможность убить Торресов. Их друзья в Марселе будут вполне удовлетворены, вполне. А
плантация Торресов перейдет к нему.
Только одно было непонятно Рейнарду. Откуда Торрес узнал о пещере? Кто же их
предал?
"Не стоит думать об этом сейчас. Мы выясним это позже", - решил он.
- Мне это не нравится. Французские пираты сидят на испанском берегу, как у себя
дома. Вероятно, у них выставлены посты, - сказал Аарон, наблюдая за пиратами,
собравшимися вокруг большой бочки с вином. Он насчитал пятнадцать человек.
- Они действительно слишком беззаботны, - согласился Риго. - Ты получил какойнибудь
сигнал от тайно?
- Они на месте. Я это знаю без всяких сигналов.
- Поеду осмотрю окрестности, - предложил Риго, и Аарон кивнул в ответ.
Пробираясь по практически непроходимым джунглям, Риго удивлялся, как индейцам
удается ориентироваться в них без труда. Рубашка прилипла к телу, каждый шаг давался с
неимоверными усилиями. Вдруг тонкий свистящий звук прорезал воздух. Выработанный
годами инстинкт бросил Риго на землю. Нож проткнул рукав его туники, пригвоздив к
земле. Риго быстро перекатился с этого места и выхватил кинжал, не успев даже
взглянуть на своего противника. И зря. Два человека бросились на него сзади и прижали к
земле. Риго увидел нож в сантиметре от себя.
Ему удалось сбросить с себя нападавших, но в тот же момент еще один их сообщник
оказался на его спине и сжал его шею. Риго удалось сбросить и этого, хотя ему пришлось
изрядно потрудиться, разжимая его руки. Одновременно со стороны берега донеслись
крики. Но Риго было не до этого. Надо было думать о спасении собственной жизни.
Нападавший, бросивший в него кинжал, теперь приближался к нему с обнаженным
мечом. Двое других тоже были вооружены мечами.
- Готовься к смерти, индейский ублюдок, - прошипел один из них.
Ответом Риго был резкий бросок в сторону крайнего из них. Схватившись за его
тунику, он дернул бандита к себе, и, зажав рукой его шею, прикрылся им, как щитом.
Один из разбойников сделал выпад своим мечом, стараясь достать Риго за своим
товарищем. Но Риго вовремя увернулся, и меч проткнул его живой щит.
- Надо его кончать, Энрико, - прошептал другой. - Он убил Луи.
- Надо. Тем более что за него Рейнард обещал большие деньги. - Энрико только было
собрался сделать очередной бросок, как вдруг застыл в немом крике. В следующее
мгновение он замертво упал.
Гуаканагари показался из-за деревьев и едва успел выставить вперед свое копье,
защищаясь от третьего разбойника. Риго поторопился предотвратить убийство этого
разбойника, выбив у него из рук меч и отпихнув его от копья индейца. Он повалил
француза на землю и связал.
- Кто такой этот Рейнард, который обещал заплатить вам за мою смерть? Он тоже
француз? - Меч Риго слегка надавил на горло пленника. - Поторопись с ответом, а то
присоединишься к своим товарищам.
- Я знаю только его имя. Это Бриенн сказал, что Рейнард заплатит нам за твою смерть.
- Почему его интересую именно я, я не мой отец, например, чьих лошадей вы
постоянно крадете?
- Это другой француз, который...
Он не закончил фразы и странно обмяк под руками Риго. Тот грязно выругался, когда
понял, что его пленник мертв, а вместе с ним погиб ценный источник информации.
- Будем надеяться, что ты захватишь другого пленника, который тебе все расскажет, -
сказал Гуаканагари.
- Спасибо, что спас мне жизнь, дядя. Улыбнувшись на слово "дядя", индеец кивнул.
- Пойдем, я покажу тебе, как умеют драться тайно.
Чем ближе они приближались к морю, тем шире становилась узкая тропа, постепенно
превращаясь в широкую дорогу. Как только они вышли из леса, их взору открылась
панорама битвы. Некоторые пираты спасались бегством на шлюпках. Их корабль стоял
неподалеку от берега. Другие старались скрыться в джунглях. Разбежались все, кто не
лежал раненым на песке.
Риго уже знал, как воюют тайно. Плотно, плечо к плечу, они бесстрашно идут на
противника, пусть даже он вооружен намного лучше, чем они. Выставив вперед копья и
постоянно стреляя из своих духовых трубок, они могли сломить любое сопротивление.
Некоторые из них пользовались оружием белых - кинжалами и мечами.
Аарон объезжал поле битвы на своем жеребце, когда увидел Риго. Спрятав меч в
ножны, он подъехал к сыну.
- Когда ты ушел в джунгли и не появился на поле битвы, я подумал, что тебя захватили
в плен.
- На самом деле меня не собирались брать в плен. Они просто хотели меня убить. И это
была не первая попытка. На борту корабля какой-то парень хотел меня прирезать, потом
еще был случай с плантатором Эльзоро и его собакой, - сказал Риго, внимательно
наблюдая за реакцией отца.
- Почему ты не рассказывал мне раньше о случае на корабле?
Риго пожал плечами.
- Не было подходящего момента. Ты знаешь кого-нибудь по имени Рейнард?
- Это французское имя. Но я никогда не слышал его здесь, в Эспаньоле. - Выражение
лица Аарона выдавало его удивление.
- Кто бы он ни был, он платит большие деньги за мою голову. Интересно, почему? -
Риго никогда полностью не доверял своему отцу, но он был почти уверен, что тот не
имеет ничего общего с его убийцами.
- У тебя много врагов. Подумай об Испании или об Италии. Может быть, нить тянется
оттуда?
- У меня толпы врагов. От Севильи до Санто-Доминго. - Риго огляделся вокруг и сказал
с сожалением: - Жаль что у нас нет ни одного пленника, которого мы могли бы
допросить.
- Что касается битвы, то все было заранее спланировано. Сначала нас встретили пешие
и заставили тоже спешиться, а как только мы это сделали, из-за скал внезапно напали
конные воины. Нас спасло только появление индейцев. Если бы не они - нас бы
перерезали, как цыплят. - Аарон помолчал, а потом спросил: - Может быть, это какнибудь
связано с попытками убить тебя?
- Возможно. Но ведь ты дрался с французами уже несколько раз за последнее время.
Бриенн и Рейнард - французские имена. Хотя что это доказывает?
- Французы постоянно грабят испанские плантации и наши корабли в море, - заметил
Аарон.
- По-моему, нет никакой связи между нападениями на плантацию и попытками
убийства. - В этот момент к ним подошел Гуаканагари, и Риго добавил: - Я обязан
жизнью дяде.
Аарон, так же как и индеец, обратил внимание на слово "дядя".
- Моим людям не удалось поймать ни одного из бежавщих, - сказал старый вождь.
- Мы все должны быть осторожны, пока не разрешим эту загадку. Я подумаю над
связью между твоей встречей с Эльзоро в Санто-Доминго и попытками тебя убить, -
мрачно сказал Аарон.
- Он из тех плантаторов, которые используют собак и рабов. Если ему удастся одолеть
Торресов, он отберет ваши земли и поработит моих людей, - сказал индеец.
По пути домой Риго обдумывал события последних нескольких месяцев. Его жизнь
опять круто изменилась. "Интересно, наступит ли в моей жизни стабильность?" После
сегодняшней битвы его не
...Закладка в соц.сетях
