Жанр: Любовные романы
Единственная
...олицейских отпустить ее. - Затем двоюродный брат Тома и
еще двое разоружили сторонников Лемпа и поехали на шахты. Как только они увидят, что
там творится, я думаю, в "Белой горе" уже никого не заставят работать силой, - закончила
она.
- Особенно теперь, когда агент Лемп освобожден от своей должности, - добавил Волк,
холодно улыбаясь Лемпу. - Я думаю, тебе предстоит свидание с тюремным подземельем в
Прескотте.
- Вам никто не поверит. Твое слово против моего, а ты к тому же и полукровка, -
презрительно сказал Лемп, хотя глаза и выдавали страх, который он пытался скрыть.
- А представь себе, что они поверят мне и Иден, - жестко сказал Торрес. - Позвольте, я
сначала осмотрю моих пациентов, а потом поеду с вами, чтобы сдать агента шерифу.
- Я думаю, что, как только Лемпа посадят под замок, нам надо сразу же отвезти эти
книги отцу в Тусон, - сказала Иден.
- Нам? - спросил Волк, одновременно восхищаясь и сердясь.
- Да, нам. Разве ты не хочешь взять меня под свою защиту? - бросила она через плечо,
выходя из кабинета вслед за доктором.
- Баркер не в игрушки играет, Иден. И мне бы очень не хотелось, чтобы ты оказалась с
ним рядом. Помнишь, что я тебе рассказывал о Саге Ригли?
- Тем больше оснований нам быть вместе. Или я еду с тобой или возвращаюсь сюда
помогать доктору, - сказала она, оборачиваясь к нему лицом. - Я не собираюсь
отсиживаться дома в "Зеленой короне" в стороне от событий.
Волк не смог удержаться. Прямо посреди кабинета, на глазах людей, он обнял Иден и
расцеловал ее, пытаясь тем самым высказать всю свою любовь и все свои страхи за нее.
Она поцеловала его в ответ, ощущая, как тепло прижавшегося к ней тела вливает в нее
новые силы. Теперь их ничто не разделит.
Когда он наконец пришел в себя и понял, где находится, он отпустил ее, шепнув на ухо:
- Твоя взяла.
- Наша возьмет, вот увидишь. Волк, - сказала она, гладя его по щеке.
Через час по направлению к Прескотту выехали четыре всадника. Впереди ехали Иден
и доктор. Волк внимательно присматривал за Лемпом. А вокруг носился Руфес.
Тусон
Колин вошел в номер и закрыл дверь, стараясь совладать с яростной волной ревности,
от которой перед глазами появилось какое-то красноватое мерцание. Он дрожал не
только от злости, но и от боли. Силой подавив ее, он сконцентрировал взгляд на этом
щеголеватом англичанине, который держал его жену.
- Не помешал ли я, Флетчер?
- Колин, ты ошибаешься, - Мэгги шагнула между ними, кладя ему ладонь на руку.
Он стряхнул ее руку, словно ядовитое насекомое.
- С тобой, жена, я разберусь позже. Флетчер встал напротив противника, чувствуя
исходящую от шотландца ярость.
- Я всего лишь зашел попрощаться с Мэгги, Маккрори. Все, что ты видел, это невинное
действо, во всяком случае, с ее стороны. Я предлагал ей поехать со мной в СанФранциско.
Но леди отказалась.
- И просто поцеловала тебя на прощанье? - сказал Колин, иронично поднимая брови.
- Именно так. Мы всего лишь старые приятели, как бы ни хотелось думать иначе.
Горящие золотые глаза Колина встретились с голубым ледяным взором игрока в покер.
- Как неловко получилось, что я оказался ее мужем.
- Не надо обижать ее, Маккрори, - мягко сказал Флетчер, тщательно подбирая слова.
Мэгги с растущей тревогой наблюдала за разговором двух мужчин. Оба выглядели
угрожающе, на грани взрыва. Колин был вооружен армейским кольтом, а Барт всегда
носил при себе спрятанный револьвер.
- Это же настоящее безумие! Барт, со мной все будет хорошо. Пожалуйста, уходи, пока
никто не пострадал. - Она умоляла его и голосом и глазами.
- Будь осторожна, Мэг. И помни, что я сказал тебе.
- До свиданья, Барт. Я никогда не забуду тебя, - сказала Мэгги со слезами в голосе. Он
кивнул ей с напускным весельем, поразившим ее сердце, и надел свою плоскую шляпу,
поворачиваясь к двери.
- Она сделала свой выбор, Маккрори. Мне остается молиться, чтобы она не пожалела
впоследствии.
Барт не выдержал без слез Мэгги. Бросив на шотландца последний предупреждающий
взгляд, он вышел из номера, тихо прикрыв за собою дверь.
В воцарившейся тишине Мэгги пыталась овладеть эмоциями. Доктор Торрес
предупреждал, что в ее состоянии возможны приступы дурного настроения, но он вовсе
не имел в виду такую ситуацию.
Она подошла к окну, посмотрела на людную улицу внизу, затем повернулась к Колину.
- Ты всерьез полагаешь, что я пригласила Бар-та Флетчера немного повозиться в нашей
постели, пока ты бегаешь по делам?
Он не ответил, охваченный такими противоречивыми ощущениями, что даже не понял,
что она сказала.
- Господи, ты по-прежнему думаешь обо мне как о шлюхе, - прошептала она. Не в
силах больше находиться с ним в одном помещении, она повернулась, чтобы скрыться в
единственном оставшемся убежище - в спальне.
- Ты, может быть, и шлюха, но, видит Бог, ты, моя шлюха, - сказал он, безрассудно
раздражаясь на ее вызывающий и обиженный вид.
Да кто она такая, чтобы он еще и ощущал себя виноватым? Он рванулся вперед и
схватил ее, когда она уже входила в спальню.
Когда он дернул ее за руку и развернул к себе лицом, она холодно сказала:
- Я уже давным-давно не принадлежу никакому мужчине как шлюха.
- Ну, так стала моей. И, кажется, не хочешь выходить из этого состояния, даже с моей
помощью, - сказал он с выражением самоотвращения на лице. - Ирония судьбы, правда,
Мэгги? А скажи мне, тебе ненавистно было все, что происходило между нами, или ты так
все спланировала с самого начала?
- О чем ты говоришь? - спросила она, внезапно испугавшись его. Глаза у него были
безумные - со злобой и похотью. Но что-то в них скрывалось еще, нечто ей непонятное.
Колин видел растущий в ее глазах страх, и сердце его вдруг застучало холодно и
спокойно, как замороженное. Этой боли он не мог вынести. Она предала его, а он попрежнему
хотел ее!
- Будь ты проклята, Мэгги. Будь мы оба прокляты, - сказал он, грубо притягивая ее к
себе.
Мэгги не могла дышать, когда он крепко сжал ее, дико впиваясь в ее рот. Неужели этот
чужак - тот самый нежный любовник из прошедшей ночи?
- Нет, Колин, только не так, прошу тебя! - Она пыталась отвернуть голову в сторону,
вырваться из его объятий, но он не отпускал. Он так тесно прижал ее к себе, что она
услыхала, как яростно колотится его сердце.
- Да, именно так. Нам больше ничего не остается. Ты так нежно прощалась с
Флетчером... Жаль, что наше с тобой прощание не будет таким вежливым. - Он сорвал с
нее шляпу и запустил пальцы в копну волос, разбрасывая шпильки, так что волосы волной
упали на плечи. Он впился ртом в ее шею, в подбородок, в висок, покрывая обжигающими
поцелуями лицо, пока вновь не накрыл своими губами ее губы. Зажав ее голову в своих
руках, он ртом уговаривал ее губы раздвинуться ответно в знакомой страсти.
Мэгги ощутила отчаяние его поцелуя, говорившего больше о печали, нежели о злости.
И ответила ему губами.
Колин ощутил ее внезапную капитуляцию и издал низкий рев триумфа. Руки его
проворно принялись расстегивать платье и кружевную блузку под ним. Когда его рука
проскользнула под шелк и обхватила роскошную грудь, она услыхала, как он застонал, а
сосок ее затвердел под его ласкающими пальцами.
Он был груб и резок, срывая с нее одежду, сваливая все грудой на полу и продолжая
целовать и ласкать ее. И, вот она уже стояла перед ним только в кружевных
панталончиках и элегантных туфельках. Он поднял ее на руки и бросил на постель,
смятую с прошедшей ночи.
Мэгги наблюдала, как он так же отчаянно срывает с себя одежду, разбрасывая вещи по
комнате. Она видела, как вздымается и опадает его великолепная грудь, с какой грацией
движется он, подходя к кровати и опускаясь на одно колено на мягком матрасе.
Колин глядел на раскинувшееся перед ним роскошное тело, готовое принять его без
предварительной любовной игры.
- Я рад, что ты никогда не принадлежала к тем чопорным дамам, которые разгуливают
в корсетах. - Он протянул руки и рывком стянул с нее панталоны, отбросив их в ноги
кровати. - Так-то будет лучше, - хрипло сказал он, оглаживая ее ноги снизу вверх.
- Еще чулки, - прошептала она, когда он раздвинул ее ноги своими коленями.
- Пусть останутся, - сказал он, ложась сверху и прижимая ее к постели.
Когда он вошел в нее, она закрыла глаза и отвернулась в сторону, закусив губу, чтобы
не расплакаться. Он ощутил невероятное тепло и нежность ее тела, когда она принялась
двигаться вместе с ним. Шелк чулок скользил вдоль его бедер, а она, подняв ноги,
обхватила его. Он вторгался глубоко и резко, стараясь наказать ее, наказать себя. Но все,
что он ощущал, - это лишь растущее головокружение экстаза.
Мэгги открыла глаза, всматриваясь в его лицо и видя на нем выражение муки, в то
время как страсть охватывала и ее тело. Ей захотелось погладить его по лицу, но его руки
прижимали ее кисти к кровати, поскольку он не хотел других касаний, помимо
сближений нижних частей тел. Колин, что же это? Какая чудовищная ошибка
относительно Барта, однако все мысли улетучились - внутри все заклокотало, а по телу
волнами покатилось блаженство. Она всхлипнула н выкрикнула его имя Колин наблюдал
за ее оргазмом. Она выгнула бедра, сжимая его фаллос, пытаясь загнать его еще дальше в
глубь бездны внутри себя. Содрогнувшись, он тоже, кончил, выплеснув семя и видя, как
розовая волна поднимается по ее груди к шее и расцветая на щеках.
Оба были измотаны и бездыханны. Мэгги открыла глаза и всмотрелась в его
осунувшееся лицо. Он не рухнул на нее, не сдвинулся в сторону, а так и продолжал
упираться прямыми руками в ее предплечья, не отнимая своей плоти от ее. Что-то
случилось, страшное, ужасное. Мэгги боялась произнести хоть слово, а в кружащейся
голове, спотыкаясь, неслись мысли. Наконец она собралась с духом и сказала:
- Колин, скажи мне...
- Не о чем говорить, Мэгги, - хрипло отозвался он.
Ее слова, казалось, вывели его из оцепенения. Он отпустил ее руки и сдвинулся в
сторону, слезая с кровати. Она осталась лежать на смятых простынях со спутанными
волосами, пылающим телом и ноющими губами.
- Тебе стоит постоянно залезать в постель в чулках и туфлях, - сказал он, начиная
одеваться. - Очень трогательно.
Мэгги посмотрела на свои раскинутые ноги. Чулки с подвязками придавали ее наготе
вульгарный вид. Запутавшиеся в постельном белье туфельки казались вообще
непристойными. Она ощутила стыд. Шлюхой назвал он ее, его шлюхой. Она натянула на
себя покрывала и сжалась в комочек, удерживаясь от рыданий, слишком уставшая и
морально, и физически, чтобы продолжать спор. Через минуту он оделся и вышел, закрыв
за собой дверь спальни. Она услыхала стук в дверь и бормотанье, когда Колин о чем-то
говорил с лакеем. И только когда она услыхала, как он покинул номер, встала с постели и
стала приводить себя в порядок.
Обмыв себя губкой, надела простенькие юбку и блузку, не в силах вновь возиться с
очередным элегантным нарядом. Что заставило Колина превратиться вновь в холодного,
отстраненного чужака? Получалось так, словно и не было прошедших месяцев и они вновь
находились в Соноре. Она вышла из спальни и села на софу, пытаясь собраться с
мыслями. Пока она потирала растерянно виски, взгляд ее упал на ковер. В углу у стены
лежал скомканный клочок бумаги.
Она помнила, что раньше его тут не было. Послание, оставленное портье Колину? Она
заколебалась. Может быть, это как раз и имеет отношение к произошедшему между ними,
рассудила она, подходя и поднимая бумажку. Разгладив комок, она попыталась разобрать
смазанные чернильные буквы. Не было ни обращения, ни подписи. Когда она наконец
разобрала написанное, ей показалось, что сердце у нее остановилось, а комната пошла
кругом. Мэгги погрузилась в чересчур мягкое кресло и перечитала записку.
Не забудь о нашем разговоре. Тебе наверняка захочется узнать правду о прошлом,
скрытом в Мексике. Если обнародуются отвратительные детали, хваленому Маккрори
не избежать скандала. Жду твоего решения.
Угроза, должно быть, исходила от Пенса Баркера. Он пытался шантажировать Колина
ее прошлым! И для начала он не получит места торгового агента индейцев после Калеба
Лемпа. А что последует затем? Такой безжалостный, алчный человек, как Баркер, сможет
уничтожить Колина не только финансово, но и политически. И все будет кончено, ведь
мадам из борделя сама шантажировала его, чтобы он женился на ней.
Она уткнулась лицом в ладони, но обнаружила, что не может даже расплакаться. Не
удивительно, что он смотрел на нее как безумный, а потом и с презрением. Все
оборачивалось против Колина Маккрори. Но она не позволит ему загубить себя из-за ее
прошлого. Но, чтобы спасти его, она должна будет лишиться его любви, а ребенка лишить
отца. И навсегда. Мэгги не могла не заметить иронию этой несправедливости. Она
бросила отца своего первого ребенка потому, что не любила его. А теперь она должна
оставить своего ребенка без отца, которого любит больше всего.
Если Колин разведется и публично откажется от нее, скандал со временем утихнет.
Для женщин и мужчин существовали разные стандарты поведения, даже на Западе, где
женщины пользовались куда большей свободой, нежели в Бостоне. Добропорядочные
граждане территории простят Колина за его дурацкий брак, и даже, может быть,
сожалеюще покачают головами, - бесстыжая девчонка заморочила ему голову. И тогда он
сможет продолжить борьбу против Пенса Баркера и его приспешников.
Мэгги разорвала записку на мелкие клочки и отшвырнула их в сторону. Затем
вернулась в спальню и легла на постель. Нужно было все обдумывать, все спланировать.
Возможно, завтра придется отыскать Барта и убедиться, что его предложение остается в
силе. Ей надо подумать, так же ли будет хорошо и ее ребенку, как и ей самой. Интуиция
подсказывала ей, что Бартли Веллингтон Флетчер может стать вполне
удовлетворительным, если даже не великолепным, отцом ее ребенку. Хватит ли у меня
мужества уйти от Калина? Горло болело, глаза жгло, но она так и не могла расплакаться.
Прескотт
Шериф Уолтер Бриггз все пытался закрыть рот. Но чем дальше рассказывал этот
охранник-полукровка свою историю, тем шире разевал рот служитель закона. Калеб Лемп
использовал индейцев резервации как рабов и пытался убить двух видных граждан
Прескотта, когда те обнаружили это! Если бы не подтверждения доктора Торреса и Иден
Маккрори, Бриггз попросту не поверил бы безумным россказням Блэйка. То есть он
вообще бы арестовал Блэйка и освободил Лемпа. Но повторный взгляд на этого крутого
наемника заставил его пересмотреть это поспешное решение.
Приземистый толстенький человечек с прилизанными волосами и бульдожьей
челюстью, шериф победил на повторных выборах благодаря не слишком пристальному
присмотру за местными салунами и борделями на Виски-роуд. У него было кредо: живи и
давай жить другим. Если чиновники из законодательного собрания хотели сделать
Прескотт городом с широко распахнутыми воротами, то шерифу это было только на руку.
Но убийство и кража государственной собственности - это дело совсем другое.
- Что ж, Калеб. Теперь, я думаю, тебе пора провести немного времени и в "резервации"
Прескотта, - сказал он с невеселым смешком. Подземная тюрьма в подвале здания суда
графства была местом столь же мрачным, как и индейская резервация.
- Ты совершаешь серьезную ошибку, Уолт. Предупреждаю тебя, у меня в Тусоне есть
влиятельные друзья, - сказал Лемп, когда Блэйк подтолкнул его к шерифу.
- Твои ребята из Тусона не имеют права голоса здесь, в Прескотте. Так что не трать
слова понапрасну, - добродушно отозвался Бриггз.
- Они украли мои книги. Спроси у этого полукровки, не брал ли он мои счета из
резервации. А это тоже кража государственной собственности, - запротестовал Лемп,
когда перед ним загремели двери подземелья.
Бриггз перевел взгляд с Блэйка на Торреса.
- Он правду говорит, док?
- У нас с собой нет никаких бумаг, шериф Лемп просто пытается отвести внимание от
собственных преступлений, - осторожно сказал Аарон. Книги были спрятаны в седельной
сумке Волка, так что, строго говоря, доктор не лгал.
- Мне надо связаться по телефону с Тусоном, - сказал Волк, пытаясь не допустить
дальнейших расспросов шерифа - Дай знать отцу, что со мной все в порядке, - вмешалась
Иден - Если я вам больше не нужен, шериф, то я возвращаюсь в резервацию. Эпидемия
вроде бы локализована, но я хотел бы убедиться, тем более что наш драгоценный агент не
в состоянии выполнять свои обязанности, - с усмешкой добавил Торрес.
- Я думаю, вы понадобитесь в суде.
- Как скажете, шериф. Я и мисс Маккрори в вашем полном распоряжении.
- Может быть, ко времени судебного заседания откроются и другие преступления, -
добавил Волк, многозначительно посмотрев на Лемпа и открывая перед Идеи дверь.
Как только они вышли на Кортес-стрит, Волк обратился к Торресу:
- Будьте осторожны по дороге в резервацию. И будет лучше, если вы возьмете с собой
Руфеса. Ему будет тяжело добираться с нами до Тусона.
Лекарь протянул руку и потрепал по голове собаку, терпеливо ожидающую их возле
здания суда.
- Мне будет приятно иметь такого товарища. Но я думаю, что перед отъездом вы
свяжетесь с Колином и сообщите ему, как тут разворачиваются события.
- - Прямо сейчас. А потом поеду. Потому что я очень хочу, чтобы эта упрямая женщина
вернулась в "Зеленую корону", - ответил Волк, поворачиваясь к Иден.
Покачав головой, она решительно взяла его под руку.
- Я еду с тобой. А теперь пошли на телеграф.
- Ты можешь ехать со мной, но я не допущу, чтобы такая леди, как ты, отправилась
вместе со мной в салун Керни на Виски-роуд.
Иден фыркнула.
- Да уж, выбрали местечко, где разместить телеграф. Я подожду на улице.
Торрес прикрывал улыбку рукой, наблюдая, как эта маленькая хрупкая девушка
обращается со здоровенным и опасным охранником.
- Ты подождешь меня в конторе Уэллса Фарго дальше по улице, - сказал Волк с
угрюмым выражением на лице, и Иден решила больше не искушать судьбу, пока ее не
отправили на ранчо.
Провожая их взглядом до конторы Уэллса Фарго, доктор припомнил нежную сцену
между свирепым охранником и ожившей Иден в Сан-Карлосе. Волк Блэйк был бы для нее
хорошим мужем. После всего пережитого Иден начинала приходить в себя. И Колину с
Мэгги можно уже не переживать за ее будущее. Правда, после того странного разговора с
Мэгги доктор начинал задумываться, а не пора ли переживать как раз за Колина с Мэгги.
- Пойдем, старина Руфес. Нам с тобой пора возвращаться в "Белую гору".
Глава 19
В салуне Керни дела шли вовсю, когда туда вошел Волк с кратким посланием для
Колина. Когда они с Маккрори сложат все доказательства вместе, этим пиявкам из Тусона
придется несладко. Мрачно улыбаясь, он двинулся по дощатому полу мимо поцарапанной
стойки бара к маленькой дверке в конце помещения. Неуклюже выведенная от руки
надпись гласила: "Телеграфные отправления. Оплата только наличными".
Дверь была приоткрыта, и Волк проскользнул внутрь, оказавшись в грязноватой
комнатке, где раньше находился склад. Пол был грязен, с бревенчатых стен осыпалась
кора. Яркое знойное солнце врывалось в окно, заливая желтым цветом помещение и его
единственного обитателя.
- Доброе утро. Мне нужно отправить послание Колину Маккрори в отель "Палас" в
Тусоне. - Волк протянул послание маленькому горбатому человечку в очках в
проволочной оправе, сидящих на переносице сломанного носа.
Гектор Споде просмотрел текст сквозь толстые стекла очков и поднял на Волка свое
пронырливое личико.
- Это обойдется в один доллар пятьдесят центов.
Волк поднял брови, цена показалась ему непомерной, но Споде быстро сказал:
- Послание длинное. Так будем отправлять или нет?
Блэйк достал из кармана деньги и бросил их на грязный стол рядом с телеграфным
ключом. Пронырливый человечек начал отстукивать послание. Блэйк вышел из салуна и
пошел забирать Иден. Путь им предстоял неблизкий.
Как только охранник вышел, Гектор Споде проворно соскочил со стула. Хитрая улыбка
обнажила маленькие кривые зубы. Уж на этот раз эта важная шишка выложит кучу денег,
да, сэр, кучу. Гектор обдурачил этого полукровку, отстучав ключом ничего не значащий
сигнал на местную станцию. Он был уверен, что ни его работодатель в Прескотте, ни
торговцы в Тусоне не обрадуются, если это послание дойдет до Колина Маккрори.
Через полчаса Гектор вернулся в салун с сотней долларов в кармане за хлопоты и с
новым посланием, на этот раз для Пенса Баркера:
БЛЭЙК И ДОЧЬ МАККРОРИ ЕДУТ В ТУСОН ТОЧКА ОТБЕРИТЕ У НИХ
КОНТОРСКИЕ КНИГИ ТОЧКА ТЫ ЗНАЕШЬ ЧТО ДЕЛАТЬ ТОЧКА
В тусклом лунном свете неслись гонимые ветром тучи, отбрасывая жутковатые тени в
окно мрачной тюремной камеры, где лежал Калеб Лемп. Ночь была холодной, а одеяло,
которое ему выдал Бриггз, было столь же тонким, как те "куриные кожи", которые он
раздавал в резервации. Может быть, их поставлял в графство суда тот же Баркер.
Лемп был слишком взволнован, чтобы уснуть. Как только книги окажутся у Маккрори,
все полетит к чертям, и он, Лемп окажется крайним. Уже одно то скверно, что открылась
правда о рабстве апачей в шахтах. А если еще обнаружится цепочка, тянущаяся в Тусон, то
не избежать и мести могущественных врагов. Пенс Баркер нанимал Джуда Ласло, чтобы
убить Маккрори, а когда тот не справился, нанял и других. Так что расправиться с ним,
Лемпом, будет совсем нетрудно, прикончив его здесь, в камере, как пойманную в капкан
крысу. Он вскочил с жесткого, комковатого матраса и заходил взад-вперед.
Шериф ушел домой, оставив контору на своего помощника-старикашку. Вот так штука.
Клемент, сторож, смертельно пьяный, храпел в крутящемся кресле за письменным столом
Бриггза, закинув ноги наверх.
- Небось не просыхает с Четвертого июля, - пробормотал про себя Лемп.
И тут плавные рулады храпа Клемента прервались тихим скрипом входной двери. У
Лемпа волосы встали дыбом. Фитиль в керосиновой лампе на столе догорел, и комната
освещалась только неярким и призрачным лунным светом. Тут из полумрака выступила
чья-то фигура, и голос тихо сказал:
- Клементу надо хорошенько выспаться. Черная фигура подняла пистолет и опустила
его на череп сторожа, сваливая его с кресла. Лемп застыл от ужаса, вцепившись в решетку
камеры. Горло сжалось. Но он понимал, что если и закричать, толку не будет.
Тень подняла пистолет, и в лунном свете тускло сверкнул направленный ствол. Когда
он шагнул вперед и уткнул оружие в грудь Лемпа, из-под полей шляпы ясно проглянуло
лицо.
- Ты! - изумленно сказал агент и даже не почувствовал, как пуля швырнула его на пол.
Эхо выстрела еще металось по маленькой комнате, а убийца уже закрывал за собой
дверь и поднимался по ступеням. Тело Лемпа обнаружат только утром. А к тому времени
убийца уже должен был быть на пути в Тусон.
Солнце золотило восточный край неба, погружая встающие на горизонте невысокие
вершины гор Суперстюшн в тень. По небу побежали красные и оранжевые полосы, словно
чьи-то длинные пальцы.
Два всадника ехали ровным шагом. Вскоре жара навалилась на эту огромную пустыню,
известную под названием Солнечная долина. Вчера они не гнали лошадей, а ближе к
вечеру Волк настоял на привале, и не только для того, чтобы дать отдохнуть своему
чалому и кобылке Иден, но и чтобы эта хрупкая девушка сама не свалилась от усталости
со спины Санглоу.
- Через часок сделаем еще один привал, - сказал он, провожая глазами зайца,
метнувшегося по открытому каменистому пространству, над которым парил остроглазый
ястреб, высматривая завтрак.
- Да со мной все в порядке. Волк. Не надо останавливаться из-за меня. Ведь доктор
Торрес сказал же тебе, что я хоть и маленькая, но крепкая, как старый армейский
ботинок.
Он оценивающе оглядел ее фигурку.
- Хорошо хоть внешне ты на него не похожа. - Когда ее щеки вспыхнули, он улыбнулся,
радуясь, что она едет с ним рядом. - Нет нужды спешить. Лемп отдыхает в тюрьме, а отец
знает, что мы едем с доказательствами, которые прикончат Баркера.
- Как раскаляется эта пустыня, - сказала она. Затем добавила с робкой улыбкой:
- Я припоминаю одно местечко южнее несколькими милями. Там река Солт выбегает
на поверхность. Когда я была еще девочкой, мы там останавливались с отцом и отыскали
несколько прудов. Там я научилась плавать.
- Правда? - Его мысли метнулись к тому случаю, когда он впервые увидел ее у воды. -
Когда мы ехали по Соноре, я застукал Бо Прайса, который подсматривал, как вы
купаетесь.
Иден посмотрела ему в глаза и покраснела.
- Я знаю. Мэгги так и подумала, что ты из-за этого избил его. - Она содрогнулась. -
Какой отвратительный тип этот Прайс.
- Да и я не лучше, - признался он. - Прежде чем оттащить его, я тоже посмотрел на
тебя. Как же ты была прекрасна, Иден, вся розовая и золотая.
Прислушиваясь к его полному чувства голосу, она ощутила, как где-то в глубине
живота поднимается тепло.
- Я рада, что тебе понравилось мое тело. Я всегда хочу тебе нравиться, Волк.
Он протянул руку и пожал ее ладонь.
- А ты мне и так нравишься всегда. Господи, как я только подумаю, что Лемп мог с
тобой сделать, или эти его полицейские...
- Но ты же спас меня. Опасность позади. И все, что нам надо, - уговорить отца
благословить нас.
Волк тихо рассмеялся.
- Зная Колина Маккрори, я не могу с такой уверенностью утверждать, что опасность
позади. Ты же его единственный ребенок, и я не думаю, чтобы он так охотно отдал тебя
мне.
- Отдаст. Или я уйду, не спрашивая его. Но, думаю, Мэгги сможет его убедить. За тем
она и поехала в Тусон.
- Она, всегда была моим другом, - задумчиво сказал Волк.
- Хочется верить, что и отец понимает, какое сокровище он приобрел в ее лице.
- А я - в твоем, - тепло отозвался он. - Так где, ты говоришь, эти пруды? Она
поддразнила его улыбкой.
- Я обгоню тебя! - С этими словами она пришпорила Санглоу и помчалась по желтой
выжженной земле, аккуратно проскакивая между двумя большими кактусами сагуэро.
Пруды оказались холодными как лед. Здесь вода, долго бегущая глубоко под землей,
пробивалась наружу. Глубокого голубого оттенка вода струилась меж разбросанных
больших красных и рыжих булыжников, в окружении зеленых тенис
...Закладка в соц.сетях
