Жанр: Любовные романы
Вкус огня
...ась за свои утренние дела.
Поразмыслив, она решила надеть блузку и юбку. Женщины гринго обычно не носят
такую одежду, но у нее не было
ничего, кроме брюк. Если Ройал намерен взять ее на прогулку в город, она сделает
ему приятное и наденет платье. Он
привык видеть Антонию в брюках, но она знала, что в юбке нравится ему больше.
Антония уже собиралась выйти из комнаты, но в последний момент надела пояс с
револьвером. Один из людей Рауля
проник в их комнату прошлой ночью. Значит, нельзя оставаться безоружной.
Ройал поднял голову и посмотрел на Антонию, когда она вошла в обеденный зал
отеля. Он улыбнулся, увидев, что
Антония в женском наряде и причесала волосы точно так, как на празднике. Но едва
она приблизилась, Ройал заметил
револьвер.
- А это зачем?
- Револьвер? - Антония села за стол и улыбнулась Коулу и Джастину.
- Да, револьвер. Мы же только прогуляемся по городу.
- Однако прошлой ночью мы заснули, а один из псов Рауля отыскал нас. Я
вспомнила об этом и взяла револьвер. Рауль
рядом, и лучше проявить осторожность.
- Пожалуй, ты права. Кофе?
- Конечно. А где же Томас? Коул и Джастин переглянулись.
- Он вернулся в салун, - ответил Коул.
- Тогда ему придется заплатить девушке, а Томас говорил мне, что никогда не
платит за это самое дело. Неужели он
действительно вернулся в салун?
- С какой стати ты интересуешься личной жизнью Томаса? - спросил Ройал.
- Иногда лучше не знать, чем занимается Томас, но он часто напрашивается на
неприятности, связываясь с женами
полицейских, хозяйскими дочками и даже с супругой начальника полицейского
участка. - Антония покачала головой. -
Его когда-нибудь застрелят.
И тут она увидела Томаса, весело улыбавшегося им.
- Если он снова собирается в салун, то не задержится здесь надолго.
- А, кофе, - оживился Томас, садясь за стол.
- Чем ты занимался? - строго осведомилась Антония.
- Разве у мужчины не может быть личных дел, крошка?
- Может, только если у дамы нет ревнивого мужа.
- У нее нет, поэтому успокойся.
Антония занялась завтраком. Во время перегона скота они питались неплохо, но
та еда не шла ни в какое сравнение с тем,
к чему она привыкла, живя на ранчо у Ройала.
Увидев, что Оро столкнулся в холле с плотным и очень сердитым мужчиной,
Антония сказала:
- Ну, Томас?
- Что, дорогая?
- Ты говорил, что ревнивого мужа нет?
- Да.
- Понятно. Значит, это брат или отец. По-моему, этот человек собирается
избить Оро.
Томас бросился в холл, и все рассмеялись, предвидя крупный скандал. Но все
быстро закончилось благодаря появлению
пухлой брюнетки и стройной блондинки. Эти женщины увели плотного мужчину, а
Томас, следуя за ухмыляющимся Оро,
вернулся в обеденный зал.
- Она чуть не разодрала мне лицо, - сообщил Оро, садясь за стол. - Ты что, не
мог найти хорошенькую незамужнюю
сироту?
- Так я и нашел, Оро, а ты все недоволен.
- Девушки из монастыря! О Боже! Уж лучше пусть меня изобьют или пристрелят,
чем я стану связываться с монашками
или священниками.
- Антония, пошли, - сказал Ройал.
- Но я хочу послушать.
- Полагаю, что ты не раз уже слышала такое.
- Пожалуй, да. - Она оперлась на его руку, и они вышли. - Томас развлекается,
а Оро всегда приходится за него
отдуваться.
- А иначе не бывает?
- Нет. Оро ходит в салуны и к проституткам. Он думает, что не сумеет
соблазнить приличную женщину, как Томас.
- И чем же лучше мужчина, который берет девушек в салуне?
- Он поступает так только потому, что жалеет их, но они не очень-то ценят
это. Поэтому ситуация с Патрицией создает
ему трудности. Она хочет его, но не соблазняет. Другие женщины тоже хотят его,
но он не замечал этого. До Патриции.
- Странно, что близнецы такие разные.
- Во многом они очень похожи. Когда Томас встретит свою женщину, он поведет
себя точно так же, как Оро с
Патрицией. Он все ей отдаст.
- Или прогонит, если решит, что так будет лучше?
- Возможно.
- Но ты же не можешь судить о нем, как мужчина?
- Хотелось бы. Ты кажешься мне честным и свободным от предрассудков, но даже
Мария не уверена, что Оро и
Патриции следует быть вместе. Едва ли и ты понимаешь, чем им это грозит.
- Я прекрасно знаю, что будет. Однако многие наши друзья и соседи -
здравомыслящие люди, поэтому не обратят на
это внимания. Они смирятся с этим.
- Хорошо, что у Патриции большая семья. Ее поддержат. А что это за дом?
- Банк. Давай зайдем.
- Нет. Я подожду здесь. Когда я захожу в банк, у меня возникает неодолимое
желание сунуть револьвер под нос клерку и
потребовать деньги.
Ройал улыбнулся:
- Ну, ладно, я вернусь через несколько минут.
Прислонившись к стене, Антония разглядывала прохожих. Респектабельные
граждане явно не отваживались разгуливать
по улицам после захода солнца. Антония! также заметила, что все они
останавливаются как бы у невидимой линии, никогда
не пересекая ее. По ту сторону от этой линии располагались салуны, публичные
дома и гуляли ковбои. Очевидно, при свете
дня они не вторгались на эту территорию.
- Ах, сеньорита! Вы одна? - спросил кто-то заплетающимся языком.
Антония поморщилась, когда подвыпивший и неопрятный ковбой обнял ее за плечи.
Когда она попыталась
высвободиться, он усилил хватку, а его дружки расхохотались. Антония поняла, что
попала в неприятное положение.
- Я не одна, - сказала она. - Мой мужчина зашел в банк.
- А она блондиночка и с голубыми глазками, - заметил один из пьяных дружков
ковбоя. - Ты уверен, что она
сеньорита, Джой?
- Наверняка. Ни одна белая женщина не напялит на себя такую дурацкую одежду.
- Отпусти меня, - потребовала Антония, раздраженная его наглостью. - Мой
мужчина скоро вернется.
- Ну, дорогая, со стариком Джоем ты не соскучишься. Я не оставлю тебя одну
возле банка. - Он потянул ее в сторону
салуна. - Пойдем, красотка, я и мои друзья покажем тебе забавные штучки.
Круто повернувшись, Антония выхватила револьвер и холодно улыбнулась. Ковбой
побледнел, когда она сунула дуло ему
в пах.
- Если не отпустишь меня, тебе нечем будет показывать мне твои штучки,
гринго.
- Эй, Джой, ты в порядке?
- Скажи своим друзьям, чтобы они оставались на месте, - приказала Антония.
- Не двигайтесь, - пробормотал ковбой.
Ройал вышел из банка, и его охватила ярость, когда он увидел, как ковбой
обнимает Антонию. Он не понимал, что
произошло. Антония стояла спокойно, и Ройала удивило, что у ковбоя такой
испуганный вид.
- У тебя неприятности, дорогая? - тихо спросил он.
- Иисусе, мистер, только не напугайте ее, - прохрипел ковбой, не спуская
взгляда с револьвера Антонии.
Ройал рассмеялся:
- А, теперь я вижу, что у тебя все под контролем.
- Да. Эти люди собирались уходить.
Она убрала револьвер в кобуру, а ковбой и его дружки пустились наутек.
Ройал обнял ее за плечи:
- Ты лишила меня удовольствия защитить тебя. Она усмехнулась.
- Хотел дать ему по носу?
- Что-то в этом роде. Вижу, тебя нельзя оставлять одну.
- Ковбой принял меня за "сеньориту", то есть за шлюху, и решил утащить с
собой.
Ройал обнял Антонию покрепче, как бы говоря, что понимает ее. Мексиканская
деревенская одежда Антонии привлекала
внимание. Его удивило, что ее светлые волосы и голубые глаза не остановили этих
ковбоев. Впрочем, как не каждая
мексиканская девушка - шлюха, так не каждая англоамериканка - леди. Ройал
встречал мексиканских шлюх, воспитанных
куда лучше, чем некоторые леди.
- Нам надо зайти к шерифу, - сказал он.
- Зачем?
- Возможно, он что-нибудь выяснил насчет того парня.
- Да. Вдруг тот что-то припомнил?
- Кстати, Антония, по-твоему, хорошо пугать парней, угрожая искалечить им это
самое место?
- А что, это тебя нервирует, гринго?
- Мне это кажется немного... порочным.
- Меня это мало беспокоит.
- Мы с шерифом основательно попотели из-за тебя прошлой ночью.
- В том-то и штука. Хуан учил меня действовать так, чтобы все походило на
правду. Он говорил, что для мужчины самое
страшное - перестать быть мужчиной. Хуан считал, что это - самое слабое место у
мужчины. И не только на теле, но и в
голове. Однако если это пугает тебя, дорогой, я подумаю о чем-нибудь еще.
- Нет. Делай то, что необходимо для твоей безопасности. Ройал заметил
удивление шерифа, когда тот увидел их.
Вдруг Антония разыскивается властями? Они сейчас далеко от бандитской
территории, но объявления о разыскиваемых
людях с каждым годом распространяются все дальше и дальше.
- Удивительно, что вы оба зашли ко мне, - сказал шериф.
- Мы хотели узнать, не сообщил ли чего-нибудь задержанный парень.
- Нет, он уже ничего не сообщит, - ответил шериф, направляясь к подвалу и
приглашая Антонию и Ройала следовать за
ним. - Думаю, вы об этом ничего не знаете?
Незачем было заглядывать под накинутое на тело одеяло, чтобы понять: бандит
мертв. Судя по тому, что все вокруг было
залито кровью, его подло прикончили. Антонии стало не по себе.
- Рауль, - прошептала она, попятившись.
- Ты в порядке, Антония? - тихо спросил Ройал.
- Мне нехорошо, но это сейчас пройдет.
- Вы что-то сказали, мэм? - спросил шериф, садясь за свой стол.
- Присядь, Антония, - попросил ее Ройал. - Ты побледнела. Я сам отвечу на все
вопросы.
Она села, удивляясь тому, что так расчувствовалась. Для нее смерть была не в
новинку, но она умела сдерживать себя.
Может, это общение с Ройалом так подействовало на нее?
- Я слышал это имя, - настаивал шериф.
- Конечно, слышали, - согласился Ройал. - Рауль.
Рауль Мендес. Вам знакомо это имя? - Да, черт возьми. Но его нет в наших
местах. Так говорили ковбои.
- Боюсь, на этот раз Мендес здесь.
- Здесь? - Шериф нахмурился.
- Я тоже удивлен, что он забрался так далеко от границы, однако Мендес здесь.
- Он выслеживал вас. Так вы заявили прошлой ночью.
- Мендес следит за нами, кто-то платит ему за это, - согласился Ройал.
- Кто же?
- Вот это я и стараюсь узнать. Но пока мне не везло. А как это случилось?
- Кто-то подошел к окну подвала. Этот дурак вообразил, что его хотят спасти.
Они пристрелили его. Из револьвера
чертовски крупного калибра. Я только слышал, как он закричал, а потом прогремел
выстрел. Прибежав сюда, я увидел, что
все в крови. Выстрелили ему прямо в лицо. Не оставили никаких следов. Я жду
того, кто будет хоронить его. Он что, был
мексиканский бандит? - Шериф вытащил дорогие часы.
- Да, - ответила Антония, - я видела этого парня с Раулем, но не знаю его
имени.
- Откуда вам знать имена, мэм?
- Я же говорила, что знаю этих людей. Я из Мексики.
- Ах вот что! А его звали, случайно, не Дуглас Саундерс?
- Нет.
- А вы не видели того, кто называет себя Саундерсом, а?
- Нет, шериф. Ройал?
- Нет, - ответил Ройал. - Нашли часы на нем?
- Ну да, - признался шериф. - Он все равно украл их.
Шериф убрал часы в карман, и Антония едва не рассмеялась. Ройал бросил на нее
укоризненный взгляд, затем посмотрел
на шерифа.
- А может, часы лучше было бы оставить на трупе, сэр?
- Зачем? Они ему уже не понадобятся. Мне же нужны новые часы. А вот если вы
встретите человека по имени Саундерс,
бывшего владельца этих часов, пошлите его ко мне. Я верну их ему. Но не отдам
часы этому проклятому похоронщику. Они
самые большие воры. Вы не сделали ничего такого, - продолжал он, - чтобы я
должен был выслать вас из города или
арестовать. Но вы приносите мне лишние заботы и неприятности и привлекаете к
себе всяких проходимцев из Техаса. Люди
этого Мендеса следят за вами. Да и он сам наверняка будет преследовать вас,
когда вы отправитесь домой.
- Да. - Антония поднялась и подошла к Ройалу.
- Ну и когда же вы уезжаете? - строго осведомился шериф.
Когда они шли от шерифа, Антония заметила, что Ройал рассержен. Она едва
поспевала за ним, а он не сказал ни слова,
пока вдруг не остановился перед витриной магазина.
- Шериф впервые попросил меня оставить город, - пробормотал Ройал.
- Он лишь спросил, когда ты уедешь, - возразила Антония.
- Он предложил бы нам уехать, если бы я не сказал ему, что мы собираемся в
обратный путь завтра утром.
- Да, но шериф не требовал, чтобы мы уехали. Он только хочет, чтобы Мендес
убрался отсюда.
- Мендес пойдет за нами. Ну а что ты скажешь насчет вон той шляпки в витрине?
- Забавная.
- Забавная? Это последняя парижская мода.
- А зачем она нужна?
Настроение Ройала постепенно улучшалось, и Антония радовалась этому. Приятно
хоть на время забыть о заботах и
опасностях. То, что Ройал проявлял к ней внимание, смущало Антонию, хотя и
нравилось ей. Она даже позволила ему купить
для нее эту фривольную шляпку.
Ночью, когда они, обнимая друг друга, предвкушали новые любовные утехи,
Антония вдруг подумала, что им удалось
преодолеть барьер, когда-то их разъединивший. Лежа в постели, они долго говорили
о своих отношениях. Их примирение
произошло в тот момент, когда открылась правда насчет Оро и Патриции. До тех пор
Ройал не верил ей. Она ударила его.
- Ой! - Ройал сел, потирая ушибленную руку. - За что?
- Когда ты начнешь доверять мне?
- О чем ты? - спросил озадаченный Ройал.
- Об Оро. Я же говорила тебе, что не могу быть с человеком, считающим меня
лгуньей. А ты так и не извинился передо
мной. Ты вообще ничего не говорил об этом.
- Антония, я поверил тебе еще до этого.
- Я не заметила.
- Я думал об этом еще до той схватки в скалах, с того дня, когда ты купалась.
Я понял, что ты никогда не лгала мне. И
решил перестать злиться.
- И ты увидел, что я не лгала? Антония обняла его.
- Да, я понял, что ты не лгала насчет себя и Оро. Однако меня преследовала
мысль, что ты что-то скрываешь от меня. Я
начал присматриваться к Оро и Патриции и тогда все понял.
- Ах, вот в чем дело! О'кей, я согласна на компромисс.
- Согласна на компромисс?
- Да. По твоим словам, ты верил, что я не лгу, но полностью не доверял мне.
Это можно понять. Ладно, теперь все в
порядке. Я готова на компромисс, как мне советовал Томас. Я заслужила награду?
- Называй это наградой или как хочешь. Но ты все равно получишь это.
- Да?
- Да. Путь домой будет трудным. Мы будем спешить и не найдем укромного
местечка.
- Ах, как жаль! И у меня не будет такой мягкой постели. - Антония
усмехнулась, когда Ройал перевернул ее на спину.
- Ты имеешь в виду не постель, дорогой?
- Нет, не постель. Позволь показать тебе, что я имею в виду.
- Очень неплохая мысль.
Антония тщетно пыталась оттолкнуть руку, которая трепала ее за плечо.
- Уходи прочь.
- Я мечтал бы остаться с тобой в постели, дорогая, но нам пора уезжать.
- Ох! - Антония томно посмотрела на Ройала. - Пора ехать обратно?
- Боюсь, так. Если ты поспешишь, мы успеем хорошо позавтракать. И сразу же
отправимся назад.
- Сейчас оденусь. Ты знаешь, что мне по вкусу.
- Я знаю, что тебе по вкусу, но вместо этого придется заказать завтрак.
Антония засмеялась и, как только Ройал вышел, вскочила с кровати. И тут же
снова легла, потому что у нее закружилась
голова. Когда неприятные ощущения прошли, Антония поднялась. Состояние не
улучшалось. Придется обратиться к
доктору, когда они вернутся на ранчо.
Ройал внимательно смотрел на Антонию, уже готовую сесть на лошадь.
Спустившись к завтраку, она была очень бледна,
и ее вид с тех пор не улучшился. Он обвинял себя в том, что так долго занимался
с Антонией любовью и не дал ей выспаться.
Однако она давно уже неважно выглядела, хотя он перед этим не трогал ее
несколько недель. Ройал помог Антонии сесть на
лошадь.
- Ты в порядке, дорогая? Может, отложить отъезд на один день?
- Нет. Все уже готовы. Кроме того, - она указала на шерифа, - кто-то очень
хочет, чтобы мы уехали поскорее.
- А с нами и Мендес.
- Нельзя обвинять шерифа за это.
- Нельзя. Ты уверена, что хорошо себя чувствуешь?
- Да, дорогой. Немного свежего воздуха, и мне станет лучше. - Антония слабо
улыбнулась. - Эта работа оказалась
куда труднее, чем я думала.
- Антония, дорогая, отправимся в путь, но в случае чего сбавим темп или вовсе
остановимся. Помни это.
- Да, хозяин.
Бросив на нее укоризненный взгляд, Ройал вскочил на лошадь. Проезжая мимо
шерифа, он прикоснулся к шляпе. Когда
шериф посмотрел на часы, взятые у убитого бандита, Ройал услышал, как Антония
засмеялась.
Во время короткого полуденного привала Ройалу показалось, что ей стало лучше.
Долгий перегон скота, усталость и
опасности, конечно, сказались на девушке. Но после нескольких часов, проведенных
ею на свежем воздухе, Ройал решил, что
беспокоиться не о чем. Антония с облегчением вздохнула, увидев, что Ройал
перестал наблюдать за ней. Она чувствовала
себя гораздо лучше. Дурнота и головокружение длились недолго, но Антония
понимала, что должна скрывать это. Такое
состояние очень тревожило ее, но она не хотела, чтобы кто-то заметил это.
Вздохнув, Антония подумала о том, как далек
путь до ранчо.
Глава 17
- Ну, вот и твое ранчо, друг мой. В целости и сохранности, - с облегчением
сказала Антония.
Она замечала, что у Ройала и его родных по мере приближения к ранчо нарастало
беспокойство. Хотя соседи уверяли
Бенкрофтов, что присмотрят за всем, ранчо осталось без охраны на многие месяцы.
То, что они удачно продали скот, не
слишком утешило бы их, если бы они, вернувшись домой, увидели руины.
- Будем надеяться, что и в доме все в порядке. - Ройал пришпорил лошадь и
пустил ее вниз с вершины небольшого
холма.
Дома их с широкой улыбкой приветствовал старик Пит, а мальчики Марии, Санчо и
Карлос, приняли у них лошадей и
вещи. Едва они вошли в дом, как Мария и Роза бросились к ним.
- Дорогой! - прозвучал женский голос. - Я так рада видеть вас снова, живым и
здоровым. Как удачно, что я
задержалась здесь именно сегодня!
Мэрилин кинулась обнимать Ройала. Антонию утешило только одно: что при этом
он бросил на нее смущенный взгляд.
Антонии было приятно и то, что Ройал поспешил высвободиться из объятий Мэрилин.
Антония не знала, как он поступит с
Мэрилин, но, к счастью, Ройал не пытался вести двойную игру.
- Вы часто наведывались сюда? - спросил Ройал, отстранившись от Мэрилин.
- Конечно, дорогой. Я же обещала вам присмотреть за всем. Уверяю вас, -
возбужденно продолжала Мэрилин, - все в
вашем доме наладится. Мы поговорим, пока Мария и эта девочка греют воду для
ванны. Здесь так много случилось, пока вас
не было.
- Нельзя ли подождать с этим? Может, поедете домой, и...
- Ерунда, дорогой. Я хочу помочь вам.
Думая о том, как бы отделаться от Мэрилин, Ройал взглянул на Антонию:
- Может, примешь ванну, Антония?
- Разве от меня воняет, дружок?
- От тебя пахнет так же, как и от меня.
- Мария, тебе следовало бы нагреть воды на три ванны. - Антония усмехнулась,
заметив укоризненный взгляд Ройала,
и поднялась на крыльцо.
Войдя к себе, она печально подумала, что если Ройал женится на Мэрилин, то
его дом утратит царящую в нем сейчас
дружескую атмосферу. Семья начнет распадаться, и это глубоко ранит Ройала.
Отбросив эти неприятные мысли, Антония
начала готовиться к ванне. Мэрилин вела себя по-хозяйски, а Марии приходилось
терпеть ее присутствие и постоянное
недовольство.
- Едва ли Ройал прогонит тебя, если ты попросишь эту женщину заткнуться, -
обратилась Антония к появившейся
Марии.
- Не знаю, выгонит ли меня хозяин, но это чревато неприятностями.
Опустившись в воду и вздохнув от удовольствия, Антония посмотрела на Марию:
- А здесь поблизости есть хороший доктор?
- Ты нездорова? - встревожилась Мария.
- Не знаю.
- Как это не знаешь?
- Мне иногда становится нехорошо, а потом проходит.
- Скажи мне, что именно ты чувствуешь. Я повидала много болезней и даже
лечила их. Может, я уже видела такое.
- Конечно, лучше поговорить с тобой. Ведь доктор мужчина, да? - Мария
кивнула. - Наверное, это женские
неприятности.
- Значит, ты не хочешь говорить с мужчиной о таких делах? - Мария присела на
кровать. - У тебя боли? Или слишком
сильное кровотечение?
- Напротив, месячных нет. И не было, пока мы возвращались домой. Занимаясь
другими делами, я совсем забыла об
этом. Может, это связано с тем, что я очень устала? Раньше я всегда поднималась
по утрам быстро, а теперь нет. Мне трудно
вылезти из постели. - Антония покачала головой. - А когда я встаю, то у меня
кружится голова и все болит. И мне нужно
время, чтобы прийти в себя. - Обеспокоенная странным выражением лица Марии,
Антония спросила: - Говорят, когда
женщина еще растет, месячные иногда задерживаются?
- Растет! - Мария рассмеялась. - Бог мой, растет!
- Мария! Что тут смешного? Что со мной?
- Подожди, подожди. - Мария давилась от смеха.
- Но это еще не все. У меня шевелится живот. - Антония с удивлением увидела,
что Мария снова расхохоталась. - Я
могу умереть, а ты смеешься.
- О, чика, прости меня! - Мария подошла к ванне. - Встань-ка, чика. Да. Да.
Вот здесь ты уже не такая стройненькая,
- пробормотала она, проведя руками по животу Антонии. - Ах, вот где шевелится. -
Мария задержала руку на животе. -
Да, и сильно шевелится.
Снова опустившись в воду, Антония спросила:
- Ты понимаешь, что со мной?
- Да. У тебя там ребенок.
- Бэби?
- Да, бэби.
- Это дитя там шевелится?
- Да, и сильное дитя.
Ошеломленная Антония положила руку на живот. Она ощущала шевеление и снаружи,
и внутри. Антония никогда не
думала о ребенке, но теперь, когда это случилось, ее сердце переполнилось
чувством радости.
- Бэби.
- Да, чика. Как же ты не поняла до сих пор?
- Мне никто не говорил о детях. Хуан попросил одну женщину рассказать мне о
месячных, чтобы я не подумала, будто
умираю. Она намекнула и о детях. Наверное, эта женщина хотела поскорее уйти от
нас. Она боялась. Мне никто ничего не
говорил. Я выросла среди мужчин.
- Да. Они и не подумали что-то рассказать тебе. А теперь давай-ка прикинем,
когда появится этот ребенок. Когда у тебя
прекратились месячные?
- Когда я пришла сюда. Последний раз это было, когда я ухаживала за Хуаном. С
тех пор ничего не было.
- Ты очень быстро забеременела. Возможно, даже с первого раза - значит, уже
шесть месяцев. - Мария пожала
плечами.
- Но я совсем не толстая. Леди с ребенком очень полнеют.
- Не все. Но скоро будет заметно. При первой беременности не слишком полнеют.
Встань-ка. Роза принесла еще горячей
воды, эта, наверное, остыла.
Мария добавила горячей воды.
- Мария...
- Да?
- Говоришь, это так и должно быть?
- Да. Теперь ты должна все сказать хозяину.
- Лучше не говорить.
- Как? Ты должна сказать ему о его ребенке.
- Но это и мой ребенок.
- Да, и вы поженитесь.
- Поженимся?
- Он больше не хочет той женщины.
- Это теперь он не хочет ее. И если он не захочет жениться на ней, это вовсе
не значит, что пожелает жениться на мне. Я
должна подумать. Это не так просто.
Мария неохотно кивнула. Когда она ушла, Антония прикрыла глаза. Она была
очень счастлива, узнав, что у нее будет
ребенок, но забот только прибавится. Все зависит от того, как это примет Ройал.
Кто-то прикоснулся к ее плечу, и Антония открыла глаза. Мрачность Ройала
улетучилась, как
только его взгляд скользнул по обнаженному телу Антонии. Она тут же
почувствовала, как в ней проснулось желание.
Томно вытянувшись в ванне, Антония призывно улыбнулась, а потом и рассмеялась,
когда увидела, как Ройал срывает с себя
одежду.
Антония подняла голову с груди Ройала и посмотрела с кровати туда, где стояла
ванна.
- На полу так много воды, - заметила она. Теперь, когда ее страсть была
удовлетворена, к Антонии вернулась
скромность. Она села, прикрыв грудь простыней. - Обернись полотенцем, а я вытру
пол.
Ройал поцеловал ее и принес полотенце.
- Я изнемогаю от желания и голода.
- Я тоже проголодалась. Рассмеявшись, он пошел к двери.
- Тогда поскорее одевайся. Думаю, обед уже на столе. Войдя в столовую,
Антония заметила, что Мэрилин там нет. Она с
облегчением узнала, что та уехала. Когда Джастин упомянул о Мэрилин, Ройал
ответил кратко и сухо. И тут же перевел
разговор на другую тему.
Узнав о предстоящей женитьбе Оро и Патриции, Мария разволновалась. Целый
вечер потратили на то, чтобы обсудить
брачную церемонию. Антония отметила, что Ройал внимательно изучал список
приглашенных и требовал от Марии
объяснений, когда в чем-то сомневался. Антония поняла, что он хочет избежать
неприятностей. Однако сама она
сомневалась в том, что это ему вполне удастся. Ведь кое-кто из ближайших соседей
Бенкрофтов и его давних друзей были
отъявленными расистами. Проявив чрезмерную осторожность, Ройал мог обидеть
весьма влиятельных лиц, если бы не
пригласил их.
- Пригласите их, - сказал Оро, когда Ройал вычеркнул Коллинзов.
- Оро, ты же знаешь, что они расисты. - Ройал покачал головой.
- Да. Они считают мексиканцев грязными выродками, дрянью.
- Они могут отвратительно себя повести.
- Даже наверняка поведут себя отвратительно. Но это меня не тревожит. Если вы
их не пригласите, у вас возникнут
неприятности. Пригласите их. Если они не приедут, это будет их вина, а не ваша.
Подумав, Ройал кивнул. Он надеялся, что Коллинзы не приедут, но по крайней
мере все будут знать, что Бенкрофты не
нанесли обиды их семье и не исключили из числа приглашенных на важное торжество.
Но если Коллинзы все же явятся
вместе с другими, зараженными такими же предрассудками, то, возможно, хотя бы
поведут себя благопристойно. Патриция
наверняка столкнется с предубеждениями, но пусть это произойдет хотя бы не на ее
свадьбе.
Ройал опасался, что сестра не до конца понимает трудности, которые ее
ожидают. Нужно много сил и любви, чтобы
вынести оскорбления расистов. Эти мысли побудили Ройала задержать Патрицию,
когда другие отправились спать.
Когда они остались одни, он осторожно начал:
- Патти, о твоем замужестве...
- Теперь ты не изменишь решения, - перебила его сестра. - Я выйду замуж за
Оро.
- А я и не собираюсь менять свое решение. Успокойся, но послушай меня.
- Ладно.
- Мне нравится Оро. Он хороший парень. Я также не считаю, что кровь,
вероисповедание или родственники делают
человека лучше или хуже. Но Оро не только мексиканец и наполовину индеец, но и
сын бандита. Даже что-то одно из
перечисленного мной могло бы вызвать смертельную ненависть к нему.
- Очень немногие знают, кем был его отец, - возразила
...Закладка в соц.сетях
