Жанр: Любовные романы
Только в моих объятиях
...у в унисон, ведомая инстинктом,
а не опытом.
Но вот Райдер нашел в себе силы опустить ее на землю и отстраниться. Он
задыхался, в ушах у него стоял страшный шум.
Ночь готова была накинуть покров темноты на молодую пару - но не о таком мечтал
Райдер для своей невесты.
- Я должен отвести тебя обратно в пещеру, - хрипло прошептал он, стараясь
овладеть собою. Его руки неохотно
вернулись к ней на талию. Мэри все еще тянулась к нему, а нежные губы словно
светились во мраке. Чувствуя их вкус у себя
на языке, он пробормотал: - Здесь не место для нас.
- Здесь нам грозит опасность?
- Возможно.
- Ох, - вырвалось у Мэри, не желавшей никуда двигаться. Она все еще не пришла
в себя после прерванных объятий. Ее
груди горели от возбуждения, соски напряглись и болезненно ныли. Руки безвольно
скользнули вниз, и она не нашла им
лучшего применения, чем обхватить себя за плечи. Однако это было лишь видимостью
защиты - Мэри тут же пробрало до
костей ночным холодом.
Райдер заботливо поправил теплую рубашку у нее на плечах:
- Зимой в пустыне случаются очень сильные перепады тепла и холода.
- Их не трудно перенести, - чуть слышно прошептала она. - Мне гораздо труднее
переносить, когда такие вещи
случаются с людьми.
Райдер подумал, что лучше бы ему этого не слышать. Ничего не оставалось, как
постараться скрыть следы их остановки и
продолжить путь. Ему показалось, что теперь Мэри гораздо более ловко карабкается
вверх по тропе. Движет ли ею
разбуженное желание или решимость довести дело до конца? Скорее всего и то и
другое.
К разведчику вернулось чудесное чувство предвкушения, и на этот раз он
обрадовался ему всей душой. Впереди мелькала
легкая фигурка Мэри, изящно и бесшумно двигавшаяся по тропе, - казалось, она
продолжала танцевать праздничный танец.
Райдера завораживало то мелькание маленькой ножки, выглянувшей из-под края
платья, то блеск серебряных подвесок,
позванивавших на нежной шее. Он жадно пожирал глазами легкий силуэт, а когда
Мэри оглядывалась через плечо, ему
всякий раз хотелось позабыть о благоразумии и взять ее не сходя с места, под
ближайшей сосной.
Прошел не один час, пока они добрались наконец до пещеры. Волны страсти то
накатывали на них, то отступали.
Дружески протянутая для поддержки рука вдруг становилась обжигающей, ноги
отказывались идти, и в хриплых словах
благодарности слышались иные клятвы и обещания.
Мэри торопилась поскорее оказаться внутри пещеры, но Райдер подхватил ее на
руки и перенес через созданный
природой порог. Она оценила значение этого жеста. И все еще улыбалась, когда он
зажег лампу и обратился к ней. Погладив
завитки волос у нее на виске, он заглянул ей в самую душу и спросил:
- Ты имеешь представление о том, что должна сделать?
- Нет, - прошептала Мэри, став серьезной. Закинув руки ему на плечи, она
привстала на цыпочки и добавила: - Но я
смею надеяться, что ты покажешь мне это.
Глава 9
Райдер поцеловал ее в лоб и отстранился, стараясь не обращать внимания на
подставленный для поцелуя рот.
- Если я сейчас тебя поцелую, мы так и застрянем здесь, - сказал он.
Судя по всему, Мэри это мало волновало. Лукавая усмешка слегка скривила
полные губки. Райдер не смог удержаться от
вздоха:
- У тебя слишком хорошо это получается.
- Значит, все в порядке, - заулыбалась Мэри и покорно повернулась к нему
спиной. - Можешь теперь завязать мне
глаза.
Рука Райдера потянулась к повязке на голове и бессильно упала. Вместо этого
он поднял повыше лампу и нежно погладил
Мэри со словами:
- Не сейчас. Идем. Я покажу тебе дорогу.
Мэри тут же засомневалась, хочет ли она этого. Ведь если Райдер покажет ей
дорогу, она больше не будет пленницей и
сможет покидать пещеру по собственному желанию. В таком случае проявленное им
доверие превращалось скорее в обузу. И
тут же она вспомнила его предостережения о трудностях обратного пути. Куда она
пойдет? Ведь Мэри не имеет ни
малейшего представление о том, в каком направлении находится форт и насколько он
удален от гор. Выбравшись из глубины
пещеры на Божий свет, она преодолеет лишь малую часть пути. У нее появилось
чувство, будто ей разъяснили принцип
действия замка, но не дали к нему ключ.
Райдеру были понятны ее колебания. Он положил ладонь ей на талию и спросил:
- Ты все обдумала?
- По-моему, да, - кивнула Мэри.
- Хорошо. - И он легонько подтолкнул ее вперед. - Я вовсе не предлагаю тебе
немедленно сбежать.
Тайна подземных переходов заключалась в том, чтобы знать, что именно нужно
высматривать. Метки имелись повсюду,
они были одинаковые... и все-таки разные. Нужное направление повсюду указывала
прямая линия. Только она могла быть
обозначена несколькими выложенными в ряд камешками на одной развилке, или
царапиной на другой, или скрытой в
расщелине меткой на третьей. Кружки обозначали, что путь выбран неверно, а косые
черты - опасные ответвления туннеля.
Райдер обратил внимание Мэри на то, что полость, служившая приютом для летучих
мышей, обозначена именно косыми
чертами.
- Откуда мне было знать? - прошептала Мэри, разглядывая едва заметные
царапины над входом в туннель.
- Неоткуда. Как и всем прочим. Джо Панама сделал пометки, чтобы они служили
только ему, а потом - мне. Для
посторонних их смысл должен быть скрыт. - Он погладил ее по щеке и ответил на
обращенный к нему вопросительный
взгляд: - Потому что в данный момент ты - самая большая опасность, укрытая в
этой пещере. - С этими словами он
повлек ее дальше.
Оказавшись в знакомой пещере, Мэри испытала скорее возбуждение, нежели испуг.
Пока она снимала теплую рубашку
Райдера, он зажег еще одну лампу и поместил ее над каменным ложем:
- Я хочу видеть тебя.
Мэри слегка растерялась от неожиданности.
- Ты все еще слишком далеко, - добавил он.
Только тут до нее дошло, что она не сдвинулась с места и стоит там, где ее
оставил Райдер, - у входа в пещеру. Как
будто до сих пор не решила, бежать ей прочь или остаться.
- Стесняешься? - спросил он.
Впервые в жизни услышав подобное обвинение, Мэри пристально уставилась в его
лицо, стараясь понять, шутка это или
нет.
- Иди сюда, Мэри.
Она не смогла отказаться, особенно услыхав этот нежный, мягкий голос, в
котором сквозило желание, ничем иным не
проявлявшееся доселе.
Райдеру показалось, что, когда Мэри пересекала пещеру, приближаясь к нему, от
ее фигуры исходило сияние, словно она
двигалась под струями водопада. Серебряные подвески покачивались и мерцали в
свете ламп, когда девушка застыла в шаге
от него. Прекрасные зеленые глаза блестели, а расширенные зрачки напоминали
полированные кусочки оникса. Милое лицо
запрокинулось к нему, и желание придало его чертам слегка тревожное и
настороженное выражение.
Прикоснувшись к шелковистым завиткам на девичьем виске, Райдер залюбовался
игрой сотни оттенков рыжего цвета. Он
погладил Мэри по щеке, и она доверчиво прижалась к его ладони, а потом несмело
прижала губы к загрубевшей коже. От
этой едва осязаемой ласки горячая волна прокатилась по всему его телу. Райдер
наклонился, поцеловал сомкнутые веки
Мэри и припал к ее губам.
Он упивался их вкусом, их нежностью, он наслаждался тем, с каким трепетом
девушка отвечает на дразнящие движения
его языка. Ее губы раскрылись, она старалась делать то же, что и он, все сильнее
разжигая его и разгораясь сама.
Райдер опустился на каменное ложе так, что Мэри оказалась между его колен и
послушно позволила обнять себя, не
прерывая поцелуя, становящегося все более страстным и жгучим, все более
настойчивым и требовательным.
Казалось, он выпил у нее из груди весь воздух, вынуждая дышать вместе с
собою. Поцелуй породил в душе Мэри целую
бурю новых ощущений. Она распахнулась перед ним так, как не раскрывалась перед
кем-либо прежде. С пугающей
неизбежностью ей казалось, что он вот-вот должен узнать про нее нечто такое, что
прежде было неведомо ей самой.
Что-то невообразимое творилось не только с ее дыханием, но и с ее сердцем,
которое то замирало, то начинало
колотиться, как бешеное, и Райдер не мог не почувствовать это, когда приник
губами к ямке над ключицей. Она едва не
задохнулась, когда его язык коснулся тонкой кожи.
Пальцы Мэри запутались в прядях иссиня-черных волос, лаская и перебирая их,
привлекая Райдера все ближе. Он
погладил девушке грудь и в ответ услышал стон наслаждения.
Одним неуловимым движением Райдер соскользнул с постели, подхватил Мэри за
талию и усадил на свое место. Стоя на
коленях, он снял мягкие замшевые мокасины с ее маленьких ножек. Его руки ласкали
ей ступни, постоянно подбираясь все
выше, к расшитому серебром подолу. Она казалась теплой и податливой. Он
поднимался все дальше, к бедрам, а она
переводила взгляд с его рук на лицо и обратно. Его ласки становились все более и
более откровенными.
С губ Мэри готовы были сорваться протесты и мольбы, но Райдер ничего не
услышал, так как замкнул ее уста поцелуем.
Мольба превратилась в невнятный стон, и в следующий миг Мэри уже позабыла о нем,
отвечая на поцелуй.
Подхватив ее под ягодицы, он пододвинул ее поближе к краю постели, и она
крепко обхватила его ноги своими ногами.
Он прижался так, чтобы сквозь одежду она могла почувствовать его напрягшуюся,
готовую для любви плоть, а потом слегка
отстранился и снял с Мэри платье.
Первым ее побуждением было заслониться от него руками, но едва заметный
повелительный кивок остановил ее. Она
видела восхищение в глазах Райдера, и смущение в ее душе постепенно угасло. Ему
на смену пришли непривычная гордость
собственным телом и понимание того, что ей нравится, когда Райдер смотрит на нее
вот так, как смотрел сейчас.
Ее полные груди успели покраснеть под его ласками. Он прикоснулся к
коралловым бутонам ее сосков, которые
приподнялись и затвердели. Мэри запрокинула голову в экстазе, пока он целовал ей
шею и плечи. Трепеща от предвкушения
новых ласк, она ждала, пока его губы приблизятся к грудям. Райдер охотно принял
предложенный дар, когда она невольно
выгнулась, стараясь оказаться к нему поближе. Он взял в губы сосок и провел по
нему влажным горячим языком.
Поднявшаяся в груди волна жара прокатилась по всему ее телу, оставляя после
себя жжение и покалывание, как от
пузырьков шампанского. Она прижалась к нему еще теснее и попыталась гладить его
плечи под рубашкой, желая добиться
еще большей близости. Его гладкая горячая кожа покрылась пупырышками под ее
ласками. Маленькие пальчики
пробежались по широкой мускулистой груди и нерешительно замерли, наткнувшись на
поясной ремень.
Райдер отстранился, и жалобный протестующий стон Мэри эхом прокатился под
каменными сводами. По его лукавой
улыбке стало ясно, что ему приятен этот ответ на то, что именно он сумел его
добиться. Наградив ее мимолетным поцелуем,
он хрипло шепнул:
- Всему свое время. - А затем стащил через голову рубашку и отбросил в
сторону. - Вот теперь можешь меня ласкать.
Прежде чем сделать это руками, Мэри позволила себе полюбоваться его широкими
прямыми плечами и могучей грудью,
заметив, что его соски уже успели напрячься. Положив ладошку ему на грудь, она
прислушалась к биению его сердца. Оно
колотилось в том же бешеном ритме, что и ее собственное.
Мэри встретилась с ним глазами. Его улыбка угасла. Лицо казалось спокойным,
непроницаемым, но все же она сумела
прочесть жгучее желание в глубине его светло-серых глаз.
Райдер не спеша наклонился и взял в рот другой сосок. Мэри изо всех сил
вцепилась ему в руки, а потом принялась жадно
гладить грудь и плечи. Словно во сне, она почувствовала, как ее уложили на
жесткую постель. Он целовал ее, постепенно
спускаясь от груди к гладкому плоскому животу. Мэри задрожала всем телом. Райдер
поднялся с колен и скинул мокасины и
брюки. Прекрасный и стремительный, словно барс, он скользнул на постель. Мягко
сжимая запястья Мэри, он заставил ее
закинуть руки за голову. Ее тело пыталось сопротивляться, она напряглась и
отвернула лицо к стене.
- Поцелуй меня.
Мэри подставила губы. И уже в следующий миг с наслаждением ответила на его
поцелуй и, обняв за шею, выгнулась
навстречу. Ее соски легонько терлись о жесткие завитки волос у него на груди, и
она негромко застонала от этого чудесного
ощущения.
Райдер опустил руки и обхватил ее бедра. Осторожно, помогая коленом, он
заставил Мэри раздвинуть ноги. Она
доверчиво раскрылась навстречу ему, несмотря на то что первая атака неизбежно
принесла с собой боль. Мэри закусила губу.
Райдер застыл в выжидании.
- Райдер? - Ее голос дрожал от растерянности.
Больше он был не в силах ждать и снова приподнял ее бедра, и на сей раз
почувствовал, как начинает принимать его ее
тело. Он рванулся вперед в тот же миг, что и она, и вошел в нее так же, как меч
входит в свои ножны.
Мэри двигалась теперь вместе с ним, удивляясь, что до сих пор не умерла от
блаженства. То, что она сейчас ощущала, не
шло ни в какое сравнение с ее прошлым опытом и самыми дикими фантазиями. Райдер
приник к ней, и их слившиеся
воедино тела начали раскачиваться в унисон. От его горячего дыхания колебались
волосы у нее на виске, и она ощущала его
влажное тепло всей кожей. Мэри приходила в экстаз от той силы, с какой Райдер
врывался в нее, и от того, что она имеет
возможность принять его и удержать в себе. Она плыла на волнах наслаждения.
Действительно, в какой-то степени это напоминало ощущения от плавания под
водой. Поверхность здесь, недалеко, она
видит, как играет там лунный свет, и рвется, рвется что было сил наверх,
проталкиваясь вперед неистовыми толчками.
Мэри на миг застыла, а потом забилась и закричала, не в силах сдержать бурю
эмоций, вызванных самой разрядкой и
чудесами пути, по которому к ней стремилась. Задыхаясь, она чувствовала, как
напряглись ее мышцы, она заметила, какими
частыми и неистовыми стали его рывки, как изменилось дыхание.
Черты его лица стянуло в некую отрешенную от мира маску, он зажмурился перед
последним рывком. Но вот его
могучее, стройное тело затрепетало от облегчения, и он рухнул лицом на плечо
Мэри, жадно хватая ртом воздух.
Излучаемое его телом тепло казалось девушке удивительным. Она осторожно
подняла колено и провела ногою по
мускулистым ягодицам и бедрам. Ее ступня легонько щекотала его икру. Она
удивилась, когда он отодвинулся прочь, и
обиделась, когда он встал с постели.
Под ее неотступным взглядом он неловко прошлепал к пруду, окунулся в воду,
затем наполнил ею тазик, достал из
сундука тряпку и направился обратно. Мэри поспешно зажмурилась, как будто и не
думала за ним следить. Сердечный,
раскатистый хохот Райдера дал ей понять, что ее хитрость не удалась.
Усевшись на краю постели, Райдер старательно выжал тряпку. Мэри засуетилась,
стараясь прикрыться одеялом, но он
остановил ее и осторожно смыл свидетельства утраченной девственности - сначала с
нее, потом с себя. Мэри почувствовала
себя вдруг ужасно униженной. Пока Райдер выносил из пещеры тазик и возвращался к
кровати, она успела укутаться в
несколько слоев одеял, словно гусеница в кокон, и теперь лежала неподвижно,
стараясь подавить подступающую истерику и
гадая, суждено ли ей теперь когда-нибудь с достоинством посмотреть в глаза
людям.
Райдер подергал за край одеяла, но она вцепилась в него изо всех сил. Тогда
он накинул на себя другое одеяло и улегся
рядом, опираясь на локоть.
- Знаешь, ты была восхитительна, - промолвил он и чмокнул ее в щеку. - От
начала и до конца.
Мэри подозрительно покосилась в его сторону. Похоже, он и не думал шутить.
- Я могла бы подмыться и сама. Я привыкла к этому.
Фитиль в лампе замигал, отчего рыжие волосы Мэри заблестели волшебным светом.
Райдер любовался ими, перебирая в
пальцах.
- Омыть следы этой раны было моим долгом, - возразил он. - Ведь это я ее
нанес.
Мэри подумала, что все зависит от точки зрения. Повернув дело таким образом,
он помог ей восстановить утраченную
веру в себя. Он сделал это от чистого сердца, желая облегчить ее участь, и вовсе
не собирался над ней издеваться. У Мэри
полегчало на душе, и она позволила себе чуть-чуть придвинуться к нему. Его
пальцы приятно ласкали ей волосы, и по всему
ее телу разливались волны сладостной истомы.
- Все произошло так быстро...
- Все произошло так, как должно было произойти, - возразил он, - и даже если
бы это длилось вдвое больше, все
равно все было бы так, как должно быть... - Интересно, догадывается ли она,
какими прекрасными кажутся ему ее волосы.
Они мягче самого нежного шелка, чудеснее самого чудесного заката. То, что они
коротко острижены, не может ни
прибавить, ни убавить им красоты. Пальцы Райдера без устали играли их послушными
завитками. - Джозани в восторге от
твоих волос.
Между крылатыми бровями Мэри залегла едва заметная морщинка.
- Пожалуй, на этом ее восторги кончаются, - заметила она. - Судя по всему,
она не одобряет твой выбор.
- Джозани судит о тебе не так, как я, - признался Райдер.
Мэри подумала, что Джозани в этом не одинока. Несмотря на все свое
гостеприимство, индейцы не смогли скрыть, что
относятся к ней с легким оттенком жалости.
- И как же она судит?
- Девушки чихуахуа обычно выходят замуж не позднее восемнадцати лет. В
племени нет места для одиночек - против
этого действуют все законы кочевой жизни, - и оттого одиночки вызывают жалость.
- Значит, по их меркам я слишком стара для невесты.
- Пожалуй, что так.
- Ты хочешь сказать, что это не все? Интересно, чем же еще я не угодила твоей
родне?
- Ну еще я не заплатил за невесту выкуп, - невольно улыбаясь, ответил Райдер.
- Твой отец ничего не потребовал за
тебя, а я не предложил. У чихуахуа жених задабривает семью невесты богатыми
подарками. Лошадьми, козами, корзинами с
едой. А твои родители ушли из лагеря с пустыми Руками. По понятиям Джозани и
прочих ты ничего не стоишь, раз за тебя
ничего не потребовали.
- Джей Мак уже наверняка потребовал твою голову на блюде, - заметила Мэри. -
Может быть, это немного утешит
твою Джозани.
Лукавая улыбка мигом угасла на губах Райдера, инстинктивным жестом
прикрывшего рукой шею. Он живо представил,
каким ножом Джей Мак будет добывать свой приз. Вряд ли он окажется достаточно
острым.
- Кем приходится тебе Джозани? - спросила Мэри со сдержанным любопытством. Ее
тонкие пальчики скользнули к
Райдеру в ладонь и принялись тихонько ласкать шершавую кожу.
- Я ведь уже говорил. Она - жена моего отца. Наин женился на ней после смерти
первой жены, моей матери. Джозани
приходится ей младшей сестрой, и по обычаю племени Наич должен был продолжать
заботиться об их семье.
Мэри не забыла, что зять предназначен для переноски тяжестей членов семейства
своей жены. Теперь же выходило, что
данное обязательство не снимается и после кончины супруги.
- Сообщаю тебе, что все мои сестры замужем, - заявила она не то в шутку, не
то всерьез. - Это на тот случай, если
вдруг меня не станет, а ты почувствуешь себя обязанным снова взять в жены когото
из наших.
- Я не следую вслепую всем обычаям.
И все же Мэри стало спокойнее на душе при мысли о том, что все ее сестры
замужем.
- Почему ты зовешь Наича отцом?
- Он принял меня в семью.
И тут до Мэри дошло, что она почти ничего не знает про Райдера. Девушка
удивленно уставилась на него.
- Мне было семь лет, - продолжил он, - наш караван пересекал юго-запад,
направляясь в Калифорнию, где отца
ожидало место преподавателя. Мы ехали всей семьей: с матерью и младшей
сестренкой. До этого отец был профессором
математики в Цинциннати.
Мэри вспомнила, что Райдер изучал математику в Вестпойнте. Ее глаза метнулись
в сторону корзины с книгами, многие
из которых наверняка принадлежали его отцу. Стало быть, надписи были сделаны его
родителями: отца звали Джексоном, а
мать - Анной. Правда, Мэри не смогла припомнить ни одного упоминания имени его
сестры.
- Почти половину пути - до Сент-Луиса - мы проделали на поезде, - продолжал
Райдер. - Но потом родители
решили, что путешествовать с караваном фургонов более практично - и к тому же
это станет хорошей жизненной школой.
- Он тяжело вздохнул. Рука, ласкавшая Мэри, бессознательно сжалась в кулак. -
Это было авантюрой, с начала и до конца.
- Апачи? - выдохнула Мэри, не замечая, что он причиняет ей боль. Голос ее
трепетал от сочувствия.
- Да, апачи. Но не те, про которых ты подумала. Не чихуахуа. Неподалеку от
Феникса на караван налетела банда южных
тонто. Маму и Молли прикончили на месте, а отца привязали к столбу пыток. Они
содрали с него живьем кожу прямо у меня
на глазах.
Мэри застыла. Она не решалась закрыть глаза, чтобы не дать возникнуть перед
мысленным взором ужасной картине, а
вместо этого постаралась сосредоточиться на лице Райдера, гадая, какие чувства
он скрывает сейчас под привычной
невозмутимой маской. Найдет ли она способ дать понять, что не желает слушать о
дальнейших его злоключениях?
- Меня они потащили с собой вместе с двумя другими мальчиками. Один из них,
по имени Генри Паркер, погиб почти
сразу же, так как выяснилось, что он не может поспевать за племенем. Его просто
убили, не потрудившись предварительно
расчленить тело на куски. - Услышав сдавленный всхлип Мэри, Райдер заметил: - По
их понятиям это был чрезвычайно
великодушный поступок.
На языке у Мэри вертелось возражение, что ведь Генри был всего-навсего
маленьким мальчиком. Да разве сам Райдер не
знал это гораздо лучше ее, разве не был он сам тогда точно таким же мальчиком?!
- Я провел с ними почти неделю, пока не напали чихуахуа. Я увидел в этом
возможность бежать и постарался не
упустить ее. Убедившись, что чихуахуа захватили лошадей и кое-какие мелочи,
которые тонто забрали из нашего фургона, я
последовал за ними. Поначалу они не обращали на меня внимания, но я заставил их
передумать благодаря своему упрямству.
- Их подкупила твоя отвага.
- Об отваге не могло быть и речи, - покачал головой Райдер. - Я просто
старался убраться подальше от тех, кто убил
моих сестру и мать и пытал отца. Страх и ненависть помогли не отставать от
воинов чихуахуа, а когда они иссякли -
оставалась еще и жажда мести.
- Все равно тебе нужна была отвага, чтобы решиться на побег, - утверждала
Мэри. - Ведь многие боятся встать перед
лицом неизвестности. В отличие от тебя. Я не удивляюсь, что чихуахуа приняли
тебя. - Ее пальчики скользнули к нему на
запястья. - А что было с третьим мальчиком?
- Томми О'Нейлом? Я никогда его больше не видел. Скоре всего он был принят в
племя так же, как меня приняли
чихуахуа.
- Я бы затруднилась сказать, кто из вас кого принял.
- Мы с Наичем тоже частенько спорили по этому поводу, - улыбнулся Райдер.
Мэри пошевелилась, отчего кокон из одеял слегка приоткрылся. Она не заметила,
что в темных складках стала видна ее
нога, зато это заметил Райдер. Его глаза жадно пробежали от ступни до самого
бедра. Самое нежное, чувствительное
местечко находилось под коленом. А что, если он поцелует ее там, если пробежится
губами вверх по бедрам, сожмет в
ладонях ладные округлые ягодицы?..
- Как ты попал в Вестпойнт? - спросила Мэри. - Или это постарался твой дядя?
- У нее возникло ощущение, что
сенатор Уилсон Стилвелл должен быть в этом замешан. - Наверное, он брат твоей
матери. Разве он...
Райдер прервал ее поцелуем на полуслове. Ласковые и в то же время горячие
губы не могли оставить ее равнодушной.
Мэри задыхалась, а глаза ее сияли. Наконец Райдер оторвался от нее.
- Нечестно уходить от разговора таким образом! - воскликнула девушка.
- И даже сейчас? - с надеждой спросил он.
- Сейчас мне нравится эта идея.
Потянувшись к ней снова, Райдер дивился про себя, что же все-таки могло
побудить Мэри посвятить себя Церкви. Она
распахнула ему навстречу объятия, словно крылья только что вышедшей из кокона
прекрасной бабочки.
На сей раз любовная прелюдия заняла гораздо меньше времени. Оба отлично
знали, чего хотят. Кожа Мэри горела от
легчайших прикосновений его пальцев. Соски затвердели еще до того, как он припал
к ним губами. А когда он поцеловал
милые ямки под коленками, она затрепетала от наслаждения.
Не меньшую бурю восторга вызвали в Райдере ласки Мэри. Вот она целует его
плечо, легонько прикусив чувствительную
кожу. Она не просто повторяла его движения - любовь помогала ей найти
собственные способы делать приятное своему
любовнику. Она дарила наслаждение и наслаждалась сама, лаская его сильные бедра,
прислушиваясь к его охам и стонам по
мере того, как подбиралась все ближе и ближе в плоти.
На этот раз Райдер действовал более осознанно, чем Мэри, которую
разгоравшееся желание делало все более
нетерпеливой и жадной - в отличие от чуткой нежности ее любовника. Ей пришлось
поощрить его, приподняться и
раздвинуть бедра в знак того, что она готова слиться с ним воедино.
Она нежно прошептала его имя, и он не смог не откликнуться на этот призыв.
Райдер подчинился требовательным ласкам Мэри, уступая ее нетерпению, наблюдая
за тем, как она упивается каждым
новым ощущением, зажмурившись и тяжело дыша. Горячее, молодое ее тело жаждало
его плоти, жаждало его любви.
Они двигались как одно целое, слившись вместе, держась за руки. Длинные
черные волосы спутались, отбрасывая густую
тень на его лицо. Темный, суровый профиль оставался профилем хищника, в то время
как все его движения были полны
нежности и любви. Он приподнялся, увидев, как затрепетало ее тело в момент
наивысшего блаженства, и снова рванулся
вперед, вглубь, чтобы вместе с семенем излить в нее свою любовь.
Обессилев, Райдер откатился на бок, и Мэри пришлось самой повернуться к нему.
Опершись на локоть, она закинула ногу
ему на бедро. Хотя воздух в пещере неизменно оставался теплым, его тепла было
мало для разгоряченных, покрытых потом
тел. Мэри расправила одеяло и укрыла им себя и Райдера.
- Ты что, собрался спать? - спросила она, заглядывая ему в глаза.
- М-м-м-м.
- А мне-то казалось, что апачи при каждом удобном случае рады похвастаться
своей неутомимостью.
Райдер вопросительно поднял бровь.
- Я слышала в форту Союза кучу историй про разведчиков.
- Вот как? - неохотно откликнулся он, по-прежнему избегая ее взгляда. Мэри
прикоснулась к его подбородку, н
...Закладка в соц.сетях
