Жанр: Любовные романы
Безбрежное чувство
...ерепугался, что побелел как
мел и закатил глаза, словно собирался хлопнуться в обморок! Это отобьет у
него охоту зажимать горничных по углам.
— А он это делает?
— При каждом удобном случае. И мне перепадало, и другим. Этот не
пропустит ни одной юбки, если только поверх нее надет передник горничной. Он
думает, прислуга все стерпит, лишь бы не лишиться места. А с тобой он не
пытался распускать руки? Хотя вряд ли успел, времени было маловато.
— Успел, — мрачно призналась Рэй.
— И ты никому не сказала?!
— Сказала, конечно. Стивенсу.
— Молодец! Теперь, когда граф снова сюда наведается, Стивенс будет
держаться поблизости. Лучше бы Бетти не увольняли! Теперь каждая из нас
получит свою долю.
— Так вот какова истинная причина того, что от нее избавились! Но если
бы она вовремя пожаловалась...
— У нее и в мыслях этого не было, — сказала Нэнси с
осуждением. — Стоило графу поманить, как она с радостью прыгнула к нему
в постель. Если честно, ее рассчитали вовсе не за непристойное поведение, а
за то, что она позволила наградить себя ублюдком.
— Вот оно что... — протянула Рэй. — Что ж, очень жаль, что вчера
ночью граф не захватил с собой все свое состояние.
Мысленно она добавила: которое по праву принадлежит Джерри. Она ни минуты не
сомневалась, что именно он скрывался под маской разбойника. Ее замечание
заставило Нэнси хихикнуть.
— Так не бывает, — заметила она с сожалением. — Граф лишился
только своих драгоценностей и чести. Надеюсь, он побоится насмешек и теперь
долго не высунет носа за порог.
В первую субботу февраля погода изменилась к лучшему. Под этим предлогом
Нэнси уговорила Джека проводить их с Рэй в близлежащую деревню Хемминг.
Потеплело, воздух был чист и свеж. Рэй шла, немного опередив Нэнси и Джека,
чтобы дать им возможность побыть наедине, и наслаждалась каждой минутой
прогулки. На сгибе руки она несла корзину для покупок, а в кармане —
составленный экономкой список. Под ним лежало письмо к родным, содержавшее
бесчисленные заверения в любви и почти никаких подробностей сложившейся
ситуации. Ей хотелось рассказать все, что произошло, но Рэй не решилась из
страха, что письмо попадет в чужие руки.
Хемминг оказалась симпатичной деревенькой, которая располагалась между
сосновым бором и рекой. На единственной улице находились постоялый двор с
конюшней, кузница, лавки портнихи, шляпницы и брадобрея, кабинет зубодера и
несколько заведений помельче рангом. Дома были все как на подбор. Беленые, с
решетчатыми ставнями и черепичными крышами, заваленными снегом, красиво
икрившимся на солнце. Оттепель украсила стрехи громадными сосульками, на
которые Рэй смотрела с опаской.
Первой на повестке дня стояла отправка письма. Рэй сильно нервничала и не
успокоилась даже тогда, когда Джек разыскал одного знакомого капитана. Тот
согласился взять письмо, но запросил за услугу сумму, превышающую жалованье
Рэй за целый квартал. Более того, он не гарантировал доставки. Перемирие
между двумя странами так и осталось перемирием и не спешило превратиться в
прочный мир. Торговые отношения все еще не были налажены, поэтому все, что
он мог сделать, это передать письмо одному
лягушатнику
, который имел кое-
какие контакты с американцами. Пришлось согласиться.
День уже не казался Рэй таким чудесным, но Нэнси так радовалась за нее, что
пришлось как можно скрывать свое разочарование. Джек тоже верил в успех
предприятия. Когда Нэнси предложила Рэй зайги к шляпнице поглазеть на модные
головные уборы, он охотно согласился подождать в харчевне постоялого двора.
Зайдя в лавку, девушки долго прохаживались между полками, изображая из себя
модниц, которым все по карману. В итоге они купили только по ленте для волос
и кое-что из швейных принадлежностей. Всех их денег не хватило бы даже на
одну шляпку.
— Ты заметила, на ярлычках везде стояло слово chapeau? — хихикнула
Нэнси, когда они вышли на улицу. — Строит из себя француженку, а сама
небось не отличает chapeau от chateau!
Припомнив, какое сложное и нелепое сооружение красовалось на голове у
хозяйки лавки, девушки разом прыснули.
— Зайдем к портнихе! — Нэнси бесцеремонно потащила Рэй в соседний
магазинчик.
Время едва подходило к полудню, когда последний предмет в списке миссис Ричи
был закуплен и уложен в корзинку. Раз уж девушкам предстояло встретиться с
Джеком в харчевне, Нэнси предложила там же и пообедать. В этот час было
немноголюдно. Жених Нэнси сидел за столом в дальней части помещения.
Пристроив верхнюю одежду на вешалку у пылающего камина, Рэй помедлила,
согревая озябшие руки. Джек заказал три дежурных блюда, и не успели девушки
как следует расположиться, как заказ принесли. Похоже, они удачно выбрали
время: почти сразу после этого на дворе остановился дилижанс, в харчевню
повалили пассажиры, и служанки завертелись как белки в колесе. Рэй, сидевшая
спиной к залу, не захотела тянуть шею, разглядывая вновь прибывших, зато
неугомонная Нэнси смотрела во все глаза, не упуская ни одной детали одежды,
ни одного интересного лица. Ей нравилось угадывать, кто откуда прибыл.
— Может, сменим стол? — наконец не выдержал Джек. — Я
распоряжусь, чтобы все перенесли к дверям.
Нэнси только отмахнулась.
— А это еще кто? Я что-то не заметила, чтобы он выходил из дилижанса.
Как по-твоему, Джек, откуда он?
— Какая разница? Хочу напомнить, дорогая, что таращить глаза
неприлично. Джентльмен наверняка не привык к этому и сейчас сделает тебе
замечание.
Нэнси потупилась с такой напускной скромностью, что Рэй не удержалась от
смешка. Никто из троицы не заметил, что незнакомец при виде их остановился
как вкопанный. Это был Джерри.
— Видишь тех троих? — обратился он к служанке. — Я займу
соседний стол, туда и подашь еду.
Он был приятно удивлен тем, что говорит связно и с достоинством, в то время
как в мыслях у него царит полный сумбур. Рыжая! Вот так, среди бела дня, он
столкнулся с ней в деревенской харчевне. Это казалось чудом. Джерри жадно
оглядел стройную спину девушки, низкий узел волос, украшенный голубой
шелковой лентой. Он едва удержался, чтобы не подойти и не коснуться Рэй.
Пожалуй, он не станет с ходу сворачивать ей шею за бесчисленные проступки, а
помедлит, чтобы насытиться ее видом.
Разумеется, на лице Джерри не отразилось и тени беспокойства и удивления. Он
повесил рядом с накидкой Рэй свой роскошный, недавно купленный плащ,
элегантную шляпу и уселся так, чтобы оказаться с ней лицом к лицу. Служанка
принесла кружку эля. Джерри откинулся на стуле, вытянул ноги и принялся
ждать, как будут разворачиваться события.
Подняв голову, Рэй окаменела. Кровь вначале бросилась ей в лицо, потом
отхлынула. Ее лицо стало мраморно-белым. А потом она подавилась супом и
раскашлялась, забрызгав соседей по столу. Оставалось только развести руками:
Рыжая умела превратить происходящее в захватывающий спектакль.
Дальше — больше. Чтобы прекратить кашель, сосед по столу звучно хлопнул Рэй
по спине, отчего она ткнулась грудью в край тарелки и едва не послала ее на
колени своей спутнице. В последнюю минуту ей удалось ухватить столовый
прибор, но так неловко, что содержимое выплеснулось на платье, которое,
кстати сказать, не слишком хорошо сидело и, по-видимому, было одолжено у
подруги. Если учесть, каким наваристым был суп, платью как следует
досталось. Ломтики моркови, лука-порея, картошки и мяса запутались в
отделке, но Джерри видел лишь то, как мокрая ткань облепила груди. Пока
девушка тщетно пыталась отряхнуться, ему пришло в голову, что суп был
горячим и Рыжая могла обжечься. Пронзенный этой мыслью, Джерри выскочил из-
за стола и окатил Рэй элем из своей кружки.
Нэнси и Джек дружно разинули рты. Они были настолько поражены, что,
казалось, потеряли дар речи. Но только не Рэй. Она с достоинством поднялась,
расправила плечи и осведомилась:
— Сэр, у вас на плечах голова или коровья лепешка?
Нэнси беззвучно ахнула. Ей почудилось, что по губам незнакомца скользнула
улыбка, но она исчезла так быстро, что невольно возникало сомнение, была ли
она вообще. А Рэй разбушевалась не на шутку.
— Извольте объяснить свой поступок, вы, безмозглый английский
аристократишка! Я вижу, вам повезло: можно хоть пол подтирать дорогими
тряпками — все равно не убудет. Но это не дает вам права вот так, среди бела
дня, наносить урон гардеробу других! Если вам не по нраву выпивка, вы всегда
выливаете ее на того, кто первым подвернется под руку?
— Я думал, суп только что с огня, — вставил Джерри в попытках
оправдаться.
— Он думал! Да вы понятия не имеете, что такое думать, иначе сообразили
бы, что суп, от которого даже не идет пар, никак не может быть горячим! Эль,
которым вы меня сдуру окатили, и тот был теплее! К тому же этот злосчастный
суп остался бы в тарелке, если бы вам не вздумалось таращить на меня глаза.
Где ваши манеры? По вашей милости я вся в мешанине из супа и пива, а платье
даже не мое собственное!
— Насчет платья не беспокойся, — вмешалась Нэнси, надеясь
утихомирить подругу, да и неизвестного лорда, пока он не послал за
констеблем. — Пятна сойдут!
Рэй пропустила ее слова мимо ушей, поскольку Джерри подверг ее пристальному
осмотру, словно желая выяснить размер нанесенного ущерба. Внезапно он
протянул руку, казалось, прямо к ее груди. У Рэй перехватило дыхание, однако
Джерри лишь снял с платья кусочек вареной моркови, повертел и бросил на
стол.
— В самом деле, — заметил он серьезно, — столько всего! Не у
каждого зеленщика такой богатый выбор. — Он повернулся в сторону кухни
и так громогласно потребовал хозяйку, что та прибежала бегом. —
Проводите эту молодую леди туда, где она сможет привести в порядок одежду.
Обеспечьте ей уединение, горящий камин, чтобы высушить платье, и кресло, в
котором можно отдохнуть, пока оно сохнет.
— Будет исполнено, милорд.
— Счет выставите мне.
— Как прикажете, милорд. Миледи, прошу следовать за мной.
Хозяйка заторопилась к лестнице на второй этаж, в жилые комнаты. Рэй прошла
мимо Джерри с высоко поднятой головой, демонстративно не обращая на него
внимания. Предложенная ей комната была угловая, с добавочным окном. Затопив
камин, хозяйка принесла корыто, воду и мыло. Когда пришла Нэнси, Рэй, в
одном нижнем белье, пыталась отстирать корсаж, сплошь покрытый жирными
пятнами.
— Ты забыла свою накидку и покупки. Его милость приказал отнести все это наверх. А где платье?
Рэй молча ткнула пальцем в корыто.
— Ты что, совсем с ума сошла! — всполошилась Нэнси. —
Замочила его целиком, когда хватило бы и верхней половины. Один Бог знает,
когда оно теперь высохнет!
— Об этом я не подумала, — солгала Рэй, изобразив на лице
озабоченность. — Не знаю, что на меня нашло.
— Не надо было так распалять себя там, внизу, — хмыкнула Нэнси и
присела на кровать. — Перина! Не то что наши жалкие тюфяки. Послушай,
объясни, как у тебя хватило дерзости так разговаривать со знатным человеком?
А если бы он приказал отправить тебя в участок?
— А если бы я в отместку вылила твой суп на его роскошный наряд?
— Не говори так, ты меня пугаешь! Неужто ты могла бы?
— Еще как!
Нэнси в очередной раз схватилась руками за щеки.
— На счастье, его милость с первого взгляда заподозрил в тебе
иностранку. Только это тебя и спасло. Иначе... — она округлила глаза и
провела рукой по горлу, — голова с плеч!
— И ты еще уверяла, что здесь нет дикарей. Нравы у вас самые что ни на
есть варварские. — С минуту Рэй сосредоточенно терла корсаж, потом
небрежно заметила: — Послушай, зачем тебе терять со мной время? Для тебя это
шанс подольше побыть с Джеком. Ты ведь не собиралась сразу после обеда
возвращаться в Линфилд, верно? Вот и повеселитесь оба на славу. Часа через
три встретимся перед лавкой портнихи и вместе отправимся назад. Иди же, я
вовсе не хочу портить тебе выходной.
Нэнси немного поломалась, но больше для виду. Перспектива провести часть дня
вдвоем с женихом явно пришлась ей по вкусу.
— Ну так я пойду?
— Конечно, иди.
Нэнси соскочила с кровати, подбежала к Рэй и обняла ее.
— У тебя золотое сердечко!
Когда она вылетела за дверь, Рэй не удержалась от добродушной улыбки. Не
прошло и пяти минут, как дверь открылась снова. Она не подняла головы, так
как прекрасно знала, кто это может быть, лишь процедила сквозь зубы:
— Надо было дождаться тебя и заставить самого отстирывать это
злосчастное платье.
Джерри неторопливо заложил щеколду, подошел и остановился за спиной у Рэй.
— Там, внизу, ты устроила настоящее представление. Можешь считать, что
я аплодировал долго и бурно. Но теперешний спектакль мне еще больше по душе.
— Это потому, что ты без царя в голове!
— Ну и язычок! — усмехнулся Джерри. — Леди, у вас ни на грош
уважения к титулованной особе.
— К какой это? — осведомилась Рэй через плечо. — Кроме тебя, я здесь никого не вижу.
— Дерзкая девчонка!
Джерри бочком обошел корыто и присел на корточки рядом с коленопреклоненной
Рэй, намеренно задев рукавом ее обнаженное плечо.
— А теперь самое время поприветствовать нашу милость поцелуем.
— Вашу милость? Ты чересчур вошел в свою роль.
Рэй приподняла платье над мыльной водой, внимательно оглядела его,
встряхнула и принялась выжимать с таким видом, словно это поглощало все ее
мысли.
— Как, милорд, вы все еще здесь? Позвольте заметить, что я не знаю
своей роли. Кто я? Героиня случайной интрижки, средство разогнать сплин?
— Как хорошо ты знаешь ход моих мыслей!
— Я вообще хорошо тебя знаю, — с нажимом сказала Рэй. —
Успела изучить.
Джерри сделал рывок в ее сторону, но опоздал. Рэй уже была за пределами его
досягаемости. Она заботливо развешивала мокрое платье на стуле перед
камином. Старательно расправляя каждую складочку, она невольно предоставила
Джерри возможность как следует себя разглядеть. Обернувшись, Рэй поймала на
его лице выражение решимости. Хорошо зная, что оно означает, она ахнула и
загородилась стулом.
— Поберегитесь, милорд, — вкрадчиво предостерегла она. —
Хорошенько подумайте, прежде чем тащить меня в постель. Я завладею вашим
сердцем, и тогда...
— Ты уже завладела моим сердцем, своенравная девчонка. Я для того и
хочу затащить тебя в постель, чтобы в отместку завладеть твоим.
Рэй сделала шажок из-за стула, вытянула ленту, что украшала прическу, и как
следует тряхнула головой. Волосы рассыпались по плечам, словно порыв
осеннего ветра разом сорвал с клена все его пламенное убранство.
— Ну так возьмите мое сердце, милорд. Оно ваше!
Джерри приблизился к Рэй. Взявшись за оба конца шелковой ленты, по-прежнему
лежавшей на шее у девушки, он слегка потянул за них, принудив ее сделать шаг
к нему навстречу. Потом еще и еще. Как в давнем, но незабытом сне, он взял
Рэй повыше локтей и, когда ее руки обвились вокруг его шеи, ощутил ни с чем
не сравнимое удовлетворение. Ее волосы пахли осенью, свежестью, прохладной
росой туманного сентябрьского утра. Как он скучал по ней все это время!
Джерри высказал это и в ответ услышал:
Не больше, чем я по тебе, милый...
Ответное объятие Рэй было таким нежным, что Джерри помедлил, прежде чем
коснуться губами ее рта. Его поцелуй был жадным. Рэй приподнялась на цыпочки
и выгнулась навстречу Джерри с такой отчаянной силой, что пуговицы его
бархатной куртки впились в нежную кожу ее груди.
Они так и стояли в центре комнаты, прижимаясь друг к другу. Это простейшее,
пока еще нетребовательное прикосновение распаляло желание. Но главное, оно
было убедительным доказательством того, что все происходит наяву. Казалось,
стоит на шаг отступить, нарушить тесный контакт тел — и наступит
пробуждение.
Рэй наслаждалась горьковатым и волнующим привкусом эля на губах Джерри.
Осененная неожиданной идеей, она принялась по очереди покусывать его губы,
особенно нижнюю, и услышала тихий стон. Только тогда она отстранилась.
Когда они упали на постель, мягкая перина подалась, а ремни заскрипели под
двойным весом. Этот жалобный звук рассмешил Рэй. Джерри прижался губами к ее
горлу, чтобы почувствовать, как она смеется. Рэй умела радоваться самым
простым и очевидным вещам. Это была одна из тех черт, которые он особенно в
ней любил.
— Джерри...
— Что?
Его губы все еще прижимались к горлу Рэй.
— Мы же едва успели поздороваться... хотя нет, мы даже этого не успели.
И вот тебе, лежим в постели! Может, не будем торопиться?
— Здравствуй, — сказал Джерри. — Теперь, я думаю, можно.
Он склонился к губам Рэй для поцелуя.
— Я серьезно!
— А уж я-то как серьезно!
Рэй сумела уклониться от поцелуя, но его губы все равно прижались — пониже
уха. Джерри не возражал и против такого начала. Несколько минут он ласкал ее
шею и изгиб плеч. Это было очень трогательно, но вскоре Рэй снова
воспротивилась:
— Прошу тебя, Джерри! Все это как-то... неправильно. Я словно женщина
легкого поведения, которая с порога задирает юбки!
— А что, больше никто так не делает?
Он уже успел сдвинуть ее сорочку и обнажить груди, а теперь подбирался
губами к темным вершинкам сосков. Это мешало сосредоточиться, тем более что
и сама Рэй желала этого. Но им нужно, необходимо было поговорить. Она
понятия не имела, чем был занят Джерри все эти недели, и ей совсем не
хотелось возвратиться в Линфилд в неведении.
— Остановись хоть ненадолго!
Руки Джерри замерли на груди Рэй. Он и не подумал их убрать.
— Знаю, Рыжая, знаю. Ты вне себя от любопытства, верно? Но вопросы
задают до или после, никак не во время такого важного занятия. Поскольку
до
уже безвозвратно миновало, остается
после
. Буду счастлив, если ты
усвоишь эти азы любовного этикета. — Дразнящая улыбка исчезла с губ
Джерри. — Пойми, разговор будет такой, что мы непременно поссоримся.
Мне бы не хотелось, чтобы это случилось сейчас.
Рэй собралась возразить, но опоздала. Поцелуй заставил ее махнуть рукой на
любопытство.
— Так как мы поступим? — спросил Джерри, слегка отстраняясь.
Что тут было ответить? Руки Рэй сами собой обвились вокруг его шеи. В самом
деле, у них были дела поважнее.
Глава 22
Джерри присел на постель и начал раздеваться. Рэй помогла ему избавиться от
узкого жакета и скрыла улыбку, когда он аккуратно повесил его на спинку
кровати. Он был, конечно, прав, ни на минуту не забывая о репутации человека
светского, которую ему теперь приходилось поддерживать. Мятая одежда,
прорехи и висящие на одной нитке пуговицы — все это плохо вписывалось бы в
его новый облик. Проследив ее взгляд, Джерри пожал плечами и бросил рубашку
на пол, словно говоря: к черту! Рэй расценила это как поощрение и побросала
на рубашку свои ботинки, чулки и нижнее белье. Когда потребовалось
отстегнуть нож, она устроила из этого маленький чувственный спектакль.
Наградой было появившееся вожделение на лице Джерри. Очень скоро вся его
одежда грудой лежала на полу. Рэй первой забралась под одеяло. Вначале они
просто прижимались друг к другу под прохладными простынями.
— Даже камин не так быстро разогревается, как ты, — заметил
Джерри.
— Если это было задумано как романтический комплимент, то учти, затея с
треском провалилась.
Джерри засмеялся, а Рэй обвила ногами его бедра. Девушка пыталась найти
наилучшую позу для слияния тел. Все это происходило бессознательно, она лишь
покорялась инстинкту. В медленном проникновении была невыразимая сладость,
но как только тела слились, Джерри замер. На его губах застыла улыбка,
взгляд подзадоривал Рэй первой начать любовный танец. Она приоткрыла глаза.
— Милорд, хочу напомнить, что в упрямстве мы не уступим друг другу. Не
советую настаивать на своем, иначе мы останемся в этой позе, пока не отдадим
Богу душу.
Взрыв смеха едва не положил конец тесному контакту, но он же и заставил их
двигаться. Остановиться было уже невозможно. С каждым разом близость
становилась все лучше, все чудеснее и приносила все большее удовлетворение.
Это был подлинный акт любви во всей ее полноте.
Рэй с упоением ощутила, как жизнь изливается в ее лоно, и теснее сжала ноги.
Хотелось продлить эти мгновения. Когда объятия медленно и неохотно
разжались, Джерри прилег рядом, опираясь на локоть.
— Радость моя, в следующий раз напомни, чтобы я завязал твой говорливый
рот. Ты едва все не испортила своей неуместной шуточкой. Мужчине, знаешь ли,
в постели требуется некоторая сосредоточенность. Возможно, стоит подумать о
кляпе...
Веки Рэй приподнялись. Улыбка ее была самим соблазном.
— Я против! Вдруг мне захочется приласкать тебя ргом?
— Надо же, а я только собрался одеться. — Джерри посмотрел на нее
с большим интересом. — Давай устроим себе напряженный день.
— Напряженный? Хм... — Рэй окинула взглядом простыню, что прикрывала
его живот. — Я что-то не вижу никакого напряжения.
Простыня шевельнулась и приподнялась. Веселые искорки в глазах Джерри
погасли. Он взял руку Рэй и положил себе вниз живота.
— Как, уже?! — изумилась она.
— А что я могу поделать? Правда, раньше я не был способен на такие
подвиги, но перемена явно к лучшему. Что скажешь?
Она молча кивнула и начала раздвигать ноги.
— Ну нет! У меня другие планы.
Прежде Рэй ни за что не поверила бы, что может испытать такое неистовое
желание сразу после того, как однажды оно уже было удовлетворено. Это стало
для нее счастливым откровением. Руки и губы Джерри были повсюду: на ее
налившихся грудях, в нежном сгибе локтя, на влажном треугольнике волос внизу
живота. Рэй забыла, что когда-то его смелые ласки смущали ее, что в глубине
души она стыдилась даже собственной смелости. Теперь все это казалось
неоспоримо правильным.
Ни сама Рэй, ни Джерри не могли и не желали сдерживать приглушенных вскриков
и стонов. Их голоса сливались в один голос страсти, а тела двигались в
унисон. Рэй первой содрогнулась в спазме наслаждения. Секундой позже волна
настигла и Джерри. Наслаждаясь сладостными ощущениями, они долго лежали в
полной неподвижности. Мир для них исчез, осталась лишь счастливая гавань, в
которой они покоились после упоительной близости.
Вскоре Рэй впала в дремоту и проснулась, ощутив у себя на плече руку Джерри.
Он уже был одет. В дорогом и модном наряде он выглядел красивым и чужим. Это
заставило Рэй, усевшись, натянуть простыню повыше.
— Пора поговорить, моя Рыжая.
— Я в невыгодном положении.
— Так оно и было задумано.
— Можно все-таки одеться?
— Нельзя.
В первый момент Рэй решила, что Джерри шутит, но он уселся на постель и
прижал ее ноги одеялом. В его лице читалась решимость, на этот раз совсем
непонятная. Противиться не было смысла, все равно Джерри одержал бы верх.
Рэй благоразумно предпочла обойтись без сцены, которая испортила бы им обоим
настроение.
— Я не хочу, чтобы ты возвращалась в Линфилд, — без предисловий
заявил Джерри.
Рэй сочла добрым знаком то, что он не сказал:
Я запрещаю тебе возвращаться
в Линфилд
.
— Я знала, что услышу это. Но вернуться придется.
— Чего ради?
— Разве твой новый друг ничего не сказал? Я хочу разведать планы
Найджела насчет Эшли.
— Мистер Гудфеллоу что-то такое упоминал, но мне это не пришлось по
нраву. Причина, по которой ты остаешься в Линфилде, не кажется мне веской,
особенно теперь, когда я скоро возвращу себе то, что принадлежит мне по
праву. Как только это случится, я займусь Найджелом. Тебе совсем ни к чему
рисковать.
— Ты собираешься убить Найджела?
— А ты уже не считаешь это необходимым? — прямо спросил
Джерри. — Или ты думаешь, что обязана ему за хлеб, который ешь, и за
постель, в которой спишь под его крышей? Забыла, что это за чудовище? Твой
отец, братья и я готовы взять на свою душу грех этого убийства, готовы, если
нужно, пойти за это на вечные муки. Быть может, сейчас, когда мы с тобой
обсуждаем судьбу Найджела, подосланный им человек подбирается к Маклеллан-
Л
...Закладка в соц.сетях
