Жанр: Любовные романы
Сохранить связь с прошлым
...nbsp;— согласилась Лорен. — Никогда не ела ничего вкуснее.
Долли вынула из кармана огромный белый платок и вытерла глаза.
— Мне ясно дали понять, что мое присутствие в этом доме излишне, —
сказала она, обращаясь к Заку. — Утром я уеду. Я пробыла здесь
достаточно долго, чтобы убедиться в бесполезности этой затеи.
Ошеломленная, Лорен уставилась на нее.
— Но вы не можете уехать! — воскликнул Зак. — По крайней мере
завтра! В Рождество!
— Он прав, Долли, — промямлила Лорен. — К тому же сейчас
невозможно достать билеты на самолет.
— У Зака связи, он мне поможет. Мало кто путешествует в Рождество.
Самолет будет пуст.
В голосе Долли не было прежнего высокомерия и холодности. Он звучал как-то
жалко, и в душе Лорен вдруг зародилось сочувствие. Ей следовало бы
радоваться, что Долли уезжает — ведь так было лучше для Зака и Арабеллы, но
она почему-то огорчилась.
Молча она проводила Долли взглядом и повернулась к Заку.
— А знаешь что? — спросил он, горько ухмыляясь. — Я ведь
начал привязываться к старой крысе!
— Это моя вина, Зак. Мы повздорили днем, и я... Я потеряла над собой
контроль и наговорила много ужасных вещей. Я велела ей убираться, поэтому
она и собирается уезжать. Я так сожалею, что не сдержалась!..
— Это должно было случиться, — ответил Зак. — Если бы ты
сдержалась, рано или поздно сорвался бы я. Она меня буквально с ума сводила
своими придирками.
— Похоже, она твердо решила уехать. А ты сможешь достать ей билет на
завтрашний рейс?
— Попытаюсь. Надо заняться этим прямо сейчас.
— Что она имела в виду, когда говорила о
бесполезности этой затеи
?
— Думаю, это вполне очевидно, — сухо отозвался он. — Она
знает, что с нами происходит, и, видимо, лучше нас понимает, что нам не быть
вместе. Она в курсе, что я не нашел няню, — он повел плечами, — и
собирается подавать на меня в суд, чтобы заполучить опекунство.
— Какой кошмар! — вздохнула Лорен. — Я не...
— Дядя Зак! Тетя Лорен! — зазвенел взволнованный голосок Арабеллы.
Девочка вихрем спускалась по лестнице. Ее каштановые волосы разметались,
глаза горели счастьем, на щечках пылал румянец. В руках она держала
очаровательное, черное с белыми подпалинами, создание. — Смотрите, что
я нашла наверху! — закричала она. — Я зашла в ванную к дяде Заку,
чтобы взять зубную пасту, потому что моя закончилась, а он... — она прижала
щеночка к себе, — он сидел в корзинке! Что он там делал, дядя Зак?
— А ты как думаешь, тыковка? — Зак прищелкнул языком. — Тебя
поджидал.
— Он мой?! — Глаза Арабеллы расширились.
— Да, солнышко, он твой.
— О, дядя Зак! — Ребенок не сводил с него восхищенных глаз. —
И я могу назвать его, как захочу?
— Разумеется. А как ты хочешь его назвать?
— Не знаю, я об этом не думала. А почему ты не положил его под елку?
— Потому что мы знаем, как маленькие собачки любят все грызть, а под
елкой лежат и другие подарки.
— Да! — засмеялась Арабелла. — Мы будем ходить на прогулки,
ладно? Ты купишь ему поводок?
— Уже купил, родная. Он лежит у меня в спальне, на тумбочке. Почему бы
тебе не сходить за ним, а потом не погулять со щенком на заднем дворе?
Арабелла убежала, а Лорен подошла к шкафу в коридоре и достала оттуда
курточку Арабеллы.
— Сегодня холодно.
— Лорен, — Зак взял ее за руку, — у меня есть подарок и для
тебя. Я преподнесу его тебе после того, как Арабелла и Долли лягут спать.
— Это вовсе ни к чему...
— Я очень хотел.
Арабелла как раз спустилась вниз, и Лорен не успела спросить, что же такое
купил ей Зак.
Оказалось, Зак готовил ей подарок, о котором она не могла даже мечтать, но
что это такое, она узнала лишь спустя несколько часов.
Они провели вечер у камина вместе с Арабеллой и щенком. Долли отказалась
присоединиться к ним и отправилась спать в девять часов. Лорен разрешила
Арабелле задержаться допоздна и посмотреть рождественский фильм по
телевизору.
Посовещавшись, они решили, что щенок будет спать в комнате Зака, пока не
научится хорошо себя вести в доме.
— Завтра мы начнем его дрессировать, сказал Зак Арабелле, когда Лорен
укладывала девочку в кровать. — Тебе придется ухаживать за ним, а это
большая ответственность.
— Я справлюсь, — пообещала малышка. — Дядя Зак, а что
случится, если мы проиграем наше дело? Бабушка Долли не любит собак, и к
тому же у нее очень маленькая квартира, где едва хватит места для нас двоих.
— Это твой щенок, — ответил Зак. — Что бы ни произошло, он
принадлежит тебе. Если случится самое худшее, ты все равно будешь приезжать
ко мне на каникулы и наш маленький забияка будет тебя ждать. У собак очень
хорошая память.
— Знаешь, как я назову щеночка? — вздохнула Арабелла. — Я
назову его Лукасом. Доброй ночи, тетя Лорен. Доброй ночи, дядя Зак.
Уставшая от пережитых волнений, она заснула так быстро, что Лорен с Заком
даже не успели ей ответить. Когда они спустились вниз, Зак спросил:
— Хочешь полакомиться гоголь-моголем?
— А он сладкий?
— Очень.
— Считай, что ты меня соблазнил.
Зак стоял у окна и смотрел на звезды. Небо было ясное, миллионами огней
сияли звезды, блестел месяц. Ветерок слегка качал деревья.
— А вот и я! — Лорен внесла поднос с едой и напитками.
— Лорен, — сказал Зак, когда она поставила поднос на кофейный
столик. — Я хочу подарить тебе кое-что.
— Сначала я. Подожди секундочку. Лорен подошла к елке и выбрала нужный
сверток с серебристой ленточкой.
— Ты только не подумай, что я... — она покраснела. — Я просто...
— Давай я сперва открою, а потом ты начнешь оправдываться. — Зак
развернул подарок и тихо охнул. — Как здорово! — воскликнул
он. — Как ты догадалась? Узнала, что мой старый халат совсем
износился? — он ухмыльнулся. — Неужели ты проникла в мою комнату,
пока я был на работе?
— Конечно, нет! — возмутилась Лорен.
— Я просто пошутил! — Он взял ее за руку и увлек к окну. —
Пойдем.
Она осторожно приблизилась к нему.
— Не бойся, я не кусаюсь. Зак поцеловал ее в лоб.
— Спасибо, подарок чудесный.
— Я рада, что тебе понравилось. Когда я увидела его, сразу подумала о
тебе.
— Это хорошо. А теперь позволь показать, что я купил для тебя. —
Он подвел ее к окну. — Видишь созвездие Плеяд? Семь Сестер?
— Альциона, Электра, Меропа, Тайгета, Келэно, Стеропа и...
— И Майя. Согласно легенде, самая старшая и самая красивая из Сестер.
— И самая яркая. Даже ярче Альционы.
— Милая, я знаю, как ты любишь смотреть на звезды, и знаю, что ты
думаешь о Бекки. Эта звезда. Майя, самая красивая звезда... — Он выудил откуда-
то карту звездного неба. — Помнишь, в понедельник ты зашла ко мне в
кабинет, когда я разговаривал по телефону, и я попросил тебя выйти? Ты
обиделась, но я не мог иначе. Я беседовал с людьми из лаборатории по
изучению космоса и не хотел, чтобы ты слышала, о чем мы говорим.
Он протянул ей листок бумаги, и она принялась жадно читать. Это сертификат,
подтверждающий, что 25 декабря Лорен и Зак Александер приобрели звезду в
созвездии Тельца и с этого дня Центр космических исследований в Ванкувере,
Канада, зарегистрировал эту звезду под именем Ребекки Александер.
Звезда? Звезда Бекки?
— Я услышал, что в Центре с удовольствием идут на такие сделки, потому
что им нужны деньги. Так что, заплатив, ты можешь приобрести любую
неназванную звезду. Я подумал, что, если ты будешь смотреть на небо и видеть
звезду Бекки, сияющую по соседству с Плеядами, это... как-то взбодрит тебя.
— О, Зак! — Лорен всхлипнула, обняла его и уткнулась лицом ему в
грудь. — Как чудесно!
— Эй, я не хочу, чтобы ты плакала, милая! Я хочу сделать тебя
счастливой.
— Я очень счастлива, Зак.
Они сидели на диване, пили гоголь-моголь, закусывали пирожными и говорили,
говорили... Перед тем как разойтись по разным комнатам, они пожелали друг
другу счастливого Рождества.
Глава 10
Лорен не могла заснуть. Наконец она накинула халат и спустилась вниз. Огонь
в камине погас. Лорен побрела на кухню, палила себе бренди, вернулась в
гостиную и включила телевизор.
На полке рядом с телевизором лежала видеокассета с записью дней рождения
Бекки. Поддавшись внезапному порыву, Лорен вставила кассету в
видеомагнитофон и посмотрела на экран. Она действовала как под гипнозом.
Ей казалось, что время остановилось, что ее сердце перестало биться и
остались одни лишь воспоминания, сладко-горькие, как бренди. Лорен, не в
силах пошевелиться, смотрела, как перед ее глазами проплывают картины
бесконечного счастья.
Улыбающаяся Бекки, сияющий Зак и она сама, летавшая, как на крыльях.
Бекки плавает. Жарко. Вместе с ней в бассейне плещутся четверо ее маленьких
друзей. Арабелла среди них.
Мак и Лайза приехали тогда из Лос-Анджелеса всего на неделю. Девочки не
видели друг друга целый год, но выглядели так, как будто и не расставались.
Неразлучницы.
На Бекки очаровательный белый купальник с кружавчиками, а на Арабелле
кремовое бикини. Они играли, визжали, кидались чипсами...
Вечер. Девочки пьют горячее какао и обнимаются, позируя перед камерой.
Сверкающие глаза, милые улыбки...
И серые полосы на экране.
Конец пленке.
Конец счастью.
Лорен не знала, как долго она еще сидела, уставившись в пустоту. И не
замечая слез, стекающих по щекам. Она откинулась на спинку дивана и замерла.
У нее не было сил подняться и выключить телевизор.
Как ни странно, она чувствовала себя гораздо лучше, как будто камень с души
свалился. Как будто дамоклов меч, висящий над ней, наконец упал, но чудом не
задел ее.
Она встала, выключила телевизор и перемотала пленку. Затем подошла к окну и
посмотрела на звезду Бекки. Может быть, ей показалось, но звезда горела как-
то особенно ярко, словно подмигивая ей.
— С Рождеством! — прошептала Лорен. — С Рождеством, доченька!
— Просыпайся, тетя Лорен! — Арабелла прыгала на кровати. —
Рождество!
Лорен что-то пробормотала и открыла глаза. Над ней нависала копна каштановых
кудряшек.
— Счастливого Рождества, милая! — сказала она и обняла Арабеллу.
Удивленная этим жестом, девочка слегка отпрянула, а потом вдруг заплакала и
тоже обняла Лорен.
— С Рождеством, тетя Лорен! Прости, что разбудила тебя, но уже восемь
часов и...
— Восемь? — Лорен резко вскочила. — О Боже, Долли!
— Все в порядке, — успокоила ее Арабелла. — Дядя Зак рано
встал и позаботился о бабушке Долли. Он приготовил ей на завтрак крепкий чай
и подгорелый тост! — Арабелла широко улыбнулась. — А теперь мы
идем в сад, гулять с Лукасом.
— Ax, Лукас! — Лорен снова обняла девочку. — Он хорошо себя
вел ночью? Арабелла скорчила гримаску.
— Не очень.
— Научится! — рассмеялась Лорен.
— Ага. Дядя Зак сказал то же самое. — Арабелла спрыгнула с кровати
и направилась к двери. — Я пойду, а то, наверное, он меня уже ждет. Ты
скоро спустишься?
— Уже встаю.
Как же крепко она спала! Ей даже сны не снились. Она чувствовала себя
абсолютно отдохнувшей и переполненной радостью.
Лорен улыбнулась и, напевая под нос какую-то песенку, подошла к окну.
Отодвинув занавески, она выглянула наружу. На голубом безоблачном небе сияло
ласковое зимнее солнышко, дул сильный северный ветер, отчаянно гнувший ветви
старого, трухлявого дерева в соседнем дворе.
Вскоре появились Зак и Арабелла. Оба в куртках. Зак, уже привыкший к
костылям, легко и быстро передвигался по саду, рядом прыгала Арабелла и
нещадно дергала Лукаса за поводок.
Лорен, как завороженная, наблюдала за ними. Зак, мужчина, которого она
никогда не переставала любить. И Арабелла, к которой она пыталась не
привязываться и все же сильно полюбила.
Слезы навернулись ей на глаза. Зак и Арабелла. Ее семья. Как она могла
отрицать очевидное? Она с самого начала должна была понять, что не сможет
отказаться от них. Мысль об этом не покидала ее с первой минуты, когда в
офисе Тайлера Брэддока она услышала о несчастье, постигшем Арабеллу.
Зак сказал, что она должна пережить смерть Бекки. Он прав: пришла пора ее
отпустить.
Лорен не знала, когда это произошло. Возможно, когда Зак показал ей звезду
или когда она смотрела видео... Какая разница? Ведь она наконец смирилась со
смертью Бекки. Она всегда будет горевать, но теперь у нее есть силы, чтобы
продолжать жить дальше.
Теперь она готова вернуться к Заку.
Ей нужно немедленно сказать ему об этом. Он так хотел семью! И Арабелла...
Бедная девочка тянулась к ней...
Сильный порыв ветра просвистел над домом. Лорен как будто очнулась.
Нет! Этого не может быть!
Старое дерево из соседнего сада накренилось... И страшные картины снова
промелькнули перед глазами Лорен. Арабелла стояла возле куста азалий, как
раз на пути падения злосчастного дерева. Зак повернулся к ней спиной и не
мог видеть, что происходит.
Лорен закричала от ужаса и попыталась открыть окно. Задвижку заело.
— Арабелла! Арабелла!
Но ребенок был так увлечен собакой, что не слышал ее. Зато Зак услышал. Он
повернулся, увидел дерево, побледнел и тоже закричал, но было уже поздно.
Дерево рухнуло.
Лорен бросилась вниз по лестнице, плача навзрыд.
— Что стряслось, девочка? — испугалась Долли, увидев ее.
— Вызывайте
скорую
! И службу спасения! Немедленно!
Босая, она выскочила на улицу через дверь на кухне и застыла. Зак разбирал
сломанные ветви. Где-то под ними лежала Арабелла. Рядом носился обезумевший
от страха Лукас и громко пищал.
Лорен кинулась помогать Заку, и вместе они нашли Арабеллу. Она лежала на
боку, глаза закрыты, над бровью алела ссадина, кожа мертвенно-бледна. Где-то
визжали сирены
скорой помощи
.
— Зак...
— Ее нельзя двигать, — его голос дрожал. — Вдруг позвоночник
поврежден...
— Все будет в порядке, — Лорен обхватила его за шею. —
Скорая
уже едет.
В комнате ожидания было так тесно! Зак с трудом передвигался на костылях.
Все это время он молился не переставая.
Господи, не забирай ее! —
повторял он. — Господи, пусть она выживет!
Зак знал, что еще чуть-чуть, и он не выдержит. Но он должен. Он должен быть
сильным. Ради Лорен. Ей так нужна его поддержка!
Он посмотрел на нее. Она забилась в угол, бледная, застывшая, и прижимала к
груди перепуганного щенка.
— Лорен?
Она вздрогнула.
— Почему?.. — прошептала она. — Почему они так долго?
— Анализы, рентген... Они делают свою работу.
— Доктор сказал, что все кости целы — только царапины и синяки. А вот
голова...
Лорен запнулась и закусила губу, пытаясь сдержать рыдания. Зак снова
заметался по помещению. Как он мог отвернуться? Почему сам не пошел
выгуливать собаку?
— Зак? — Лорен бесшумно подошла сзади.
— Это я виноват.
— В чем? — удивилась она. Он повел широкими плечами.
— Я недостаточно хорошо о ней заботился.
— Зак! — запротестовала Лорен. — Я не понимаю...
— Я не должен был спускать с нее глаз! Мне следовало...
— Ты не виноват. В том, что произошло, нет ни капли твоей вины! Ты...
Зак, ты сам пытался убедить меня, что Бекки погибла не по моей вине. Зачем
же ты теперь казнишь себя?! Лорен замолчала на секунду, будто собираясь с
мыслями. — Зак, я вела машину тогда. На мне лежит часть вины за
произошедшее. Ты виноват не больше меня. Понимаешь?
Конечно, она была права. В глубине души он сознавал, и все же ощущение того,
что что-то упущено, не покидало его. Только сейчас он понял, что творилось в
душе Лорен, когда они потеряли Бекки.
Если Арабелла не выкарабкается, их браку конец. И почему он не повел
Арабеллу в другое место? Почему вышел именно во двор? Почему думал о Лорен
вместо того, чтобы следить за ребенком?
— Зак? — Лорен сжала его руку.
Он обнял ее и прижал к себе, как будто боялся потерять. Она такая хрупкая, и
все же в ней чувствовалась какая-то сила, какая-то несокрушимая энергия.
Он по-детски уткнулся лицом в ее волосы, пытаясь спрятаться от больничного
шума, и вдохнул еле слышный аромат ее духов. Теперь этот изысканный запах не
казался ему вызывающим. Это был запах Лорен.
Еще от нее пахло растворимым кофе из автомата, который он буквально насильно
заставил ее выпить полчаса назад.
Это снова была его Лорен — красивая даже в старых джинсах и его фланелевой
рубашке, которую она наспех накинула, собираясь в больницу, трогательная,
нежная Лорен. Лорен, которую, как ему казалось, он безвозвратно потерял.
— Милая, — пробормотал он, — моя милая... Как же тебе трудно
пришлось...
— Тебе тоже, Зак, — ответила она изменившимся голосом, — тебе
тоже...
Ее израненное сердце как будто рвалось на части. Она так любила этого
мужчину, что готова была отдать все на свете, лишь бы избавить его от
страданий. И почему она так поздно поняла, что никогда не переставала быть
его женой?
Если Арабелла не выживет, их брак обречен. Нет, Зак любит ее, это очевидно.
Но сможет ли он простить ее за то, что она отказала в любви маленькому
несчастному ребенку? Наверное, нет. Такой поступок не заслуживает прощения.
Их отношения будто бы стали налаживаться. Они наконец нашли в себе силы
поговорить начистоту. Смерть Арабеллы окончательно пошатнет их и так зыбкое
и призрачное счастье.
Она могла бы прямо сейчас сказать ему правду. Что она любит Арабеллу как
родную дочь и хочет вернуться к нему, чтобы жить всем вместе, но поверит ли
он ей после того, как она сделала все возможное, чтобы убедить его в
обратном? Поверит ли, что она приняла это решение еще до несчастного случая?
Он вправе оттолкнуть ее, вправе не верить ей. Но она действительно полюбила
Арабеллу, полюбила всем сердцем. Неужели она опоздала?
Отчаяние переполнило ее душу, и она почувствовала себя еще более несчастной.
— Лорен?
Она взглянула на него затуманившимися от слез глазами и пошевелила губами,
не в силах вымолвить ни слова.
— Что ты сказала Арабелле, когда она разбудила тебя?
— Я? — Лорен нахмурилась. — Я пожелала ей счастливого
Рождества...
— И обняла ее? Лорен кивнула.
— Да, — с усилием проговорила она. — Я ее обняла.
— Когда она спустилась вниз, сияющая, как елка на Таймс-сквер, она
объявила, что ты все-таки станешь ее мамой. Она сделала такой вывод, потому
что ты обняла ее первой. Она была права?
— О, Зак! — воскликнула Лорен. — Она... Я так люблю ее!.. Я
боролась с этим, но...
— Милая, ты только что сделала меня счастливейшим человеком на земле.
— Мистер и миссис Александер? Лорен вздрогнула и повернулась на голос.
Хирург, молодой темноволосый, смуглый мужчина, кажется араб, снял очки и
посмотрел на Лорен своими блестящими карими глазами, в которых светилось
неподдельное сочувствие.
— Арабелла, — тихо сказал он, — находится в коме...
Слезы брызнули из глаз Лорен. Она охнула и бросилась в объятия Зака.
— Держись, милая, — прошептал тот.
— Вы можете пройти к ней, — добавил хирург и жестом пригласил их
последовать за ним.
Они шли вдоль длинного коридора мимо раздвижных стеклянных дверей, и,
наконец, хирург пропустил их в палату, где лежала Арабелла.
Под белыми простынями ее тельце казалось еще меньше. Темные круги под
глазами, бледные впалые щеки, повязка на лбу... Все это производило такое
угнетающее впечатление, что Лорен не выдержала и снова заплакала.
Она оперлась на Зака, который стоял безмолвный и несгибаемый, как скала.
Теперь настала его очередь быть сильным.
— Скоро мы переведем ее в обычную палату, — сказал хирург. —
Если хотите, можете подождать в приемной. Вас позовут, когда мы устроим ее в
терапии.
— И мы сможем побыть с ней? — спросил Зак.
— Конечно, — ответил хирург.
— Как долго она пробудет в коме? — голос Лорен предательски
дрожал. Хирург покачал головой.
— Нам всем остается лишь ждать и молиться.
Рождество пролетело незаметно, как и следующие несколько дней. Лорен и Зак
сменяли друг друга возле постели Арабеллы, и их печаль росла с каждым часом,
но надежда на чудо не угасала.
Утром тридцать первого декабря Зак съездил к себе в офис и лично выдал
новогодние премии персоналу. После обеда он вернулся в больницу, чтобы
сменить Лорен, и та немедленно уехала на встречу со своим начальником.
Она столкнулась с Джеком Перрини в приемной. Он как раз провожал старый год
в компании своих подчиненных. На нем был строгий серый костюм, белоснежная
рубашка и галстук-бабочка. Очевидно, после окончания вечеринки Джек
собирался на банкет.
Завидев Лорен, он приподнял бокал с вишневым пуншем и улыбнулся.
Лорен поежилась, когда эти проницательные янтарные глаза принялись изучать
ее. Из вежливости она приняла бокал пунша из рук босса и, улучив минутку,
прошептала, что ей нужно перемолвиться с ним наедине. Он кивнул, проводил ее
в кабинет и захлопнул дверь.
Лорен подождала, пока он усядется в кресло, предварительно расправив полы
пиджака, и начнет говорить.
— Что, черт побери, происходит? — рявкнул Джек. — Ты смотрела
на себя в зеркало? Не причесана, не накрашена, одета в какие-то
лохмотья! — Он презрительно поморщился, глядя на ее старые джинсы и
свитер. — Неужели тебе все равно, как ты выглядишь?
Лорен едва сдержала улыбку. Она привыкла к подобным вспышкам босса. Джек был
очень темпераментным и прямолинейным. И кроме того, терпеть не мог
беспорядка и требовал от окружающих безупречной аккуратности.
— Я дал тебе отпуск, черт возьми! — бушевал он. — А ты как
будто но помойкам шаталась! Где ты была? На рудниках в Сибири?
— Возможно, мне стоит там побывать, — ответила Лорен.
— Что такое? — изумился Джек. — Неужели я слышу сарказм?
Рассказывай, что с тобой стряслось!
Лорен повиновалась. Он так просто не отстанет. Он молча слушал, а когда она
закончила, проговорил:
— Бедный ребенок! Не дай Бог такое пережить!
— И вот я приехала, чтобы сказать тебе... — Лорен замялась, —
чтобы сказать, что я отказываюсь от повышения. Я не еду в Торонто. Я остаюсь
в Ванкувере навсегда. Я помирилась с мужем. Прости, Джек, прости, что
подвела тебя, но брак для меня важнее всего.
— Ты что же, уволиться вздумала? — Он вскинул брови и сделал
сердитые глаза.
— А ты хочешь, чтобы я осталась?
— Разумеется, черт побери! Лорен нахмурилась.
— Я не могу сейчас принять такое решение.
— Я понимаю. — Он поднялся на ноги. — И я не стану на тебя
давить. Но если с девочкой все обойдется и вы устроите ее в школу — я с
радостью приму тебя обратно. На любых условиях. Ты сможешь работать неполный
день. Или три дня в неделю... Или только по утрам... Как тебе будет удобно.
— Я правда не могу сейчас об этом думать, — Лорен тоже
встала. — Но твое предложение действительно очень много значит для
меня. Спасибо тебе. — Она подошла к нему и поцеловала его в
щеку. — Спасибо тебе, Джек.
Кажется, он был удивлен этим порывом, потому что сразу вновь насупился и,
поколебавшись немного, обнял ее.
— Береги себя, — буркнул он. — И не забывай мне звонить. Ты
сейчас едешь домой?
— Нет, в больницу. Я сижу с Арабеллой до одиннадцат
Закладка в соц.сетях
