Жанр: Любовные романы
Яблочный пирог
... его звать? — вдруг спросил Зак, стоя у
зеркала и поправляя галстук. — Ваше высочество?
— В фильмах говорят
ваше сиятельство
, разве нет?
— Черт меня возьми, если я знаю. Интересно, о чем мы будем
разговаривать?
— Ну, наверное, он поблагодарит нас за номер.
Мы скажем, что не за что. Выпьем по чашечке кофе и разойдемся.
— И для этого мы так наряжаемся? — спросил Зак.
— О, да! Зак, я забыла тебе сказать: он думает, что мы женаты. Если ты,
конечно, не хочешь ему объяснять, что ты не мистер Уайт.
Он безразлично пожал плечами, как будто ему было все равно.
Сабрина посмотрела на него с благодарностью. Если бы он знал, как потрясающе
выглядит в этом темно-синем костюме! Но она не собиралась ему об этом
говорить. Вместо этого она села на кровать, чтобы надеть красные туфли с
закругленными носами на высоких шпильках, которые подходили к ее платью.
— Эй, — сказал он, повернувшись к ней, — ты выглядишь
достаточно хорошо, чтобы есть... чтобы встретиться, с принцем.
Блеск в его глазах, его взгляд заставили ее покраснеть.
Они поднялись в пентхаус на лифте. Высокий, очень худой человек открыл им
дверь. Принц? Нет, слишком молодой, решила Сабрина.
— Прошу вас, проходите, — он удовлетворенно окинул их взглядом.
Сабрина была рада, что они все же решили переодеться и не пошли к принцу в
джинсах и свитерах.
— Его высочество ожидает вас.
Сабрина встретилась глазами с Заком. Значит, вот как нужно обращаться к
принцу.
Его высочество принц Фредерик встал им навстречу из глубокого массивного
кресла. На нем была накрахмаленная белая рубашка и черные брюки. Его лицо
было испещрено морщинами, седые волосы зачесаны назад. Он смотрел на них
сквозь очки в тонкой золотой оправе.
— Как мило с вашей стороны, что вы пришли, — сказал он слабым
голосом. Впрочем, слаб был голос или нет, Сабрина сразу почувствовала, что с
ней говорит принц.
Хотя он и не был чопорным. За чашечкой кофе с маленькими пирожными с кремом,
которые, возможно, привезли для него из Румынии, он расспрашивал их,
нравится ли им этот отель и их новая комната, чем они планируют заняться в
выходные.
Они сказали, что хотели бы посетить Алькатрас, Койт-Тауэр и просто погулять
по городу.
Принц порекомендовал им посетить несколько мест, куда он сам когда-то ездил
и названия которых он помнил: Музей искусств и Дворец Легиона чести. Полвека
прошло с тех пор, как он здесь был.
— Но больше всего в вашем чудесном городе мне запомнился день в парке
Голден-гэйт, на озере. Мы взяли напрокат лодку, я и моя дама, —
вспоминал он. — Мы отлично провели время. Я помню, как будто это было
вчера, потому что там я сделал ей предложение. Эти воспоминания... — он
тряхнул головой. — Не упустите ни одной минуты, проведенной вместе. Это
драгоценное время. — Принц посмотрел на Сабрину и Зака своими голубыми
водянистыми глазами. — Позаботьтесь о том, чтобы остались воспоминания
для будущего. Ведь это все, что у вас останется в старости. Все остальное
превратится в пыль. Как превратилось мое королевство. Мои подданные. Моя
судьба. Моя жена, а теперь и мое здоровье. Все, но только не любовь. Любовь
живет вечно, она остается с нами навсегда.
Глаза старого принца наполнились слезами, и слуга, который провел их к нему,
деликатно намекнул, что его высочеству надо отдохнуть.
Сабрина подумала, что, уходя, надо сделать реверанс, но не стала. Слуга
вывел их за дверь и провел в коридор.
— Вы должны извинить принца, — сказал он. — Он потерял свою
жену много лет назад. Но сегодня, когда он говорил о ней, воспоминания
вернулись.
— Мне очень жаль, — сказала Сабрина.
— Мне тоже, — сказал Зак.
Слуга нажал кнопку лифта, поклонился и, не говоря ни слова, вернулся в номер
к хозяину.
— Мне так жаль принца, — сказала Сабрина. — Но благодаря ему
я знаю, чем мы займемся сегодня днем. Я думаю, Мэг поймет, что мы заняты.
Они спустились к себе в номер, переоделись в джинсы и свитера. На улице и
поймали такси и поехали в парк Голден-гэйт кататься на лодке.
На берегу озера расположились художники с мольбертами. Зак взял напрокат
лодку, они сели в нее и оттолкнулись от берега. Теперь они сидели рядом, у
каждого в руках было весло.
Сабрина едва сдерживалась, чтобы не сказать что-то вроде:
А мы неплохая
команда!
или
А какие воспоминания сохраним мы?
.
Вместо этого она восхищалась уточками, которые плыли рядом с их лодкой и
ждали, пока им кинут крошек. Зак показал ей черепах, которые грелись на
солнце на бревнах и камнях.
Они старались не говорить на темы, которые имели хоть какое-то отношение к
любви и браку, болезням и здоровью, к воспоминаниям, которые бы длились
вечно.
И тут Сабрина вспомнила о детях Зла.
— Детям бы понравилось здесь, правда? — спросила она Зака.
— Да, если бы они не свалились в воду, — сказал он. — Брендан
мог бы сильно испугаться.
— Лили бы не испугалась. Она бы быстро организовала всех по
группкам, — сказала Сабрина, улыбаясь.
Причалив к маленькому острову посередине озера, они вышли из лодки. На холме
они устроили пикник. Перед ними как на ладони лежал Сан-Франциско, весь в
отблесках заходящего солнца.
Это казалось слишком идеальным. Принц Фредерик прав. Но все уже
заканчивалось.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
В воскресенье утром Сабрина проснулась с мыслью, что сегодня последний их
выходной. Два дня пролетели как один миг.
Они молча собрали вещи, оделись и вышли из отеля. Поймав такси, доехали до
округа Тендер-лойн, в беднейший район города, в церковь. Они вошли и сели
сзади. Рядом с ними сидели бездомные, бедняки и бродяги. Сабрина поделилась
с Заком песенником, и они стали подпевать хору.
Спокойствие снизошло на Сабрину. Она поняла, что ей не следовало мечтать о
том, чего она не могла получить. Самым лучшим было смириться и принять все,
что в ее жизни есть хорошего. Зак был первым в этом списке.
Возможно, это был хор или музыка, а может, и священник, которого прихожане в
нужных местах поддерживали словами
аминь
, но Сабрина вдруг почувствовала
себя единым целым с людьми, собравшимися в этой церкви.
— Не знаю, почему я раньше никогда сюда не приходила, —
умиротворенно сказала она Заку, когда они вышли из церкви. — Она так не
похожа на те пригородные церкви, которые я посещала.
Зак согласился. Музыка что-то изменила в нем. Впервые за долгое время он не
чувствовал себя чужим среди людей. Церковь подействовала на него так же, как
и на Сабрину. Он взял ее за руку, и они пошли пешком до отеля, чтобы
выписаться и забрать вещи. Как раз вовремя. Он не выдержал бы еще одну ночь
с Сабриной. Еще немного — и, пожалуй, он отказался бы от своего намерения
исчезнуть из ее жизни.
В тишине доехали до ее дома. Зак, сдерживая себя, поцеловал Сабрину в щеку
на прощание и, не оглядываясь, уехал.
Он не хотел видеть выражение ее лица. Зачем? Она вернется к себе домой и
заживет своей прежней жизнью. И его не должно быть в этой жизни.
В машине он включил мобильный телефон. Пришло сообщение от его брата.
— Привет, Эл! Извини, я не ответил на твой звонок, у меня был выходной.
— Выходной? — удивился его брат. — И ты даже выключил свой
телефон?
— Да, — сказал Зак.
Он не хотел больше ничего говорить, но не мог удержаться.
— Мы с Сабриной пили кофе с принцем.
— Что? Ты, Сабрина и принц? Подожди, я расскажу об этом детям!
Эл был так потрясен этой новостью, что даже ничего не спросил о Сабрине.
Слава богу. Потому что, если бы он спросил, он разворошил бы целый рой
болезненных мыслей и воспоминаний.
— Как дети? — спросил Зак.
— У Лили выпал еще один зуб. Мэри-Энн нарисовала для тебя картинку. А
Дженни интересуется, когда ты опять приедешь?
— Передавай им от меня привет, — сказал Зак, не отвечая на вопрос
брата.
Он просто не мог туда поехать сейчас. Ему нужно было работать. Он должен был
войти в свой прежний режим. Снова спать одному. Снова воздвигать стену
вокруг себя.
— Ты должен приехать на день рождения Майкла.
— Я бы с удовольствием, Эл, но...
— Никаких но! Ты просто обязан приехать. Это будет в следующем месяце.
Дорин пришлет тебе приглашение. Отметь эту дату в своем календаре.
— Хорошо, я постараюсь приехать.
— Не старайся, просто приезжай. Дети тебя так ждут. Они говорят о тебе
все время. О тебе и Белоснежке. Кстати, как она?
Будничный тон Эла не обманул Зака. Он закидывал удочку. Он хотел услышать,
что его брат и Сабрина встречались. И что строили планы на будущее.
— Она в порядке. Я только что отвез ее домой. Но между нами ничего нет,
если тебя это интересует.
— Ничего, только кофе с принцем.
Зак отключил телефон, и приказал себе не думать о Сабрине. Он старался не
вспоминать, как она выглядела тогда утром, когда он встретил ее в холле
отеля с двумя стаканчиками кофе в руках и широкой улыбкой на лице. Он
старался не думать о том, как от нее пахло то цветущей яблоней, то лавандой,
как ее кожа блестела после горячей ванны...
Он заставил себя думать о том парне, которого она оставила перед алтарем.
Зак знал, как чувствовал себя тот парень. Он чувствовал себя брошенным.
Обманутым. Опустошенным. Так всегда происходит, когда ты позволяешь себе
заботиться о ком-то. Позволяешь себе влюбиться. Ты становишься беззащитным и
слабым. В этом мире никому нельзя доверять. Только самому себе. Никто не
обязан находиться рядом с тобой, поддерживать тебя, когда ты больше всего в
этом нуждаешься. И не важно, что они тебе говорят.
Зак больше не хотел чувствовать себя беззащитным. Он больше никому не
позволит причинить ему боль. Он достаточно страдал. Он выучил урок и никогда
не забудет его.
В последующие недели Зак слышал о Сабрине только в связи с тем, что мама
Чарли согласилась на его помощь.
Зак старательно избегал школу, где он мог встретиться с Сабриной. Поэтому он
встретился с Чарли у него дома.
Он воздержался от того, чтобы давать какие-либо советы мальчику. Сидел и
просто слушал, что говорил Чарли. Тот оказался болтунишкой. И много
рассказывал про свою любимую учительницу — мисс Уайт. Слишком много.
Зак никак не мог понять, в чем заключалась проблема мальчика. В конце
концов, у него были оба родителя, даже несмотря на то, что они разводились,
у него был дом. У Зака в свое время не было ни того, ни другого. Но Чарли
так сильно напоминал ему его самого в этом возрасте, что Заку стало не по
себе.
Он вернулся к работе, окунулся в нее с головой, чтобы ни о чем больше не
думать. Он даже смог принять обратно на работу тех людей, которых ему
пришлось уволить. Дела налаживались.
Но, несмотря на все успехи, Зак чувствовал какую-то странную пустоту внутри
себя. Он не мог не признать это. Ему не хватало Сабрины. Он хотел ее. Он
нуждался в ней.
Через месяц Зак приехал на день рождения к Майклу. Он остановился у дома Эла
и Дорин и только тогда заметил незнакомую машину.
Не успел он выйти из машины, как его окружили дети и радостно запрыгали
вокруг.
— Угадай, кто к нам приехал?
Лили хитро улыбалась.
Ему не нужно было угадывать. Он знал. Она была здесь. И он знал, что ему
нужно сделать.
Сабрина вышла из дома и подошла к нему — в свитере канареечного цвета и
темных обтягивающих брюках. Его сердце сжалось.
— Здравствуй, Зак. Как я понимаю, тебя не предупредили, что я тоже буду
здесь?
— Я должен был догадаться.
Она криво улыбнулась. И это все? И это та улыбка, на которую он мог
рассчитывать?
— Давай пройдемся, — предложил он.
Ему так много нужно было сказать.
— Я встречался с Чарли.
— Я знаю, он рассказал мне.
— Он очень любит тебя, — заметил Зак.
— Ты ему тоже понравился. Ты так много для него сделал.
— Я ничего не сделал. Но это не все. Увидев его, я как будто увидел
себя. Я понимаю, что уже давно не ребенок. Я просто хочу двигаться дальше.
Но я не могу делать это в одиночестве.
Сабрина кивнула и хотела улыбнуться. Но попытка не удалась. Ее губы дрожали.
Она не сказала ничего, что он мог бы принять за одобрение. Все, что она
могла выдавить из себя, было только:
После вечеринки
.
К дому подъехала еще одна машина. Из нее высыпали дети с подарками.
На дне рождения Майкла было много детей, подарков и шума. Зак и не знал, что
Эл и Дорин пригласили всех друзей своих детей.
Он стоял во дворе и смотрел, как Майкл разворачивает подарки, когда Сабрина
вышла из кухни с тортом. Майкл загадал желание и задул свечи. Дорин
разложила по тарелкам торт, принесли мороженое. Тогда Зак решился:
— Мне нужно с тобой поговорить. Сейчас. Она кивнула, и они ушли с
вечеринки. Он знал, что его брат наблюдает за ним. Он представлял, как Эл
толкает сейчас Дорин в бок и они радостно жмут друг другу руки. Как будто
это они все подстроили. Они в сущности правы. Ведь именно благодаря им Зак
снова встретился с Сабриной и решился с ней поговорить.
А теперь они шли по тому самому холму, с которого зимой катались на санках и
где играли в снежки. Только теперь он был покрыт зеленой травой. Светило
теплое весеннее солнце.
— Я не звонил тебе, — начал он, когда они дошли до вершины.
— Я заметила.
Они сели на траву. Сабрина поджала под себя ноги.
— Ты мне тоже не звонила, — сказал он. — Но не будем говорить
о нас.
— Таков ведь был план, не так ли?
— Да, был, — согласился Зак. — Я думал, он сработает, —
он посмотрел на нее.
Почему же она не улыбается? Почему не сдается и не рассказывает, как плохо
ей было без него? Почему не признается, что хочет его также, как и он ее?
Зак набрал воздуха в легкие. Сейчас или никогда.
— Но план не сработал. По крайней мере, для меня, — он посмотрел
ей в глаза.
Она кусала губу. Ее щеки покрылись румянцем. Он взял ее руки в свои и
заставил себя продолжить. Потому что если он не скажет ей это сейчас, то не
скажет уже никогда.
— Меня больше не устраивает моя жизнь, которая казалась мне такой
удобной... Потому что в ней нет тебя...
Сабрина положила свою руку, на его ладонь.
— Зак, не стоит говорить этого, если ты действительно так не думаешь.
Если ты не хочешь иметь ничего серьёзного со мной.
— Не хочу? С тобой? — удивленно повторил он. — Ты лучшее, что
было у меня в жизни. Я люблю тебя.
— Ты? Любишь меня? — Ее глаза наполнились слезами. — Ты же
говорил, что...
— Я знаю, что говорил. Я знаю, что думал. Я был неправ. Потому что,
если это не любовь, значит, я серьезно болен. Я не могу есть. Я не могу
спать. Я не могу работать.
— Звучит серьезно, — сказала Сабрина и улыбнулась. — Чем я
могу тебе помочь? — Она придвинулась к нему, поцеловала и отодвинулась,
чтобы посмотреть на него.
— Это помогло! — сказал Зак.
Он обнял ее и поцеловал так, как не целовал прежде: глубоко, нежно. Но
подождите! Чего-то не хватало. Он прервал поцелуй, положил ей руки на плечи.
— Когда мужчина говорит женщине, что он любит ее, разве она не должна
ничего сказать и ему? — спросил Зак. — Не мучай меня, Сабрина.
Если ты не любишь меня, просто скажи. Если ты все еще хочешь остаться старой
девой и уйти на пенсию в шестьдесят пять лет, чтобы наслаждаться
одиночеством, скажи мне, и я изменю свои планы.
— А какие у тебя были планы? — спросила она.
— Я подумывал насчет того, чтобы пожениться на заднем дворе дома Эла и
Дорин.
— С наряженными детьми? — спросила она.
Ее глаза светились счастьем.
— Я думал, тебе должно понравиться, — сказал Зак, довольный
собой. — Но я не могу жениться на женщине, которая не любит меня.
Которая не хочет того, чего хочу я.
— А чего хочешь ты? — спросила она, как будто не знала.
— Я хочу детей, дом, семью.
— Я люблю тебя, Зак! Я полюбила тебя с того самого момента, как увидела
на пороге этого дома. Я старалась убедить себя, что еще не готова к любви. У
меня ужасное прошлое. Ты знаешь это. И ты все равно хочешь жениться на мне?
— Да, хочу, Белоснежка. Я хочу каждое утро просыпаться с тобой рядом,
будить тебя поцелуем, как принц в сказке. Я хочу состариться рядом с тобой и
нашими детьми. Я хочу стать отцом, которого у меня никогда не было. Я не
думал, что у меня получится, но...
— Я знаю, что у тебя получится, — сказала она, смахивая слезинку
со щеки. — Я всегда это знала.
— Моя всезнающая, прекрасная Белоснежка, — Зак поцеловал ее еще
раз.
— Пойдем и расскажем детям, — предложила она. — Сказки
сбываются.
К восхищению Эла и Дорин и к радости семерых детей, одетых в праздничную
одежду, свадьба состоялась два месяца спустя на заднем дворе дома, в котором
Зак и Сабрина встретились.
В горах было лето, на полях цвели дикие цветы.
Свадебный букет был составлен из цветов яблони. Перед началом церемонии
Сабрина воткнула один цветок в петлицу Зака.
— В память о старых временах, — прошептала она. — У меня все
еще хранится тот цветок, который ты подарил мне тогда, на балу.
— Можешь считать меня сентиментальным, но я тоже сохранил цветок,
который ты мне тогда дала, — признался он.
— Эй вы, двое! — крикнул Ал. — Пора занимать свои места.
Церемония сейчас начнется.
Музыканты — друзья Эла и Дорин — настраивали свои гитары. Эл поправил
галстук Зака.
Был момент, когда Сабрина вспомнила о той свадьбе, с которой сбежала.
Казалось, это было так давно. Слава богу. Ее сегодняшняя свадьба была совсем
не похожа на ту. Теперь на Сабрине было простое белое шелковое платье с
вырезом и длинными рукавами. Гостей было всего двадцать пять. Приехали ее
родители. Они были счастливы и немножко смущены. Мэг явилась с Грэнджером.
Подружки понести, дочки Эла и Дорин, в розовых платьицах и маленьких
диадемах, светились счастьем. Они улыбались, когда шли за Сабриной и
разбрасывали лепестки роз на траву. Мальчики казались очень серьезными в
накрахмаленных бел их рубашках и черных брюках. Как будто они понимали всю
важность происходящего. Они торжественно провожали гостей на их места.
Когда-то Сабрина пообещала им, что пригласит их всех на свою свадьбу. И
сегодня она сдержала свое слово.
Когда она поклялась вечно любить Зака, быть с ним в радости и в горе,
заботиться о нем, пока они оба будут живы, ей показалось, как гости
вздохнули с облегчением.
Белоснежка вышла замуж за своего принца.
Значит, с миром все в порядке.
Закладка в соц.сетях
