Жанр: Любовные романы
Арифметика любви
...спуганно опустила глаза и сжала дрожащие губы, радуясь,
что не сказала лишнего и не дала повода для подозрения. Совершенно очевидно,
что Сантино, узнай он о ее неучастии в преступлении, без колебаний пошел бы
дальше и наказал Делу.
— Мудрое решение, — оценил Сантино ее молчание. — Ты должна
ответить за то, что совершила... но это не значит, что ты не можешь
поступать, как тебе вздумается.
Потерев опухшие глаза, Фрэнки тяжело вздохнула.
— Думаю, нет...
— Ты по-прежнему моя жена, и я отвечаю за твое благосостояние, —
продолжил Сантино более мягко. — Мне не хотелось бы видеть тебя
рыдающей на моей постели. Впредь мне придется контролировать свои желания.
— Да... Я имею в виду... — Фрэнки съежилась и отвела взгляд, боясь
открыть слишком многое. Да, ей было обидно, что он столь стремительно
покинул ее.
— Понимаю, что ты немного обижена, — с грустью пробормотал
Сантино. — Секс должен быть одинаково приятен обоим партнерам. Мне
следовало подумать и о твоих чувствах.
— Прекрати говорить мне подобные вещи! — воскликнула Фрэнки с
нарастающим раздражением. — Я тоже знала, что делала.
— Я приготовлю для тебя ванну и распоряжусь принести ужин. Ты, должно
быть, проголодалась...
Фрэнки выбралась из постели, завязала легкое голубое покрывало узлом на
груди и поспешила в ванную. Она следила, как Сантино открывает позолоченные
краны, пуская воду. Каждое движение Сантино восхищало ее. Она могла
признаться в этом без стыда, потому что знала, что по-прежнему по уши
влюблена в него.
В глубине души она чувствовала гордость за его одержимость в страсти. Хочет
он того или нет, Сантино действительно нуждается в ней.
Она знала и другого Сантино, нежного и заботливого. Вот и сейчас он готовит
ванну для нее. Он даже признал, что был недостаточно внимателен к ней.
Многие ли мужчины способны на такое?
Она действительно в свои шестнадцать лет выбрала самого лучшего мужчину. К
сожалению, он не питает к ней таких же глубоких чувств. Она должна завоевать
его сердце за предстоящие три недели. Боже, помоги мне, лихорадочно молилась
она.
Сантино выпрямился и увидел, что она пристально смотрит на него. Легкий
румянец появился на его щеках.
— Не смотри на меня так, — выдохнул он.
— Как? — Фрэнки едва сдерживалась, чтобы не броситься ему на шею.
— Если нам хорошо в постели, это не значит, что мы любим друг друга,
рiccola mia... — сказал Сантино.
Фрэнки побледнела, услышав такие слова. — Я знаю, — попыталась
засмеяться она, но смех застрял у нее в горле, сменившись звуками, похожими
на стон.
— Сейчас ты не понимаешь своих чувств, — самоуверенно заявил
Сантино. — Когда-то ты влюбилась в меня... а теперь я — твой первый
любовник...
— Тебя невозможно остановить! — беспомощно проговорила Фрэнки.
— Если бы я знал, что ты девственница, Франческа... я никогда бы не
прикоснулся к тебе, — с убийственной откровенностью заметил
Сантино. — Ложась с тобой в постель, я не предполагал, что все так
осложнится.
Неловким движением Фрэнки скрестила на груди руки.
— Осложнится?.. — Даже ей самой голос показался ненатурально
бодрым.
— Возможно, я неудачно выразился, — заметил Сантино. — Но ты
действительно убеждала меня, что имела других любовников... Франческа, это
совсем не тот разговор, который я хотел бы вести сейчас. Думаю, нам обоим
нужно немного остыть.
Его признание лишило ее последних сил. Фрэнки почувствовала, что не владеет
собой.
— Понятно... Хотя у меня нет сексуального опыта, мне все понятно. Ты —
один из тех мерзавцев, которые возникают на одну ночь, а потом исчезают, как
предрассветный туман!
— Откуда тебе знать? Dio mio...Ведь я первый мужчина в твоей
жизни, — бросил Сантино.
Фрэнки едва держалась на ногах, прислонившись спиной к стене.
Сантино медленно покачал красивой головой устремив на нее взгляд.
— Возможно, я без сожаления узнал твою тайну...
— К тебе вернулся здравый смысл... ты получил что хотел, и сейчас
исчезаешь? — с болью бросила Фрэнки. — Итак, ты можешь больше
ничего, не говорить!
Лицо Сантино исказилось от ярости. С гневным нетерпением он взмахнул рукой.
Взгляд горящих глаз пронизывал ее.
— Твой любимый жанр — мелодрама. Одумайся, черт возьми! — Он
заскрипел зубами. — У меня и в мыслях не было ничего подобного! Ты —
моя жена и, возможно, носишь моего ребенка!
— О, только не это! — Фрэнки едва не бросилась на него с кулаками.
— Santo cieio... Неужели ты думаешь, что у меня не хватило бы ума
поберечь тебя? — мрачно проговорил Сантино.
— Я хочу принять ванну, — объявила Фрэнки, глядя на воду, словно
пытаясь найти в ней избавление. Не оставалось сомнений, что Сантино не
терпится сбежать от нее. — А затем я намерена лететь домой в Лондон,
где постараюсь как можно быстрее оформить развод.
Сдерживая гнев, Сантино посмотрел на нее осуждающим взглядом.
— Ты не поедешь никуда. Пару дней я поживу в своей городской квартире.
Нам необходимо время, чтобы спокойно все обдумать.
Фрэнки отвернулась.
— Уходи! — лихорадочно потребовала она.
— Посмотри на меня...
— Не хочу... Оставь меня...
Сантино шагнул к ней и обнял ее.
— Я не могу оставить тебя в таком состоянии, саrа mia.
Фрэнки резко вырвалась из его рук и сделала шаг в сторону.
— Прекрати обращаться со мной, как с больным ребенком. Я уже взрослая!
— Взрослые себя так не ведут.
Фрэнки в гневе повернулась и сильно толкнула его в грудь. От неожиданности
Сантино потерял равновесие и рухнул в воду, подняв целый фонтан брызг.
Фрэнки истерически засмеялась. Сантино бросил на нее взгляд, полный
испепеляющей ярости, положил сильные руки на керамический бортик и одним
движением встал на кафельный пол.
— Будь ты мужчиной, я бы размазал тебя по стенке! — прорычал он.
Фрэнки прикрыла рот рукой. Мокрый костюм прилип к его телу, на полу был
потоп.
— Это случайность, — выдохнула она. — Правда случайность. Я.
совсем не хотела, чтобы ты упал...
— Да, конечно! — огрызнулся Сантино, взмахнув загорелой
рукой. — Я. не вернусь, пока ты не повзрослеешь!
Громко хлопнув дверью, Сантино вышел из ванной. Жаль, что у него совершенно
нет чувства юмора, думала Фрэнки. Сантино, в конце концов, не совершенство.
Тоска и одиночество, столь знакомые ей, с новой силой охватили ее.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Фрэнки обнаружила своего медвежонка, сидящего на полке в гардеробной
Сантино. Медвежонок был потерт, но по-прежнему носил клетчатый шарфик. Она
прижала к груди свою старую игрушку, словно лучшего друга.
Сантино уехал. Она ощущала себя несчастной и брошенной. Погас свет ее жизни.
Она знала, что глупо чувствовать себя подобным образом, но ничего не могла с
этим поделать. Сантино предложил ей три недели, а провел с нею лишь один
день.
Единственная причина, заставлявшая Сантино держать ее здесь, — страх,
что она забеременела от него. Он будет счастлив отпустить ее, когда она
сможет уверить его в обратном. Фрэнки вела себя достаточно спокойно:
невозможно представить себя беременной от мужчины, который не желает быть ее
мужем...
Нет, Сантино не любил ее и, очевидно, никогда не полюбит, потому что, видит
Бог, он влюбился бы в нее давным-давно. Ясно, что он считает ее навязчивой и
лишней, Сантино — ее полная противоположность. Образованный,
дисциплинированный, подчиняющийся холодной логике и сдерживающий эмоции...
Да, он способен справиться с
привязанностью
, неохотно признала Фрэнки.
Сантино вернулся на другой день.
— Я скучал по тебе, — признался он, глядя на нее сияющими
глазами. — Я действительно скучал по тебе.
— Думаю, в данных обстоятельствах это даже забавно...
— Забавно? — Улыбка сменилась гримасой.
— Не нравится черный юмор? — с легкостью проговорила
Фрэнки. — Я рада, что мы снова будем друзьями. Ты должен признать, что
мы ничем не связаны, потому что у нас нет ничего общего... кроме постели —
но это лишь взаимное любопытство, которое привело к паре забавных эпизодов.
Ты знаешь...взрослые люди не принимают это всерьез.
Сантино нахмурился.
— Чего ты хочешь от меня? — набросилась на него Фрэнки.
— Я просто хочу, чтобы ты была сама собой.
— Я не понимаю...
Сантино обнял ее.
— Это неважно, саrа mia. Я виноват перед тобой. Мне не следовало
оставлять тебя одну.
Фрэнки хотелось броситься ему в объятия, но она не позволила себе даже положить голову ему на плечо.
— Честно говоря, я была рада остаться одна.. но я действительно хочу
как можно скорее вернуться в Лондон... Ты согласен?
— Нет об этом не может быть и речи, — немедленно ответил Сантино.
— Но почему? — спросила Фрэнки, по спешно освобождаясь из уютного
плена его рук.
Сантино надежно укрылся под маской спокойствия.
— Ты думаешь, что я беременна? — пробормотала она наконец.
Сантино посмотрел на нее с грустной улыбкой.
— За удовольствие нужно расплачиваться.
— Ты можешь быть серьезным... Возможно, нам повезет.
— Все зависит от смысла, который ты вкладываешь в эти слова. Когда
будет известно? — лениво поинтересовался Сантино.
Она пожала плечами.
— Рано или поздно... но не спрашивай меня когда, потому что я не вполне
уверена.
Поскольку короткое ежемесячное событие ничуть не нарушало обычную жизнь
Фрэнки, она не утруждала себя записями дат.
— У нас нет недостатка времени, — с невероятным спокойствием
ответил Сантино. — И нет смысла беспокоиться о том, на что нельзя
повлиять.
— Раньше ты относился к этому иначе.
— Возможно, меня согревает мысль, что я стану отцом... наверное, я даже
почувствую разочарование, если окажется, что ты не беременна, —
несколько напряженно проговорил Сантино.
Фрэнки онемела от столь откровенного признания. Наконец ее осенило.
— Можно сделать аборт.
Сантино в шоке отпрянул от нее.
— Ты не сделаешь этого!
Фрэнки покачала головой. Она знала, по-чему он стал так добр и ласков.
Сантино намеревается наладить их отношения. Очень разумно и практично,
подумала она, презирая его предусмотрительность. Что бы ни случилось, они
намерены развестись. Он открыто заявил об этом с самого начала, не так ли?
Сантино улыбнулся.
— Я проголодался. Наверное, нам уже подали ленч.
Через несколько минут они сидели за столом, накрытым на тенистой веранде.
— Между прочим... я сдал виллы в аренду твоему партнеру, — сказал
Сантино, — Однако полагаю, ты сочтешь неудобным продолжать работать с
Мэтом Финли.
— Но почему?
— Он не умеет достойно проигрывать. Он будет злиться, потому что ты
ущемила его
эго
...
— Мы с Мэтом хорошие друзья...
— Друзья не возводят грязную ложь, — сухо возразил Сантино.
Это напоминание заставило Фрэнки покраснеть.
— Пару месяцев назад он начал ухаживать за мной, — с грустью
призналась она. — Раньше этого не было. А потом, на ферме, он сказал,
что с деловой точки зрения было бы разумно жениться на мне...
— Да, женщина с деньгами очень притягательна для такого мужчины,
особенно если доходы агентства падают.
Фрэнки вдруг вспомнила, что Мэт не раз отмечал роскошный образ жизни ее
матери. Он вполне мог предположить, что женитьба на дочери Деллы в конце
концов принесет прибыль.
— Почему Мэт так меркантилен? — с болью прошептала Фрэнки. —
Неприятно сознавать, что человек, которому я доверяла, рассматривал меня как
свинью-копилку. И какое ужасное двуличие! Все это время Мэт делал вид, что я
ему действительно интересна... Подумать только, я даже опасалась обидеть его
чувства! — С гримасой отвращения Фрэнки взглянула на Сантино,
удивляясь, почему он столь необычно спокоен.
Его выразительные губы сложились в недобрую усмешку.
— Ужасное двуличие, — покачал головой Сантино.
Фрэнки вдруг вспомнила о своем признании, что сама пять лет жила на деньги
Сантино. Она покраснела, не зная, куда деть глаза.
Сантино непринужденно дотронулся до ее руки.
— Давай поговорим о чем-нибудь более приятном, — предложил
он. — Как ты собираешься провести следующие несколько недель?
Слава Богу, Сантино не стал продолжать эту тему.
— Как? — мечтательная задумчивость отразилась на ее лице. — Я
бы хотела увидеть Рим...
— Значит, мы поедем в Рим, — согласился Сантино.
Весь день он показывал ей имение. После ужина Фрэнки, почувствовав
усталость, поднялась в спальню.
Естественно, они больше не будут спать в одной постели. Чем меньше
напоминаний об их коротком романе, тем легче будет освободиться от него.
Если следующая пара недель — все, что осталось, она бы хотела провести их с
максимальной пользой.
Фрэнки только устроилась в соседней спальне, когда появился Сантино,
Испуганная, она села в постели. На Сантино было лишь банное полотенце,
небрежно повязанное на стройных бедрах. Не говоря ни слова, он поднял ее на
руки и понес в свою комнату.
— Что ты делаешь? — воскликнула она. — Мы ведь только друзья!
— Мне не нужен еще один друг. У меня предостаточно друзей. Ты должна
быть на — своем месте, в моей постели, — объявил Сантино, укладывая ее
на кровать и ложась радом.
— Но мы собираемся разойтись! — пролепетала Фрэнки.
— Если тебе очень повезет, я первым уйду в могилу, и ты останешься
счастливой и очень богатой вдовой, — с горькой иронией возразил
Сантино. — Маdre di Dio...
— Не смей говорить подобных вещей дажев шутку! — испуганно
воскликнула она. — Я умру, если что-то случится с тобой!
— Это уже чересчур, — проговорил Сантино с насмешкой, которая
болью отозвалась в ее сердце. — Невозможно поверить, что такое говорит
женщина, которая без зазрения совести лгала, выманивая у меня деньги в
течение пяти долгих лет...
— Но это не я...
— Ах, так это Делла, — с удовольствием проговорил Сантино. —
Прости, но мне пришлось завлечь тебя в ловушку, саrа mia. Смерть и
вероломство — невыносимая комбинация.
— О нет... — в ужасе простонала Фрэнки, когда поняла, что
проговорилась.
— Я все понял за ленчем, — заверил ее Сантино. — Когда ты с
такой обидой говорила о бесчестных намерениях Финли, я окончательно понял,
что ты никогда в жизни не повела бы себя подобным образом. Тебе никогда
ничего не удавалось скрыть от меня. У тебя все написано на лице, и ребенок
догадается, когда ты лжешь.
— А мама? — неуверенно прошептала Фрэнки, с трудом понимая, о чем
он говорит.
— Тебе следовало бы знать, что я никогда не стал бы преследовать ее.
Привлечь Деллу к открытому судебному разбирательству? — Сантино
расхохотался, — Я бы не подверг тебя и мою семью такому испытанию даже
ради того, чтобы наказать ее.
— Ты хочешь сказать, что никогда не планировал... — едва слышно
прошептала Фрэнки.
— Никогда.
— Но я поверила тебе... ты насмерть перепугал меня!
Сантино посмотрел на нее с ленивой улыбкой.
— Неужели?
Фрэнки метнулась через широкую кровать.
— Как ты смел так поступить со мной? — злобно прокричала она.
— В тот момент — с удовольствием, — признался Сантино. — В
конце концов, пока ты столь хитроумно защищала совершенно беспринципную
женщину, тебе ни разу не пришло в голову подумать обо мне.
— О тебе? — эхом повторила Фрэнки, обозленная и шокированная столь
нелестным отзывом о своей матери.
Сантино заключил ее в объятия, страстно прижимаясь к ее трепетному телу.
Они провели восхитительные две недели в Риме, осматривая
достопримечательности Вечного города.
Все это очень похоже на медовый месяц, с болью подумала Фрэнки. Но в глубине
души она знала, что Сантино просто страхует себя.
Зачем иначе он делает все это? Сантино совершенно уверен, что она беременна.
Надо признать, он больше ни разу не говорил об этом, но его поведение
показывало, что, если она носит ребенка, развода не будет. Забавно, но
сейчас она отчаянно желала того, чего прежде боялась.
По дороге на виллу Фрэнки сжалась от страха. Слабая, едва заметная судорога
в животе. Знакомое, слишком знакомое ощущение. Она отвернулась от Сантино,
глаза наполнились мукой, краска отлила от лица. Да, она не беременна.
Необходимо сказать ему прямо сейчас.
Сдавленный стон вырвался из груди, когда она выходила из машины.
— Что случилось? — с тревогой спросил Сантино.
— Ничего! — прокричала она, бросаясь в ванную.
— Франческа! — позвал Сантино.
— Я выйду через минуту! — пообещала она.
Хотя еще не было реального подтверждения наступления месячных, она знала,
что оно появится очень скоро. С ее точки зрения, та единственная судорога
была окончательным и бесспорным свидетельством.
— Ты нехорошо себя чувствуешь? Не пора ли сделать тест на
беременность? — с бестактностью победителя спросил Сантино, сияя
восторгом.
— Я ненавижу тебя... убирайся вон! — зарыдала Фрэнки.
Сантино поднял ее на руки, словно хрупкую, драгоценную вазу, и осторожно
уложил на кровать. Она перевернулась на бок.
— Оставь меня! — простонала Фрэнки сквозь рыдания, чувствуя себя
все более виноватой.
Никогда раньше Фрэнки не стыдилась себя так сильно. Она не смела даже
взглянуть ему в глаза. Неужели она была готова использовать ребенка, чтобы
привязать к себе Сантино? Неужели она такая эгоистичная и безнравственная
женщина? Это было бы крайне несправедливо, если он не любит ее.
— Ты серьезно... искренне... хочешь, что-бы я оставил тебя? —
изумился Сантино, заглядывая в ее залитое слезами лицо. — Ты пожалеешь,
если я уйду.
Слова признания готовы были сорваться с ее губ. Фрэнки бессильно уткнулась
лицом в подушку.
— Я должна побыть одна, — в отчаянии простонала она.
Сантино молча вышел из комнаты. Она должна успокоиться, чтобы обсуждать их
развод. И что подумает о ней Сантино после подобной истерики? Удастся ли
объяснить ее сильным предменструальным синдромом? Боже милостивый, она
готова сообщить любую ложь, лишь бы не позволить ему догадаться об истинной
причине своих переживаний. Фрэнки изо всех сил старалась казаться
легкомысленной и непринужденной. Она вела себя так, будто ей нравится их
короткий роман. Гордость требует, чтобы, расставаясь с Сантино, она ушла с
высоко поднятой головой.
Фрэнки давно знала, почему он продолжает спать с ней. Действительно, вся
недавняя нежность и забота Сантино — часть его игры. Их брак мог быть
счастливым. Он был убежден, что она беременна... и ошибся.
Измученная, Фрэнки забылась беспокойным сном. Ее разбудил телефонный звонок.
Все еще полусонная, она сняла трубку.
— Я в Милане, — сообщил холодный голос Сантино.
— Что ты там делаешь? — закричала Фрэнки. Она не ожидала, что он
отправится на другой конец страны!
— Ты, похоже, хотела узнать... как я смел покинуть тебя? — ласково
перевел Сантино.
— Нет, я просто поинтересовалась... вот и все, — выдохнула Фрэнки.
— Я участвую в банковской конференции Европейского Сообщества и пробуду
здесь два дня, — известил Сантино, словно зачитал смертный приговор.
— Два дня? О, как это мило, — запинаясь пробормотала она.
— Я хотел предложить тебе присоединиться...
— Нет, нет, спасибо, — торопливо отказалась Фрэнки, прежде чем он
успел договорить. Она нервно вздохнула, презирая свое малодушие. Сантино
имел право знать, что она не носит его ребенка. — Да, кстати, —
равнодушно прибавила она, — я не беременна.
Ответа не последовало. Кровь молотом стучала в ее ушах.
— Чудесная новость?! — воскликнула Фрэнки, смахивая слезы, текущие
по щекам. — Уверена, ты рад не меньше меня. Поговорим, когда вернешься.
Она положила трубку. Теперь она чувствует себя намного лучше. Объясниться по
телефону оказалось значительно проще. Можно было не сгорать со стыда,
наблюдая радость Сантино, и не прятать свое разочарование.
У нее осталось два дня, чтобы разобраться в себе. Она спокойно встретит его
в аэропорту. Не будет драматических объяснений и слез, когда они начнут
обсуждать развод, а на следующий день она улетит в Лондон.
К рассвету следующего дня Фрэнки с новой силой охватили сомнения. Месячные
по-прежнему не наступили. Она больше не испытывала знакомых судорог, а груди
налились. Что, если она поторопилась со своим сообщением?
Днем Фрэнки заказала тест на беременность. Она была в шоке, когда получила
положительный результат. Радость и отчаяние обрушились на нее одновременно.
Зачем она поторопилась сообщить Сантино, что не беременна? Как же теперь она
скажет ему, что ошиблась?
На следующий день Фрэнки приехала в аэропорт. Ей не терпелось снова увидеть
Сантино и понять его реакцию на новость, сообщенную ею по телефону. Если он
счастлив сверх меры, забавно будет разочаровать его.
Когда самолет приземлился и подали трап, первой появилась — стройная
блондинка, облаченная — в розовый костюм. Следом за ней вышел. Сантино.
Оживленно беседуя, со спутницей, Сантино приближался к Фрэнки, У нее
засосало под ложечкой, холодная испарина выступила на лбу.
— Кто эта женщина? — спросила она шофера, стоявшего в нескольких
шагах от нее.
— Метина Бучелли, синьора.
Фрэнки, замерла, не в силах поверить своим, ушам и бросилась бежать к
выходу. Одновременно трое мужчин вынырнули словно из ниоткуда, пересекли
дорожку и направили свои камеры на Сантино. Телохранители Сантино не теряли
времени даром и удалили назойливых папарацци. Сантино и его спутница
ускорили шага и подняли головы.
Фрэнки узнала блондинку в тот самый момент, когда Сантино увидел Фрэнки у
окна. Лучезарная улыбка начала было формироваться на его губах, но затем, в
мгновение ока, он, похоже, понял, в какой ситуации оказался. Сменив улыбку
на испуганный взгляд и отбросив в сторону портфель и еще какую-то забавную
мохнатую штуку, которую нес в руке, Сантино стремительно сорвался с места.
Но он опоздал. Выйдя из своего — паралича, Фрэнки бегом пересекла зал и,
словно возвращающийся домой почтовый голубь, нырнула в спасительную толпу
людей.
Фрэнки сидела, рассматривая нетронутое пирожное.
Она поняла, что блондинка, целовавшая Сантино в Кальяри пять лет назад, и
Мелина Бучелли — одно и то же лицо.
Она никогда не спрашивала о женщине, с которой он ей изменил. Ее больше
ничего не интересовало. Фрэнки даже не предполагала, что Сантино может
продолжить отношения с этой женщиной. Ей легче было думать, что та блондинка
была случайной знакомой...
Мелина Бучелли принадлежала к его среде и к тому же исключительно красива.
Воспаленный разум Фрэнки не мог понять, какие отношения связывают Сантино с
этой женщиной.
Пять лет назад он был любовником Мелины, но не аннулировал брак с Фрэнки,
чтобы жениться на другой женщине. Зачем Сантино позволил их браку
существовать так долго? Озадаченная, она не могла прийти ни к одному
разумному объяснению. Этот вопрос необходимо было задать ему.
Но какое значение это имеет сейчас, хмуро спрашивала, себя Фрэнки. Позавчера
она сказала Сантино, что не беременна. Она сняла с него всякую
ответственность, и он, совершенно справедливо, начал праздновать это
событие. С того самого момента он, очевидно, счел себя свободным от
обязательств по отношению к Фрэнки. Зная, что можно безбоязне
...Закладка в соц.сетях
