Жанр: Любовные романы
Анжелика 5. Бунтующая анжелика
...утешал он сам
себя. - Она сможет даже взять в руки моего нечестного компаньона! Но если ее
посадят в тюрьму, она там погибнет - ведь она так любит хорошо поесть".
На дороге послышался шум колес и показалась тележка, за оглобли которой
держалась потная и пыхтящая госпожа Маниго. В тележке были в беспорядке
свалены ковры, одежда, шкатулки и ларцы, а главное, драгоценная посуда
фабрики Бернара Палисси. Обе дочери и служанка толкали тележку сзади.
Утомление ничуть не укротило эту даму. Едва увидев супруга, она набросилась
на него с упреками и обвинениями.
- Теперь твоя очередь, - приказала она зятю, передавая ему оглобли. - И
ты, лодырь, - напустилась она на старого Сирики, - не мог меня подождать, а
умчался, словно ласточка...
- Ты так и проехала через ворота Св. Николая со всем этим добром? -
спросил покрасневший от гнева Маниго.
- Ну и что?
- И тебе ничего не сказали?
- Они попробовали сказать. Только я их болтовню слушать не стала.
Посмотрела бы я, кто мне помешает проехать!..
- Ну, раз вы уже здесь, идите вперед и поторапливайтесь, - велела
Анжелика с досадой. Толстуха устроила скандал у ворот. Появилась там, таща
за собой, как цыганка, эту тележку. Переругиваясь с часовыми, она могла
выболтать и то, куда направляется, и то, что собирается покинуть навсегда
Ла-Рошель с ее противными жителями. Она любила распространяться на эту тему,
потому что сама была родом из Ангулема и жизнь в портовом городе ей вообще
не нравилась.
Анжелика, ведя за руку Онорину, пошла к скале, время от времени
оборачиваясь, чтобы поторопить Маниго, которые далеко позади тащили тележку
и спорили. Потом она повернулась и поглядела на город. Ла-Рошель, сверкающая
белизной на солнце среди серых низин, как никогда походила на корону со
многими лепестками. Но у стен города, со стороны ворот Св. Николая,
появилось пятнышко пыли, встревожившее Анжелику. Она ускорила шаги и скоро
догнала семейство булочника.
- Вот Маниго взяли тележку, - сварливо говорила его жена, - я бы тоже
могла уложить все на тачку...
- Как бы Маниго не погубили нас всех со своей тележкой, - сухо заметила
Анжелика. Бегом она обогнала колонну и подошла к мэтру Берну.
- Посмотрите туда, что вы там видите? - она задыхалась. Купец шел быстро,
держа Лорье за руку. Он поднял глаза в указанном направлении.
- Я вижу пыль, поднятую группой всадников. - Через минуту он добавил:
- Всадники в красных мундирах. Они едут прямо к нам.
Матрос, шедший впереди, тоже заметил их. Он бросился бежать, держа двоих
детей под мышками и крича, чтобы все скорее прятались за дюнами.
Анжелика вернулась немного назад и крикнула Маниго:
- Поторапливайтесь! Бросьте тележку! За нами гонятся драгуны.
Все бросились бежать, спотыкаясь на песчаной дороге. Женские юбки
цеплялись за кусты. Уже был слышен тяжелый стук лошадиных копыт.
- Скорее! Скорее! Да бросьте же, Бога ради, тележку.
Маниго вырвал из рук жены оглобли, за которые она держалась, и несмотря
на крики и ругань, потащил ее вперед. Анжелика схватила свободной рукой
Жереми; к счастью, он был легок как эльф и, подгоняемый страхом, изо всех
сил перебирал своими ножонками. Жозеф поддерживал едва дышавшую Женни.
- Не могу больше, - простонала она...
Заметив беглецов, драгуны испустили торжествующий крик. Им сказали, что
гугеноты пытаются сбежать. Это была дерзость с их стороны, но уйти им не
удалось. Вот они - бегут к морю, как перепуганные зайцы, в беспорядке. Ага!
Черт побери это протестантское отродье... На этот раз им достанется! От
"миссионеров в сапогах" еретикам не уйти!
Драгуны обнажили сабли, лейтенант скомандовал в атаку. На скаку чья-то
сабля задела брошенную тележку Маниго. Ткани разлетелись. Великолепный
фарфор хрустнул под копытами...
Слыша этот галоп и торжествующие вопли, Анжелика подумала: "Ну, теперь мы
пропали". Она мчалась изо всех сил - так, как когда-то, спасаясь вместе с
Коленом Патюрелем из-под стен Сеуты. Жереми споткнулся, она удержала его за
руку и опять поставила на ноги. Прижавшаяся к ее уху Онорина смеялась и
пронзительно вскрикивала - ей очень нравилась эта игра. Наконец Анжелика
добежала до дюн и бросилась под укрытие первой же кучи песка. Жалкое это
было укрытие...
Драгуны были уже почти рядом. Они почти нагнали медленно, со стонами
тащившиеся пары Маниго с женой и его зятя с беременной женой.
И вдруг, когда казалось, что сейчас уже сабли обрушатся на их головы,
защелкали мушкеты, запах пороха проник в ноздри, вокруг поднялись дымки
выстрелов.
Голос Никола Перро был слышен всем беглецам:
- Не оставайтесь тут! Ползите к скале. Оттуда вам помогут спуститься.
Анжелику тронули за плечо. Это был смуглый матрос, один из сопровождавших
ее, оставшийся здесь, видимо, по распоряжению того, кто говорил
по-французски. Как ни странно, только сейчас она сообразила, к какой расе он
принадлежит. "Ну, конечно. Это же мальтиец!" Совсем неуместная догадка в
такую минуту. Он знаком показал ей, что надо отползти назад по отлогой
скале. Анжелика осторожно приподняла голову и сквозь сухие стебли увидела,
что лошади мечутся и ржут в дыму, а на земле уже лежат тела в красных
мундирах.
Беглый огонь мушкетов оборвал атаку драгун, они отъехали назад и начали
перестраиваться.
Сердце Анжелики исполнилось восторга. Он предвидел, что за ними могут
погнаться, и заранее разместил вооруженных пиратов в засаде между дюн, чтобы
оборонять место посадки на корабль.
Она стала отползать, подталкивая детей. Теперь она увидела, повернув
голову, судно с поднятыми парусами в заливе. Совсем близко уже была дорожка,
спускавшаяся к берегу.
- Госпожа Анжелика, так вы не ранены! - Это мэтр Берн подполз к ней с
пистолетом в руке. - Почему же вы задержались?
- Из-за этих недотеп, - она сердито показала на чету Маниго, тяжело
шагавших, оступаясь на скользком песке.
- Я ранена, я ранена! - стонала госпожа Маниго. Может быть, ее
действительно задела пуля. Она висела всей своей немалой тяжестью на муже,
который ругаясь, тащил ее.
- Где Лорье? - спросила Анжелика.
- Матросы уже сажают детей в лодки. Я беспокоился о вас и вернулся. Слава
Богу, капитан этого корабля позаботился о защите!.. Он там внизу, на берегу,
руководит посадкой.
- Он там! Ах, это замечательный человек, не правда ли?..
- Едва ли... Он в маске, как я видел, и командует пиратами...
Перестрелка вспыхнула снова. Драгуны, перестроившись, попытались вновь
напасть, и опять мушкетный огонь отогнал их. Но некоторые из них спешились и
направились к дюнам, чтобы встретиться с противником лицом к лицу. Матросы с
"Голдсборо", раньше сторожившие драгун со скалы, стали отходить к своим.
Пока они еще оставались на скале, обороняя посадку, драгунам было нелегко
приблизиться к беглецам. Но стоило последним мушкетерам отойти на берег, как
спускавшиеся туда протестанты оказались без защиты: королевские солдаты
могли убивать их стреляя со скал. Некоторые драгуны попробовали предпринять
обходный маневр, и красные мундиры появились на вершинах соседних скал. К
счастью, мушкетов у них было мало, - в основном сабли и пистолеты. По
приказу лейтенанта двое самых неистовых рискнули спрыгнуть прямо вниз, но
поломали себе ноги, и их вопли охладили энтузиазм тех их товарищей, которые
собирались последовать за ними.
Матросы с "Голдсборо" охраняли единственное оставшееся место спуска.
Другие моряки спускали детей и женщин, усаживали их в плясавшую на волнах
лодку и гребли изо всех сил, торопясь подойти к судну, готовому уже сняться
с якоря. На реях видны были другие матросы, расправлявшие снасти; надо было
правильно распределить нагрузку и изменить площадь парусности, когда корабль
двинется.
Мэтр Габриэль и Анжелика медленно отходили, держа за руки Онорину.
Мальтиец заботился о Жереми. Матросы с мушкетами осторожно отходили с
прежних мест.
Лейтенант прокричал драгунам:
- Не бойтесь ничего! Скоро эти бандиты спустятся вниз и тогда мы их
перестреляем. Эй вы, внизу, стреляйте по шлюпке!
Он обращался к тем солдатам справа от себя, которые успели уже добраться
до берега. Целиться в беглецов и пиратов с мушкетами они не могли, так как
тех закрывала нависавшая скала. Зато лодка, подплывавшая уже к кораблю, хотя
и была далеко, но представляла хорошую цель. Скоро пули заплясали вокруг
нее, а в группе женщин и детей, столпившихся в ней, раздались вопли ужаса.
Находившийся там же пастор Бокер встал на ноги, несмотря на протест пирата,
управлявшего шлюпкой, и запел своим старым, надтреснутым голосом псалом.
Матросы на шлюпке быстро гребли, чтобы скорее выйти из опасной зоны. Это
им удалось - на шлюпке никто не был ранен. Но предстояло вернуться к берегу,
чтобы забрать оставшихся.
А драгуны успели за это время пристреляться.
- Они от нас не уйдут! Смелее! Следующий раз никого не упустим, - кричал
лейтенант. - Будьте наготове, драгуны!
Щелкнули "собачки" мушкетов, зазвенели шомпола, которыми прочищали дула,
и цепочки от рогов с порохом. Некоторые солдаты, надеясь на близкую удачу,
высунулись вперед, чтобы вернее попасть в тех, кто еще не спустился со
скалы.
Анжелика спускалась по крутой тропинке и вдруг перед ней возник усатый
драгун с поднятой саблей. Габриэль бросился вперед, выстрелил, и драгун
свалился, но последним конвульсивным движением успел еще нанести удар.
Купец, раненный в плечо и висок, упал бы со скалы, если бы Анжелика не
подхватила его в последнюю секунду. Но сама она не могла удержаться на ногах
под весом тяжелого тела и, зовя на помощь, чуть не скатилась вниз. На помощь
ей пришел чернолицый матрос из команды "Голдсборо"; поддерживая раненого, он
кое-как спустил их по козьей тропинке.
На берегу раздалась команда по-английски, вероятно, приказ отходить, так
как последние пираты из прятавшихся среди дюн вскочили и обезьяньими
скачками присоединились к товарищам внизу.
- Путь свободен! Теперь сюда!.. - кричали драгуны, скучившись.
Анжелика на кучке осыпавшихся камней соскользнула на песок, поддерживая
окровавленную голову мэтра Берна.
- Он умер! Он умер! Бедный мой друг.
Кто-то схватил ее за талию и заставил обернуться. Это был Рескатор.
- Наконец-то вы! Конечно, самая последняя! Сумасшедшая женщина!
Он явно смеялся под маской. Словно гибель не грозила им в эту минуту -
ведь он со своими матросами оставался без всякого прикрытия на берегу, куда
шлюпка не могла подойти, потому что над головой у них стояли драгуны, словно
рядом не лежали раненые, пятная кровью гальку и песок, словно не настал их
последний час...
Он смеялся, прижимая ее к себе, словно любил ее, рабыню, купленную в
Кандии, невероятной варварской любовью, усиленной всеми бедами и
трудностями, которых она ему стоила.
Но Анжелика билась и вырывалась из его рук, оглядываясь во все стороны,
потому что новая страшная тревога пронзила ее.
- Онорина! Где же Онорина?.. Я выпустила ее из рук, чтобы поддержать
раненого мэтра Берна... Неужели она осталась там, на скале?..
Она пыталась вырваться и опять полезть вверх. Он удержал ее железной
рукой:
- Куда вы рветесь, несчастная? Стойте здесь! Сейчас пушки дадут залп, и
от вас ничего не останется.
На борту корабля подняли заслонки, из-за которых показались черные дула
десяти пушек.
Из уст Анжелики вырвался дикий вопль загнанного зверя. На скалистой
тропинке она увидела зеленый чепчик Онорины. Девочка была у самого края и
могла вот-вот свалиться вниз. В общем шуме ничего нельзя было разобрать, но
можно было догадаться, что она плачет от страха и зовет мать, оказавшуюся
внизу, под обрывом. А сверху к ребенку уже приближались драгуны.
- Дочка! Дитя мое! - кричала Анжелика вне себя. - Спасите ее! Ее сейчас
убьют! Она свалится вниз!
Железная рука безжалостно держала ее, не давая шевельнуться.
- Оставьте меня, там моя дочь! Мое дитя! Онорина!.. Онорина!..
- Не двигайтесь с места. Я пойду за ней.
Парализованная ужасом, она смотрела, как Рескатор с поразительной
ловкостью взобрался по обрывистой тропке. К ребенку уже приближался
королевский солдат. Рескатор выстрелил ему прямо в лицо из своего пистолета,
а другой рукой схватил девочку, словно какой-то узел. Раненный им солдат
зашатался и грохнулся на прибрежные камни в нескольких шагах от Анжелики. В
эту минуту с корабля начали стрелять пушки, полетели осколки скал, поднялся
страшный грохот.
Анжелике показалось, что Рескатор и Онорина погребены под обвалом камней
и земли. Но вдруг из облаков пыли и дыма появился силуэт пирата.
- Берите свою дочь! И держите ее получше!
- Она не ранена?
- Кажется, нет. Теперь надо садиться в лодку.
Пользуясь расстройством в рядах драгун, которых настигли пушечные ядра,
шлюпка вернулась к берегу. Матросы перенесли в нее мэтра Берна и одного из
своих, тоже раненого. Анжелику бесцеремонно втолкнули в шлюпку, посоветовав
сесть прямо на дно. Она услышала голос Рескатора:
- Больше шлюпка не сможет подойти к берегу. Все должны уехать этим
рейсом.
Он последний забрался в лодку и повернулся к белым стенам шарантских скал
с театральным жестом:
- Прощайте, негостеприимные берега! Он стоял в самой корме шлюпки,
представляя собой удобную цель. К счастью, солдаты, деморализованные
неожиданным обстрелом и потерявшие многих из своих рядов, уже не думали
стрелять. Лейтенант был тяжело ранен, его помощник отдавал противоречивые
приказы и орал так, что беглецы могли их расслышать.
- Скачите скорее и просите поддержки в Пор-Луи.
- Оповестите флот в Сен-Мартине на острове Ре и Большую крепость на мысу
Саблонсо...
- Не дадим этому разбойнику уйти из наших рук...
На "Голдсборо" уже поднимали якорь. Марсовые подтягивали шкоты, ветер
сразу заполнил укрепленные паруса. Капитан Язон отдавал с мостика приказы
так спокойно, словно дело было в порту на глазах у толпы зевак. Матросы
носились по реям, подтягивая кое-где ванты и шкоты...
В это время подошла шлюпка, переполненная последними беглецами, и стала с
другой стороны корабля, вне досягаемости выстрелов с берега, так что можно
было переправить людей на борт уже начавшего двигаться "Голдсборо". Онорину
подхватил матрос с черной повязкой на одном глазу, напомнивший Анжелике
Кориано, помощника д'Эскренвиля. Но Онорине это неблаговидное лицо
понравилось, она обняла матроса за шею и даже не пискнула, пока он подымался
с нею по веревочной лестнице. Поднять двух раненых было сложнее и опаснее,
но и это прошло благополучно. Наконец все оказались на мостике, шлюпку
подняли на блоках и крепко принайтовили у шканцев. Все это совершалось с
образцовой быстротой и аккуратностью.
Стоя на палубе, в безопасности, Анжелика подняла глаза. Скалы уже
отодвигались вдаль. Еще видна была поверх их красная линия мундиров
королевских драгун, яростно махавших кулаками. Подгоняемый бризом корабль
вышел из залива и направлялся в свободное море между островами. Слева
показалась Ла-Рошель, ее морской фасад. Она казалась совсем близко и
блестела в лучах полуденного солнца, особенно полуразрушенные, но все еще
величавые башни Св. Николая, Цепи, Маяка. "Голдсборо" шел в направлении
города.
Глава 17
Рескатор поднялся на палубу последним. Он сразу оценил ситуацию.
Оказавшийся рядом Никола Перро покачал головой.
- Ветер с северо-запада!.. Нам не везет...
- Да уж...
Анжелика и сама видела, что ветер гонит их к городу. Капитан Язон отдавал
приказания одни паруса поднять, другие спустить, чтобы можно было направить
судно к каналу Ла-Паллис. К Рескатору подошел матрос и протянул подзорную
трубу. Пират взялся за маску, словно хотел ее снять, потом быстро огляделся
и скомандовал:
- Раненых и пассажиров в трюм! На палубе остаются только члены экипажа.
Он поднял трубу, оглядел берега, оценил возможности не плыть к ним
несмотря на дующий в ту сторону ветер.
- Нет, вас это не касается... - проговорил он, не поворачивая головы. Он
заметил, конечно, краем глаза, что Анжелика собиралась послушно последовать
за спускавшимися по трапу беглецами.
Рескатор опустил подзорную трубу, повернулся к молодой женщине и
внимательно посмотрел на нее. Она еще не успела успокоиться и отчаянно
прижимала к себе дочь. На ветру волосы Онорины поднимались огненным ореолом
вокруг ее личика.
- Ваша дочь! Действительно, она похожа на вас. Кто из этих гугенотов,
которых я взял сегодня на борт, ее отец?
Теперь ли задавать такие вопросы? Анжелике показалось, что город уже
близок. Еще немного - и у окон и на стенах появятся любопытные, наблюдающие
за отчаянными маневрами неизвестного корабля.
- Ее отец, - проговорила она, глядя на пирата как на потерявшего разум, -
представьте себе, это бог Нептун... Да, так мне сказали. А теперь
посмотрите-ка лучше, где мы сейчас. Мы на расстоянии выстрела от крепости
Людовика. Если ее гарнизон уже предупредили, то мы погибли.
- Вполне вероятно, моя дорогая...
Кораблю не удалось обогнуть мыс в начале залива. Теперь он был на полном
виду Ла-Рошели и крепости, у амбразур которой замечалась подозрительная
суета.
- Идите сюда! - стремительно бросил Рескатор и жестом велел Анжелике
следовать за ним. Он быстро перешел мостик, поднялся на левые шканцы, потом
по ступенькам в рубку.
- Мадам, укройтесь здесь, - произнес человек в меховой шапке, Никола
Перро, указывая на вход в каюту Рескатора, под рубкой. - Наш капитан сам
берется за руль. Значит, мы выберемся.
Эту веру в мастерство своего командира разделял весь экипаж. Все были
совершенно спокойны, некоторые матросы покачивались на вантах, перекидываясь
насмешливыми замечаниями в подражание тому, кто научил их встречать
опасность философской улыбкой.
- Ведь из крепости Людовика будут стрелять в нас, - ослабевшим голосом
пробормотала Анжелика.
- Всенепременно, - отвечал своим странным французским языком Перро,
стоявший подле; ему поручено было, видно, охранять ее.
Над их головой послышались распоряжения капитана Язона. Марсовые забегали
по снастям, их силуэты с непостижимой быстротой мелькали среди такелажа.
Когда над фортом Людовика поднялись дымки вспыхнувших фитилей,
"Голдсборо"-чуть передвинулся и стал почти неподвижно как раз напротив
крепости и обращенных к нему пушек.
- Отдать якорь!
И сразу загремела якорная цепь и полетели брызги от якоря, погружавшегося
в воду. В тревоге и недоумении Анжелика взглянула на матроса.
- Разве Рескатор собирается вести с ними переговоры?
Перро покачал своей лохматой головой и проворчал:
- Не похоже на него. По-моему, он вроде бы охотится за кашалотом в устье
реки Святого Лаврентия.
Якорь достиг дна. Корабль остановился, слегка подрагивая под ветром.
Раздался залп всех пушек крепости, выстреливших сразу, по общей команде. И в
ту же минуту, повинуясь резкому движению руля и опираясь на якорь, корабль
вильнул в сторону. Ядра пролетели совсем близко и вспенили волны там, где
только что находился бок "Голдсборо".
Корабль уклонился от удара словно опытный дуэлист. Но опасность еще не
миновала. Некогда будет поднять якорь, чтобы избежать второго залпа. Едва
Анжелика подумала об этом, как раздался крик:
- Рубить якорь!
На передних шканцах появилась, словно чудом, наковальня; три мощных удара
- и якорная цепь была перерублена.
- Полный вперед! Держи на северо-восток!
Освободившись от якоря, судно помчалось на всех парусах. Пушкари из
крепости Людовика прицеливались напрасно. Опять заряды пролетели совсем
близко от цели, взбаламутив волны и подняв тучу брызг, что нисколько не
мешало кораблю продолжать путь.
- Гип-гип ура! - воскликнул Никола Перро, и вся команда единогласно
подхватила его крик. Затем он стал объяснять Анжелике:
- Эти злодеи всадили бы в нас десяток "шариков", если бы не он. На всех
морях нет другого такого мастера маневра! Если б не его искусство, лежали бы
мы теперь на дне морском. Видели, как он двинул руль?.. А все же, мадам,
войдите в каюту, осиное гнездо еще близко, как бы чего...
- Нет, я останусь здесь до конца, пока не увижу впереди свободное море.
- Что ж, поступайте как вам угодно, мадам. Некоторым нравится смотреть в
лицо смерти. Впрочем, иногда от этого бывает толк: смерть пугается и уходит.
Этот охотник с реки Св. Лаврентия определенно вызывал симпатию, несмотря
на шапку из лохматой шкуры и татуировку на руках.
После акробатических фокусов, давших ему возможность вывернуться из-под
обстрела крепостных орудий, корабль выпрямился и помчался вперед, как
пришпоренный боевой конь. Ветер сместился чуть более к западу. Пользуясь
этой милостью природы, подняли все паруса, и очень скоро "Голдсборо" был
далеко от Ла-Рошели и даже миновал мыс в начале залива. Чтобы выйти в
открытое море, надо было еще пройти через проливы между островами. В
расположенный на юге пролив Антиош между островами Ре, Э и Олерон не
позволял направиться сильный северо-западный ветер, дувший с утра. А чтобы
попасть в бретонский пролив, более узкий и лучше обороняемый, между
материком и северным берегом острова Ре, надо было раньше пробраться узким
каналом от Ла-Паллис до мыса Саблонсо. Рескатор избрал второй путь. Капитан
Язон скомандовал:
- Эй, на марсе! Спустить верхние паруса! Поднять нижний фор-марсель,
крюйс-стень-таксель и контр-бизань.
Под низкими парусами корабль вошел в проход между двумя мысами. Анжелике
стало страшно. Она знала о коварном, неглубоком дне этого прохода,
каменистых мелей которого опасались портовые моряки. Короткие порывы ветра,
нагонявшие на судно сбоку сильные волны, могли в любую минуту сбить его с
единственно безопасного для судна такой осадки курса.
- Вам уже приходилось проходить здесь? - спросила она Перро.
- Нет, сюда мы вошли с юга.
- Тогда вам нужен лоцман. Среди моих друзей есть один рыбак, Ле-Галль,
который знает здесь все мели.
- Правильная мысль! - вскричал человек в меховой шапке и побежал сказать
об этом обоим капитанам. Очень скоро матрос привел Ле-Галля. Анжелика
поднялась на ют следом за ним.
Рескатор, по-прежнему в маске, стоял у руля, напряженно прислушиваясь к
малейшему движению корабля, осторожно нащупывая правильный курс. Он
обменялся с ларошельским мореходом несколькими словами и уступил ему место.
Анжелика старалась не двигаться, и Онорина тоже не шевелилась, словно
понимая, что женщине и ребенку не место на корабельном мостике в час
опасности. А все-таки ни за что на свете она не хотела бы уйти отсюда.
Корабль двинулся более уверенно. Но Ле-Галль вглядывался в край острова Ре,
где была едва заметна крепость.
- А что, если в нас станут стрелять из крепости Гран-Саблонсо?
- Там посмотрим! - отвечал Рескатор. Видимость становилась хуже. Дневное
солнце грело сильно, и над водой поднялся золотистый туман, скрывавший из
виду берега. Вдруг с марса донесся крик:
- Вижу военный корабль. Идет нам навстречу.
Капитан Язон выругался и, кажется, повесил нос:
- Везет нам, как крысам!
- Этого следовало ожидать, - спокойно заметил Рескатор, словно все было в
порядке вещей. - Прикажите замедлить ход.
- Для чего?
- Чтобы я мог подумать.
Теперь они увидели военный корабль, вышедший из-за мыса Саблонсо. Его
поднятые паруса белели на фоне затуманившегося неба, словно нарисованные
мелом. Ветер был для него попутный, и двигался он быстро.
Рескатор положил руку на плечо Корентину Ле-Галлю.
- Послушайте, начинается отлив; если нам тут трудно пройти, каково будет
нашему противнику, у которого водоизмещение много больше? Он ведь находится
впереди нас.
Взор Анжелики упал на руку в перчатке, лежавшую на плече моряка. Рука
была мускулистой и в то же время изящной. На безымянный палец был надет
узорный серебряный перстень. Она побледнела. Она помнила эту руку без
перчатки, ее мягкую и непреодолимую хватку. Где же она ее видела? Может
быть, в Кандии, когда он повел ее к дивану, сняв предварительно перчатки?
Нет, где-то еще. Что-то было ей так знакомо. Может быть, мысли у нее
мешались, оттого что последний час был так близок... Может быть, в
неотвратимой уже смерти и скрестятся их судьбы, как увидел это в звездах
Осман Ферраджи...
И в тоже время она понимала, что они не умрут сейчас. Ведь Рескатор взял
на себя заботу о их судьбах! Этот загадочный человек обладал, казалось,
неподатливостью античных героев. Ничто не могло сразить его, она была
наивно, слепо убеждена в этом и до сих пор не обманывалась.
Лицо лоцмана просветлело.
- Ну, конечно! Вы тысячу раз правы! Они рискнут войти в этот канал,
только если им чертовски захочется изловить нас. Конечно, у них тоже должен
быть хороший лоцман. Но положение у них.., ненадежное.
- А мы сделаем его еще ненадежнее... Да еще используем их как заслон,
если крепость решит вмешаться. Я их заставлю стать между нею и нами... Эй,
полный вперед! Приготовиться к бою!
Марсовые бросились по реям, а прочие матросы быстро выскочили на шканцы с
саблями и кортиками наголо, моментально убрали камуфлирующие заслонки с
пушек. Марсовые с мушкетами поднялись на верхушки мачт.
- Не посыпать ли палубу песком? - спросил помощник.
- Навряд ли дело дойдет до такого боя, - отвечал Рескатор, поднимая
подзорную трубу. Он иронически улыбнулся под маской: "Посыпать палубу
песком. Еще что!.." Анжелика помнила, что в Среди
Закладка в соц.сетях
