Жанр: Любовные романы
Рискованная игра
... своего прибытия, — заметила девушка.
— Да, но будь мы чуть более наблюдательны, потратили бы вдвое меньше
времени. Чертовски повезло, что она еще была жива. А если бы истекла кровью?
Лорен поняла, что никакие уверения в обратном не изменят мнения Ноэ о
тогдашних промахах.
— В обычных обстоятельствах Уэссон был бы так же счастлив, как все
остальные, — добавил Ноэ.
— Но не тогда? — поразилась Лорен.
— Он не чудовище, по крайней мере в то время еще был нормальным, —
вздохнул Ноэ. — Но зависть разъедала ему душу. Конечно, он болел за
ребенка.
— Но...
— Ник намеренно оставил Джулза в неведении. Ему следовало бы рассказать
о своих подозрениях и позволить Уэссону править бал. Хотя я до сих пор рад,
что Ник промолчал. Долг платежом красен, как говорится, пусть это и
ребяческая выходка. Могу лишь сказать в нашу защиту, что мы были молоды и
глупы и плевать нам было на подковерную борьбу и карьерную политику.
Впрочем, как и сейчас. Главное — мы с Ником должны были убедиться, что
ребенок там. Так или иначе, Уэссон узнал обо всем позже, от самого
Моргенштерна, когда мы уже были на пути к аэропорту. Ник доказал, на что
способен, но при этом унизил Уэссона, и отныне всякое упоминание о нас — все
равно что горсть соли на открытую рану. С той поры мы ни разу не работали
вместе.
Лорен задумчиво подперла рукой голову и уставилась куда-то сквозь Ноэ, думая
о том, что он только что рассказал. До этой минуты в ней теплилась крохотная
неразумная надежда на то, что Ник когда-нибудь бросит работу. Господи,
только законченная эгоистка способна мечтать о таком!
— Жизнь не дает никаких гарантий, верно? — вздохнула она.
— Да, и приходится держаться за то, что подвернется. Ник — прекрасный
работник, но силы его на исходе. Я вижу это по глазам. Он сжигает себя. И
если не найдет какого-то определенного равновесия и опоры в жизни, стресс
убьет его. Он нуждается в ком-то вроде тебя. Женщине, которая встречала бы
его по вечерам на пороге дома.
— Он вовсе не хочет ничего подобного.
— Возможно, и так, но ему это необходимо.
— А как насчет тебя? — тихо спросила Лорен.
— Сейчас речь не обо мне, — покачал головой Ноэ. — Знаешь, вы
с Ником — это что-то! Мне со стороны виднее, уж поверь. И я просек, что с
вами творится. Могу и тебя просветить. Но предупреждаю, тебе не слишком
понравятся мои слова.
— Что ж, просвещай, — согласилась Лорен. — Переживу.
— Так и быть. Вот каким мне все это видится. Вы с Ником что есть сил
пытаетесь приукрасить реальность и спрятаться от нормальной жизни в свою
крохотную норку. И не возражай, пока я не договорил, — велел он, как
только она попыталась его перебить. — Ник стремится отгородиться от
всех, даже родных, уползти в свой панцирь, а при такой работе это огромная
ошибка. Ему необходимо чувствовать, сострадать, иначе он просто не сумеет
сохранить свою прославленную интуицию и вовремя сосредоточиться. А я
замечаю, что он вот-вот достигнет предела, за которым постарается вытравить
все личные ощущения по причине того, что считает себя чертовски уязвимым для
маньяков и преступников. Тогда ему нечего делать в ФБР. А что касается
тебя...
— Да, что там насчет меня?
Лорен подалась вперед, словно в ожидании приговора.
— Ты творишь с собой то же самое, только немного другим способом.
Удрала в этот городишко, спряталась и ужасно боишься рискнуть. Конечно, ты
со мной не согласишься, но я рассматриваю твое поведение именно под этим
углом. Не играй с ножом, не обрежешься. Ты ведь так рассуждаешь, верно?
Обжегшись на молоке, дуешь на воду. И если дальше будешь продолжать в том же
духе, превратишься в злобную старую каргу, и к тому же трусливую.
Лорен понимала, что Ноэ намеренно старается ее ранить, но все же сердце
тревожно сжалось. Значит, вот кем он ее считает? Трусихой? Да как он может!
Лорен съежилась и судорожно стиснула руки.
— Ты просто не понял...
— Я еще не договорил! Мне продолжать?
— Давай, — пробурчала Лорен.
— Я видел твою картину.
— Где? — потрясение пролепетала девушка. Что это с ней? Отчего она
так испугалась?
— Ту, что висит в спальне Тома. И даю слово, это одна из самых сильных
вещей, которые мне когда-либо встречались. Ты должна чертовски гордиться
собой. И я не единственный держусь такого мнения. Аббат считает, что ее надо
бы повесить в церкви. Том признался, что стащил ее у тебя. И добавил также,
что ты держишь остальные картины в шкафу и никому не показываешь. Прекрасный
способ избежать критики, не так ли? И вполне безопасный. Совсем как жизнь,
которую ты ведешь здесь. Но поверь, крошка, такой вещи, как стопроцентная
защита от горестей и бед, просто не существует. Все может случиться. Твой
брат заболел раком, и ты ничего не сможешь с этим поделать. Совсем ничего.
Но ты пытаешься, верно? Может, лет через тридцать ты и сумеешь убедить себя,
что довольна и счастлива такой благополучной участью, но уверяю, одиночество
— совсем не такая уж прекрасная штука. А к тому времени твой изумительный
талант, вполне вероятно, попросту иссякнет.
Лорен даже вздрогнула при мысли о будущем, предсказанном ей Ноэ. Он
буквально вынуждает ее открыть глаза и посмотреть на себя со стороны.
— Ты сам не знаешь, о чем говоришь.
— Еще как знаю! Просто ты не хочешь прислушаться.
Лорен повесила голову, не в силах найти достаточно веские аргументы. Все
равно Ноэ ошибается! Возможно, она действительно перебралась в Холи-Оукс,
потому что зализывала сердечные раны и убегала от жизни, но теперь это
совсем не так. Она полюбила и город, и его жителей и стала винтиком этой
маленькой, но деятельной машины. Здесь у нее столько знакомых и друзей!
А вот насчет ее живописи... тут, Ноэ, пожалуй, прав. Лорен всегда относилась
к работе, как к чему-то глубоко личному, что не хочется выставлять напоказ.
Это — частица ее души, и если посторонние отвергнут ее картины, значит,
оттолкнут и саму Лорен.
Да, она трусиха. И если будет по-прежнему идти этой дорогой, потеряет и те
крупицы таланта, которыми обладает. Как можно отражать на холсте жизнь и
отгораживаться от действительности!
— Я ни одну не выбросила, — пробормотала Лорен. — Храню все.
— Так, может, поразмыслишь насчет того, что сейчас самое время вытащить
их на свет Божий и суд людской? — притворно торжественным тоном
вопросил Ноэ.
— Может быть, — протянула Лорен и после минутной борьбы с собой
повторила уже тверже: — Наверное, я так и сделаю.
Ноэ отнес тарелку в раковину и, засучив рукава, принялся мыть посуду. При
этом он громко жаловался, что аббат экономит деньги на посудомоечную машину,
отговариваясь якобы тем, что вполне хватает и усилий Ноэ.
Но Лорен уже не обращала на него внимания. Предупреждение Ноэ — всего лишь
первый звонок. Он приоткрыл ей дверь, и ей остается только выйти на волю или
снова захлопнуть створки раковины.
В кухню заглянул Томми, и Ноэ мгновенно похвастался:
— Я сказал Лорен, что ты утащил одну из ее картин.
— Ну и что? — бросился в бой Томми. — Да, украл и не стыжусь.
Хочешь получить ее назад, детка?
— Какая это? — осведомилась она и, внезапно почувствовав зверский
голод, впилась зубами в цыпленка и потянулась за бисквитом.
— Та, до которой удалось дотянуться, — признался Томми. — Она
стояла ближе всего к дверце шкафа. Я даже не знал, что беру, пока не
вернулся домой. И знаешь, Лорен, просто позор, что я не видел остальных!
Прячешь их, словно краденый товар!
— Но что там изображено?!
— Ребятишки на пшеничном поле, и солнечные лучи, прорвавшие тучи.
Лорен, я хочу ее получить. В ней столько надежды и тепла! Кажется, само небо
улыбается детям, а потоки света — пальцы Господа нашего, дотянувшиеся до их
головок!
Лорен задыхалась от переполнявших ее эмоций. Она знала, что Томми не
способен солгать. Надежда и тепло! Какой чудесный комплимент!
— Так и быть, Томми, дарю.
— Правда? — потрясение прошептал брат.
— Я так счастлива, что тебе понравилось.
— Черт возьми, а я? Я тоже хочу видеть! — вмешался Ник.
— Ладно, — кивнула Лорен.
Ноэ подмигнул, и ей вдруг захотелось смеяться.
— Только предупреждаю, это далеко не самая лучшая моя работа. Я
способна на большее.
Телефон Ника залился трелью. Улыбки немедленно исчезли, и напряжение вновь
завладело присутствующими. Ник, продолжая говорить, вышел в кладовую.
Оказалось, что это объявился Пит с поразительными новостями. В белом мини-
фургончике Стива Бреннера нашли телефон Тиффани Тары Тайлер, аккуратно
запрятанный под передним сиденьем. Новая улика оказалась решающей. Маньяк
обезврежен.
— А отпечатки пальцев остались?
— Он стер их, но при этом проявил небольшую небрежность, — пояснил
Пит. — Пропустил одно местечко. Эксперты отыскали частичный отпечаток
большого пальца. Но считают, что этого вполне достаточно для следователей.
Похоже, дело благополучно завершено.
— Мне так не кажется, — признался Ник и, помедлив, спросил: —
Значит, вы всех отзываете?
— Примерно так, — заверил Пит. — Есть, разумеется, и другие
доказательства. Но насколько я понял, агент Уэссон утаил от тебя почти всю
собранную информацию.
— Откуда вам известно?
— Успел поговорить с агентом Фарли.
— Так Уэссон запасся всеми необходимыми свидетельствами обвинения?
— Достаточными, особенно если принять во внимание, где обнаружили
телефон.
— Его могли подложить.
— Мы так не считаем. Будь ты полностью в курсе дела, наверняка
согласился бы, что Бреннер — тот, кого мы искали. Но тебя отстранили от
расследования. И я намереваюсь обсудить это с начальством Уэссона не позже
чем в понедельник утром. Такого больше не повторится, — подчеркнул
Пит. — Что же до тебя... Предлагаю отправиться на рыбалку вместе с
отцом Томом. Расслабься хоть немного. Богу известно, ты заслужил отдых.
Ник потер ладонью затылок, пытаясь немного размять закаменевшие мышцы. Питу
так и не удалось ни в чем его убедить.
— Не знаю, Пит. Во мне все сопротивляется вашим уговорам. Может, я
теряю...
— Объективность? — догадался Пит.
— Да, и все вижу под искаженным углом. Скажите, проводилось сравнение
голосов с записи в исповедальне и с допроса Бреннера?
— Разумеется.
— Но Бреннер так и не признался, верно?
— Пока нет.
Ник мучился сомнениями. Может, он просто не хочет смириться с очевидным? С
самого начала Уэссон поставил его в положение слепого, пытавшегося отыскать
дорогу на ощупь. Телефон Тиффани нашли в машине Бреннера, что же еще ему
нужно? И все же Ник не чувствовал облегчения.
— Почему ты упрямишься? — удивился Пит. — Такой прекрасный
результат!
— Да, сэр, знаю, — вздохнул Ник. — Похоже, мне действительно
пора отвлечься. Вы были правы, я позволил себе принять случившееся чересчур
близко к сердцу.
— Ты о Лорен? — догадался Пит.
— Вы предвидели, что так будет?
— С самого начала.
— Что же, постараюсь с этим справиться. Вы сообщите мне результаты
лабораторных тестов?
— Обязательно. Передай привет Тому и Лорен.
Ник убрал телефон и долго стоял, уставясь в пространство, пытаясь заставить
себя поверить, что все кончено. Ну почему ему непременно нужно все
усложнять? Бывают ведь и простые дела. Как это. Да, все в порядке, они
поймали психа. Дело закрыто.
Но тревожные мысли по-прежнему не давали покоя.
Глава 32
Кошмар наконец рассеялся. Томми и Лорен хоть и были потрясены, узнав о
находке в фургоне Бреннера, все же искренне радовались, что убийцу упрятали
за решетку. Ноэ предложил отпраздновать это событие, но Томми запротестовал,
напомнив, что погибли две женщины и он идет в церковь помолиться за души
Тиффани и Миллисент.
— Бреннер здорово умеет менять голос, — почти с восхищением
добавил он. — Меня он, во всяком случае, сумел одурачить. Никогда бы не
узнал!
— Он всех нас одурачил, — пробормотала Лорен, ослабев от
облегчения. Она решила пойти с братом, но, перед тем как направиться к
двери, спросила, глядя Нику в глаза: — Значит, вы с Ноэ скоро нас покинете?
— Да, — не колеблясь кивнул Ник.
— Нет никаких причин зря здесь торчать, верно? — добавил Ноэ.
— Верно, — сухо бросил Ник. — Никаких.
Лорен отвернулась, чтобы Ник не увидел, как больно ранил ее. Но какой смысл
обижаться? Она с самого начала знала, что Ник не станет задерживаться в Холи-
Оукс. Его жизнь и работа — в Бостоне. Он примчался на помощь другу, но пора
и честь знать. В конце концов, у него свой дом есть.
— Новые места, новые люди... — обронила она.
— Верно, — кивнул Ник.
— Пойдем, Лорен, — позвал Томми, придерживая для нее дверь. —
Да шевелись же! Что ты как старуха древняя!
Лорен отложила салфетку и поспешила за братом. Ник и Ноэ отправились следом.
Все четверо вошли в церковь. Ник потянул Ноэ в сторону, а Лорен и Томми
свернули в боковой придел и встали на колени.
В этот час здесь суетились рабочие, приводившие церковь в порядок перед
венчанием. Пятеро снимали леса с центрального прохода, двое сворачивали
брезент и выносили банки с краской. Здесь же толпились рассыльные из
цветочной лавки с вазами лилий, нетерпеливо ожидавшие, пока Уилли и Марк
вытрут ступеньки и мраморный пол перед алтарем.
Ник и Ноэ встали под галерею, чтобы не мешать, но тут двойные двери с шумом
распахнулись и двое здоровяков вкатили тележку с кабинетным роялем.
— Куда его, отец? — обратился к Ноэ один из них.
— Не знаю, — пожал плечами Ноэ.
— Решайте скорее. Штука эта уж больно тяжелая. Или, может, спросите
кого?
По проходу спешил Джастин с видеокамерой. На плече висел моток кабеля.
Завидев знакомых, он приостановился, чтобы поздороваться.
— Слушай, ты знаешь, куда ставить рояль? — спросил Ноэ.
— Конечно! Хор разместится на южной стороне в маленькой нише. — Он
проворно показал носильщикам, куда идти.
— А почему рояль, а не орган? — удивился Ноэ.
— Сначала нужно прочистить трубы, — пояснил на ходу
Джастин. — Иначе, как говорит аббат, от пыли дышать будет нечем.
— А зачем тебе видеокамера? — поинтересовался Ник.
— Попросили снимать церемонию с галереи. Отец Мишель договорился с
оператором о съемке внизу, но хочет не упустить ни малейших деталей.
Собственно говоря, я обеими руками ухватился за его предложение, — с
ухмылкой признался Джастин. — Обещал сотню баксов, а деньги мне не
помешают. Кроме того, он пригласил нас с Марком и Уилли на прием, где будет
полно бесплатной жратвы и выпивки. А вы будете на свадьбе?
— Еще бы! — отозвался Ник.
— Тогда до встречи, — кивнул Джастин. — Надеюсь, церковь
успеют убрать. До семи осталось всего ничего, а работы по горло.
Мужчинам снова пришлось подвинуться, чтобы дать Джастину подняться на
галерею.
— Ладно, так что ты собирался мне сказать? — прошептал Ноэ, садясь
на скамью.
— Мне что-то не по себе.
— Бреннер? Ник кивнул:
— Может, я и смирюсь, когда прочитаю все отчеты. У них есть отпечаток
большого пальца, правда, неполный, и сейчас проводится сравнение голосов с
записи в исповедальне и на допросе. Когда все подтвердится, успокоюсь, но не
раньше.
— Короче, ты хочешь, чтобы я остался?
— Да. Хотя Пит наверняка уже приготовил тебе другое задание.
— Попытаюсь оттянуть командировку насколько возможно. А к вечеру, в
крайнем случае завтра уже станут известны заключения экспертов.
— Не могу передать, как благодарен тебе.
— Если у тебя на душе кошки скребут, я, разумеется, останусь. Кстати, я
еще обязан разыгрывать священника?
— Да, пока не уберешься из Холи-Оукс, — улыбнулся Ник. —
Слишком много народа знает тебя как коллегу отца Тома. Пусть так и остается.
А где ты прячешь пистолет? Привязал к ноге?
Из-под подола длинной сутаны предательски высовывались носки черных
кроссовок.
— Чересчур трудно дотянуться, — покачал головой Ноэ, приподнимая
левый рукав. Кобура была прикреплена чуть пониже локтя. — Спасибо
Господу за эластичные бинты!
— Мило, — одобрил Ник.
— Слушай, а не стоит ли сказать Томми и Лорен о своих сомнениях?
— Но что я им скажу? Улики считаются неопровержимыми, и одному Господу
известно, что накопал Уэссон на Бреннера. К тому же Лорен и Томми столько
пришлось пережить за это время! И Лорен так ждала свадьбы Мишель! Пусть
немного отдохнет и развлечется. Ты не спускай глаз с Томми, а я пригляжу за
ней.
— Нет, я так не работаю. Делай что хочешь, но я предупрежу Тома, чтобы
держался начеку. Не хочу, чтобы он потерял бдительность, пока не будет
известно наверняка насчет Бреннера.
— Заметано, — кивнул Ник.
— Ты сказал Питу, что думаешь по этому поводу?
— Да.
— И?
Ник сунул руки в карманы.
— Я необъективен, потому что слишком близко к сердцу принимаю дела
друга.
— Возможно, он прав.
— Когда получу отчеты, тогда и успокоюсь
— И что потом?
— Разъедемся по домам. Очередное дело и тому подобное.
— Собираешься вот так просто взять и уйти от нее? — охнул Ноэ — Да
открой же глаза Она лучшее, что у тебя было в жизни, а ты, трус несчастный,
боишься рискнуть! Идиот! Неужели не понимаешь?
Вместо ответа Ник круто повернулся и отошел.
Отец Мишель вернулся из аббатства в пять сорок пять и доложил жене и дочери,
что леса сняты, а красный ковер постелен. Флорист с помощниками трудились не
покладая рук, привязывая букетики к крайним скамьям. Короче говоря,
появилась надежда, что, когда раздадутся звуки свадебного марша, все будет
готово.
Мать Мишель, сказочное видение в голубом шифоне, продолжала тревожиться,
зато дочь ничто не могло взволновать. Мишель сидела на кровати,
прислонившись к изголовью, и наблюдала за одевавшейся Лорен.
— Лонни объявили в розыск, — сообщила она. — Хотят предъявить
ему обвинение в поджоге и упечь в каталажку до конца жизни. Слишком многое
ему сходило с рук последние два года. Пусть хоть сгниет в тюрьме! —
Мишель прервалась, чтобы глотнуть лимонада. — И все просто в шоке из-за
Стива. О, Лорен, не забирай волосы наверх! Оставь распущенными!
— Хорошо, — согласилась Лорен, натягивая шелковое платье цвета
персика и поправляя лиф. Когда она повернулась, длинная юбка запуталась в
ногах. — Ну, как ты считаешь? Сойдет? Я хотела надеть голубое от
Версаче, но думаю, этот цвет больше сочетается с розовым, в котором будут
остальные подружки
Миссис Брокмен ворвалась в комнату, чтобы в который раз поторопить дочь, но
застыла при виде Лорен. И мать, и дочь потеряли дар речи. Лорен смущенно
опустила глаза.
— Да скажи хоть что-нибудь, Мишель! — пробормотала она. — Как
тебе платье?
— Настоящая принцесса из волшебной сказки, — выдохнула
Мишель. — Правда, мама?
— О да' — воскликнула миссис Брокмен — Дорогая, ты изумительно
выглядишь!
Мишель неуклюже сползла с кровати, держась за столбик. Мать заметила гримасу
боли
— Никак не привыкнешь к новому аппарату?
— Немного беспокоит, — виновато улыбнулась Мишень — Ах, если бы я
могла выглядеть, как Лорен! Представляешь, мама, она и понятия не имеет, как
прелестна. И совсем не видит себя глазами окружающих! Следовало бы вообще
натянуть ей на голову мешок, потому что в церкви все будут смотреть только
на нее!
— Неправда! Не на меня, а на красавицу невесту, — рассмеялась
Лорен. — То есть будешь красавицей, как только вынешь из волос эти
дурацкие бигуди и наденешь подвенечный наряд. Или собираешься идти к алтарю
в старом халате?
— Вот именно, Лорен, встряхни ее хорошенько! Она и слушать меня не
желает, и кончится тем, что опоздает на собственную свадьбу, —
проворчала миссис Брокмен, отвесив дочери легкий шлепок. — Я уже
слишком стара для всех этих треволнений. И родила Мишель в почтенном
возрасте.
— Ну да, мама, — ухмыльнулась та, — я была твоей последней
надеждой на перемены в жизни.
— Ты стала благословением Божьим, — строго поправила мать. —
А теперь одевайся, иначе пришлю папу.
Мишель затянула пояс на халате и принялась раскручивать волосы.
— Лорен, у тебя лифчик выглядывает из-за бретелек.
Лорен одернула платье, но кружева по-прежнему сверкали белизной.
— У меня другого нет! — в отчаянии вскрикнула она
— Тогда сними этот, — предложила Мишель.
— Лорен не войдет в таком виде в храм Господень! — негодующе
вскричала мать.
— Мама, я же не предлагаю ей остаться голой! Кому какое дело, будет на
ней лифчик или нет! И платье у нее на подкладке!
— Господь все видит! — провозгласила мать. — Сейчас принесу
булавки.
Как только за ней закрылась дверь, Мишель сочувственно вздохнула:
— Она просто сама не своя, и папа тоже. У него весь день глаза на
мокром месте. Твердит, что теряет свою малышку. Ну разве не прелесть?
Лорен подставила подруге стул и усадила за туалетный столик.
— Конечно, — согласилась она. — Не напоминала, что вы с
Кристофером будете жить в двух кварталах отсюда?
— Это не одно и то же, — возразила Мишель. — Он обязательно
заплачет, когда будет вести меня к алтарю. Лорен поспешно вручила подруге
щетку.
— Неужели не понимаешь, какая ты счастливая? Прекрасные любящие
родители, чудесный жених, самый лучший на свете! Я тебе завидую, —
вздохнула она. Мишель посмотрела на подругу в зеркало.
— Скоро и я буду помогать тебе одеваться к венчанию. Недолго осталось
ждать, — утешила она.
Лорен могла бы сказать правду. Открыть, что их с Ником помолвка — сплошной
спектакль и что ни о каком замужестве не может быть и речи. Но почему-то
промолчала. К чему расстраивать подругу, ведь сегодня ее день!
— И нечего впадать в истерику, — велела Мишель. — Иначе
Попрошу мать найти работу и для тебя. Она считает это лучшим средством от
слез. Гоняет бедного па по всему городу. Уже заставила его два раза
пробежаться к аббатству, посмотреть, сняты ли леса и прибыли ли цветы. А
перед тем как отправляться в церковь, он еще должен заехать за Бесси Джин и
Виолой.
— У Бесси Джин есть машина.
— А ты когда-нибудь видела ее за рулем?
— Нет, но заметила в гараже автомобиль.
— Она желает ездить только с водителем. Утверждает, что на улицах слишком оживленное движение.
— Движение? В Холи-Оукс? Подруги разразились смехом.
— И она во всем винит католиков, — добавила Мишель. —
Считает, что они гоняют по дорогам, как маньяки.
Они снова захихикали, но мать Мишель положила конец веселью, снова
ворвавшись в спальню.
— Мишель, заклинаю, одевайся! — И метнулась к Лорен, потрясая
двумя английскими булавками. — Все, что смогла найти, —
извиняющимся тоном пробормотала она, пришпиливая лифчик к подкладке платья
Лорен.
Без двадцати семь Мишель наконец была одета. Кремовое подвенечное платье,
расшитое бисером, было точной копией модели Веры Вонг. Мишель увидела фото в
журнале мод и влюбилась с первого взгляда. Оно идеально облегало ее точеную
фигурку, и когда Мишель повер
...Закладка в соц.сетях
