Жанр: Любовные романы
Королевский подарок
...в его голосе, утешало даже больше, чем его объятия.
Значит, ему все-таки не безразлично, что она чувствует, иначе он не стал бы так страстно
объяснять, почему поступил именно так.
- Ты не хочешь причинить боль Терстону, ведь он мой брат. Но ты знаешь, что он
обязательно бы вернулся, если бы Ульрик остался с нами. Я все поняла.
Ройс даже удивился, насколько ему сразу стало легче, и, вздохнув, сказал:
- Видишь, со мной совсем нетрудно.
Он надеялся услышать, что она полностью разделяет его мнение, но этого не
случилось.
- Нет, с тобой очень трудно, - возразила она. - Куда ты отправишь Джастина?
- Я никуда не собираюсь его отправлять.
- Тогда Терстон вернется сюда обязательно. Он придет за Джастином.
- Да, - коротко согласился он. Николя немного отстранилась от него.
- Ульрик мог бы остаться...
Ройс покачал головой, и она смолкла.
- Не понимаю.
Николя, Джастин - мужчина. Он сам сделает свой выбор. А Ульрик для этого еще
слишком мал. Я не могу допустить, чтобы его втянули в водоворот военных действий.
- Но Джастин тоже еще почти ребенок, - возразила Николя.
- Нет, - отрезал Ройс. - Сейчас он еще слишком слаб, но с каждым днем будет
набираться сил - и физических, и душевных.
- А если Терстон придет за ним до того, как он успеет набраться сил?
- Джастин не уйдет с ним.
Ройс не стал добавлять, что желание Джастина для него, Ройса, не важно, Он просто не
отпустит брата Николя от себя, пока тот не окрепнет настолько, что сможет обходиться без
посторонней помощи.
- А есть хоть какие-нибудь сдвиги? - спросила Николя.
- Да.
- Значит, все идет по твоему плану?
- Да.
- И ты не будешь больше пинать его ногами? - спросила она, осмелев и шумно вдыхая
воздух.
Ройс улыбнулся. Наконец-то она заставила себя сказать то, что ее мучило.
- Ответь мне, прошу тебя, - умоляюще проговорила она. - Тебе придется еще делать
это?
В ее голосе звучал явный укор. Ройс сделал вид, что не заметил его.
- Только, когда я захочу, - ответил он.
Николя попыталась слезть с его колен, но Ройс крепко держал ее.
- Тебе не надо было подсматривать.
- Тебе Лоренс сказал? - с возмущением спросила она.
- Мой вассал не выдал тебя, Николя, Он поступил в соответствии со своим долгом. Но
я и без него понял бы все по твоему лицу.
- Я имела право видеть, - заявила Николя. - Он же мой брат.
- Сейчас это не так важно, главное - наши с ним отношения.
- Он же тебе теперь родственник, - удивилась Николя.
- Но еще он мой вассал, - терпеливо объяснил Ройс. - А это много важнее. Надеюсь,
ты понимаешь?
Теперь Николя уже ничего не понимала. Все смешалось, когда власть захватили
нормандцы. Король Вильгельм установил жесткий порядок, в котором каждому из его
подданных отводилось строго определенное место, и каждый выполнял свой долг. Да, у
каждого, от презренного раба до самого родовитого дворянина, есть свое место. У каждого,
кроме Николя... Так по крайней мере казалось ей в глубине души. Она никак не вписывалась
в этот новый порядок. Ее вдруг охватил неописуемый ужас. Долгое время на ее плечах
лежало много разных обязанностей, а теперь Ройс одну за другой забирает их у нее. Она
поклялась защищать свою семью любым доступным для нее способом. Она думала, что
Ульрик и Джастин нуждаются в ней. И вот - Ульрик больше не с ней. А скоро уйдет и
Джастин. Скоро закончится его подготовка, и он уйдет, чтобы найти свой путь в этом
непростом мире. Она не нужна ему даже сейчас - ему нужен Ройс. Только Ройс научит его
быть сильным.
А она не нужна никому. Ее владения теперь принадлежат Ройсу вместе со слугами. Они
уже преданно служат ему. Так и должно быть, убеждала она себя, ведь теперь он здесь
хозяин... Но с чем же осталась она? Николя никак не могла покончить с мучившим ее
приступом хандры и жалости к себе. Она вздохнула, слезла с колен мужа и начала
раздеваться. Она даже не заметила, что Ройс тоже раздевается.
Проклятие, она ненавидит жалеть себя, но остановиться не в силах. Она ощущала
совершенную опустошенность внутри и одновременно - чувство вины. Она ведь сама
сознательно загнала Ройса в этот брак, не оставив ему выбора. Вот теперь он и пытается
сделать хорошую мину при плохой игре.
Николя стояла у кровати в белой нижней рубашке. Ройс неслышно подошел к ней
сзади, обнял за талию и прижал спиной к себе, потом пригнул голову и уткнулся ей в шею.
- Ройс, тебе никто не нужен, правда? Только что они говорили о Джастине, и он не
правильно понял ее вопрос.
- Я сам отвечаю за ратную подготовку, - ответил он. - Конечно, мне никто не нужен.
Она повернулась к нему лицом и положила ладони на грудь.
- Я должна признаться тебе, - сказала она. - Ты выслушаешь меня?
Она водила пальцами вокруг его сосков. Он положил свои ладони поверх ее.
- Если хочешь, чтобы я выслушал тебя, прекрати это.
- Это очень важное признание, - предупредила она.
- Хорошо, слушаю. - Ройс перестал улыбаться. Она уставилась взглядом ему в
подбородок, чтобы не отвлекаться.
- Когда я выбрала тебя в мужья, я думала только о себе, вела себя очень эгоистично.
Теперь я понимаю это. Я даже не задумывалась о том, что сломаю тебе жизнь.
- Я бы никому не позволил ломать свою жизнь, - парировал Ройс.
- Но сам бы ты никогда не выбрал меня, - торопливо проговорила она и прикрыла ему
рот ладонью, чтобы он не перебил ее. - Знай, я пошла на это, чтобы расквитаться с тобой за
то, что ты привез меня в Лондон. Но дело не только в этом, Ройс. Ты был так ласков и
осторожен с Ульриком, ты так бережно держал его, что я сразу поняла: ты будешь
прекрасным отцом. Ты и со мной был удивительно нежен, - все так же торопливо добавила
она. - Когда мы прибыли в Лондон, я уже довольно хорошо узнала тебя. В тебе есть и
гордость, и высокомерие, но вместе с тем сила и терпение.
Николя смолкла, собираясь духом, чтобы закончить свое признание. Ройс убрал ее
ладонь от своего лица и поцеловал.
- Ты еще не закончила? Я хочу тебе кое-что сказать, когда ты закончишь свое
признание.
- Я должна все это сказать, Ройс, пока не потеряла смелость, - ответила она, качая
головой.
- Ты очень храбрый человек, Николя, и можешь позволить себе потерять немного
смелости, - успокоил ее Ройс и нежно улыбнулся.
Он ошибался, но Николя не собиралась поправлять его.
- Ты уже дал мне слово, что позаботишься о Джастине, - проговорила она, - но мне
было недостаточно этого. Нет, я силой принудила тебя жениться на мне и добавила к твоей
ноше еще себя и Ульрика. - Она вздохнула. - Я не могу исправить содеянного, но хочу,
чтобы ты знал: я очень раскаиваюсь, что не подумала о твоих чувствах. Я знаю, тебе
пришлось нелегко со мной. Я сопротивлялась на каждом шагу. Но больше это не повторится.
Я стану такой женой, какая тебе нужна, Ройс. Даю слово. Мы заживем в мире и согласии так,
как ты хочешь.
Он с нежностью отвел прядки волос, упавшие ей на лицо. Глаза Николя наполнились
слезами. Ей до боли хотелось сказать, что она любит его. Но этого признания она не сделает,
как бы сильно ни желала. Этим она только еще больше связала бы ему руки. Она знает, что
он пока не любит ее, но он так добр и заботлив, что обязательно будет мучиться от чувства
вины, если узнает о ее любви.
- Николя, ты жалеешь, что вышла за меня замуж?
- Нет, вовсе нет, - ответила она. - Ты совсем не слушаешь меня. Это ты жалеешь.
- Я?
От его улыбки все мысли Николя мгновенно смешались. Она кивнула, но уже забыла
зачем. Наверное, просто от усталости. Она обвила руками шею мужа, чтобы он не
отвлекался, потом накрутила на палец прядь его волос и притянула к себе. А когда он
безропотно подчинился, поцеловала его со всей любовью и страстью, которые бушевали в
ней.
Поначалу Ройс собирался что-то еще сказать и объяснить ей, но как только их губы
соприкоснулись, он решил повременить. Сейчас он хотел только целовать ее. Когда их языки
встретились, он едва не потерял рассудок. У него вырвался тихий стон, и Николя поняла, что
ему приятна ее смелость.
Дрожащими руками Ройс развязал ленту, удерживающую ее рубашку, и немного
отстранился от жены, чтобы рубашка упала на пол. Потом резко притянул к себе Николя и с
силой сомкнул губы, когда ее упругая грудь прижалась к его груди.
Николя оторвалась от его губ и поцеловала его под подбородком в шею. Потом убрала
его руки со своей талии и начала медленно опускаться. Ее язык по очереди ласкал сначала
один, потом другой сосок, скрытые под жесткими волосками, покрывающими его грудь. Не
переставая целовать, Николя медленно опустилась еще ниже до его плоского живота. От
тела Ройса исходил жар, который был приятен ей. Николя спустилась еще ниже.
Ноги у Ройса едва не подкосились, когда она опустилась перед ним на колени. Пальцы
у него сжались в кулаки, а руки безвольно повисли по бокам. Он догадывался, что
произойдет дальше, но ожидание ее прикосновений было невыносимо.
И вот ее пальцы нежно коснулись его напрягшейся плоти, их ласки доводили Ройса до
умопомрачения... Наконец он почувствовал, как горячие губы сомкнулись вокруг
возбужденной плоти. Ройс замер, перестал дышать. У него вырвался стон, он полностью
отдался ей во власть. Мгновение спустя он принялся осторожно двигаться у нее во рту...
Язык Николя ласкал его плоть, сводил с ума... Ройс понимал, что должен остановить ее,
прекратить это сладостное мучение, что, если сейчас он не остановит ее, будет поздно.
- Хватит, - приказал он хриплым от возбуждения голосом.
Но Николя не желала останавливаться. Тогда он силой оторвал ее от себя и поднял на
ноги. Ройс не мог сдерживаться долее, желание сжигало его, но все же он хотел, чтобы
Николя испытала наслаждение вмести с ним.
Они и сами не помнили, как оказались в постели, прильнув друг к другу губами. Он
навис над ней, ласкал самое чувственное ее место языком и руками. Пальцы его входили в
нее, а когда он почувствовал, что горячая влага заполнила все у нее внутри, самообладание
покинуло его.
Она выгнулась под ним и прижалась к его горячему телу.
- Ройс, возьми меня. Я не могу больше ждать.
Если бы у него оставались силы, он бы улыбнулся такой требовательности. Но Николя
забыла обо всем на свете, она обезумела от желания так же, как и он.
Не отпуская Николя, Ройс быстро перекатился спину. Теперь сверху была она. Ройс с
силой раздвинул ей ноги, и Николя оказалась сидящей на нем верхом, все еще не понимая,
чего он от нее хочет. Она попыталась слезть с него и лечь рядом, но Ройс силой удержал ее.
- Ройс! - требовательно закричала она.
Он притянул за волосы ее голову к себе и запечатал ей рот долгим страстным
поцелуем. Потом он приподнял ее бедра и вошел в нее. Она все поняла, откинула голову и
посмотрела мужу в глаза. Страсть, которую она увидела в них, разожгла ярко тлеющий
уголек ее желания в горячее пламя наслаждения.
- Разве и так можно? - удивленно спросила она срывающимся голосом.
Он ничего не сказал, только в ответ стал медленно двигаться внутри нее. Боже, какое
блаженство! Ройс в экстазе закрыл глаза. Только бы это ощущение не кончалось.
Ройс крепко прижимал ее к себе, не позволяя двигаться. Он крепко держал ее за бедра,
сохраняя свой ритм. Николя исступленно стонала, уронив голову ему на плечо и впившись
пальцами в предплечья Ройса.
- Откинься назад, Николя, - попросил Ройс. Она повиновалась и вскрикнула,
почувствовав, как он полностью вошел в нее. Ее ягодицы лежали у него на бедрах, она
пылала.
- Тебе не больно? Я не хочу делать тебе больно. Она успокоила его и слегка
подвинулась. Ощущение оказалось настолько приятным, что она повторила движение. Ройс
застонал от наслаждения. Он открыл глаза и увидел, что она смотрит на него. Интересно, его
глаза пылают такой же страстью, как и ее? Конечно, а как же иначе? Это чудо, что такая
красивая женщина хочет его так же страстно, как он ее. Она любит его. Мысль эта пронзила
пелену страсти и желания. Да, она любит его.
Николя была уже не в силах дольше сдерживать испепеляющую страсть. Казалось, еще
немного, и она взорвется от потребности прекратить эту сладостную пытку. Она жаждала
высшего наслаждения. Она уже не подчинялась ритму Ройса, не могла сдерживать себя и
начала двигаться сама. Сначала медленно, осторожно, потом все быстрее и, наконец, забыла
обо всем на свете, кроме своих ощущений.
В свою очередь, Ройс помог ей испытать наивысшее наслаждение, безошибочно
угадывая, какие места надо ласкать, чтобы довести ее до экстаза. Пальцы его были такими
же волшебными, как и весь он. Вдруг все ее тело замерло, но Ройс был уже не в состоянии
сдерживаться... Всесокрушающее чувство охватило Николя, сметая все в сознании. Она не
кричала, она рыдала. Потом бессильно упала на грудь мужу, крепко прижалась к нему, не
желая отпускать.
Ройс долго не мог прийти в себя. Он с нежностью продолжал гладить плечи, спину,
руки Николя. Как приятно она прижимается к нему. Каждый раз в мгновения их близости его
ошеломляла красота ее чувства. Она отдавалась ему полностью, не зная робости и ложного
стыда. Никогда ранее Ройс не испытывал подобного блаженства и не получал такого
удовлетворения.
Произошло настоящее чудо! Николя послана ему свыше. Она заставила его
почувствовать себя одновременно и слабым, и могущественным. Разумом он понимал
невозможность этого, но ведь и сам его брак с этой необыкновенно красивой и любящей
молодой женщиной был так же не правдоподобен.
Он не мог поверить, что она любит его. Ройс никогда не предполагал, что подобное
случится с ним. В тот день, когда ужасный шрам обезобразил его, а было ему тогда всего
пятнадцать лет, он смирился с судьбой. Когда женщины смотрели на него, в их глазах он
всегда читал неприкрытое отвращение к себе. И он смирился.
Но Николя любит его.
- Ройс.
- Что?
- Все... было хорошо? - нерешительно спросила она полным смущения голосом. - То,
что я сделала?
- Конечно, как же иначе? - Он прекрасно понял, о чем она спрашивает. - А почему
ты...
- Мне хотелось, - перебила она. Ройс долго молчал, потом спросил:
- Николя, ты сделала это, потому что старалась быть такой женой, какую я бы хотел
иметь, или тебе самой хотелось этого?
Слава Богу, что он не видит ее лица. Она сгорала от смущения.
- Я уже сказала тебе, что мне хотелось этого, - прошептала она в темноту. - И потом,
ты же дал понять, что тебе это понравилось. Господи, как я устала. Все - я сплю.
Он обнял ее, чтобы ей было теплее. Конечно, он понял, что Николя не хочется
обсуждать такие подробности.
Вскоре Николя уже крепко спала, а Ройс еще долго не мог уснуть. Он изумлялся тому,
сколь невинна его молодая жена. Он опять и опять вспоминал ее признание. Она
действительно верит, что вынудила его жениться на себе. Но ее тревожит еще что-то. В ее
словах чувствовалась какая-то недоговоренность. Она выглядела тогда так беззащитно, голос
ее звучал так отчаянно!
Проклятие, остается только надеяться, что у нее больше нет братьев, о которых ему не
известно.
От этой мысли он улыбнулся. Интересно, когда же он поймет свою жену до конца?
Ройс подумал, что придется еще раз усадить ее и расспросить хорошенько обо всем, что ее
тревожит. Ему хотелось, чтобы у нее не осталось тревог. Он поклялся, что она будет
счастлива, и не отстанет от нее до тех пор, пока не выяснит, что омрачает ее счастье.
Глубокой ночью Ройс проснулся оттого, что почувствовал, как Николя отодвинулась от
него. Он придвинулся к ней и обязательно бы уснул снова, если бы ее теплые ягодицы не
прижались к его животу и бедрам. Не почувствовать это было невозможно. Он не удержался
и начал опять легонько ласкать Николя. Одна ласка сменялась другой, и вот он опять
занимался с ней любовью. Губы их сомкнулись в долгом нежном поцелуе. На этот раз они
любили друг друга нежно и неторопливо и, насытившись, крепко уснули в объятиях друг
друга.
Глава 15
Поведение Николя изменилось до неузнаваемости. Это стало заметно уже утром
следующего дня, после того как она накануне пообещала Ройсу стать такой, какой ему
хочется ее видеть.
Она проснулась на рассвете, тихонько оделась и спустилась в большой зал. Муж ее еще
и глаз не раскрыл, а она уже давала распоряжения слугам на день.
Николя до боли не хватало Ульрика, и она решила заняться чем-нибудь, чтобы некогда
было жалеть себя. Она будет работать до изнеможения, пока не упадет от усталости.
Она сделает все, чтобы обеспечить покой Ройса. Только вот, как достичь этого, пока
непонятно. Придется сдерживаться, не высказывать вслух своего мнения и во всем
соглашаться с ним.
"Легче умереть", - подумала она про себя. Такая перемена убьет ее. Но она дала слово
Ройсу и должна сдержать его хотя бы из благодарности за все, что он сделал для ее семьи.
Самое малое, чем она может отблагодарить его, это стать такой, как он хочет.
И где-то в глубине сознания брезжила крошечная надежда, что, если она переменится,
как ему того хочется, Ройс полюбит ее. Ома хотела занять место не просто в его жизни, но и
в его сердце.
Николя ставила цветы в большую глиняную вазу на столе, когда Кларисса и Элис
вбежали в зал. Они по очереди постоянно утешали друг друга, когда лишились "бесценной
маленькой ноши", так они ласково называли Ульрика. Чем дольше они тарахтели и
причитали, тем больше расстраивалась Николя. Она покачала головой и пообещала, что
Ульрика будут очень любить в новой семье. Потом добавила:
- Я составила перечень работ на сегодня, я буду делать это каждое утро, а к вечеру все
должно быть выполнено. Мы все должны четко знать свои обязанности.
- Зачем? - поинтересовалась Кларисса. - Мы и так все делаем без всяких списков.
- Мой муж любит во всем порядок, - объяснила Николя. - А я дала ему слово, что буду
такой, какой ему хочется. Поэтому...
- Он и так вас любит, - прервала ее Элис. Кларисса согласилась с ней.
- Разве можно думать иначе, госпожа. Барон такой добрый, такой терпеливый...
- Он добрый и терпеливый не только со мной, - оборвала ее Николя.
- Ну ладно, - сдалась Кларисса, - а меняться-то зачем?
- Это нужно мне, - шепотом призналась Николя. - Мне бы хотелось, чтобы Ройс...
Договорить она не смогла. Кларисса пожалела ее.
- Вам бы хотелось, чтобы барон относился к вам так же, как ваш отец относился к
вашей матери? Вы это хотели сказать?
Николя кивнула. Кларисса фыркнула, потом повернулась к Элис.
- Она думает, что барон ее не любит.
- Да что ты, еще как любит, - отозвалась Эллис.
- Вы обе любите меня, - сказала Николя и глубоко вздохнула, - так же, как я люблю
вас. Поэтому вам трудно представить, что кто-то меня может не любить.
Кларисса попыталась возмутиться, но Николя подняла руку, делая знак служанкам,
чтобы не перебивали, и потом спокойно рассказала о переменах, которые собиралась
осуществить. Горничные в изумлении уставились на нее.
- Вы никогда больше не будете повышать голос? - недоверчиво спросила Элис,
отзываясь на последнее, что упомянула Николя.
Кларисса покачала головой.
- Не верю, что вы это серьезно, - сказала она. - Если мужчина не хочет любить вас
такой, как вы есть...
- А я говорю, oil любит ее, - не согласилась с ней Элис. - Миледи, вам надо просто
задать ему этот вопрос.
Плечи у Николя поникли. Ей трудно было признаться, что она боится спрашивать об
этом Ройса. А вдруг он скажет "нет", что тогда?
- Не важно, любит он меня или нет, - сказала она. - Я все равно благодарна ему. Я дам
ему счастье и покой, которые он заслуживает. Это самое меньшее, что я могу для него
сделать.
- Первый раз вижу, чтобы вы были так не уверены в себе, - проговорила Кларисса. - И
мне это не нравится. Мне больше по сердцу, когда вы хватаете собаку за хвост и
показываете, кто хозяин. Раньше-то вы всегда знали, как добиться своего.
- Я и сейчас знаю, - сказала Николя и улыбнулась. - Я дам Ройсу то, что ему нужно, и
он сам поймет, что любит меня. Видите, все очень просто.
Тут в зал вошел Ройс, и разговор оборвался. Николя поспешила навстречу мужу, чтобы
приветствовать его поцелуем, а Кларисса и Элис поспешили в кладовую заняться
приготовлением к завтраку. Вместе с Ройсом Николя прошла к столу.
Она улыбалась, и Ройса радовала ее улыбка. Он решил немного отложить разговор о
том, что ее тревожит, поскольку у нее сейчас хорошее настроение. Может быть, он излишне
волновался за нее прошлой ночью. Скорее всего Николя просто тяжело переживала отъезд
малыша Ульрика. Он понимал, что ей будет плохо без мальчика, наверное, ее настроение
ночью просто отражало пустоту, которую она ощутила внутри.
В зал вошли Томас и Лоренс и заняли места за столом. Как только Ройс уселся, Николя
сложила руки за спиной и перечислила все дела, которые она наметила по хозяйству па день.
Ройс обрадовался. Он уже хотел было сказать ей, как доволен, но его перебил Томас.
- Барон, вы уже рассказали миледи о лесе? Ройс покачал головой. Он взял руку Николя
в свою.
Пожалуй, надо обсудить состояние замка сейчас, пока она в хорошем настроении.
- Николя, ты ведь так и не спросила меня, почему я распорядился передвинуть стол на
середину, - начал он.
- Мне не подобает расспрашивать тебя о твоих распоряжениях, муж, - ответила она,
повторяя его собственные слова.
Ройс улыбнулся. Она подумала, он радуется тому, что она помнит его наставления.
- Я распорядился передвинуть стол, потому что доски там, где он стоял, прогнили
почти насквозь. Удивительно, как он еще не провалился.
Николя и не подозревала, что полы в таком бедственном состоянии. Она через силу
сохранила на лице улыбку и ждала, что еще скажет Ройс.
- Просто чудо, что полы еще держатся, - вставил Томас.
- На втором этаже то же самое. Томас считает, что все полы надо заменить, - сказал
Ройс.
Николя заметила, как Ройс толкнул Томаса локтем, и тот после небольшой паузы
добавил:
- Весь замок надо сносить и строить новый.
- Если барон захочет сохранить этот замок, ему это обойдется раза в четыре дороже, -
добавил Лоренс.
Николя слушала молча. Она знала, что Ройс говорит правду. Сколько раз матушка
жаловалась, что дом разваливается. Николя помнила, сколько спорили об этом родители.
Отец хотел оставить все как есть. Он не любил новое. Мать была более практична.
Николя уже поняла, что пошла в отца: она тоже сопротивлялась новому. Она заметила,
с какой тревогой смотрят на нее трое мужчин, сидящих за столом. Они уже все решили, а
теперь готовят ее к неизбежному. Все-таки мужу небезразличны ее чувства.
- Я еще ничего не решил, - объявил Ройс ворчливо. Но это была не правда. Он уже
принял решение и теперь хотел дать ей время привыкнуть к этой мысли.
Николя улыбнулась мужу и принялась поправлять цветы в вазе. Все трое не сводили с
нее глаз. Краешком глаза она заметила, как Ройс пожал плечами.
- Я знаю, как много для тебя значат твой дом, жена. Если возможно, я постараюсь...
- ...Сохранить замок? - договорила за него Николя.
Ройс кивнул головой.
- Не думай о моих чувствах, муж. Теперь это твой Дом. Делай то, что считаешь
нужным. Я приму любое твое решение.
Томас и Лоренс вздохнули. Ройс нахмурился. Такая податливость Николя насторожила
его.
- Мы поговорим об этом позже, - подытожил он.
- Как скажешь, - отозвалась Николя.
Что-то Николя уж больно уступчива. Ройс заподозрил недоброе, но решил не забивать
голову мыслями о необычном поведении жены, а сосредоточиться на своем основном деле -
подготовке молодых воинов. Николя все еще расставляла цветы и слышала о планах мужа на
день. Она надеялась услышать хоть слово о брате. Ее терпение было вознаграждено. Лоренс
сообщил Ройсу, что Джастин начинает привыкать к новой жизни среди нормандцев. Он
по-прежнему держится особняком, но уже с меньшей враждебностью, и все чаще
высказывает свое мнение. Лоренс считал, что для начала это неплохо.
Ройс согласился с ним. Он заметил, что жена уже который раз переставляет цветы с
места на место, и сжалился над ней.
- Николя, хочешь сегодня повидаться с братом? От неожиданности она чуть не
опрокинула вазу.
- Да, очень, - сразу же ответила она. - Я невольно слышала, что сказал Лоренс. Я рада,
что Джастин осваивается. А как у него со здоровьем?
- Неплохо, миледи, хотя я и не спрашивал его об этом, - признался Лоренс с улыбкой.
Не сводя глаз с Лоренса, Николя подошла к мужу и встала рядом с ним.
- Подготовкой Джастина занимаетесь вы?
Ройс позволил вассалу объяснить.
С новобранцами всегда занимаюсь я, - произнес Лоренс. - Однако я не обучаю их
пользоваться оружием и участвовать в сражении. Моя задача сделать их сильными. Когда я
вижу, что они достаточно окрепли, я передаю их Ройсу.
- Так вот почему они перекладывают тяжелые камни из одной кучи в другую. Значит,
это все-таки не наказание.
- Николя, воины не враги мне, - вмешался Ройс, не скрывая раздражения. - Этим
заданием мы преследуем сразу две цели. Во-первых, они строят новую стену, много шире и
выше, чем старая, потому что мне нужно больше места для занятий, - пояснил он. - А
во-вторых, эта работа укрепляет их физически.
Она кивнула головой, показывая, что все поняла. - Когда я увижу Джастина? Мне
самой пойти к нему? Да? - сбивчиво проговорила Николя. - Я хочу убедиться, что он не
мерзнет по ночам и у него достаточно теплых одеял.
Ройс постарался не рассмеяться. Он сразу же представил себе, как смутится Джастин,
если Николя начнет опекать его.
- Ты увидишь его позже, я пришлю его в замок. Ройс, разумеется, сдержал слово.
Николя показалось, что прошла целая вечность, прежде чем она заметила Джастина,
поднимающегося по склону к замку. Она бросилась ему навстречу. Слезы брызнули у нее из
глаз, но она запретила себе плакать. Николя подлежала к брату и крепко обняла его. Джастин
выглядел отлично. Лицо его порозовело, а когда она отстранилась от него и заглянула в
глаза, то уже не сомневалась, что с ним все будет в порядке. Николя хотела что-то сказать,
но голос изменил ей. Она поцеловала Джастина в подбородок и отпустила.
- Похоже, ты счастлива, сестра, - с чувством проговорил юноша.
- Да, я счастлива, - ответила она. - Счастлива видеть тебя.
- Барон хорошо обращается с тобой? - Он было нахмурился, но она успокоила его:
- Да, очень хорошо. Он
...Закладка в соц.сетях
