Жанр: Любовные романы
Сети любви
...того что она очаровательная женщина, которая с первого взгляда задела в его
душе дотоле неведомые ему струны, она оказалась еще и умной. А этого он
никогда не ждал и не требовал от женщин. Достаточно того, что они смотрели
на него влюбленными глазами и изумленно открывали рот, когда он говорил...
Анжелина заставила его задуматься, так ли он был всегда прав, когда
утверждал, что женщине достаточно быть хорошенькой и не злой. Какое же это
удовольствие видеть живые заинтересованные глаза!.. К тому же такие
красивые!
— Вы где-нибудь учились? — спросил он, когда работа была закончена
и Анжелина начала собирать бумаги, чтобы привести все записи в порядок.
— Где-нибудь мы все учились, — ответила Анжелина. — Разница
лишь в том — где... Я закончила только школу. Потом курсы секретарей.
— А почему не стали учиться дальше? У вас определенно есть способности.
— Какие? — усмехнулась Анжелина. Сейчас, после часового разговора,
ей уже не казалось, что он лезет в ее личную жизнь. — Сам процесс учебы
всегда доставлял мне радость. Но этого мало, чтобы выбрать профессию. Я даже
завидовала тем, кто с детства знал, что хочет быть врачом или летчиком. Мне
нравилось все и... ничего в частности.
— А ваши родители?
— Что родители? — не поняла Анжелина.
— Ваши родители не настаивали, чтобы вы получили образование? —
объяснил он. — Мне кажется, что вы были одной из лучших учениц в школе.
— И что из этого? Я же говорю, что не могла определиться. Так бывает.
Поэтому решила, что должна посмотреть, что такое работа вообще.
А родители... Нет, они ни на чем не настаивали. Их вполне устраивает то, что
я самостоятельный человек и вполне могу отвечать за себя.
Анжелине не хотелось рассказывать про свою семью. Она вообще никогда не
говорила о родителях. Эта была та часть ее души, которая принадлежала только
ей одной. Только очень близкий человек мог рассчитывать на то, что она
начнет рассказывать о своих стариках.
Ее родители действительно были стариками. И если бы они буквально не выгнали
ее из дому, считая, что рядом с ними она никогда не станет взрослой и
самостоятельной, Анжелина не смогла бы оставить их.
Но однажды они вдвоем усадили ее за стол и битый час уговаривали уехать,
чтобы найти свое счастье. В их маленьком городке у нее не было будущего. Они
прекрасно сознавали это. Двум простым людям Бог подарил сокровище: их
долгожданная поздняя дочь была доброй, красивой и очень талантливой
девочкой.
Они уверяли ее, что будут вполне довольны жизнью только при одном условии —
Анжелина найдет себе дело по душе и устроит свое счастье.
Их каждодневная жизнь была лишена романтики, но отец и мать всегда любили
друг друга. Для Анжелины это истина была началом и концом понимания бытия.
Любовь, верность, трогательная забота друг о друге и бесконечная верность
единственному ребенку, который олицетворял для стариков весь мир. Они с
легкостью отказались от того, чтобы на склоне лет Анжелина была рядом и
ухаживала за ними, только ради того, чтобы она по-настоящему была счастлива.
Может быть, когда-нибудь одному самому близкому человеку она сможет
рассказать об этом, но пока такого человека в ее жизни не встретилось...
Анжелина очнулась от своих мыслей и виновато улыбнулась Патрику.
— Они живут далеко? — не столько спросил, сколько угадал он.
— Да.
— Вы скучаете?
— Бывает, — уклончиво ответила она и поднялась, чтобы уйти.
— А что, если...
Но он не успел закончить, потому что в переговорную вошла Карла.
— Надеюсь, вы плодотворно потрудились? — спросила она, протягивая
руку к листам, которые держала в руках Анжелина.
— Пока я могу представить вам это, — ответила девушка, протягивая
первый вариант плана подготовки. — Все остальное — завтра.
Карла мельком взглянула на листок и повернулась к Патрику.
— Ты освободился? — спросила она чрезвычайно нежно.
Анжелине стало неловко, что она не успела уйти из комнаты раньше: ей совсем
не хотелось слушать воркование Карлы и наблюдать, как Патрик с ней флиртует.
Как глупо получилось! — разозлилась она на себя. Всего минуту назад она
готова была поверить, что с этим человеком можно говорить серьезно и
откровенно! Впредь ей будет наука: не ищи понимания там, где его не может
быть. У нее есть друг, и его ей вполне хватит.
Но она почему-то застыла на месте, не в силах сделать шаг. Неужели она ждет,
что ответит Патрик? А тот молчал и как будто бы ждал, когда уйдет Анжелина.
— Если ты закончил, зайди ко мне. — Карла сделала вид, что не
заметила этого немого поединка. — У меня накопилось много вопросов. А
вы, — она повернула голову в сторону Анжелины, — постарайтесь
завтра дать мне окончательный вариант. Можете идти.
— Спасибо, — выдавила Анжелина. — До свидания.
Дойду до ближайшего пруда и утоплюсь, подумала она, направляясь к своему
столу, чтобы собрать сумку. Эту присказку она выдумала себе еще в детстве и
повторяла в минуты, когда ей было до невозможности одиноко. Этот простой и
быстрый способ решить все проблемы одним махом всегда приводил ее в чувство.
Стоило ей произнести заклинание даже шепотом, как ей становилось смешно и
жизнь уже не казалась такой мрачной. Если Нил еще не ушел, она предложит ему
прогуляться. Погода чудесная, к тому же лето почти кончается, будет жалко,
что она не погрелась под последними лучами солнца.
Анжелина заглянула в кабинет Нила. Казалось, он ждал ее: все бумаги на столе
были аккуратно сложены, а сам Нил сидел в кресле и сосредоточенно изучал
носок своей туфли. Интересно, а если бы я проговорила с Патриком еще час, он
продолжал бы так же сидеть здесь и ждать меня?
— Нил, рабочий день закончился, — позвала она. — Или ты
собираешься ночевать здесь?
— Нет, я ждал тебя, — просто ответил Нил и встал. — Если ты
не против, давай прогуляемся.
— Надо же, я подумала о том же. Лето заканчивается...
— Я провожу тебя?
— С удовольствием, — искренне откликнулась Анжелина. Она
действительно была рада его предложению, потому что Нил одним своим
присутствием умудрялся приводить ее мысли в порядок.
Они вышли из офиса и одновременно зажмурились: солнце еще не село и
продолжало по-летнему слепить глаза. Они шли очень медленно, никуда не
торопясь, и молчали. Анжелина грустила, вспоминая родителей. Надо же было
Патрику заговорить о них... В течение года ей всего два раза удавалось
вырваться к ним: на Рождество и на годовщину их свадьбы, которая была всегда
настоящим праздником в семье. Она была дома в мае, а до Рождества было еще
очень далеко. Письма, которые аккуратно писала мама, Анжелину радовали, но
не снимали ее тоски по покою и беззаботности, которые всегда окружали ее
рядом с родителями. Ей хотелось поговорить об этом, поэтому она пошла на
маленькую хитрость.
— Твой цветок заметили все, — сказала она. — Меня всегда
восхищало, что такое чудо можно вырастить своими руками.
— А я вырос среди цветов, одно время даже стал ненавидеть их. Мне
казалось, что моя мама и меня считает чем-то вроде редкого растения, которое
надо удобрять, поливать и искоренять лишнее.
— Какая она, твоя мама? — спросила Анжелина и прикусила губу.
Может быть, ему тоже не хочется рассказывать о родителях?
— Мама? — засмеялся Нил. — О! Она грандиозная. Если хочешь,
мы можем съездить к ним в гости. Познакомишься и сама все поймешь...
Ну вот, огорчилась Анжелина, она опять сделала глупость. Нил может подумать,
что она навязывается. К тому же знакомиться с родителями предполагает
известную серьезность...
— Расскажи лучше, — попросила она.
— Они живут с отцом в пригороде. У них небольшой дом и очень большой и
красивый сад. Мама когда-то просто любила выращивать цветы, а потом это
стало ее профессией. Ты не представляешь, с каким количеством людей она
переписывается. Подростком я даже собирал марки, потому что письма приходили
со всего мира. У нее масса книг по цветоводству.
Нил пытался говорить это немного иронично, но Анжелина видела, что он
гордится своей матерью.
— Сначала она раздавала рассаду соседям, — продолжал он, —
дарила редкие семена, а потом решила, что это может стать хорошим бизнесом.
И ты не поверишь, она не ошиблась. Теперь они с отцом держат очень хороший
цветочный магазин, который специализируется на редких растениях. К ним
специально приезжают. Я же сказал утром, что мама долго выясняла, кому я
собираюсь подарить цветок, — это у нее профессиональное.
— А сколько им лет? — не удержалась Анжелина от дальнейших
расспросов.
— О, они еще молодые. Я родился, когда им было восемнадцать. Ранний
брак, который оказался прочным и, я думаю, счастливым. Верховодит мама, но
отец ей никогда не перечит. У него фантастическое чувство юмора, тем и
спасается. А твои?
— Сначала ты, — ушла от ответа Анжелина. — Ты один в семье?
— К счастью, нет. У меня есть младший брат и сестра. Тоже знатные
цветоводы. Мама сумела обратить их в свою веру.
— А тебя — нет?
— Нет. Я сломался, когда в первый раз прочитал фантастический рассказ о
мыслящих машинах. Моя участь после этого была решена. Но поскольку я
старший, то мне позволили попытаться делать то, в чем никто ничего не
понимал. Мама до сих пор удивляется, что можно что-то делать в закрытом
помещении и не общаться с природой. Знаешь, я очень их люблю и, честно
говоря, отдыхаю по-настоящему только дома.
Как мы похожи, подумала Анжелина. Может быть, и не надо искать никого
другого? С Нилом все понятно, все чисто, все светло... Их отношения никогда
не будут странными и непонятными... Она может быть с ним счастлива...
Но Анжелина одернула себя. Что за странные мысли? Можно подумать, что ей уже
миллион лет и Нил — это последний и единственный шанс. Ведь на самом деле ей
хочется любви. Настоящей, страстной, бешеной, чтобы голова кружилась от
одного имени, а в глазах темнело... Чтобы как в книжках... А она как старая
дева мечтает о покое. Нет, она не должна давать ему надежду. Он слишком
хороший и добрый.
— Ты вдруг стала такой грустной, — заметил Нил перемену в ее
настроении.
— Все нормально, — улыбнулась Анжелина и посмотрела на
него. — Ты так хорошо рассказываешь, я подумала, что соскучилась по
своим. Только и всего. Взрослые дети не признаются, что им бывают нужны
родители...
— Глупости, — уверенно сказал Нил. — Все зависит от человека.
А по поводу поездки я говорил серьезно. Мама любит гостей. У нее появляется
новая жертва, которую можно часами таскать за собой по саду и показывать
диковины. Так что если захочешь...
— Спасибо, Нил, я подумаю, — ответила Анжелина и
остановилась. — Мы уже пришли.
Они действительно незаметно подошли к ее дому. Нил тоже остановился и
замялся. Разговор был окончен, а она больше ничего не предлагала...
— Ой, прости пожалуйста, — хлопнул себя по лбу Нил. — Я же не
спросил, как прошел разговор с Патриком.
— Нормально, — деланно равнодушно ответила Анжелина и отвела
глаза. — Работать с ним действительно приятно. И действительно есть
чему поучиться.
— Вот видишь, а ты боялась...
Говорить больше было не о чем. Нил протянул руку и, когда Анжелина подала
свою, не смог удержаться от того, чтобы не пожать ее более ласково, чем это
предполагает дружба.
Анжелина не стала отдергивать руку, но как-то виновато посмотрела на него и
поспешила к дверям.
Нил постоял еще немного, а потом направился бродить по городу. Лучшая
девушка, которую он встретил в жизни, ускользает от него. Он не злился, а
был невероятно огорчен. Патрик вскружит ей голову, а потом бросит. Он видел
это уже не один раз. Других было не жалко, потому что они не вызывали в нем
никаких чувств. А Анжелина... Нет, он должен сделать все возможное и даже
невозможное, чтобы Патрик отстал от нее.
Анжелина бросила у зеркала сумочку, сняла туфли и прошла к дивану. Несмотря
на то что в квартире было душно, ее знобило. И не было никаких сил, чтобы
переодеться и приготовить ужин. Она протянула руку за любимым шерстяным
пледом, завернулась в него и, поджав под себя ноги, прикорнула в углу
дивана.
Что-то с ней происходит! Когда они с Нилом выходили с работы, она была полна
сил, настроение было прекрасное, а сейчас чувствует себя разбитой и больной.
Анжелина знала, что в минуты сильного душевного волнения она иногда впадает
в подобное состояние и пройти оно может только тогда, когда она разберется
сама с собой и расставит все по местам.
Виноват во всем, конечно, Патрик... Хватило всего часа разговора, нескольких
добрых слов и пары чисто мужских взглядов, которые она конечно же не могла
не заметить, чтобы ее непоколебимая уверенность в том, что она никогда —
никогда! — не обратит на него внимания, перестала быть такой уж
непоколебимой. И дело было даже не в том, что он до дрожи в коленях нравится
ей! Здесь было другое, то, в чем она не хотела себе признаваться. Впервые
она встретила мужчину, который проявил к ней уважение и настоящий интерес.
Он говорил с ней как с равной, увлеченно излагал свой взгляд и внимательно
выслушивал ее вопросы. Она вспомнила, как ее окрылил этот его неподдельный
интерес, как она сначала неуверенно, а потом с легкостью и страстью начала
что-то предлагать, спорить... С ним, а не с Нилом, который явно выказывал
знаки мужского внимания, она почувствовала себя по-настоящему интересной и
желанной. О причуды женской натуры! Ее нельзя обмануть комплиментами, а
конкретный разговор о каких-то железках возбудил ее чувственность.
Но он же не делал этого специально? Он не мог знать, как на нее это
подействует. Она так привыкла считать себя обычной и не очень интересной,
что внимание к ее уму и способностям сделало невозможное — она захотела
нравиться как женщина.
Что же теперь делать? Если каждый разговор с ним будет заканчиваться такой
лихорадкой, то недалек тот день, когда она бросится ему на шею с мольбой о
помощи. Потому что желание быть умной, нужной, близкой было внутри нее
всегда. Но от нее требовали лишь обслуживания, а не соучастия. Он же на один
миг сделал ее равным партнером, и Анжелина поняла — это то, о чем она всегда
мечтала. Она хотела именно такого мужчину. Который будет ждать ее ответа,
который со вниманием отнесется к ее сомнениям, который будет уважать ее
несогласие... И который всегда будет раскрывать перед ней горизонты, потому
что он умнее, сильнее и лучше. Но если он выбрал ее, значит, она чего-нибудь
стоит!
Анжелина почувствовала, что нервный озноб бьет ее еще сильнее. Надо сейчас
же приготовить себе горячее сладкое питье, иначе она заболеет. Она знала за
собой эту особенность — сильное волнение всегда вызывало у нее лихорадку,
которая могла перейти в настоящую болезнь. Если сейчас не взять себя в руки,
она пролежит с температурой дня три. И все это время будет изводить себя
мечтами и сомнениями.
Она скинула с себя плед, распрямила спину, несколько раз глубоко вздохнула.
Озноб прекратился. Надо постараться, не расплескав это состояние
сосредоточенности, дойти до кухни. Анжелина высоко подняла голову и, сделав
несколько шагов, остановилась перед зеркалом.
Она долго и придирчиво рассматривала свое лицо, забыв о том, что надо срочно
выпить молока с медом. Лоб... высокий, чистый. Кудряшки придают лицу немного
легкомыслия, но это ничего, их можно и уложить. Нос... слегка коротковат,
детский какой-то, несерьезный. Губы хороши, ничего не скажешь. Никакой
припухлости, четкие, красивые, не тонкие и не полные. Щеки нормальные, чуть
впалые. Но она никогда не отличалась полнотой. Глаза... Глаза были ее бичом!
Она так хотела, чтобы они выглядели умными и серьезными. А здесь...
Из-за того, что один глаз был чуть-чуть смещен от центра, создавалось
впечатление некой тайны. Ей так часто говорили, что у нее странные манящие
глаза, что она устала объяснять свой физиологический феномен и просто не
обращала внимания на это. Но они портили всю в общем-то приличную картину.
Из-за этого дефекта глаз все лицо воспринималось слишком женским,
несерьезным, чувственным. Это было ужасно! Анжелина давно перестала это
замечать, а сегодня ей почему-то было невыносимо об этом думать. Она хотела,
чтобы Патрик видел в ней личность, а не кудряшки....
Надо срочно переключиться на любые другие мысли, иначе ее ждет бессонная
ночь, полная самобичевания и сомнений.
Оставив свое лицо в покое, Анжелина отправилась на кухню, чтобы подогреть
молоко. Старый домашний рецепт действовал безотказно: через полчаса от
лихорадки не осталось и следа, настроение пришло в норму, ей захотелось
полистать журнал или позвонить Деми, с которой она в последнее время почти
не разговаривала. Журнал может и подождать, никуда не денется, а дружба вещь
круглосуточная. Деми, несмотря на то что иногда чересчур прагматична,
настоящий друг, улавливает настроение и может найти нужные слова. К тому же
Анжелина чувствовала, что совсем забросила подругу, которая тоже может
нуждаться в поддержке.
Она посмотрела на часы и протянула руку к телефону. Деми должна быть дома,
если у нее нет очередного бурного романа. Анжелина не осуждала ее, хотя
избранники подруги всегда казались ей немного странными. Это были мальчики и
мужчины из богемной среды: художники, музыканты, начинающие поэты. Но почему-
то все они, как только удача поворачивалась к ним лицом, забывали, что в
самые тяжелые времена смешная, немного медлительная Деми была рядом с ними и
утирала им слезы и сопли. Идеальную подругу для периода неудач мужчины не
хотели брать в новую счастливую жизнь. Надо отдать должное вкусу и чутью
Деми, она всегда находила исключительно талантливых и перспективных людей.
После нескольких гудков, когда Анжелина решила, что подруга убежала на
очередное свидание, трубку сняли.
— Привет, пропащая душа! — Анжелина обрадовалась тому, что застала
Деми дома, она, оказывается, ужасно по ней соскучилась.
— Это я — пропащая? — возмутилась Деми. — Совести у тебя нет.
Последний раз ты обещала перезвонить, но прошло уже целых две недели...
— Не сердись, прости, пожалуйста, — искренне извинялась
Анжелина. — Столько дел на работе, что вечером совсем нет сил болтать.
— На это силы всегда находятся, если желание есть, — проворчала
Деми. — Рассказывай, что там у тебя случилось.
— Так, ничего особенного. Все идет по плану. Чем больше работаешь, тем
больше тебя нагружают.
— А почему тогда звонишь?
— Потому что соскучилась...
— Да ладно тебе... Говори, я не обижаюсь. Понятно, что, когда все
хорошо, разговор можно и отложить. Что-то случилось? Опять кто-то не дает
прохода.
— Скорее наоборот, — вздохнула Анжелина. Если так пойдет дальше,
то это я кое-кому не буду давать покоя...
— Господи, неужели влюбилась? — не поверила Деми. — Неужели в
этом мире нашелся мужчина, который смог соответствовать твоим
представлениям?
— Он фантастический, — не скрывая восторга, ответила
Анжелина. — Но не в этом дело... Он заставил меня поверить в то, что я
тоже могу быть фантастической.
— Да, интересный поворот, — усмехнулась Деми. — То есть до
того дня, пока ты не увидела его, ты считала себя серой мышкой и полной
дурой? Не говори глупости.
— Ты не понимаешь, — обиделась Анжелина. — Он говорил со мной
как...
— Понятно. Как с умной и красивой женщиной, — перебила ее
Деми. — Каковой ты и являешься. Это даже обсуждать не стоит. Поверь
мне, проблема в другом...
— Да нет никакой проблемы, — почти разозлилась Анжелина. Ей
хотелось сказать, что после встречи с Патриком мир вокруг изменился до
неузнаваемости, а Деми переводит все в плоскость банальных любовных
отношений.
— Проблема в том, — спокойно продолжила Деми, не обращая внимания
на слова подруги, — что ты теперь не знаешь, что с этим делать. У тебя
ведь никогда не было настоящего романа.
— Не было, — вздохнула Анжелина. — И ты права. Я не знаю, что
со всем этим делать.
— Радоваться, — сказала Деми, и Анжелина почувствовала, что
подруга улыбается. И улыбка ее была не насмешливой или горькой, но очень
доброй и нежной. — Это такое счастье найти человека, с которым
чувствуешь себя... не знаю, как точнее сказать... всемогущей, что ли... Если
общение с ним заставляет тебя чего-то хотеть, верить в удачу, быть лучше,
значит, ты нашла то, о чем мечтала. Радуйся!
— Страшно, Деми, — призналась Анжелина. — Я напридумываю
себе, а он...
— Да какая разница, что там он, — взорвалась обычно спокойная
Деми. — Главное — что ты. Ты не думай, что это роман. Относись к вашему
общению как к неожиданному подарку. Говори с ним, смотри на него, улыбайся
ему, мечтай... Но не о нем. А о том, какая ты станешь. Понимаешь?
— В общих чертах, — ответила Анжелина, которая действительно не
все понимала.
— Объясняю. — Деми опять стала говорить ровным спокойным
голосом. — Знаешь, почему мои мужчины так притягивают удачу?
— Не говори мне о них, — нахмурилась Анжелина.
— Ты послушай, — не поддалась на провокацию Деми. — Это
полезный опыт. Они притягивают удачу, потому что я очень верю в них, они мне
интересны, я точно знаю, что они безмерно талантливы... Это очень важно,
чтобы кто-нибудь думал о тебе так.
— Но ведь из твоих романов ничего не выходит! — напомнила ей
Анжелина.
— Кто тебе сказал, что не выходит? А разве они не добиваются своего?
— Тебе-то зачем это нужно? Они становятся знаменитыми и забывают о
тебе...
— Ну и что? Мне не жалко. А потом гораздо интереснее общаться с
человеком, которому ты можешь что-то дать, чем с тем, который готов все
отдать тебе.
Анжелина замолчала, обдумывая слова подруги. Они никогда прежде не говорили
о романтических отношениях так серьезно. И только теперь Анжелина осознала,
что очень мало понимала свою самую близкую подругу. То, что вызывало у
Анжелины жалость, на самом деле было кредо ее жизни и отношений с мужчинами.
— Ну что ты молчишь? — окликнула ее Деми.
— Думаю...
— Думай, это полезно, — засмеялась Деми. — Только не очень
долго. Ты поняла, что я хотела сказать тебе?
— Теперь — да. Ты — это он?
— Пусть так. Он — это не я, я — это не он, но принципиально правильно.
У тебя есть возможность общаться с человеком, который дает тебе ощущение
счастья и полета. Пользуйся этим и не занимайся глупым женским самоедством:
нравлюсь — не нравлюсь, как мы назовем нашего первенца, нравится ли ему мой
стиль одежды... Ну и прочая ерунда.
Анжелина вспомнила, что почти то же самое, сказал ей Нил, когда они
разговаривали о работе с Патриком. Они оба говорили одно:
учись!
. Учись
быть смелой и счастливой. Какие же умные и чудесные люди ее окружают!
— Деми, ты не представляешь, насколько полезные вещи ты всегда
говоришь!
— Представляю... Во-первых, я старше, а во-вторых, умнее и опытнее.
— Деми, как хорошо, что ты есть! — Анжелина даже прослезилась от
умиления.
— Ладно, не плачь. — Деми расслышала слезу в голосе
подруги. — Все просто отлично. Работа тебе нравится, рядом интересный
мужчина, жизнь налаживается...
— А у тебя как? — спросила Анжелина для приличия. Ее так
переполняли свои эмоции, что она не была в состоянии обсуждать сейчас дела
Деми. — Все в порядке?
— В порядке. Я в очередном поиске, поэтому сижу вечерами дома и
объедаюсь пирожками. Скоро буду такая толстая, что, пожалуй, не смогу пройти
в д
...Закладка в соц.сетях
