Жанр: Любовные романы
В ожидании любви
...в кинозвезду. Кружась
во весь рост перед зеркалом, она никогда не чувствовала себя более красивой,
чем сейчас.
И сожалела лишь о том, что Трэвис не видит ее.
Лорен заняла свое почетное место за столом, накрытым на одного человека.
Взяв в руку серебряные щипцы, она достала из вазы одну ягоду и опустила ее в
горячий, темный шоколад. От одного только запаха рот ее наполнился слюной.
Лорен пришлось даже сдерживать себя, чтобы оценить свое творение, перед тем
как отправить его в рот.
О, блаженство!
После этого она выпила шампанского из хрустального бокала. Пузырьки щекотали
ей горло и уносили прочь все сомнения и печали. Второй бокал немного
затуманил ей голову. Подняв его вверх, Лорен провозгласила тост за начало
новой жизни, в которой она обязательно будет счастлива.
— За тебя, малышка, — сказала она себе.
Съев столько клубники с шоколадом, сколько мог принять ее желудок, Лорен
отправилась спать. Она сбрызнула простыни туалетной водой с ароматом фиалок,
взбила подушки, скользнула в постель и... разразилась слезами.
Любовь — это странное и опасное чувство, которое может с легкостью
превратить решительную женщину в слабое существо, не способное ни на что
решиться: спать с Трэвисом или нет, жить с ним или нет, плакать или смеяться
над незначительностью своей проблемы.
Лорен не понимала, почему для него так сложно сказать, что он любит ее.
Почему она достаточно хороша для того, чтобы спать с ней, но не настолько,
чтобы жениться на ней? Почему, несмотря на все ее попытки стать гордой и
независимой, она не может просто уйти с высоко поднятой головой и
сохраненным достоинством?
Ответ на эти вопросы заключался в том, что эта постель казалась слишком
большой, когда в ней не было Трэвиса, и в том, что она не съела ни одной
клубнички, не подумав о нем. И в том, что она отчаянно скучала по нему.
Весь ее тщательно продуманный ритуал стал доказательством того, что любовь
гораздо сильнее гордости. Что хорошего было в притворстве, если она не могла
одурачить даже саму себя? Будучи современной, просвещенной женщиной, Лорен,
возможно, и не нуждалась в мужчине, чтобы чувствовать себя полноценной, но
ей был нужен Трэвис, чтобы она могла хоть что-то чувствовать.
Во тьме ночи к Лорен пришло озарение. Любовь не исполняет требования,
зародившиеся в сердце юной девушки. С ее стороны было неправильным не
принимать Трэвиса таким, какой он есть, из-за того, что он не полностью
соответствует ее идеалу. Назвав себя глупой и непробиваемой, Лорен осознала,
что Сьюзан и ее мать были правы.
Решив не оплакивать тот факт, что Трэвис не мог дать ей того, что она
страстно желала, Лорен поняла, что должна схватить то, что он предложил ей,
и не отпускать до конца жизни. Пришло время расстаться с детскими сказками,
вырасти и вести себя как взрослая женщина, а не как маленькая девочка с
несбыточными мечтами, которые она сама себе придумала.
Лорен надеялась, что еще не поздно и Трэвис не передумал. Первое, что она
сделает утром, это отправится прямиком к нему и посмотрит, не поздно ли все
исправить. Может быть, если она придет к нему с чемоданом в руках, у него не
хватит духу отправить ее обратно.
Когда Трэвис свернул с шоссе к дому глубоко за полночь и увидел машину
Лорен, он почувствовал невероятное облегчение.
Но ей придется объяснить, почему она оставила его и всех остальных, не
объяснив, куда едет и что собирается делать. Ответственные, взрослые женщины
не исчезают просто так, не сказав никому ни слова. Думая о ее неразумном
поведении, которое так рассердило его, он уже собирался ворваться в дом к
Лорен и хорошенько отчитать ее. А сразу после этого...
Черт побери, он что, не может не думать о сексе больше чем десять минут?
Несмотря на усталость, Трэвис удивился, что его тело именно так реагировало
на мысли о Лорен. Он чувствовал себя так, словно с их последней встречи
прошло не двадцать четыре часа, а много-много лет.
Разве Лорен не понимает, как он беспокоится о ней? Как сильно любит ее?
Чувство вины вдруг пронзило его сердце, словно кинжал. Если бы она могла
читать мысли, то точно знала бы об этом. Он сам не сказал ей эти слова
тогда, когда она так хотела их услышать. Трэвис и самому себе не мог
признаться в глубине своих чувств, пока она не исчезла, заставив его с ума
сходить от беспокойства. Ему было стыдно из-за того, что Лорен пришлось
покинуть его для того, чтобы он понял это.
Он любит ее!
Теперь все в городе знали об этом, кроме самой Лорен. Трэвис Бенкс,
закоренелый холостяк, был безумно, страстно влюблен в женщину, которая
отказалась жить с ним, получив лишь половину его сердца. Хотя это странно,
но он любил ее и за это. Трэвис любил в ней все: ее силу и слабость, ее
невинность и отсутствие комплексов, ее упрямство и гордость, ее странное
чувство юмора, непредсказуемый и постоянно меняющийся нрав.
Трэвис не мог больше сдерживать ни минуты это прекрасное чувство, пришедшее
к нему. Взбодренный любовью, он направился по тропинке к дому с намерением
разбудить Лорен и все рассказать ей о своих чувствах. Конечно, утром он
будет более четко формулировать свои мысли, но он просто не сможет так долго
ждать!
Чем ближе Трэвис подходил к дому Лорен, тем больше он удивлялся. Сквозь
полуприкрытое окно сияли свечи, чей мягкий свет создавал уютную, но весьма
подозрительную атмосферу. Бутылка шампанского и остатки романтического ужина
на столе... А на спинке одного из стульев висело прекрасное платье...
Вдалеке раздался раскат грома. Внезапно Трэвис обрадовался тому, что не
позвонил в полицию. Если он сейчас не возьмет себя в руки, то, возможно, им
придется арестовать его за убийство.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
Не будучи ревнивым по натуре, Трэвис поразился силе эмоций, которые
заставили его кровь закипеть в жилах. Прежде он слышал о людях, которые в
гневе не могут контролировать себя, и теперь полностью испытал этот феномен
на себе. Гнев затуманил его зрение, заставив его пошатнуться. Он протянул
руку к перилам, чтобы удержаться на ногах, и от ярости чуть не сломал
перила. Увидев только одну машину рядом с домом, Трэвис подумал, что Лорен
подобрала кого-то на дороге во время своего путешествия и привезла сюда,
чтобы выставить напоказ передним.
Он сжал пальцы в кулак, но так и не смог постучать в дверь.
Мысль о том, что он может найти Лорен в постели с другим мужчиной, приводила
его в бешенство. Неудивительно, что некоторые мужчины предпочитают не
замечать неверности своих жен. Отрицание всегда проще, чем принятие такой
невыносимой правды.
Каким же идиотом он был, наивно полагая, что Лорен, в отличие от других
женщин, не будет играть с ним в игры. Как полный дурак, он поставил ее на
золотой пьедестал. И прожил прошедшие несколько дней с чувством вины из-за
того, что предложил этой прекрасной женщине просто переехать к нему,
относясь к ней как к соседу по колледжу, а не как к драгоценному предмету,
достойному его любви.
Мысль о том, что он шел сюда, чтобы сделать ей предложение, вызвала боль и
негодование в нем.
Правда была в том, что Лорен ничем не отличалась от Жаклин, которая была
искусным манипулятором и быстро научила его не доверять ни одной женщине.
Как и его бывшая жена, Лорен доказала, что может делать со своей жизнью все,
что захочет, не обращая внимания на его чувства. И именно потому, что они с
Лорен не были женаты, как и пытался ему доказать его друг Ларри и пара
других офицеров полиции, она могла делать со своей жизнью все, что
заблагорассудится. Но это не означало, что у них не было моральных
обязательств перед друг другом. Трэвис думал, что между ними были какие-то
особые отношения...
Если Лорен хотела вызвать его ревность, то она преуспела в этом, как никакая
другая женщина. И этим разрушила их отношения. Он с удовольствием
понаблюдает за тем, как она придет к нему и будет умолять его о прощении.
Трэвису было интересно, понимает ли она до конца, в какую опасную игру
играет с ним. И хотя самое разумное, что он мог сейчас сделать, было
отправиться обратно домой и больше никогда не вспоминать о Лорен, гнев
оказался сильнее разума.
Трэвис поразился тому, что, несмотря на предательство Лорен, он все еще
любил ее. Он презирал себя за это и в то же время был рад, что не успел
открыться ей в своих чувствах. Это спасло его от полного унижения.
Он толкнул входную дверь. К его удивлению, она была открыта. Не собираясь
скрывать свое присутствие, он вошел внутрь.
Трэвис сразу направился в спальню, даже не заметив, что на столе стоял лишь
один бокал шампанского. Некоторое время его глаза привыкали к неяркому свету
свечей. Неловко повернувшись, он задел ногой лежавший на полу пакет, выдавая
свое присутствие.
— Кто здесь? — вскрикнула Лорен. Сердце выпрыгивало из груди, она
села на постели и протянула руку к лампе, стоящей на столике рядом с
кроватью. В замешательстве она все никак не могла включить ее. Темная,
огромная фигура стояла в дверях ее спальни и тяжело дышала. Схватив
декоративную ракушку со столика, Лорен приготовилась к схватке. Она не была
уверена, что стоит сделать: бросить ли ракушку, или подождать до тех пор,
пока незваный гость нападет на нее, и ударить его по голове?
— А ты как думаешь?
Узнав этот низкий злой голос, Лорен уронила свое оружие с глухим стуком. Она
почувствовала, как ее бросает из жара в холод, а все тело дрожит от
переизбытка адреналина в крови. Пальцы тряслись, голову пронзила резкая
боль, из глаз брызнули слезы.
— Трэвис, ты меня до смерти напугал!
Пробормотав что-то невнятное в ответ, он включил свет и посмотрел на нее с
презрением. Вместо любящего и нежного мужчины, каким она оставила его менее
двух дней назад, на нее смотрел незнакомец, глаза которого могли сейчас
прожечь в ней дыру. Руки его были сжаты в кулаки, он выглядел так, словно
был готов взорваться в любую минуту.
Лорен никогда не видела его в таком состоянии. Особенно ее поразила жилка,
бьющаяся у него на виске. Ее мать, наверно, назвала бы это приступом гнева,
но Лорен боялась, что сейчас он был на грани удара.
— В чем дело? — спросила она, набрасывая на себя простыни.
Она чувствовала себя виноватой, потому что ей следовало сообщить ему, что
она собирается уехать, но в тот день Лорен еще не до конца понимала саму
себя. Кроме того, она не сделала ничего такого, что могло вызвать столь
странное поведение с его стороны. Неужели она действительно хочет быть с
мужчиной, который сейчас выглядит так, словно хочет убить ее?
Прижавшись спиной к изголовью кровати, Лорен спросила:
— Ты что, выпил?
Трэвис окинул ее надменным взглядом с ног до головы. Лорен инстинктивно
натянула простыню до подбородка.
— Где он? — прорычал Трэвис.
Он не имел ничего против того, что Лорен спала с ним обнаженной, но его
злило и раздражало то, что она купила такое сексуальное белье для другого
мужчины. Мужчины, которого он намеревался разорвать на кусочки прямо у нее
на глазах.
Лорен недоуменно огляделась по сторонам:
— Кто?
Ее большие невинные глаза не обманут его так легко. Трэвис ринулся в ванную.
И никого не нашел в этой маленькой комнатке. Он откинул в сторону занавеску
душа — там тоже никого не было.
Не в силах сдерживать себя, он открыл платяной шкаф, чуть не сорвав дверь с
петель. Пустые вешалки загремели о заднюю стенку шкафа, одежда шевельнулась
от его тяжелого дыхания. Но там никого не было. Трэвис ощущал себя злым
великаном, который сейчас съеживался до размеров маленькой мышки от
осознания того, что он совершил еще одну большую ошибку.
— Кого ты ищешь?
Трэвис убедился, что окна закрыты, а занавески не распахнуты от поспешного
бегства. Ничего. Стало совершенно ясно, что здесь не было никого, кроме них
двоих. Его первой реакцией было невероятное чувство облегчения. Присев на
пол у кровати Лорен, он покачал головой, его ярость превратилась в стыд.
Какой же он дурак!
Трэвис не мог понять, какую силу имела над ним эта женщина, заставившая его
превратиться в грубое животное. Он просто не мог поверить, что действительно
пришел к таким выводам, даже не дав Лорен возможности все объяснить ему.
Трэвис очень наделся, что не напугал ее своим поведением настолько, что она
теперь и вовсе не захочет его видеть.
Взглянув на ее испуганное лицо, он почувствовал себя настоящим монстром. Он
мог бы задушить ее выдуманного любовника, но Лорен должна знать, что он
никогда не причинит ей боль.
Как он объяснит ей свое безумное поведение? Недостаток еды и сна в последние
сутки вряд ли могут быть разумным оправданием. Полностью сбитый с толку,
Трэвис на ходу пытался придумать хоть что-то правдоподобное...
Сбежавший преступник прячется где-то поблизости он нашего дома...
Бешеный лев был замечен в этом районе...
ФБР разослало повсюду описание террористов, которые направлялись в этот
район...
Вооруженный мужчина...
Наконец Трэвис решил остановиться на горькой правде.
— Дело в том, что я от избытка чувств превратился в настоящего идиота.
Лорен посмотрела на него как на сумасшедшего.
— О чем ты говоришь?
Трэвису очень хотелось успокоить ее, но в то же время он не боялся оскорбить
ее своими подозрениями. Он сомневался, что Лорен польстит его предположение,
что она была в постели с другим мужчиной. Надеясь отвлечь ее внимание от
своего недостойного поведения, Трэвис заговорил с ней мягким, ласковым
голосом. Но блеск в его глазах заставил Лорен поежиться.
— Будешь ли ты удовлетворена, если я скажу, что на пару минут потерял
контроль над своим разумом и подумал, что ты, моя маленькая беглянка,
прячешь здесь кого-то?
— А может, тебе стоит проверить под кроватью? — предложила Лорен
сухим тоном.
Трэвис подумал, что если бы он смог поцеловать ее, у него появился бы шанс
загладить свое временное безумие.
— Я сказал тебе, какое облегчение испытал, поняв, что ты дома? —
спросил он с ноткой порицания в голосе.
— Прости меня, я действительно виновата. Мне следовало позвонить тебе.
В этот момент весь мир перевернулся для Трэвиса. Сердце, съежившееся в груди
при мысли об ее измене, в одно мгновение расширилось и бешено застучало.
— Я уже давно дома. А где ты был?
Этот вопрос застал Тревиса замереть на месте. Его охватило негодование.
— Ты действительно имеешь наглость спрашивать меня, где я был?
Лорен говорила очень тихо:
— Я не думала, что ты будешь так беспокоиться.
— А разве ты не этого добивалась? — требовательно спросил
Трэвис. — Разве ты не хотела заставить меня с ума сходить от
беспокойства?
Лорен покраснела.
— Хорошо, признаю это. Где-то там, на краю сознания у меня была мысль,
что ты будешь скучать по мне, если я уеду. Но в целом я просто хотела все
хорошенько обдумать... А из-за того, что я не могу сконцентрироваться, когда
ты рядом со мной и отвлекаешь меня своими поцелуями, мне пришлось сбежать на
некоторое время, чтобы все для себя решить.
Говоря это, Лорен ласково погладила его плечо. И Трэвис тоже потерял
возможность думать ясно, по крайней мере в данный момент.
— Кроме того, я не думала, что должна спрашивать твоего разрешения
оставить дом, — добавила она, нежно водя пальцами.
Голос Трэвиса стал напряженным:
— И ты пришла к каким-то выводам?
— Да, но, может быть, нам не стоит обсуждать это в постели? —
загадочная улыбка, озарившая ее лицо, сделала Лорен похожей на Джоконду.
Трэвис изо всех сил сейчас пытался сконцентрироваться. С большим усилием он
убрал руку Лорен со своего плеча и сел рядом с ней.
— Если ты пообещаешь держать свои руки подальше от меня, я пообещаю,
что останусь на своей половине кровати, пока мы не разрешим все наши
трудности, — сказал он.
Лорен вытянула руки вперед:
— Договорились.
Легкий дождик застучал по жестяной крыше, повторяя припев песни о любви,
вечной, словно горы, показавшиеся в лунном свете. После долгих дней засухи и
сомнений внезапный дождь словно смыл остатки глупой гордости.
Лорен взглянула Трэвису в глаза.
— Ты будешь рад узнать, что за время своего путешествия я примирилась с
жизнью одинокой женщины. Я решила, что будет неверно с моей стороны пытаться
заставить тебя сделать что-то, что не устраивает тебя... Даже если это
сделает меня счастливой... Ты должен делать то, что делает счастливым тебя.
Запах духов Лорен делал его счастливым. Блеск ее глаз, веселый смех, тепло
ее прикосновений. И то, как он чувствовал себя, когда она была рядом.
Как только она перестала быть такой самоотверженной, Трэвис решился сказать:
она делает его счастливым.
С полной серьезностью в глазах, Лорен продолжила:
— Было неправильным с моей стороны подстраивать тебя под устаревшие
нормы, которые уже давно никому не нужны. Я не имею права просить тебя быть
кем-то кроме того, кто ты есть на самом деле. Я действительно люблю тебя,
Трэвис Бенкс, но, возможно, ты прав насчет того, что нам обоим нужно время,
чтобы лучше узнать друг друга.
Трэвис был поражен до глубины души. Неужели Лорен оставила свои мысли о
замужестве? С ее переменчивым настроением он вполне может потерять ее, если
срочно не свяжет ее обязательствами.
— Что ты хочешь сказать этим, Лорен?
— То, что я хотела бы переехать к тебе, если ты еще не передумал.
Еще неделю назад Трэвис мог бы чувствовать себя так, словно выиграл большой
приз. Но сегодня ему хотелось совершенно другого.
— Да, — откровенно заявил он, — я передумал.
Лорен уронила голову и уставилась на свои руки, лежавшие поверх простыней.
Чтобы они не тряслись, она сжала их так, что побелели костяшки. И прикусила
губу так сильно, что почувствовала вкус крови. Ее мать и Сьюзан
предупреждали ее, что такое может случиться. У нее был шанс на счастье, но
она упустила его.
И некого теперь винить, кроме себя самой.
Лорен не могла винить Трэвиса за то, что он передумал после ее детской
выходки. Слезы навернулись на глаза, усилием воли она сдержала их. Понимая,
что если она устроит сцену, то это лишь все ухудшит, Лорен каким-то образом
выдавила из себя дрожащую улыбку.
— Я понимаю, — сказала она, надеясь, что ее голос не
дрожит. — Как скоро ты хочешь, чтобы я выехала?
— Немедленно.
Его прямой ответ ударил ее словно плеть. В оцепенении она пыталась спасти
остатки своего достоинства. Откинув одеяло, она попыталась встать с кровати,
но Трэвис схватил ее за руку и прижал к себе.
— Я думаю, что ты не поняла меня.
— Нет, я поняла тебя, — пробормотала она, возмущенная тем, что он
хочет причинить ей еще большую боль. Разве он не может просто отпустить ее и
позволить оплакивать свое израненное сердце в одиночестве?
— Я хочу жениться на тебе, Лорен. Я хочу, чтобы ты стала моей женой.
Думая, что ослышалась, Лорен пробормотала:
— Я уже сказала тебе, ты не обязан жениться на мне. Я не беременна,
если тебя это волнует, и даже если бы я была беременна, то со мной все было
бы в порядке. Со мной действительно все в порядке. С кольцом или без него.
Трэвис улыбнулся, и это дало Лорен надежду.
— Я знаю, что это так, но со мной не все в порядке... Я думаю, что
лучше будет сказать, что я хочу от тебя гораздо большего, чем просто
совместная жизнь. Если сказать откровенно, я расстроен тем, что ты не
беременна. Ничто в мире не может сделать меня счастливее, чем ребенок от
тебя. С тех пор, как ты уехала, я думал о том, какой была моя жизнь до того,
как ты пришла в нее. Могу уверить тебя, что это было весьма печальное и
одинокое существование.
Лорен слушала и не могла поверить своим ушам. Неужели это не сон?
— И еще, — добавил Трэвис, глядя ей в глаза, — намеренно ли
ты хотела заставить меня волноваться или нет, не в этом дело. Поверь мне,
милая, я волновался.
Он приложил палец к ее губам, чтобы она не извинялась перед ним снова. И
Лорен нежно поцеловала его пальцы.
— Кстати, — продолжил Трэвис, — я надеюсь, что ты позвонила
своей матери и дала ей знать, что с тобой все в порядке. Кроме меня огромное
количество людей с ума сходило от беспокойства.
Лорен удивленно посмотрела на него. Она и подумать не могла, что кто-то мог
соскучиться по ней за такой короткий срок.
— Я не понимала... — начала Лорен.
— И я тоже. Вот в чем все дело. Я не понимал, насколько ты важна для
меня. Как ты нужна мне. Как сильно я скучал по тебе, когда тебя не было
рядом. Как мог жить без тебя. Когда я подумал, что у тебя здесь может быть
другой мужчина, я чуть не сошел с ума.
— Что ты подумал?
— Да ладно, — сказал Трэвис, пытаясь защититься, — а что еще
я мог подумать? Шампанское, свечи, романтическая музыка, сексуальное белье
на краешке стула...
Его глаза вдруг потемнели и стали опасными.
— Я надеюсь, что ты сотворила все это не для того, чтобы вызвать во мне
ревность?
Смех Лорен развеял его сомнения. Она провела рукой по его щетине на щеке и
сказала:
— Разве ты не говорил мне, что совершенно не ревнив?
Ходили слухи, что многие женщины безуспешно пытались разыграть козырную
карту ревности с этим мужчиной.
— Это было так, — сказал он, — до того, как встретил тебя.
Лорен улыбнулась:
— Так, значит, ты действительно искал коварного незнакомца в моем
шкафу?
— Точно.
Внезапно она вспомнила о незнакомце, который предложил ей выпить с ним в
баре мотеля, но она решила не говорить об этом случае Трэвису. Ревность не
знает границ, поэтому Лорен совсем не хотелось, чтобы Трэвис сейчас сел в
машину и умчался разыскивать того беднягу.
— Ну-ка, расскажи мне об этой маленькой вечеринке, которую ты
устроила, — требовательно спросил Трэвис. — И почему, хотел бы я
знать, меня не пригласили?
Лорен безуспешно пыталась найти нужные слова.
— Вообще-то это была не совсем вечеринка. Это был скорее... ритуал,
который помог бы мне... избавиться от тебя.
Трэвис удивленно поднял брови.
— Я надеюсь, что ты не использовала для этого куклы вуду и всякие
иголки.
Лорен от одной этой мысли стало нехорошо.
— На самом деле я просто хотела убедить себя, что я привлекательна, и
надеялась, что вместе с этим придет и любовь.
Трэвис соскользнул с постели и встал перед ней на колени.
— Думаю, что это сработало.
Момент, которого Лорен ждала больше всего на свете, уже не казался ей таким
нереальным. Взволнованная теми чувствами, которые испытывал к ней этот
мужчина, стоящий сейчас перед ней на коленях, она коснулась его виска
дрожащей рукой.
Трэвис взял ее руку в свои и поцеловал ее пальцы один за другим. Тепло
растекалось по руке Лорен, сердце билось так громко, что она боялась ничего
не услышать из-за этого шума. Она встретилась взглядом с глазами Трэвиса,
наполненными любовью, и нашла в них отражение своей души.
— Сделаешь ли ты меня самым счастливым мужчиной на свете? — тихо
спросил он.
Была лишь одна вещь, которая могла сделать этот момент просто совершенным.
Но не слишком ли это много — просить, чтобы каждый отрывок из сказки встал
на свое место? Если она настоит на том, чтобы он произнес три коротких
слова, не разрушится ли ее сказка?
Лорен все же решила рискнуть.
— Ты не сказал мне, что любишь меня, — сказала она шепотом.
— Милая, — произнес Трэвис, разрушая все ее дурные предчувствия
своей нежностью. — Любовь — это такое слово, которое мне нелегко
произнести, но если ты выйдешь за меня, я обещаю, что научусь этому. Я люблю
тебя, Лорен. Всем сердцем и душой. И буду любить тебя, пока смерть не
разлучит нас. Если ты окажешь мне честь и согласишься стать моей женой, то я
буду заботиться о тебе и любить тебя, а еще буду крепко обнимать тебя, чтобы
не возникало вопросов по поводу моих чувств.
Эти сладкие слова эхом отразились в ее душе. И Лорен ответила так, как
подсказывало ей сердце.
Взяв его лицо в свои ладони, она осыпала его поцелуями.
Завтра они будут готовиться к ее переезду в большой дом. Завтра они начнут
строить планы по поводу свадьбы и их будущей жизни.
А сегодня они проведут ночь в этом маленьком домике, и мир вокруг них
перестанет существовать.
Над толпой воцарилась тишина, когда букет из белых роз и маленьких розовых
гвоздик взметнулся в воздух. Некоторые гости с трудом узнали женщину,
которая подбросила его. Она была одета в прекрасное платье цвета слоновой
кости с открытыми плечами и казалась самым очаровательным существом, которое
они когда-либо видели.
Миссис Трэвис Бенкс значительно отличалась от той простой учительниц
Закладка в соц.сетях
