Жанр: Любовные романы
Слишком заманчиво
...ь кончился и заходящее солнце
осветило комнату. Ной справился с ее блузкой. У Грейс была большая тяжелая
грудь. Сквозь бюстгальтер просвечивали темные соски. Ной сразу протрезвел.
Внезапно Грейс повернулась к нему спиной. Из-за большого количества выпитого
алкоголя его мысли текли медленнее обычного — он не мог сообразить, что
Грейс его стесняется.
— Дай футболку... — сказала она. Он попросил:
— Сними все остальное...
Грейс неожиданно ловко проскользнула в футболку. По крайней мере Ною так
показалось. А потом уже сняла бюстгальтер. При этом она умудрилась сделать
это так, что Ной не увидел ничего того, что скрывал бюстгальтер.
— Так нечестно, — заявил он.
Она искоса взглянула на него, словно проверяя его реакцию, и покачала
головой.
— Теперь юбку, — напомнил он.
Она чувствовала, что подчиняется чужой воле, что сейчас между ними
произойдет то, о чем она так долго мечтала. И сейчас же чувство стыда и
ужаса накатило на нее. Грейс не была старомодна, и у нее были романы, но все
это были мимолетные увлечения, не оставляющие в душе никакого следа.
Она сбросила туфли, поставила их у двери. Закусив нижнюю губу, сняла
колготки и аккуратно положила на диван. Ной сравнил ее движения со
стриптизом в баре, но стриптизерши не возбуждали его так, как возбуждала
Грейс. Он бы назвал это целомудрием, если бы вспомнил это слово.
— Дальше... — сказал он.
Футболка была ей велика и доходила до колен. Когда она сняла юбку, его
воображение заработало со скоростью света. К тому же ее грудь с большими
темными сосками просвечивала сквозь футболку, и Ной готов был наброситься на
Грейс, как голодный зверь.
Ной спросил:
— Почему ты стесняешься меня, Грейси? — Он подозревал, что плох для
нее.
То, что он услышал, заставило его запротестовать.
— Я слишком полная, — сказала Грейс.
— Ты... — только и мог вымолвить Ной. — Да у тебя такое тело, глядя на
которое кажется, что попал на небеса.
— Я каждое утро вижу себя в зеркале... — не поверила ему Грейс.
— Если бы я тебя видел каждое утро, я был бы самым счастливым
человеком, — признался Ной.
Она с радостью и удивлением посмотрела на Ноя. Его признание было лучше всех
комплиментов, которые она слышала до этого. Тогда он обнял ее, их губы
встретились, и глубокий поцелуй довершил то, к чему они оба стремились.
Глава 3
Ной Харпер проснулся от головной боли и с трудом разлепил веки. С минуту
перед глазами плыли разноцветные круги. Каждое движение давалось с трудом.
Даже мысли причиняли страдание. Ной огляделся: в комнате царил ужасный
беспорядок. Ной застонал и упал на подушку. Сколько раз он давал себе слово
не мешать водку и пиво. В желудке он ощутил такую тяжесть, словно там лежал
кирпич, а тело разламывалось на части. Раз в полгода Ной по какой-либо
причине напивался. Сейчас причиной была Клара. И хотя он все для себя решил,
однако ощущение душевного дискомфорта не покидало его. Все-таки он любил
Клару. Но вместо Клары рядом с ним был кто-то другой. Вначале он увидел
бюстгальтер. Но у Клары не было таких бюстгальтеров. Она вообще не носила
нижнее белье. И это нравилось Ною, потому что значительно сокращало время
прелюдии. Значит, бюстгальтер принадлежал другой женщине. Мысль, что он
вчера привел проститутку, повергла Ноя в шок. Обычно он осторожен в таких
вещах. И если у него случались загулы с женщинами подобного типа, то он
никогда не напивался. Это было его главное правило. Можно было остаться не
только без кошелька, но и без штанов.
Бюстгальтер был большого размера, и Ной, глядя на него, пытался вспомнить
события вчерашнего вечера. Им с Беном два раза не хватало алкоголя, и они
два раза ходили в магазин. Это Ной помнил хорошо, потому что когда они пошли
второй раз, то хорошенькая кассирша назначила ему свидание. Но она была
черна, худа и миниатюрна. Пожалуй, ее можно было бы целиком завернуть в этот
бюстгальтер. Нет, это не кассирша, сделал вывод Ной. Может быть, женщину
привел Бен? Но Бен ушел домой. Вдруг Ной все вспомнил и невольно
отодвинулся. Несомненно, это была Грейс. На подушке были раскинуты ее темные
волосы, а на простыне покоилась вовсе не худенькая ручка.
Боже мой, —
подумал Ной, — что я наделал!
В этот момент ему стало плохо: комната
сделала два оборота, а к горлу подступила тошнота. Ной закрыл глаза. Может
быть, ему все приснилось. Сейчас в комнату войдет Бен, и пьянка будет
продолжена. От одной мысли об алкоголе его передернуло. Но он знал, что
лучше напиться до бесчувствия, чем переспать с Грейс, потому что Грейс в его
сознании ассоциировалась с честностью и порядочностью. А Ной не мог себе
позволить быть бесчестным.
Грейс пошевелилась. Ной закрыл глаза и притворился спящим. Грейс откинула
одеяло и посмотрела на него. В ее взгляде было столько нежности и любви, что
лучше бы Ной этого не видел. Грейс протянула руку и дотронулась до него. Ной
вздрогнул и открыл глаза. Он ожидал скандала. Еще бы — затащить в постель
секретаршу Агаты! В трезвом состоянии он не мог себе это позволить. После
Клары он вообще никому не доверял, кроме Бена.
— Я должен извиниться, — поспешно произнес Ной, заодно проверяя, торчат
ли его ноги из-под одеяла или нет.
Ног он стеснялся, полагая, что они слишком худы для такого большого тела.
Грейс пошевелилась. Она и не думала ни в чем обвинять Ноя Харпера. Между тем
ему показалось, что между ними проскочила искра. Он почувствовал
возбуждение. Если он вчера в пьяном состоянии что-то позволил себе, то
теперь он был щепетилен до глупости.
Грейс улыбнулась:
— Все нормально, милый...
Боже мой!
— подумал Ной, чувствуя, как его член предательски выдает его
намерения. Мало того, они с Грейс лежали так близко друг от друга, что она
не могла не почувствовать его поползновения в прямом и в переносном смысле.
Ной покраснел. Ему стало стыдно, и он отодвинулся. Грейс взглянула с
удивлением. Ей показалось, что она обидела Ноя. Ее глаза с густыми ресницами
потемнели от слез, и она отвернулась.
Утреннее солнце падало в раскрытое окно, и в комнате было свежо. Очертания
тела под одеялом казались Ною чем-то божественным, к чему он не имеет права
прикоснуться.
Брошу пить, — решил он. — Из-за алкоголя одни
неприятности. И все же Грейс Дженкинс — самая красивая женщина, которую я
когда-либо видел
. Он вспомнил, что она пришла помочь ему. Нет, Агата не
права, человек не должен что-то делать в жизни из-под палки. Пусть она
говорит и делает что хочет, отныне он свободен от ее опеки.
Рука Грейс исследовала его брови, волосы. Ной не знал, как ему себя с ней
вести. Возбуждение было столь очевидным, что Грейс не могла этого не
заметить. А может быть, она его провоцирует?
— Как ты себя чувствуешь?
— Чертово похмелье... — пробормотал он, боясь, что ее рука исчезнет.
Он припомнил, сколько они с Беном выпили за эти дни, и ему снова стало
плохо. Впервые он напился в шестнадцать лет. Это было в загородном доме. В
подвале он обнаружил шампанское. Ему никто не сказал, что от него пьянеешь
быстрее, чем от водки. Печальный опыт он приобрел позднее. После двух
бутылок он был не в состоянии выбраться на свежий воздух и проспал в подвале
до вечера. Благо Агата отсутствовала, а прислуга тихо хихикала по углам.
Кстати, Агата потом их всех уволила за другие провинности. После этого он
целый год не пил. А потом появился Бен, и однажды Ной сводил его в заветный
подвал. А выпили они свою порцию шампанского в саду за домом.
События вчерашнего вечера окончательно прояснились в голове Ноя. От стыда он
застонал и закрыл рукой глаза, пытаясь отгородиться от света, воспоминаний и
внимательного взгляда Грейс. Ной чувствовал отвращение к самому себе за
слова, которые он наговорил ей вчера, и не только за слова, но и за мысли.
На самом деле он одиночка. Ему никто не нужен. Даже Грейс, которая пыталась
вернуть ему уверенность в самом себе. Ной почти ненавидел себя.
— Я приготовлю кофе, — предложила Грейс, понимая его состояние.
И хотя Ной испытывал к себе вполне понятное отвращение, он не упустил случая
подсмотреть, как Грейс выскальзывает из-под спасительного одеяла. Увы, она
оказалась во все той же майке. Правда, помятой. Помимо этого, Грейс
закуталась в простыню. На что Ной недовольно заметил:
— Ты еще стесняешься меня?!
Грейс бросила на него быстрый взгляд. В ее глазах была нерешительность. Ной
и раньше замечал у нее такой взгляд. Например, если он входил в тот момент,
когда она была загружена работой или была слишком оживленна. Она словно
застывала, внимательно и тепло глядя на Харпера. Он знал, что Грейс его не
боялась. Вряд ли она вообще кого-нибудь боялась. Неужели она влюблена в
него? От этой мысли ему стало приятно. Оказалось, что он хоть на что-то
способен.
— Ну почему же... — многозначительно сказала она, гордо подняла голову и
отбросила простыню.
Ной с восхищением посмотрел на ее пышные формы.
— И ты со мной провела ночь?
Грейс ничего не ответила, тряхнула головой и выбежала из комнаты. У нее были
длинные каштановые волосы.
Ной услышал, как хлопнула дверь ванной. Желудок снова напомнил о себе, и Ной
старался дышать глубоко и ровно. Если они вчера переспали, то ничего
страшного не случилось, думал он, откинувшись на подушку. С другой стороны,
он не помнит, когда отключился. Но это ни о чем не говорило. Порой он
занимался любовью спросонья и потом ничего не помнил или помнил урывками.
Ной попытался сесть в кровати, но комната завертелась вокруг него, и он
снова предпочел лечь. Из ванной доносились звуки льющейся воды. Несколько
минут Ной представлял сладострастные картины. Потом понял, что это
бесперспективно, и пошел во вторую ванную мыться.
До следующего приступа тошноты он успел раздеться и открыть кран с холодной
водой. После этого он на несколько минут склонился над унитазом. Его
вырвало. В голове пульсировало. Но стало легче. А холодная вода взбодрила.
Ной почистил зубы и растерся губкой. Возбуждение прошло.
Ной решил извиниться перед Грейс. Выпроводить ее. Убрать в квартире и начать
новую жизнь.
— Ной! — позвала его Грейс.
Решив окончательно разобраться со своими чувствами, Ной выключил воду,
швырнул щетку в раковину. Затем он обернул бедра полотенцем и вышел. Как
только он увидел полуобнаженную Грейс, все его благие намерения испарились.
Мало того, он снова почувствовал возбуждение.
— А я тебя потеряла, — сказала Грейс. Оказывается, она успела сварить
кофе.
— Я себя отвратительно чувствую, — признался он. — Если я тебе
сейчас ничего не скажу, то мы снова очутимся в постели.
— Хорошо, — согласилась она, — говори.
Ной потер колючий подбородок. Вначале надо было побриться. Но ни сил, ни
времени не было.
— Я порядочный человек, Грейси... — сделал он заявление.
— Так, интересно, — сказала Грейс, присаживаясь на диван. Ее ноги были
едва прикрыты футболкой. — Начало многообещающее...
— Не сбивай меня. Я и так собьюсь, — попросил он, стараясь не смотреть
на ее ноги.
Грейс, словно о чем-то догадываясь, посмотрела на его бедра, обмотанные
полотенцем.
— Грейси, дело даже не в том, что я голый... Она удивилась.
— А в чем?
Он замялся и едва не брякнул:
В тебе
или
Я хочу заняться любовью
.
Кажется, она что-то прочитала на его лице, потому что сказала:
— Выпей лучше кофе, — и протянула ему чашку.
Он с удовольствием подчинился. Напряжение, которое владело им, вдруг прошло.
Ной кивнул и с благодарностью взял чашку.
— Прекрасно, — похвалил он, сделав первый глоток. Еще пять или шесть
таких чашек, и он почувствует себя человеком. Даже квартира, в которой он
никогда не ощущал себя уютно, показалась ему родной. Квартиру нашла Клара.
Дизайнер, которого Ной в глаза не видел, оформил ее. Особенно он постарался
в спальне, которая была сделана в подчеркнуто сексуальном стиле. Вначале в
ней висели даже две картины соответствующего содержания. Ной их выкинул. А
кровать походила на футбольное поле и пугала его. Но он решил во всем
положиться на Клару. Наверное, она с этим дизайнером тоже изменяла ему,
потому что пропадала здесь днями и ночами.
— Знаешь что? У тебя красивые ноги.
— Ты пытаешься ухаживать за мной? — спросила Грейс.
— Ну, в общем, да, — признался Ной. — А то вчера как-то не
получилось.
Он рассматривал ее, пока она пила кофе.
— На мой взгляд, ты сложена, как греческая богиня. Грейс зарделась.
— Мне никто этого никогда не говорил.
— Значит, я буду первым.
Ной не решался спросить. Он прочистил горло. Грейс с любопытством наблюдала
за его потугами.
— Насколько я понимаю... — начал Ной, — мы вместе провели ночь...
— Да... — кивнула Грейс. Он кашлянул.
— Понимаешь...
Грейс улыбнулась так, что слова застряли у него в горле.
— В общем... если тебе нужно почистить зубы, ты можешь воспользоваться моей
зубной щеткой.
Грейс засмеялась:
— Я нашла зубную пасту и почистила зубы пальцем.
— Ах... ну да... я очень рад... — совсем растерялся Ной. Он собрался с духом
и произнес: — Грейс, что касается этой ночи...
— Ничего страшного. Тебе неудобно?
— В общем, да... — признался Ной.
Его отвлекали ее ноги, и он ничего не мог с собой поделать.
— Тебе уже лучше? — спросила она, видя, что он покраснел и замолчал.
Господи! Какой у нее голос, — думал Ной. — Он сводит меня с ума.
Самое отвратительное заключается в том, что я не помню, как обнимал ее. Нет,
этого не может быть
, — подумал он, в который раз глядя на ее ноги.
Грейс попыталась натянуть на них футболку. И разумеется, у нее ничего не
вышло.
— Я открою тайну, — наклонился он к ней, — у меня очень хорошая
печень, и я быстро трезвею.
— Особенно заметно это было вчера, — не удержалась вставить Грейс.
Он снова покраснел.
— Вчера я свалял дурака, — признался он, чувствуя, что его неудержимо
влечет к Грейс.
Лучший выход из положения — заняться любовью. Ему бы сразу полегчало. Но он
и думать не смел об этом.
— Знаешь, — Ной допил кофе и поставил чашку на стол, — мне надо
перед тобой извиниться.
— За что? — удивилась она.
— Ну... — он замялся, — за мои ухаживания.
— Не стоит, — она улыбнулась, — я не возражала. Я даже... — Грейс
невольно вспыхнула. — Мне даже понравилось.
Ной с удивлением взглянул на нее. Весь его опыт общения с женщинами говорил,
что прелюдия — это игра, кто больше соблюдет приличия. Грейс была искренна.
Не ханжа, как Клара. И если ей что-то нравилось, она открыто говорила об
этом. Значит, ей понравилось заниматься с ним любовью.
— Слава Богу! — вздохнул он.
— Почему? — удивилась она.
Теперь пришла его очередь быть искренним:
— Я был пьян и не мог себя сдержать...
У него вдруг мелькнула мысль, что Грейс осталась неудовлетворенной, а теперь
тихонько издевается над ним. К сожалению, он ничего не мог вспомнить. Такого
с ним еще не бывало.
Грейс сказала:
— У тебя была веская причина.
Кровь ударила Ною в голову. Она издевается над ним.
— Я не должен был даже касаться тебя, Грейс. Пьяный ли, нет, понравилось
тебе это или нет, это было неправильно. Ты должна была ударить меня, и
ничего бы не случилось.
Она улыбнулась и очень спокойно произнесла:
— Ной!
— Да?.. — Он готов был провалиться от стыда сквозь землю.
— А ничего и не было... — сказала Грейс, — если ты это имеешь в виду.
Грудь ее колыхнулась.
— Как это не было? — спросил Ной, хотя мысли его были сконцентрированы
на ее груди.
— Не было того, о чем ты подумал. — Она развела руками.
— Как это так?! — воскликнул он. — Я хорошо помню... — И прикусил
язык.
Он свалял дурака. Такого случая больше не представится. Проспать всю ночь
рядом с такой шикарной женщиной и не притронуться к ней. Нет, так мог
поступить только пьяница. Ной уже готов был заявить, что виноват, но едва не
проглотил язык. Раз ничего не было, то нет смысла и извиняться.
Он разочарованно произнес:
— Ну что ж... Это... тоже неплохо...
— Ты расстроился? — с иронией спросила она.
— Не то чтобы да и не то чтобы нет... — задумчиво ответил он, разглядывая ее
тело, к которому его неудержимо влекло.
— Ной, ты действительно ничего не помнишь?
— А что я должен помнить?
— Ты не желал меня?
Это был очень странный вопрос. Ной задумался. С одной стороны, он желал ее
всегда и не понимал, как мог просто так уснуть возле этой красавицы, с
другой — он не хотел заводить интрижку с Грейс. С кем угодно, но только не с
ней. Он слишком уважал Грейс и считал, что Клара — исключение из правил.
Вдруг он неожиданно для себя выпалил:
— Я хочу тебя!
— Ты хорошо подумал? — спросила Грейс.
— Абсолютно!
— Тогда... — она посмотрела на него, — я согласна... Ему стало дурно.
Так просто. Наверное, Грейс хочет его смерти. Он привстал.
— Согласна?
— Я не менее благородна, чем ты.
— Что ты этим хочешь сказать?
— Я не могла воспользоваться вчера твоей беспомощностью и соблазнить тебя.
— Не могла... — как эхо повторил Ной.
Удар был слишком силен. Самолюбие Ноя было задето.
— О своей репутации я позабочусь сам, — заметил он.
— Ой ли? — Грейс покачала головой.
—Да, я согласен. Я влюбчив и имел глупость хотеть жениться на неразборчивой
женщине. Но я учусь. Очень быстро. К тому же к тебе я испытываю странное
чувство...
— Какое же? — наивно удивилась она.
— Мне очень хочется прикоснуться к тебе. Сорвать эту футболку и погрузиться
в твое великолепное тело.
—Мне тоже оно нравится, — призналась Грейс. — Ты, кажется,
сожалеешь?..
— Да, — сказал он. — Ты говоришь, что между нами ничего не было. Я
тебе верю, иначе бы я что-то помнил. Но целоваться мы с тобой целовались?
— Ты действительно ничего не помнишь?
— Ничего.
— Жаль... — В ее голосе прозвучало разочарование. — Вообще-то один
раз...
— И как?
— Было приятно...
— Я могу исправиться, — сказал он, ерзая в кресле.
Она протянула руку. Казалось, между ними проскочила искра. Через мгновение
они застыли в долгом поцелуе. Правда, Ной Харпер был настолько невнимателен
и поглощен своими чувствами, что не заметил, что в течение всего того
времени, пока они целовались, Грейс пришлось простоять на цыпочках.
— Грейс... — сказал он.
Он с жаром целовал ее в шею, волосы, упиваясь ароматом ее кожи.
— Ты сказал, что желаешь меня... — Она прижалась к нему, наклонив голову, и
он целовал ее лицо. — Я не хочу, чтобы ты потом сказал, что я
воспользовалась ситуацией. Я не хочу, чтобы ты сделал что-нибудь, о чем
будешь потом сожалеть.
Ной с трудом понял, о чем говорит Грейс. Он разжал руки и отпустил ее. Если
он не прикоснулся к ней ночью, то почему хочет сделать это сейчас? Нет, у
него есть веские причины сдержать свои эмоции. Ной сделал шаг назад.
— Извини, Грейс... Она молчала.
Ной готов был убить себя. Он самонадеянный болван, который решил, что ему
все дозволено. Грейс прежде всего секретарь Агаты. Этим все сказано. Он не
должен прикасаться к ней. И вдруг он увидел на ее лице боль и отчаяние.
Грейс была уничтожена. Лицо ее побледнело. Меньше всего Ной хотел обидеть
ее.
— Грейси... — сказал он, — я ничего не понимаю...
— Я тоже ничего не понимаю. — Ее глаза стали влажными, но она не
заплакала, а рассмеялась. Смех вышел ломким и ненатуральным. — Я сама
не знаю, что делаю, — призналась Грейс.
Ной чувствовал себя опустошенным. Это не было связано ни с Агатой, ни с
Кларой. Виной всему была Грейс.
Неужели она подозревает его в бесчестности? Да, он не хочет на ней жениться.
Он хочет просто переспать с ней.
— Ты меня в чем-то подозреваешь?
— Мне двадцать пять, — рассмеялась она, — и я не спала с
мужчинами. Я хочу, чтобы первым мужчиной был ты.
До шестнадцати лет Ной жил совершенно в другом мире: приемные родители так и
не стали родными людьми; школа приучила полагаться только на самого себя, а
приятели так и не стали друзьями. По сути, он был эгоистом. Брал от жизни
то, чтр она преподносила, и не особенно задумывался, правильно ли поступает.
Но теперь Грейс заставила его по-иному взглянуть на себя и почувствовать,
что надо быть мягче и внимательнее к людям.
— Мне уже кажется, что я не подхожу тебе, — признался он.
— Почему? — удивилась она.— Потому что ты передумал?
— Ты хочешь увидеть мой член?!
— Я не знаю, — ответила она. — Хочу, но одновременно и боюсь.
— Потому что никогда не спала с мужчинами?
У него была тысяча и одна причина не заходить слишком далеко в отношениях с
Грейс. Но ни одна из них не имела значения в этот момент.
— Грейси, разве ты слепая? Я напряжен в течение всего утра. А ты рассуждаешь
о высоких материях — любишь ты меня или не любишь?.. Мне кажется, мы это
выясним потом.
— Когда? — спросила она.
— Потом... — загадочно сказал он.
Она покачала головой, ее волосы рассыпались по плечам, и на Ноя это
произвело такое впечатление, что он сделал шаг вперед и обнял Грейс.
— Неужели ты не понимаешь, что ты мне нужна — сейчас, немедленно.
— Мне кажется, — сказала она, глядя ему в лицо, — что мы с тобой
обсудили эту проблему. Я сама пришла и сама сделала выбор.
Но подобное объяснение показалось Ною недостаточно честным. Он испытывал
двоякое чувство: желание овладеть ею и одновременно боязнь обидеть.
— Во мне все смешалось, — признался он. — Честно говоря, я не могу
поддерживать серьезных отношений с женщиной и не хочу. Мне нужен только
секс.
— Я согласна... — сказала Грейс.
Его глаза стали походить на ястребиные.
— Меня интересует грубый секс...
— Похоже, наши желания совпали, — сказала Грейс, пристально глядя на
него.
Он вдруг понял, что она желает того же, что и он, и вся его агрессивность
вмиг испарилась. Мало того, Грейс явно возбудилась. Ее крупные темные соски
набухли и просвечивали сквозь футболку, а сама она стала глубоко дышать.
— Ты самый лучший мужчина в мире, — тихо призналась Грейс.
— Нет! Ты разжалобишь меня, и тогда ничего не получится. Я рос на улице, я
груб и невоспитан.
— Я знаю, — сказала Грейс терпеливо. — Твое тело точно так же
влечет меня... Ты просто великолепный.
Руки Харпера сжались в кулаки. Грейс — или простушка, или ведьма. Может
быть, она не понимает его слов?
— У меня много работы, и с женщинами я... Ее губы приоткрылись.
— Я понимаю тебя, милый...
— Я могу быть жестким, когда это нужно, и Агата не сможет ничего со мной
сделать.
— Я принимаю твой мир таким, какой он есть. Ной еще крепче обнял ее за
талию.
— Не нужно защищать меня, а просто слушай, что я говорю.
Грейс положила руки ему на плечи и кивнула.
— Ты права, то, что произошло вчерашней ночью, случилось из-за того, что я
был пьян. Нет, пожалуйста, не надо смущаться снова. Если бы я не желал
тебя... Но я желал... Пришла ты... Я слишком много выпил и не мог думать о
том, чего мне не следует делать. Вместо этого я думал о том, чего мне
хотелось... — Он совсем запутался в своих объяснениях.
— Ной, — ее губы касались его руки, — мы оба хотим этого.
Он сильнее прижал руку к ее губам.
— Мне нужен секс. Горячий, всепоглощающий секс. Мне нужна женщина, которая
захочет отдать мне свое тело так, как я этого захочу. Это все. Никаких
обязательств. И Бог его знает, как долго мне это будет нужно.
Она утвердительно кивнула. Харпер вдохнул запах ее волос.
— Грейс, ты сама не знаешь, что предлагаешь мне... Она взяла его за запястье
и мягко отстранила его руку от своих губ.
— Я предлагаю тебе все, что ты захочешь. Все. Волна страстного желания
охватила его. Желание это было столь сильным, что Ной не мог сдерживать
себя.
— И если я попрошу тебя раздеться и лечь на кровать, ты сделаешь это?
Она побледнела, несколько секунд п
...Закладка в соц.сетях
