Жанр: Любовные романы
Слишком много не бывает
... нуждалась; Кент помог женщине, с которой даже не был знаком.
Брук улыбнулась с робкой надеждой на то, что счастье все еще возможно для
нее.
— Да, ей нелегко пришлось, — сказал Кент, глядя Брук в
глаза. — Ее бывший муж — трус, и я должен был давно с ним посчитаться.
Брук прикоснулась к лицу Кента.
— Почему ты этого не сделал?
Как ни странно, Кент был доволен тем, что она задала этот вопрос.
— У него нюх — он чует, как может сильнее всего ранить Сьерру. И у него
много влиятельных родственников. Мне он навредить не может, и он это знает.
Но если я пойду против него, он сделает для Сьерры невозможным получение
ссуды или лишит последнего, что у нее есть. Он уже сделал это с ее отцом, и
бедняга все потерял.
— Это законно?
— Все, кроме побоев, что он наносил Сьерре, у нас в суде не оспоришь.
Да и факт побоев доказать не так просто. Его отец был шерифом, затем стал
мэром.
— И это дает ему определенный иммунитет?
— Да, что-то вроде этого. Сьерра надеялась, что может решить проблему,
уехав из города, и, поскольку никаких определенных планов у меня не было, я
поехал с ней. Она здесь счастлива и довольна. Все было бы прекрасно, если б
не Грифф. Он последовал за ней сюда.
— Ну, так надо же что-то делать!
Кент усмехнулся и обнял Брук еще крепче.
— Я знал, что ты поймешь. И да, я согласен. Я просто еще точно не
решил, как надо действовать. Сьерра не хочет, чтобы я вовлекал в это других
людей.
— Я поговорю с ней.
— Я бы предпочел, чтобы ты этого не делала. Она расстроится, если
узнает, что я тебе обо всем рассказал.
— Понятно. — Брук задумчиво нахмурилась. — Тогда, может,
Бен...
— Тсс. Я держу ухо востро, и я надеюсь, что она сама все ему расскажет.
Я надеюсь, когда-нибудь она доверится ему настолько, что введет его в курс
дела.
— Но если муж Сьерры может навредить моему сыну, я должна его
предупредить.
Кент погладил щеку Брук подушечками пальцев:
— Ты мне позволишь взять это на себя, ладно?
Брук не очень этого хотелось, но она также понимала, что Сьерре ее
вмешательство не понравится, и она решилась на компромисс:
— Ну ладно. Я тебе доверяю.
— Спасибо. — Кент подарил ей быстрый и жаркий поцелуй. — И
теперь ты знаешь, что Сьерра мне очень дорога. Только по-другому. Скорее как
дочь. Я вернусь вечером, когда мы сможем побыть наедине. Семь часов тебя
устроит?
До вечера, как ей показалось, оставалась целая вечность ожидания.
— Да. Хорошо.
Кент потянулся к Брук, но она отступила:
— Мне надо идти. Миссис Харпер уже заждалась. — Кент усмехнулся
озорной мальчишеской улыбкой:
— Хочешь сказать, что не желаешь, чтобы она в твое отсутствие весь дом
обшарила?
Брук тоже улыбнулась, на этот раз вполне искренне. Кент был не просто
красивым мужчиной. Он был еще и очень хорошим человеком.
— Точно. — Брук легонько толкнула его в грудь. — Не
опаздывай.
Агата выглянула из окна и увидела Брук, идущую к дому. Она не винила Брук за
то, что та позволила себя увести. Будь она, Агата, лет на сорок моложе, и
она не устояла бы перед чарами Кента Монро.
Когда Брук влетела в гостиную, Агата скромно сидела в кресле.
— Простите, что заставила вас ждать.
Агата усмехнулась про себя, но внешне сохраняла пристойный вид. Она не
переставала удивляться тому, как вежливо и достойно держится Брук, между тем
как сама она давала мало поводов для уважительного отношения.
Агата сразу перешла к делу:
— Я хочу, чтобы Бен был упомянут в моем завещании, но он продолжает
утверждать, что буквально выбросит все, что я ему оставлю.
Брук присела на диван напротив.
— Понимаю. — Взглядом она словно просила у Агаты извинения. —
Но он взрослый человек и принимает решения без моей помощи.
— Ерунда. Он тебя любит и уважает. И этого достаточно. Он к тебе
прислушивается. — Брук хотела, было отрицательно качнуть головой, но
Агата продолжала: — Он заслуживает своей доли в наследстве. И я хочу, чтобы
он ее получил.
Брук какое-то время молча смотрела на Агату. Потом вздохнула и на тон ниже
сказала:
— Возможно, то, что вы хотите ему дать, не вполне совпадает с тем, что
Бену от вас нужно.
— Тогда что же? Я завещаю ему недвижимость, акции, валюту...
— А любовь?
Агата осеклась на полуслове.
— Простите?
— Уважение. Соучастие.
Черт, в этом возрасте не так-то легко чем-то удивить, тем более ввести в
смущение. Но Агата сама не узнала свой голос.
— Негодник знает, что он мне небезразличен. — Брук улыбнулась, и
Агата увидела, чем мать и сын похожи.
— В самом деле? Как часто вы ему об этом говорите? — Агата в ужасе
почувствовала, что краснеет. И что уже совсем невероятно, она вскочила и
принялась расхаживать по ковру.
— Мне, знаете ли, восемьдесят, и я хотела бы уладить этот вопрос.
— Вот и улаживайте.
Агата и не предполагала, что у Брук может быть столько металла в голосе. Те
несколько раз, что они встречались, Брук была с ней тиха, как мышь. Агата
бросила на нее неприязненный взгляд:
— Вы мне выговариваете?
— Не делайте вид, что вы так удивлены, миссис Харпер. Вы и сами были
матерью. Вы знаете, что иногда строгость необходима. А Бен всегда был
трудным ребенком. Он заставлял меня понервничать.
Вот она — боль. Агата устало опустилась в кресло и сделала признание,
которого никому до этого не делала.
— Боюсь, — сказала она, — мать из меня была неважная. —
Агата не смела, смотреть на Брук, а вместо этого смотрела на дальнюю стену.
Тишина становилась невыносимой. От этой тишины ныли старые кости Агаты. Ей
хотелось расслабленно опустить плечи, сгорбиться в кресле. Затем она
услышала, как Брук встала. Еще несколько секунд спустя Брук присела рядом и
взяла ее старческую руку в свою.
Агата была настолько ошарашена этим жестом, что от неожиданности открыла
рот. Если не проявить осторожности, так можно и вставную челюсть потерять.
— Мы все стараемся делать то, что можем. — Брук нежно пожала
пальцы Агаты. — Иногда мы, матери, совершаем ошибки, которые преследуют
нас всю жизнь, а иногда нас осеняют гениальные педагогические идеи. К
несчастью, понять, что есть что, становится возможным лишь, когда ребенок
превращается во взрослого.
Агата решила забыть о гордости и сказала Брук то, что должна была сказать
много лет назад:
— В отношении Бенджамина вы приняли ряд блестящих решений. Из него
получился замечательный парень.
Брук улыбнулась, и Агата отметила, что улыбка у нее и вправду чудесная.
Глядя на эту улыбку, Агата могла понять, почему ее сын стал встречаться с
этой женщиной, но не то, почему он так безответственно с ней поступил.
— Спасибо, миссис Харпер.
Агата заставила себя выпрямить спину.
— Хватит этих формальностей. Зовите меня Агата.
— Хорошо, Агата. Вы когда-нибудь говорили Бену о том, как вы им
гордитесь?
— Он не облегчает мне задачу. — Бен либо вступал с ней в спор,
либо все превращал в шутку. — У него весьма впечатляющее чувство юмора,
но со мной он пользуется им в основном для того, чтобы не оскорблять меня
прямыми высказываниями. — Агата покачала головой. — Он душка, и он
об этом знает.
— Если вы хотите, чтобы ваши отношения с Беном были ближе, вы должны
быть с ним честной.
Агата с пристальным вниманием посмотрела на Брук:
— Именно поэтому я решила записать вас и его девушку, Сьерру, к себе в
союзники.
— Каким образом мы должны вам помочь?
— Он любит вас обеих. Первое время Ной тоже показывал свой характер, и
именно Грейс помогла мне наладить с ним отношения.
Брук покачала головой:
— О нет. Свои личные отношения с Беном вы должны строить сами.
— Вы отказываетесь мне помочь? — Агата сознательно придала голосу
начальственную интонацию.
Брук встала.
— Я ни разу не попыталась настроить Бена ни против вас, ни против
вашего сына. Не ждите от меня, что я сейчас начну делать что-то
противоположное. Бен — взрослый мужчина, неглупый, справедливый и добрый.
Если вы хотите завоевать его любовь и уважение, вам придется дать ему любовь
и уважение взамен.
— Возможно, Сьерра...
— Я знаю моего сына, Агата. Боюсь, в этом деле Сьерра вам не поможет.
Не пытайтесь ее использовать.
Агата хотела вступить в спор, но, видит Бог, за свою долгую жизнь она устала
отдавать приказы и теперь была старой и довольно одинокой. Она поднялась.
— Я должна над этим подумать. Вы ничего не скажете Бену?
— — О вашем визите? Не скажу, если вы этого не хотите.
Агата улыбнулась:
— Вы действительно благородная юная леди. — Брук улыбнулась:
— Мне сорок пять, едва ли меня можно назвать юной.
— Все познается в сравнении, моя дорогая. Для меня вы просто младенец.
На этот раз засмеялась Брук. Однако смех ее оборвался, когда Агата
проговорила, незаметно смахнув слезы с глаз:
— Я очень сожалею о том, через что вам пришлось пройти. Мой сын был
разочарованием во многих смыслах.
Брук улыбнулась нежно и понимающе:
— Но он все равно ваш сын, и вы любили его, и вам всегда будет его не
хватать.
— Да.
— Я понимаю. И я уверена, что если вы откровенно поговорите с Беном, он
вас тоже поймет.
— Спасибо.
Брук ее обняла и тем очередной раз удивила.
— Вы должны больше доверять Бену. Я уверена, вы не будете разочарованы.
Растерянная, огорошенная неожиданными проявлениями участия, на грани слез,
Агата пыталась справиться с собственными эмоциями.
— Да, у него хорошие гены. — Она знала, что должна уйти отсюда,
пока окончательно не опозорит себя, но все же остановилась в дверях.
Оставаясь спиной к Брук, Агата сказала: — Сьерра спрашивала меня, как это
бывает, когда вся большая семья собирается вместе. Мне как-то не приходило в
голову об этом думать, — солгала Агата, — но, раз уж она об этом
упомянула, может, в какой-нибудь выходной день мы могли бы...
— Отличная мысль.
Черт! Агата была готова разрыдаться. Все, на что она была сейчас
способна, — это скупой кивок. Слезы душили ее. С прямой спиной и высоко
поднятой головой она зашагала прочь. Внутри у нее все трепетало, и сердце
было готово разорваться. У нее была семья — большая любящая семья, но она
знала, что ничего не сделала, чтобы заслужить такое счастье.
Глава 14
Сьерра взяла сотовый телефон, который протянул ей Ной. Он виновато пожал
плечами:
— Это моя бабушка.
Сьерре хотелось застонать. Она должна была встретиться с ней через час и уже
выбивалась из графика. Кондоминиумы Ноя оказались больше и куда сложнее
устроены, чем она предполагала. Эта работа обещала стать самой крупной и
самой интересной в ее карьере. Она должна бы чувствовать радость и азарт. А
вместо этого она думала о Бене. Он проник в ее жизнь и заполнил собой каждый
из ее уголков. И Сьерра помогла ему еще глубже войти в ее жизнь, поделившись
с ним воспоминаниями о прошлом. Этого не надо было делать ради его же блага.
Сьерра сожалела о сказанном, но не знала, как теперь с этим быть.
Господи, правда, была ужасна — она вообще не в состоянии справиться с Беном.
Он прикасался к ней, и она тут же теряла разум.
— Алло? — сказала Сьерра чуть жестче, чем хотела бы.
— Планы меняются, дорогая. Боюсь, я должна отменить визит.
— Да? — Сьерра испытала громадное облегчение. Одной проблемой
меньше.
— Да, но я сегодня с вами увижусь. В какое время вы возвращаетесь
домой?
Сьерра потерла лоб. У нее весь день болела голова. Почти так же сильно, как
сердце. Не так легко было сконцентрироваться на том, что нужно сделать для
нового жилого комплекса. Теперь еще и это.
— Я точно не знаю...
— Я буду ждать вас в ресторане Бена. Его повар весьма способный парень,
вам не кажется?
— Да, вполне. — Сьерра чувствовала на себе пристальный взгляд Ноя,
так что выказать свое раздражение она никак не могла. Она понизила голос до
шепота и повернулась к Ною спиной: — Я думала, вы не хотите, чтобы Бен знал
о том, что вы со мной связались.
— Я передумала. У нас с внуком будет очень милая родственная встреча.
Надеюсь, вы ничего не имеете против? — Не дождавшись ответа Сьерры,
Агата сказала: — Вот и отлично. Тогда до встречи.
Сьерра молча смотрела на телефон. Ной с улыбкой взял мобильник из рук Сьерры
и спросил:
— Все в порядке?
— Не то слово. — Ной засмеялся:
— У вас такой вид, словно вы ее убить готовы. Это нормальная реакция на
мою бабушку.
Сьерра уставилась на Ноя. Брат Бена был крупным мужчиной, он всегда держался
непринужденно, и лицо его большую часть времени выражало абсолютное
спокойствие. Но в его голубых глазах было нечто такое, что роднило его с
варварами. Что-то, что вызывало страх. Только не у Сьерры. Ной был братом
Бена, и поэтому он стоил ее доверия.
— Чего хотела моя бабушка?
— Она просто хотела со мной встретиться.
— Ах, так! — Ной был раздосадован, но изменить неизбежное все
равно не мог — бороться с Агатой он не собирался. — Она снова затевает
интриги. Бен будет в ярости.
— В этом нет ничего нового. Он всегда находит повод, чтобы впасть в
ярость, — не один, так другой. — Сьерра направилась осматривать
территорию с другой стороны комплекса, исследуя почву, направление солнца,
существующую растительность. — Бен иногда бывает просто невыносим.
Ной шел следом за Сьеррой.
— Знаете, вы единственная женщина, которая так о нем отзывается.
Похоже, что в ярость он впадает только по вашему поводу, потому что обычно
он находит что-то светлое даже в совсем пропащей ситуации. Ему нравится
смеяться.
— И ему нравится флиртовать. — Сьерра поморщилась, со стороны она
услышала, сколько желчи в ее словах. Она пнула мелкий камешек носком
рабочего ботинка. — Ну что же, кое-что из имеющихся кустов мы сможем
использовать. Несколько хвойных для контраста, поиграем с текстурой,
несколько ярких пятен создадут цветы — и все вместе получится очень даже
неплохо. То, что тут уже есть, не пропадет. Таким образом, вы сможете
сэкономить деньги, но должна предупредить — пройдет месяц примерно, прежде
чем я приведу все это в здоровый вид.
— Вы ведь его любите, верно?
Сьерра споткнулась и чуть не упала. Она повернулась к Ною. Сердце прыгало у
нее в груди, и щеки горели.
— Я этого не говорила!
— Значит, вы его не любите.
По спине у нее потекла струйка пота. Любить Бена? О Боже! Она знала, что он
ей нравится, что она его уважает. Она знала, что ей нравится его чувство
юмора и то, как он относится к своей матери, его порядочность и его
упрямство. И ей очень нравились его прикосновения, то, что он заставляет ее
чувствовать. Он был нежен и добр, он был силен и умен, и еще...
Она стояла и смотрела на Ноя, дрожа и немея.
— Я...
Ной сделал к ней шаг.
— Забудьте о том, что я спросил. Я не хотел напугать вас до смерти.
— Вы не напугали меня, — солгала Сьерра, — просто...
Улыбка Ноя явно давала понять, что он ей не поверил, но он был готов
оставить тему, зная, что зерно уже прорастает в ее голове.
— У вас дьявольские методы.
— Да, — сказал Ной и, обняв ее за плечи, повел назад к дороге, где
стояли их машины. — Вы сможете прикинуть стоимость? Того, что вы
видели, вам достаточно?
— Да. — Пытаясь собраться с мыслями, Сьерра заглянула в
блокнот. — Завтра я вам смогу уже что-то сообщить. Не поздно?
— Нет, это вполне меня устроит.
Они шли в тишине, и Сьерра остро ощущала рядом присутствие Ноя. Она знала,
что он выжидает момент, когда она потеряет бдительность. И все же ее
буквально отбросило в сторону, когда Ной заявил:
— А ведь Бен еще ни разу не влюблялся. — Господи, да он и не думал
оставлять эту тему. — Да?
— Хотя сейчас он влюблен.
Сьерра стала хватать ртом воздух. От наплыва эмоций. Как на американских
горках. Она знала, что это опасно. И все же от мысли, что Бен мог ее
полюбить... Ну, ей хотелось смеяться во все горло от радости.
— Парню сейчас непросто. — Ной похлопал Сьерру по плечу и
отпустил, чтобы она смогла открыть дверь грузовика. — Будь с ним
поласковее, ладно?
Сьерра понимала, что ей надо садиться в машину и убираться отсюда подобру-
поздорову. Но она не могла просто так взять и уехать. Она должна была
объяснить. Она не слишком хорошо знала Ноя, но отчего-то испытывала к нему
почти родственные чувства. Он, как и она, большую часть своей жизни был
один. Она встретила его взгляд и сделала глубокий вдох.
— Я не хочу, чтобы Бен пострадал.
— Ты о себе?
— Нет, конечно, нет.
— Тогда о ком?
Сьерра покачала головой. Она не хотела, да и не могла сказать Ною больше,
чем сказала.
Ной долго молчал перед тем, как задать свой следующий вопрос:
— Ты хоть кому-то в этой жизни доверяешь, Сьерра?
— Доверие не имеет к этому никакого отношения.
— Доверие имеет к этому прямое отношение. Так ты мне не сказала, есть
ли кто-то, кому ты доверяешь целиком и полностью?
Она подумала и кивнула:
— Кенту.
Ной засмеялся и потер щеку.
— Ты о своем помощнике говоришь? — Ей не понравился этот тон.
— Он к тому же мой близкий друг.
— Да, именно это мне Бен и говорил — что вы с Кентом просто друзья.
Очень близкие друзья. — Ной посмотрел на нее так, что чуть не сбил ее с
ног взглядом. — Ну что же, если бы Грейс доверяла какому-то мужчине
больше, чем мне, я бы не смог с этим жить. Наверное, я бы ослеп от ревности.
Но Бен уважает Кента, он Бену даже нравится. Ты знаешь, что это значит?
— Что Кент — славный парень.
— Это значит, что Бен доверяет тебе.
Ной сумел поставить ее на место, да так, что лицо у нее вспыхнуло от стыда,
даже живот скрутило.
— Бен вырос с сознанием, что его отец — наш отец — бросил его в тот
день, когда он узнал, что Брук беременна. Ей тогда было всего шестнадцать —
она была одна, без поддержки, без работы. Им было нелегко, но они справились
в основном потому, что Брук любила Бена до самозабвения. Может, из-за этого
Бен особенно чутко относится к женщинам. Он всех их готов защищать и
пестовать. Он любит тебя, и поэтому он, конечно, очень хочет тебе помочь.
То, что ты воспринимаешь как вмешательство в твою жизнь, на самом деле
инстинктивная реакция Бена на происходящее.
Сьерра не знала, как признаться в этом, но она и не воспринимала действия
Бена как вмешательство в свою жизнь, больше не воспринимала. Он слишком ей
нравился.
Она... Господи, она его любила.
Сьерра закрыла лицо ладонями.
Ной снова кивнул и сказал:
— Это тебе так, к сведению.
Сьерра, задумчивая и серьезная, села в машину и закрыла дверь. Ной приник к
окну:
— Ты отсюда прямо домой?
— Да, на сегодня у меня все. — Сьерра сама не знала, что сейчас
чувствует. Она понимала, что Ной — старший брат Бена и считает своим долгом
защищать младшего, поэтому ей не в чем было его винить. Более того, он
заставил ее сделать кое-какие заключения. Скажем так, очень важные
выводы. — Я, пожалуй, буду работать на вашем участке.
— А как насчет разговора с Беном?
— Да. — Сьерра прикусила губу и сказала: — Спасибо.
Улыбка у Ноя была такой же, как у Бена.
— Всегда, пожалуйста. — Он похлопал по верху машины и
отступил. — Будь осторожна на дороге.
Сьерре не терпелось скорее попасть домой, где она могла бы все мысли
разложить по полочкам. Она хотела увидеть Бена, хотела поцеловать его. Когда
он прикасался к ней, печалям и сомнениям просто не оставалось места.
И все же, когда она повернула ключ зажигания, грузовик не завелся. Она
попробовала несколько раз подкачать бензин и снова попыталась завести
машину. Но грузовик умер.
— Черт!
Ной заглянул в кабину:
— Не заводится?
— Нет. — Сьерра посмотрела на часы, в отчаянии закрыла глаза и
повернулась к Ною лицом. — Могу я воспользоваться вашим телефоном?
— Зачем?
— Чтобы вызвать тягач.
Он открыл дверь машины и нежно ее оттуда вытащил.
— Чепуха. Я отвезу вас домой, захвачу Бена, и вместе мы что-нибудь да
придумаем. Мы оба хорошо разбираемся в автомобилях.
— Но...
Ной поднял палец:
— Я настаиваю, и Бен тоже будет настаивать.
Очень скоро Сьерра уже сидела в просторном
лендровере
и ее мчали к дому.
Ной все продолжал петь дифирамбы Бену.
Делать это было не обязательно, поскольку Сьерра и так знала, какой Бен
необыкновенный человек. На самом деле, чем больше она на эту тему думала,
тем больше понимала, что Ной был прав. Бен заслуживал полного и
безоговорочного доверия. Но на самом деле он уже завоевал его. Иначе Сьерра
не стала бы рассказывать ему о своем прошлом.
У нее было так хорошо на душе, так комфортно, и ей захотелось поделиться
этим с Беном. Сьерра вздохнула. Он заслужил то, чтобы она разделила с ним
все, что считала своим, и пусть так оно и будет.
Ной припарковал машину на ее стоянке, вышел из машины и открыл для Сьерры
дверь.
— Грейс сегодня на работе. Дайте мне пару минут, чтобы поболтать с ней,
разыскать Бена, и я сразу вернусь. Если Бен не слишком занят, мы могли бы
посмотреть на ваш двигатель прямо сейчас. У меня тоже весь оставшийся день
свободен. — Тут он заметил, что Агата Харпер подъезжает к ресторану, и
покачал головой: — Так, похоже, мы все будем заняты еще пару минут.
При виде бабушки Бена, выходящей из лимузина, Сьерра невольно улыбнулась.
Агата ее немного пугала, это верно, но из краткого общения с ней Сьерра
поняла, что старушка любила Бена и лишь хотела стать ему ближе.
— Я зайду к себе, переоденусь и приведу себя в порядок. Вы не могли бы
сказать миссис Харпер, что я присоединюсь к ней чуть позже?
— Конечно, — ответил Ной.
— И еще. — Сьерра поддавшись душевному порыву, привстала на
цыпочки и обняла Ноя. — Вы были правы.
Ной обнял ее в ответ. Сьерра чувствовала, что он улыбается.
— Я действительно его люблю.
Сьерра приняла прохладный душ и начала приводить себя в порядок. На этот раз
на сборы у нее ушло гораздо больше времени, чем обычно. Ведь не каждый день
она признавалась мужчине в любви, и в этой неизведанной ситуации она хотела
быть уверена, по крайней мере, в своем внешнем виде.
Сьерра высушила волосы феном и старательно их уложила. Она решила не убирать
их в хвост, а оставила распущенными. Бен ни разу не видел ее с распущенными
волосами, кроме как в постели, когда они были страшно растрепаны. Сьерра не
знала, понравится ли ему ее новый облик, и вообще, заметит ли он ее новую
прическу. Может, и не заметит, подумала она, но все равно так она будет
чувствовать себя более уверенно.
Потом дошла очередь до наряда. Сьерра решила надеть белую блузку без рукавов
и бежевые шорты. Босоножки у нее были не очень-то модные и совсем не новые,
но это все равно лучше, чем рабочие ботинки или потрепанные кроссовки.
Посмотрев на себя в зеркало, Сьерра улыбнулась. Не то чтобы она так уж
классно выглядела, но глаза блестели от приятного возбуждения.
Она многое изменила в своей жизни и направила свой корабль на верный курс,
но она все еще позволяла прошлому управлять ее жизнью, особенно в той его
части, что касалась Гриффа. Избегать его казалось Сьерре проще и безопаснее,
чем вступать в открытую конфронтацию с ним. Но будь что будет. Она выбросит
Гриффа из своей жизни раз и навсегда. Если для этого придется бороться с ним
в суде, если все придется начать сначала — она готова к этому. Потому что
ради Бена она хотела быть свободной.
И, приняв это решение, Сьерра почувствовала, что ей стало гораздо легче. Она
уже сто лет так себя не чувствовала, и еще все ее тело вибрировало от
предвкушения того, что жда
...Закладка в соц.сетях
