Жанр: Любовные романы
Как в первый раз
...мотреть на Спэнк, он
показал пальцем на клетку.
— Она превосходная артистка. Она умеет не только вытаскивать из
карманов кошельки. — В голосе Елены слышалась гордость.
— Восхитительно. — Куинн не хотел спрашивать Елену, кому
достанутся деньги, заработанные Спэнк.
— Я очень рассчитываю на нее. Она будет не только собирать
пожертвования, но и поможет продать нашу продукцию. Я еще не сказала тебе,
что наняла кое-кого, кто будет изготавливать для нас крем?
Он покачал головой, намереваясь поздравить ее с успешным решением проблемы,
но тут же напомнил себе, что не должен отклоняться в сторону от интересующей
его темы. Куинн должен был объяснить Елене то, ради чего он пришел.
— Скоро состоится собрание приемных родителей, — сказал Куинн. Он
хотел знать, что задумывает семья Костас в ближайшее время. Поэтому пришлось
начать издалека, и кроме того Куинн хотел напомнить Елене, что он не только
знакомый ее дочери, а прежде всего полицейский.
— Нам не обязательно туда идти, — проговорила Елена, легкомысленно
отмахнувшись от предложения. — Мы следуем всем правилам, чтобы
удочерить Сэм. Я и Николас уже начали посещать курсы. На первое занятие
ходили вчера, а на второе собираемся сегодня. Мы заполнили все анкеты, к нам
уже приезжал этот маленький минивэн.
Речь шла о передвижном офисе Службы помощи семьи и организации помощи детям.
— А где в это время была обезьяна? — поинтересовался Куинн,
стараясь скрыть свое раздражение. Он боялся, что Сэм лишится последней
возможности обрести дом и семью.
— На противоположной стороне улицы, у моей сестры. Нам просто пришлось
позаимствовать ее на некоторое время для осуществления нового проекта.
И кроме того, Сэм скучала без нее.
Саманта сидела около клетки и играла с обезьяной.
Куинн покачал головой. Почему он сразу не понял, что эти люди ужасно упорные
и сложные? И почему они нравились ему, несмотря ни на что?
— Да, я вижу, — сказал он, решив ни на чем не настаивать и не
акцентировать внимание на своей принадлежности к органам правопорядка.
Елена несколько раз моргнула, но ничего не сказала. Куинн подумал, что это
хороший знак.
— Обезьяна должна вернуться к вашей сестре. — По крайней мере до
тех пор, пока Куинн не ознакомится со всеми существующими в Нью-Джерси
законами в отношении содержания животных. — А эти представления с
пожертвованиями придется прекратить. Вы ведь легально зарегистрировали ваш
спа-салон. Вы меня понимаете, Елена?
— Что тут происходит? — поинтересовался Николас, входя в комнату.
— Куинн просто пошутил. — Сэм бросилась на защиту Елены и Спэнк.
Но ее попытка свести все к шутке успехом не увенчалась.
— Почему ты решила, что я пошутил? — спросил Куинн.
Сэм завела руки за спину и опустила глаза. Если она принимала такую позу,
значит, что-то случилось. У Куинна перевернулось все внутри.
— Что она натворила на этот раз? — спросил он, бросив взгляд на
Елену, а потом на Николаса.
Все трое молчали, словно заговорщики.
— Может быть, Сэм украла у кого-то деньги на завтрак? — послышался
голос Ари, и Куинн от неожиданности вздрогнул. Он не слышал, как она вошла в
дом, но несказанно обрадовался ее появлению. Его сердце сделало в груди
радостное сальто.
— Но я же отдала их обратно! — сказала Сэм, возвращая всех
присутствующих к обсуждаемой проблеме.
— Мы не об этом говорим, и ты это знаешь, — сказала Елена и
погрозила Сэм пальцем.
Николас шагнул к Куинну.
— Не нужно так беспокоиться из-за этого. Я уже прочитал ей лекцию о
чести, достоинстве и о других вечных ценностях, — сказал он, кладя руку
на плечо Сэм. — Заверяю вас, в следующий раз строго накажем ее за такой
проступок.
Ари кашлянула, а Куинн вздохнул. Неужели только они двое понимают, как
обстоят дела на самом деле? Он сказал:
— Полагаю, вы будете подавать Сэм положительный пример. Она сможет
исправиться только в том случае, если ей будет на кого равняться.
Николас и Елена склонили головы.
— Ты прав, — хором сказали они.
— Вы так считаете? — спросила Ари, удивляясь, что родители так
легко сдались.
Разумеется, Куинн и в самом деле был прав.
— Они правда так считают. — Сэм повисла на руке Куинна. —
Николас сказал, что, если я снова украду что-нибудь, он посадит меня в
обезьянью клетку. — Потом она повернулась к Ари. — Я очень рада
тебя видеть. — Сэм подбежала к Ариане и крепко ее обняла.
Куинну тоже хотелось обнять Ари, но ее поза и напряженное выражение лица
говорили о том, что настроение не переменилось. Хотя физически Ари
присутствовала в комнате, ее мысли витали где-то очень далеко.
— Я тоже рада тебя видеть, деточка. Мне хотелось поговорить с вами, но
я не знала, что у нас гости. — Сквозь полуопущенные ресницы Ари бросила
взгляд на Куинна. Холодный тон выдавал ее раздражение, в отличие от
остальных членов семьи Ариана не радовалась присутствию Куинна.
Ему было больно смотреть на нее, но он ничем не мог помочь ей. Прежде всего
Ари следовало разобраться в себе самой. А он должен выполнять свою работу и
не уходить в сторону от основного дела. Даже если сердце сжимается отболи.
— Нужно, чтобы вся ваша семья собралась вместе, — сказал он Елене
и Николасу. — Я хочу поговорить со всеми вами. Вы понимаете меня?
Они закивали.
— Конечно, конечно, мы соберемся, — пообещал Николас.
Сэм захлопала в ладоши:
— Вот здорово! У нас будет вечеринка!
Куинн не стал ее ни в чем разубеждать, он лишь бросил взгляд на Ари, которая
по-прежнему игнорировала его, и направился к двери.
Ари смотрела вслед Куинну. Ей было больно, но она не окликнула его. Она
молча стояла посреди комнаты и слушала, что говорили ее мать и отец по
поводу дальнейшей жизни. Елена и Николас отлично поняли Куинна и без
возражений приняли его совет. Ариана вздохнула. Она годами пыталась убедить
их отказаться от того образа жизни, который они вели, но все было
безрезультатно.
И вот появилась Сэм. Ари сомневалась в том, что дом ее родителей станет
подходящим местом для Саманты. Но ей очень нравилась Сэм, и ей хотелось быть
ее старшей сестрой. Ари не знала, как следует поступить в этой ситуации. Но
в ней жила уверенность, что даже ради Сэм ее родители не смогут изменить
стиль поведения и отказаться от своих убеждений. Именно поэтому Ариана
хотела снова вернуться в Вермонт, она была убеждена, что не перенесет бьющую
через край эксцентричность своей семьи.
И все это вновь возвращало Ари к извечному вопросу: почему она оказалась
чужеродным элементом в собственной семье? Почему практически чужим людям
удавалось воздействовать на ее родителей, а она ничего не могла изменить?
— Так о чем ты хотела поговорить, Ари? — спросила ее Саманта. Она
подняла на Ариану свои большие доверчивые глаза.
Ариана вдруг пожалела о том, что позволила Куинну уйти.
— Давайте присядем, — сказала она и села на стул, родители
расположились на диване напротив. Сэм плюхнулась на пол около клетки со
Спэнк.
— Дело вот в чем. Я зашла в Интернет, чтобы решить один очень важный
вопрос.
— И что же ты там искала? — спросил ее Николас.
— Я искала информацию, касающуюся Спэнк. Вернее, всех обезьян. —
Ариана вздохнула. — В Нью-Джерси нельзя держать обезьяну в качестве
домашнего любимца.
— Но она не домашний любимец, она...
— Член семьи, — дрогнувшим голосом проговорила Сэм.
Ари взглянула на мать, ища у нее помощи. Елена встала и взяла Сэм за руку.
— Мы взяли Спэнк в дом до тебя, и тогда нас мало волновали всякие
законы. Но теперь пришло время изучить их. — Мать стиснула руку
Саманты. — Продолжай, Ари.
Ари раскрыла сумку и достала из нее несколько листов бумаги. Сегодня утром
она отпечатала найденную информацию.
— Я, конечно, не юрист, но судя потому, что я нашла, — Спэнк
классифицируется как потенциально опасный вид животных, проживание которых в
доме запрещено законом.
— Но это нелепо, — возмутился Николас. — Посмотри на нее.
Разве она может кому-то причинить вред? — Он погремел коробочкой с
деньгами, и обезьяна послала ему воздушный поцелуй.
Ари вздохнула.
— Как бы то ни было, но нам придется иметь дело с реальностью. На
всякий случай я отпечатала и правила содержания обезьяны. — Она
разложила перед собой листы бумаги. — Они включают следующие пункты:
владельцы обезьяны должны иметь представление об особенностях содержащегося
у них вида; площадка, где содержится животное, и соответствующее
оборудование должны находиться вне доступа публики. И самое плохое — это то,
что законом большинства штатов запрещено содержание дикого животного в
домашних условиях. Поэтому вывод неутешителен — Спэнк является незаконно
проживающим у нас иностранцем. — Ариана рассмеялась.
Сэм отодвинула задвижку дверцы, и Спэнк прыгнула к ней на руки.
— Она не может без нас.
Ари устремила свой взгляд к потолку. В колледже она обучала студентов, а не
тринадцатилетних подростков. Поэтому не знала, как обращаться с Сэм. Только
сердце могло подсказать Ари правильный путь.
— Послушай, мне Спэнк тоже очень нравится. Мне, как и тебе, не хочется
отсылать ее куда бы то ни было. Но сейчас мы должны переселить ее в какое-
нибудь хорошее и безопасное место, где она будет счастлива. Если мы этого не
сделаем, у нас ее просто заберут, и мы ничего не сможем изменить.
Сэм вскочила с пола и выбежала из комнаты, громко хлопнув дверью.
Ари посмотрела на родителей, чувствуя себя совершенно беспомощной.
— Простите, что все так вышло.
— Мы должны были отдать Спэнк с самого начала. Тебе не в чем себя
винить, — сказал Николас, присев на подлокотник кресла, на котором
сидела Ариана.
— Тебе нужно поговорить с Сэм, — сказала Ари матери.
— Ты хорошая девочка. — Елена чмокнула дочь в щеку. —
Я люблю тебя.
— И я тебя люблю. Мать ушла искать Сэм. Николас обнял Ари за плечи.
— Ты всегда была самой рассудительной в нашей семье.
Ари покачала головой, ей не понравилось, что отец выискал еще одну черту,
отличавшую ее от всех остальных членов семьи.
— Именно поэтому я не вписываюсь в общую картину? — спросила
Ариана. Теперь ей хотелось ощущать себя членом семьи, а не чужаком.
— Ты — одна из нас. Ты всегда вписывалась в общую картину. —
Продолжая обнимать дочь за плечи, Николас наклонился и поцеловал ее в
лоб. — Ты просто сама не хотела этого.
Из ее глаз брызнули слезы. Что ж, она была вынуждена признать, что отец
прав. Ари не могла понять, как случилось, что она позволила вырасти огромной
пропасти между ней и ее семьей. Ведь Ариана очень любила свою сестру и
родителей. Но теперь не было смысла спрашивать, почему они не рассказали ей
о карьере Зоуи. Зоуи уже все объяснила.
— Не волнуйся. Саманта скоро вернется, — сказал отец, неправильно
истолковав причину ее слез.
Ари заставила себя улыбнуться. Но разве можно было ожидать большего, если
она так долго держалась в стороне, если не подпускала к себе никого из
близких? Вытерев слезы, она посмотрела на Николаса.
— Надеюсь, — сказала она, но в ее взгляде по-прежнему сквозило
сомнение.
— Мне кажется, что Саманта и Зоуи отлично поладят. Как думаешь?
Ари снова бросила взгляд на отца.
— Да-да, думаю, так и будет. — Она с трудом сглотнула комок в
горле. — Она скоро вернется домой, пап.
Ячувствую. — Она обняла Николаса за плечи.
— Я тоже надеюсь. Меня утешает лишь то, что она всегда знает, что
делает, — пробормотал он. — А пока нам надо немедленно перевезти
Спэнк и ее вещи к тете Ди. Согласна? — спросил отец.
Ари была рада, что Николас переменил тему разговора.
— У меня есть несколько идей по поводу Спэнк. Думаю, что в конце концов
все образуется.
Николас просиял:
— Ты свет моих очей, Ари. Помни об этом.
Но она, похоже, забыла об этом. Она забыла, кем была на самом деле. К горлу
снова подкатил тугой ком. Теперь ей предстояло решить задачу потруднее —
надо не только понять, кем она была, но и кем она хотела стать.
Коннор знал, что он опаздывает на встречу с Куинном, которая должна была
состояться в маленьком кафе в центре города. Подойдя к столику, он бросил
свою спортивную сумку на пол рядом со стулом.
— Привет, — сказал Коннор, усаживаясь напротив Куинна.
Тот в ответ поприветствовал своего друга, даже не взглянув на него. Пожав
плечами, Коннор принялся изучать меню. Весело насвистывая, он решал, что
выбрать: гамбургер или чизбургер.
— Что-то не так с меню? — мрачно поинтересовался Куинн.
— Чего-ты так злишься? — Коннор бросил взгляд на друга.
— Меня раздражает твой дурацкий свист, — буркнул Куинн.
— Так я и поверил, — хмыкнул Коннор. Он прекрасно понимал, что
причина раздражения Куинна заключалась в чем-то другом.
Проигнорировав замечание друга, Куинн откинулся на спинку стула и застонал.
Сейчас, когда операция подходила к концу, Куинн, разумеется, имел вескую
причину пребывать в состоянии тревоги, но этот его тон
не-приставай-ко-мне-со-всякими-
пустяками
был излишним. Коннор окинул друга внимательным взглядом, и в
голову вдруг пришла неожиданная мысль. Коннор рассмеялся:
— Все понял. Ты с ней не переспал. Вот в чем дело, вот почему ты в
мрачном настроении.
Глаза Куинна сузились.
— Переспал я или не переспал и с кем я переспал — не твое собачье дело.
Но судя по твоей довольной ухмылке и дурацкому свисту, можно сделать вывод,
что ты потрудился за нас обоих.
Продолжая заливаться смехом, Коннор затряс головой.
— Говорят, для любви требуются два человека. — Он протер салфеткой
стол, смахнув крошки в сторону. — Но нас все время трое.
Хотя у Марии оказался не самый простой на свете характер, Коннор все так же
сильно хотел ее, однако их отношения продвигались с той скоростью, с которой
позволяла она.
Куинн подозвал официантку и заказал черный кофе.
— Что-то я не слишком понимаю тебя, — сказал Куинн, когда
официантка ушла. — Сначала
Макдоналдс
, потом карнавал, походы в
кино... Ты, случайно, не заболел? — Он смотрел на Коннора такими
глазами, как будто его друг лишился последних остатков разума.
Коннор спокойно пожал плечами. Может быть, он как раз сейчас излечился от
своего сумасшествия?
— Мне теперь это нравится больше, чём беззаботная компания. И это уж
точно лучше, чем любоваться на твою кислую физиономию, — сказал он.
Было совершенно очевидно, что Коннор был готов к длительной осаде крепости,
он уже не кипятился, когда речь заходила о ребенке Марии. И все это говорило
о том, что его отношения с ней развивались в нужном русле.
Снова подошла официантка, она налила кофе и приняла новый заказ.
— А у тебя с Ари, кажется, не клеится? — спросил Коннор, когда
официантка ушла.
— Можно сказать и так, — кивнул Куинн, глядя в свою чашку. Хотя
вопрос был вполне конкретным, он ответил на него более чем
расплывчато. — Но вернее, у меня не клеится с самим собой. — Куинн
не хотел рассказывать Коннору о своей поездке к Зоуи. Даже лучший друг не
должен пока об этом знать. — Ты никогда не думал о том, чтобы бросить
эту работу? Я имею в виду не вообще работу полицейского, а работу тайного
агента, — спросил Куинн, чтобы переключить друга на другую тему, не
касающуюся женщин. Он и сам частенько подумывал об этом, но только сейчас
решился высказать свои мысли вслух.
Он ожидал, что Коннор будет шокирован таким вопросом, но друг не выказал ни
удивления, ни беспокойства. Он просто молчал, и с каждой минутой это
молчание становилось все напряженнее.
В конце концов Коннор кивнул.
— Я часто представляю себе, как я просыпаюсь утром и мне не нужно снова
погружаться в эту паутину спасительной лжи, которая сохраняет мне
жизнь, — признался он.
— Да. — Куинн вздохнул. — Неплохо бы перейти в отделение
следственной работы.
— Мм, — задумчиво промычал Коннор.
И каждый из них предался собственным мыслям. Они оба стали тайными агентами
сразу после окончания полицейской академии. Ни у кого из них не было семьи.
Они так давно работали тайными агентами, что не представляли себе, какой
бывает обычная, нормальная жизнь. Они участвовали в специальных операциях
ФБР, и теперь одна из таких операций подходила к концу. В самое ближайшее
время дело Деймона завершится. Куинн радовался этому, потому что мог
переключиться на что-то другое, мог подумать о будущем и распорядиться своей
судьбой.
Семья Ари явилась в его жизни тем самым катализатором, который заставил его
столкнуться со своими собственными мыслями и сомнениями, давным-давно
благополучно похороненными. У Куинна никогда не было семьи, и раньше ему
казалось, что она ему никогда и не потребуется. Но сейчас, глядя на Сэм и
размышляя о своем прошлом, он сделал для себя неожиданное открытие — он
пропустил в жизни нечто очень важное. И у него возникло желание попытаться
получить это.
Он постоянно представлял себе, как могла бы сложиться его жизнь, перестань
он работать тайным агентом. И какое место могла бы занять в его жизни-
любимая женщина. Но как-то так получилось, что ситуация вышла из-под
контроля и Арианы, которую он хотел видеть рядом с собой, больше не было. И
ей не было дела до его решений.
Глава 16
Куинн стоял в кабинете Деймона и обозревал мелькавшие перед ним экраны. Дело
почти закончилось. За неделю он успел просмотреть всю отчетность, и теперь с
этими документами работали другие агенты, участвующие в операции. Они должны
были установить расхождение между законно полученными доходами и денежными
суммами, фигурирующими в тайных отчетах. Это станет основанием для ареста
Деймона и послужит основой для дальнейшей работы по вскрытию наркодилерской
сети. Куинн был так поглощен своими мыслями, что сначала даже не услышал
телефонный звонок.
— Донован, — сказал он, наконец взяв трубку.
— Куйнн, я не могу найти Сэм. Ди и Спэнк тоже исчезли, —
послышался голос Елены. Она явно пребывала в панике.
В желудке Куинна снова возникла привычная резь.
— Это не шугка? — на всякий случай уточнил он. Нет, Елена была на
самом деле испугана. — Спокойно, без паники. Я найду ее. —
Отключившись, Куинн сразу набрал номер бара и попросил Коннора немедленно
отправить к нему Ари.
Через пять минут она уже стояла на пороге его комнаты.
— Что случилось? — выдохнула она, в красивых глазах застыла
тревога.
— Сэм и Спэнк сбежали.
Ее глаза сузились.
— Сбежали?
Он кивнул:
— И я не могу бросить специальных агентов по следу тринадцатилетней
блондинки и ее чертовой обезьяны. Да и сам не могу сейчас уехать отсюда.
Ари подошла к Куинну и обняла его.
— Я что-нибудь придумаю, — пообещала она.
Он втянул в себя запах ее волос, тепло ее тела подействовало на Куинна
успокаивающе.
— Я знаю, ты сообразительная.
— Она знает, где ты живешь? — спросила Ари.
— Да, можешь начать с моего дома. Потом съезди в детский
реабилитационный центр. — О том, куда еще могла сбежать Сэм, Куинну
даже не хотелось думать. Единственное, что его утешало, так это то, что
подросток в компании обезьяны не останется незамеченным.
— Я позвоню тебе сразу же, как только что-нибудь узнаю, —
пообещала Ари и поискала в сумке телефон. — Да, телефон у меня с
собой. — Ари неловко повернулась, и сумка упала. Лежавшие в ней вещи
рассыпались по полу. — Черт...
Ари присела и стала собирать ключи, косметику, визитные карточки и всякую мелочь, выпавшую из сумки.
— Ты нервничаешь. Постарайся успокоиться. Хорошо? — сказал Куинн,
когда Ари поднялась с пола.
Их взгляды встретились, и вдруг Ари быстро, как будто не хотела давать себе
время на размышления, потянулась к Куинну и накрыла его рот своими губами.
Зная, что у него в распоряжении всего несколько секунд, Куинн обнял ее,
притянул к себе. Он хотел взять то, что она предлагала.
Слегка запрокинув голову, она продолжала целовать его. Ее язык проник в его
рот, сплелся с его языком. Тело Ари вдруг сделалось мягким и податливым,
соски, упиравшиеся в его грудь, затвердели. Куинна мгновенно охватило
сильное желание.
Она сразу же почувствовала это и слегка раздвинула ноги, давая ему
возможность прижаться к ней плотнее. Их разделяла легко устранимая преграда,
но это оставляло Куинну несколько секунд на раздумья и на то, чтобы принять
решение.
— Сэм, — выдохнул он, отстраняясь от Ари. Она кивнула и вытерла
рукой губы.
— Мне пора. — В ее голосе послышалось сожаление. Ари даже не
бросилась поправлять свою смятую юбку и накладывать на губы новый слой
помады.
— Не забудь взять с собой телефон, — напомнил Куинн.
— Я позвоню. — Через несколько секунд она вышла из комнаты.
Накануне Ариана провела бессонную ночь. Она знала, что та операция, в
которой участвовал Куинн, подходит к концу, и это приводило Ариану в
состояние нервозности и возбуждения. Детали происходящего были ей
неизвестны, и она без конца рисовала в голове ужасные картины. От
беспокойства за Куинна Ари не находила себе места и ничего не могла с этим
поделать. Она бродила по казино, заглядывала во все углы, надеясь хоть на
секунду встретиться с Куинном. Ей было просто необходимо видеть его улыбку.
Когда Куинн через Коннора попросил Ари подняться к нему в номер, она
почувствовала такое облегчение, что уже не могла контролировать свои эмоции
и поддерживать выросшую между ними стену отчуждения. Ариана специально
отталкивала от себя Куинна, она должна вернуться в Вермонт. К своей
спокойной жизни без проблем.
Но сейчас, когда Ари пожирало беспокойство за Куинна, когда к этому
присоединилась еще и тревога за Сэм, она хотела хоть на минуту укрыться от
неподконтрольных ей чувств. И эту защиту Ари могла найти только в объятиях
Куинна. По крайней мере так ей казалось.
Когда вдалеке показался детский реабилитационный центр, ее мысли сменили
направление. Она решила в первую очередь съездить туда. Центр был открыт,
там всегда находилось много народу. Из дома Куинна она приехала не так
давно, поэтому вряд ли Саманта успела туда добраться, если это вообще
входило в ее планы.
Надеясь на лучшее, Ари припарковала машину и направилась к центру. Но через
десять минут она уже шла обратно, совсем расстроенная и разочарованная. Сэм
никто не видел. Ари опросила всех, кого можно, в том числе и Эла Вулфа, но
ни один не сказал о Сэм чего-либо определенного.
Звонить Куинну Ариана не стала, так как не могла сообщить ему ничего
утешительного. Теперь она решила отправиться к Куинну домой и посмотреть, не
приехала ли Саманта туда. Через двадцать минут Ари уже парковала машину у
гаража Куинна. Ариана сильно замерзла. Она так торопилась отправиться на
поиски Сэм, что забыла свой пиджак в казино. В кофте с короткими рукавами
Ари через несколько минут просто умрет от холода. Если Саманта уже в доме,
то, наверное, у нее можно будет позаимствовать что-нибудь из теплых вещей.
Ари подергала за ручку дверь гаража, а затем дверь дома, но все оказалось
заперто. После этого Ариана направилась к будке Дозер. Куинн просил Ари
оставлять собаку во дворе, когда на улице было не слишком холодно.
Еще не рассвело, деревья черной стеной обступали дом и двор. Завернув за
дом, Ариана услышала собачий лай, но даже будку Дозер она увидела не
сразу. — Дозер, — позвала Ариана. — Ко мне. Собака подбежала.
По крайней мере Ари показалось, что это именно собака. В тусклом
...Закладка в соц.сетях
