Жанр: Любовные романы
Исцеление
...приемной. Вот
оно, спасение! Видит Бог, как Элис нуждается в нем!
Вмиг вернувшись к реальности, она отдернула руку и поднялась на ноги. Затем
выбежала в приемную, оставив за спиной стоящего на одном колене Кальсаду,
чей взгляд впитывал каждое ее движение.
Звонок оказался внутренним, одному из сотрудников понадобилась справка, и
Элис дала ее, стараясь говорить так, чтобы голос не звучал как у пьяной.
Когда она вернулась в кабинет, папки оказались собранными и покоились на
кофейном столике. Кальсада уже углубился в содержание одной из них.
— Идите сюда и сядьте рядом, — велел он без малейшего намека в
голосе на то, что только что произошло между ними.
Элис подошла, все еще чувствуя слабость в коленях, и опустилась на диван,
расположенный по другую сторону кофейного столика.
— Да нет же! Садитесь рядом со мной, чтобы мы могли вместе
просматривать бумаги.
Вместе, мысленно повторила Элис. Какое провоцирующее, искушающее слово! Она
осторожно присела рядом с Мигелем.
— Кофе? — предложил шеф.
— Спасибо, я не пью кофе, — вежливо отказалась Элис.
Кальсада насмешливо поднял бровь. Вероятно, его веселила внезапно
появившаяся в манерах собеседницы робость.
— Как, совсем?
— Ну разве что иногда, после ужина, — пожала Элис плечами. Она
решила воспринимать каждое произнесенное Кальсадой слово с невозмутимостью,
не замечать скрытых намеков и не выходить за рамки отношений
босс —
секретарша
.
— Выходит, вы чаевница, — констатировал он, откладывая в сторону
одну страницу документа и берясь за другую.
— Вообще-то я предпочитаю чистую воду.
— Женщина с неприхотливыми вкусами?
— Именно.
— А сейчас, — продолжил Кальсада деловым тоном, — объясните
мне, почему ваша фирма пользуется услугами рыночных экспертов, в то время
как поставляемые вам товары не нуждаются в рекламе...
Заглянув в листок, Элис пояснила, что фактически с компанией сотрудничает
только один эксперт.
— Это однокашник Роберта. Они постоянно поддерживают отношения.
— Вот оно что, — поморщился Кальсада. — Боб ведет дела в
ущерб себе? Ну-ну...
К средине рабочего дня он обнаружил еще множество подобных промашек, и Элис
поняла, что имеет дело с трезво мыслящим, наделенным острым логическим умом
человеком. Особенно четко эти качества проявлялись, когда речь заходила о
бизнесе. Кальсада сделал при Элис несколько телефонных звонков, и у нее
сложилось впечатление, что его собственные сотрудники не сомневаются: где бы
шеф ни находился, он в курсе всех событий и держит все под контролем.
Несмотря на то что телефонные переговоры велись по-испански, Элис различала,
когда Кальсада разговаривал со своей секретаршей, потому что его тон
становился более жестким, командным. Но, даже не понимая ни слова, она
хмелела от иностранной речи, напряженность ее улетучилась, сменившись
теплым, нежным чувством некоего... Стоп! Кажется, все начинается сначала!
Тряхнув головой, Элис взяла себя в руки. К пяти часам дня все папки были
раскрыты и лежали вокруг. У Элис уже начали проявляться первые признаки
усталости, но Кальсада был свеж и энергичен, будто его питала внутренняя динамо-
машина. Вскоре раздался еще один звонок. Разговор тоже шел по-испански,
однако на этот раз голос Кальсады был нежен, интимен, насыщен чувственными
обещаниями. Так можно было говорить только с возлюбленной.
Элис внезапно сникла, словно получив удар под ложечку. Выходит, у Мигеля
Кальсады есть женщина!
Ну и ладно. И очень хорошо. Что в этом особенного? Наоборот, радоваться
нужно: новому шефу есть на кого направить свое обаяние.
Однако как Элис ни успокаивала себя, внутри у нее все кипело от ревности и
негодования. И чем более хриплым и нежным становился голос Кальсады, тем
сильнее Элис разбирала злость. Самое подходящее время уйти, решила она,
принимаясь с остервенением складывать папки одна на другую. Этот шум привлек
внимание Мигеля. Он обернулся, когда Элис уже шла к двери.
— Собрались куда-то? — догнал ее тихий вопрос. Задавая его,
Кальсада прикрыл микрофон ладонью.
— Уже поздно. Мой рабочий день окончен, — отрезала Элис и вышла,
плотно закрыв за собой дверь кабинета. Она и не подозревала, что Кальсада
кладет трубку на рычаг с триумфальной улыбкой на лице.
Попалась! Мисс Слейтон попалась! В знак благодарности Мигель даже погладил
телефон. Потом улыбнулся еще шире, вспомнив, как Элена, жена его лучшего
друга Фелипе, с которой он только что беседовал, со смехом пригрозила
пожаловаться мужу, если Мигель не прекратит разговаривать с ней таким
интимным тоном.
Телефон издал трель. Кальсада снял трубку, заранее зная, кто находится на
том конце провода.
— Фелипе, в любви и на войне все приемы дозволены! — заявил он,
прежде чем друг успел произнести хоть слово. — Но сейчас я сражаюсь не
с тобой и не с Эленой...
3
— Буэнос диас, мисс Слейтон! — Кальсада бодро вошел в приемную на
следующее утро. — Здравствуйте! Надеюсь, вы хорошо провели вечер и
неплохо отдохнули, чтобы начать новый рабочий день?
Не так хорошо, как ты, мрачно подумала Элис, которая до утра проворочалась в
постели, воображая, как ее новый шеф в это время ласкает свою возлюбленную.
Однако ночь любви ничуть не отразилась на Кальсаде. Он был свеж как огурчик
и на работу явился в элегантном, стального оттенка костюме, рубашке в тон и
шелковом галстуке. Данное обстоятельство почему-то возмутило Элис сильнее
всего.
Сама она была вконец измучена необходимостью лгать, ревностью и
воображаемыми картинами объятий Мигеля Кальсады с какой-нибудь страстной
испанкой.
— Вам звонила дама по фамилии Реалес, — сообщила Элис ледяным
тоном. — Она сердится, что вы утром ушли, даже не поблагодарив ее.
— А, Элена! — мечтательно улыбнулся Мигель, совершенно не заботясь
о том, что его личная жизнь становится общественным достоянием. —
Ладно, позже поблагодарю. А сейчас нам предстоит одно дело,
которое... — Он вдруг умолк, словно вспомнив о чем-то, и окинул Элис
подозрительным взглядом. — Вы давно пришли?
— Минут пять назад, — спокойно ответила та, радуясь про себя, что
так хорошо рассчитала время, чтобы успеть до появления Кальсады извлечь из
сейфа бумаги Роберта. До официального начала рабочего дня оставалось еще
полчаса. Таким образом, новый шеф едва не поймал ее за руку у вскрытого
сейфа! — Вы чем-то недовольны, сэр?
Кальсада в ответ лишь сердито засопел. Его хорошее настроение вмиг
испарилось.
— Зайдите ко мне! — холодно приказал он.
— Слушаюсь, сэр, — ответила Элис, с удовольствием позволив себе легчайший оттенок издевки.
Кальсада вполголоса пробормотал под нос нечто маловыразительное, но весьма
похожее на ругательство, после чего удалился в кабинет, с силой хлопнув
дверью.
Элис скорчила рожу ему вслед. Затем не спеша встала из-за стола, поправила
блузку и легкую полотняную юбку очень скромной длины — до середины колена.
Волосы Элис сегодня аккуратно заколола на макушке, а макияж на лицо нанесла
почти незаметный. Все это было проделано для того, чтобы шикарному Мигелю
Кальсаде даже в голову не пришло, что она ожидает развития вчерашних
ситуаций. Хотя сама-то Элис знала: эти ухищрения не более чем защита.
Впрочем, чего кривить душой, была у нее и подспудная мысль: заставить
Кальсаду заинтересоваться, что же прячется под невыразительной внешней
оболочкой.
Собственно, именно это Мигель и сделал, едва Элис Слейтон переступила порог
кабинета. Кальсада невольно задержал на ней взгляд. Ее волосы красиво
поблескивали, кожа отливала жемчужным сиянием, в движениях сквозила
врожденная грация, а небесно-голубые глаза сражали наповал.
Эта женщина рождена не на земле, угрюмо констатировал Мигель. Она сделана
изо льда, пламени и ведьмовского колдовства. Один лишь взгляд на нее
порождает совершенно дикое, примитивное желание. Хочется схватить ее в
объятия и зацеловать до бесчувствия.
И что самое главное — она это прекрасно осознает. Посмотрите на нее! В
глазах пляшут чертики, подбородок гордо поднят: ну-ка попробуй подступиться!
— Офис следует перенести в другое место, — брякнул Мигель
неожиданно для себя самого. Еще секунду назад он ни о чем таком не помышлял.
Единственное, что не давало ему покоя, это необходимость убрать Элис из
офиса, пока ее цепкие пальчики не проникли в сейф Роберта. Кальсаду сильно
выбило из колеи то обстоятельство, что секретарша явилась на работу раньше
него. Он действительно потерял клочок бумаги, на котором Боб написал
комбинацию цифр, и ему не улыбалась перспектива четыре долгие недели
шпионить за Элис и охранять от нее сейф. Но раз уж разговор принял такой
оборот, то оставалось лишь поскорее придумать повод для переноса рабочего
места.
— Что? — переспросила Элис, словно с ней говорили не по-английски.
Если бы это было во власти Мигеля, он закрыл бы ее прелестный рот своими
жаждущими губами, а сам тем временем нашелся бы с ответом.
— Мне не очень удобно работать здесь. Трудно руководить одновременно и
вашей компанией, и своей, — принялся Кальсада импровизировать. —
Вы сами вчера были свидетелем тому, сколько времени у меня ушло на
телефонные переговоры. Лучше бы я эти пару часов использовал на исправление
того, что натворил здесь Роберт.
Заявление нового шефа сильно встревожило Элис.
— А... что у нас не так? — осторожно поинтересовалась она.
— Все! — отрубил Мигель, думая в эту минуту о том, что у мисс
Слейтон даже не накрашены губы. Неужели она догадалась, что он терпеть не
может привкуса губной помады? — Достаточно даже той толики информации,
которую я извлек вчера, чтобы понять: компания дышит на ладан. — Элис
удивленно заморгала, а сам Кальсада с сожалением поморщился, потому что его
слова отчасти содержали правду. — Бизнес Роберта требует модернизации,
и причем скорейшей.
— Но не вам это решать! — запротестовала Элис. — Вы не имеете
права вмешиваться в дела Роберта!
— Я могу делать все, что захочу, мисс Слейтон, — надменно возразил
Мигель. — Мне принадлежит сорок девять процентов акций, не забыли? Я
сюда столько денег вложил! А Боб лишь кормит меня обещаниями...
— У него был трудный период. Он потерял дочь...
— Знаю. — Лицо Кальсады посуровело. Лучше бы Роберт лечил горе
работой, а не шашнями с секретаршей, даже такой красивой, как Элис. —
Личные трагедии не должны отражаться на бизнесе.
— И что же вы намерены предпринять? — Элис готова была растерзать
этого бесчувственного чурбана на части.
— Привезти сюда команду собственных специалистов. — Мигель
посмотрел на наручные часы. — Они прилетят ближе к вечеру и пробудут
здесь месяц. Этого срока хватит для переучивания вашего штата. Кстати, Дора
Крэш в курсе всех дел. В данный момент она летит в Мадрид, в мою штаб-
квартиру, чтобы пройти курс повышения квалификации.
— Мне казалось, ваша резиденция находится в Барселоне, — удивленно
пробормотала Элис, тем самым застопорив полет мысли шефа.
— О чем это вы? — нахмурился тот.
— Да так, ничего особенного. Просто Роберт как-то раз упомянул,
что... — Элис не договорила, заметив странную перемену в лице Кальсады.
— Роберт? Интересно... И что же он вам рассказывал?
Элис слегка растерялась.
— Помнится, он обронил фразу, что вы живете в Барселоне, что там
находится ваш дом... Очень красивый...
Последним замечанием Элис явно хотела загладить возникшую неловкость, однако
потерпела в этом неудачу.
— Вот, значит, как. Выходит, вы с Бобом обсуждали меня. Милые у вас
разговорчики! Может, как-нибудь сядем рядком и сравним, что Боб говорил вам
про меня, а мне про вас?
Он заметил на лице Элис бледность, вызванную его словами, но одна лишь
мысль, что Роберт запросто судачил о нем со своей пассией, заставляла
сжиматься челюсти.
Элис тем временем ругала себя за то, что брякнула глупость. Впрочем, разве
угадаешь, что можно говорить, а что нельзя! Но и Кальсада совершил промашку.
Элис могла сомневаться в чем угодно, однако в одном она точно была уверена:
Роберт никогда не стал бы обсуждать ее с братом жены. Во всяком случае, не в
данный отрезок времени. И все же она сожалела, что невольно вторглась в
область, которую он считает частной и неприкосновенной. Ей бы поставить на
этом точку, но она все же решила кое-что объяснить.
— Шеф очень горевал по дочери. Ему нужно было выговориться, вот он и
беседовал со мной. О вас он упомянул, рассказывая, что Джейн часто гостила в
вашем доме в Барселоне.
Кальсада перестал буравить ее взглядом. Повисла тягостная тишина. Можешь
себя поздравить, подумала Элис, своим пояснением ты добилась лишь одного —
расстроила человека!
Движимая внезапным порывом, она приблизилась на несколько шагов к столу, за которым стоял Кальсада.
— Пожалуйста, не надо думать, что Роберт обсуждал персонально вас. Это
неправда.
К ее удивлению, он улыбнулся, хоть и печально.
— Мне было одиннадцать лет, когда родилась Джейн. Она была для меня
скорее как сестра, чем племянница. Когда ее не стало, мы все словно слегка
тронулись. Я, например, с тех пор не живу в том доме, в Барселоне. Марта
ушла в себя, а Боб... — Кальсада замолчал, будто сдерживая готовые
сорваться с языка слова. — Боб нашел свой способ утешения. И это
отразилось на его бизнесе. Но сейчас настало время исправить
положение, — добавил он более бодрым тоном. — Этим я и займусь.
Элис так и не поняла, почему последняя фраза прозвучала угрожающе. Зато
картина семейной трагедии прояснилась для нее. Роберт рассказывал, что после
известия о смерти Джейн Мигель куда-то улетел и его не видели несколько
недель. Марта погрузилась в пучину отчаяния. Дни напролет проводила она в
комнате дочери. Место, где жила Джейн, стало для нее святыней.
История Роберта не менее печальна, хотя немного отличается от остальных.
Потому что мы обрели друг друга, подумала Элис. Любовь к Джейн он переключил
на меня.
— На его столе даже нет фотографии дочери, — сухо, с явным
осуждением заметил Кальсада.
— Она хранится в сейфе. Фотография Джейн разрывала Роберту сердце,
поэтому он убрал ее.
Снова этот проклятый сейф, подумал Мигель. Что еще прячет в нем Боб? Снимки
Марты в молодости? Фотографии прелестной любовницы, помогавшей ему выжить, в
то время как остальные терзались безысходностью?
Зазвонил телефон. Для Кальсады стало облегчением переключить внимание на
другой предмет и развеять черную пелену гнева, вновь начавшую застилать
мозг. К черту мисс Слейтон, пронеслось в голове Мигеля, пока он снимал
трубку. С меня довольно. Век бы мне не видать любовницы Боба. Сейчас
поговорю по телефону и вышвырну эту дрянь на улицу.
Звонил директор из офиса в Мадриде. Он хотел знать, что ему делать с Дорой
Крэш. Кальсада принялся отдавать распоряжения, а Элис повернулась, чтобы
уйти.
— Останьтесь! — резко бросил он.
Она остановилась и оглянулась. Ее глаза, отражающие трагичность только что
обсуждавшейся темы, были печальны.
Вероятно, Боб, открывая душу Элис, видел в ее глазах похожее выражение. Если
так, то неудивительно, что он решил с ее помощью уйти от реальности, подумал
Мигель. Он и сам сейчас был не прочь использовать ее подобным образом.
Только с иной целью — для восстановления справедливости, добавил про себя
Кальсада, вспомнив, с чего все началось. Ради Марты необходимо разорвать
связь Боба с секретаршей. А для этого следует переманить Элис к себе,
отобрать ее у него.
Игра продолжается. От этой мысли Мигелю стало лучше. Он сел в кресло, жестом
предложил Элис разместиться напротив и принялся разглядывать ее, продолжая
разговаривать по телефону гораздо более спокойным тоном.
Элис восприняла предложение спокойно, чем немало удивила Кальсаду. Совсем
недавно, увидев, с каким вызовом вошла она в кабинет, тот решил, что ему
следует приготовиться к атаке. Надо сказать, идея пришлась Мигелю по душе.
Сопротивление жертвы прибавляло остроты затеянной охоте, будоражило кровь.
Глядя сейчас на Элис, он даже побился об заклад с самим собой, что до конца
дня поцелует этот прелестный ротик.
— Отлично, делайте, как я сказал, — завершил он разговор и
повернулся к Элис. — Мои люди уже в пути. А сейчас пройдемся по
отделам, и я сообщу сотрудникам, что от них требуется.
— И все же мне кажется, что этим не следует заниматься без ведома
Роберта, — обронила Элис.
— Я приму к сведению ваше мнение, — кивнул он, поднимаясь. —
Пора идти. Нам нужно успеть управиться до ланча, а перекусив, мы поедем
взглянуть на одно новое помещение.
— Мы? Какое отношение я имею ко всему этому?
— Самое непосредственное, — пожал Мигель плечами. — Вы
переезжаете отсюда вместе со мной. Мне казалось, что вам захочется
посмотреть на новое рабочее место.
Элис на миг потеряла дар речи. Ей вовсе не хотелось перебираться куда бы то
ни было с Кальсадой.
— Но я должна быть здесь! — воскликнула она. — Это просто
необходимо. Роберт...
— Отныне я решаю, где вам надлежит находиться, мисс Слейтон. Не
понимаю, почему каждое мое действие вы воспринимаете как угрозу вашей фирме?
После его слов Элис почувствовала себя глупо, хотя действительно
подозревала, что Кальсада имеет какое-то тайное намерение, только никак не
могла сообразить, в чем оно заключается.
— Простите, — попыталась Элис возразить, отлично понимая, что на
самом деле у нее нет выбора, — но вы не пробыли у нас и суток, а уже
собираетесь перевернуть здесь все вверх дном!
— Потому что это лучший вариант. Проделав всю трудную работу до приезда
Боба, я окажу ему услугу. В ваших же интересах сотрудничать со мной в деле
модернизации бизнеса, а не препятствовать любому моему начинанию. Неужели вы
откажете мне в помощи, причем для блага вашего шефа?
Стрела угодила в цель. Мигель увидел это по тому, как переменилось лицо
Элис.
— Хорошо, — произнесла она. — Что от меня требуется?
Кальсада не замедлил воспользоваться победой.
— Мне нужен человек, которому я мог бы доверять. Зная, что Боб не зря
сделал вас личным секретарем, я хочу последовать его примеру. Поэтому, пока
мои специалисты будут перестраивать здешний уклад, мы переберемся в другое
место. Не хочу, чтобы у них возникло чувство, будто я дышу им в затылок. От
вас потребуются навыки секретаря и, возможно, некоторые советы относительно
дел фирмы.
— А как насчет повышения моей квалификации? — сухо
поинтересовалась Элис, надеясь с помощью этой зацепки увернуться от
предстоящего сотрудничества. — Может, мне лучше остаться здесь и пройти
учебный курс вместе с остальными?
Еще не договорив, она поняла, что затея потерпела фиаско. Глаза нового шефа
лукаво блеснули.
— Вы полагаете, что я не справлюсь с ролью учителя?
И вновь все вернулось на круги своя. Одним изящным движением Кальсада из
строгого босса превратился в опытного искусителя. Его взгляд бабочкой порхал
вокруг Элис, порождая в коже приятное покалывание. На некоторых участках
тела он задерживался, что вызывало сильнейшую ответную реакцию.
Сейчас же прекратите! — хотелось крикнуть Элис, но она прекрасно
понимала, что этим лишь подстегнет его. Поэтому она молча сжала зубы.
Кальсада издал странный тихий смешок, обходя стол и направляясь к двери.
— Доверьтесь мне, — с невинным видом прошептал он, берясь за
ручку.
Элис молча последовала за ним. Когда они вошли в приемную, там зазвонил
телефон. Она взяла трубку. Спустя мгновение ее настроение понизилось еще
больше.
— Дама, звонившая вам ранее, сэр, — сообщила она подчеркнуто
официальным тоном.
Ироничная усмешка на лице Кальсады сменилась блаженной улыбкой. Он
перехватил трубку, и Элис едва избежала очередного соприкосновения пальцев.
— Ола! А, Элена, ми нинья...
Дальнейшее Элис не стала слушать. Она предпочла удалиться в дамскую комнату,
где несколько минут простояла у зеркала, опершись об умывальник и силясь
взять себя в руки. По возвращении в приемную, Элис обнаружила красавца-шефа
записывающим что-то в блокнот, лежавший на ее столе. Телефонная трубка
покоилась на аппарате.
Боишься забыть место очередного свидания? — подумала Элис, наблюдая,
как он вырывает листок и прячет его в карман.
— Пора! — весело бросил тот.
Однако из чистого упрямства Элис демонстративно осталась стоять на месте.
Что оказалось глупо, потому что Мигель просто обнял ее на ходу за талию и
увлек за собой в коридор.
От неожиданности Элис задохнулась, ее бросило в жар, голова вмиг опустела.
Его рука!.. Боже, как не выдать себя?
— С чего начнем? — улыбнулся Мигель, и она едва не застонала,
потому что он прекрасно понимал, что с ней происходит.
— Думаю, с бухгалтерии, — ответила она, поздравив себя с тем, что
голос ее не подвел и прозвучал почти ровно.
— Но, прежде чем мы войдем, — начал Кальсада, поворачивая Элис
лицом к себе и прижимая к стене, — нам следует кое о чем
договориться. — Он стоял очень близко. Элис видела его широкую грудь, и
ей потребовались все силы, чтобы сдержать ускорившееся дыхание. —
Ситуация довольно деликатная, — почти шептал шеф, будто не догадываясь,
что именно так Элис ее и воспринимает, — поэтому необходимо, чтобы мы,
сообщая сотрудникам о переменах, являли собой единое целое. Вы и я должны
быть спокойны, уверены в себе, а также в том, что переустройство принесет
благо всем: и компании, и работникам. Только тогда приезд моей команды
принесет пользу, понимаете?
Элис кивнула, молясь про себя, чтобы Кальсада чуть отодвинулся.
— У людей не должно сложиться впечатление, будто я прибыл сюда
закручивать гайки и вправлять мозги, — продолжал тот. — Чтобы
этого избежать, нам следует демонстрировать единство намерений. Вы
справитесь?
— С ролью жизнерадостной шпионки? — уточнила Элис, делая в этот
момент фатальную ошибку: она подняла лицо, чтобы Кальсада увидел написанную
на нем иронию. Но усмешка померкла на губах Элис, когда она встретилась с
черными глазами испанца. Оставалась только одна возможность спастись от их
опаляющего блеска — опустить голову. Что она и сделала, выдавив смущенно: —
Не сказала бы, что это мое любимое занятие...
— Но ради их же пользы!
Элис вздохнула.
— Ладно.
— Вот и отлично.
Кальсада наконец отодвинулся. К величайшему облегчению Элис, их тела так и
не соприкоснулись.
В течение двух последующих часов они перемещались из одного отдела в другой.
Элис представляла нового шефа, а тот, казалось, только тем и занимался, что
с ходу очаровывал всех и каждого. Под конец стало ясно, что большинство
сотрудников с радостью воспринимают грядущие перемены.
— Ну все, пора выбираться отсюда, — сказал Кальсада, лишь на
минутку зайдя в кабинет за кейсом и тут же направляясь через приемную к
выходу. Он даже не оглянулся, чтобы проверить, следует ли за ним Элис.
Злится. И немудрено. Сегодня особенно четко проявились недостатки в
организации работы. А уж если она их заметила, то такой умудренный тип, как
Кальсада, и подавно.
Бедняга Боб, грустно подумала она, выходя из здания на улицу и видя, что он
уже остановил такси и открывает перед ней дверцу. Она села в автомобиль,
продолжая размышлять о шефе, который и не подозревает, насколько низок
оказался моральный дух его подчиненных. Он, несомненно, был бы сражен,
увидев, как быстро они переметнулись на точку зрения нового руководителя,
пусть даже временного. А может, оно и к лучшему, что Боб не будет
присутствовать при модернизации фирмы?
Такси тронулось, но Кальсада все молчал. Заговорил он лишь минут через
пятнадцать.
— Положение оказалось даже хуже, чем я пр
...Закладка в соц.сетях
