Жанр: Любовные романы
Испытание любви
...назад. В центре перевернулась на спину и долго лежала так, глядя в небо. Мей
ощущала теплое прикосновение закатных солнечных лучей к лицу, и в голове ее
текли приятные неспешные мысли. Через некоторое время ей придется вернуться
в дом, принять душ и спуститься в столовую, однако сейчас она хотела
вдосталь насладиться покоем и одиночеством.
Спустя минут двадцать Мей перевернулась на живот и поплыла к ведущей из
бассейна лесенке. Взлетев по ступенькам, она вытерлась полотенцем и
удалилась в дом.
Стратегия окончательно обозначилась, когда Мей стояла в ванной под теплыми
струями воды. Последние детали были продуманы во время просушивания волос и
одевания.
Молли должна была подать ужин в половине седьмого. Быстрый взгляд на часы, и
Мей поняла, что на приведение плана в действие у нее осталось всего
несколько минут.
Она сняла телефонную трубку и набрала номер.
— Карина? — Мей произнесла обычные слова приветствия, а потом спросила:
— Франческа еще у вас? Можно мне поговорить с ней?
Если восхитительная итальянка и удивилась неожиданному звонку, то ей удалось
скрыть это.
— Мей, дорогая, как чудесно, что ты захотела поболтать со мной! —
Сладкий голосок Франчески больше всего походил на кошачье мурлыканье.
— Хочу предложить тебе встретиться завтра за ланчем. — Мей назвала
адрес ресторана, расположенного в квартале от ее бутика. — В час дня.
Буду ждать, — сказала она и положила трубку, прежде чем итальянка
успела вымолвить хотя бы слово.
На ужин Молли подала бараньи котлеты с соусом, рисом и листьями салата. На
десерт были фрукты. Мей отказалась от вина и предпочла выпить минералки. Она
невольно позавидовала аппетиту мужа, потому что сама едва притронулась к
еде.
— Хандришь? — спросил Коста. — Или есть не хочется?
Подняв голову, она встретила его внимательный взгляд и пожала плечами.
— Одна моя постоянная клиентка преподнесла мне корзину с виноградом, сыром и
домашним печеньем. Мы с Линдой весь день только и делали, что перехватывали
по кусочку.
— Ты не забыла, что завтра мы идем в театр?
После появления в их жизни Франчески Мей уже ничего не помнила, но, к
счастью, сейчас быстро сообразила, что речь идет о новой пьесе модного
драматурга.
— Что ты, конечно нет.
— Мне еще нужно просмотреть кое-какие бумаги, — заметил муж, когда она
отодвинула тарелку.
— И мне тоже! — улыбнулась Мей. Ее действительно ожидали счета и
накладные. Кроме того, давно следовало познакомиться с новыми каталогами
некоторых домов моды.
Молли уже ушла домой, поэтому Коста предложил жене сложить посуду в мойку.
Сам он тем временем намеревался сварить кофе.
— Идет, — согласилась Мей.
Какая-то ее часть остро нуждалась в его прикосновении, тепле сильных рук,
пьянящем ощущении от прикосновения его губ. Что может быть естественнее
желания подойти к мужу, обнять и слиться с ним в поцелуе?
Но Мей не могла этого сделать. Во всяком случае, не здесь и не сейчас. Между
ними словно незримо присутствовала Франческа, напрочь перекрывая потоки
душевного тепла и лишая спонтанных порывов.
Когда кофе был готов, Мей наполнила две чашки и унесла свою в уютную
комнату, расположенную рядом с кабинетом Косты, где обычно работала. В
течение следующих полутора часов она была погружена в бумаги.
— Ты еще не закончила?
Коста стоял на пороге. Рукава его рубашки были закатаны, верхние пуговицы
расстегнуты, а волосы слегка взъерошены.
— Еще пять минут.
— Отлично, потому что скоро по телевизору начнется неплохой фильм.
Посмотрим?
— С удовольствием.
Когда Мей вошла в гостиную, она обнаружила Косту сидящим на кожаном диване.
На кофейном столике охлаждалась в ведерке со льдом бутылка шампанского,
рядом лежали пакетики с попкорном и шоколадные конфеты. Завидев жену, он
похлопал по дивану, приглашая ее сесть рядом. Его глаза казались темнее, чем
обычно, на губах играла загадочная улыбка.
— Что празднуем? — спросила Мей, кивнув на шампанское.
Муж поймал ее за руку и притянул к себе. Когда она устроилась поудобнее, он
откупорил бутылку и наполнил бокалы. Один протянул Мей.
Они одновременно отпили по глотку, глядя друг другу в глаза. Затем Коста
отобрал бокал у жены и вручил взамен свой.
Простое, но наполненное глубоким внутренним смыслом действо показалось Мей
очень чувственным. Она вновь подняла на мужа взгляд, остро ощущая токи
эротической энергии, которой они незримо обменивались в этот миг. Словно
жидкое пламя потекло по жилам Мей, дразня бесчисленное количество нервных
окончаний и превращая все тело в единое трепещущее целое, страстно жаждущее
мужского прикосновения.
Сделав над собой усилие, Мей с трудом оторвала взгляд от лица Косты и слепо
уставилась на экран телевизора, где уже вовсю шел фильм.
Шампанское было великолепно. Мей время от времени отпивала по глотку и
каждой клеточкой своего существа чувствовала перемещения сидящего рядом
мужа. Тот откинулся на спинку и положил руку в волнующей близости от плеч
Мей.
Однако мало-помалу ее увлекло содержание фильма, и она расслабилась. Актеры
играли восхитительно, сюжет захватывал, так что Мей даже не заметила, как
опустошила бокал. Коста взял его у нее и поставил на столик.
Минутой позже Мей почувствовала, как его пальцы принялись играть с ее
волосами, потихоньку вытаскивая шпильки, которые поддерживали узел на
макушке.
После этого Мей больше не могла сосредоточиваться на фильме. Особенно когда
муж наклонился, чтобы мягко стиснуть губами мочку ее уха. Вскоре он
переместился на шею и добрался до ямки у ключицы. Тут уж Мей не выдержала.
— Тебе, кажется, хотелось посмотреть фильм? — прерывисто произнесла
она. В ответ прозвучал тихий смешок.
— Смотри сама, солнышко. — Коста расстегнул верхние пуговицы ее блузки
и скользнул пальцами под кружева бюстгальтера. — А меня интересует кое-
что другое...
— Прямо здесь?
На колено Мей легла его рука и начала медленное путешествие вверх.
— В спальню мы всегда успеем. — Коста расстегнул еще одну пуговицу на
блузке. — А пока наслаждайся...
Однако Мей хватило всего на пять минут. С тихим стоном она скомкала на груди
мужа рубашку и властно притянула его к себе. Потом сама нашла губы Косты,
чтобы прильнуть к ним со всей жаждой страсти. А затем уже он стиснул жену в
объятиях.
Дрожащими пальцами Мей нащупала пряжку на его брюках, расстегнула ее и
двинулась через разрез ширинки вниз, безумно желая в этот миг прикоснуться к
интимной плоти мужа. Она действовала бесстыдно и самозабвенно, следуя лишь
порывам вожделения.
С губ Мей слетел вздох, когда в какой-то момент Коста решительно встал с
дивана и потянул ее за руку. Они быстро поднялись по лестнице. В спальне
помогли друг другу раздеться. Затем легли в постель и погрузились в пучину
страсти. Их любовь была столь изысканна и насыщена такими острыми
ощущениями, что Мей не раз хрипло вскрикивала от наслаждения. На гребне
удовольствия они с мужем одновременно издали долгий сдавленный стон.
Той же ночью, но гораздо позже, Мей вновь предприняла чарующее чувственное
путешествие. Косте пришлось контролировать ситуацию, и он, тяжело дыша из-за
наплыва пронзительных ощущений, едва справлялся с этой задачей. В конце
концов ему пришлось сдаться, потому что не осталось никакой возможности
справиться с оседлавшей его бедра Мей. Она неутомимо двигалась, стремясь
утолить телесный голод, который, напротив, все больше разгорался. Наконец
обоих супругов пронзила мощная судорога. Мей на секунду застыла, затем
громко вскрикнула и без сил упала на покрытую испариной грудь мужа, жадно
ловившего воздух ртом...
День начался с моросящего дождика, вскоре перешедшего в проливной. К полудню
город задыхался во влажной жаре.
Мей оделась в легкий черный костюм, состоявший из юбки и жакета. Глубокий
вырез на груди являл взору весьма соблазнительную картину. Изящество ножек
подчеркивали туфли на высоком каблуке и тончайшие черные чулки. Волосы были
уложены в тугой узел и закреплены на затылке, драгоценные украшения —
сведены к минимуму.
Внешне Мей выглядела как уверенная в себе женщина из высшего общества. И не
важно, что под этой маской скрывалась некоторая робость. Посетители
ресторана, в который спокойно вошла очаровательная супруга мистера Киприади,
ни о чем таком не догадывались.
Мей намеренно опоздала на несколько минут, чтобы показать Франческе
отношение к назначенной встрече. Однако итальянка, похоже, решила сыграть в
ту же игру, потому что ее нигде не было видно. Метрдотель проводил Мей к
заказанному столику. Усевшись, она попросила принести крюшон, а затем
медленно пила его, поглядывая на вход.
Время тянулось мучительно медленно. Ожидание увеличило и без того немалое
нервное напряжение. Выдержав десять минут, Мей подозвала официанта и сделала
заказ. Если Франческа проигнорирует встречу, то следует хотя бы поесть.
— Привет! Прошу прощения, я, кажется, опоздала, — прозвучал знакомый
голос. Франческа легко опустилась на стул напротив. — Никак не могла
найти место для автомобиля. Знаешь, как сложно иной раз припарковаться...
Если хочешь добиться успеха, сразу приступай к делу, велел Мей внутренний
голос.
— Я уже сделала заказ. Учти, в моем распоряжении только один час.
Франческа подозвала официанта, распоряжающегося вином, и попросила принести
"Дом Периньон".
— Думаю, это стоит отпраздновать, дорогая, — тонко улыбнулась она,
повернувшись к Мей.
— Что именно? — поинтересовалась та.
— Да хотя бы тот факт, что мы можем наслаждаться жизнью. Разве этого повода
не достаточно?
— Отнюдь. Особенно, если ты намерена и дальше вмешиваться в мое
существование.
Подошедший к столику официант предложил Франческе меню. Пробежав его
взглядом, та заказала фирменный салат. Затем тяжело посмотрела на
собеседницу.
— Ты еще не поняла, что я всегда иду до конца?
— Очень глупая тактика, на мой взгляд. Прекрасные глаза итальянки сузились.
— А что ты думаешь о снимках, моя милая?
— Это о тех, которые были кем-то состряпаны? — невинно уточнила
Мей. — Или ты имеешь в виду фото, где ты в чем мать родила валяешься на
кровати?
Взгляд Франчески моментально стал злым, как у разозленной кобры.
— А в каком, по-твоему, виде я должна была предстать, если Коста только-только покинул мою постель?
— Вот тут ты ошибаешься, милая. Мой муж никогда не был в твоей постели.
Выражение лица итальянки осталось прежним.
— Боишься взглянуть правде в глаза?
Мей наколола на вилку кусочек обжаренного во фритюре картофеля, обмакнула в
соус и не спеша отправила в рот.
— Это тебе следует вернуться с небес на землю.
— Фотографии неопровержимо доказывают факты, — стояла на своем
Франческа.
Мей взглянула на нее почти с жалостью.
— Брось фантазировать.
Франческа сжала губы в прямую линию.
— Там указана дата. Уж ей-то придется поверить.
— Это спорный вопрос, однако твоя ошибка заключается в ином.
— В чем же, интересно? Мей выдержала паузу.
— Коста вернулся домой во вторник вечером.
— Не может быть. Номер был занят.
— Совершенно верно. Там остался Андрос. Думаю, ты не станешь убеждать меня,
что Коста одновременно находился и в твоей постели, и в моей?
— А как насчет вечера понедельника? — с ненавистью произнесла
итальянка.
Мей едва сдержалась, чтобы не сказать ей какую-нибудь гадость.
— Послушай, брось выдумывать. Ты была уверена, что идешь с козырной карты, а
на поверку это оказался джокер.
Тонкие пальцы итальянки с покрытыми кроваво-красным лаком ногтями скомкали
льняную ресторанную салфетку.
— И ты позвала меня на ланч, чтобы высказать все это?
— Нет, — покачала головой Мей. — Я хочу лично предупредить тебя,
что не намерена терпеть твои попытки вмешаться в мою жизнь или брак.
Франческа с деланным испугом схватилась за сердце.
— Боже, как страшно!
Может, ей и в самом деле было страшно, однако Мей придерживалась на сей счет
иного мнения.
— Берегись, — посоветовала она. — Тебя ведь запросто можно
привлечь к судебной ответственности. — Она немного помолчала, чтобы
придать вес своим словам. — Сомневаюсь, что твоя тетушка обрадуется
подобному повороту событий. Как, впрочем, и Карина с Роберто.
Темные глаза итальянки сверкнули злобой.
— Игра еще не закончена. Коста...
— Находит тебя столь же назойливой и невоспитанной, как и я, — пожала
плечами Мей. — Отправляйся-ка ты домой. И оставь нас в покое.
Вспыхнув, Франческа внезапно разразилась потоком ругательств на родном
языке. А в следующую секунду практически одновременно случились две
совершенно неожиданные вещи. Разгневанная итальянка вдруг вскинула руку и
влепила Мей звонкую пощечину. Однако не успела еще долететь до пола
сброшенная со стола бутылка шампанского, как невесть откуда подскочил Джеймс
Патерсон и мгновенно сцапал красотку в медвежьи объятия, так что та могла
лишь брыкаться.
Далее события приняли почти комический оборот. К столику подлетел официант,
за ним по пятам — метрдотель. На лицах обоих застыло тревожное выражение.
Ресторанная публика с любопытством глазела на сцену, а Франческа, в ярости
брызжа слюной, упоенно продолжала костерить Мей и всех ее родственников по
мужской и женской линии до пятого колена.
До этого дня Мей приходилось видеть нечто подобное только в кино.
— Желаете, чтобы я вызвал полицию, мадам? — испуганно спросил
метрдотель. Он прекрасно знал, что перед ним находится представительница
двух богатейших семейств.
Джеймс закивал, выразительно глядя на свою подопечную, но та проигнорировала
его безмолвный совет.
— Не нужно.
— Мадам уверена? Вы не пострадали? Левая щека Мей полыхала, сама она была
изрядно потрясена случившимся, но на этом все и заканчивалось.
— Нет, я в порядке.
— Разумеется, еда сегодня за наш счет. Желаете чего-нибудь выпить?
— Я позабочусь о миссис Киприади, — заявил детектив. — Вот только
выведу эту особу из заведения. — Он пристально взглянул на Мей. —
Вы точно не желаете дать делу формальный ход?
Та повернулась к слегка притихшей Франческе.
— Если посмеешь подойти ко мне ближе чем на пять метров, я упеку тебя за
решетку! — резко, но с достоинством предупредила она, что было не так-
то легко, учитывая взбудораженные нервы.
Джеймс препроводил итальянку на улицу, а Мей тем временем взглянула на
перевернутые тарелки и мокрые осколки стекла на полу.
— Я прошу прощения за весь этот беспорядок. Она открыла сумочку и вынула
бумажник, но метрдотель замахал руками.
— Что вы, мадам! Ни в коем случае. Сейчас я распоряжусь подать новые блюда.
— Благодарю, но я должна вернуться на работу. — Мей хотелось поскорее
оказаться на свежем воздухе.
— Вам следует дождаться детектива.
Да! Телохранитель! Он непременно доложит Косте о нынешней стычке,
поморщилась Мей. И тогда мне придется держать ответ.
Действительно, вновь появившись в ресторане, Джеймс Патерсон первым делом
поинтересовался у метрдотеля, где находится телефон, и отправился в другой
конец зала звонить своему работодателю. Быстро переговорив с мистером
Киприади, он повернулся к Мей и вежливым жестом попросил подойти.
— Ваш супруг хочет вам что-то сказать, мэм, — сообщил детектив,
протягивая трубку.
— Послушай, что за игры ты устраиваешь? — резко спросил Коста, услыхав
голос жены.
— Защищаю свою собственность, — произнесла Мей как можно спокойнее и
услыхала на том конце провода приглушенное ругательство.
— Не остри!
— Да ничего особенного не случилось. Артиллерия прибыла вовремя.
— Мей! — рявкнул Коста. — Мне вовсе не смешно!
— Я и не пытаюсь рассмешить тебя.
— Закрывай бутик и марш домой!
— Это еще почему? Со мной абсолютно все в порядке.
— Мей...
— Если ты собираешься совершить убийство жены, то с этим вполне можно
подождать до вечера.
Наступившая в трубке тишина казалась почти осязаемой. Мей словно наяву
видела, как Коста пытается взять себя в руки.
— Ладно, поговорим позже. А пока я велел Джеймсу не отходить от тебя ни на
шаг. Ясно?
Детектив понял инструкции таким образом, что ему следует лично
присутствовать внутри бутика. На виду у покупателей!
Линда разволновалась, увидев красное пятно на щеке Мей. Она принесла из
холодильника лед, заставила приложить к пылающей коже и настояла на том, что
останется в магазине до закрытия.
Франческа больше не появлялась и не звонила. Позже Джеймс словно под конвоем
отвел Мей к автомобильной стоянке, а потом следовал за
фордом
на таком
близком расстоянии, что почти касался его бампером своего джипа.
Коста встретил жену на крыльце. Взяв ее лицо в ладони, он внимательно
оглядел его, не обращая внимания на сердитый взгляд. На щеке уже проступил
едва заметный синяк.
— Уж не сломала ли эта мерзавка тебе челюсть? — озабоченно пробормотал
Киприади. — Скажи, ты не испытываешь боли, когда говоришь?
Мей пожала плечами.
— Вроде нет. Только немножко щиплет. Муж крепко взял ее за руку и повел в
кабинет. Закрыв дверь, он повернулся к Мей.
— А теперь ты должна рассказать мне, как тебя угораздило оказаться за одним
столиком с Франческой.
Начинается допрос третьей степени, пронеслось в голове Мей. Придется, видно,
расколоться.
— Накануне я сама позвонила ей и пригласила на встречу.
На лице Косты появилось изумленное выражение. Он молча направился к столу и
присел на краешек.
— Не понимаю, зачем тебе это понадобилось? — Вопрос был задан мягким
тоном, однако Мей ощутила в нем для себя скрытую опасность.
— Я устала быть жертвой. Франческа единолично правит бал. Поэтому,
пораскинув мозгами, я пришла к выводу, что пора потолковать с красоткой.
Объяснить, что с меня достаточно.
— И ты пошла на это, зная, что я уже предпринимаю шаги по удалению ее из
страны? — Взгляд Косты был холоден как лед. — А также, что
Франческа непредсказуема и потому опасна?
— Я ни минуты не оставалась с ней наедине, — заметила Мей. — Кроме
того, Джеймс был рядом и вовремя вмешался.
По лицу Косты пробежала тень.
— А тебе не приходило в голову, что могло случиться, если бы его не было
поблизости?
Мей гордо выпрямилась.
— Если допрос окончен, то я, с твоего позволения, пойду приму душ и
переоденусь.
С этими словами Мей направилась к выходу, однако Коста соскочил со стола и
поймал ее у самой двери. Стиснув плечи жены, он легонько тряхнул ее,
заставляя взглянуть ему в глаза.
— Дай слово, что подобного безрассудства больше не повторится.
Коста стоял близко, слишком близко к Мей. Ее сердце забилось сильнее, однако
она продолжала спокойно смотреть на мужа, пока тот пожирал взглядом ее лицо.
Мгновения текли, и Мей стало трудно дышать. Ее глаза словно приклеились к
глазам Косты. Они были сердитыми, почти злыми, но одновременно очень
трогательными.
— Я подумаю.
Он скрипнул зубами.
— Ну довольно! — рванулась Мей. — Отпусти меня!
Глаза мужа побелели от гнева.
— Ужин будет готов через полчаса. В театре мы должны быть к восьми.
Мей едва не взвыла от досады. Театр! Она совсем забыла о пьесе. Но не пойти
было невозможно, потому что режиссер их хороший знакомый.
— Я не голодна, — устало произнесла Мей. За последнее время на ее
хрупкие плечи лег слишком тяжелый груз. И пережить пришлось немало.
Казалось, с момента появления настырной итальянки прошла целая вечность.
— Если через полчаса ты не спустишься в столовую, я приведу тебя туда силой.
Голубые глаза Мей гневно сверкнули.
— Не пытайся разыгрывать из себя домашнего деспота.
— Мей! — предупреждающе произнес Коста.
— Оставь меня в покое!
Коста сразу отпустил жену, и она покинула кабинет.
Неспешное принятие душа во многом способствовало восстановлению утраченного
равновесия. Выйдя из ванной, Мей надела свежее белье, натянула джинсы и
майку и спустилась в столовую.
Сегодня Молли приготовила рагу из кролика, а также салат из огурцов,
помидоров и сладкого перца. От витавшего в воздухе аромата текли слюнки,
поэтому Мей не заставила себя долго упрашивать, а сразу присела к столу и
стала с аппетитом есть.
Еще в ванной она придумала несколько нейтральных тем для разговора, однако
сейчас отказалась от всех.
— Что молчишь? — спросил Коста.
Мей подняла голову, встретила его взгляд и удерживала несколько секунд.
Затем опустила глаза в тарелку.
— А о чем говорить? После сегодняшней схватки с Франческой я чувствую себя
разбитой.
— Звонила твоя мать. Она хотела поговорить с тобой, но потом сказала, что
успеет сделать это сегодня вечером.
Мей напряженно взглянула на мужа.
— Ты все ей выложил?
— Нет. Зачем беспокоить человека понапрасну? Мать сойдет с ума, если узнает,
что нынче произошло, со страхом подумала Мей.
После ужина она отправилась переодеваться. Для посещения театра Мей выбрала
вишневое платье с пышной юбкой и лифом без бретелек. Волосы подняла и
закрепила на макушке, чтобы они не скрывали обнаженных плеч.
В театре собрался весь город. Разумеется, Карина и Роберто Кардинале тоже
присутствовали. Как и их друзья: Лючия Мансарди и — с внутренним холодком
отметила Мей — Франческа с Антонио Бьянкой.
Красотка держалась так, словно днем ничего не произошло. Напротив, в ее
глазах светился живой интерес к собравшейся в фойе знати, и она чем-то
напоминала лису, попавшую в курятник.
Предписание удалиться из страны должно было быть предъявлено Франческе лишь
завтра, но даже с учетом этого обстоятельства ее появление в театре Мей
расценила как прямой вызов лично себе.
Узкое платье идеально подчеркивало великолепную фигуру итальянки. С
обнаженными плечами, руками и спиной, а также с едва прикрытой тонким шелком
грудью она выглядела голой. Не был ли этот наряд призван продемонстрировать
Косте, чего он лишается?
Разумеется, супруги Киприади не могли пройти через фойе незамеченными. Как
не были способны проигнорировать присутствия Роберто и Карины.
Изображай любезность, приказала себе Мей, а муж тихонько сжал ее руку.
— Мей, Коста, рада вас видеть! — воскликнула Карина. — Разумеется,
вы помните Лючию? А вот Франческа и Антонио.
Где уж тут забыть? Обмениваясь с приятелями обычными ничего не значащими
фразами, Мей старалась не замечать неприкрытого интереса Франчески к Косте.
Итальянка так старательно очаровывала Киприади, что казалось странным, как
это его не задевает чувственная припухлость ее губ, откровенное обещание в
манящем взоре и провокационно вздымающийся, до крайности обнаженный бюст.
Мей с облегчением вздохнула, увидев приближающихся родителей.
— Святые угодники! — пробормотала Кейт, когда супруги Кардинале и их
гости удалились. — Каким словом, скажите на милость, можно назвать
столь избыточное оголение?
— Таким, которое не следует произносить в приличном обществе, мама, —
усмехнулась Мей.
Через минуту двери зала распахнулись и публика начала рассаживаться по
местам. Мей попыталась высвободить руку из ладони мужа, но потерпела в этом
деле неудачу. Интересно, промелькнула у нее мысль, что он хочет этим
показать? Что я нахожусь под его охраной или что он желает подбодрить меня?
Впрочем, возможны оба варианта.
Спокойно, одернула она себя в следующую секунду. Так и в параноика недолго
превратиться!
К счастью, в зале Мей смогла слегка расслабиться, так как ни семейства
Кардинале, ни Франчески с Антонио на соседних рядах не оказалось.
А позже она и вовсе позабыла о своих невзгодах, полностью поглощенная
действом, разворачивающимся на сцене. Пьеса оказалась очень остроумной и ни
на минуту не позволяла отвлечься.
В антракте зрители имели возможность выпить кофе в буфете и пообщаться.
Впрочем, многие предпочли не покидать своих мест.
— Неплохо бы и нам заглянуть в буфет, — сказала Кейт. — Мы с Мей
отведаем здешнего кофе, а Коста и Роджер могут заказать чего-нибудь
покрепче.
Неплохая идея, подумала Мей, вставая. Продвигаясь по проходу между рядами,
она ощущала легкое прикосновение руки мужа к талии. Его близость волновала
Мей.
По пути к буфету им встретилось несколько знакомых, а среди них — клиентки
Мей.
Внутри уставленного столиками помещения было людно.
— Кейт, Роджер, присоединяйтесь к нам, &md
...Закладка в соц.сетях
