Жанр: Любовные романы
Верни мне любовь
... Я хочу тебя,
милый...
Гарет вдруг резко вскинул голову и недобро посмотрел ей в глаза.
— Что, решила, будто, как прежде, можешь вскружить мне голову? —
бросил он. — Думала, я окончательно сойду с ума от твоих прелестей.
Нет, больше не выйдет, моя дорогая!
— Ч-что ты говоришь? — пробормотала она в изумлении.
Гарет бесцеремонно спустил ее на пол и поднялся. Лору не держали ноги.
Пришлось уцепиться за спинку стула, чтобы не упасть.
— Так вот, ты мне больше не нужна! — злобно заявил он.
— Нет?.. — Колени по-прежнему подгибались, но она быстро
поднялась, застегнула лифчик и вернула на место бретельки платья.
— Ты как и раньше обворожительна, но заставить меня потерять голову
тебе уже не удастся, — повторил Гарет, словно испугавшись, что с
первого раза она ничего не поняла. — Слишком поздно!
Лора заглянула ему в глаза, но он отвернулся.
— Ты хотел этого не меньше меня, — спокойно сказала она. Голос
вернулся. Она не могла ошибиться.
— Может быть. Но если хочешь знать, голова у меня оставалась ясной. Как
бы то ни было, я больше не попадусь в твои сети.
Пусть так, но тогда почему же он до сих пор дрожит? Лора прекрасно понимала,
что к чему. Гарет хотел раз и навсегда избавиться от тяги к ней. Неужели его
так пугает, что желание может разрушить тщательно построенную оборону? Но
ведь то, что он постоянно думает о ней, только на руку Лоре. Куда больнее
было бы, если бы Гарет вообще не испытывал к ней ничего.
— Восстановить прежнее чувство невозможно, — продолжал Гарет уже
более спокойно. — Лучше забыть обо всем.
— Разве это легко? — бросила Лора.
— Будет легче, если мы перестанем видеться. Эти встречи только
добавляют боли. Признайся, нам ведь больше нечего сказать друг другу!
Нет, Лоре надо было сказать еще очень многое. Но не сейчас. На сегодня
достаточно.
— Я пойду, — вымолвила она, пытаясь сохранить остатки достоинства.
Гарет нахмурился.
— Я не смогу проводить тебя, пока не вернется Элисон.
Лора вздрогнула. Слава Богу, что няни не было дома! Мысль о том, что Элисон
могла вернуться в разгар любовной сцены, заставила ее побледнеть.
— Это неважно, — спокойно сказала девушка. — Эскорт мне ни к
чему. Доберусь сама.
— Ты уверена?
— Абсолютно. Спасибо. — Она держалась очень спокойно, но пришлось
проглотить комок в горле, прежде чем произнести: — Поцелуй за меня Мэтью.
Следующие два дня Лора упорно наслаждалась заслуженным отдыхом. Она
объездила все батские достопримечательности; затем, решив выбраться куда-
нибудь подальше, прокатилась на пароходике по Эйвону и совершила автобусную
экскурсию в Стоунхендж и ущелье Чеддер. Погода была словно по заказу —
теплая, солнечная, не в пример ее настроению. Как ни старалась она отвлечься
от своих проблем, ничто не помогало. Новый день казался ей скучнее
предыдущего, а будущее рисовалось в мрачных тонах. Лора считала, что сумела
устроить жизнь, найти хорошую работу и обеспечить себе независимость. Но все
пошло прахом, когда она вновь встретила Гарета и узнала сына. Только теперь
Лора с болью в душе осознала, какой пустой была эта жизнь.
В конце концов она сняла трубку и позвонила Гарету. Что ж, в крайнем случае
он откажется с ней разговаривать. Но его не было дома. Она могла лишь
оставить сообщение на автоответчике. Это повторялось трижды, и каждый раз
она опускала трубку, не называя своего имени. То, что ей хотелось сказать,
нельзя было доверить бездушному автомату.
Утром третьего дня она снова стояла у дома Гарета. Время текло слишком
быстро. Перед возвращением в Эдинбург нужно было договориться о встречах с
Мэтью. Кроме того, следовало рассказать правду об этом таинственном отказе
от ребенка, что пошло бы на пользу всем троим. На этот раз Гарету придется
выслушать ее.
Однако, как Лора ни крепилась, нервы ее были, как натянутые струны. Она
твердила про себя все то, что собиралась сказать Гарету.
К великому облегчению, дверь открыла Элисон.
— О, здравствуйте, Лора.
— Привет! Гарет дома?
Элисон покачала головой.
— Нет, он уехал пару дней назад.
— Не говорил, куда собирается?
— Нет. — Молодая женщина таинственно понизила голос. — Ни
словом не обмолвился. Я узнала об этом лишь наутро. Он оставил на кухне
записку. Бедный Мэтью очень расстроился.
— Когда это было?
— В четверг утром.
Значит, Гарет удрал сразу после того злополучного вечера, зная, что Лора
попытается говорить с ним о Мэтью, и не желая этого. Без особой надежды она
спросила:
— Вы имеете представление, когда он может вернуться?
— О да! Он звонил и сказал, что приедет сегодня днем. Гарет не любит
надолго оставлять Мэтью одного.
— Знаю...
Элисон поглядела на часы.
— Осталось недолго. Не хотите подождать?
Лоре это подходило как нельзя лучше. Если она будет ждать в квартире, Гарету
волей-неволей придется ее выслушать, прежде чем он выставит ее. И все же она
на секунду заколебалась. Гарету явно не понравится, если она без его
разрешения увидится с Мэтью.
— К сожалению, Мэтью тоже нет, — продолжала Элисон. — Он
остался ночевать у бабушки. Я как раз собиралась идти к ним пить чай.
Наверно, пробуду там весь вечер. Так что вы сможете пообщаться с Гаретом без
помех.
Уже не в первый раз Лора убеждалась, что эта проницательная девушка в курсе
ее отношений с Гаретом и Мэтью. Грех было не воспользоваться такой
возможностью.
— Что ж, спасибо. Я подожду.
Элисон проводила ее наверх и даже угостила кофе.
— Ожидание может затянуться, — предупредила она, протягивая
дымящуюся чашку. — Так что устраивайтесь поудобнее.
— Спасибо.
Перед уходом юная няня слегка замешкалась.
— Конечно, это не мое дело, — внезапно выпалила она, — но вы ведь мать Мэтью, правда?
Глава 7
Чашка звякнула о молочник, расплескав кофе. Потрясенная, Лора посмотрела в
глаза Элисон, но взгляд девушки был теплым и участливым.
— Да, — услышала она собственный голос.
— Я так и знала!
— Как вы догадались? Гарет сказал?
— Нет, что вы! — быстро успокоила ее Элисон. — Просто я
видела вас рядом с Мэтью. Вы немного похожи, и, когда оказываетесь вместе,
это становится заметно. И любите вы его слишком сильно для обычной гостьи.
Ясно как дважды два!
Пытаясь собраться с мыслями, Лора отхлебнула кофе. Но когда она заговорила,
голос ее дрожал.
— Наверно, вы, как и Гарет, осуждаете меня за то, что я отказалась от
новорожденного Мэтью...
Элисон помотала головой.
— Нет. Я не знаю подробностей. Я уже сказала, что это не мое дело. Но
Гарет часто рассказывал Мэтью о его матери. Нет-нет, — заверила она,
видя, что Лора открыла рот, — я не знаю, что именно он говорил!
— Надо думать, ничего хорошего. Гарет не знает, что заставило меня
отказаться от Мэтью.
— И вы хотите объяснись ему?
— Попытаюсь. — Лора тоскливо вздохнула. — Если бы я могла
убедить его выслушать меня! До сих пор мне не везло.
— Заставьте его слушать! — с силой воскликнула Элисон. — Было
бы замечательно, если бы вы создали настоящую семью. Мэтью нужна мать!
— Но Гарет больше не любит меня... — Лора с облегчением поняла, что у
нее появилась верная союзница, которой можно доверить все свои секреты.
— Он так сказал?
— Весьма недвусмысленно.
— Гм-м... Ну что ж, побеседуйте с ним. Может быть, вам удастся
уговорить его сойтись снова. Вы ведь этого хотите, правда? И не только из-за
Мэтью?
Лора горько усмехнулась.
— Нет, не только. Мы ведь собирались пожениться, но из этого ничего не
вышло...
— Очень жаль. Гарет такой интересный мужчина! Должна признаться, я
часто думала, почему он не женится. Странно, что он до сих пор одинок.
— Одинок? — Поверить в это было невозможно. Гарет действительно
слишком привлекателен, чтобы вести монашескую жизнь.
— Да. — Чудесные серые глаза Элисон на секунду заволокло
дымкой. — О, у него масса знакомых женщин, но ни одной близкой подруги.
Раньше это меня поражало, но теперь, после встречи с вами, я все поняла.
Лора решительно затоптала искру надежды, вспыхнувшую в душе после слов
Элисон. Даже если Гарет одинок, она ему тоже не пара.
— Боюсь, наши отношения уже не спасти, — вздохнула Лора.
— Не сдавайтесь без борьбы!
— Попытаюсь...
И молодые женщины улыбнулись друг другу, радуясь взаимной симпатии.
Поддержка Элисон позволила Лоре воспрять духом. Еще ничто не потеряно!
— Удачи вам, — тепло сказала Элисон. — Я была бы рада, если
бы Мэтью рос в настоящей, полной семье.
— Но ведь тогда вы останетесь без работы.
— О, не стоит беспокоиться! Опытные няни сейчас нарасхват. Кроме того,
я и сама собираюсь замуж.
— За Дэйва?
Элисон вздрогнула, но тут же рассмеялась.
— Ну конечно, вы же были здесь, когда я звонила! Да, Дэйв хочет, чтобы
мы скорее поженились. А Мэтью растет, скоро я ему уже буду не нужна.
— Я очень ценю все, что вы для него делаете.
— Он чудесный ребенок. Присматривать за ним одно удовольствие!
— Я хочу поговорить с вами о мальчике. Теперь вы знаете, почему это
меня так волнует.
— Конечно. Надо будет встретиться. — Элисон посмотрела на
часы. — Но только не сегодня. Я уже опаздываю. — Девушка схватила
со стула жакет, сумку и побежала к двери, но на пороге еще раз
оглянулась. — Удачи!
После ухода Элисон у Лоры полегчало на душе. Когда появится Гарет, она сумеет заставить его слушать.
Но шло время, а его все не было. Уверенность Лоры в себе поколебалась. Гарет
же прямо сказал, что не хочет больше ее видеть. Как он отреагирует на ее
присутствие?
Она слонялась по комнате, рассматривала корешки стоявших на полках книг, но
была слишком возбуждена, чтобы читать что-нибудь. На стуле у окна лежала
одна из игрушек Мэтью — большой, красивый плюшевый мишка с алым бантом на
шее. Лора подняла его и прижала к себе, продолжая бесцельно бродить по
комнате.
Погрузившись в тревожные мысли, она наконец села и уперлась подбородком в
мягкую голову мишки. Снова и снова она повторяла про себя то, что собиралась
сказать Гарету. Скорее бы он пришел!
Часы пробили шесть, когда на лестнице послышались его шаги. Сердце у Лоры
отчаянно заколотилось, она крепко обхватила своего плюшевого дружка и
полными страха глазами уставилась на дверь, гадая, что скажет Гарет, когда
увидит ее.
Прошло несколько мгновений, прежде чем он заметил Лору. Он медленно вошел в
комнату, закрыл за собой дверь, опустил глаза и прислонился к дверному
косяку. Сострадание затопило Лору, все ее дурные предчувствия исчезли. У
него был жутко усталый вид. Гордая голова поникла, веселые искорки исчезли
из серых, безжизненных глаз.
Лора инстинктивно дернулась навстречу, и в этот миг Гарет увидел ее. В его
взгляде проснулась ярость.
— Какого черта тебе тут надо? — требовательно спросил он.
Лора проглотила комок в горле.
— Элисон разрешила подождать тебя, — объяснила она, демонстрируя
спокойствие, которого и в помине не было.
— Ах, значит, Элисон? Где она?
— Ушла за Мэтью к твоей матери.
Гарет кинулся к Лоре с такой прытью, что у нее душа ушла в пятки. Но он
остановился рядом и гневно посмотрел на нее.
— Не знаю, чего ты хотела добиться своим приходом, но буду очень
признателен, если ты уйдешь. Сию же минуту!
Лора встала, чтобы оказаться с ним на равных. Разве можно отстаивать свои
права, когда на тебя смотрят сверху вниз? Но даже поднявшись, ей пришлось
вздернуть подбородок, чтобы заглянуть в его искаженное злобой лицо. Лора
безотчетно стиснула в руках плюшевого мишку.
— Я должна поговорить с тобой, Гарет, — упрямо сказала она.
— А я сказал, что говорить нам больше не о чем. — В его глазах
горело нетерпение.
Лора и не ожидала, что это будет легко. Сделав глубокий вдох, она спокойно
сказала:
— Жаль, что ты так настроен. Я надеялась, у нас будет серьезный
разговор без напоминаний о старых обидах. Мне бы хотелось сделать все для
блага Мэтью.
— Ты слишком давно бросила сына, чтобы думать о его благе, —
прорычал Гарет.
— Все пять лет я думала только о нем!
Гарет вновь посмотрел на нее скептически, но на этот раз не потребовал,
чтобы она убиралась вон. Он пересек комнату и уселся на стул. Лора тоже
села, пытаясь собраться с мыслями. Все должно было решиться в ближайшие
минуты.
— Я вовсе не хочу вмешиваться в то, как ты воспитываешь Мэтью, —
наконец промолвила она. — Но мне нужно хоть изредка видеть его. Разве
это много?
— А ты дала мне такую возможность? — вспылил Гарет. — Если бы
не Келли, я вообще не знал бы, что у меня есть сын. Поэтому не жди от меня
сочувствия!
— Значит, ты хочешь лишить меня права видеть собственного
ребенка? — укоризненно спросила Лора. — А о самом Мэтью ты
подумал? Или для тебя важнее всего отомстить мне?
Взгляд Гарета стал желчным.
— Когда ты появилась в Бате, я подумал о Мэтью, — бросил
он. — Но теперь жалею. Вам больше не следует встречаться.
— Почему? — Настала ее очередь задавать скептические
вопросы. — Почему ты так думаешь?
— Мэтью начинает слишком сильно привязываться к тебе, — медленно
произнес Гарет. Каждое его слово хоронило надежды Лоры. — Для ребенка
было бы лучше, если бы ты потихоньку исчезла из его жизни, пока он не успел
к тебе привыкнуть. Не могу допустить, чтобы ему причинили боль. Я говорил
тебе это с самого начала.
— Конечно, нельзя причинять ему боль, — с готовностью согласилась
Лора, уязвленная тем, что ее считают способной обидеть собственное дитя.
Мэтью начинает привязываться к ней! Ухватившись за эту мысль как за
соломинку, она сделала еще одну попытку. — Я хочу одного: время от
времени видеться с ним. Узнавать, как он поживает.
— Нет! — Гарет вскочил с места и вновь принялся расхаживать по
комнате. — Я не желаю, чтобы ты была рядом! — Он повернулся и
свирепо посмотрел на Лору. — Какого дьявола ты снова лезешь в мою
жизнь? Ворошишь былые воспоминания, растравляешь старые раны... Зачем тебе
это, Лора?
— Затем, что я не могу жить без Мэтью.
— Мэтью? — На мгновение он оторопел, словно не ожидал подобного
ответа. — Откуда взялась эта внезапная любовь к брошенному тобой же
ребенку?
— Внезапная? — Лора чуть не рассмеялась. — Гарет, я уже
сказала, что искала его все эти годы. Я всегда любила свое дитя...
— Ну, а сейчас, когда ты нашла его, что дальше? Думаешь отнять у меня
сына, как отняла все остальное?
Голос Гарета звучал не менее гневно, но Лора подняла голову как раз вовремя,
чтобы успеть заметить на его лице выражение жестокой муки. Это потрясло ее.
До сих пор она не представляла себе, как горячо Гарет любит сына, как не
доверяет ей и боится бесцеремонного вторжения в их жизнь.
— Гарет, я никогда не решилась бы на такое, — очень строго сказала
Лора, пытаясь разубедить его. — Клянусь, я не хотела тебе зла. Что мне
сделать, чтобы доказать это?
— Ничего! О себе я сам позабочусь. Главное — чтобы ты не причинила зла
Мэтью.
— Но я желаю ему только добра!
— В самом деле? — В тоне Гарета вновь появилась столь ненавистная
ей ироническая нотка. — У тебя странное представление о добре. Ты
отказалась от него сразу после родов.
— Нет! — выкрикнула Лора.
— Не пытайся морочить мне голову россказнями о том, что сделала это для
его же пользы. Папаша не оставил бы тебя без поддержки. Тебе не надо было
беспокоиться о деньгах, как многим матерям-одиночкам. Что скажешь в свое
оправдание? Просто ребенок помешал бы тебе наслаждаться радостями жизни.
Звучавшая в его голосе ненависть поразила Лору, но он сам завел разговор о
том, что все эти годы разрывало ей сердце. Он никогда не сможет понять ее,
если не узнает правду.
— Гарет, я не отказывалась от Мэтью, — вымолвила Лора, умоляюще
глядя ему в лицо.
Он саркастически захохотал.
— Нужно быть круглым идиотом, чтобы поверить этому. Забыла, что я видел
твою подпись на документах об отказе от ребенка?
— Но ты не знаешь, как это вышло.
— Подробности меня не интересуют.
Лора тяжело вздохнула.
— Гарет, ты не понимаешь... Ради Мэтью, умоляю, позволь мне объяснить
то, что произошло после его рождения. В конце концов когда-нибудь он сам
узнает об этом.
Вместо ответа он отвернулся, медленно отошел к окну и принялся разглядывать
пейзаж за окном. Эта поза не приглашала к откровенности, но и не мешала ей
говорить.
Молчание — знак согласия
. Лора забилась в угол широкой тахты и прижала к
груди плюшевого мишку. Прислонившись щекой к мягкой голове игрушки, она
начала невеселый рассказ.
— После нашего разрыва я несколько недель была тяжело больна и лишь
потом поняла, что беременна. Затем понадобилось время, чтобы набраться
храбрости и рассказать обо всем отцу. Было поздно убеждать меня избавиться
от ребенка, а то бы он непременно сделал это.
Она бросила быстрый взгляд на фигуру у окна, но Гарет хранил молчание, не
подавая виду, что слышит ее.
— Отец все тщательно обдумал, хотя и был потрясен сообщением до глубины
души. Он отослал меня к своей двоюродной сестре, жившей далеко от Лондона,
договорился о частной лечебнице и уходе. Мне самой не пришлось ударить палец
о палец.
— А тебе не приходило в голову, что ты уже взрослая и можешь сама
позаботиться о себе? — сухо прозвучал голос с другого конца комнаты.
Лора сокрушенно вздохнула.
— Ты знаешь, что я привыкла жить по его указке.
— Я достаточно вынес, чтобы запомнить это на всю жизнь!
— Ты прав. — Она печально вздохнула. — После твоего ухода мне
стало все безразлично, — продолжала она, немного помолчав. — В том
числе и то, чем занят отец.
— Значит, и судьба ребенка тебя тоже не беспокоила?
— Неправда! — Лора ногтями вцепилась в медведя. — Ребенок был
единственным, что у меня оставалось от тебя, — тихо добавила она.
— Я думал, ты меня ненавидишь.
— Я и ненавидела. — Ее глаза еще раз устремились на неподвижную
фигуру Гарета. — Можно и ненавидеть, и любить одновременно.
На это Гарету возразить было нечего.
— Я осталась жить только ради этого ребенка, — призналась
Лора. — Хотя и не слишком задумывалась, что будет потом. Я решила, что
все образуется само собой.
— Вот в это я могу поверить!
— Но все получилось хуже некуда. Роды были тяжелые, и я несколько дней
приходила в себя. Отец всегда был рядом. В голове у меня стоял дурман —
наверно, от лекарств. Но я смутно помню, что отец давал мне подписывать какие-
то бумаги. Он... Он был так добр! Говорил, что мне нельзя волноваться, что
сам обо всем позаботится. Помню, я была ему очень благодарна. — Впервые
за вечер ее голос дрогнул. — Следовало догадаться о его замыслах. Но я
не догадалась... Никогда не прощу себе этого!
Словно из страшной дали, до нее доносились слова Гарета, смысла которых она
не улавливала. Ее мозг был во власти кошмарных воспоминаний.
— Когда мне стало легче, я сразу же попросила принести ребенка, —
продолжила Лора, словно разговаривая сама с собой. — До этого мне
позволили всего лишь раз подержать новорожденного, и я очень хотела на него
посмотреть. Я только о нем и думала. Сиделки ответили, что его принесут лишь
при выписке, потому что мне нельзя волноваться. И я, как дура, поверила им!
У Лоры снова сорвался голос, и она на мгновение прижала к глазам крепко
сжатые кулаки. Не сметь плакать! Только не сейчас!
— Лора...
Она не видела, как подошел Гарет. Он обнял ее и притянул к себе. Лора
зарылась лицом в его надежное плечо. Дружеское участие помогло ей немного
успокоиться.
— Если тебе трудно говорить, можешь не продолжать, — мягко
промолвил он. — Об остальном я догадываюсь...
Лора замотала головой.
— Чем скорее ты все узнаешь, тем лучше.
— Как хочешь...
Нежные объятия Гарета придали ей сил.
— Правду мне сказал только отец. Он принял решение отдать ребенка еще
до того, как тот родился. Я сама подписала документы, так что все было
законно. Конечно, я умоляла его сказать, где искать ребенка, но он ответил,
что уже поздно. Бумаги были переданы куда надо, а остальное его не касалось.
Он уже ничем не мог — или не хотел — помочь мне. Он сказал... сказал, что
когда-нибудь я буду ему благодарна за то, что он сделал, — убито
закончила она.
Гарет уткнулся лицом в ее волосы, и Лора чувствовала, что его трясет. Ее же
наоборот, после того, как все наконец открылось, охватило чувство
невыразимого покоя.
— Прости меня, Лора, — глухо сказал Гарет. — Я не имел права
осуждать тебя, не зная всей правды.
Она нежно провела рукой по его щеке, мокрой от слез. Сердце ее сжалось.
— У тебя действительно не было причин доверять мне, — честно
призналась девушка.
— Ты слишком добра.
— Нет. Я понимаю, почему ты так думал. По правде говоря, я заслужила
это наказание.
Голос Гарета окреп.
— Если кто и заслуживает проклятия, так это твой отец.
— Нет, — беззвучно вздохнула Лора. — Вначале я тоже так
думала, поэтому и ушла из дома. Но когда он заболел, мне пришлось вернуться,
и мы долго говорили о случившемся. В конце концов я поняла, что он искренне
желал мне добра. Он хотел, чтобы я удачно вышла замуж, а ребенок помешал бы
этому. Отец любил меня...
— Он выбрал странный способ доказать свою любовь.
— Может быть. Отец никогда не умел тонко и деликатно выражать свои
чувства, но был убежден, что все делает для моего блага. — Лора снова
вздохнула, вспомнив о тяжелом властном человеке, который был ее отцом.
Джеймс проявлял свою любовь, давая ей деньги и пытаясь управлять ее
жизнью. — Как бы то ни было, теперь все в прошлом, — твердо
закончила она.
Теперь ее заботило лишь будущее. Ей хотелось спросить, не надумал ли Гарет
разрешить ей хоть изредка встречаться с Мэтью. Но возникшее между ними
взаимопонимание было еще слишком хрупким, и Лора испугалась, что любой
неосторожный вопрос может нарушить его. Вместо этого она провела ладонью по
его щеке и удовлетворенно вздохнула, ощутив теплые, надежные объятия. Сердце
его билось сильно и уверенно, и она испытывала давно забытое чувство
защищенности. Чего еще желать?..
— Как ты сумела найти нас? — спросил Гарет после долгого молчания.
— Что? — очнулась Лора.
— Что привело тебя в Бат? Отец ведь не сказал тебе, что Мэтью у меня.
Почему ты приехала именно сюда?
— Когда отец умер, я обнаружила несколько коробок с его личными
бумагами. Много раз собиралась я выкинуть этот хлам, но потом решила
заглянуть в него и нашла конверт, в котором лежала фотография маленького
мальчика. Надписи на ней не было, но я догадалась, что это Мэтью. — На
губах Лоры расцвела нежная улыбка. — Он был очень похож на тебя.
— Да. Твоего в нем немного. Разве что волосы.
Неужели это радует Гарета? Лора насторожилась. Но нет, он говорил совершенно
спокойно.
— А как выяснилось, что фотография сделана в Бате? — последовал еще один пытливый вопрос.
— Его сфотографировали в парке. На заднем плане были здания Ройял-
кресент. Я опросила всех знакомых, и нашелся человек, который бывал в Бате и
узнал это место.
— Пон
...Закладка в соц.сетях
