Жанр: Любовные романы
Почти твоя
...ой вышла в гостиную, и тут у нее буквально
захватило дух. Вместо обычных джинсов, фланелевой рубашки и свитера Крис
обрядился в строгий черный костюм и белоснежную рубашку с галстуком. Из-под
наглаженных брючин выглядывали острые носки черных ковбойских сапог, которых
прежде Бетси у него не видела. В петлице красовалась веточка остролиста.
Улыбаясь ее изумлению, Крис приветственно склонил голову.
— О... откуда это у тебя? — запинаясь, проговорила Бетси.
Великолепный вид Криса так поразил ее, что на миг она почти лишилась дара
речи.
Подмигнув Коре, которая явно была в курсе такой перемены гардероба, Крис
лукаво чмокнул Бетси в кончик носа.
— Сэкономил кое-что из жалованья и пробежался по магазинам, —
пояснил он.
— Ты выглядишь просто чудесно.
— Приятно слышать! — Синие глаза заискрились весельем.
Кора к этому времени уже оделась и готова была бросить вызов стихиям.
Застегнув куртки и прихватив нарядно упакованные подарки для Сьюзен, Тима и
Эмили, Бетси и Крис вслед за девочкой вышли из дому. Утоптанный снег весело
скрипел под ногами, когда они торопливо шли к старенькому пикапу Бетси. Крис
заранее вывел его на подъездную аллею и оставил прогреваться мотор. Когда мы
вернемся домой, подумала Бетси, я уже буду женой Криса. Волна нестерпимой
любви и нежности нахлынула на нее. Сегодня Бетси была счастливейшей женщиной
в мире.
Как всегда в рождественские праздники, ранчо Петерсов заливал яркий свет.
Пылали свечи, весело и жарко плясал огонь в камине, сияли бесчисленные
гирлянды праздничных фонариков. Этими же гирляндами была щедро украшена
рождественская елка — она стояла у огромного, облицованного камнем камина,
перед которым Крису и Бетси предстояло произнести свои клятвы, и мохнатые
колючие ветви источали острый аромат хвои. Стерео-проигрыватель тихонько
наигрывал одну за другой рождественские песенки. Все-таки они немного
опоздали. У Бетси едва хватило времени укрыться в ближайшей спальне для
гостей, чтобы нарядиться до начала церемонии. Стягивая джинсы, она мысленно
поблагодарила Сьюзен за то, что в комнате оказались все мелочи, какие могут
понадобиться женщине: крем, пудра, булавки, даже пара чулок размера Бетси на
тот случай, если она нечаянно порвет привезенные с собой.
Сняв свитер, Бетси надела чулки и кружевной пояс, потом вынула из пакета
легчайшую нижнюю юбку и надела ее через голову. За юбкой последовало само
платье. Тонкий шелк, успевший остыть на декабрьском ветру, приятно холодил
кожу.
Для такого случая Бетси решила, вопреки своим привычкам, воспользоваться
косметикой. Прежде чем надеть фату, она присела на бархатной скамеечке перед
трюмо, слегка подрумянила щеки, подвела глаза и тронула губы нежного оттенка
помадой. Надев жемчужные сережки в виде капелек, Бетси расплела косу, и
густые светлые волосы мягкими волнами легли на ее плечи.
В завершение наряда она надела шапочку с фатой и замерла, не в силах отвести
взгляд от своего отражения в зеркале. Сегодня красавец-ковбой, однажды
появившийся в ее жизни, станет ей мужем — отныне и навеки, пока смерть не
разлучит их. При этой мысли Бетси затрепетала от счастья.
Голоса гостей, доносившиеся из гостиной, становились все громче, и в них
ощущалось нетерпение. В дверь тихонько постучали, и в комнату проскользнула
Кора. Девочка открыла рот, собираясь что-то сказать, и замерла.
— Бетси, — выдохнула она, — ты такая красивая!
Переполненная счастьем, Бетси раскрыла ей объятия. Кора шагнула к ней, но на
миг заколебалась.
— Я боюсь помять твое платье, — призналась она.
— Родная моя, — ласково сказала Бетси, — ты для меня гораздо
важнее, чем все платья в мире.
И они крепко обнялись, славно принося невысказанную клятву: любовь Бетси к
будущему мужу никогда не изгонит из ее сердца Кору. Минуту спустя девочка
высвободилась и объявила, что пришел священник.
— Все готово к церемонии, — добавила она взрослым важным
тоном. — Если и ты готова, я скажу миссис Грант, чтоб играла свадебный
марш.
Элен Грант, жена священника, обеспечивала церемонию музыкальным
сопровождением.
— Да, солнышко, — сказала она вслух, — передай миссис Грант,
что я готова.
Крис беседовал у камина с Тимом, когда кто-то выключил стерео. В его широкую
ладонь проскользнула хрупкая ладошка Коры. Глаза девочки округлились от
сознания важности момента. Неистовая дрожь пробежала по телу Криса, когда
Элен Грант заиграла старинный марш
Вот идет невеста
.
В наступившей тишине медленно открылась дверь. На миг Бетси замерла в
полутьме коридора, а затем решительно шагнула в гостиную. При ее появлении
гостей обежал восторженный шепот, а на щеках Бетси расцвел алый румянец.
В своем старинном наряде, с распущенными волосами, которые золотыми волнами
ниспадали на плечи, Бетси была так свежа, так ослепительна, что у Криса
защемило сердце. Шагнув вперед, чтобы взять ее за руку и подвести к камину,
он не верил собственному счастью. Что сделал он, чтобы заслужить доверие,
любовь, счастье, отражавшиеся на ее прекрасном лице?
Господь свидетель, он любит Бетси всем сердцем, он тысячу раз готов
отбросить свою холостяцкую жизнь, как ненужный поношенный плащ, и все-таки
ложью и скрытностью он жестоко обманул безграничное доверие Бетси. Как ты
мог это допустить? — спрашивал себя Крис, но, увы... ответ был ему
слишком хорошо известен. Если бы он с самого начала сказал Бетси правду,
цветок их безмерной любви увял бы, так и не распустившись.
Когда-нибудь в подходящий момент он попросит у нее прощения и даже
постарается убедить Шотландца, что лучшей матери для Коры не найти. Так
утешал себя Крис, все крепче сжимая руку Бетси, пока они оба стояли перед
священником. Быть может, семья, которую они создадут сегодня, устоит перед
житейскими бурями.
Бетси нежно привлекла к себе Кору, и Элтон Грант начал свадебную церемонию.
Когда пришло время произносить клятвы, голос Криса дрожал и срывался, зато
слова Бетси ясно и четко разносились в напоенной ароматом хвои комнате. И
все же гвоздем вечера оказался восторженный вопль
да!
, который вырвался у
Коры, когда священник — по просьбе Криса и Бетси — спросил ее, возьмет ли
она Криса и Бетси в родители, пока смерть не разлучит их.
— Мамочка, я разве что-то сделала не так? — шепотом спросила
девочка, смутившись оттого, что гости приветствовали ее ответ
доброжелательным смехом.
Бетси покачала головой.
— Солнышко мое, ты была великолепна.
Мгновение спустя священник уже просил у Криса кольцо. Бетси полагала, что ее
будущему супругу не по карману приобрести венчальные кольца, а потому даже
не затрагивала эту тему. Священнику тоже ничего не сказали насчет колец, и
теперь Бетси с изумлением смотрела, как ее жених достает из кармана
старенькое золотое колечко с гранатами.
— Этим кольцом, которое носила моя мать, я ныне венчаюсь с
тобой, — проговорил он дрогнувшим голосом, и у Бетси вдруг затуманились
глаза.
Крис никак не мог знать, что кольцо подойдет ей, и все же оно сидело на ее
пальце как влитое. Крис, подумала Бетси, поднимая взгляд на любимого,
простишь ли ты когда-нибудь, что я усомнилась в тебе?
Ее охватил озноб, когда громкий голос священника объявил их мужем и женой.
Наступило время брачного объятия. Какой же он большой, какой надежный,
думала Бетси, обвив руками шею Криса и подставив ему губы для поцелуя. О
возлюбленный мой, ты словно скала, на которой найдет приют усталая птица
моей души.
Их поцелуй был почти целомудренным, и все же его тепло наполнило сердце
Бетси, напрочь изгоняя из него темные пятна долгого одиночества.
Бетси не знала, как долго стояли они так, слившись в объятиях, — время
словно замедлило бег, а многолюдная гостиная на миг опустела.
Привел их в чувство бесцеремонный тычок в ребра, и это была, конечно, Кора.
— Эй, ребята, — прошипела она, — вы меня в краску вгоняете.
Это был самый сокровенный миг свадебной церемонии, и гости дружно
зааплодировали, когда Крис, не выпуская Бетси, заключил в свои объятия и
раскрасневшуюся рыжекудрую малышку. Все трое обнялись так крепко, что на
секунду слились в единое существо.
— А теперь тост! — воскликнул Тим с сильным шведским акцентом, и
торжественная часть как-то разом закончилась. Кое-кто из соседей вызвался
откупорить шампанское, и вот уже звонко захлопали пробки. Оказалось, что
Петерсы, не ставя в известность Криса и Бетси, припасли столько шампанского,
что хватило бы и на два десятка свадебных тостов. Даже Кора и Эмили получили
по глоточку.
Вот и началась наша семейная жизнь, зачарованно думала Бетси, чувствуя, как
ее недавнее напряжение испаряется бесследно. Друзья и соседи со смехом
окружили их, жали руку Крису и поочередно целовали в щеку Бетси. Пушистые
ветви рождественской елки искрились праздничными огоньками. Постепенно смех
и говор становились все громче. Когда Сьюзен и Тим пригласили всех отведать
мясных тефтелек под сливочным соусом и прочие шведские деликатесы,
дожидавшиеся своего часа на буфете, Элен Грант заиграла традиционные
рождественские песенки.
Гости попели и даже немного потанцевали, а потом с удовольствием приняли
участие во вручении свадебных подарков. Впрочем, нынешний праздник не был
рассчитан на то, чтобы длиться долго. И Петерсам, и их гостям еще нужно было
сделать последние приготовления к семейной встрече Рождества, да и Бетси с
Крисом не терпелось поскорее начать свой медовый месяц.
Бетси сняла фату, атласные туфельки и, уложив их в дорожную сумку, надела
ковбойские сапоги и застегнула куртку прямо поверх, подвенечного платья. В
этом диковинном виде она крепко обняла Сьюзен и пожелала им спокойной ночи.
— Спасибо, большое спасибо вам обоим за все! — воскликнула она, не
в силах передать словами переполнявшей ее сердце благодарности. — Вы
так много сделали для нас...
— Не стоит благодарности, дорогая, — сияя, отвечала Сьюзен. —
Нам так приятно видеть, что ты счастлива!
Тим согласно кивнул, и его морщинистое лицо расплылось в широкой улыбке.
— К тому же, — прибавил он, — мы старались и для себя. Всегда
приятно понежиться в лучах чужого счастья!
Крис был тронут до глубины души тем, как сердечно и дружелюбно отнеслись к
нему соседи Бетси — именно к нему, безвестному пришельцу, а не к богатому
преуспевающему адвокату. Подобно любви Бетси и Коры, это дружелюбие помогло
ему прочно осесть в доме, который он уже привыкал считать своим. Только бы
так было всегда...
Ради этого он был готов свернуть горы. И страшился лишь одного: когда Бетси
узнает правду, ее не удержит от гнева даже его безграничная любовь.
— Сьюзен, Тим, — торжественно проговорил он, — не знаю, как
отплатить вам за вашу доброту.
— Известно как, — засмеялся Тим, крепко сжав его плечо. —
Хорошенько заботься об этой замечательной леди.
Поцеловав на прощание Кору и всех, кто хотел пожелать им доброй ночи,
новобрачные покинули дом и поспешили к пикапу, навстречу своему медовому
месяцу, который должен был вместиться в одну упоительную ночь.
Пока шло венчание, снегопад прекратился и небо прояснилось. Бледная зимняя
луна освещала морозную ночь. В опытных руках Криса мотор завелся почти
мгновенно.
— Подите-ка сюда, миссис Харди, — проворчал он, включая
обогреватель. — Я хочу, чтобы вы были у меня под рукой... отныне и
навсегда.
Того же самого хотела и Бетси. Продрогнув в своем легком платье, она охотно
прильнула к Крису. С первой встречи этот человек стал ей желанен и близок, а
теперь он был ее мужем.
Всю дорогу домой они целовались без устали, но, несмотря на это, доехали на
удивление быстро. Не минуло и четверти часа, а пикап уже въезжал в ворота
ранчо. Укрывшись за высокими тополями, пустой дом безмолвно ожидал прибытия
хозяев, и в окне гостиной призывно светилась одинокая лампа.
Крыльцо завалило снегом, и, хотя на ногах Бетси были ковбойские сапоги, Крис
и слышать не хотел о том, чтобы она сама шла по ступенькам.
— Я не могу нарушать обычай и сам перенесу тебя через порог.
Он подхватил Бетси на руки, внес в дом и, лишь опустив ее на пол в прихожей,
почувствовал, что она дрожит всем телом.
— Бедная моя, как же ты замерзла! — проговорил Крис. — Дай-ка
я тебя согрею...
— Замечательная мысль. Я хочу, чтобы ты...
Остаток фразы потонул в долгом поцелуе.
— Так чего ты хочешь? — спросил Крис, на миг, отрываясь от ее губ.
— Чтобы ты согрел меня в нашей постели.
Отныне и навсегда они каждую ночь будут засыпать бок о бок, под одним
одеялом. Пылко, но бережно обнимая Бетси, Крис ввел ее в спальню. Кровать,
которой предстояло стать их, брачным ложем, сегодня была застлана свежими
кружевными простынями, поверх пуховой перины брошено несколько теплых одеял.
Отбросив перину, Крис помог возлюбленной снять куртку и сапоги. Его большие
сильные руки, всегда такие ловкие, дрожали, когда он принялся расстегивать
хрупкие, обтянутые шелком пуговички на подвенечном платье.
— Дай-ка я помогу тебе...
Расстегнув все пуговицы, Бетси сбросила платье и положила его на спинку
кресла. И снова озноб охватил ее, но причиной тому был вовсе не холод.
Она поспешила избавиться от чулок и белья, но позволила Крису самому снять с
нее трусики, и касание его нетерпеливых пальцев обожгло огнем ее нагие
бедра.
Мгновение спустя Бетси уже лежала в постели и, натянув до подбородка одеяло,
смотрела, как раздевается Крис. До чего же он прекрасен, с восторгом думала
она, до чего же ловок и безудержно силен, словно дикий конь, никогда не
знавший узды. Как прекрасно думать, что он желает меня, что именно мне дано
укротить этот дикий огонь... Задыхаясь от нетерпения, Бетси откинула одеяло,
и ее нагое тело предстало перед Крисом, словно приглашая его не мешкать.
Слишком много бессонных ночей провел Крис в постылом одиночестве, изнывая от
неутоленных желаний. Вытянувшись рядом с Бетси, он одним движением прильнул
к ней всем телом, и одеяла надежно укрыли их обоих от холода, хоть они и не
замечали стужи, согретые жаром друг друга.
Задыхаясь, Крис осыпал Бетси жадными поцелуями, упиваясь сладостью ее губ,
проникая во влажные глубины алчущего рта. Это было лишь начало. Не
отрываясь, он ласкал губами ее шею, атласно гладкие плечи, постепенно
спускаясь к волнующим холмикам полных округлых грудей.
Казалось, аппетит его неутолим — долгое воздержание лишь больше раздразнило
его. Нежно-розовые соски отвердели от возбуждения, и Бетси едва слышно
застонала, когда Крис дразняще обвел языком бутончик шелковистой плоти.
В то же время он ласкал пальцем другой ее сосок, очерчивая его быстрыми
вкрадчивыми движениями, и Бетси изнывала от страсти, распаленная этой
лаской. Мужская плоть его, жаркая и твердая, прижималась к сокровенному
местечку меж бедер Бетси, и все естество ее томилось, изнемогало от желания
принять в себя этот жезл любви.
— Крис... о, Крис, я люблю тебя... хочу тебя... пожалуйста, о,
пожалуйста, возьми меня! — молила Бетси, лихорадочно гладя его твердые
мускулистые бедра.
Именно об этом и мечтал Крис с той минуты, как впервые увидел ее. Но
вначале...
— Вначале сделаем вот так, дорогая, — прошептал он и секунду
спустя скользнул ниже, к шелковистым волоскам, хранившим ее изнемогающее
лоно.
Бетси вся затрепетала от немыслимого наслаждения, когда язык Криса проник в
бархатистые складки ее сокровенной плоти. Крис, о Крис, синеглазый ковбой,
мой возлюбленный, тебе все дозволено, мысленно шептала она, и эта особая
близость казалась ей в тысячу раз упоительнее, чем простое слияние тел.
Все выше взмывая на крыльях наслаждения, Бетси изумленно осознала, что те
редкие минуты восторга, которые она порой испытывала с Дайоном, были только
скудным пламенем свечи перед подлинным неистовством этого пожара страсти.
Впервые в жизни Крис стремился не столько получить наслаждение, сколько
подарить его женщине, которая разделяла с ним ложе. И сейчас, дразня
изощренными ласками потаенные глубины влажной женской плоти, вдыхая острый
пряный аромат ее желания, он отчаянно жалел, что Бетси не была в его жизни
первой женщиной и что он в ее судьбе не первый мужчина. Как чудесно было бы
впервые, ощупью познавать вместе этот невыразимый восторг, бережно и нежно
вести друг друга к вершине блаженства...
Что до Бетси, она больше и не вспоминала о своих неведомых соперницах.
Отныне, с этой ночи, Крис принадлежит только ей, а остальное уже неважно.
Зарывшись пальцами в его густые темные волосы, она целиком и полностью
отдалась наслаждению.
А оно нарастало, становясь все нестерпимей, острее, и казалось, что сильней
быть уже не может... но тут же сладостная волна накатывала с новой силой. И
наконец, Бетси выгнулась, застонала, сотрясаясь всем телом во власти
наивысшего блаженства. Вне себя, она лишь смутно помнила, как Крис бережно
укрыл ее, вытянувшись рядом, как она прильнула к нему всем телом, тающим от
сладких судорог, и спрятала лицо на его груди...
— О, Крис, — наконец прошептала Бетси, чувствуя, что еще немного,
и ее сердце разорвется от невыносимой нежности. — Как хорошо, Крис... Я
хочу тебя. Хочу быть твоей... совершенно твоей.
Этот страстный шепот прозвучал для Криса призывом в рай. Плоть его, горячая
и твердая, изнемогала от желания погрузиться в заветные глубины ее лона, и
он, приподнявшись на локтях, с готовностью прильнул к жаркому телу Бетси,
чтобы вновь и вновь вести ее к упоительным высотам блаженства.
9
Истомив друг друга и на время утолив свою страсть, Крис и Бетси крепко
спали, когда на дворе захрустел под шинами снег и громко захлопали дверцы
автомобилей. Народу приехало немного, но шум они производили изрядный —
колотили по кастрюлям и сковородкам, громко звенели бубенчиками, а кто-то
даже наигрывал на губной гармонике!
Протирая глаза, Бетси высунула нос из-под одеяла.
— Бог ты мой! — воскликнула она в ужасе. — Крис, проснись! У
нас, кажется, гости!
Новобрачный, потягиваясь, кое-как разлепил глаза и убедился, что его супруга
говорит чистую правду. Не надевая нижнего белья, они наспех натянули джинсы
и свитера и босиком выбежали к входной двери, навстречу Тиму, Сьюзен, Коре,
Эмили и дружно хохочущим соседям. Кое-кто из незваных гостей нес свадебные
подарки, которые Крис и Бетси оставили вчера вечером на ранчо Петерсов.
— Боже, что все это значит? — запинаясь, спросила Бетси, когда
падчерица с разбега заключила ее в объятия.
— А ты разве не знаешь? — с ухмылкой осведомился тощий хозяин
небольшого ранчо к югу от
Улья
. — Так у нас, в Колорадо, издавна
принято будить новобрачных. Не могли же мы отступить от обычая только
потому, что сегодня Рождество!
Припомнив о добродушных шутках, которыми порой изводят новобрачных, Крис и
Бетси поспешили пригласить шумную компанию в дом. Пока Бетси выставляла на
стол подносы с праздничным печеньем и приготовленный загодя на завтрак
яблочный пирог, Крис сварил кофе и открыл несколько банок апельсинового
сока. Вскоре гости уже сгрудились вокруг кухонного стола, жуя, болтая и
пересмеиваясь.
Сонливость Бетси как рукой сняло. Она поймала любящий взгляд Криса и
почувствовала, что совершенно счастлива. Все у нас будет хорошо, подумала
Бетси, предвкушая ту минуту, когда Крис примерит связанный ею свитер, а
Кора, наконец, увидит новый гардероб для своей любимицы Барби.
И лишь когда гости разошлись, безмерное счастье Бетси на миг тронула
сумрачным крылом тревога. Бетси мыла посуду, Крис и Кора перетирали тарелки
досуха, и время от времени ее любимый замирал, безотчетно стискивая в руках
мокрое полотенце. Невидящим взглядом смотрел он на череду свежевымытых
кофейных чашек, и темные брови его смыкались над переносицей, словно силясь
отогнать недоброе предчувствие.
Шли первые дни января. Кора отправилась спать, а Крис и Бетси, истомленные
любовью, блаженно дремали. Во всяком случае, дремала Бетси. Хотя Крис
никогда еще в жизни не был так счастлив, сейчас он лежал без сна, терзаясь
все одной и той же мыслью: как рассказать Бетси правду о себе?
Даже если не считать дней, затраченных на процесс по делу
Блэкуэлл
, Крис
отсутствовал в Дуранго уже более трех месяцев. По всем понятиям его отпуск
чересчур затянулся, и самый выгодный клиент фирмы наверняка уже выходит из
себя от нетерпения. Шотландец есть Шотландец — он не привык ждать, и если
вскоре не получит от Криса ясного и полного ответа, то сам примется за
поиски. И все же Крис страшился открыться во всем Бетси. Как же быть?
Смутно осознав, что он не спит, Бетси открыла глаза и придвинулась ближе.
— Что с тобой? — спросила она.
Вот и подходящий случай сказать правду, подумал Крис, но так и не сумел
собраться с духом. Вместо этого он предпочел обходной путь.
— Я все думаю, о Коре и ее родственниках со стороны матери, —
наполовину солгал он. — Помнится, ты говорила, что мать Коры была
отнюдь не ангелом, но как насчет бабушки и деда? Быть может, это порядочные
люди и они заслужили право хотя бы познакомиться со своей внучкой.
Безмятежный покой в душе Бетси в один миг сменился раздражением.
— И чью же сторону ты готов принять в этом деле? — резко спросила
она, искоса окинув Криса испытующим взглядом.
— Твою и Коры. — Крис заглянул ей в лицо, и тень тревоги мелькнула
в его синих глазах. — Просто я пытаюсь понять, что для нее будет лучше.
— Может быть, ты не все понял, когда я рассказывала тебе о клятве,
которую дала Дайону? — медленно сказала Бетси, стараясь подавить
раздражение. — Мать Коры отказалась от нее. Она развратная женщина, к
тому же наркоманка. Сейчас она сидит в тюрьме за торговлю наркотиками. На
смертном одре Дайон умолял меня ни за что не отдавать Кору матери... и ее
родителям.
Крис чувствовал себя так, словно защищает в суде заведомую фальшивку.
— Чем же эти люди перед ним провинились? — спросил он, тем не
менее, подавляя уколы совести. — Они тоже торгуют наркотиками?
— Напротив, — неохотно ответила она, поджав губы, — это
состоятельная и весьма почтенная супружеская пара.
— Тогда я не понимаю почему...
— Дайон говорил, что они с детских лет баловали мать Коры, и сам
видишь, к чему это привело. К несчастью, чересчур велика вероятность того,
что они точно так же испортят и саму Кору. Как когда-то Дайон, я сейчас
больше всего страшусь, что, когда мать Коры выпустят из тюрьмы, дед и бабка
позволят ей бесконтрольно общаться с девочкой... быть может, даже отдадут
это невинное дитя на ее попечение.
Мгновение Крис молчал. Зная Дой, он мог лишь согласиться с недобрыми
предчувствиями Бетси, но упорно старался заранее смягчить ее, прежде чем
признается во всем.
— Но ведь ты как ее опекун могла бы положить этому конец, верно? —
спросил он, хорошо зная, что у Бетси нет никаких официальных прав на опеку
над Корой.
— Нет, не могла бы, если бы они добились в суде права на опеку. Я ведь
только мачеха Коры и с точки зрения закона не могу считаться ее кровной
родственницей. Если б они подали в суд, я бы наверняка проиграла. Не помню,
говорила ли я об этом раньше, но, когда Коре было шесть лет, они уже
пытались отобрать ее у Дайона на том основании, что он не может о ней
заботиться. Дайон тогда мотался по родео, а за Корой присматривала его
престарелая тетка. Истцы настаивали, что он как отец-одиночка не в состоянии
уделять девочке должное внимание.
Незадолго до того мы с Дайоном начали встречаться, а вскоре он выиграл в
лотерею, правда немного. Я оставила работу, вышла за него замуж, и причина
иска отпала сама собой. Примерно через месяц суд решил дело в его пользу.
Крис отлично помнил это дело — он его, собственно, и вел. Представляя
интересы Маклеодов, он всего лишь исполнял свой профессиональный долг, и,
тем не менее, сейчас радовался тому, что Бетси не помнит название
адвокатской фирмы, которая защищала иск Шотландца. Какое счастье, что в
комнате темно и Бетси не может видеть смятение на его лице...
— А тебе никогда не казалось, что Дайон женился на тебе лишь затем,
чтобы сохранить Кору? — спросил он, заметая следы.
Слегка успокоившись, Бетси приняла этот вопрос без раздражения.
— Такое мне иногда прихо
...Закладка в соц.сетях
