Жанр: Любовные романы
Взгляд незнакомки
...аркающие шаги.
- Масса Брент?
В голосе прозвучало такое недоумение, словно Макклейн был привидением. Он
присмотрелся и увидел в темноте
фигуру высокого худого негра.
- Боже! Так это и вправду вы, масса Брент?
- Здравствуй, Томас, - тихо произнес Брент, узнав старого лакея отца
Опираясь на протянутую черную руку. он
поднялся. - Томас, где Дженнифер, Патриция, Патрик?
- Не переживайте понапрасну, молодой господин. Миссис Патриция и ее малыш
ушли в Ричмонд, к своим. А мисс
Дженни, она здесь, никуда не уехала. Но вы не волнуйтесь, у нее все хорошо, с
ней ничего плохого не произошло. Они не
стали жечь дома рабов. Они, янки то есть, очень хотят, чтобы мы, цветные,
записались в их армию и бросили свои дома. Где
же мы будем потом жить? А мисс Дженнифер живет в домике матушки Ли.
- Можешь отвести меня к ней, Томас? - устало спросил Брент.
- Ну да, конечно, могу, сэр, буду просто счастлив. Но знаете, масса Брент,
это очень опасно для вас, бродить здесь.
Янки имеют на вас большой зуб и хотят засадить в тюрьму.
- Спасибо, Томас, я знаю и пробуду здесь недолго, но мне очень надо
увидеться с Дженни.
- Идемте, сэр, идемте. Матушка Ли живет сейчас в большой пристройке. Пока
конфедераты были здесь, в
господском доме лечили раненых солдат, и мисс Дженни еще тогда переехала к
матушке Ли.
Брент внезапно остановился, хлопнул себя по лбу и изумленно присвистнул.
Вблизи он еще раз посмотрел на
развалины сгоревшего дома.
- Так они же не сожгли дом, они его взорвали?
- Да, сэр, именно так они и сделали. Но пойдемте скорее, масса Брент, не
то мм наскочим на янки, которые все время
рыщут в округе.
Брент знал, что многие плантаторы держали своих рабов в полной нищете,
хижины негров порой были хуже загонов
для скота, и в душе Макклейн понимал, что рабство несправедливо.
Но Макклейны не были жестокими рабовладельцами, и, переступив порог чисто
выбеленного домика семейной
поварихи, можно было в этом убедиться. В добротной печи весело потрескивал
огонь, на окнах - аккуратные занавески, на
полу старый ковер, из господского дома.
Войдя в дом, Брент едва ли заметил худую старушку Ли. Его взгляд мгновенно
отыскал хрупкую светловолосую
девушку, которая, низко склонившись над рукоделием, что-то шила у плиты.
- Дженни!.. - хрипло произнес Брент. Девушка вскинула на брата свои
огромные серые глаза и, уронив шитье,
порывисто вскочила с табуретки:
- Брент!
Она бросилась к нему на шею и чуть не задушила в объятиях.
- О, Брент, как я рада, что ты приехал! Но тебе не надо было этого делать!
Взяв сестру за плечи, он отстранился, наслаждаясь каждой черточкой родного
лица. Губы его сложились в ласковую
улыбку:
- Дженни... Какая ты красавица!
Брент снова привлек сестру к себе, с щемящей грустью отметив, как она
повзрослела, с тех пор, как он ее не видел.
Дженни только что исполнилось семнадцать, и от угловатого подростка, каким он ее
запомнил, не осталось и следа. Девочка
превратилась в красивую девушку с затаенной печалью в глазах.
- Что здесь произошло, Дженни? - спросил он, все еще прижимая девушку к
себе. Какая мерзость - эта война!
Старшие братья всегда подтрунивали над своими младшими сестренками, но когда тем
приходилось туго, девочки всегда
могли найти помощь у братьев и выплакаться на их плечах.
Но Дженни осталась одна.
Однако каким же молодцом она держится! В глазах грусть, но рот упрямо сжат
- невзгоды не сломили ее, а закалили.
И во всем ее юном облике чувствовалась какая-то весенняя свежесть. Короткие
рукава-буфы обнажали руки, корсаж плотно
охватывал стройный стан, голубая юбка обрамляла фигурку сестры чудесным
колокольчиком. Блестящие толстые косы были
аккуратно уложены кольцами.
"Как она похожа на меня!" - подумал Брент и от этой мысли на сердце стало
теплее. Жаль, конечно, что разрушены
"Южные моря", но их можно восстановить, пока жива их душа - Дженни.
- Так что здесь произошло, Дженни? - тихо повторил он свой вопрос.
Дженнифер отступила назад и попыталась лучезарно улыбнуться.
- Сначала обними матушку Ли, Брент, и садись. Матушка принесет нам чаю. Ты
не голоден, Брент? Сколько бы я ни
встречала моряков и солдат, они всегда умирают с голода!
Брент послушно обнял старушку, которая, сколько он себя помнил, всегда
была членом их семьи. С плачем,
негритянка обвила его шею.
- Садитесь, масса Брент. Я сейчас принесу вам чаю, детки, а потом мы с
Томасом оставим вас одних.
- Спасибо тебе большое, матушка Ли, - ответил Брент, едва сдерживая
нетерпение услышать рассказ сестры. - Я
совсем не хочу есть, Дженни, камбуз на моем корабле работает исправно.
Минуту спустя Брент сидел на полу, скрестив ноги и потягивая сассафрасовый
"Сассафрас - американский лавр."
чай с доброй толикой бренди.
- Ты слышала что-нибудь о папе и Стерлинге? - спросил Брент.
- Около месяца назад я получила от них письмо. У них все хорошо, их часть
отправили в Виргинию, - ответила
Дженни, тяжело вздохнув, но тут же улыбнулась: - Папа так гордится тобой, Брент!
Он пишет, что и в Виргинии все
слышали, как ты надул янки, проведя корабль под самым их носом!
Брент болезненно поморщился. Слова Дженни напомнили ему о вопросе, все
время мучившем его:
- Они сделали это из-за меня? Янки отомстили, уничтожив "Южные моря"?
Смутившись, Дженни неловко поправила юбку.
- Это так, Дженни?
- Ну да, Брент. Но не только из-за тебя, конечно. Из-за папы и Стерлинга
тоже. И знаешь, Брент, для тебя это
прозвучит странно и вряд ли мои слова тебе понравятся, но мне показалось, что
они не хотели этого делать. Когда янки
пришли, я встала на пороге с ружьем и сказала, что пока я жива, они не войдут в
дом. Командовавший ими лейтенант
оказался очень милым человеком. Солдаты обложили дом взрывчаткой, а он поднялся
по ступенькам и встал напротив меня.
Наверняка лейтенант понимал, что я смогу выстрелить, но еще больше он боялся,
что дом вспыхнет, а я останусь в нем.
Парень начал говорить, что ему страшно жаль взрывать мой дом, но он не может
ослушаться приказа начальства. Брент,
когда пришли янки, я была в ужасе. Ты же знаешь, какие россказни ходили о них. Я
была уверена, что меня изнасилуют, а
потом перережут горло, но тот лейтенант оказался настоящим джентльменом. Он
сказал, что, конечно, я могу его застрелить,
но он обязательно попытается вытащить меня из дома, чтобы я осталась живойневредимой.
Знаешь, Брент, я не смогла
выстрелить. Убежала в дом, и он бросился за мной, хотя здание вот-вот должно
было взлететь на воздух. Я схватила старую
Библию - ты помнишь, как ею дорожила мама, - а он схватил меня и выволок из
дома. - Дженни замолчала на мгновение.
- Его зовут лейтенант Джекоб Хэллорен. Если ты когда-нибудь встретишь этого
янки, не убивай его, Брент. - Он
помолчал, прихлебывая чай:
- Это война, Дженни. У людей, которых приходится убивать, не всегда
успеваешь спросить имя.
- Но есть очень достойные янки, - тихо произнесла Дженни. Брент стукнул
своей чашкой о чашку сестры.
- И негодяи конфедераты. Война не меняет людей, Дженни, она просто
выявляет их лучшие и худшие черты.
Приличный человек всегда остается приличным человеком. Линия Мэйсона - Диксона
не может изменить этого факта. -
Брент встал. - Но это война. Кстати, ты не помнишь, что они сделали с динамитом,
который остался после взрыва?
Дженни пожала плечами:
- У них был фургон, откуда они доставали взрывчатку, но куда они потом ее
отвезли?.. Думаю, к Мерфи. Янки
собирались использовать их дом как свою штаб-квартиру. А зачем тебе это? - Глаза
Дженни расширились от ужаса, она
вскочила на ноги и, уронив чашки, схватила брата за руки: - Что ты задумал,
Брент3
- Послушай меня, брат, отсюда бежала вся доблестная армия конфедератов,
потому что янки было видимо-невидимо.
Что ты хочешь сделать, скажи мне ради Христа?
- Маленький фейерверк, Дженни. Это будет моя личная месть. - В глазах
Дженни промелькнул откровенный страх:
- Брент, ты ничего не понял. Здесь вокруг янки! Наши войска ушли. Тут даже не
было сражений. Федералы просто заняли
город, и все.
- Дженни, я все прекрасно понимаю.
- "Южные моря" не стоят твоей жизни, Брент Макклейн?
- Не стоят? - хмуро переспросил Брент.
"Южные моря". Хлопок. Джексонвиллский порт. Верховые прогулки по
собственным полям. Обоз с урожаем на
северные мельницы.
Бурбон у камина и чтение хорошей книги. Охота на чистокровном жеребце со
сворой гончих. Друзья и знакомые,
связанные неписаным кодексом чести южанина. Пожалуй, это все, что осталось от
старого, доброго Юга.
"Южные моря"...
После стольких лет он, наконец, нашел женщину, С которой был готов
разделить свой дом, - женщину, которая с
молоком матери впитала в себя его образ жизни...
"Южные моря". Кодекс чести. Какая могла быть жизнь?
Но если он воюет не за это, так за что, черт возьми?
Брент ласково разгладил морщинку над бровью сестры.
- Я получил задание от своего командования, Дженни. У меня приказ - отнять
у янки порох и передать его тем, у
кого его нет. Кроме того, я получил задание сеять панику в стане неприятеля
любыми доступными способами. Не волнуйся
за меня, Дженни. Теперь мне есть для чего жить. К тому же ты помнишь мое имя -
Ночной Ястреб? Я не простой маленький
бездомный бродяга. А теперь подумай и скажи, как они доставили взрывчатку к дому
Мерфи?
Дженни с сокрушенным видом кивнула;
- Прошу тебя, Брент, будь осторожен. Вокруг очень много людей, которые
поменяли цвет мундира и утверждают,
что в душе они всегда были юнионистами.
- Клянусь тебе, Дженни, я буду осторожен. Я же говорил, что сейчас меньше
чем когда-либо помышляю о смерти. -
Дженни с любопытством взглянула на брата:
- В твоей жизни что-то изменилось, Брент? - Он широко улыбнулся:
- Кажется, я влюбился.
- В самом деле? - Глаза Дженни вспыхнули неподдельной радостью.
- Знаешь, когда-нибудь я расскажу тебе об этом, но сейчас меня ждут более
важные дела.
Глава 8
- Клянусь Богом, Брент Макклейн, вы ненормальный! - Чарли вложил в шепот,
которым он произнес эти слова, все
свое возмущение. Они с Брентом только что вынырнули на поверхность холодного
ночного моря вблизи борта "Марианны",
военного парохода янки, пришвартованного к пристани Джексон-вилла.
Брент сделал вид, что не слышит гневного шипения помощника, и только
поднял высоко над головой объемистый
сверток из просмоленной парусины.
- Я буду ненормальным только в том случае, если подмокнут взрыватели.
Помни, Чарли, успех отличает
гениальность от сумасшествия.
Вытащить из фургонов изрядное количество взрывчатки оказалось делом
нехитрым: охрана была на удивление
беспечна. А почему бы солдатам вести себя иначе? Янки прошлись по Джексонвиллу
как по бульвару, не встретив никакого
сопротивления. Все разрушения были делом рук отступавших конфедератов. Так
почему северяне должны бояться диверсий
или нападения? Джексонвилл, находится в полной их власти.
Труднее всего было убедить Дженнифер, что он не проявит безрассудства в
ярости, вызванной разрушением "Южных
морей".
Справедливости ради надо сказать, что поначалу Брент был безрассуден, но
только поначалу. Это было до того, как он
воочию увидел пепелище "Южных морей". Зрелище разрушенного дома остудило его
голову. Он стал осторожен, как лиса.
Раздобыв взрывчатку, он затаился и весь следующий день наблюдал за янки, посылая
весточки своим людям через Дженни и
Лил, То же самое повторилось и на следующий день, и на третий...
Брент прекрасно представлял себе силу неприятеля. Патрули регулярно
прочесывали доки и корабли, так что
сегодняшний заплыв в ледяных волнах диктовался суровой необходимостью.
Незамеченным на корабль можно было
пробраться только с кормы.
- Какого лешего! - продолжал возмущаться Чарли. - Мы не сможем чиркнуть
спичкой такими мокрыми руками.
Он изо всех сил работал ногами, стремясь удержаться на поверхности.
- Тес! - предостерегающе цыкнул на него Брент. - Ты поможешь мне забраться
на борт, а потом дуй к берегу во
все лопатки. Фейерверк я устрою сам. Подгони к кораблю лодку. До берега я
доберусь вплавь, а лодку волоком оттащим к
реке. Назад мы пойдем другим путем - янки устроят на нас настоящую охоту, вот
посмотришь, будут травить, как волков.
Но у них нет судов, способных ходить по реке, да и вообще до утра они вряд ли
опомнятся, а за это время я тебя найду.
Чарли ничего не ответил. Отчаянно ругаясь, он пытался помочь капитану, но
выронил в море один пакет взрывчатки.
- Ничего у тебя не выйдет, Брент!
Чарли, как только остался один на один с капитаном, покончил с всякими
формальностями. До этого парень соблюдал
субординацию - даром, что он теперь был первым лейтенантом флота Конфедерации,
но Брент оставался его командиром,
вторым после Бога начальником.
- Хватит и одного пакета, надо только, положить его в нужное место, тогда
заряды в пороховом погребе довершат
дело. Подсади меня, Чарли. Сейчас я схвачусь за линь и заберусь на палубу.
Изрыгая весь свой соленый морской лексикон, Чарли пытался помочь Бренту,
готовясь одновременно поймать
оставшийся пакет взрывчатки, если капитан вдруг его уронит.
- Нет, ты точно ненормальный, Брент Макклейн, будь ты неладен!
Крепко ухватившись руками за конец веревки, Брент обхватил его ногами и
стал проворно взбираться вверх, зажав в
зубах фитиль. Вот его голова показалась над фальшбортом. Он вгляделся в темноту
- на палубе не было ни души. Подал
Чарли знак уходить. Первый лейтенант не заставил повторять дважды. Голова Чарли
тотчас исчезла под водой.
Зажечь первую спичку не удалось - она фыркнула, задымила и сразу же
погасла. Брент быстро взглянул на нос и
чиркнул второй спичкой. Пушечная палуба у него под ногами. Если удастся поджечь
фитиль, "Марианна" превратится в
фейерверк похлестче праздничного салюта в день Четвертого июля.
Брент нахмурился: не слишком ли длинен фитиль - он же будет гореть до
скончания века, - но потом пожал
плечами, Понадобится время, чтобы отплыть подальше. -
Фитиль вспыхнул ровным пламенем. Брент облегченно вздохнул.
Поднявшись, он рявкнул во все горло:
- Эгей, янки! Сейчас ваша посудина взлетит на воздух! Прыгайте за борт!
Схватившись за такелаж, он перевалился через планшир и полетел в воду. Не
успел он погрузиться, как услышал топот
множества ног - на судне подняли тревогу.
Над ухом просвистела шальная пуля. Стремительно уходя в глубину, Брент
чувствовал, как разрываются его легкие.
Вынырнув, он поплыл на север, продвигаясь вперед мощными гребками сильных рук.
Глотнув воздуха, Брент каждый раз
погружался в воду, стараясь не показываться на поверхности. Вот он миновал доки,
несколько стоявших на причале кораблей
и только тогда рискнул приподнять голову над водой. Выдохнув воздух, с
наслаждением глотнул свежесть ночной прохлады.
- Сукин сын!
Над портом разносились громкие крики, люди с борта корабля кидались в
воду, и Брент снова нырнул, не дожидаясь,
пока его обнаружат. Вода содрогнулась и завибрировала - на борту "Марианны"
начали рваться боеприпасы.
Как и предвидел Брент, "Марианна" оказалась плавучей бочкой с порохом.
Вынырнув, капитан увидел жуткое и
величественное зрелище - куда там фейерверку по случаю Дня независимости! По
берегу метались обезумевшие янки.
Вокруг царил невообразимый хаос. Вода, даже на таком значительном расстоянии от
взорванного судна, стала теплой.
"Марианна" горела.
Нырнув, Брент снова поплыл, вынырнул, набрал в легкие воздуха, нырнул и
снова поплыл... Наконец он прикинул, что
удалился от места взрыва на достаточное расстояние. Зимний холод заставлял его
поторапливаться - вода снова стала
ледяной. Укрывшись в маленькой скалистой бухточке, он все еще видел пламя
горящего судна.
Брент надеялся, что вся команда "Марианны" успела последовать его
предостережению. На войне он воевал, но на
хладнокровное убийство был неспособен.
Некоторое время, он, ворочаясь, полежал на берегу. Затем встал и
направился к густому лесу, видневшемуся
невдалеке. Холодный, сырой ветер вызывал противную дрожь, пронизывал до костей.
Утром он доберется до реки, где в
надежной бухте спрятана верная "Дженни-Лин".
- Стой! Кто идет?
Голос остановил Брента, как только он взялся усталой рукой за веревочный
трап. Несмотря на то что с Брента ручьями
стекала холодная, затхлая речная вода, он был доволен, что его появление не
осталось незамеченным.
- Капитан Макклейн! - крикнул он.
- Сэр! Поднимайтесь на борт!
Брент не нуждался в помощи, но не стал сопротивляться, когда две пары
мускулистых рук подхватили его и легко
втащили на палубу.
Он наскоро встряхнулся и огляделся. На борту его встретили Крис и Ллойд.
- Где Макферсон? - коротко спросил Брент.
- Он явился полтора часа назад, капитан. Мы влили в него немного бренди, и
сейчас он спит в кубрике. Нельзя
сказать, что он сопротивлялся, когда мы поили его бренди, наш старина Чарли.
- Не старина Чарли, а лейтенант Макферсон, - с легким упреком в голосе
произнес Брент.
Он и его экипаж были некой аномалией во флоте Конфедерации. "Дженни-Лин"
была вооружена только легкими
пушками и в отличие от фрегатов и броненосцев не годилась для серьезных морских
сражений. Макклейна и его людей
зачислили во флот с оговорками, они должны были доставлять помощь и припасы в
нужное место с максимально возможной
скоростью. Таких охотников было много, но в большинстве своем это были частные
суда, владельцы которых не брезговали
наживаться на военных действиях, а Брент и его люди действовали исключительно по
заданию правительства в Ричмонде.
Вся команда "Дженни-Лин" состояла из верных конфедератов, но у них не было
никакого стимула воевать, кроме
одного - капитана Брента Макклейна. Брент осознавал щекотливость своего
положения, ему постоянно приходилось
балансировать, как на тонкой жердочке. Дисциплина на судне была на высоте, но ее
не следовало испытывать на прочность.
Приходилось быть дипломатом, заставляя людей играть по жестким правилам. Бренту
предлагали взять более мощный
корабль, но он тактично отказался, убедив военно-морского министра в том, что
главное преимущество его корабля -
скорость и маневренность.
- Понял вас, сэр! - смущенно отреагировал Ллойд на замечание командира. -
Мы снимаемся с якоря, капитан?
Куда мы идем: вверх по реке или в открытое море?
- Вверх по реке... - начал было Брент, но осекся. Сверху, из корзины
впередсмотрящего, раздался
предостерегающий звон.
- На горизонте флаг янки! - крикнул матрос. - Шхуна. Направляется в устье
реки, сэр!
- Черт! - сквозь зубы выругался Брент, схватился за ванты и полез на
мачту, к впередсмотрящему. Действительно, в
эстуарии разворачивалась шхуна, по виду примерно такая же, как и "Дженни-Лин".
Брент был уверен, что никакое более крупное судно не бросится за ними в
погоню. Надо очень хорошо знать
фарватер, чтобы не посадить корабль на мель в этом ручье. Отведя от глаз
бинокль, Брент продолжал задумчиво смотреть на
вражеское судно. Что делать - принимать бой или бежать? Если затопить шхуну
янки, то удастся блокировать вход в реку.
- Свистать всех наверх! Комендоры к орудиям! Товсь!
По палубе затопали матросские ноги. Брент соскользнул с мачты и встал
рядом с Ллойдом, готовый отдать приказ
открыть огонь.
Он выжидал, когда судно противника подойдет ближе, чтобы выстрелить по
нему наверняка, но не настолько близко,
чтобы его огонь оказался смертельным для "Дженни-Лин".
Жилистый Макферсон находился у штурвала.
Брент нервно сжимал и разжимал кулаки, глядя, как шхуна начинает
подниматься вверх по реке. Еще рано, рано...
Пять, четыре, три, два...
У левого борта взметнулся фонтан - федерал выстрелил первым и промахнулся.
"Дженни-Лин" заплясала на волне.
Войну нервов выиграл Брент, теперь его черед.
- Огонь! - скомандовал он, когда брызги упали на палубу.
- Первый, огонь! - прокричал Ллойд четырем комендорам у первого орудия.
Пушка изрыгнула пламя, и "Дженни-Лин" содрогнулась от отдачи. Экипаж издал
вопль восторга - бомба проделала
дыру в борте вражеской шхуны.
- Первый, заряжай, второй, товсь!
- Заряжай!
- Второй, товсь!
- Прекратить огонь! - скомандовал Брент, подняв руку и глядя, как оседает
федеральное судно.
Залп оказался смертельным - шхуна, несомненно, пойдет ко дну. Можно,
конечно, добить ее, но результатом будет
только бессмысленная гибель людей.
- Смотрите, капитан! - Ллойд показал рукой в сторону гибнущего судна.
- Они высаживаются в шлюпку, сэр. Их трое, и они размахивают белым флагом.
Прищурившись, Брент тоже смотрел на маленькую шлюпку. Двое матросов
гребли, а на носу в полный рост стоял
офицер, держа в руке белый флаг. "Храбрец! - подумал Брент с невольным
уважением. - Решился приблизиться, хотя не
знает, заговорят ли снова пушки "Дженни-Лин"".
- Прекратить огонь! - повторил он команду. - Я посмотрю чего хочет капитан
федералов.
- Может, это трюк, сэр, - предостерег командира Ллойд. Брент отрицательно
покачал головой:
- Не думаю. У нас решающее преимущество: вражеское судно быстро тонет.
Думаю, он просто хочет избежать
бойни.
- Как скажете, сэр.
- Помогите им подняться на борт. "Дженни-Лин" уважает белый флаг и
капитуляцию по правилам.
В следующий момент перед Брентом "Макклейном уже стоял молодой лейтенант с
аккуратной шкиперской бородкой
и бакенбардами. Лейтенант четко отдал честь:
- Сэр, лейтенант военно-морских сил Соединенных Штатов Бартоломью Грир!
Брент с трудом удержался от возгласа удивления, видя безупречную выправку
молодого офицера, и ответил на
приветствие:
- Капитан Брент Макклейн, лейтенант. Что вам; угодно?
- Сэр, я сдаюсь. Прошу милосердия для моего экипажа. Следующий выстрел по
"Иорквиллу" уничтожит его, а судно
не представляет для вас никакой опасности.
- Вижу, лейтенант, - согласился Брент. - Думаю, ваше самопожертвование
оказалось напрасным, мы не
собирались стрелять второй раз.
Молодой человек заметно расслабился, и Брент, как ни странно; был
растроган. Этот янки, на взгляд Брента, поступил
очень благородно. Вспомнился недавний разговор с сестрой. Честь может носить и
синий, и серый мундир. Лейтенант
словно испугался собственной успокоенности:
- Признаюсь, капитан, я очень рассчитывал на ваше милосердие. Мы знаем,
что это вы взорвали "Марианну", но ни
один человек не погиб.
Прищурив глаза, Брент пожал плечами:
- На войне убивают, янки. Но мы стараемся обойтись без напрасных жертв.
- Да, сэр, - взволнованно заговорил лейтенант. - Но я не колеблясь поднял
бы ваше судно на воздух, если бы у
меня это получилось.
- Все верно, лейтенант. Я бы тоже взорвал вас, если бы это было
необходимо.
Молодой человек вдруг нервно огляделся - его матросы стояли молча, и
экипаж Макклейна, тоже в полном
молчании, слушал любезный разговор двух офицеров.
- Сэр, - тихо сказал лейтенант Бренту, - мне бы хотелось переговорить с
вами наедине.
Брент с любопытством склонил голову.
- Прошу в мою каюту, лейтенант. - Он обернулся к Ллойду и показал рукой на
двух янки, которые, переминаясь с
ноги на ногу, ожидали решения своей участи. - Мы пойдем вверх по реке, но пока
позаботься о... наших гостях. Налей им
по чашке кофе и дай табачку. Остаток войны они проведут в лагере для
военнопленных, а там их вряд ли будут поить кофе.
Остальных мы подбирать не станем. Если они настоящие моряки, то сами доберутся
до берега... вплавь.
Десять минут спустя Брент сидел в своей каюте напротив молодого
лейтенанта, их разделял только узкий стол. Грир с
удовольствием набивал табаком трубку, отвыкнув за последние месяцы от такой
роскоши. Видно было, что федералы тоже
испытывают трудности со снабжением.
Брент терпеливо наблюдал, как лейтенант набивает трубку и раскуривает ее,
выпуская изо рта клуб синего дыма.
Потом повторил свой вопрос:
- Так что ты хочешь мне сказать, янки? - Лейтенант на мгновение застыл, но
справился с собой, и смело взглянул в
глаза противнику:
- Я уже сказал тебе, что ты воюешь честно, хотя ты и мятежник. Я у тебя в
долгу, поэтому хочу тебя кое о чем
предупредить, Нарушив свой долг.
Брент прищурил глаза и напрягся. Сейчас он ощутил тот неподвластный ему
страх, который испытывал, когда
приближался ночью к "Южным морям", зная, что его там ждет...
- Продолжайте, лейтенант.
Янки неловко поерзал на стуле. Брент понимал, что сейчас в этом человеке
борются чувство долга и совесть, не
позволяющая нарушить справедливость.
- Вашей репутации можно позавидовать, капитан Макклейн. Уверен, что вы об
этом знаете. Ваш дом единственный,
который мы сожгли между Сент-Огастином и Джексонвиллом.
Брент промолчал, только приподнял бровь и сделал лейтенанту знак
продолжать.
- Многое делается не так, как надо, с обеих сторон, - задумчиво произнес
Грир, посмотрел на свою трубку, потом
снова перевел взгляд на Брента. - Говорят, капитан, что вы водите дружбу с
индейским племенем, которое обитает в этих
болотах. Кто-то из этих индейцев похитил жену нашего офицера из части,
расквартированной в Форт-Тэйлоре.
Поговаривают еще, что и вы приложили руку к этому делу, потому что леди -
южанка. Есть и еще кое-что, капитан.
Говорят, что муж леди просто свихнулся от злобы. Я был в Ки-Уэсте несколько дней
назад и слышал, что лейтенант Мур
добивается приказа отправиться в болота. Ясно, что он хочет разыскать свою жену.
Но дело не только в этом. В ФортТэйлоре
есть сведения, что индейцы снабжают припасами армию конфедератов, а это
значит, что никто не может запретить
северянам пойти войной на таких индейцев, которые воюют на стороне южан,
За все время длинной речи офицера янки Брент не шевельнулся и не проронил
ни слова. Пустым взглядом он смотрел
прямо перед собой, но это было обманчивое спокойствие. По спине пополз
неприятный холодок. Брент испытывал страх,
неуверенность и тяжелое предчувствие.
Он опоздал. Опоздал. Опоздал!.. Болота так далеко...
Мало того: он поставил своего друга Рыжую Лисицу в безвыходное положение,
подверг его смертельной опасности.
Эта мысль причинила Бренту большее страдание, нежели вид сгоревших "Южных
морей". Злость от своего бессилия, словно
тисками сдавила его сердце. Кендалл... Она была здесь в ту первую ночь. Именн
...Закладка в соц.сетях
