Жанр: Любовные романы
Он любит Люси
...е меньше чем через час, Каннингем. — Тео чмокнул ее в
щеку и, уже поворачиваясь к двери, захватил со столика листочек бумаги.
Обернулся к Люси и нахмурился.
— Что? — забеспокоилась она.
— Ты заказывала вечером пиццу?
Люси открыла рот, глаза стали огромными.
— Как ты это узнал, черт возьми? Ты почувствовал ее вкус в моем
дыхании?
Тео улыбнулся и покачал головой:
— Единственное, что я почувствовал в твоем дыхании, — это
дуновение рая, малышка. Но вот квитанция.
— Она недостаточно толстая! Она должна быть толстой! Ты обещал, что она
останется толстой!
Стивен поморщился от воплей Мюррея Голдстейна с его нью-йоркским акцентом:
он гадал, как бы помягче ему напомнить, что ничего подобного он не обещал.
Обещал он только то, что Люси не добьется своей цели и репутация
Палм-
клуба
пострадает, а это, в свою очередь, помешает клиентам уйти от Мюррея к
Районе Кортес.
Больше он ничего не обещал. Но все сложилось плохо.
— Она стала привлекательной! Ты меня разоряешь! — Стивен
почувствовал, как над его верхней губой выступил пот, и он вытер его
трясущейся рукой.
— С меня хватит. Немедленно покончи с этим, а не то из твоих глазниц
будут расти водоросли. Подумай об этом.
Наверное, знать правду о своей судьбе, а не постоянно тревожиться за нее
было благом. По крайней мере Мюррей не использовал выражение
пойдешь на
корм рыбам
.
Хорошо, что он взял отпуск, чтобы подготовить побег. Приобрел фальшивый
канадский паспорт. Снял дом на Кайманах. Теперь он готов был уехать в любую
минуту.
Стивен потянулся к своему ибупрофену, но вместо него наткнулся на батончик
Сникерс
и развернул его. Прикончив конфету в три приема, он прибавил новую
обертку к кучке в мусорной корзине. Возможно, Лола и права — ему и правда
следует ограничить употребление углеводов.
— Ты слышишь меня, Шеррод? Твое время истекло. — Стивен положил
трубку и начал шарить в поисках еще одного
Сникерса
, как вдруг
почувствовал, что кто-то стоит в дверях. Он поднял глаза, увидел Лолу
Дипаоло и испытал шок по двум причинам: она никогда раньше не приходила к
нему в офис, и он не привык видеть ее одетой. Она нахмурилась:
— Ты ел шоколадные батончики?
— Что? — Стивен посмотрел на свою руку и сунул батончик обратно в
выдвижной ящик. — Конечно, нет. А почему ты здесь?
Лола закрыла за собой дверь и удобно устроилась в кресле у его стола.
— Эта толстая сучка устроила так, что меня уволили. — Стивен
улыбнулся.
— Я это слышал. Но думаю, что ты и сама себе немного помогла.
— Это несправедливо! — Стивен кивнул.
— Послушай, Лола, я очень занят. Чем я могу тебе помочь?
Она фыркнула и с обидой посмотрела на него.
— Я хочу, чтобы ты взял меня на работу. — Стивен чуть не
подавился.
— А что именно ты будешь делать?
— Я тебе помогу решить проблему с Люси, постараюсь найти способ
проколоть ее шарик. Если бы я не потеряла работу, я бы, конечно, сделала это
бесплатно.
Стивен кивнул.
Может, Лола и правда понимает, как играть в эту игру?
— А зарплату тебе платить наличными или платиновыми колечками?
Она улыбнулась:
— Как насчет того, чтобы и тем, и другим?
Запись в дневнике 16 сентября Завтрак: 3/4 стакана овсянки; т/4 стакана изюма; 1 стакан
обезжиренного молока; кофе без кофеина. Ленч: 100 г грудки индейки; 30 г легкого сыра; большая
порция салата из сырых овощей; 2 ст. л. оливкового масла и винного уксуса;
1/2 стакана коричневого риса. Обед: 100 г лосося на гриле; 1 чашка брокколи на пару; 3/4
стакана кускуса. На ночь: 1 ст. нежирного йогурта; 1 ст. клубники. Установка на сегодня: Того, кто написал фразу Ощущение, что ты худой, приятнее вкуса
любой еды
, следует до скончания века кормить одними рисовыми
пирожками
. Кабинет магистра по социальной работе доктора наук Дорис
Леман Люси решила, что сегодня ей лучше лечь. Она сбросила туфли, вытянулась на
диванчике и положила голову на подлокотник. И скрестила ноги.
— Я готова, можете приступать к анализу, — сказала она. Дорис
рассмеялась.
— Итак, как работает эта идея целомудрия? — Люси закрыла глаза и
глубоко вздохнула.
— Ну, после той ночи с пиццей мы вели себя хорошо. Несколько раз
целовались. Однажды утром Тео помассировал мне спину после тяжелой
тренировки и немного потерял над собой контроль.
— Да? И что же произошло?
— Он начал массировать меня и спереди тоже.
— Понятно.
— Потом пошел за мной в женскую раздевалку и повалил меня на скамью.
— О Боже.
— Да. Чем до смерти перепугал уборщицу.
— Но это дает тебе мотивацию? — Люси открыла один глаз.
— Дорис, у меня такая сильная мотивация, что я перестаю нормально
видеть, мне начинает казаться, будто Энди Тейлор и Барни Файф сексуальные.
Когда Люси шла к весам, она скрестила пальцы. Сейчас она скрестила бы все,
что только можно.
Она понимала, что настал момент расплаты. Сегодня утром толпа зрителей
передачи
Проснись, Майами!
выплескивалась на улицу. Телестудии пришлось
нанять свободных от службы полицейских, чтобы контролировать поведение
толпы. Люси увидела некоторых своих верных болельщиков в подписанных ею
футболках, которые размахивали плакатами. Она не хотела их подводить. Она не
хотела подводить Тео. Но больше всего ей не хотелось подводить себя.
За те секунды, которые потребовались, чтобы подойти к весам, перед мысленным
взором Люси пронеслись последние несколько недель. Она работала так, как
никогда в жизни, — бегала, крутила педали, поднимала тяжести — все
слилось как в тумане. Питание было здоровым и разумным. Дневник она вела
точно и мыслила позитивно — ну, почти всегда. И Тео снова вернулся в ее
жизнь. Они снова стали одной командой.
— Вперед, Люси! Вперед, Люси! — кричал зал. Тео протянул ей руку,
и Люси оперлась на нее, ступая на весы. Она вздохнула и сосредоточилась на
зрителях, потом вдруг рассмеялась: хозяин пиццерии Луиджи сидел во втором
ряду! Он махал руками и кричал, и Люси помахала ему в ответ, потом выдохнула
воздух. Она понимала, что воздух в ее легких почти ничего не весит, но ведь
сколько-нибудь он все-таки весил.
Во всяком случае, палец Тео постукивал по гирьке в нужном направлении.
Значит, она по крайней мере не прибавила опять в весе. Толпа шумела все
больше, и Джон Уивер потребовал тишины. Тук, тук, тук. Тук, тук.
— Ты — кремень, Каннингем, — шепнул ей Тео. Потом повернулся к
камерам: — Люси сбросила шесть фунтов, которые набрала в прошлом месяце, и
плюс еще четыре. Сегодня Люси весит сто пятьдесят четыре фунта.
Радостные крики были такими громкими, что у нее заложило уши. Тео помог ей
спуститься вниз и крепко обнял.
Она расплакалась — от облегчения, от счастья и потому, что Тео обнимал ее на
глазах у всех, и потому, что они своего добились.
Глава 11
Октябрь В пригороде Форт-Лодердейл стоял чудный вечер, и дом Каннингемов был полон
гостей. Поводом для вечеринки стала тридцать пятая годовщина свадьбы
родителей Люси. Из Питсбурга приехал Дэн, и Мери-Фрэн с детьми была здесь, и
— что совершенно поразительно — Кит тоже приехал. Люси заметила, что он
много смеется и впервые за последнее время не выглядит напряженным. Теперь
Мери-Фрэн работала часть дня, а Кит бросил свою работу коммивояжера и создал
консультативную группу вместе с одним из бывших коллег. С деньгами у них
стало туговато, но Фрэнни была довольна, что Кит бывает дома по крайней мере
три вечера в неделю. И уже давно не ходит по барам.
По двору бродили Тео и Бадди, здесь же были тетя Вив и дядя Мартин, которых
Люси не видела уже несколько месяцев. Казалось, все прекрасно ладят друг с
другом, и вечеринка была в разгаре, когда к Люси подошел Дэн и сел рядом с
ней на скамейку.
Он теребил рукав своей сорочки и разглядывал траву под ногами.
— Мне кажется, я надоел Джиа. Наверное, новизна стерлась. — Дэн
поднял глаза на сестру. — Она не отвечает на мои звонки, не заехала в
Питсбург на обратном пути из Нью-Йорка. Видимо, я себя обманывал.
Люси не знала, что сказать. Она никогда не видела Дэна таким грустным или
даже таким серьезным. Сама она теперь не часто разговаривала с Джиа, поэтому
понятия не имела, что происходит в ее жизни.
— Я знаю, что она много путешествует, Дэн. — Он пожал плечами и
слабо улыбнулся.
— Да и кто я такой? Я хочу сказать, многие ли педиатры из Питсбурга когда-
либо встречались с супермоделью?
— Догадываюсь, что, кроме тебя, никто. — Люси похлопала брата по
руке.
— Правильно понимаешь. — Люси улыбнулась:
— Ты замечательный, Дэн. Ты еще кого-нибудь встретишь. Обязательно.
Дэн наморщил лоб.
— Но знаешь, теперь все женщины вокруг пытаются понять, что такого есть
у старины Дэнни, что могло заинтересовать Джиа Альтамонте. Мои акции резко
поднялись в цене.
Люси и Дэн присоединились к Тео, Бадди и Киту, которые играли в волейбол.
Потом Люси немного поболтала с Вив и Мартином. Потом помогла маме
приготовить салат. Когда Люси вынесла его во двор, Тео сказал, что хочет
сделать объявление.
— Об этом знает только Бадди. — Тео улыбнулся брату и продолжал: —
Я решил воспользоваться случаем, чтобы сказать всем, что меня снова приняли
в медицинский колледж. — Тетя Вив вскрикнула и со всей доступной ей
быстротой бросилась к Тео, чтобы обнять его. Дядя Мартин последовал ее
примеру и похлопал Тео по спине. Люси улыбнулась Тео, она так гордилась им,
что готова была кричать от радости. Вместо этого она поцеловала его в щеку и
прошептала:
— Ты — кремень, Редмонд.
— Обратная сторона медали — мне придется начать с середины второго
курса. Занятия начинаются десятого января.
Люси видела разочарование в глазах Тео, ведь ему придется потерять целый
год, но он улыбался.
— Я долго думал, но решил, что дело того стоит. — Отец Люси пошел
в дом и вынес бутылку шампанского. Они как раз пили за успех Тео, когда
зазвонил телефон.
— Придержите минутку этот тост. — Отец побежал в кухню ответить на
звонок. Все ждали его возвращения, но его не было несколько долгих минут, а
когда он вернулся, то выглядел хмурым.
— Кто это звонил, Билл? — Мать Люси прервала беседу с Вив и
Мартином и ждала его ответа, но он продолжал молча хмуриться. — Билл?
Он нашел взглядом Люси и направился к шезлонгу, на котором она сидела. Люси
с трудом сглотнула. Что-то случилось.
Близнецы выбрали именно этот момент, чтобы прекратить вопить, и стало очень
тихо, все смотрели на приближающегося к Люси отца. Он встал на колени у ее
ног и положил руку на ее колено.
— Тыковка, это звонила та молодая дама из
Проснись, Майами!
, одна из
продюсеров.
— Так. И что у них стряслось?
Тео подошел и встал за спиной Люси. Она почувствовала его ладонь на своем
плече.
— Ну, кажется, кто-то подал ей идею сделать особое шоу о тебе в этом
месяце, и они хотят, чтобы мы с мамой приехали в студию и дали интервью.
Сердце Люси бешено забилось.
— Какого рода особое шоу, папа?
— Эта девушка сказала, что они хотят назвать его
Это твоя жизнь, Люси
Каннингем
.
Люси окаменела. Она старалась сохранить спокойствие.
— Неужели?
— Тыковка, мне очень не хочется тебе это говорить... — Отец
вытянул шею и отыскал взглядом мать, которая ахнула раньше, чем он
договорил: — Они разыскали Брэда Зиркла, и он тоже будет участвовать в шоу.
Люси молнией вскочила и бросилась по лестнице на кухню. Не дыша, не
размышляя, она схватила сумочку и ключи со столика и, миновав гостиную,
спотыкаясь, выскочила через переднюю дверь и побежала к своей машине. Она
успела тронуться с места до того, как ее настигло первое рыдание.
Тео бежал следом за ней, но Дэн остановил его, схватив за руку.
— Заставь ее рассказать тебе, что произошло, — сказал он.
— Я пытался! — в отчаянии вскричал Тео. — Пожалуйста, скажите
мне, какого черта...
— Люси сама должна это сделать, Тео. Это ее история. — Тео
бросился к своей машине, Дэн бежал рядом с ним.
— Ты сможешь отвезти Бадди и моих дядю с тетей домой?
— Конечно. — Дэн ухватился за дверцу, не давая Тео ее
захлопнуть. — Не позволяй ей больше убегать от тебя.
Тео горько усмехнулся, захлопнул дверцу и помчался по улице, в конце которой
промелькнула красная
тойота
Люси и исчезла за поворотом.
Он сразу же набрал номер ее мобильного телефона. Проверил уровень бензина и
отругал себя за то, что не заправился перед тем, как поехал к Каннингемам. У
него оставалась только четверть бака, и он понятия не имел, куда
направляется Люси.
Тео старался не терять ее из виду, и на этот раз его радовало оживленное
движение в южном направлении — по крайней мере Люси не станет устраивать с
ним гонки. Он держался почти вплотную к ней, они ехали в сторону Майами.
После четвертой попытки она ему ответила.
— Куда ты направляешься?
— Не знаю.
— Езжай к моему дому. Это ближе, чем город.
— Нет.
— Тогда поезжай в спортзал. Поставь машину, где сможешь.
— Хорошо.
Люси дала отбой, но Тео почувствовал облегчение: по крайней мере он услышал
ее голос и знает, куда она направляется. Когда они выехали из Майами-Бич,
его бак уже опустел. К тому моменту когда Тео нашел место для парковки, он
уже ехал на парах бензина. Он пробежал по Вашингтон-авеню и успел увидеть,
как Люси свернула за угол Второй улицы, направляясь к набережной.
— Люси!
Она не ответила. Он догнал ее и быстро осмотрел, чтобы убедиться, что она в
относительном порядке. Люси, глядя прямо перед собой, шагала к пляжу.
— Мы идем плавать, Люс?
— Нет.
Люси пересекла Оушн-драйв и пошла по тротуару к входу на пляж. Она сняла
босоножки, и они покачивались у нее в руке.
— Расскажи мне. Что бы это ни было, пора мне все рассказать. Кто такой
Брэд Зиркл, и что этот сукин сын с тобой сделал?
— Я хочу остаться одна. — Тео рассмеялся:
— На этот раз не выйдет, дорогая. — Он схватил ее за плечи и
повернул к себе. Люси смотрела мимо него на набережную, где было уже много
людей, совершающих вечернюю прогулку. — Люси, посмотри на меня.
Взгляд Люси медленно сосредоточился на нем, и губы ее задрожали.
— Ты достаточно долго оставалась одна. Теперь ты со мной, и ты сейчас
расскажешь, что с тобой тогда случилось Сейчас же.
Она едва заметно кивнула, все еще глядя ему в глаза.
— Ой! Это же Люси и Тео! — Женщина, возвращающаяся с пляжа с двумя
загорелыми малышами, остановилась рядом. Вся троица уставилась на них,
открыв от удивления рты и прижимая к себе охапки надувных игрушек.
— Неподходящий момент, — сказал Тео и взял Люси за локоть.
Мать подтолкнула детей вперед.
— Я понимаю. — Она улыбнулась Тео. — Удачи вам обоим.
Люси и Тео направились вниз по пологому склону пляжа к полосе прибоя. Тео
обнял ее рукой за талию и крепко прижал к себе. Заходящее солнце освещало их
следы на мокром песке. Тео понимал, что выбрал не то время, но именно сейчас
он заметил, что у Люси удивительно красивые ноги и очень милые маленькие
пальчики.
— В школе я была довольно спортивной, но несколько полноватой, как ты
знаешь. Я не слишком-то нравилась мальчикам, пользующимся успехом у
девочек. — Люси смотрела прямо перед собой на пляж.
— Продолжай.
— И когда я попала в колледж Питсбурга, я надеялась, что мне
представился шанс сменить имидж. Я думала, что смогу себя изменить, смогу
избавиться от ярлыка толстухи.
— Дальше.
Люси остановилась и повернулась к Тео, легкий ветерок играл ее волосами,
рассыпавшимися по плечам.
— Знаешь, что пугает меня больше всего и мешает обо всем рассказать
тебе?
Он пригладил ее волосы ладонью.
— Что?
— Я боюсь, что, услышав мою история, ты уже никогда сможешь смотреть на
меня по-прежнему.
Тео наклонил голову.
— Разве такое может случиться, Люс? Что еще осталось такого, чего бы мы не видели друг у друга?
Смех Люси был похож на всхлип. Она зашагала дальше.
— Ты хочешь знать, почему я начала набирать вес во втором семестре
первого курса? Это для того, чтобы избегать мужчин. Я хотела стать полностью
невидимой для мужчин.
— Почему ты этого хотела?
Люси прижала ладони к глазам и остановилась. Когда она подняла на него
глаза, Тео не увидел в них слез, только яростную решимость.
— Я — талисман удачи, Тео, — жестко сказала она. — тот самый
знаменитый талисман удачи футбольной команды
Питт стейт
: Люси, приносящая
удачу, безобразная девчонка, которая помогла Брэду Зирклу покончить с
полосой неудач, преследовавших его шесть игр подряд. Та толстуха, которая
решила, будто у нее
роман
с Брэдом Зирклом, а потом узнала, что ее просто
использовали, да еще узнала это на полном народу стадионе во время игры,
которую транслировали по национальному телевидению.
От ярости у Тео зашумело в ушах.
— Что?!
— Та толстуха, чье публичное унижение уничтожило весь спортивный отдел
колледжа
Питт стейт
и заставило команду отдать приз Кубка Тако своим
вечным соперникам, команде
Пердью бойлмейкерз
. Это тебе ни о чем не
говорит?
Тео был поражен тоном Люси. Она говорила, словно ведущая программы новостей,
рассказывающая историю давней трагедии. Интересно, сколько тысяч раз она
повторяла все это про себя?
— Итак? История кажется тебе знакомой? — Тео кивнул:
— Я знал, что слышал имя Зиркла раньше. Я смотрел тот специальный
выпуск по телевизору. Не могу поверить что это была ты.
Тео потянулся к ее лицу, но Люси отпрянула и скрестила руки на груди.
— Да. Это была я.
— Начни с самого начала.
Люси глубоко вздохнула и несколько секунд смотрела на океан, затем перевела
взгляд на Тео.
— Я познакомилась с Брэдом на лекции по геологии в октябре. Он пару раз
садился рядом со мной, был очень милым, и я гадала, почему он делает вид,
что интересуется мной. Я была первокурсницей. Я слишком много весила —
примерно сто семьдесят пять фунтов, вероятно, столько, сколько я весила в
этом мае. Носила четырнадцатый размер.
— Это не такой уж большой размер, Люси.
— Теперь я это понимаю.
— Продолжай.
— Он был очень любезен. Сказал, что обратил на меня внимание, увидев на
территории студенческого городка. Пригласил пойти с ним на ленч в кафе
студенческого профсоюза. Дело в том, что он не был таким уж интересным, Тео.
Мне не особенно и нравился этот парень, но меня ослепляло то, что
старшекурсник, футбольная звезда Брэд Зиркл хотел появляться на людях вместе
с Люси Каннингем! Это просто запудрило мне мозги. Девочки в моем общежитии
умирали от зависти.
— А что произошло потом?
— Через неделю он пригласил меня на настоящее свидание — повел смотреть
повторный показ
Чужих
, а потом есть мороженое. — Люси покачала
головой и рассмеялась. — Мне следовало прислушаться к своему
внутреннему голосу уже тогда. — Она посмотрела на Тео. — Мне
совсем не понравился его поцелуй. У него был такой слюнявый и холодный рот,
и губы слишком тонкие, и... и... от его языка у меня по всему телу мурашки
побежали.
От гнева все внутри у Тео заледенело. Он не знал, сколько еще сможет
выдержать. Но ведь он сам просил Люси все рассказать!
— Продолжай.
— Когда Зиркл пригласил меня на свидание во второй раз, знаешь что я
ему ответила? Я ответила
да
! А почему? — Люси вытерла мокрые щеки
тыльной стороной ладони. — Потому что хотела, чтобы мечта продолжалась.
Я так хотела верить, что нравлюсь ему, что он находит меня
привлекательной... — Тео протянул к ней руку, но Люси оттолкнула ее.
— В следующий раз он повел меня на концерт Принца, правда, тогда его
звали иначе, потому что Принц выступал од этим непроизносимым псевдонимом.
Потом он пригласил меня в комнату их студенческого общества, и мы выпили
бутылку шардоннэ. Я делала вид, что меня интересуют его рассказы о футболе.
Я довольно сильно опьянела и решила — какого черта?
— Ох, Люс.
— Я понятия не имела, что это все подстроено. Что куча его товарищей по
команде стоит у двери и подслушивает чтобы проверить, настоящий ли я,
подлинный ли талисман удачи.
— Черт.
— Да. И все получилось. Брэд на следующей игре стремительно атаковал
ворота и пробежал двести одиннадцать ярдов. Побил рекорд колледжа.
— И разбил твое сердце.
Люси молчала. Она уткнулась взглядом в песок и долго стояла так.
Потом она наконец набралась смелости и подняла глаза, увидела на лице Тео
боль и острую жалость, и ей это очень не понравилось.
— Не смей меня жалеть, Тео.
— Я тебя не жалею, любимая. Я хочу сражаться за тебя. Хочу сражаться
вместе с тобой. Я хочу прикончить того парня за то, что он так поступил с
тобой. Он заслуживает смерти.
— Ну спасибо. Никто никогда не предлагал мне совершить уголовное
преступление, чтобы защитить мою честь. Это даже приятно.
Внезапно Тео посетила ужасная мысль.
— Он ведь не был твоим первым парнем? Прошу тебя, скажи, что ты не
отдала свою девственность этому ублюдку. — Люси рассмеялась:
— Нет. Я отдала ее другому ублюдку, в выпускном классе средней школы —
страдающему поэту из панков, он почти всегда одевался в черное и
причесывался под индейца. Теперь, насколько я знаю, он заработал много
миллионов на создании компьютерных программ. Но я отклонилась от темы. Итак,
я не была девственницей в ту ночь, когда очутилась в комнате студенческого
общества с Брэдом Зирклом. Но я помню, конечно, я помню...
Люси не смогла договорить, слезы побежали по ее щекам. Тео беспомощно стоял
перед ней на песке, а вода плескалась у их ног.
— Не останавливайся. Расскажи мне все. Избавься от этого.
— Я... я просто помню, как мне хотелось в тот вечер выглядеть красивой,
понравиться ему. — Люси покачала головой, не в силах остановить
слезы. — Я так старательно уложила волосы, так тщательно выбирала, что
надеть. Мне хотелось быть хорошенькой. Я думала, он считает меня
привлекательной. Я убедила себя, что я... О Господи!.. что я могу быть
желанной.
Тео нежно обнял ее.
— Мне так жаль, малышка. Бедная Люси! — Он крепко прижал ее к
себе. Она так тесно прильнула к его груди, от нее так хорошо пахло, так
приятно было ее ощущать. Тео погладил Люси по голове. И почувствовал, что ее
трясет.
— Все в порядке. Не сдерживай себя.
— Не здесь. — Ее тело напряглось. — Я не могу расслабиться
здесь. Здесь слишком много людей.
— Тогда пошли. Побежали.
Тео побежал по песку, держа Люси за руку. Они босиком перебежали через Оушн-
драйв, потом миновали еще два квартала в направлении спортклуба. Люси без
труда держалась рядом с Тео.
Несколько девочек-подростков вскрикнули:
— Ой! Это Люси!
Проигнорировав лифт, Тео и Люси взбежали по лестнице и пронеслись мимо
дежурного, который даже не успел с ними поздороваться. Люси все еще плакала,
и Тео буквально протащил ее через кардио-студию. Почему-то он вспомнил тот
первый раз, когда она пришла сюда, более десяти месяцев назад, и как она
поперхнулась своими шоколадными карамельками и ему пришлось спасать ее.
Теперь многое изменилось, но она опять задыхалась, и он должен был спасать
ее.
Тео открыл дверь зала для кикбоксинга и включил ряд ламп, освещающих дальний
конец комнаты. Люси стояла босиком на красном тренировочном мате, хватая
ртом воздух.
Тео нахмурился, глядя на нее:
— Ты в юбке.
Она удивилась, почему он внезапно проявил интерес к ее одежде.
— Нуда, — ответила она.
— Тебе придется ее снять.
— Что?
— Сними юбку, Люс. Иначе у тебя не будет своб
...Закладка в соц.сетях
