Жанр: Любовные романы
В ожидании чуда
...рядью
задели кофейный столик. - Айрис, я не верю в карты таро и хрустальные шары. Вся
эта чепуха, которую мы несли насчет
твоего "предчувствия" и карт, предназначалась только для того, чтобы одурачить
Салли. Чтобы избавиться от него.
- Вы тоже есть в раскладе. - Айрис знала, что это привлечет ее внимание.
Люди любят слушать о себе.
- Я?
Айрис взяла карту и подала Джессике.
- Императрица.
Джессика неуверенно взяла карту и посмотрела на нее, удивленная
чувственностью изображения. Доминирующей
фигурой на рисунке была обнаженная женщина, стоящая на лодке в форме полумесяца
со змеей, обвившейся вокруг одной
руки; в другой она держала нечто вроде жезла.
- Папа знает, что у тебя есть эти карты?
- Конечно! На них нет ничего такого, чего я бы не видела на уроках по
сексуальному воспитанию. Мне уже
двенадцать.
- Правильно. Двенадцать. Обнаженные дамы со змеями в шестом классе. И где
я только была? - Она вернула
девочке карту. - Так я должна почувствовать себя оскорбленной или возгордиться?
- Испугаться. Карты старших арканов означают нечто вам не подвластное. Вы
не можете помешать тому, что должно
произойти между вами и детективом, - серьезно объяснила Айрис.
Джессика с улыбкой произнесла:
- Поверь, я полностью контролирую ситуацию.
- У вас нет ни одного шанса. - Айрис заправила за ухо прядку волос и
начала показывать на карты. - Вот. Эта
карта, где все начинается. Она такая сильная, что с ней бессмысленно бороться.
Он охотник, который ищет добычу, чтобы
спастись от собственной тьмы. А венчает все Колесо Счастья, а это означает -
что-то случилось, и в действие приведены
космические силы. И в этом, вероятно, проблема моего папы. Видите эту руку,
которая тянется, чтобы схватить колесо?
Ошеломленная разыгранным Айрис представлением - Джессика не знала, как еще
это назвать, - она спросила:
- Откуда тебе все это известно?
- Я читала о таро.
- В книгах всего этого прочесть нельзя, - возразила Джессика.
- Конечно, можно. Нужна только хорошая память. А у меня она есть. Я прочла
две толстые книжки об одной этой
колоде, и еще прочла все о символах, и цветах, и о нумерологии, и "Аи Чинг". Это
все есть здесь, в картах. После того как
запомнишь все значения, нужно только читать картинки и символы - Айрис подняла
глаза, чтобы посмотреть, готова ли
Джессика слушать дальше. Джессика кивнула.
- Ладно, - сказала Айрис, - если вам интересно, слушайте. Появляется
Императрица. Так он представляет себе
ситуацию. Она - карта страсти, энергии. И любви. Я не имею в виду любовь, как в
день святого Валентина, "чмок-в-щечку".
Я говорю о великом чувстве. Оно представлено водой. Видишь, как она качает
лодку.
Втянутая против воли в эту странную игру, Джессика мысленно провела линию
к Салли и почувствовала, как тяжело
запульсировала кровь в венах.
- Ему не нравится, что лодка раскачивается, - высказала она свое
предположение.
- Не нравится, как ее раскачивает Императрица. Это слишком реально. Он не
любит реального. А вот чего он боится.
- Девочка постучала пальцем по другой карте. - Ему не нравится быть человечным.
Он боится дьявола в себе самом, но его
притягивает Императрица, а она-то очень даже реальна. Она и плохая, и хорошая.
Сердце Джессики забилось неровно. - Ч-что?
- О, я не хотела сказать, что вы плохая. Императрица человечна. Эта змея
изображает, - Айрис нахмурилась и
закрыла глаза, стараясь найти нужное слово, - превращение! Потому что меняет
кожу. Это ведь перемена, правильно?
Некоторые говорят, она также означает зло, что желание и зло являются частью
карты Императрицы, так же, как и любовь.
- Та часть, которую она пытается отстранить от себя, - прошептала
Джессика.
- Правильно! Действительно, похоже, что она отстраняет от себя змею. Или
пытается. Я раньше этого не замечала.
Только из этого ничего не выходит.
"Знаю", - мысленно согласилась Джессика.
- Айрис, какое отношение все это имеет к исчезновению твоего отца? - не
выдержала она.
- Все в этом раскладе карт указывает на вас. Детектив ничего не видит,
кроме вас. Не знаю, что вы сделали, что его
насторожило, но он думает, что вы - ключ ко всему. Карты говорят о преследовании
и восстановлении справедливости. Он
- охотник. Если он охотится, то охотится на вас. Ну, еще фигурирует его отец, но
это в прошлом...
- Где?
- Вот этот. Это единственная карта другого человека в раскладе. Это
Первосвященник. Он похож на могущественную
фигуру отца. Очень сильная фигура, но карта перевернута вверх ногами. - У Айрис
было мрачное лицо. - Это значит, чтото
в их отношениях было плохое. Очень плохое.
Джессика вздрогнула, вспомнив, как Салли сказал, что ему есть что
скрывать, даже, может быть, больше, чем многим
другим. В комнате воцарилась тишина, так как Айрис ждала ее следующего вопроса.
Но Джессика велела ей убрать карты. Она больше ничего не хотела знать о
Салливане Кинкейде. И о том, что между
ними существует какая-то загадочная связь.
"Вот это да! " - сказала она себе, сообразив, в какую ловушку угодила. Как
бы убедительно Айрис ни сплела свой
рассказ, эти карты - всего лишь игра. Они ничего не могут рассказать ей о Салли.
Она не поверила ни единому слову. Ни
единому.
- Мне необходимо взглянуть на деловой календарь твоего отца и на его
бумаги. Может быть, смогу напасть на след.
Где его рабочий кабинет?
- Рядом с комнатой, где телевизор, но он всегда заперт.
- А у кого ключ?
- У папы.
- А у экономки или у Линкольна есть дубликат?
- У Линкольна нет, а Роза далеко. Она в последнее время уходит на ночь
домой, чтобы ухаживать за матерью.
- Ладно, будем импровизировать. - Джессика остановилась в прихожей,
расстегнула "молнию" одной из сумок и
вытащила набор отмычек. - Показывай дорогу.
Кабинет находился в задней части дома, рядом с комнатой, набитой
всевозможной аппаратурой, стояли два телевизора
с большими экранами, а одну стену занимали видеомагнитофоны. Там и проигрыватели
для лазерных дисков. Легкие
пастельные тона, господствующие в остальной части дома, уступили место ярким
зеленым и темно-красным оттенкам.
Перешагнуть порог этой комнаты было все равно, что перейти границу между
разными, но мирно сосуществующими
странами.
Айрис внезапно остановилась. Она положила руку на плечо Джессики и молча
показала на двойные двери в левой
части комнаты. Они вели в кабинет.
Одна половинка была приоткрыта.
4
Джессика одновременно загородила собой Айрис и сунула руку за вырез
блузки. Там, под лифчиком, угнездился
сделанный на заказ миниатюрный пистолет. Оружие было таким маленьким, что
помещалось целиком в ладони, но зато две
разрывные пули, которыми он был заряжен, делали его весьма грозным. Осторожно
вынув его из потайного места, она сняла
предохранитель.
Сама удивившись тому, как быстро вернулись старые привычки, - например,
привычка носить пистолет, Джессика
оценивающим взглядом обвела комнату, но вовсе не для того, чтобы оценить ее
оформление. Окна справа закрыты; рамы не
взломаны, стекла целы - никаких следов проникновения снаружи. Единственный
доступ в эту комнату - через двойные
двери, ведущие в кабинет Фила, а также из коридора за ними.
Она бросила взгляд через плечо и убедилась, что коридор пуст. Затем
осторожно двинулась к кабинету, огибая по пути
кожаный диван.
Айрис вцепилась в рубашку Джессики сзади обеими руками и следовала за ней,
словно тень. Слава Богу, у нее хватило
ума молчать; она не задала ни единого вопроса. Если бы был выбор, Джессика
предпочла бы действовать в одиночку, но в
данный момент выбора у нее не было. Если что-то не так, девочке безопаснее
двигаться вместе с ней, а не стоять мишенью в
дверном проеме.
Стараясь оставаться вне поля зрения того, кто находится в кабинете,
Джессика подобралась к дверям. Остановилась у
той половинки, которая была закрытой, и прислушалась к зловещей тишине в
кабинете. Неизвестно было, кто или что ждет за
этой дверью, и ей казалось, что звук дыхания выдает их с головой.
Внезапно Джессику охватило нереальное ощущение, что это с ней уже когда-то
было. Она вспомнила другой случай,
другую дверь. Каждая подробность припомнилась ей с пугающей четкостью. Она снова
стала испуганной девочкой,
прячущейся за дверью и сжимающей в руке маленький осколок стекла. Надеясь, что
его окажется достаточно.
На секунду прикрыв глаза, Джессика очистила голову от этих воспоминаний,
загнала прошлое обратно, туда, где ему и
следовало находиться. Прогнала его прочь, пока страх не успел охватить ее и еще
глубже втянуть в кошмарный сон. Когда
сердце перестало бешено стучать, она вручила Айрис маленький, застегнутый на
"молнию" футляр с отмычками. Потом
толкнула ногой слегка приоткрытую половинку двери, ожидая, что кто-то выскочит
из комнаты или выстрелит в щель. Но
ничего этого не случилось, и дверь широко распахнулась.
Когда ручка стукнулась о стену, раздался мужской голос, напугав обеих:
- Ради Бога! Перестаньте там топтаться и входите.
Пораженная Джессика узнала голос Линкольна и сунула голову в дверь. Он
стоял возле письменного стола, осторожно
держа двумя пальцами телефонную трубку и выжидающе глядя на нее. В эту минуту он
больше походил на дворецкого, чем
на охранника, но она уже давно не доверяла впечатлениям. Используя дверь, как
прикрытие, Джессика сунула пистолет в
карман шортов и только потом шагнула в кабинет. Если она и испытала секундное
облегчение, то оно исчезло после его
следующего приказа:
- Ничего не трогайте. Возможно, нас ограбили.
Джессика застыла на месте и попыталась понять, сколько времени
потребовалось бы ЦРУ, чтобы прислать кого-нибудь
в Техас. Айрис наткнулась на контакт Фила, нажав кнопку повторного набора номера
на аппарате в его спальне. Поэтому
Джессика вынуждена была предположить, что они приедут, вопрос только во времени.
Им нужна эта записная книжка и все
остальное, что может установить связь между их "конторой" и Филом Мунро.
Он никогда ей не говорил, какая, собственно, ветвь власти отдавала
приказы, но на это вполне очевидно указывал
выбор целей. ЦРУ не нужен след из хлебных крошек, ведущий к их порогу. Они
использовали Фила, так как хотели иметь
возможность все отрицать; след, ведущий к нему, лишил бы всякого смысла иметь
независимых оперативников.
Но... продолжает ли Фил на них работать? За два года многое могло
измениться. Если бы Фил отказался с ними
работать, некоторые очень нехорошие люди сильно бы на него разозлились.
Настолько, чтобы увезти Фила и уничтожить все
следы? Этого она не знала.
"Где ты, Фил? И что сделал? " - мысленно обратилась Джессика, сама не зная
к кому.
"Только не вышел из игры", - решила она. Он бы ни за что этого не сделал.
Слишком ему нравилось быть рыцарем
плаща и кинжала.
Джессика оглядела кабинет. Легкий беспорядок мог с равным успехом быть
вызван как поспешным обыском, так и
неаккуратностью самого Фила.
Опасаясь, что уже знает ответ, она спросила:
- Что взяли?
- Не знаю. Еще не уточнил, - отрывисто бросил Линкольн. - Все равно я бы
не понял, поскольку никогда сюда не
входил. Замок был открыт, а ключ имелся только у Фила. - Он задумчиво взглянул
на нее. - Несмотря на преданность вам
Айрис, мисс Дэниелз, если бы вы не были все время вместе с детективом, вы бы
стали первой в моем коротком списке
подозреваемых.
Джессика, не дрогнув, встретила его взгляд. Этот человек совершенно прав,
не доверяя ей. Она явилась сюда с
намерением обыскать кабинет Фила. Просто ее кто-то опередил.
- Но я действительно была вместе с детективом, - напомнила она ему. - А
экономка ушла. Остаетесь только вы и
Айрис.
- Вот поэтому я и собираюсь вызвать полицию, - сказал он и наклонился к
телефону.
- Нет!
И Айрис, и Джессика одновременно воскликнули с такой убежденностью, что
Линкольн даже отступил на шаг.
- Простите?
Не успела Джессика заговорить, как Айрис бросилась вперед и взяла трубку
из руки Линкольна:
- Полиция уже и без того злится на меня, Линк, потому что я позвонила им
насчет папы.
Мужчина тяжело вздохнул и с отвращением покачал головой:
- Айрис, детка, только не говори, что это ты позвонила им с этой дурацкой
историей насчет грозящей твоему папе
опасности!
- Хотелось бы мне, чтобы это была не я. Правда. Мне очень жаль, но это я.
Понимаешь? Мы просто никак не можем
звонить им еще раз, если у нас нет абсолютной уверенности. Или они скажут, что
это я что-то придумала и снова кричу
"волки! ". А детектив пообещал, что в следующий раз меня посадят в тюрьму.
- Так все и было, - подтвердила Джессика. У нее были свои причины желать,
чтобы полиция пока не вмешивалась в
это дело. Особенно Салли Кинкейд. Слишком уж он проницателен. Не следует давать
ему новую пишу для размышлений.
- Этот человек забрел сюда не просто так, - предостерегающе сказала она. -
Прежде чем что-то предпринять, нам нужно самим разобраться, что именно
произошло. Полагаю, Фил нанял вас
потому, что вы хороший специалист. Поэтому, скажите, Линкольн, как мог кто-то
проникнуть сюда без вашего ведома?
- Если бы вы задали мне этот вопрос час назад, я бы твердо вам ответил,
что это невозможно. - Он говорил очень
серьезно. - Ни на одном из окон не повреждена сигнализация. Датчики на наружной
стене дома включены. Нет никаких
признаков проникновения постороннего. Кроме незапертого замка на двери.
- А вы не допускаете того, чти, возможно, никто и не входил в кабинет.
Может быть, Фил не захлопнул за собой дверь
как следует? Может, замок не защелкнулся, и дверь, наконец, сегодня ночью
приоткрылась сама? Вы давно ее проверяли? Вы
точно знаете, что она была заперта?
Джессика видела, что ему хотелось поверить в это удобное объяснение,
которое она для него приготовила, завернула и
перевязала ленточкой. Он хотел бы поверить, но был слишком опытным
профессионалом и не так-то легко мог принять
отпущение грехов.
Линкольн покачал головой.
- Фил очень аккуратный человек и всегда запирал кабинет.
- Он мог спешить, - высказала предположение Джессика, вспомнив, что с
первого дня их знакомства Фил вечно
куда-то торопился. - Давайте рассмотрим известные нам факты. Вы не знаете,
пропало ли что-нибудь. Не знаете, каким
образом кто-то проник в дом. Не можете даже поклясться, что дверь была заперта.
Как все это будет выглядеть в глазах
детектива Кинкейда?
- Линк, ты бы его слышал, - прибавила Айрис. - Он так на меня рассердился!
Линкольн потер глаза, словно отгоняя наваждение, и Джессика постаралась
удержаться от улыбки. Даже этот человек
готов уступить. Да и кто бы устоял под умоляющим взглядом этих огромных
фиалковых глаз?
Айрис не сиделось на месте, и она предложила все как следует осмотреть и
проверить, не пропало ли что-нибудь.
Джессика тоже подключилась к общему делу.
Через пятнадцать минут она уже обыскала кабинет так тщательно, как только
могла в присутствии свидетелей.
Насколько Джессика смогла определить, кроме записей об уплате подоходного
налога, в кабинете не было ничего такого, что
стоило бы красть. Она даже не понимала, почему Филу надо была запирать комнату.
"Если только здесь нет потайного сейфа,
который мы не смогли обнаружить", - подумала она.
Вздохнув, Джессика опустилась в кресло, уже готовая объявить Линкольну,
что в кабинете ничего не тронуто. И тут ее
взгляд упал на настольный календарь.
Это был перекидной календарь-ежедневник с листочками на каждый день. Она
пристально смотрела на него, и что-то
не давало ей покоя. А затем Джессика поняла, что в нем недостает листочков.
Примерно за одну неделю. За прошлую неделю.
Салли сильно превысил свои полномочия и знал это. Он мог сегодня утром
позвонить своим приятелям в Хьюстоне и
попросить их проверить агентство по прокату автомобилей. Но не сделал этого. И
по-настоящему ему незачем было заезжать
в агентство Мунро на обратной дороге. Но раз уж он все равно был в Хьюстоне... и
всего в нескольких милях... Почему бы и
нет?
Не склонный лгать самому себе, Салли признавал, что его внезапная поездка
в Хьюстон была скорее разведкой в
личных целях, чем подлинным расследованием. Конечно, слабые сигналы тревоги
звучали в его голове полицейского со
вчерашней ночи, но их заглушали громкие требования его либидо. Давно с ним
такого не случалось.
И совсем не так. Не с женщиной, которую он едва знал. Ему хотелось
большего, чем просто секс, хотя он не отрицал в
себе сильного физического притяжения и желания прикоснуться к Джессике Дэниелз.
Конечно, ему хотелось слышать ее
голос в темноте, сонный и совершенно удовлетворенный, но еще ему хотелось
узнать, откуда в ее волосах эта седая прядь.
Хотелось покопаться в ее мыслях, заглянуть в прошлое, проникнуть в душу.
Хотелось узнать, почему ее глаза создают
впечатление, что она побывала в аду и вернулась обратно. И возможно, не один
раз.
Джессика Дэниелз его заинтриговала, и это беспокоило Салли. Его к ней
притягивало нечто такое, что он не мог
определить, нечто сильное и темное внутри. Они были зеркальным отражением друг
друга - два хищника на нейтральной
территории, ходили кругами, присматривались друг к другу и снова отступали.
Когда они слишком сближались, между ними
пульсировал жар. Джессика предпочитала его игнорировать, но Салли полагал, что
ему следует обратить на это внимание.
Ничего хорошего никогда не выходит, если игнорировать то, что задевает
тебя и причиняет боль. Этот урок он усвоил
еще на коленях у матери, пока она прикладывала лед к своей распухшей скуле и
целовала красный отпечаток отцовских
пальцев на его щеке. И все время говорила ему, что его отец не настоящий
пьяница. Его отец не хотел их избить, объясняла
она так мягко, так искренне. Отец их любит. Поэтому он вынужден поступать с ними
так строго. Он желает им самого
лучшего.
Его мать игнорировала плохое, заменяла его своими фантазиями и разумными
доводами. Неведение не было
благословением Божьим; оно было адом. Мать жила в аду, и если существует
божественная справедливость, тот жестокий
ублюдок, который ее убил, теперь мучается там.
Салли никогда не забывал о грехах отца. Не мог себе этого позволить; в его
жилах текла та же кровь, в нем таилась та
же склонность к насилию. Он подозревал, что именно по этой причине рыдал его
ангел-хранитель.
"Еще одно общее, что есть у нас с Джессикой", - инстинктивно догадался
Салли. С такими глазами, как у этой
женщины, ее ангел наверняка тоже рыдает. Вопрос в том, почему? О чем сожалеет
Джессика? Какие секреты скрывает?
Он размышлял над возможными ответами, сворачивая к Вестхаймеру, где
располагалось агентство службы
безопасности. Комплекс Мунро, два высотных здания офисов, соединенных пешеходным
переходом, находился через пару
коротких кварталов слева.
Салли намеревался всего лишь задать секретарше Мунро несколько рутинных
вопросов по следам вчерашнего
разговора по телефону. И может быть, небрежно упомянуть имя Джессики, чтобы
посмотреть на ее реакцию.
Но секунду спустя его планы были забыты. Яркий солнечный луч вспыхнул и
ослепил его, отразившись от знакомого
синего с металлическим отблеском седана, в котором сидели два пассажира. Пальцы
Салли сжали руль, и он прибавил
скорость, а седан - всего в квартале впереди него - свернул на стоянку компании
Мунро. Выругавшись, он сбросил
скорость перед красным сигналом светофора и проводил взглядом седан, исчезнувший
за воротами.
Что, черт побери, здесь делают Джессика и Айрис?
К тому времени, как он миновал светофор и строго охраняемые ворота, они
опередили его на пять минут. Салли
потратил достаточно времени у ворот, и ему не хотелось терять время с
секретаршей или оповещать Джессику о своем
приближении. Поэтому он подошел к столику секретарши и притворился, что
запыхался.
- Салливан Кинкейд. Похоже, я опять опоздал. Айрис уже поднялась наверх? -
Он нетерпеливо похлопал по столику
ладонью и проскользнул к лифтам, не дожидаясь ее ответа. - Верите ли? Господи, я
обещал Филу, что буду присутствовать!
Где мне их найти?
Девушка, явно слишком доверчивая для того места, которое она занимала, тут
же купилась, когда он разыграл из себя
спешащего человека с застенчивой улыбкой, и махнула рукой.
- Идите! Я вас запишу. Они прошли в кабинет мистера Мунро. Десятый этаж. -
Пока двери лифта не закрылись, она
успела крикнуть: - Если поторопитесь, возможно, настигнете их, пока они не
заметили, что вы опоздали!
Да уж, он и правда хотел их настигнуть - на месте преступления. Они явно
что-то задумали. Зачем иначе Джессика
потащила Айрис в Хьюстон в отсутствие Фила? Чертовски далеко ехать за
бесплатными карандашами.
Не успели двери лифта до конца распахнуться, как он уже выскочил. Десятый
этаж, очевидно, был, судя по мягкому
освещению, толстым коврам и обилию живых растений, отведен высшему руководству.
Было время ленча, и в коридорах ему не встретилось ни души. Кроме Айрис,
которая, кажется, стояла на стреме у
массивной двери из красного дерева в конце короткого коридора слева от него. К
счастью, в этот момент она как раз
завязывала шнурок на туфельке. А когда подняла голову и увидела его, глаза ее
широко раскрылись, а рот приоткрылся от
изумления.
- Не надо, - тихо посоветовал Салли, качая головой. - Не надо кричать,
петь или подавать любой другой условный
сигнал. - Он помедлил у пустой ниши, где располагалось рабочее место личной
секретарши мистера Мунро, и спросил еще
более тихим голосом: - Это офис твоего папы? Она там?
На оба вопроса Айрис быстро кивнула головой. Испуганное выражение ее лица
и то, как она все время стреляла
глазами в сторону двери, подтвердили его догадку: они не случайно заехали в
офис.
- Папа позвонил тебе и попросил с ним встретиться? Или что-то взять? -
Когда Айрис отрицательно помотала
головой, он продолжал: - Я так и думал. Оставайся тут. Я собираюсь поговорить с
глазу на глаз с твоей тетей Джессикой.
Он как можно тише открыл дверь, а потом так же осторожно прикрыл за собой.
Джессика стояла к нему спиной у
письменного стола Мунро, склонившись над календарем. Ее зад смотрелся неплохо,
но он пришел сюда не для того, чтобы
оценивать ее анатомические достоинства.
- Айрис, - прошептала она, отрывая страничку с перекидного календаря. - Я
же просила тебя дать мне десять
минут.
- Вы уверены, что этого достаточно? Джессика вздрогнула, услышав его
голос, скомкала бумажку в сжатом кулаке, но
не вскрикнула. Не издала ни звука. Это его удивило.
Салли прислонился к двери, скрестил на груди руки и подождал, пока она
обернется. Когда эта женщина обернулась,
она выглядела очень виноватой. И чертовски сексуально привлекательной.
Облегающая бедра короткая джинсовая юбка, ковбойские сапоги украшены
гравированными пластинками на носках, а
рубашка - одна из тех свободных коротеньких безрукавок, которые застегивались на
пуговки спереди и при каждом
движении обнажали тело. Ему нравилось, как она двигается. Жаль, что она такая
дьявольски скользкая.
- Немного нервничаем, а? - тихо спросил Салли. - С чего бы это? Ведь не
потому, что что-то прячем от полиции,
правда?
- Я ничего не прячу. - Джессика вздернула подбородок, отчего ее густые
волосы разметались по плечам. - Если
хотите знать...
- Боюсь, это моя обязанность.
- Я проверяла календарь Фила. Там должна быть запись, когда Айрис должна
идти к ортодонту.
- Я что-то не заметил у девочки скобки на зубах.
- Она собирается их поставить. Он улыбнулся.
- Кто ее ортодонт?
Джессика колебалась лишнюю секунду.
- Я так и думал. - Салли оттолкнулся от двери и протянул руку за
календарным листком.
- Послушайте, Салли, остыньте. - Джессика небрежно расправила и сложила
страничку. - Я все сейчас объясню.
Вы так настаивали на разговоре с Филом, что я решила попытаться вычислить, где
он может находиться, просмотрев его
записи в календаре.
- Он ведь звонит, не так ли? Вы мне так сказали вчера ночью. Так зачем его
искать? - Произнося эти слова, Салли
приближался к ней. - Зачем лгать насчет ортодонта? Разве только вы действительно
не знаете, где он. Фил Мунро
действительно исчез, Джесси?
Джессика выругалась про себя и отступила. У нее не было для него готового
ответа. Пока не было.
Чем ближе он подходил, тем сильнее билось ее сердце. Она никак не могла
избавиться от преследующего ее образа
хищника. И самое неприятное, что она чувствовала себя его жертвой. Это, по
крайней мере, было очевидно и пугало ее до
смерти.
Страх, который заставлял быстрее биться ее сердце, не имел ничего общего с
опасностью. С физической опасностью.
С такой угрозой она бы справилась. Ей случалось убивать мужчин покрупнее и
посильнее, чем Салли, но она сомневалась,
был ли кто-нибудь из них более опасным, более собранным.
Салли смотрел на нее таким взглядом, который заставил ее удивиться,
насколько тонок у него налет цивилизованности.
Она спросила себя, что такой человек делает на Джерико-Айленде. Ледяной взгляд,
сопровождавший его вопрос, заставил
Джессику дважды подумать, прежде чем солгать. Но она все равно солгала.
- Мне совсем не нравится ваш тон. И я не знаю, сколько раз еще вам
повторять. С Филом все в порядке. Я пришла
сюда, чтобы взглянуть на его настольный календарь. Что с того? Это же не
преступление.
- Не преступление, если только вы не уничтожаете вещественные
доказательства.
Джессика отступила еще на шаг и продолжала отступать. Злилась на себя за
то, что поддается страху, но ничего не
могла поделать с собой. Каждая клеточка ее мозга работала, сортируя тот хаос
ощущений, который порождало пребывание в
опасной близости с этим человеком. Самым легким способом справиться о неприятным
ощущением было отойти от него на
некоторое расстояние. К сожалению, Кинкейд этого не понимал, потому что
продолжал приближаться. Слава Богу, у Фила
был огромный офис.
- Салли, - возмутилась она, мобилизовав все свои актерские способности, -
вы, должно быть, шутите? Уничтожить
вещественные доказательства? Здесь нет никаких вещественных доказательств! Нет
преступления! И раз уж мы заговорили
об этом, почему вы здесь? Может быть, вы слегка превышаете свои полномочия? Вы
действуете так, словно речь идет о
крупном преступлении, а не о глупом розыгры
...Закладка в соц.сетях
