Жанр: Любовные романы
Любовники и лжецы
...Белинда Глассман. Она дочь Эйба Глассмана.
Белинда потеряла покой.
Ей все надоело.
Все у нее валилось из рук.
Судя по всему, она влюбилась в самого известного бабника в Голливуде. А он?
Разве он позвонил? Или попытался уговорить ее провести с ним еще одну ночь?
Нет, Джек сдался без боя, как и предполагала Белинда. Избалованный тип.
Сейчас он, наверное, утешается с одной из своих восемнадцатилетних бимбо.
Ее захлестнула горячая волна ревности.
Господи! Кажется, плохи мои дела
, — подумала Белинда.
Съемки временно откладывались. Всякий раз, когда она думала об этом, у нее
по спине пробегали мурашки. Белинда поговорила с Масционе, и тот с самым
невозмутимым видом объяснил ей, что это обычное явление после передачи
компании в другие руки, уверял, будто нет причин для беспокойства, и
пообещал, что к февралю съемки возобновятся. Побочный результат действий
Эйба. Подножка от Эйба, пусть даже непреднамеренная, однако... Он так или
иначе вмешивался в ее карьеру. И Белинда не впервые пожалела, что она дочь
всемогущего Эйба Глассмана. Потому что, будь ее отец обычным человеком, она
сейчас работала бы на съемочной площадке.
С ним. Рано или поздно они будут снова работать вместе. Но когда? До февраля
осталось две недели, это не за горами. И попадет она из огня да в полымя.
Как можно одновременно и бояться чего-то, и с нетерпением ждать? Так или
иначе, ей придется держаться от него подальше.
И конечно, мысль о том, что следует держаться от него подальше, заставила
Белинду вспомнить о той ночи, когда они были близки. Ей вспомнилось их
невероятное влечение друг к другу и собственная непростительная глупость:
она не предохранялась. Даже не подумала об этом.
Белинда знала себя: она не была ни глупа, ни забывчива. И если забыла
воспользоваться диафрагмой, то сделала это умышленно. Вопреки здравому
смыслу. Из какого-то упрямства Белинда в глубине души хотела забеременеть от
него.
Может быть, это не удалось.
Господи, что она наделала?!
Она, эмансипированная женщина, подсознательно прибегла к древней как мир
уловке.
Завтра же надо сделать тест на беременность, — подумала
Белинда. — А когда вернусь в Тусон, буду держаться от него подальше. Он
человек опасный
.
В дальнейшем ей придется ограничиться такими мужчинами, как Винс.
Прошлая ночь была полным фиаско. После Форда она не была с мужчиной ни в
Аспене, ни в течение двух последующих недель, а прошлой ночью, для того
чтобы достичь оргазма с Винсом, Белинде пришлось представить, что она в
объятиях Форда. Вот до чего дошло. Бедняга Винс.
В дверь позвонили.
Думая, что это Винс, Белинда открыла дверь.
Мэри Спаццио, улыбаясь, нацелила на нее револьвер.
— Ах ты, мерзкая сучка! — прошипела она.
Часть третья
ЛЖЕЦЫ Январь 1988 года Она ненавидела его.
Как он может?
Господи, все эти звуки — Мелоди не могла заснуть всю ночь.
И этот смех. Его смех. Низкий, невероятно чувственный, невероятно
возбужденный. С ней он никогда так не смеялся. Мерзавец.
Мелоди хотелось уйти от Джека, умереть или убить его.
— Мел! — крикнул он из кабинета.
— Пропади ты пропадом, — пробормотала она, очень довольная
собственной дерзостью.
— Что это, черт возьми, за история с
Возмущением
? — Джек подошел
к двери. — Что означает вся эта чушь насчет
приостановки съемок
на
неопределенное время?
Судя по его виду, он тоже недоспал прошлой ночью, — злорадно подумала
Мелоди. — Но как он смеет? Разве не знает, что я люблю его?
— Тед должен перезвонить мне, как только освободится, — спокойно
сказала Мелоди.
— Его безмозглая секретарша говорит это уже в течение двух
недель! — возмущенно воскликнул Джек. — Господи, Мел, сегодня
шестнадцатое число! Поезжай туда и выясни, что происходит!
— Нам известно, что происходит, — невозмутимо заметила Мелоди.
— Они ведут себя так, будто не знают, кто я такой! — возмущался
Джек. — Как будто со мной и не подписывали один из самых крупных
контрактов в истории
Северной звезды
! Будто я какой-то неопытный юнец, как
это было когда-то!
— Когда компания переходит в другие руки, всегда изменяется
политика, — не слишком убедительно пояснила Мелоди.
— Новая политика, говоришь? Да это настоящая война против меня! Сначала
переход компании в другие руки, потом приостановка съемок
Беренджера
, а
теперь это! И я связан по рукам и ногам этим чертовым эксклюзивным
контрактом! Я готов убить этого Сандерсона!
—
Северная звезда
перешла в другие руки.
Беренджер
не будет выпущен
на экраны. Съемки
Возмущения
отложены, — перечисляла Мелоди,
наблюдая, как темнеет лицо Джека. — Разве Сандерсон не просил тебя не
волноваться? Тебе платят, Джек.
— Ты как будто радуешься этому? — Бросив на нее сердитый взгляд,
он скрылся в своем кабинете и хлопнул дверью.
Мелоди надеялась, что Джек злится и на нее тоже.
Когда-то он был очень чуток. Нет, не так. Когда-то Мелоди казалось, что Джек
чуток. Но теперь она поняла, что он ничем не отличается от любого другого
красавца актера — эгоистичный, самовлюбленный и властный. Мелоди ощущала
страшную обиду. Каждую ночь она плакала, пока не засыпала. Сидя рядом с
Джеком в кресле подъемника, она с трудом сдерживалась, чтобы не разрыдаться
у него на глазах. Нередко Мелоди спускалась на лыжах с горы вслепую, потому
что слезы застилали глаза.
Она подняла телефонную трубку. Тед Маджорис все еще был на совещании. Она
попросила к телефону Ника Фелтона. Он тоже был на совещании, но Мелоди не
сомневалась: он ей перезвонит.
Ники, ассистент продюсера
Беренджера
, был неравнодушен к Мелоди. И всегда
знал, что происходит. Мелоди и сама пока не понимала, зачем ей это нужно: то
ли она выполняла свою работу, то ли ею руководили какие-то смутные мысли о
мести.
— Привет, любовь моя, — сказал, возникая на пороге, Лансинг.
Мелоди вздрогнула от неожиданности. — Так как насчет сегодняшнего
вечера?
Он сидел, уставившись в пространство.
В пространство или на газон за окном и дальше — на дорогу или на склоненную
голову учителя, так поглощенного чтением книги, что не замечал ничего
вокруг.
Вот и хорошо
, — думал Рик.
Он терпеть не мог зал для самостоятельных занятий.
Мальчишка лет двенадцати рисовал что-то на крышке стола. Несколько ребятишек
действительно занимались. Какой-то рыжий паренек беззвучно отбивал ногой
неслышимый ритм. Две девчонки справа общались друг с другом на языке жестов.
Когда учитель поднял голову, в классе стояла полная тишина, все застыли. Как
только он снова опустил голову, рисование, отбивание ритма и оживленный
разговор на языке жестов продолжились. Рик заметил, что у рыжего парнишки
надеты наушники. Везет же некоторым!
Одна из девчонок сунула ему записку:
Ты действительно брат Джексона Форда?
Рику стало противно. Все девчонки одинаковы. До него им нет никакого дела,
их интересует только его звездный братец.
Пришла еще записка:
Ты встречаешься с Лидией Каррера?
Это еще что за новости? Да, Рик поболтал с ней пару раз — и все.
Рик нацарапал на клочке бумаги:
Нет
, — и передал записку через плечо.
Девчонки захихикали. Учитель резко вскинул голову.
— Что происходит? — Он обвел каждого пристальным взглядом. Взгляд
его остановился на рыжем парне, который не успел вытащить из уха
наушник. — Брайан Ли! Немедленно положи сюда приемник.
Брайан подчинился, но был явно расстроен.
Десять часов. Рик чувствовал, что умрет от скуки. Невыносимо медленно
тянулись минута за минутой. Вдруг он заметил какое-то движение за окном. На
дереве вниз головой висела Лидия, словно веселая, довольная обезьянка. Рик
чуть не расхохотался. Она корчила гримасы. Ее рубашка спустилась на грудь,
обнажив плоский смуглый живот. Рик с надеждой ждал, не обнажатся ли груди.
Она снова скорчила рожицу, и Рик расхохотался. Он сразу же замолчал, но было
поздно.
— Рик Форд! Почему ты смеешься?
— Просто так, — ответил Рик, не смея еще раз взглянуть в окно.
Адам был не дурак.
Вернувшись в свой номер и закрыв за собой дверь, он стал обдумывать
ситуацию. Адам видел, как Белинда ушла с вечеринки у Келлеров вместе с
Фордом. Она сказала ему, что у нее разболелась голова, и настояла на том,
чтобы он не провожал ее. За кого Белинда его принимает, за полного идиота?
Почти шесть месяцев назад она точно так же поступила с ним на вечеринке у
Маджориса. Значит, Белинда уже дважды обманула его ради этого жалкого
актеришки.
Адам еще тогда был взбешен, потому что Форд перебежал ему дорогу.
И потому, что эта сучка предпочла ему Форда, мерзкого жеребца.
Тогда Адам впервые почувствовал неприязнь к Белинде Глассман. Теперь он
ненавидел ее.
Адам потратил полгода, бегая за ней, ухаживая, ублажая ее — играя роль
безупречного джентльмена. А она предпочла ему это ничтожество. Адаму
хотелось как следует проучить ее — схватить и безжалостно оттрахать, как
последнюю дрянь.
Он, конечно, не сделает этого.
Адам человек здравомыслящий и не склонен к неразумным поступкам. Он не
намерен проиграть эту битву. Белинда Глассман от него не уйдет.
Стоило ему вспомнить о
Глассман энтерпрайзиз
и связанных с этим миллиардах
долларов, как Адам сразу же понимал, что не может позволить Белинде уйти.
— Вижу, ты дома, — раздался голос.
Адам взглянул в сторону двери и улыбнулся.
В дверях стояла, улыбаясь ему, Сериз. Темнокожая, красивая, высокая, в
лифчике с отверстиями для сосков и в штанишках с прорезью в промежности.
Пенис Адама тут же отреагировал на ее появление. Адам подошел к Сериз,
любуясь крупными, твердыми коричневыми сосками.
— У меня для тебя сюрприз, — промурлыкала она, отводя его руки,
потянувшиеся к ее груди.
Адам последовал за ней в спальню, на ходу стянув свитер и бросив его на
кресло. Он остановился на пороге и замер.
Лежавшая на его кровати азиатка, маленькая и худенькая, была полной
противоположностью высокой пышнотелой Сериз. Кроме черных чулок, на ней
ничего не было. Ее соски — крошечные и заостренные — были подкрашены
красным, лобковые волосы выбриты, ноги широко раскинуты, как и положено
проститутке. Сериз фыркнула.
— Ложись на нее, — сказал Адам, — а я пока разденусь.
Мэри понимала, что находится на пороге ужасного срыва, может быть, даже
безумия. Звонил телефон, но она не брала трубку. Вокруг валялись сегодняшние
газеты. Все они были развернуты, прочитаны и отброшены в сторону. Ни слова.
Она не нашла в них ни слова о случившемся.
О Господи!
Если Белинда Глассман мертва, то к ней, несомненно, с минуты на минуту
постучится в дверь полиция. Она ждала их в любую минуту вот уже восемнадцать
часов, с тех самых пор, как вчера вечером выстрелил ее револьвер. Мэри
показалось, что к дому подъехала машина. Она вскочила, подбежала к окну и
выглянула из-за шторы. Никого. Наверное, у нее начались слуховые
галлюцинации.
Она взмокла от пота.
Ей никогда не забыть взгляда Белинды, когда прозвучал выстрел. Белинда
хотела выхватить у нее револьвер, но Мэри сопротивлялась, хотя Белинда была
сильнее ее. Потом раздался выстрел. Белинда вдруг выпустила из рук
револьвер, лицо у нее побледнело, глаза широко раскрылись, и она
пошатнулась. Над ее левой грудью появилось маленькое красное пятнышко,
которое быстро увеличивалось. Она вскрикнула и опустилась на пол.
Правда, Мэри сразу же поняла, что кричала не Белинда, а она сама.
— Вызови
скорую
, Мэри, — сказала Белинда.
Остолбенев от ужаса, Мэри лишь постанывала, она глотала ртом воздух, не в
состоянии ни двинуться с места, ни думать.
— Мэри! Вызови
скорую
! Пожалуйста!
Мэри видела, как Белинда закрыла глаза. О Боже! Она умирает. Может, уже
умерла! Мэри вышла из оцепенения и бросилась вниз по ступенькам к своей
машине. Потом вспомнила о револьвере, на котором могли остаться отпечатки ее
пальцев. Она вернулась и схватила револьвер. Потом помчалась к машине, села
и взяла с места на первой скорости. Пот струился по ее лицу, застилал глаза.
Мэри заставила себя сбавить скорость до дозволенных пределов.
А вдруг Белинда жива?
Мэри остановилась у автомата и вызвала
неотложку
, повесив трубку сразу же,
как только назвала адрес и сказала, что это огнестрельное ранение. Потом
снова села в машину и не останавливалась, пока не добралась до дома. Она
долго сидела в машине, откинувшись на спинку сиденья и так крепко вцепившись
в руль, что побелели костяшки пальцев.
— О Господи, только бы она не умерла, — без конца повторяла Мэри.
Она понимала, что за ней могут прийти в любую секунду. Полицейские и
внимания не обратят на то, что Мэри выстрелила случайно. Она скажет, будто
не знала, что револьвер заряжен. Мэри тщательно стерла с него отпечатки
пальцев. Копы не найдут револьвер, если она положит его на место. Конечно,
было бы надежнее выбросить его в океан, например, но тогда Винс начнет
расспрашивать, что произошло. Нет, револьвер надо оставить там, где он
всегда лежал.
Мэри не хотела, чтобы Белинда умерла. Но ведь, выжив, она расскажет полиции,
что произошло, — и что тогда? Мэри посадят в тюрьму. Она это понимала.
Мэри включила радио, чтобы послушать новости. Сообщений о том, что в кого-то
стреляли, а уж тем более что кого-то убили, не было. Пришел домой Винс —
усталый, в отвратительном настроении, но Мэри не хотелось его видеть. Во
всем виноват Винс.
Он поинтересовался, что у них на ужин.
— Отцепись, — огрызнулась Мэри.
Винс обругал ее, вскочил в свой грузовичок и уехал.
Мэри расплакалась. Ведь надо было вести себя так, словно ничего не
случилось. К дому подъехала машина. Вернулся Винс или это полиция? В дверь
постучали. Застонав, она поднялась и пошла открывать дверь. Это пришла Бет.
Истерически рыдая, Мэри рухнула ей на руки.
— Полицейское управление Лагуна-Бич.
Белинда, сидевшая в больничном кресле-качалке, взглянула на офицера в
штатском.
— Это был несчастный случай, — устало сказала она.
Кажется, вчера вечером Белинда уже говорила об этом полицейскому в форме, но
вспоминалось это как в тумане.
— Боюсь, мне придется получить более подробные показания, —
заметил детектив. — Меня зовут Хьюит. Расскажите мне как можно
подробнее, что произошло.
— У вас пять минут, — строго предупредил его доктор Голд. —
Не больше.
Белинде было нечего скрывать.
— У меня интрижка с мужчиной по имени Винс Спаццио. Он женат. Вчера я
открыла дверь, там стояла его жена с револьвером. Судя по всему, она
находилась под воздействием наркотиков. Я не думала, что она выстрелит. Я
попыталась выхватить у нее револьвер. Наверное, это было глупо, но я сильная
и понадеялась, что справлюсь с ней. Мне удалось отобрать револьвер, но после
того, как он выстрелил.
— Это действительно было глупо, — согласился Хьюит. — Но мы
можем предъявить обвинения сразу по нескольким статьям: во-первых, нападение
с целью нанесения физического увечья; затем нападение с применением
огнестрельного оружия, исчезновение с места происшествия...
— Это был несчастный случай, — повторила Белинда. —
Случайность. Она показалась мне такой жалкой. Я не настаиваю на предъявлении
ей обвинений.
Доктор Голд и Хьюит обменялись удивленными взглядами. Медсестра сообщила,
что прибыло такси за Белиндой.
— Уверен, вы еще передумаете, — сказал Хьюит, — но в любом
случае решать вопрос о судебном преследовании будете не вы, а окружной
прокурор. А мне нужно написать отчет. Значит, Спаццио?
— Да, — слабым голосом подтвердила Белинда.
Доктор Голд подкатил ее кресло к выходу, пояснив, что так принято в их
больнице. Белинда была польщена и благодарна. Он обнял ее за талию и помог
подняться. Она чувствовала себя безумно усталой, и все ее тело болело.
Доктор помог ей спуститься по широким ступеням к поджидавшему у входа такси.
— Как можно больше отдыхайте, — сказал он. — А ровно через
неделю милости просим ко мне.
— Будет исполнено, сэр, — пошутила Белинда и, совершенно
измученная, опустилась на заднее сиденье машины.
Рука у нее была в гипсовой повязке, но ведь стреляли-то не в руку? Пуля
прошла рядом с ключицей, к счастью, не задев ее. Ранение было сквозное.
Проведя в больнице чуть более суток, Белинда настояла на том, чтобы ее
отпустили домой. Она терпеть не могла больниц.
Голд предложил Белинде позвонить кому-нибудь из родственников или другу,
чтобы за ней приехали и побыли с ней несколько дней. Звонить было некому.
Белинда еще вчера, когда пришла в себя и ее везли из приемного покоя в
палату, осознала, насколько она одинока. Разве кому-нибудь есть до нее дело?
И разумеется, она подумала — и не впервые — о Джеке Форде. Как он поступит,
узнав, что в нее стреляли, что она лежит больная, совсем одна?
Она ему не перезвонила.
А из больницы ее выписали.
Эйб был взбешен. Подумать только, если бы медсестра не связалась с ним, он
даже не узнал бы, что в Белинду стреляли!
Не имеет значения, что доктор сказал, что ее жизни не угрожает опасность и
она лишь чувствует слабость. Не имеет значения, что лейтенант Хьюит заявил
ему то же самое. Эйб долго ждал, когда Белинда поднимет телефонную трубку, а
как только включился автоответчик, начал орать. Он знал, что она дома. И,
черт возьми, желал узнать, что произошло!
— Не ори, я здесь, — ответила наконец Белинда сонным голосом.
— Что, черт возьми, случилось? С тобой все в порядке? — продолжал
кричать Эйб.
— Эйб, насколько я понимаю, ты узнал, что в меня стреляли. Это пустяки.
Если тебе не все равно, то сообщаю: со мной все в порядке. Я спала.
— Голд просил тебя остаться в больнице еще несколько дней. Господи!
Может, ты хоть раз послушаешь кого-нибудь?
— Какая разница? — устало отозвалась Белинда.
— Ты там совсем одна, вот какая разница. Кстати, мать уже едет сюда, и
мы посылаем к тебе сиделку. А теперь говори, что, черт возьми, произошло?
— Мне не нужна сиделка, — решительно заявила Белинда. — Нэнси тоже незачем приезжать.
— Она уже в пути. А ты хотя бы один-единственный раз окажи мне
любезность и не перечь, — сердито обрезал ее Эйб. — А теперь
выкладывай, что случилось!
— Это произошло случайно. Жена моего любовника примчалась сюда под
кайфом и с револьвером в руке. Я попыталась отобрать револьвер, а он
выстрелил.
— Какая глупость! Эта ничтожная сучка за нападение с применением оружия
может получить десять лет, и уж я позабочусь о том, чтобы получила! Вот
мерзавка!
— Не горячись, Эйб, — помедлив, сказала Белинда. — Ее надо
лечить от наркомании, а не сажать в тюрьму. К тому же я не выдвигаю против
нее обвинения.
— Что ты говоришь?!
— Что слышишь. Наверное, мне ее жаль. Ей, конечно, не следовало
угрожать заряженным пистолетом, но, согласись, ее можно понять: ведь я
действительно спала с ее мужем последние шесть месяцев. Я просила полицию
замять это дело.
— Иногда ты бываешь очень умна, но временами мне кажется, что у тебя
напрочь отсутствуют мозги. Нельзя позволять этой сучке шутить с тобой шутки,
Белинда, слышишь меня? Она сумасшедшая! Думаешь, она извлечет из
случившегося урок? Черта с два! А что, если ей взбредет в голову попытаться
еще разок? А?
— Не взбредет, — прервала отца Белинда. — Вот увидишь.
Послушай, я не очень хорошо себя чувствую. До свидания, Эйб.
— Не смей бросать трубку, когда я говорю!
— Но мне нужно побольше спать, чтобы поправиться и снова приступить к
работе.
— Забудь об этом. Разве тебя не известили? Съемки
Возмущения
откладываются.
— Что?!
— Успокойся.
— Что значит
откладываются
? Мне говорили, съемки возобновятся в феврале. Что ты затеял, Эйб?
— Ничего, — сказал он. Это был один из редчайших случаев в жизни
Эйба, когда он раскаивался в содеянном. Но не в том, что отложены съемки, а
в том, что поднял этот вопрос именно сейчас. — Все дело в том, что
необходимо пересмотреть бюджетную смету, — стараясь сгладить ситуацию,
пояснил он.
— Я так и знала, ты что-то затеваешь... Я это чувствовала.
— Белинда, ложись спать и ни о чем не беспокойся. А этой мерзавкой я
сам займусь.
В трубке послышались короткие гудки.
— Проклятие! — Он с грохотом положил телефонную трубку. Эйб и не
подозревал, что эта маленькая сучка Мэри сумасшедшая. И на какое-то
мгновение испытал сожаление, потому что, видит Бог, она лакомый кусочек.
Но никому, никому на свете не дозволено шутить с Глассманом! И с тем, что
ему принадлежит. А Белинда, хоть и мятежница, его плоть и кровь, его дочь,
которая когда-нибудь станет матерью его внука. Эйб набрал номер Мэри.
Номер не отвечал.
Что за черт! В любом случае ему придется заняться этим делом самому.
У него зазвонил телефон. Как ни странно, звонила секретарша Маджориса.
— Минуточку, — сказала она.
Джека прошиб пот. Потом подошел Тед и наигранно жизнерадостным тоном
поздоровался с ним.
— Привет, Тед, — спокойно ответил Джек. — Объясни, что
происходит? Еще на прошлой неделе ты сам отвечал на мои звонки, а теперь я
потратил два дня, чтобы пробиться к тебе.
— Джек, дорогой мой, успокойся. Ус-по-кой-ся! У меня были очень
серьезные проблемы с фильмом, который снимался в Бразилии. Очень серьезные!
Двое ведущих актеров безумно влюбились друг в друга — не по роли, — и
нам удалось снять великолепные любовные сцены. А когда настало время снимать
основные сцены, они успели разругаться в пух и прах и ведут себя на сцене,
как злейшие враги...
— Остановись, Тед.
— ...не говоря уже о том, что половина съемочной бригады слегла с
пищевым отравлением. Мне пришлось самому лететь туда и вытряхнуть душу из
Боба Дира. А что касается Барбары...
— Тед, меня, черт возьми, совершенно не интересует судьба какого-то
вонючего фильма в Бразилии! Почему, скажи на милость, я должен узнавать о
судьбе
Беренджера
от какого-то репортера? Почему, ответь, люди из моей
студии не могут позвонить мне и сказать, что происходит? — Джек
попытался сдерживаться и не повышать голос.
— Джек, малыш, все под контролем. Все идет прекрасно. Тебе абсолютно не
о чем беспокоиться. Я тебе обещаю.
— Значит,
Беренджер
выйдет на экраны?
— Вероятнее всего, только немного позднее.
— Что ты плетешь? — перестав сдерживаться, заорал Джек. — И как насчет
Возмущения
?
Потом, как назло, он услышал в трубке зуммер интеркома Маджориса, и его
секретарша сообщила, что пришел Джордж Мастерс.
— Джек, у меня очень важная встреча. Я тебе позвоню. Не беспокойся.
— Ну уж нет, Тед. Я два дня пытался связаться с тобой. Так что давай-ка
встретимся. Нам необходимо поговорить!
— О Господи! — взмолился Маджорис. — Ладно, завтра. В
Поло-
Лонж
, в час дня. — Он повесил трубку.
— Спасибо, — сказал Джек трубке, в которой раздавались короткие
гудки.
Всегда так в этом городе. Уж если ты популярен, так популярен. Перед тобой
пресмыкаются, тебе льстят. А когда все кончается, это сразу заметишь: тебе
перестают лизать задницу. И теперь Джек это чувствовал. В январе в Лос-
Анджелесе бывает холодно, но он ощущал вокруг арктический холод. Его
избегали, как прокаженного, с ним обращались, как с неудачником.
Сукин сын Глассман. И тут без него не обошлось.
Теперь он хозяин
Северной звезды
. Пожелай Глассман — и
Беренджер
через
месяц будет выпущен на экраны. Все в его власти. То же относится и к
возобновлению съемок
Возмущения
. Ну а если он не пожелает...
Неужели этот человек готов из-за него потерять восемь милл
...Закладка в соц.сетях
