Любить и помнить
Слэйду Деланса, отчаянно пытающемуся спасти от разорения фамильное ранчо,
остается последнее средство — жениться на деньгах. Точнее, на сказочно
богатой невесте умершего брата Элизабет Синклер. Чего Слэйд точно не ожидал,
так это того, что невеста-незнакомка окажется необыкновенно хороша собой.
Лето 1899 года
— А вы, миледи? Вы тоже выйдете замуж за герцога, как и ваша сестра?
На лице Регины мелькнуло слабое подобие улыбки.
— Не думаю, миссис Шронер. Моей сестре просто повезло. Я не могу
рассчитывать на подобную удачу.
— Но ваш отец как-никак граф!
Регина бросила взгляд в окно, на степенно проплывающие мимо острые, словно
вонзающиеся в небо, горные пики.
— Граф — птица невеликая, герцогу не чета.
В ее памяти всплыл день накануне отъезда родителей из Америки в Англию.
Тогда Регина решительно отказалась отправиться вместе с ними, и ее отцу,
графу Дрэгмоуру, пришлось разрешить ей погостить у техасских родственников
еще немного. Регина была рада этому — ей все еще было тяжело вспоминать о
Британии, в особенности о лорде Гортензе, некогда ее горячем поклоннике,
который, посватавшись и получив от отца Регины отказ, как-то чересчур скоро
объявил о своей помолвке с другой девушкой.
И вот теперь Регина и ее
дуэнья
ехали вместе с дюжиной пассажиров в вагоне
первого класса поезда железнодорожной компании
Сазерн Пасифик рэйлроудз
коуст лайн
.
Их спутники, в основном мужчины, большей частью были заняты разговорами или
погружены в изучение газет.
— Такая красавица, как ты, может выйти замуж за любого, — уверенно
произнесла миссис Шронер.
— Отец, наверное, уже выбрал мне кого-нибудь, — ответила Регина
негромко — она не хотела, чтобы ее слышали посторонние.
У миссис Шронер округлились глаза.
— Он выбрал... что?
Регина попыталась изобразить на лице беззаботную улыбку — ей не хотелось,
чтобы миссис Шронер знала, как угнетает ее мысль о предстоящем замужестве.
Она, несмотря ни на что, продолжала любить Рандолфа Гортенза. Однако вряд ли
ей вообще будет суждено снова его увидеть. Регина никогда не шла против воли
отца и никогда бы не осмелилась поступить так своевольно, как это сделала
Николь. К тому же Регине было всего восемнадцать лет и лишь два года назад
она впервые появилась в свете. Наверняка, как только она вернется домой, ее
отец вручит ей список фамилий тех молодых людей, одного из которых он
согласится принять в качестве зятя.
— Неужели в Британии до сих пор браки устраиваются родителями? Отец
действительно ищет тебе жениха?
— Думаю, это не так плохо, — ответила Регина.
— Но посмотри на свою кузину Люси! Она сама познакомилась с Шозом
Сэвиджем — и как она сейчас счастлива!
Знаешь, что писали в газетах после их венчания? Что это была свадьба
столетия!
Регина улыбнулась:
— Да, это было очень впечатляюще. — Она вместе с семьей прибыла в
Техас именно на это венчание и была тогда рада возможности оставить Англию и
избавиться от необходимости видеть в обществе и лорда Гортенза, и его
счастливую невесту.
— Скоро у тебя будет такая же свадьба, моя милая. Хотя нет, поскольку
твое происхождение выше, твое венчание будет еще великолепнее!
— Без сомнения, — чуть слышно произнесла Регина; ее губы тронула
печальная улыбка. Она мечтала не о пышной свадьбе, а о любви. Теперь воля
отца ее этой любви лишила.
Из невеселых размышлений Регину вывел стук колес, раздававшийся все реже.
— Нам осталось уже совсем немного до Пасо-Роблес, — произнесла
миссис Шронер, вглядываясь в пейзаж за окном. — Перед тем как
отправиться обратно в Техас, я обязательно попробую здесь полечиться. В этом
городе есть знаменитые грязевые ванны.
— Да, я о них слышала, — подтвердила Регина. — Отель
Эль-Пасо-де-
Роблес
славится на всем побережье. Так по крайней мере говорил мне мой
дядя.
Она намеревалась остаться в этом отеле на уик-энд, чтобы в понедельник
отправиться на север, в Сан-Франциско, — Регине уже начала надоедать
безжизненная, выжженная солнцем земля Техаса. А где-то в сентябре придется
покинуть и Сан-Франциско — больше она не сможет оттягивать возвращение домой
и встречу с человеком, которого выберет ей отец.
Регина приподняла тяжелую бархатную занавеску, чтобы еще раз взглянуть на
проплывающие мимо горы, желтые от выгоревшей травы. Время от времени из-за
холмов показывалось русло извивающейся, словно змея, высохшей реки Салинас.
Регину подавляла безжизненность этой земли, и одновременно от высоты и
величия гор у нее буквально захватывало дух.
— Такая красавица, как ты, заслуживает принца, — решительно
объявила миссис Шронер, словно подводя итог раздумьям о своей подопечной.
Тем временем стук колес стал совсем редким.
— Почему мы замедлили ход? — Регина почувствовала безотчетную
тревогу.
Достав из сумки порядком измятое расписание, она внимательно всмотрелась в
колонку цифр. Двадцать минут назад поезд сделал остановку в Санта-Маргарите.
До следующей станции было еще далеко.
— Мы должны остановиться в Темплтоне, а потом — в Пасо-Роблес. Но мы до
них еще не доехали.
— По всей видимости, какой-то фермер попросил остановить поезд, —
высказала предположение миссис Шронер. — Тебе нет нужды волноваться.
Регина решила, что ее опекунша скорее всего права. Она отвернулась от окна,
намереваясь опуститься на сиденье, но тут воздух расколол звук выстрела.
И сразу за выстрелом откуда-то из соседнего вагона донесся полный страха
женский крик. У Регины бешено заколотилось сердце. Резко обернувшись, она
попыталась вслушаться в возгласы и шум борьбы в соседнем вагоне.
Миссис Шронер сжала ее руку, пытаясь успокоить, — и тут же следом за
еще одним выстрелом из соседнего вагона донесся целый всплеск полных страха
выкриков, среди которых были и детские.
Боже! — пронеслось в голове Регины. — Это ограбление
.
В вагоне поднялась суматоха. Мужчины повскакивали на ноги, не зная, что
предпринять. Женщины оставались на своих местах, бледные как мел, некоторых
трясло от страха.
Раздался еще один выстрел, а за ним долгий душераздирающий, полный ужаса
вопль — Регина никогда не слышала ничего подобного.
Прошло всего мгновение, и в вагон ввалился высокий человек в маске. Подняв
дуло огромного револьвера, он отрывисто выкрикнул:
— Всем оставаться на местах! Кто сделает хотя бы движение, станет
покойником!
Регина и миссис Шронер оказались на противоположной от грабителя стороне
вагона. Регина стояла неподвижно, словно оцепенев. Она никак не могла
поверить в происходящее.
Другие пассажиры тоже словно застыли — только женщины по-прежнему не
переставали рыдать.
Грубо схватив одну их них, стоящую ближе всех к нему, налетчик с силой
рванул из ее ушей серьги. Женщина вскрикнула от боли и попыталась вырваться,
но грабитель наотмашь ударил ее по лицу. Регина с ужасом наблюдала, как
женщина, опершись о стену, медленно оседает на пол; пересекая бледную щеку
тонкой струйкой, кровь капля за каплей падала на ее жакет.
Нисколько не смущенный видом крови, грабитель наклонился над женщиной и
начал стаскивать у нее с шеи жемчужные бусы. Заметив слезы на глазах жертвы,
он осклабился:
— Может, мы еще и тебя захватим с собой.
Женщина слабо вскрикнула. Довольный произведенным эффектом, налетчик
выпрямился и, повернувшись к невысокому мужчине, выхватил из кармана его
жилетки часы, а затем бумажник.
Регина вдруг почувствовала, что ее бьет дрожь. До нее наконец дошло, что все
это не кошмарный сон — их грабят, грабят грубо и жестоко, а угроза бандита
может относиться и к ней. Но она никак не могла стряхнуть с себя оцепенение
и что-либо предпринять. Внезапно ей в голову пришла спасительная мысль, что
дверь, ведущая в другой вагон, совсем рядом. Может, тот вагон тоже захвачен
налетчиками? Вряд ли — оттуда не было слышно ни звука. Но даже если
налетчиков там и нет, через несколько минут они там появятся.
Чувствуя отчаяние от этой безысходной мысли, Регина прижала руки к сердцу —
оно колотилось как бешеное.
Когда грабитель начал выворачивать карманы следующего пассажира, с силой
ударив его, чтобы тот не протестовал, Регину словно обдало волной ужаса.
Холодный пот, катившийся со лба, на какое-то мгновение ослепил ее, но,
моргнув, она увидела, что налетчик, сунув бумажник в карман, делает шаг
вперед.
Регина с трудом проглотила ком в горле. Нет, она не будет больше ждать!
Повернувшись, она бросилась к двери и почувствовала спиной, что грабитель
повернулся к ней.
— Стой! — выкрикнул он.
Схватив металлическую ручку, Регина рванула ее вниз и дернула на себя
тяжелую дверь. Выскочив на заднюю платформу, она издала крик отчаяния —
поезд все еще двигался слишком быстро, чтобы можно было спрыгнуть. Но она
должна была сделать это.
