Тест на любовь

страница №3

...рнулась и презрительно
посмотрела на Джоди. — Он говорил, что собирается жениться на тебе
только из-за этого замка? Потому что если он не женится, то не сможет его
унаследовать?
Эта женщина, должно быть, и есть тот человек, который действовал в своих
интересах, подумала Джоди. Хотя ей было больно, девушка решила, что больше
никому не позволит жалеть себя, и придала своему лицу невозмутимое
выражение. Неужели Лоренцо действительно собрался жениться на незнакомой
женщине только для того, чтобы получить эту мрачную крепость?
— Он не может жениться на такой женщине, как ты, — ядовито
произнесла Катерина.
Эти слова оскорбили Джоди, напомнив то, что сказала ей Луиза, и задели ее
гордость. Глубоко вдохнув, она с достоинством заявила:
— Но он женится на мне.
В свое время она мечтала сказать это Луизе. Несколько секунд Джоди
находилась в пьянящем состоянии эйфории, игнорируя внутренний голос, который
просил ее быть осторожнее.
Даже услышав яростный вопль Катерины, и почувствовав исходящий от нее запах
алкоголя, она не осознала опасность ситуации. Катерина подняла руку, чтобы
залепить ей пощечину, но тут вмешался Лоренцо. Перехватив руку своей
взбесившейся родственницы, он выпалил:
— Basta! Хватит!
— Ты не можешь так со мной поступить! Я тебе этого не позволю! —
выпалила Катерина.
От ее голоса у Джоди звенело в ушах. Она дрожала всем телом.
— Ты соберешь свои вещи и немедленно уедешь из Кастильо, —
приказал Лоренцо Катерине.
— Я имею такое же право находиться здесь, как и ты. Запомни, пока ты не
женишься, Кастильо принадлежит нам обоим. А ты не...
— Basta! — крикнул Лоренцо,
хорошенько встряхнув Катерину.
Джоди вздрогнула, словно получила удар хлыстом по обнаженной коже. Не
обращая на нее внимания, Катерина начала жаловаться Лоренцо:
— Ты обидел меня. Завтра будет синяк... — Перейдя на итальянский, она
что-то мягко сказала ему, затем издевательски рассмеялась.
Джоди терпеливо ждала. Интуиция подсказывала ей, что Лоренцо и Катерина когда-
то были близки. Были... или продолжают быть? В любом случае сейчас они явно
относятся друг к другу с презрением и неприязнью. По крайней мере, Лоренцо.
— Он тебя использует. Ты знаешь это, не так ли? Получив, что ему нужно,
он выбросит тебя как ненужную вещь, — злобно крикнула ей Катерина, а
затем ушла, громко хлопнув дверью.
Не обращая никакого внимания на произошедшее, Лоренцо властно произнес:
— Пойдемте. Я провожу вас в вашу комнату.
После сцены с Катериной Джоди почувствовала, что не может унять дрожь. Как и
после разговора с Луизой. Лоренцо уже стоял у двери, за которой скрылась
Катерина, и Джоди пришлось поспешить, чтобы догнать его. За этой дверью
находился еще один коридор, в конце которого неожиданно оказалась
внушительная мраморная лестница.
— Эта часть замка была реконструирована в эпоху Возрождения, —
пояснил Лоренцо, поймав ее удивленный взгляд.
Поднявшись, Лоренцо свернул направо по коридору, освещенному старинными
светильниками. Впереди Джоди увидела богато украшенную двустворчатую дверь.
— После развода моих родителей бабушка переделала это крыло Кастильо
специально для меня, — сообщил Лоренцо, открывая дверь. — Джино
всегда говорил...
— Джино? — с любопытством переспросила Джоди.
— Мой кузен и покойный муж Катерины.
— Значит, она вдова? — Да.
— Она живет здесь?
Его губы скривились в циничной ухмылке, но во взгляде была горечь.
— У нее есть квартира в Милане, но когда бабушка заболела, она
переехала сюда. — Он нахмурился, затем резко заявил: — Вы задаете
слишком много вопросов. Уже поздно, а у меня еще есть дела. Завтра я
расскажу все, что вам нужно знать. Запомните: остальные должны быть уверены,
что между нами все серьезно.
— Катерина сказала, что ваша бабушка хотела, чтобы вы женились на
ней, — не удержалась от замечания Джоди.
Его губы сжались в тонкую линию, и она пожалела о своих словах.
— Она лгала, — отрезал Лоренцо. — Это она хотела выйти за
меня, чтобы получить титул герцогини и богатство. Катерина доказала, что
готова продаться тому, кто заплатит самую высокую цену.
Джоди очень хотелось узнать больше, но взгляд Лоренцо красноречиво сказал
ей, что тема закрыта. Когда Джоди вошла в комнату, ее любопытство сменилось
удивлением. Она оказалась очень просто и современно обставленной. Стены были
выкрашены в мягкий кремовый цвет, на полу лежал толстый ковер, на котором
стояли два больших кожаных дивана.

— Старые панели сняли во время войны, когда Кастильо был
захвачен, — сообщил ей Лоренцо. — Тогда был убит первый муж моей
бабушки.
Джоди неожиданно вздрогнула, хотя в комнате не было холодно.
— Где... где комнаты Катерины? — неуверенно спросила она.
— Она занимает парадные апартаменты, в которых раньше жила
бабушка, — небрежно бросил Лоренцо и, прежде чем Джоди успела задать
следующий вопрос, продолжил: — Завтра придет мой поверенный, и мы обсудим
условия брачного договора.
Джоди напряглась.
— Я думала...
— Вас Катерина так напугала? Вы ее боитесь?
— Нет! — решительно возразила Джоди. — Я совсем ее не боюсь.
Лоренцо недоверчиво приподнял темную бровь.
— Дело не в этом, — настаивала Джоди, — но если вы правда
собираетесь на мне жениться, тогда я хочу...
— Да? — Все было именно так, как думал Лоренцо. Она уже
просчитала, сколько можно из него вытянуть. — Что вы хотите? Два
миллиона вместо одного?
Джоди негодующе посмотрела на него.
— Нет. Я уже говорила, что мне не нужны ваши деньги.
— Тогда что?
— Вы поедете вместе со мной на свадьбу Джона и Луизы.
Она задержала дыхание, ожидая, что он не согласится. Что ж, тогда у нее
будет повод отказаться от участия в его безумном плане.
Но вместо этого Лоренцо мягко обвинил ее:
— Вы все еще хотите его?
— Нет! Я лишь...— Она замолчала и покачала головой. — Я не обязана
ничего вам объяснять. Это мое условие. Примете вы его или нет, решайте сами.
Пусть он откажется, пожалуйста...
— Очень хорошо. Мы поедем на свадьбу вашего бывшего жениха, но только
как муж и жена.
Джоди почувствовала, как все ее тело расслабилось от облегчения. Облегчение?
Из-за того, что она передала контроль над своей жизнью в руки высокомерного
незнакомца?
— Пойдемте со мной...
Усталая Джоди проследовала за Лоренцо в кабинет, затем он показал ей, где
находится комната для гостей.
Как и другие помещения, эта была отделана и обставлена в простом современном
стиле, но все внимание Джоди было приковано к огромной кровати. Нога так
болела, что она начала прихрамывать.
— Двери рядом с кроватью ведут в гардеробную и ванную, — пояснил
Лоренцо. — Я уже послал за вашим чемоданом. Вы голодны?
Джоди покачала головой. Ей было не до еды. Все, чего сейчас хотелось, —
это лечь. Но когда она сделала шаг, поврежденная нога, уставшая от
длительной поездки, неожиданно подвернулась. Джоди непременно упала бы, но
Лоренцо вовремя подхватил ее. Он сделал это так резко, что она застонала от
боли.
— Diablo! Что с вами?
— Ничего. Это из-за ноги, — сказала Джоди, отталкивая его и пытаясь сохранить равновесие.
Но было слишком поздно. Нога не слушалась. Заметив, как Лоренцо нахмурился,
Джоди гордо подняла голову.
— У меня проблемы с ногой. Я попала в аварию и повредила ее. Иногда,
когда она устает... — Девушка отвернулась. — Если вы не захотите
жениться на мне из-за нее...
— Он сказал вам именно это? Мужчина, за которого вы собирались выйти
замуж? — предположил Лоренцо. — Что он отказывается от вас из-за
этого?
Джоди покраснела. Она наговорила слишком много. Виной этому лишь усталость и
стресс, решила она. — Нет.
— Но это было причиной конфликта между вами, — настаивал Лоренцо.
— Он не мог смириться с тем, что у его невесты физический
недостаток. — Джоди небрежно пожала плечами. — Но ведь это
естественно, не так ли? Мужчины любят красивых женщин, и...
— Человеческой натуре свойственно ценить красоту, — сказал
Лоренцо. — Но наивысшая красота приходит лишь через боль и страдания.
Джоди слишком устала, чтобы обдумывать его глубокомысленное замечание.
Вместо этого она мечтательно посмотрела на кровать.
— Я покидаю вас, — произнес Лоренцо, поняв, чего она хочет в
данный момент. — Если вам что-нибудь понадобится, позовите Пьетро. Он
скажет Марии, и она обо всем позаботится.
— Пьетро и Мария, — повторила она. — Это ваши слуги?
— Они присматривают за замком. Их наняла еще бабушка. Они могли бы уйти
на заслуженный отдых, но Кастильо всегда был их домом, и жестоко увольнять
их после стольких лет преданной службы, — предостерегающе добавил
он. — После того, как мы поженимся, я позабочусь о том, чтобы это место
стало более пригодным для жилья.

Они будут жить здесь. У Джоди было очень много вопросов, но сейчас она
слишком устала, чтобы думать о чем-то, кроме отдыха.

ГЛАВА ПЯТАЯ

В ванной, как и в спальне, обстановка была очень простой, но качество
сантехники и мраморной облицовки стен и пола не оставляло никаких сомнений.
Завернувшись в одно из махровых полотенец, принесенных Марией, Джоди пошла в
спальню. Открыв чемодан, она начала искать ночную рубашку. Взглянув на
содержимое чемодана, девушка нахмурилась: там лежало сексуальное нижнее
белье, купленное для медового месяца. Среди, вещей было кремовое кружевное
бюстье, которое она купила, поддавшись внезапному порыву, после того как
Джон в очередной раз отказался ею овладеть.
Тогда Джоди, разумеется, не понимала, что он не хотел близости, поскольку не
любил ее. Сейчас, благодаря Луизе, она узнала, что в то время, как она
восхищалась сдержанностью Джона, он предавался любовным утехам с другой.
Что это вещица делает в ее чемодане? Ответ Джоди нашла в записке, которую
жена ее кузена спрятала в складках ночной рубашки.
Было бы жаль, если бы ты не взяла эти красивые вещи с собой. Кто знает,
вдруг ты встретишь кого-нибудь, кто оценит их. И тебя.
Джоди едва не расхохоталась. Андреа всегда была чересчур сентиментальной. А
Лоренцо еще меньше оценит их — и ее, — чем Джон.
Надев ночную рубашку, она закрыла чемодан и легла в постель.
Выключив компьютер, Лоренцо встал из-за стола. Он отправил несколько
электронных писем. Первое было адресовано его поверенному, второе —
высокопоставленному дипломату, которого он просил помочь побыстрее уладить
все формальности, касающиеся его брака с гражданкой Великобритании. Третье
он отправил кардиналу, своему троюродному брату. К счастью, у Лоренцо был
паспорт Джоди, найденный в папке с документами, которую она оставила на
пассажирском сиденье своей машины. Поверенный должен был составить брачный
договор и подготовить документ, подтверждающий, что в соответствии с
бабушкиным завещанием Лоренцо является единоличным владельцем Кастильо.
Затем он спустился вниз и, пройдя сквозь череду нежилых комнат с их
старинной мебелью и затхлым воздухом, оказался рядом с нужной дверью.
Лоренцо чувствовал, как внутри него нарастает напряжение, но в то же время
предвкушал предстоящую радость. Ради исполнения своего заветного желания он,
если понадобится, готов жениться на дюжине бледных худых англичанок.
Мышцы ноги пронзила судорожная боль, и Джоди проснулась от собственного
вопля.
Выходя из ванной, Лоренцо услышал крик и нахмурился, когда тот повторился.
Обернув полотенце вокруг бедер, он ворвался в комнату для гостей и включил
свет.
Джоди лежала посреди кровати и отчаянно пыталась с помощью массажа
расслабить сведенные мышцы.
Лоренцо сразу же понял, что произошло. Подойдя к кровати, он взял Джоди за
плечи и спросил:
— Что такое? Судорога?
Джоди кивнула и с трудом произнесла:
— Да, ногу свело...
Ее лицо побелело от мучительной боли, и Лоренцо увидел крошечные капельки
пота, выступившие у нее на лбу.
— С вами часто такое бывает?
Почему он ее об этом спрашивает? Боится обременить себя женой, которая
станет для него помехой, пусть даже всего на двенадцать месяцев?
— Нет, только когда я перетружу ее. О!.. — Джоди поморщилась и
громко вскрикнула, когда его сильные пальцы коснулись ее больной ноги.
— Лежите спокойно, — сказал Лоренцо. — Все хорошо, —
добавил он, когда она с опаской посмотрела на него. — Я знаю, что
делаю.
Джоди непременно попыталась бы освободиться, но судорога повторилась.
Лоренцо выругался и, игнорируя ее протесты, начал массаж.
Сейчас, когда на девушке была короткая ночная рубашка, он обнаружил, что был
прав насчет длины ее ног. Он также заметил, что одна из них немного тоньше
другой и под коленом виднеется узор из тонких шрамов.
Когда боль усилилась, Джоди даже не осознала, что изо всех сил вцепилась в
руку Лоренцо, чтобы не закричать. Этот приступ был сильнее предыдущих.
Подождав, пока Джоди ослабит хватку, Лоренцо освободил свою руку и начал
массировать сведенные судорогой мышцы. Джоди попыталась вырваться, но вдруг
почувствовала, что боль постепенно утихает.
— Расслабьтесь, — посоветовал Лоренцо. Его рука двигалась вверх, и
когда она коснулась подола ночной рубашки, Джоди почувствовала спазм внизу
живота, что не имело никакого отношения к переутомлению.
— Судя по шрамам, вы, должно быть, подверглись нескольким хирургическим
операциям.
Джоди снова напряглась. Она хотела высвободить ногу, но даже не
пошевелилась, боясь, что рубашка может задраться еще выше. Было поздно
жалеть о том, что под рубашкой ничего нет.

— Да, — кратко ответила она. — Скольким?
Она вздохнула.
— Какое это имеет значение? Ведь вы же не будете заботиться обо мне,
если я когда-нибудь окажусь в инвалидной коляске.
— А что, есть такая вероятность?
Он все еще массировал ее ногу, но сейчас его пальцы медленно поглаживали
ткань рубца. Джоди вдруг почему-то захотелось плакать.
Никто еще так не касался ее шрамов. За долгие месяцы, проведенные в
больнице, она привыкла к тому, что доктора обращаются с ней, словно с каким-
то сломанным механизмом, который они пытаются починить. Она, конечно, была
благодарна им за все, что они для нее сделали, но в то же время...
В то же время она втайне жаждала более интимного, утешающего прикосновения,
хотела, чтобы ее шрамы не вызывали отвращения и ей не приходилось бы их
стыдиться.
Но не такого прикосновения, которое заставило бы ее чувствовать то, что она
чувствовала сейчас!
— Нет. Моя нога навсегда останется слабой, но мне оказали надлежащее
лечение, — выпалила Джоди, а затем закусила губу, не желая вспоминать о
тех ужасных днях, когда врачи говорили об ампутации. — Спасибо.
Судорога прекратилась, — сказала она Лоренцо, пытаясь сосредоточиться
на чем-то ином, кроме его пальцев, касающихся ее кожи. Ни один любовник не
смог бы... Любовник? О чем она только думает?
Она повернулась так, чтобы видеть его лицо, все еще ощущая тепло его руки,
которая лежала на ее обнаженном бедре. Глаза Джоди расширились, когда она,
наконец, заметила то, чего не замечала раньше: полотенце, обмотанное вокруг
бедер Лоренцо, открывало достаточно, чтобы привести в восторг любую
здравомыслящую женщину. Но она больше не позволит себе желать мужчину,
напомнила себе Джоди. Особенно такого. Лоренцо принадлежал к тем мужчинам,
которые любой ценой добиваются того, чего хотят. Так что следует
сосредоточить свое внимание на этом, а не на упругих мышцах его живота,
дорожке темных волос, исчезающей под полотенцем... Проведя кончиком языка по
сухим губам, Джоди вздохнула.
Наконец Лоренцо убрал руку с ее бедра и выпрямился. Поправляя полотенце, он
заметил, что Джоди с участившимся дыханием наблюдает за его движениями.
— Если вы будете продолжать меня разглядывать, — начал он
предупреждающим тоном, — я подумаю...
— О чем вы? — спросила Джоди, краснея.
— Вы смотрите на меня так, как смотрит девушка на своего первого
мужчину, — насмешливо ответил Лоренцо. — Мне становится любопытно,
что же представлял собой ваш бывший жених, раз вы так уставились на меня.
— Вам показалось, — неистово возразила она. — Любой
современной женщине известно, как выглядит обнаженное мужское тело.
— Значит, вас не взволновало бы, если бы на мне не было вот
этого? — предположил Лоренцо, коснувшись рукой полотенца.
Джоди попыталась, как можно безразличнее покачать головой.
— Конечно, нет. Одно обнаженное мужское тело мало, чем отличается от
другого.
— Ваш бывший жених евнух?
Джоди открыла рот и снова закрыла. Ее щеки зарделись, сердце бешено
заколотилось. Несомненно, он обо всем догадался и хочет унизить ее, заставив
признаться в том, насколько в действительности невелик ее сексуальный опыт.
— Э-э... почему вы спрашиваете?
— А почему вы не отвечаете?
— Я же не интересуюсь вашей прошлой сексуальной жизнью. И если мы
собираемся пожениться...
— Никаких если! Я уже связался со своим поверенным. Он будет здесь
утром.
— Наверное, соблюдение юридических формальностей займет много времени.
— Только не у нас. После встречи с Альфредо мы отправимся во Флоренцию.
— Во Флоренцию?
— У меня там дела, а вы купите себе свадебное платье.
— Свадебное платье?
Темные брови взметнулись вверх.
— Полагаю, вы, убежав, не взяли с собой свадебное платье?
Джоди отвернулась.
— Нет, — тихо ответила она. Ее свадебный наряд все еще висел в
магазине. Она заплатила за него, но так и не забрала.
Лоренцо бесстрастно наблюдал за ней.
— Во Флоренции много бутиков. Вы обязательно там что-нибудь себе
найдете.
Бутики? Найти что-нибудь будет очень просто, но оплатить покупку при
ограниченности средств — весьма проблематично.
Она провела кончиком языка по губам.
— А что, если... Что, если я передумаю?
— Я вам не позволю.

— Но вы не сможете меня остановить. — Безжалостный взгляд Лоренцо
дал ей понять, что она является узницей этой мрачной средневековой цитадели,
в подземной темнице которой его предки держали своих пленников.
— Чего вы боитесь? — спросил он.
— Ничего, — солгала Джоди.
— Значит, нет ничего, что помешало бы нам пожениться. Это соглашение
выгодно нам обоим. Когда свадьба вашего бывшего жениха?
— В середине следующего месяца.
— Bene. К тому времени мы уже
будем женаты, и вы сможете представить меня ему в качестве вашего
мужа, — убедительно произнес Лоренцо, а затем добавил: — Уже поздно.
Завтра нам многое предстоит сделать.
— Почему вы не хотите жениться на Катерине?
Его лицо тут же стало непроницаемым.
— Это вас не касается, — отрезал он. — Я вас покидаю.
Спокойной ночи.
С этими словами Лоренцо повернулся и вышел из спальни. Джоди печально
смотрела ему вслед.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Джоди разбудил звук открывающейся двери и звон посуды. Ей снился Джон. Он
шагал к алтарю, где его ждала Луиза. Когда он дошел, оказалось, что это не
Джон, а Лоренцо, но почему-то вместо облегчения Джоди испытала ревность.
— Buongiorno, — радостно
поприветствовала ее Мария. Когда она, поставив поднос, подошла к окнам,
чтобы раздвинуть тяжелые шторы и проветрить спальню, комната наполнилась
солнечным светом и теплым воздухом.
От запаха свежесваренного кофе и теплых булочек у Джоди потекли слюнки.
— Grazie,Mariaphasis>. — Отблагодарив пожилую женщину теплой улыбкой,
она вылезла из-под одеяла.
Джоди даже не догадывалась, что в ее комнате есть балкон. Выйдя на него, она
обнаружила сад, по стилю напоминавший мавританский. Украшенные лепниной
сводчатые арки были увиты буйными зарослями роз. Чуть дальше виднелся пруд с
причудливым фонтаном, брызги которого пугали золотых рыбок, выплывших на
поверхность воды погреться на солнышке.
Вернувшись в спальню, Джоди налила себе чашку кофе, а затем снова вышла на
балкон. На нем помещались маленький столик и два стула. Только она собралась
сесть на один из них, как вдруг дверь спальни снова отворилась. Подумав, что
это Мария вернулась за подносом, девушка приветливо улыбнулась. Но улыбка
тут же исчезла с ее лица, когда оказалось, что это не Мария, а Лоренцо.
— Хорошо, что вы уже проснулись. Альфредо позвонил мне и сообщил, что
будет здесь в течение часа. Надеюсь, вы хорошо спали и судороги не
повторились.
— Да, я хорошо спала, — ответила Джоди.
Боль действительно утихла, но легкое покалывание в том месте, где его пальцы
касались ее кожи, еще долго не давало ей уснуть.
В отличие от нее Лоренцо был уже полностью одет, и Джоди почувствовала себя
неловко. Дело было не в том, что он смотрел на нее. Наоборот, он нахмурился,
уставившись на что-то, лежащее на полу рядом с нераспакованным чемоданом.
Подойдя ближе, он наклонился и поднял бюстье, которое она забыла убрать.
Держа его большим и указательным пальцами, Лоренцо вопросительно смотрел на
девушку.
— Что это?
— А на что это, по-вашему, похоже?
— На одежду певички из кабаре.
— Это... это часть моего приданого, — неохотно призналась Джоди.
Ей совсем не хотелось, чтобы он подумал, будто она собиралась носить эту
вещь во время отпуска. — Оно попало в мой чемодан... по ошибке.
— Ваше приданое? Вы имеете в виду, что собирались это надеть, чтобы
соблазнить вашего мужа? Он что, любитель садомазохизма?
— Это всего лишь бюстье, купленное на распродаже, — сердито
произнесла она. — Если оно вызывает у вас такие ассоциации, что ж, дело
ваше. — Вспомнив, с какой стыдливостью она покупала эту вещицу, Джоди
едва не расплакалась от унижения. — Сейчас это модно. Некоторые женщины
носят его как верхнюю одежду.
— Да, я видел. Они выставляют напоказ свою грудь, словно шлюхи,
предлагающие себя мужчинам.
Шлюхи? На что он намекает?
— Полагаю, вам нравится, когда женщина одета... — сердито начала Джоди.
— Мне нравится, когда женщина одета в то, что лишь намекает на ее
сексуальность, а не выставляет ее напоказ, — перебил ее Лоренцо. —
Не люблю, когда женщина носит одежду, которая делает ее похожей на шлюху или
ребенка, — сказал он, роняя бюстье на кровать.