Жанр: Любовные романы
Брак по расчету
...в последнюю страницу
главной бухгалтерской книги, Гаррет невидящим взором скользил по колонкам
цифр. Рейс
Мирабеллы
в следующем месяце принесет некоторый доход, но этих
денег едва хватит, чтобы обеспечить стабильность компании месяца на три-
четыре.
Проклятье! В душе Гаррета невольно зарождалось желание позволить себе
согласиться с планом Лейси Вебстер. Тем более что после такого проявления
страсти, которое он в ней обнаружил, можно было не сомневаться: ей удастся
осуществить задуманное. Ему же, без сомнения, необходимы эти несчастные
деньги, поставленные на кон.
Гаррет резко выпрямился и с такой силой вцепился в обложку толстой тетради,
что ее края врезались в ладони. Единственный выход... Почему же он считал
его невозможным? К черту представления о чести и прочую чепуху — перед ним
открывался вполне разумный путь! Ведь ставкой в игре оказалось его будущее.
Захлопнув тетрадь, Гаррет вскочил, схватил куртку и бросился вон из конторы
мимо онемевшего от удивления Грэмба.
Жизненные обстоятельства нанесли тяжелый удар по его гордыне, — теперь
Гаррет отчетливо понимал, что на гордость не проживешь. Ему нужны деньги.
Причем единственное средство получить их — это решить спор с Себастьяном.
Полдня он добирался до Спрингхилла, но, если Себастьян согласится с его
планом, время будет потеряно не напрасно.
У дома молодой человек соскочил с лошади и надежно закрепил поводья на
коновязи. Пройдя мимо фонтана, окруженного цветущими азалиями, он решительно
направился к главному входу по галерее с массивными рифлеными колоннами. При
его приближении дверь распахнулась, и широкая улыбка осветила лицо юноши.
— Миссис Эйвери, как поживаете?
Матушка Себастьяна торопливо пригладила рыжеватые от хны волосы и расправила
пышные юбки.
— Гаррет! Какая приятная неожиданность! Себастьян будет очень рад тебя
видеть. Надеюсь, ты приехал, чтобы немного погостить у нас?
— Увы, нет, мадам. Боюсь, я не смогу остаться. Но мне необходимо
поговорить с Себастьяном.
Женщина провела его в вестибюль и закрыла двери.
— Как мне хочется, чтобы ты хоть немного образумил его! Он стал
невыносим с тех пор, как... с тех пор, как мы приехали в Спрингхилл.
Гаррет кивнул и позволил хозяйке дома взять его шляпу и перчатки.
— Он в дальней гостиной, — сообщила она. — Извини, я должна дать распоряжения повару.
Показывать Гаррету дорогу не было необходимости — раньше он проводил в этом
доме не меньше времени, чем у своих родителей. Анна Эйвери поспешила на
кухню, уверенная, что настроение ее сына улучшится благодаря приезду друга.
Войдя в гостиную, Гаррет увидел, что Себастьян стоит у бара из прекрасного
дуба, сжимая в руках бокал виски. Легко было догадаться — не первый за этот
день. Глаза юноши, блестели, а голос звучал нетвердо.
— Чертовски рад тебя видеть, приятель, — излишне громко
поприветствовал он Гаррета, хлопнув друга по спине. — Входи, давай
выпьем.
Не дожидаясь ответа, он налил виски во второй бокал. Гаррет успел заметить,
что бутылка уже наполовину пуста.
— Как дела, Себастьян? — поинтересовался он, обратив внимание на
необычную бледность друга, явно потерявшего несколько килограммов веса со
времени их последней встречи. — Как прошло путешествие по реке?
— Великолепно, — резко ответил Себастьян и с громким стуком
поставил бокал на стол. Щедро плеснув в него очередную порцию янтарного
напитка, молодой человек поднес бокал к губам, сделал большой глоток и
усмехнулся. — Почему бы нам не проехаться верхом? Заодно я тебе обо
всем расскажу.
Становилось ясно: рассчитывать на то, что Себастьян хоть как-то поможет
Гаррету в тяжелом разговоре, бесполезно. Он не привык в чем-либо отказывать
себе, все делал по-своему и считал, что только так и должно быть.
Сейчас молодой Эйвери переживал явно не лучшие времена, и к присущему ему,
обычно безобидному, эгоизму примешивались нотки искренней горечи. Гаррет
сильно подозревал, что выбрал неподходящий момент для обсуждения деловых
вопросов. Однако именно ради этого он проделал немалый путь, ведь выбора у
него не осталось.
— Мне необходимо поговорить с тобой о делах.
Гаррет решил не ходить вокруг да около. Переговорив с Себастьяном, он должен
был сразу же вернуться в контору. И так придется работать полночи, чтобы
наверстать время, потраченное на поездку.
— Отвяжись! — рявкнул Себастьян, опустошая свой бокал. — Я
никогда в жизни не интересовался настоящей работой, и тебе это хорошо
известно.
— Речь идет о моих делах, Себастьян. Это очень важно.
— Я собираюсь проехаться верхом. Ты идешь?
Себастьян направился мимо Гаррета к выходу из гостиной, но тот остановил его, положив руку на плечо.
— У меня нет для этого времени. Мне нужно поговорить с тобой прямо
сейчас.
— Тогда найди время для конной прогулки. А потом останься на ночь, и мы перекинемся в картишки.
— Иди к черту, Себастьян! Я должен сегодня же вернуться в контору.
Себастьян, скинув руку Гаррета, высвободил плечо, внимательно посмотрел на
друга, усмехнулся и, широко разведя руки в стороны, пожал плечами:
— Тогда говори. Но потом проедемся верхом.
Гаррет раздраженно вздохнул и отставил свой бокал, к которому почти не
притронулся.
— Мне нужны деньги, Себастьян. Компания...
Себастьян замахал руками:
— Ну и какого черта ты сразу так не сказал? Сколько ты хочешь
одолжить? — Он уже вытаскивал бумажник из внутреннего кармана
элегантного сюртука.
— Ты не понял, речь не о том, чтобы занять небольшую сумму на карманные
расходы, пока я не получу свои, — решительно остановил его Гаррет,
разозлившись на Себастьяна.
В то время как он, чтобы выжить, вынужден был крутиться словно белка в
колесе ради спасения погибающей компании, его приятель по-прежнему самой
большой проблемой считал нехватку наличных за несколько дней до того, как
родители выдадут ежемесячную сумму.
Гаррет вновь глубоко вздохнул, стараясь скрыть свое раздражение. Ведь если
бы его отцу везло в спорах чуть больше или если бы он вовсе никогда не
спорил, Армстронг младший сейчас ничем не отличался бы от своего друга.
Никакой вины Себастьяна в том, что он мог позволить себе продолжать
легкомысленно шагать по жизни, в то время как Гаррет успел узнать, какие
тяжкие испытания она может подбросить, не было. К тому же, как бы ни
поступал Себастьян, он оставался лучшим другом Гаррета. Невозможно так
просто перечеркнуть столько лет крепкой дружбы.
— Так в чем дело?
— В моей компании за последнее время возникли кое-какие
проблемы. — Даже в нынешнем отчаянном положении он отказывался открыто
признать, насколько плохо обстояли дела. Гордостью не проживешь, но все-таки
она не позволила Гаррету откровенно рассказать о своих бедах.
— В компании?
Себастьян даже не попытался скрыть усмешки, и, заметив это, Гаррет понял
свою ошибку. Однако было слишком поздно.
— Я знаю, как ты относишься...
Себастьян вынул руку из кармана сюртука.
— В компании... — повторил он. — И что ты так печешься об
этой несчастной компании? Пустая трата времени! И денег, — добавил он,
застегивая сюртук, словно показывая, что считает вопрос закрытым.
— Я ведь объяснял тебе раньше, Себастьян. Мой отец основал
Морские
перевозки Армстронга
, как только приехал в Мобил. Для меня важно, чтобы
компания продолжала работать.
Ни за какие деньги на всех счетах семейства Эйвери Гаррет не признался бы
даже самому близкому другу, что кроме
Морских перевозок
да городского дома
у него ничего не осталось. Он был слишком самолюбив для этого, да Себастьян
и не смог бы его понять.
— А я говорил тебе раньше, что работа превратила тебя в ужасного
зануду. С тех пор, как ты принял глупое решение хоть чего-то добиться в
бизнесе, у тебя ни для кого и ни для чего нет времени. Брось это!
Единственное, что дает тебе компания, — жуткая головная боль. Без нее
ты чувствовал себя куда лучше!
— Не могу я все бросить, Себастьян, — признался Гаррет. — Мне
необходим доход от компании.
Громко хмыкнув, Себастьян отвернулся, чтобы налить себе новую порцию виски.
Наблюдая, как стремительно уменьшается содержимое бутылки, Армстронг покачал
головой: он поступил опрометчиво, попытавшись поговорить с Себастьяном,
когда тот был навеселе. Тем более не следовало говорить о
Морских
перевозках
. Эта тема вызывала у его приятеля отвращение даже в лучшие
времена.
— Я же говорил тебе, что вся эта затея — бессмыслица. Твоя попытка
спасти компанию — выброшенные деньги. Заработав на ней, твой отец сам пустил
ее под откос. Забудь об этом. К тому же, — со смехом добавил
Себастьян, — в городе без тебя чертовски скучно.
— Мне очень жаль, но я не откажусь от
Морских перевозок
. Я должен поставить компанию на ноги.
— Но только без моей помощи. — На лице молодого Эйвери появилась
холодная ухмылка, от чего его слова прозвучали еще ехиднее.
Гаррет взорвался:
— Я приехал не для того, чтобы попросить у тебя взаймы! Я приехал,
чтобы поговорить с тобой о моей ставке в нашем споре. Помнишь те деньги, что
мы...
— Не хочу больше об этом ничего слышать, — отрезал Себастьян.
Вылив остатки виски в свой бокал, он отвернулся. — Мне до смерти
надоели речи об ответственности и зрелости. И, откровенно говоря, я устал от
того, что тебя постоянно ставят мне в пример. Может, если выяснится, что не
так уж ты преуспел, всем это только пойдет на пользу.
Так вот где скрывалась настоящая причина! Себастьян чувствовал себя
уязвленным. Значит, его отец снова воспитывал сына, сравнивая его с другом.
Эта привычка и прежде не раз ставила под угрозу их дружбу. Гаррет постарался
смягчить возникшее напряжение.
— Знаешь, все мы когда-то должны становиться взрослыми, — чуть
слышно произнес молодой человек, чувствуя, как умирает надежда, которая
теплилась в его душе, пока он мчался из Мобила в Спрингхилл. Гаррет взял
свой бокал и сделал большой глоток, поняв, что без виски ему не успокоиться.
— Иди к черту, — не слишком зло выругался Себастьян, к которому
постепенно возвращалась его юношеская беззаботность. — Ты не
взрослеешь, ты стареешь! А мне нравится, что все идет, как идет. К тому
же, — добавил он, и наигранная веселость исчезла с его лица, —
черта с два они дадут мне повзрослеть, даже если бы я захотел.
Неопределенный взмах руки в сторону лестницы подсказал Гаррету, что его
приятель имеет в виду родителей и их недавние решительные действия по
отношению к его последней возлюбленной. Они хотели, чтобы сын проявлял
инициативу, но только до тех пор, пока это не расходилось с их планами на
его будущее.
— Я слышал о твоей кэджен, — осторожно проговорил Гаррет, поняв,
что они, наконец, коснулись темы, которая действительно волновала
Себастьяна. — Она много для тебя значила?
Натянуто засмеявшись, Себастьян снова выругался.
— Ты же меня знаешь! — заявил он Гаррету. — Просто еще одна
юбка, — то же, что сотня других.
— И все-таки вмешался твой отец и в такое время года отправил тебя из
города в поместье! Думаю, все было не совсем обычно, даже для тебя.
— Я сказал — ерунда, — огрызнулся Себастьян. — Хорошенькая
мордашка, и ничего больше. Оставь это.
— Ладно.
Гаррет видел, что задел друга за живое, и догадывался, что именно поэтому он
сегодня так много пил. Тем же самым, вероятно, объяснялось настроение юноши,
которое было сквернее, чем всегда.
— Останешься на ночь?
— Извини, не могу. Я должен вернуться в Мобил. Послушай, я вижу, ты не
в настроении обсуждать деловые вопросы. Может, мы закончим этот разговор в
другой раз.
Гаррет направился к двери, но Себастьян окликнул его. Обернувшись, молодой
человек заметил искорки гнева в глазах друга.
— До тех пор, пока речь будет идти о несчастной компании твоего отца,
мой ответ будет одним и тем же: нет! — предупредил Себастьян. Он больше
не пытался изобразить хорошее настроение.
Ожидания Гаррета не оправдались, и это был для него чувствительный удар.
Теперь уже не имело значения, сколько времени он потратил. Он совершил
непоправимую ошибку, признавшись Себастьяну, для каких целей необходимы
деньги. Ему никогда не удастся убедить приятеля отказаться от пари.
Себастьян заметил, что Гаррет помрачнел, и уголки его губ поползли вверх:
— Если я смогу сделать для тебя что-то другое, — бодрым тоном
закончил он, — только дай мне знать.
Однако Гаррет не сомневался в бесполезности этого предложения: Себастьян ни
за что не откликнется ни на одну его просьбу, если заметит, что это может
спасти
Морские перевозки Армстронга
. Беспечный юноша, привыкший к
постоянному вниманию друга, общению с ним, выходил из себя из-за того, что
Гаррет теперь все свое время посвящал работе. К тому же ему была ненавистна
манера отца ставить ему в пример сознательного Гаррета каждый раз, когда
тому казалось, что сын ведет себя неподобающим образом. В любом другом деле
Себастьян был готов пойти за другом в огонь и в воду. Но у Гаррета не
осталось ни малейшего сомнения: ради спасения его компании он не пошевелит и
пальцем.
— Я лучше поеду прямо сейчас, — сказал гость, ставя на место свой
бокал. Никакого на свете виски не хватило бы, чтобы залить его разочарование
и ощущение безысходности. Расторжение пари было его единственной надеждой.
Как и Лейси Вебстер, он разыграл последнюю карту.
— Приедешь на праздник в конце недели?
Гаррет остановился, заметив в глазах друга ожидание и надежду.
— В конце недели?
— Да. Я пригласил небольшую компанию покататься на лодках, прежде чем
погода испортится окончательно. Мне хотелось бы тебя видеть.
Речь, безусловно, шла о мероприятии, на котором Лейси просила его появиться
в качестве ее кавалера. Знал бы Себастьян, насколько забавное — сложилось
положение!
— Посмотрю, что я смогу сделать, — пообещал Гаррет.
Себастьян проводил друга до дверей. Легкость, с какой приятель отмахнулся от
его бед, больно задела Гаррета. Для Себастьяна жизнь по-прежнему оставалась
нескончаемым праздником или, по крайней мере, исполнением светских
обязанностей. В ней не было места для тревог и волнений.
Впрочем, таким же счастливчиком мог оказаться и он сам, подумал Гаррет,
поднимаясь в седло. Когда-то, в прежние времена, он был таким же беззаботным
и равнодушным к жизненным невзгодам, как Себастьян.
Если бы только отец не
оказался таким неудачливым игроком!
— подумал Гаррет, наверное, в сотый раз.
Возвращаясь в город, молодой человек старался, но не мог подавить в себе
гнев, подогреваемый воспоминанием о безразличии, с которым Себастьян от него
отделался. Проклятый дурак! Неужели он не видел отчаяния Гаррета? Или ему
это безразлично? По правде сказать, за двадцать с лишним лет дружбы с
Себастьяном, Гаррет не раз убеждался, что его друг может превратиться в
жуткого сноба.
Мистер и миссис Эйвери, прощая все выходки своему единственному сыну,
избаловали его до такой степени, что лишь немногие из окружающих его людей
могли мириться с манерами молодого человека. И, если бы не многолетняя
дружба, Гаррет давно порвал бы с ним. Всегда и во всем Себастьян поступал
по-своему, становясь, раз от раза нетерпимее. Сейчас, когда родители,
наконец, не выдержав, наказали юношу за казавшийся им безрассудным поступок,
Себастьян, похоже, тяжело это переживал. Хотя маловероятно, что его
беспокоило будущее девушки-кэджен, — скорее всего, это было очередное
мимолетное увлечение. Его интерес к ней подогревался, без сомнения, только
недовольством родителей.
Гаррет почувствовал, как в нем снова закипает раздражение. Ну почему его
друг обязательно должен был вести себя так по-детски, не желая слушать
никаких разумных доводов, когда речь заходила о компании Армстронгов? Может,
все обернулось бы иначе, если бы Гаррет открыл перед другом душу и честно
рассказал ему о грозящей нищете? Нет, несомненно, нет...
Когда Гаррет вернулся в порт, улицы Мобила были погружены во мрак ночи.
Тускло горели редкие газовые фонари. Отведя жеребца на конюшню, молодой
человек быстро преодолел два лестничных пролета, удивляясь тому, что внутри
все еще горит свет. Неужели Грэмб забыл погасить лампу? Это совсем на него
не похоже.
Дверь конторы оказалась широко распахнута, Гаррет замедлил шаги и прошел
мимо пустующего стола своего секретаря. Он легко открыл тяжелую дверь своего
кабинета и заглянул внутрь. На кушетке, громко храпя, спал Грэмб.
Гаррет засмеялся. Он знал, что секретарь — преданный человек, но не
предполагал, что тот станет дожидаться возвращения хозяина.
Подойдя к кушетке, Гаррет осторожно потряс Грэмба за худое плечо. Секретарь
медленно открыл сонные глаза и уставился на склонившееся над ним лицо
хозяина. Потом он вскочил так резко, что Гаррету пришлось отступить назад.
Быстро сев, пожилой мужчина потер затекшую шею.
— Мистер Гаррет! Как хорошо, что вы, наконец, вернулись.
— Грэмб, почему ты не запер контору и не ушел домой? Я и не
предполагал, что ты будешь меня дожидаться. Правду сказать, я настолько
устал, что, пожалуй, отложу все бумаги и поднимусь к себе наверх, отдохнуть.
— Мистер Армстронг, я обязан был вас дождаться. Вот это пришло, как
только вы уехали, — секретарь передал Гаррету потрепанный конверт.
Молодой человек с трудом разобрал каракули:
Гаррет Армстронг. Морские
перевозки Армстронга
и адрес конторы в порту. На конверте не было больше
ничего, что указывало бы на отправителя письма.
— Что это?
— Понимаете, я, конечно, вскрыл конверт, как это делаю обычно... —
Гаррет кивнул, и секретарь добавил: — Лучше прочтите сами, мистер Армстронг.
Я не решаюсь сообщить вам. Это так ужасно!
Гаррета охватило тяжелое предчувствие, заставившее забыть о злости на
Себастьяна и обо всех других заботах. Ему совершенно ни к чему были сейчас
ужасные новости. Не хватало только новых неприятностей. Как будто их было
недостаточно за последний год!
Молодой человек медленно извлек из конверта плотный лист бумаги и развернул
его. Он быстро пробежал глазами по строчкам, и в тишине конторы прозвучала
отборная брань. Грэмб вздрогнул от неожиданности и нервно сцепил пальцы рук.
— Не может быть, — бормотал Гаррет, безостановочно меряя шагами
небольшое пространство своего кабинета. — Это просто не может быть
правдой!
— Мне очень жаль, мистер Армстронг. Я знаю, что вы должны сейчас
чувствовать.
— Что я должен чувствовать? Откуда ты, черт возьми, знаешь, что я
чувствую? Я сам этого не знаю! — Он продолжал метаться по кабинету,
бросив письмо поверх вороха бумаг, в беспорядке лежащих на столе. —
Меня похоронили. Вот что я чувствую! — прошептал Гаррет, не в силах
совладать с собственным голосом. — Похоронили заживо!
— Но ведь этот человек не уверен. Он мог и ошибиться.
— Мог... мог... — повторял Гаррет, обхватив ладонью подбородок и
стараясь привести мысли в порядок. Это означало конец компании
Морские
перевозки Армстронга
.
Он схватил письмо и вновь перечитал его. Не похоже, чтобы этот человек
ошибся. Он клятвенно заверял, что видел, как
Мирабелла
попала в страшный
шторм у берегов Гаити. Когда ураган прошел, корабль бесследно исчез. Можно
было с уверенностью считать, что он затонул вместе с экипажем и грузом.
Глава 3
— Гаррет Армстронг, злодей! — радостно воскликнула Фрэнси Томас,
торопливо направляясь по дорожке навстречу подъехавшей коляске. — Что
это ты здесь делаешь? Тысячу лет тебя не видела!
Молодой человек замер на мгновение, удивившись, как точно, сама того не
сознавая, девушка обратилась к нему. Гаррет и впрямь чувствовал себя главным
злодеем в спектакле, который предстояло разыграть. Ему даже захотелось
вскочить в экипаж и умчаться прочь.
Однако он постарался выбросить из головы мрачные мысли и решительно зашагал
вперед по чистенькой подъездной аллее. Фрэнси привстала на цыпочки и
чмокнула приятеля в щеку.
— Как дела, Фрэнси? — Его не слишком удивило весьма дерзкое для
благовоспитанной девушки приветствие.
— Все прекрасно, — проворковала она. — Ты неотразим, как
всегда! Что тебя к нам привело?
— Я приехал поговорить с твоей гостьей. Надеюсь, она по-прежнему
здесь? — поинтересовался Гаррет, хотя был уверен в ответе заранее.
Как ему удалось выяснить, Лейси Вебстер не покидала Мобил. Он располагал
собственными источниками информации, и хотя они были не настолько
осведомлены, как те, к кому обращалась Лейси, Гаррет знал, что она все еще в
городе.
— Лейси? Конечно! Но что?..
— Видишь ли, у нас есть один нерешенный деловой вопрос, и я подумал,
что мы могли бы немного прогуляться и заодно обсудить его.
В огромных зеленых глазах Фрэнси вспыхнули огоньки.
— Прогуляться? Думаю, вреда от этого никому не будет. Пойдем, я сейчас
ее позову.
Легкой походкой девушка направилась по вымощенной плитами дорожке к простому
белому двухэтажному дому. Фасад особняка украшали четыре массивные колонны,
протянувшиеся от земли до самой крыши. Вдоль всего верхнего этажа
располагалась широкая веранда.
Когда-то в этом здании размещалась городская тюрьма, но прежние владельцы
отреставрировали постройку и превратили ее в уютный частный дом. Глядя на
безупречно белые перила и окна с двойными ставнями, никто не смог бы
догадаться о его первоначальном предназначении.
Вслед за Фрэнси через широко распахнутые двери Гаррет вошел в большой холл и
сразу же уловил аромат сухих лавандовых листьев: на широких подоконниках
открытых окон стояли наполненные ими великолепные декоративные вазы.
Девушка, остановившись у подножия лестницы и легко облокотившись на стойку
перил, посмотрела наверх.
— Лейси! — позвала она. — К тебе гость!
Фрэнси обернулась и улыбнулась Гаррету. Поставив левую ногу на нижнюю
ступеньку, она с кокетливым изяществом слегка наклонилась вперед.
Гаррет не мог отвести удивленного взгляда от соблазнительной позы девушки.
Фрэнси Томас точно знала, как подчеркнуть прелесть своей фигурки! Молодой
человек отвернулся. Даже такое безобидное заигрывание показалось ему слишком
вызывающим, когда он припомнил наивную простоту Лейси Вебстер.
— Ты звала меня? — раздался знакомый голос, и Гаррет увидел
девичью ножку, ступившую на изогнутую лестницу. Лейси посмотрела через
голову Фрэнси и замерла, ухватившись за перила. Она даже побледнела от
неожиданности.
— Гаррет приехал, чтобы пригласить тебя на прогулку.
Лейси перевела взгляд с подруги на молодого человека, так грубо унизившего
ее всего два дня назад. От одного воспоминания об этом девушка вспыхнула, и
краска смущения залила ее лицо до корней волос. Рука еще крепче сжала
натертые до блеска перила.
— А вы разве знакомы?
— Да, конечно, — сказала Фрэнси, отступив на шаг. Она крепко
схватила Гаррета за руку и с немалым усилием подтолкнула юношу к нижней
ступеньке лестницы. — Мобил — небольшой городок, что бы там о нем ни
говорили. Правда, Гаррет?
— Просто маленький, — согласился он, улыбнувшись в ответ на
справедливое замечание Фрэнси. Для него оставалось загадкой, как такая
серьезная девушка, как Лейси Вебстер, умудрилась подружиться с Фрэнси Томас,
глупенькой любительницей светских развлечений.
Теперь-то он не сомневался, кто так подробно посвятил Лейси в тайны его
личной жизни. Фрэнси считалась одной из самых любопытных и вездесущих особ
города. И все-таки это не объясняло того, как Лейси узнала о пари: Гаррет
был уверен, что Фрэнси об этом ничего не известно.
— По-моему, мы не закончили одно важное дело, мисс Вебстер, —
произнес Гаррет, заметив, что девушка, вцепившись побелевшими пальцами в
перила, застыла на ступеньках. Он заставил себя улыбнуться, боясь в душе,
что она решит уйти.
— Неужели? Мне казалось, мы сказали друг друг
...Закладка в соц.сетях
